# Вечное искупление

Лиди Митрич

В мире, который принадлежит людям и слугам князя тьмы, Иоланта стала жертвой безумного эксперимента вампира и оборотня. Ей не оставили выбора, и теперь она не принадлежит ни одному из миров.

По следу новорожденной нечисти отправился лучший охотник на слуг князя тьмы. И очень зря он не воспринимает полукровку всерьез

(Цикл "Бездна прожорливых". Книга 2)

## Глава 1

– И куда это ты намылился, а?

– Ох ты ж! Какая встреча… Бывает же такое: Доминион такой огромный, а мы с тобой пересеклись на узкой тропинке в глухом лесу!

– Может это судьба? – ухмыльнулся первый, демонстрируя клыки.

– С каких это пор кровососы верят в нее? – парировал второй.

– Ах ты, шавка подзаборная! – первый, оскорбившись, оскалился и приготовился к атаке.

Перебранка вампира и оборотня с каждой брошенной фразой становилась все нелепей и абсурдней. Всему виной – их упрямство и нежелание сражаться, но мирно разойтись не позволяли инстинкты, требующие уничтожить врага. Когда-то эти двое были очень близки, и даже грянувшая более полутора тысяч лет назад война нечисти, которая развела их по разные стороны баррикад, не смогла уничтожить светлую память о былой дружбе.

– Ну что? К бою? Хочу посмотреть, чему ты научился с прошлого раза! – словно через силу заявил Иреней, едва сдерживая рвущуюся вторую ипостась под контролем.

– К бою! – облизнувшись, кивнул Дарси. Жажда крови душила его, требуя перейти к активным действиям. – Поверь, на этот раз победа будет за мной, есть у меня парочка новых приемов. Для тебя берег, можешь гордиться!

Две секунды, полных напряжения, они смотрели друг на друга, при этом мыслями находясь далеко отсюда – на целых полторы тысячи лет. Жившие по соседству мальчишки сблизились, подравшись с шайкой хулиганов. Пусть вдвоем против семерых они ничего не смогли сделать и их все равно побили, но мальчишки радовались тому, что есть напарник, который прикрывает спину. Разве это не счастье – иметь товарища, близкого тебе по духу?

Внезапно по лесу прокатилась сильная волна, полная темной энергии. Оба представителя нечисти обернулись в направлении ее источника, впрочем, не выпуская друг друга из виду.

– Ты это почувствовал? – спросил оборотень, принюхиваясь к воздуху, хотя выброс энергии уже растворился в воздухе без следа.

– Обижаешь! Конечно же я почувствовал эманации боли, – Дарси чуть наклонил голову к левому плечу, словно прислушиваясь. – А еще чую кровь. Свежую. Человеческую. Похоже, что кто-то покончил жизнь самоубийством.

– Не совсем, – Иреней, мгновенно забывший про стычку, подобрался, подчиняясь животным инстинктам. – Там еще есть и живые люди…

– А я тебе как некромант заявляю – смерть была добровольной! Может сектанты? – пожал плечами Дарси, также потерявший интерес к драке.

– Попробуем вмешаться как в старые добрые времена? – поинтересовался оборотень, почувствовав нарастающую волну протеста от одной мысли о том, что придется сотрудничать с вампиром.

Ты же помнишь, друг? Ты должен по себе знать скольких усилий мне стоило это сказать!

– А что? Неплохая идея! Не отставай, мохнатый! – Дарси, уже собиравшийся предложить то же самое, легко согласился. С жаждой крови он как-нибудь справится – сил придавала та сладкая-горькая ностальгия о прошлом, которая вдруг отравляющим жалом ворвалась в настоящее.

– Свой совет себе посоветуй, зубастый! – уже привычно огрызнулся Иреней, срываясь с места.

– От зубастого и слышу!

Они мчались быстрее ветра, не уступая друг другу в скорости. Плечом к плечу. Как в детстве, как в те самые пресловутые «старые добрые времена».

– Ну как все банально! Обычные разбойники и девчонка, которой смерть показалась милее, – деланно возмутился Дарси, оказавшийся на месте одновременно со своим заклятым врагом. – Вот тут точно лежал еще один труп, но его почему-то забрали, а девчонку не тронули. Странно все это.

Иреней тем временем подошел к лежащей девушке. Можно было бы решить, что она спала крепким сном, если бы не перерезанное горло и залитое кровью платье. Оборотень присел, чтобы рассмотреть рану внимательнее.

– А она ничего, – задумчиво протянул Дарси, присев по другую сторону от тела. – А какие данные! Из нее вышел бы отличный вампир!

– Или оборотень, – согласился Иреней, осторожно стирая еще теплую пульсирующую кровь с шеи, чтобы внимательнее рассмотреть рану. – Да уж, слишком глубокая. Увы, но предпринимать что-либо уже поздно. С того света не возвращаются.

– Как это – не возвращаются? – тут же возмутился вампир-некромант. – А что, это отличная идея! Давай-ка мы с тобой проведем один эксперимент? Тем более, что у нас, кажется, назрело временное перемирие, когда еще выдастся такой шанс?

– Эксперимент? – переспросил Иреней, бросив подозрительный взгляд на вампира.

В их бытность смертными Дарси часто становился одержимым от очередной безумной идеи, настигшей его, после чего он с грациозностью элефанта (то есть, во что бы то ни стало) шел к поставленной цели, часто подбивая друга помочь ему. И не всегда получалось выйти сухими из воды…

– Ну да, такой вот ма-а-а-а-аленький экспериментик. Тебе понравится! – но хитрая морда вампира не предвещала ничего хорошего.

***

Мгла, полная нежности, обволакивала ее. Только непроницаемая чернильная мгла и больше ничего. И никого.

Она не чувствовала себя, свое тело. Она лежала? Или быть может летела? А может плыла?

Что за глупые вопросы?

Вопросы? Чьи вопросы? Ее? А кто это – она? Она точно существует? Нет, наверно это просто чей-то мимолетный сон.

А может это ее сон? И она скоро проснется и все-все вспомнит. Да, это наверняка сон. Какое-то внутреннее чутье подсказывало, что не бывает такого, чтобы совсем ничего не чувствовать. Но здесь, в этом странном пространстве, остались только мысли.

Сколько прошло времени? Секунда? Две? Целая эпоха, полная кромешного мрака?

Откуда-то из темноты на нее навалился страх, опутывая своими липкими щупальцами. А вдруг она останется здесь навсегда? В гордом одиночестве? А вокруг ничего… И она… она… Никто!

Нет! Нет! Не надо так! Это неправильно! Нужно проснуться!

Ее сознание, бьющееся в панике и агонии, всколыхнула нарастающая боль, выжигающая страх… Боль? Откуда она появилась? Но лучше чувствовать ее, чем совсем ничего.

Жарко… Или холодно? Она все никак не могла определиться со своими ощущениями, словно они сменяли друг друга со скоростью света. Как будто она сгорала заживо, и при этом леденела от сковавшего ее могильного холода…

***

– Знаешь, Дарси, давно хотел тебе сказать, – задумчиво протянул Иреней, глядя на то, как девчонка мечется по импровизированной постели. – Ты определенно безумец!

Вампир хрипло расхохотался, вспугнув всех птиц на лигу вокруг.

Утро, прогнав ночь, уже вступило в свои права, бриллиантовая роса сверкала в лучах ослепительного солнца, а те, кого простые смертные считали приспешниками князя тьмы, уже четвертые сутки сидели в обустроенном на скорую руку лагере в самой чаще леса, куда не забредет ни один охотник на нечисть.

– И все же… Неужели ты считаешь, что у нас получится? – Иреней уже несколько раз высказывал свои сомнения по поводу правильности решения и последовавших за ним действий. То, что они сделали, противоречило самой природе. Оборотень не хотел признаваться, но его пугало, с какой легкостью вампир подлатал страшную рану, а также вернул душу девушки обратно в тело. Его бывший товарищ действительно стал могущественнее с прошлой встречи.

– Не сомневайся, мохнатый, – Дарси, все три дня остававшийся абсолютно спокойным, начинал выходить из себя. Больше всего на свете он не любил ждать: его терпение начало подходить к концу. – Она выдержит, я уверен. И вообще, хватит ходить взад-вперед! Ты меня раздражаешь!

– Но она мечется на грани!

– Вспомни, как обращали тебя, и заткнись. Или у тебя память настолько короткая, что ты забыл, каково это? – Дарси, контролировавший процесс обращения, не удержался от очередной колкости: воспоминания об обращении шли рука об руку с вечностью, которую они обретали за счет крови и плоти других. Такое и захочешь – не забудешь. – И, поверь, ей от твоей жалости легче не станет.

– Жалости? – поперхнулся Иреней, уставившись на ухмыляющегося вампира.

– Ну да. Я прекрасно чувствую твои эмоции! Не забывай, что высшие вампиры – отличные эмпаты! А я, без ложной скромности скажу, лучший среди них!

– Да ну тебя, – беззлобно бросил оборотень. – Сам себя не похвалишь – никто не похвалит?

Дарси промолчал. Иреней собирался еще съязвить по этому поводу, но осекся, поняв причину, по которой этот зубоскал вдруг пропустил камень в свой огород.

Дыхание девушки, до этого неровное, с всхлипами и иногда даже стонами, начало выравниваться. Сама она наконец-то перестала метаться.

– Процесс приживания подходит к концу, – констатировал Иреней, подойдя ближе. – Сейчас решится, останется ли она в этом мире, или все же уйдет за грань…

– Заткнись, мохнатый! И без тебя все знаю! – вампир пресек дальнейшую речь своего недруга. – Лучше будь наготове, ведь мы не знаем даже кого создали. Она первая и единственная в своем роде…

Последний всхлип. И все. Тишина. Девушка не дышала. Неужели все-таки ушла за грань и все усилия потрачены впустую? Или нет? Оборотень и вампир напряглись, вслушиваясь… Но дыхание так и не появилось.

– Столько сил и все зря! – Дарси раздосадовано сплюнул на землю, вставая. – А ведь такая конфетка бы полу…

В следующий миг он уже лежал на земле, а девчонка сидела сверху, вцепившись обеими руками в его горло.

– Вот это скорость и реакция! Даже я не заметил, как она встала! – восхитился Иреней.

– Идиот! – прохрипел полуудушенный вампир, изо всех сил сопротивляясь. – Лучше убери ее от меня! Она же меня сейчас сожрет и не подавится!

Иреней спохватился и сосредоточился. Еще накануне вечером он подманил парочку оленей к их лагерю с помощью своей особой магии оборотней, которая помогала влиять на разум животных. Это было сродни вампирскому очарованию, применяемому к людям.

Скоро животные, ведомые зовом, вышли из кустов и, с опаской поглядывая на борющуюся парочку, доверчиво ткнулись в протянутые ладони оборотня. Иреней одним движением перерезал им глотки: на землю брызнула теплая кровь.

Тут же бросив почти побежденного вампира, новорожденная, на мгновение превратившаяся в смазанную тень, уже жадно пила кровь, вонзив отросшие клыки в шею ближайшего оленя. Утолив первую жажду, она начала разрывать зубами бедное животное, активно помогая себе когтями и проглатывая куски мяса практически не разжевывая. Зрелище было не для слабонервных, но Иреней и Дарси с умилением наблюдали за результатом своих экспериментов.

– Да… Первая жажда – это тебе не пустяки! Смотри, как быстро осушила, словно там был всего стакан крови! – слегка помятый вампир уже полностью пришел в себя после схватки.

– Да и голод тоже! Оцени, насколько развиты инстинкты! Сомневаюсь, что девушку учили разделывать туши… Как она их точно режет…

К концу трапезы от животных мало что осталось… Казалось бы, как столько могло поместиться в хрупкую девушку? Но ведь поместилось!

Оборотень и вампир терпеливо ждали, когда на них обратят внимание. Девушка, вся перемазанная свежей кровью, выпрямилась и осмотрелась. Взгляд ее желто-песочных глаз был ясен.

– Кто вы? – неуверенный чуть хриплый голос. Эта хрипотца останется с ней до тех пор, пока шрам на шее окончательно не заживет. Но это произойдет довольно быстро с нынешней регенерацией. – Что произошло?

## Глава 2

Вампир и оборотень переглянулись, словно решая, кто из них будет отвечать на вопросы новорожденной. В итоге по негласному соглашению эта участь досталась Иренею.

– Тихо, успокойся, мы не причиним тебе вреда, – произнес оборотень, подняв руки в примирительном жесте. Дарси фыркнул, но промолчал. – Давай-ка по порядку: сначала скажи, пожалуйста, как ты себя чувствуешь? Жажда? Голод? Они прошли? В голове ясно? Не туманится?

– Все в порядке, – после короткой заминки ответила девушка, нахмурившись и продолжая сверлить подозрительным взглядом серьезных и сосредоточенных мужчин. То, что она только что растерзала двух оленей, ее немного смущало, но не сильно: отсутствие каких-либо воспоминаний мешало правильно оценить этот факт. Делала ли она так раньше?

– Я ж говорил, что у нее все данные! – радостно запрыгал вампир, сверкая во все клыки и сразу портя о себе все впечатление. Шут! – А вспомни, как она меня душила! А как чуть до шеи не добралась? И чего это ты так на мои зубки уставилась? Свои бы видела! Я уже обзавидовался!

Восторг Дарси никак не желал утихать: он радовался, как маленький ребенок, которому удалось не только увидеть настоящее чудо, но и приложить руку к его созданию.

– Не слушай его. Меня зовут Иреней и я, не пугайся, оборотень. А этого придурка, – некромант тут же обиженно засопел, – зовут Дарси. Он вампир.

Девушка, потерев лоб и убрав выбившуюся спутанную прядь за ухо, задумалась. Ее взгляд метался между довольно скалящимся вампиром и абсолютно серьезным оборотнем. Новорожденную терзали сомнения по поводу их «нечистого» происхождения: все казалось слишком странным. Девушка, подмечая множество мелочей, внимательнее пригляделась к стоящим напротив нее мужчинам.

Дарси был высоким, статным и очень бледным. Волосы, темные как смоль, оттеняли серые «стальные» глаза. Определенно аристократ, хоть после стычки с ней и немного потрепанный, что, впрочем, только добавляло ему шарма. Нет, он был не просто привлекательным – он был сказочно красивым. Как правило, за такими, как он, толпами охотились женщины, пытаясь затащить сначала в постель, а затем и под венец. Девушка сразу приклеила на него ярлык циничного мерзавца, эгоиста и сердцееда. Такие, как этот «вампир», не были отягощены моральными принципами.

Спокойный и рассудительный Иреней казался его полной противоположностью. Открытое, добродушное лицо обрамляли длинные волосы, по цвету напоминавшие мед. Пристальный взгляд васильковых глаз завораживал. Иреней тоже был красив, но, в отличие от насмешливого вампира, он казался каким-то… «уютным», если так можно сказать. При этом в мужчине чувствовалась особая звериная грация.

Изучив мужчин и потеряв к ним обоим интерес, девушка огляделась. Окружающий лес радовал зеленью. Внезапно новорожденная осознала, что может разглядеть каждый листочек на деревьях.

– Ты что-нибудь помнишь? – осторожно спросил Иреней, поняв, что девушка слишком увлеклась изучением местности и совсем забыла про них.

– Нет, а должна? – вопросом на вопрос ответила девушка. Она все еще не определилась, стоит ли доверять этим двоим.

– Твоя память, скорее всего, сейчас заблокирована, – убедившись, что новорожденная заинтересовалась, Иреней продолжил. – Мы поможем тебе вспомнить, точнее подтолкнем. Если ты, конечно, готова к этому. Это напрямую связано с тем, кто ты теперь.

– А кто я теперь?

– Это долгая история, мелкая, – неожиданно вмешался Дарси, который делал вид, что беседа навевала на него скуку. – Как-нибудь потом расскажем. Еще вопросы?

– Хорошо, – девушка послушно согласилась отложить тему. – А как получилось, что вечно враждующие вампиры и оборотни вдруг объединились?

Мужчины переглянулись. На этот вопрос у них самих не было ответа. Вот почему из своего прошлого их жертва эксперимента помнит именно этот факт?

– Что, тоже потом? – с усмешкой предположила новорожденная. – Ну ладно, давайте тогда возвращать память.

– Это будет не слишком… приятно… – предупредил Иреней. – Ты готова?

– Более чем. Хватит тянуть, – девушка начала злиться, от чего слегка зачесались кончики пальцев. Новорожденная с удивлением посмотрела на руки, которые вновь украшали острые когти.

– Ух ты, наша девочка-то не только зубки скалить умеет! – заржал вампир, но, поймав взгляд Иренея, быстро сник и предпочел заткнуться, на всякий случай отойдя на пару шагов в сторону. Там и остался стоять, скромно ковыряя землю носком сапога.

Девушка требовательно посмотрела на оборотня. Вряд ли она получит хоть один внятный ответ от легкомысленного вампира.

– Лучше присядь. В общем, мы нашли тебя… мертвой… – осторожно начал Иреней, внимательно наблюдая за реакцией новорожденной. – Да, не удивляйся. И лучше не перебивай. Закрой глаза и послушай внимательно, у нас мало информации – не факт, что этого хватит для возвращения воспоминаний. Так вот. Мы уверены, что ты добровольно распрощалась с жизнью, то есть совершила самоубийство. Как мы решили, на это тебя толкнула смерть человека, который был с тобой, а также разбойники, которые почему-то унесли тело убитого, а твое бросили. Следы, которые мы сумели обнаружить, вели на юг. Это была засада, так как следов борьбы не было… Увы, но это все, что мы можем рассказать.

Девушка, сидя с закрытыми глазами, начала тереть виски. Осколки воспоминаний, всплывающие по мере рассказа оборотня, не хотели становиться единой картиной, канвой памяти. Так новорожденная просидела некоторое время, пытаясь поймать ускользающие образы. А потом… Ей показалось, что ее накрыло лавиной, которая полностью затопила сознание. Девушка закричала от физической боли, скрутившей ее. Да, она все вспомнила. И кто она, и как погибла, и как умер ее отец.

…Они напали неожиданно.

Кузнец вместе со своей дочерью Иолантой возвращался домой с ярмарки, которая каждый год проходила в соседнем городке. Сами они жили в поселке Медуница, название которого говорило само за себя: моря, даже океаны этих растений окружали населенный пункт.

Путники ехали через лес в небольшой крытой повозке, запряженной парой тяжеловозов, когда просвистевшая стрела с ядовито красным оперением метко попала в круп одной из лошадей. Рыжий тяжеловоз взбрыкнул, и повозка перевернулась, обрывая упряжь. Иоланта не сразу поняла, что происходит: вроде бы только что она рассказывала отцу про свои планы по поводу предстоящей свадьбы, и вот уже лежит на земле, сильно ударившись головой. Во рту появился мерзкий привкус металла. Сквозь пелену перед глазами девушка увидела, как в ее сторону идут шестеро людей самой бандитской наружности.

– Добейте этого, если он еще жив, он нам ни к чему, – начал раздавать команды один из разбойников. Девушка, с трудом повернув голову, посмотрела в указанную сторону и увидела своего отца, лежащего без сознания. Нет, только не его! Но слова так и застряли в горле. – Баскач, лови вторую лошадь. Остальные – проверьте, что там в повозке, найдите деньги. А я пока займусь нашей малышкой…

Сообщники понимающе осклабились.

– Ну что, птенчик, иди ко мне! – главарь, нацепив фальшивую улыбку, двинулся к девушке в предвкушении.

Иоланта, с нарастающим ужасом глядя на мужчину, попыталась отползти несмотря на то, что каждое движение отдавалось болью по всему телу. Бандит, понимая, что в таком состоянии его птаха все равно никуда не денется, не спеша дошел до девушки и, схватив ее за длинные волосы, рывком поднял на ноги. Ланта, онемевшая из-за охватившей ее паники, быстро опомнилась и сделала попытку вырваться: в ход пошли зубы и ногти. Атаман только посмеивался над таким сопротивлением, пока ему не прилетело с ноги по коленке. Рыкнув, мужчина, не выпуская сжатые в кулаке волосы, рывком развернул девушку спиной к себе и приставил кинжал к ее горлу.

– Какая ты у нас оказывается горячая… Люблю таких! – нашептывал бандит на ухо девушке, которая, ощутив прикосновение холодного металла к коже, замерла испуганным кроликом. Раздался гогот остальных разбойников, стоявших невдалеке и уже деливших неплохую добычу. На щеках Ланты появились мокрые соленые дорожки от слез, полных бессилия. – Ну же, крошка, скажи, что любишь меня… Лучше не молчи, а то хуже будет! Или, может, сразу перейдем к делу? Поцелуешь меня, а?

Иоланту передернуло от отвращения – даже страх немного отступил перед подобной перспективой.

– Чего же ты молчишь? Твоему папаше слезы уже не помогут, – продолжал шептать атаман, все сильнее прижимая кинжал к незащищенному горлу. – А ты вот можешь спастись. Нам приказано убить тебя, но ты мне нравишься. Давай заключим сделку? Ты слушаешься меня, а я оставляю тебя в живых. И даже не трону: ни я, ни мои ребята. В городе на таких строптивых как ты большой спрос… Найдем тебе какого-нибудь богатенького покровителя, который отвалит за тебя кучу денег. Как тебе?

– Да пошел ты! – смогла просипеть Ланта. Слова дались ей с трудом: слезы продолжали душить горло, мешая дыханию.

Странная штука – жизнь. Еще утром девушке казалось, что нет никого счастливее ее. Вчера возлюбленный Иоланты пришел свататься, и отец согласился отдать свою отраду за него, а также взял дочь в город на ярмарку, чтобы та могла закупиться всем необходимым к торжеству. Жаль, что мать не дожила до этого момента, ведь тогда все могло сложиться иначе.

А что сейчас? Отец убит, а ее саму собираются сделать шлюхой! Ланта закусила губу. Кинжал больно упирался в нежную кожу: казалось, надави мужчина чуть сильнее – и проткнет. Сознание, заполненное горечью утраты и отчаянием, начало туманиться.

«Я люблю тебя». Зачем бандиту вообще понадобились эти слова? Пустой звук и все. Никаких чувств и эмоций за ними. Так в чем смысл? Унизить? Сломать? Проверить характер? Заставить сдаться и покориться?

Страх постепенно вытеснялся холодной яростью. Девушка отстранилась от боли, как душевной, так и физической. Так бывает… Бывает, когда хуже уже быть просто не может. Когда уже все равно. И она решилась.

Иоланта, схватившись за голову, которую разрывали воспоминания, продолжала кричать. Громко, почти на ультразвуке. В какой-то момент боль разжала свои когти. Буря улеглась. Девушка открыла глаза и увидела лежащего без сознания Иренея, лицо которого было залито кровью. Вампир, который, в отличие от незадачливого оборотня, оказался в стороне от звуковой волны, уже пытался подняться. Ему тоже досталось, но не так сильно, как Иренею.

– Я отомщу! – прошипела девушка, которую захлестнула волна ярости. – Они захлебнутся в своей крови! Они будут ползать у меня в ногах, вымаливая смерть!

Вскочив на ноги, она бросилась бежать.

– Стой! – успел просипеть Дарси. Но девчонка была уже далеко. Сплюнув, вампир на подгибающихся ногах побрел к оборотню. Новорожденную в таком состоянии все равно не догнать, а вот Иренею он еще может помочь.

Вдвоем будет проще остановить то чудовище, которое они создали.

***

Головокружительная скорость: наравне с ветром и даже чуточку быстрее. Деревья, сливавшиеся в смазанное пятно, мелькали с невообразимой скоростью. Немыслимое проворство и реакция помогали избегать столкновения с ними.

Сила, наполнившая каждую клеточку тела, опьяняла. Никогда Иоланта не чувствовала себя лучше. Ее нисколько не интересовало, кем она стала: оборотнем или вампиром. Главное – она относительно жива и у нее достаточно сил, чтобы отомстить.

Голову вскружила жажда крови, желание убивать. Эти чувства почти сводили с ума и гнали вперед. Туда, где закончилась ее старая жизнь. Туда, где началась новая.

На тракт, где убили отца и погибла она сама, вывело внутреннее чутье, работавшее вернее любого компаса. Ланта знала, что так и должно быть и будет отныне и навсегда.

Девушка присела, принюхиваясь. Несмотря на то, что ночью прошел дождь, следы разбойников еще сохранились и вели в сторону ее родного села.

Иоланта, кровожадно улыбнувшись, кинулась в Медуницу.

## Глава 3

– Мама, мама! – в дом с криками влетел босоногий мальчишка.

– Не видишь, я занята, – отмахнулась дородная женщина, не отвлекаясь и продолжая месить тесто.

– Мама, но там… Там дочка кузнеца вернулась!

– Святые небожители! Неужто Иоланта? – женщина торопливо вытерла руки о фартук и выбежала на улицу следом за сыном, где уже собралась целая толпа, в центре которой стояла затравленно озирающаяся по сторонам девушка.

Внешний вид Ланты оставлял желать лучшего: когда-то ярко голубое платье в пол стало похоже на тряпку: грязное, местами изорванное, да еще и в бурых пятнах крови на груди. Волосы, раньше всегда собранные в аккуратную косу, теперь больше напоминали воронье гнездо. В глаза бросился уродливый шрам на шее девушки: выглядел он так, будто появился там лет пять назад, но женщина была готова поклясться, что раньше его не видела. Оборванку утешали ее подруги, а остальные сельчане наперебой выражали сочувствие и предлагали всякую посильную помощь сироте.

– Иоланта! Милая! – люди расступились перед молодым человеком. – Ты жива! Какое счастье! Где ты была все это время? Нет, не отвечай, это не важно! Главное, что ты вернулась!

Дерек крепко прижал к себе девушку. Он плакал на глазах у толпы. Плакал от счастья. Его невеста, его ненаглядная жива!

Когда эмоции, бушующие в толпе, немного улеглись, когда мужики наконец успокоили в голос ревущих баб, Дерек взял Иоланту, не проронившую до сих пор ни слова, за руки и тут же ужаснулся.

– Что с твоими руками?

Девушка опустила глаза. На обоих запястьях краснели следы в виде полумесяца – как от укусов.

– Ничего страшного, Дерек, – тихо ответила Ланта, слегка нахмурившись. – Все в порядке, правда. Где тело моего отца? Его похоронили?

– Да, любимая, – парень нежно погладил по щеке свою невесту, но та лишь отшатнулась от прикосновения словно тот собирался ее ударить. – Прости, прости, больше не буду! Давай я отведу тебя на кладбище вечером. А пока пойдем, тебя надо привести в порядок.

– Нет, – резко бросила девушка, делая еще шаг назад. – Сейчас же к отцу!

– Ты уверена? Может все же сначала…

Но Дерек не успел договорить – Иоланта пружинистым шагом уже шла в сторону сельского погоста. Старики лишь одобрительно покивали: вот что значит дочерняя любовь! Остальные лишь пожали плечами и стали расходиться по своим делам.

Все самое интересное уже закончилось.

Дерек шел следом за девушкой, которая безошибочно находила дорогу среди надгробий, пока она не остановилась у свежей могилы. Иоланта встала на колени, нисколько не заботясь об остатках платья.

– Прости отец… Прости, что я не пришла на твои похороны. Я надеюсь, ты там, на небесах, встретил маму, и вы оба счастливы! – бормотала она, поглаживая надгробный камень. – Обещаю тебе: я отомщу! Слово твоей дочери!

– Ланта, милая! Что ты такое говоришь? Какая месть? – не на шутку встревожился Дерек: его сильно беспокоило состояние невесты. – Брось эти глупости!

– Глупости? – прошипела Иоланты, резко развернувшись к жениху. – Глупос-с-сти?

Парень отшатнулся. Глаза девушки стали абсолютно черными, без зрачков, словно их наполнила тьма. Лицо исказилось в гримасе ненависти, мелькнули белоснежные клыки – слишком длинные для человеческих. Неужели это его Ланта?

– Что с тобой, родная? – Дерек нашел в себе силы спросить несмотря на то, что сейчас ему хотелось оказаться как можно дальше от своей считавшейся без вести пропавшей невесты.

– Родная значит? – оскал девушки заставил парня сделать еще один шаг назад и нервно сглотнуть. – Нет, не родная! И вообще для тебя никто. Свадьбы не будет! Я разрываю помолвку!

Молодой человек так и остался стоять посреди кладбища, завороженно смотря вслед уходящей девушке.

***

– Ох, Иолантушка, доченька, проходи, садись, не стой на пороге! Сейчас я принесу тебе покушать. Да садись же ты! В ногах правды нет! – вокруг Ланты суетилась тетушка Лори, жена Ривина, хозяина сельской таверны «Медовуха». – Сейчас еще и баньку затопим. Эй, Клим, слышал? Беги, изготовь-ка баньку!

Ривин лишь покачал головой и ушел на кухню. Ему не хотелось, чтобы дочка кузнеца находилась в его заведении, но предлога выставить ее не нашел. Односельчане его просто заклюют после такого.

– Исхудала-то как, милая! Сейчас, сейчас, – тетушка Лори продолжала охать и ахать.

Скоро Ривин принес поднос, на котором дымилась чаша с похлебкой. Также к предложенной трапезе добавили черный хлеб, мясную нарезку и травяной чай, но девушка даже не глянула в сторону еды несмотря на все сетования и потчевания тетушки Лори. Ланта, не мигая, смотрела на Ривина.

Хозяин таверны невольно поежился: уж больно взгляд был колючий.

– Ты хочешь что-то спросить? – осторожно поинтересовался он.

– Да, – не отводя глаз, кивнула Иоланта. – Четыре дня назад здесь были шестеро человек, чужаки. Где они?

– Шестеро говоришь? – Ривин удивленно вскинул брови и почесал макушку. – Были такие, были… Они привезли тело твоего отца. Сказали, что нашли на тракте недалеко от села. А что такое, дочка?

Лори, сидевшая на лавке, изредка промакивала глаза кухонным полотенцем и продолжала тихо причитать. Где-то во дворе призывно прокукарекал петух.

– Как вы посмели? – прошипела девушка.

Мужчина так и не понял, когда Ланта успела взять нож и, подскочив к нему, вонзить ему в грудь. Лишь услышал испуганный вскрик жены, после чего умер.

***

С новообретенной сверхскоростью Иоланта, двигаясь по следам разбойников, быстро добралась до родного села. Здесь она, решив не привлекать пока к себе лишнего внимания, сбавила темп и пошла обычным шагом.

«Следы ведут к таверне, – сразу отметила про себя девушка. – Но это позже. Сначала надо попрощаться с отцом».

Она не успела пройти мимо первого дома, как ее уже заметили. На небольшой площади девушку окружили односельчане. Оттеснив всех, к девушке подскочили ее подруги – Кими и Нола. Они обнимали ее, плакали, но Иоланта вместо слов слышала их мысли.

«Господи, на кого она похожа? Пугало да и только! А этот уродливый шрам на шее… Почему я его не замечала раньше? И что в ней Дерек нашел?» – пронеслось в голове Кими.

Мысли Нолы почти не отличались.

«Я! Я могла стать женой Дерека, кабы он не польстился на денежки кузнеца! Лучше бы тебе не возвращаться сюда, лучше бы ты сдохла там, в лесу! Ну почему тебя не разорвали дикие звери?!»

А односельчане? Почти каждый думал о том, что он потерял в связи с тем, что дочка кузнеца вернулась. Ведь они уже успели поделить состояние ее отца! Все их сочувствие – сплошная фальшь! Показная игра всех перед всеми!

«Дерек, мой Дерек, я надеюсь, что ты не такой! Что твои чувства ко мне – настоящие!»

Словно услышав ее зов, через толпу прорвался ее жених. Он крепко обнял ее, что-то снова говорил… Он плакал, но… эти слезы, они тоже были фальшивыми. Нола оказалась права: все только ради денег.

Внутри разгоралась холодная ярость. Предательство тех, кого она считала своей семьей, было невыносимо.

– Что с твоими руками?

Иоланта, каким-то образом услышав слова среди прочей мешанины разговоров и мыслей, невольно опустила глаза. Шрамы. Дарси или Иреней? Кто ее укусил? В любом случае, она была благодарна этой нечисти.

Подчинившись инстинктам, новорожденная сама не поняла, как она оказалась перед могилой отца. Но тут она окончательно стала терять самообладание. Как Дерек посмел назвать месть глупостью?

А о чем он в этот момент посмел думать? О том, как женится на ней, получит приданое, а потом избавится от женушки, подстроив несчастный случай… Каждая мысль любимого превращалась в удар острым ножом по и без того израненному сердцу.

– Свадьбы не будет, – холодно бросила она и, не глядя на бывшего жениха, отправилась в таверну. Все-таки сначала требовалось найти разбойников, с остальными она разберется потом.

В таверне ее встретили радостно… Слишком радостно! За отзывчивостью тетушки Лори скрывалась жадность: она уже прикинула в уме, сколько можно будет потом «доить» Ланту за проявленную сегодня заботу.

Но сейчас девушку больше интересовал Ривин. Каким-то образом он сумел спрятать от нее свои мысли. Те самые, которые сейчас так нужны, которые дадут ответы.

– Ты хочешь что-то спросить?

– Да, – внимательно следя за каждым движением хозяина таверны, кивнула Иоланта. – Четыре дня назад здесь были шестеро человек. Где они?

Ривин деланно удивился, но заметно побледнел. Он точно что-то скрывал. Девушка чувствовала, как мужчина занервничал, но его мысли продолжали находиться вне ее досягаемости.

– Шестеро говоришь? Были такие, были… Они привезли тело твоего отца. Сказали, что нашли на тракте недалеко от села. А что такое, дочка?

И тут Иоланта прорвалась в мысли Ривина и увидела все. Злобу, зависть к удачливому кузнецу, копившуюся годами. И как Ривин, всегда казавшийся таким спокойным и рассудительным, подкупил разбойников для осуществления мести.

Что ж, он отомстил. А теперь ее очередь!

– Как вы посмели? – прошипела девушка. Теперь она знала, что разбойники на дороге – не случайность. План в голове сложился быстро: жестокий и беспощадный!

Схватив нож со стола, Иоланта вогнала его в черное сердце Ривина. Тело падало на пол, когда тетушка Лори, еще не поняв произошедшего, испуганно вскрикнула.

– Один, – тихо сказала девушка, отвернувшись от трупа. С ножа капала кровь, ее запах дразнил. Разум отошел на второй план, остались только звериные инстинкты.

Отшвырнув стол к стене, Иоланта вмиг оказалась за спиной новоиспеченной вдовы и с удовольствием впилась в шею, прокусывая артерию.

## Глава 4

Ближе к полудню Ланта, с ног до головы перемазанная свежей кровью, сидела посреди поселковой площади в окружении изломанных тел. Девушка снова могла мыслить здраво: внутренний зверь, довольно урча, временно отступил.

Какое же безумие здесь творилось! Даже последователи князя тьмы были бы в восторге от случившейся кровавой жатвы. Новорожденная убивала человека за человеком, не разбирая, кто перед ней. Какая разница? Девушка, одержимая жаждой крови и плоти, убивала всех, не чувствуя никаких мук совести: по мнению Ланты, грешники получили по заслугам. Быть может смерть была чересчур жестокой, но не более того.

Девушка помнила смерть каждого, все их крики, мольбы и свое темное торжество. Она как губка впитывала почти осязаемый страх, наслаждаясь воцарившейся паникой и смеясь над жалкими попытками защитить и защититься… Как же слаба человеческая плоть, как легко она поддавалась под натиском клыков и когтей.

Новорожденная, бросив довольный взгляд на поле бойни, встала и направилась к своему дому. Осталось еще одно незаконченное дело, так сказать «на десерт».

Отмывшись от крови и грязи в стоявшей во дворе бадье, заполненной ледяной водой из колодца, девушка поняла, что не может и дальше носить эту тряпку, когда-то бывшую платьем. В дом заходить не хотелось, но все же пришлось. Нет, конечно, Ланта могла походить и обнаженной – нагота ее совсем не смущала, но она понимала, что на тракте этим сразу привлечет к себе ненужное внимание. Девушка не собиралась отказываться от своих планов по поводу мести разбойникам, которых еще нужно было найти. Не убивать же всех встречных: так охотники на нечисть быстро найдут ее и ликвидируют.

С порога Иоланта сразу поняла, что местные жители уже успели побывать в доме: не хватало мебели и некоторых вещей. Зачем пропадать добру, коль хозяев больше нет? На миг девушке стало интересно: а вернули бы ей растащенное имущество?

Поднявшись на второй этаж, Ланта толкнула дверь в свою комнату. Здесь тоже царил хаос. Кровать отсутствовала, все вещи из шкафа и комода были в беспорядке разбросаны по комнате. Даже занавески с окон – и те оказались сдернуты.

Равнодушно оглядев помещение, девушка нашла среди валяющихся тряпок брюки для верховой езды и высокие сапоги. То, что их не тронули, странным не казалось: местные модницы предпочитали платья, считая ниже своего достоинства натянуть на себя штаны.

С верхом возникли проблемы: Иоланте все вещи казалось какими-то вычурными и веселыми. Перебирая оставшиеся после набега блузки, новорожденная задумалась о том, как быстро изменились ее представления о морали и моде. Яд, растекшийся по венам, изменил не только ее тело.

Поняв, что тут ей ничего не светит, а ходить, утопая в обилии рюшечек, она не намерена, девушка отправилась ловить удачу в комнате отца. Здесь почти ничего не тронули: то ли мужчины побрезговали брать что-то из комнаты усопшего, то ли просто еще не успели добраться до сюда. В шкафу Ланта нашла несколько рубашек, но, увы, все они оказались безнадежно велики.

В порыве злости девушка хлопнула дверцей так, что та слетела с петель, а одна из ножек подломилась, из-за чего шкаф слегка накренился. Сверху полетела коробка, которую Иоланта легко поймала. Недолго думая, девушка открыла ее и обнаружила внутри женскую одежду. Одежду ее матери… Она все еще хранила ее едва уловимый запах, который скрывался где-то в лабиринтах памяти. Неужели все это время отец берег ее вещи?

Иоланта прослезилась и сразу удивилась этому факту: неужели нечисть тоже способна на такое?

Очень хотелось задержаться, но время поджимало. Выбрав одну из рубашек матери, Ланта бережно сложила остальные вещи и вернула в коробку, накрыв пыльной крышкой. Спустившись в кузницу, девушка отыскала самые ржавые гвозди и засунула их за голенища сапог, после чего взяла молот отца и направилась к выходу.

Теперь осталось только немного подождать.

***

Дерек еще какое-то время посидел на кладбище. Он все еще не мог прийти в себя. Какая-то глупая девчонка его обставила! Все его тщательно продуманные планы по обогащению провалились!

И что это вообще было? Тот звериный оскал и глаза… Может все же померещилось? Летнее солнце довольно ощутимо припекало.

Или это все от перенапряжения? В конце концов, сколько усилий ему понадобилось, чтобы разрыдаться «от счастья» на глазах у всех. Да, актерских способностей у него предостаточно – хоть сейчас отправляйся в королевский театр играть главные роли. Но, похоже, «любимая» каким-то образом его раскусила.

Или все же нет? Ее тоже можно понять. Напали, отца убили, и, скорее всего, ее саму обесчестили. Ну а как еще могли поступить разбойники?

А может она стыдится этого? Поэтому разорвала помолвку? Тогда шансы еще есть! Он скажет, что все равно любит ее несмотря ни на что! У нее не останется выбора, ведь порченная она никому не нужна. Решено!

Солнце уже вышло из зенита. Поднявшись с камня, парень уверенно направился в село, насвистывая незатейливый мотивчик. На пасеке, через которую Дерек решил срезать путь, роились пчелы, в остальном же было тихо. Подозрительно тихо. Не слышно ни лая собак, ни веселых криков ребятни, ни злобной перепалки соседок…

Молодой человек нахмурился и ускорил шаг. К забору, отделявшему село от пасеки, он практически бежал. Легко перемахнул через него… И замер.

Во имя всех небожителей, что здесь случилось?

В воздухе висел тяжелый запах металла, а улица была сплошь усеяна телами. Не веря своим глазам, Дерек присел возле ближайшего, лежащего на животе. Парень осторожно перевернул тело и тут же отскочил, пытаясь сдержать рвотные позывы. Кто-то зверски изуродовал лицо, которое теперь напоминало кровавую массу.

Справившись с дурнотой, Дерек пошел вдоль улицы, стараясь не смотреть по сторонам и тем более на трупы. Неестественная тишина угнетала, но сколько молодой человек не вслушивался, кроме звука собственных шагов да оглушительного биения сердца ничего не слышал.

– Ты заставляешь себя ждать! – от неожиданности Дерек подпрыгнул, резко разворачиваясь на голос. На нижней ступеньке крыльца его собственного дома сидела Ланта.

– Что… Что здесь произошло? На село напали? – он с ходу завалил девушку вопросами, в то же время отмечая перемены в ее внешности. Сейчас его невеста была прекрасна: темные, еще влажные волосы, ниспадавшие водопадом на плечи, обрамляли бледное лицо, на котором выделялись черные с золотинкой глаза и ярко-алые губы. Что-то в ней неуловимо изменилось: раньше ее красота была нежной, скромной, как первый весенний цветок, сейчас же – вызывающей и холодной, как сталь.

– Ты задаешь много вопросов! – Иоланта встала, потянувшись, словно кошка.

Молодой человек невольно прошелся взглядом по ее стройной фигуре.

– Но на один все же отвечу, – продолжила девушка, играючи подняв лежащий у ее ног ковочный молот, на который Дерек сначала не обратил внимания. – Никто не нападал… Кроме меня.

– Ты убила их всех? – не поверил парень.

Картина не складывалась. Как эта хрупкая девушка могла сотворить такое зверство?

– Да.

– Но за что?

– За то же, за что сейчас убью тебя! – в голосе Ланты появились шипящие нотки. – За то, что врал мне! Все врали!

– Иоланта, милая, я тебе не врал! – при этом Дерек начал отступать. Ему очень не понравился кровожадный взгляд, которым одарила его «любимая». – Никогда! И в мыслях не было! Я тебя люблю всем сердцем!

– Сердцем? – Ланта расхохоталась. От ее смеха разило безумием. – Да нет у тебя его! И любишь ты не меня, а мое наследство!

– Не правда, – продолжил отпираться парень. – Я тебя не боюсь, ты не настоящая! Это всего лишь сон! Ты умерла!

– И как ты докажешь, что это сон? – Иоланта с любопытством склонила голову на бок, обдумывая, как бы подольше помучать этого афериста сельского разлива.

– Трупы… Ты бы не смогла так. Это сон, всего лишь кошмарный сон!

– Ты прав в одном только в одном… Я действительно умерла, но воскресла. И это не сон. Это твой самый худший кошмар наяву! И сейчас ты в этом убедишься!

– Тобой овладели темные силы! – на эти слова Дерека девушка оскалилась. Острые клыки приковали взгляд парня, заставляя сделать еще шаг назад, из-за чего он споткнулся о чье-то тело. Молодой человек тут же вскочил, стараясь не выпускать нечисть из поля зрения. В этом вопросе сомнений больше не осталось. – Ты продала душу князю тьмы!

Он видел, как снова потемнели глаза девушки, как они наполнялись безумием.

– Признай, что это реальность! – прошипела Ланта, удобнее перехватывая молот. – Признай, что обманывал меня!

– Нет! Ты не моя Ланта! Ты – нечисть! Слуга князя тьмы! – и, сломя голову, Дерек в ужасе бросился прочь, но успел добежать только до ворот ближайшего дома. Правая нога взорвалась дикой пульсирующей болью. Вскрикнув, парень упал.

– Ожидание смерти хуже самой смерти, ты слышал о таком? – Иоланта медленно подошла к Дереку, корчащемуся на земле от боли. Метко кинутый молот перебил не только мышцу, как рассчитывала девушка, но и раздробила кости.

Новорожденная легким движением отодрала доску от забора и заботливо подложила под лопатки страдальцу. Его стоны были похожи на поскуливание щенка, но сердце Ланты не дрогнуло. Никакой жалости.

Взяв молот, Иоланта вытащила из-за голенища сапог припасенные гвозди, которые Дерек сначала принял за кинжалы. Приложив правую руку парня к доске, девушка замахнулась.

– Лучше добей его сразу, времени мало.

– Не мешал бы ты ей лучше, Иреней! Все веселье испортишь!

Девушка резко обернулась на голоса. В десятке шагов от нее стояли «старые» знакомые. Как им удалось подкрасться незамеченными? Ланта считала, что с ее новым слухом никому не удастся провернуть подобное.

– Продолжай, – Дарси оскалился, демонстрируя свои клыки. – Мы не будем тебе мешать.

## Глава 5

– Наследила ты, ой как наследила, – Иреней начал было отчитывать новорожденную, но его снова перебил Дарси.

– Ну что ты заладил? То добей, то наследила. Можно подумать, что тебе в первый раз придется заметать следы. Если не умеешь – не лезь, сам все сделаю. Не мешай ребенку развлекаться! – тут вампир обернулся к девушке, которая так и застыла памятником самой себе над постанывающей жертвой. – Что касается тебя, юная леди, то могла бы и представиться! Что за времена пошли: молодежь совсем обнаглела, даже банального этикета не соблюдает. Мы ее, почитай, с того света вытащили, а она, неблагодарная, сбежала! Если бы не звуковой резонанс, которым ты нас оглушила, мы бы тебя быстро повязали! Даже двух шагов бы не успела сделать!

– Что-то ты разворчался, мой друг, – ухмыльнулся Иреней. – Если ты не забыл, то читать нотации и нравоучения – это моя привилегия.

Вампир поперхнулся, поняв, что слегка выбился из своего амплуа.

– А наглость – это моя прерогатива! – наконец нашелся он.

Иреней, отмахнувшись от компаньона, строго глянул на Иоланту, которая уже намеревалась устроить второй побег.

– Ты действительно сильно наследила, так нельзя. Мы вынуждены держаться в тени, чтобы нас окончательно не истребили. И если ты хочешь выжить, то тебе придется соблюдать наши правила.

– Что? Прятаться по норкам? – злобно прошипела девушка, на время забыв про Дерека.

– Нет, не прятаться, – Иреней сделал паузу, пытаясь подобрать правильное слово. – Скорее на время затаиться. Нас осталось очень мало. Многие погибли во время войны нечисти, высших, таких, как я и Дарси, вообще единицы. Остальные – шелуха. К тому же, охотники тоже внесли свою лепту в сокращении нашей численности.

– А что вам мешает перекусать побольше народу и наплодить себе подобных?

– Если бы все было так просто, как ты говоришь, то обычных людей бы давно не осталось – вокруг были бы только вампиры и оборотни, – влез Дарси, которому быстро наскучило молчать. – Мало укусить человека: людей с подходящими данными – ничтожное количество. Да и пока нет у нас возможности легко находить тех, кто подойдет по всем параметрам. Те же охотники периодически устраивают облавы в крупных городах – нам туда путь заказан. А в мелких быстро заметят пропажи людей и забьют тревогу, что опять приведет к рейду с зачисткой. Нам пока удается поддерживать численность за счет случайных путников на трактах. Но те, кто выживает, едва ли дотягивают до среднего уровня.

– А я? – тут же насторожилась Ланта. Она чувствовала в себе столько силы, что не могла поверить в то, что по сравнению с этими высшими она слаба. Тем более, что один раз ей удалось их победить.

– А ты… – протянул Иреней, хитро прищурившись. Он уже понял, каким образом можно призвать новорожденную к порядку. – Если хочешь узнать о себе, то ты пойдешь с нами и будешь играть по нашим правилам.

– Либо ты с нами, либо против нас, – добавил Дарси. – Во втором случае мы будем вынуждены тебя уничтожить.

Девушка склонила голову набок. Она уже один раз смогла сбежать и отказывалась верить в то, что это чистое везение. Но у этих двоих опыта больше – на «какие-то» полторы тысячи лет или сколько там им? А умирать еще раз не хотелось, да и что она будет делать, после того как отомстит? К тому же ей нужны учителя, чтобы быстрее разобраться со всеми новыми способностями. Со всех сторон предложение оборотня выглядело разумным.

– У меня есть одно условие, – наконец, взвесив все за и против, сказала Иоланта.

– Какое? – тут же отреагировал Дарси, в котором новорожденная пробудила давно уснувшее любопытство.

– Убить тех разбойников, – ответила девушка, глядя в глаза то одному, то другому представителю нечисти, пытаясь при этом просчитать их реакцию. Мысли вампира и оборотня были для нее недоступны.

Высшие молчали.

– Ты же догадываешься, что она так просто не успокоится, пока не отомстит, – решил высказать свое мнение Дарси, когда ему надоела игра в гляделки. Он явно был на стороне девушки.

– Хорошо, уговорили, – сдался все еще сомневающийся Иреней. Оборотней воспитывали немного иначе, чем вампиров: их с самого начала учили бороться со своей жаждой плоти, а также избегать встреч с людьми. Кстати, вопрос воспитания новорожденных и стал первопричиной войны нечисти, как бы нелепо это ни звучало. – Вот только без всяких изуверств, просто убить.

– А пока добей этого, – Дарси снял с пояса шпагу и перекинул девушке.

Иоланта, кивнув, хоть и не без сожаления, развернулась к Дереку и пронзила его сердце одним точным ударом.

– А не прошвырнуться ли нам по магазинам? – тут же осведомился Дарси, прекрасно понимая, что в селе вряд ли будет большой выбор, но должно же найтись хотя бы одно подобное заведение.

Девушка молча указала в сторону сельской лавки, над входом в которую висела небольшая потрескавшаяся деревяшка с полустершимся названием. Дарси быстро вернулся с канистрами керосина и огнивом, после чего велел:

– Сейчас трупы стаскиваем в одну кучу, после чего все здесь поджигаем и сваливаем. Если ветер не нагонит туч, то к вечеру от села ничего не останется кроме пепелища да белых костей.

– Меня звали Иоланта, – вдруг сказала девушка.

Дарси и Иреней удивленно глянули на нее.

– Почему же в прошедшем времени?

– Дерек был прав: Иоланта действительно умерла, – тут она замялась. – Можно я придумаю себе новое имя?

– Все через это проходят, – одобрительно кивнул Иреней. – Приобретая послесмертие, мы все пытаемся забыть свое прошлое, начиная с имени. Так что все в твоих руках.

– Аспен.

– Что «аспен»? – вновь не понял Дарси.

– Отныне меня зовут Аспен.

Оборотень лишь покачал головой.

Аспен – «вечное искупление». Это был лозунг одной давно разгромленной секты, любившей приносить в жертву младенцев. Что ж… Это ее выбор.

– Добро пожаловать в наши ряды, – некромант, весьма дружелюбно улыбаясь во все клыки, похлопал девушку по плечу. – Поверь, скучно не будет.

Через полчаса все трое покинули пылающую с пяти сторон Медуницу. Жертва эксперимента определенно безумного вампира и вполне разумного оборотня радостно улыбнулась и едва ли не вприпрыжку двинулась по тракту. За ней, никуда не торопясь, шли Дарси и Иреней, внимательно следя за каждым движением своей подопечной. Ведь они до сих пор не разобрались с тем, кого создали.

***

Шестеро матерых разбойников, немало повидавших за свою жизнь, сидели в очередной засаде. Сколько раз их жизнь была на волоске? Сколько они успели награбить? Последний заказ принес им неплохой доход за вполне себе простенькое дельце. Пожалуй, можно было уходить на заслуженный покой – в мирную жизнь. Ведь не все же рисковать своей шеей: рано или поздно удача может отвернуться. Закончить свою жизнь на виселице никому не хотелось.

– Кто-то идет, пешие, – прошептал Глухарь, не отрывая ухо от земли.

– Подготовились, парни, – также тихо прошептал атаман. – Уйдем красиво из разбойной жизни!

Солнце уже клонилось к закату, но до наступления темноты оставалось еще часа четыре. Ветер мощными порывами трепал кроны деревьев, а далеко на севере в небо поднимался столб дыма: видно кто-то погорел, что неудивительно – такая жара.

Минуты текли, и вот из-за поворота появились трое: двое мужчин лет под тридцать, а между ними девушка лет восемнадцати. Только у темноволосого имелась при себе шпага, но атамана насторожило другое: путники шли налегке – никаких мешков, сум или дорожных узелков. И почему они передвигаются пешком? По добротной одежде было не похоже, что эти трое в чем-либо нуждались.

Расстояние сокращалось: стало слышно, о чем они беседуют.

– А еще можно сделать вот так: берешь щипцы для выдирания ногтей, – говорил темноволосый под недовольное фырканье блондина. – Главное выдирать не все сразу, а постепенно. Также, чтобы усилить мучения, есть очень простой способ: берешь обычную пищевую соль и от души сыпешь на рану…

Девушка звонко рассмеялась на сказанное, что очень удивило атамана. В его представлении все приличные особи женского пола должны были падать в обморок при таких словах. А тут еще и девушка вдруг показалась смутно знакомой. Может, видел ее уже где-нибудь? В какой-нибудь таверне, где наемники (а кто еще может так спокойно реагировать на рассказы о пытках?) предлагают свои услуги? Хотя вряд ли. Атаман, еще раз пробежавшись взглядом по ладной фигуре девушки, решил, что он бы запомнил такую красотку.

Сердце главаря разбойников забилось неровно, пропуская удары. Ох, не к добру это. Но все же это ведь их последнее дело, после него он и его парни пойдут каждый своей дорогой. Стоит ли отступаться и откладывать только из-за плохого предчувствия? В конце концов, численный перевес на их стороне.

– А потом что делать? Только давай что-нибудь пооригинальней, – заявила девица.

– А мозги и фантазия тебе на что? – усмехнулся собеседник, сверкнув белоснежной улыбкой. Блондин продолжал идти молча, бросая на своих спутников негодующие взгляды.

Атаман хотел было отдать команду нападать, когда троица остановилась прямо перед засадой.

– Ну что? Не передумала? – блондин заговорил в первый раз за все время. В голосе проскользнули нотки недовольства.

– Нет, – девушка сопроводила ответ уверенным взглядом золотистых глаз.

– Тогда действуй, – блондин чуть отступил. – Если что, мы тебя прикроем, но все-таки постараемся не вмешиваться. Это твоя месть, Аспен.

Девушка кивнула и… растворилась! Исчезла! Бандиты, включая атамана, так и не отдавшего приказ, начали озираться, перекрещиваясь. Святые небожители, неужели тут замешаны слуги князя тьмы?

– Не меня ищете? – раздался нежный голосок за их спинами. Разбойники, как один, развернулись. – Неуважаемые мною господа, смею напомнить вам о себе… За вами должок!

## Глава 6

– Кто ты? – дрожащим голосом спросил Малой и сам же ответил следующим вопросом на предыдущий. – Что тебе надо, нечистая?

– Вообще-то я мылась недавно, – девушка деланно оскорбилась и, накручивая прядь волос на палец, продолжила. – Что касается первого вопроса… Старое имя все равно вам ни о чем не скажет, да и, видите ли, я от него отказалась. А сейчас меня зовут Аспен, если вам так важно это знать. И я пришла мстить. Вы убили моего отца… – тут она, глядя в глаза главарю, отодвинула ворот рубашки, показывая шрам на шее. – Узнаешь?

Атаман побледнел. Да, теперь он узнал. Но как? Как она выжила? У нее же не было шансов! Перед тем, как уйти, он проверил – девушка точно была мертва. Зря они оставили ее там, взяв только тело мужчины для доказательства, что сделка выполнена.

– Темное отродье! Ты продала свою душу князю тьмы! – воскликнул он, обнажая клинок. Бывалые разбойники следом за атаманом схватились за оружие. Без борьбы никто не собирался сдаваться. Про двоих на дороге они, благодаря стараниям Дарси, успешно забыли.

– Ну… Не совсем так, но вы близки к истине, – Аспен, оскалившись, продемонстрировала свои клыки. – Не стоило соглашаться на предложение Ривина. Его уже настигла моя месть, теперь ваша очередь умирать!

– Как насчет честного боя, отродье тьмы? – атаман сам уже не понимал, зачем он тянет время вместо того, чтобы напасть всем скопом. Он был уверен, что им удастся победить нечисть: бывали случаи, когда обычные люди, не являвшиеся охотниками, толпой забивали обезумевшую нечисть.

Аспен расхохоталась.

– Честного боя? Это в котором вы вшестером на одну меня?

– Ты нечисть, ты сильнее нас, так что считаю, что шансы уравняются! – влез Глухарь.

– В день нашего знакомства я была человеком! Разве вы тогда вспоминали про честность и честь? – прошипела девушка, жалея о том, что дала клятву Иренею – не заслуживали они легкой смерти. – Вы всю свою разбойную жизнь убивали и грабили. Но сегодня этому придет конец!

– Мы не боимся тебя! Небожители защитят нас! – крикнул Фенфер, оглядываясь на главаря банды. Без команды никто не решился кидаться в бой: вдруг у их атамана есть план, а они своей поспешностью все испортят?

Аспен ухмыльнулась, нагло считывая мысли каждого. Этот, последний, действительно не боялся ее в отличие от остальных. Ему уже приходилось сталкиваться с нечистью, пусть и с низшей.

– Обещаю, – бросила девушка Фенреру, – твоя смерть будет быстрой… за силу духа.

Атаман тем временем незаметно (наивный!) начал подавать знаки. Их шестеро, она – одна. Нужно окружить девчонку и порешить. За ее труп в столице могут отсыпать немало золота, да и кто знает: вдруг еще удастся получить амнистию?

– Что ж, посмотрим, насколько хорошо я освоила гипноз, – глаза Аспен наполнились золотом, а голос стал нежным, влекущим. Дарси по дороге успел научить ее паре несложных фокусов из арсенала нечисти. – Всем стоять на своих местах и не шевелиться без моего на то приказа.

Атаман хотел было выругаться, но тело уже не слушалось его. Он все видел и понимал – рассудок остался незамутненным, но сопротивляться и тем более сражаться теперь не было возможности.

– Я пообещала одному из своих учителей, что не трону вас и пальцем, – девушка вздохнула, старательно изображая грусть. Иреней действительно попросил никого не трогать, чтобы ни у кого не возникло и мысли, что убийство шайки разбойников – дело рук нечисти. Заметать следы было некогда, хватало горящей Медуницы. – Поэтому вы сами все сделаете. Все, кроме тебя.

Аспен развернулась и подошла вплотную к Фенферу, удерживая зрительный контакт.

– Ты счастлив, – пропела она. Фенфер, с глуповатой, но радостной улыбкой, выронил меч. – А теперь твое сердце остановится.

Мужчина упал замертво с таким блаженным выражением лица, словно перед смертью встретил небожителя, обещавшего ему райский уголок.

– Думаю, остальным следует прогуляться, – Аспен глянула на оставшихся бандитов, которым не желала дарить такую легкую смерть. – Тут недалеко есть река, порадуем рыбешек новыми декорациями. И своего друга не забудьте.

Девушка отправилась вперед, указывая путь. Разбойники, окутанные гипнотическими чарами, последовали за собственной смертью. На берегу небольшой, но быстрой и глубокой речки, мужчины, подчиняясь воле Аспен, сначала сбросили тело Фенфера в воду, а после начали набивать свои карманы камнями.

Глухарь, взяв практически неподъемный булыжник, первый шагнул в воду, сопровождаемый коротким всплеском. Со дна реки начали всплывать пузырьки воздуха. Скоро Аспен, почувствовала, как оборвалась жизнь разбойника: еще одно имя было вычеркнуто из свитка живых благодаря ей.

Следом за Глухарем отправились еще четверо. На берегу остались только Аспен и атаман.

– Знаешь, а это ты, ты виноват во всем, – девушка развернулась к главарю шайки. – Из-за тебя я стала такой. Хотя, признаю, за Дерека я должна сказать спасибо, но смерть отца я тебе не прощу! Гори в вечных огнях князя тьмы!

Атаман дернулся как от пощечины и, не удержав равновесия, упал, раздирая ладони об острые камни. Аспен нервно облизнулась, чувствуя, как запах свежей крови вновь пробуждает зверя. Она отвлеклась всего на долю секунды, но этого хватало, чтобы разбойник сбросил с себя чары и, выхватив из-за пояса кинжал и вонзив его в плечо девушки, бросился в воду.

Застигнутая врасплох, Аспен зарычала, но быстрое течение реки уже далеко отнесло бывшего главаря разбойничьей шайки.

– Не стоит гнаться за ним, пусть бежит, – Иреней помог девушке встать и осторожно вытащил кинжал из ее предплечья. Рана тут же начала затягиваться. – Надо же, серебряный.

Иреней брезгливо откинул кинжал.

– Но ведь он расскажет о нас! – возмутилась Аспен, игнорируя вторую фразу. Ей было неприятно осознавать, что простой смертный смог сбежать от нее.

– Поправка, мелкая, – ухмыльнулся вампир. – Он расскажет о тебе: о нас он не помнит.

Аспен гневно сверкнула глазами, на что Дарси еще больше развеселился и начал распевать что-то про черные очи.

***

– Лорд Биарз, вы опоздали, – спокойно произнес король Анри II, опираясь подбородком на сцепленные в замок руки. – Надеюсь, у вас есть тому достойное оправдание?

– Простите, ваше высочество, – поклонился запыхавшийся лорд, не обращая на смешки, прокатившиеся по залу. Бегать по ступеням королевского дворца в столь почтенном возрасте было тяжеловато. – Меня задержали дела в моем герцогстве. Если вы позволите, то я хотел бы вне очереди выступить с докладом.

Остальные члены королевского совета тут же недовольно зароптали: мало того, что опоздал, так еще и лезет вперед. Как он вообще посмел?

– Господа, – лорд Биарз церемонно поклонился перед королевским советом. – Господа, у меня весьма тревожные новости.

– Да говорите уж, раз начали. И давайте сразу ближе к делу, – распорядился монарх. Остальные тут же притихли: раз Анри II разрешил, то так тому и быть. Но каждый из присутствующих решил делом чести в обязательном порядке позже сделать подлянку в адрес «выскочки», чтобы в другой раз неповадно было. Все члены совета кичились своим положением и испокон веков чтили порядок выступлений, закрепленный великой хартией. К слову, род Биарзов был почти в самом низу этого списка.

– Благодарю, ваше высочество, – голос лорда стал бархатным после пары глотков воды, стакан которой услужливо поднес служка. – Дело в том, что в герцогстве, вверенном мне, активизировалась нечисть.

Послышались новые смешки.

– Что вам позволило сделать такие выводы? – спросил король, не обращая на явное неодобрение со стороны совета. Он хорошо знал лорда, чтобы понимать, что тот не станет зря поднимать панику.

– Село Медуница, ваше высочество. Оно полностью уничтожено, включая всех его жителей.

– Это могли быть простые разбойники! Ваши выводы поспешны! – подал голос один из герцогов. Его поддержали одобрительными кивками.

– Дело как раз в том, что про нечисть доложил разбойник, атаман одной неуловимой шайки. Кстати, он остался единственным выжившим после встречи с высшей. К сожалению, маг, присутствовавший на допросе, подтвердил правдивость рассказа.

Зал буквально взорвался криками. Члены королевского совета, привыкшие к сытой и размеренной жизни, не были готовы к подобному заявлению. Кто-то настойчиво повторял, что стоит просто отправить охотников на зачистку и этот вопрос не стоит и выеденного яйца. Кто-то, наоборот, подметил, что в последнее время нечисть действительно начала вести себя странно и стоит готовиться к худшему. Все наперебой задавали вопросы и высказывали свое мнение, стремясь перекричать соседей.

– Тихо! – Анри треснул скипетром по столу. Хрустальная посуда печально звякнула. Наконец королю удалось восстановить подобие порядка: наступившая тишина нарушалась лишь прерывистым дыханием присутствующих. – Я лично поговорю с этим вашим атаманом при участии мага, который сможет выудить и показать все его воспоминания. Для начала мы должны убедиться, что разбойник говорит правду… А пока совет объявляю закрытым до выяснения всех обстоятельств.

## Глава 7

Мягкий ковер скрадывал тяжелую поступь короля, который метался по своему огромному кабинету. Анри II нервничал, чего с ним давно уже не случалось.

Сразу из зала совета король в сопровождении лорда Биарза спустился в комнату для допросов, где их уже ждали. Маг показал воспоминания разбойника, пришедшего с повинной к лорду Биарзу, и увиденное не обрадовало монарха. Если до этого момента имелась пусть и слабая, но все же надежда на ошибку и то, что они столкнулись с очередным низшим, съехавшим с катушек, то теперь сомнений не осталось.

Увиденное в кристалле дало много поводов к размышлению на тему, которую совет так долго старался игнорировать. Слуги князя тьмы до сих пор жили на человеческих землях бок о бок с простыми смертными. Раньше высшие хотя бы скрывались и хорошо заметали за собой следы – охотники уже сотни лет пытались их истребить, но пока безуспешно.

Что же теперь? Хоть нечисть из воспоминаний разбойника выглядела как обычная девчонка, но определенно была не низшей: тем же гипнозом владели только высшие вампиры. Другие ее таланты тоже намекали на причастность к высшим. Настораживал тот момент, что девушка, назвавшаяся Аспен, умерла совсем недавно, а значит где-то недалеко от нее должен был быть еще один вампир. Случившееся очень было похоже на демонстрацию силы, а если это так, то скоро может начаться новая война.

Еще монарха тревожило то, что они до сих пор не смогли разобраться в природе вируса, который обращал людей в нечисть. Почему кто-то умирал, а кто-то обращался в слугу князя тьмы? В любом случае, как бы дела не обстояли на самом деле, новая информация полностью опровергла теорию о постепенной эволюции от низшего к среднему, а там и к высшему вампиру или оборотню.

Размышления Анри II резко прервали: в кабинет кто-то тихо вошел, даже не постучавшись. Монарх, не оборачиваясь к двери, к которой в этот момент стоял спиной, мог безошибочно сказать кто это. Так делал только один человек, которого сейчас и ждал Анри. Только ему он мог доверить это дело.

– Мой король, – вошедший слегка склонил голову.

– Лорд Майнс, – кивнул Анри, обернувшись к вошедшему и в который раз разглядывая этого странного человека. Высокий, статный, с серебристой проседью в темных волосах. Впечатление портили водянистые глазки и вечно недовольно поджатые губы. Вот такой он, глава тайной полиции, одно упоминание которой ввергало в священный ужас все население Доминиона. – У меня для вас есть одно весьма деликатное поручение.

– Я вас внимательно слушаю, – лорд присел в кресло. Говорил он всегда вежливо, но чувствовалось, что все это больше показное. Его действия выдавали в нем человека, не признающего короля. Глава тайной полиции обладал широкими связями как внутри страны, так и за ее пределами: ему ничего не стоило устроить переворот, чего втайне очень боялся Анри, которому трон достался от покойного дедушки – Генриха V, – в обход всех остальных претендентов.

Но лорд Майнс предпочитал править, находясь в тени и дергая за невидимые ниточки. Король в свою очередь старался всегда советоваться с ним, показывая, что полностью доверяет главе тайной полиции, а заодно таким образом не теряя лорда из поля зрения. Слишком опасным соперником тот был.

– Во владениях лорда Биарза засветилась новорожденная, высшая. Нужно выследить ее и уничтожить.

– Могу я узнать, как она выглядит? – глава тайной полиции заметно оживился. Если это действительно высшая, то неплохо бы заполучить столь ценный экземпляр для опытов: у новорожденных страдал инстинкт самосохранения, что должно было облегчить задачу с ее поимкой.

Король протянул лорду маленький красный кристалл из горного хрусталя, в котором хранилась запись допроса разбойника, сумевшего сбежать от нечисти. Лорд Майнс буквально впился глазами в кристалл, считывая воспоминания. Оч-чень интересно. Мужчина хищно улыбнулся.

– Не волнуйтесь, мой король, я разберусь с этим.

В очередной раз забыв попрощаться, лорд покинул кабинет Анри II.

***

Норт сидел в таверне за кружкой эля, когда его нашел запыхавшийся Айлик. Десятилетний мальчишка, остановившись напротив охотника, начал тыкать пальцев в дверь.

– Там, там…

– Пожар? – начал гадать заскучавший Норт, уже целую неделю не получавший новых заданий. Мелодия, которую старательно выводил скрипач, навевала тоску. Айлик отрицательно замотал головой – казалось, что тонкая шея не выдержит и голова укатится куда-нибудь под лавку. – Война? Снова нет? Тогда что же могло заставить тебя снова прийти ко мне? Когда мы виделись в последний раз, то ты клялся и божился, что никогда в жизни не покажешься мне на глаза…

– Т-тебя там стража ищет, – наконец смог выдавить из себя Айлик. Жил парнишка в королевском приюте для сироток. Маленький, шустрый, он всегда старался быть в курсе всего, что творилось в столице. Этим он и промышлял, сбывая информацию тому, кто больше заплатит. В случае с Нортом мальчишка очень сильно ошибся, сбыв информацию об охотнике не в те руки, о чем позже сильно пожалел.

– Зачем же она меня ищет? – спросил Норт, прекрасно понимая, что Айлик пытался выслужиться перед ним.

– Не знаю, – ответил парень, на что Норт лишь преувеличенно удивился. – Ну, я не уверен, но говорят, что ты понадобился начальнику тайной полиции.

Охотник ухмыльнулся. Раз ищет – значит нужно идти. Кинув пару медных монеток Айлику, молодой человек допил остатки эля и не спеша отправился в главное управление по борьбе с преступностью.

***

– Здравствуй, дядюшка, – ехидно поприветствовал Норт лорда Майнса, пинком открыв дверь в его кабинет. Глава тайной полиции был не один – двое стражников, подпрыгнувших от неожиданности, недовольно покосились на гостя. Они только что отчитались начальнику, что нигде не могут найти его внучатого племянника Нортона Гандвейна.

– Пошли вон, – рыкнул лорд. Оплошавшие стражники не заставили просить себя дважды. Норт развалился в гостевом кресле, закинув ноги на рабочий стол, нисколько не заботясь о сохранности лежавших там бумаг. Лорд Майнс поморщился, но ничего не сказал по этому поводу – знал, что бесполезно. – Все еще сердишься за своего отца?

Норт презрительно фыркнул. Старая история. Он действительно не любил дядю, но причина была скрыта в другом.

– Человек, которого ты так легко отправил на виселицу, мне не отец. Просто ты не имел права решать все за меня…

– Чем же ты недоволен? – лорд, впервые за много лет получивший хоть какой-то мало-мальски откровенный ответ, решил воспользоваться ситуацией и узнать, на что же так обижен племянник. В последний раз они виделись пару лет назад, когда Норт недвусмысленно попросил дядюшку исчезнуть из его жизни. Лорд решил тогда оставить племянника в покое. До поры до времени. – Я дал тебе крышу над головой, помог получить образование.

– Я бы мог стать лучшим вором и…

– …и закончить жизнь там же, где и твой отец, – отрезал глава тайной полиции, не дав договорить. – Твоя мать бы в гробу перевернулась, а твой сын, если бы ты успел таковым обзавестись, точно также отрекся бы от тебя.

– Но из всех возможных вариантов ты сделал меня псом на службе у государства, – Норт внимательно наблюдал за реакцией дядюшки, а заодно разглядывал его. Молодой человек был готов поклясться, что за время разлуки тот практически не изменился.

Что касается выпада в адрес выбора за него, то на самом деле Нортону нравилось быть охотником, но пристальное наблюдение со стороны тайной полиции рано или поздно кого угодно допечет. А эта бесконечная бумажная волокита? Ни один рейд не обходился без нее.

– Я всего лишь обеспечил твое будущее, – пожал плечами лорд, делая вид, что не понимает, к чему клонит племянник. Он никогда не воспринимал парня всерьез. – Служи верно и не пропадешь.

– Кому служить? – взорвался Норт и вскочил из кресла, уперевшись руками в стол и нависнув над мужчиной. – Королю? Или тебе – главному кукловоду Доминиона?

– Исключительно государству, мой друг, – глава тайной полиции не оценил словесную атаку. Побесится и успокоится. Потом еще спасибо скажет. – Ни один человек – ни я, ни король, – не идеален.

– Зачем ты меня искал? – резко сменил тему Норт, понимая, что спорить с дядей бесполезно. Ему даже король не смеет перечить, не стоит так рисковать – мало кто обладает бесконечным терпением.

– Рад, что у тебя появилось мозгов хоть на медяк, – лорд довольно улыбнулся. Он слышал, как племянник скрипнул зубами, но сумел взять себя в руки и промолчать. – Дело в том, что ты в свои неполные двадцать лет являешься одним из лучших охотников королевства.

Норт поморщился и сел обратно в кресло. Неужели опять облава на низших? Сколько можно? Он, конечно, немного заскучал без дела, но не настолько. И ради этого его искали, подняв половину стражи столицы на уши? Разве подобное дело не могли передать через обычного посыльного, как это делалось раньше? Что изменилось? Встреча с дядей явно не стоила того. Лучше бы он и дальше таскался по тавернам и глушил эль.

– Ты должен поймать Аспен, – лорд уставился на племянника немигающим взглядом. Норт безразлично пожал плечами – имя ему ничего не говорило. – Она высшая. Держи кристалл – это все, что у нас есть на нее. Она нужна мне живой, хоть этот термин и не особо применим к нечисти. Думаю, ты понял, о чем я. Собери группу…

– Я пойду один, – перебил Норт, забрав кристалл. Что ж, ради высшей, которая может оказаться полезной в одном деле, можно и простить дядюшке часть старых обид. Но если Нортон хочет попробовать воплотить в жизнь только что появившийся план, то необходимо заранее позаботиться о том, чтобы свидетелей не было. – Ты же сам только что сказал, что я один из лучших охотников на слуг князя тьмы.

– Если ты провалишь задание… – протянул глава тайной канцелярии, не став спорить с племянником. Репутация Нортона говорила сама за себя.

– То это будут мои проблемы, не так ли? Не волнуйся, дядюшка, ты получишь свою высшую. Это все?

– Да, можешь идти.

Лорд Майнс проводил уходящего племянника настороженным взглядом. Ему не понравилось, как Нортон оживился при упоминании о том, что Аспен является высшей. Пожалуй, стоило установить за ним дополнительное наблюдение: в том, что его племянник сможет найти новорожденную, лорд ни на секунду не сомневался.

## Глава 8

Время поджимало – слухи про нечисть разлетелись на удивление быстро. Как пить дать, облаву объявят! Все-таки они знатно успели наследить.

Вампир и оборотень при поджоге Медуницы прекрасно понимали, что столб дыма, который вероятно было видно даже из ближайшего городка, мгновенно привлечет внимание жителей окрестных поселений. Но то было осознанным решением: все же пожар, оставивший после себя пепелище, – это одно, а целое село, усеянное трупами – совсем другое. Во втором случае сразу было понятно, что без нечисти не обошлось.

Они бы действительно выиграли время, если бы не допущенная ошибка, про которую лучше вообще было не вспоминать. Иреней и Дарси до сих пор не понимали, как они могли так расслабиться и пустить все на самотек, полностью доверив новорожденной свершить ее месть. У обоих возникло подозрение, что подопечная каким-то образом могла на них влиять. Необходимо было как можно быстрее разобраться со способностями Аспен, ведь если информация о ней дойдет до глав нечисти, то Иренея и Дарси быстро призовут к ответу. Нужно было подготовиться к этой встрече, которая рано или поздно состоится.

В любом случае, сейчас троице пришлось ускориться, при этом стараясь лишний раз не отсвечивать. Именно для этой цели в ближайшем селе Иреней купил трех лошадей – откуда у него такие деньги для Аспен осталось загадкой. Дарси в свою очередь успешно подчищал воспоминания всех встреченных ими людей, пока не доверяя это дело новорожденной: нельзя было оставлять даже малейшую зацепку для охотников.

Обзаведясь средством передвижения в виде добрых коняжек, которые доверчиво льнули к Иренею и Аспен и при этом чуть не шарахались от вампира, путники действительно стали привлекать к себе меньше внимания и без вмешательства вампира.

– Ты действительно так хорошо читаешь мысли? – не переставал удивляться Дарси, успокаивающе поглаживая своего коня по холке. – Вот тот парень, он о чем думает?

– Завидует, – Аспен хватило одного взгляда в сторону обозначенного субъекта, чтобы узнать о нем всю подноготную. – Ездют тут всякие благородные. А вот если бы отобрать у них золотишко да раздать беднякам, то в мире воцарилось бы всеобщее равенство. И тогда бы небожители спустились к нам и всем бы стало хорошо.

– Почти везде одно и то же, – покачал головой Иреней, которому мысли людей были недоступны, поэтому он с любопытством слушал то, что пересказывала девушка. – Зависть, злоба, ненависть, тщеславие. Ощущение, что все погрязли в пороке. И как же раздражает вот эта надежда на небожителей.

– Самое любопытное, – отметил вампир-некромант, – никто не знает, как оно должно быть, в этом «хорошо», о котором все поголовно мечтают. Да и чего стоит всеобщее благо, когда ты не знаешь, что бывает иначе?

– Все познается в сравнении? – уточнила Аспен.

– Верно мыслишь, – кивнул вампир, не забывая отслеживать мысли окружающих. Дополнительных проблем не хотелось: хватит и тех, что уже есть.

– Я так и не поинтересовалась, – вдруг опомнилась девушка, когда они покинули пределы населенного пункта. – А куда мы вообще направляемся?

Оборотень и вампир сразу же вступили в спор: а к кому из них ехать – каждый тянул одеяло на себя. Оказалось, что этот вопрос им даже не приходил в голову: каждому казалось, что само собой разумеется, что едут к нему, благо пока дорога лежала в одну сторону. Дискуссия закончилась тем, что Аспен попросту устала от всех этих «шавок подзаборных» и «проклятых кровососов». Хорошо хоть, ехали по проселочной дороге через пшеничное поле, и свидетелей перепалки кроме нее не было.

– А к кому ближе? – поинтересовалась новорожденная, чувствуя, что эти двое сами договориться не смогут.

Дарси с Иренеем переглянулись, словно просчитывая что-то. Буквально через пару мгновений вампир расплылся в довольной улыбке.

– Эх, князь тьмы с вами! – выругался проигравший оборотень, поняв, что к Дарси действительно ближе, а тащить новорожденную через полконтинента – крайне недальновидно.

– Не дрейфь, блохастик, – некромант не очень пожалел Иренея. – Оно тебе надо, чтобы твою холостяцкую берлогу разгромили? Да и народу там у тебя многовато.

***

Троица была уже далеко на юго-западе страны, когда небо начало алеть, предвещая наступление нового дня. Всю ночь путники бежали наперегонки, бросив лошадей возле одной деревни: то-то утром местные обрадуются привалившему счастью. Вот только, забегая вперед, все окончилось дракой: поделить лошадок народ не сумел – каждому хотелось пополнения в своем хозяйстве.

Первые лучи солнца озарили долину, где располагался построенный из светлого камня замок, принадлежащий Дарси. Жители деревень и сел, приписанных к оному, считали, что их лорд очень замкнутый человек – он даже прислугу в доме не держал, но при этом никто не жаловался на странного хозяина: оброк и барщина для крестьян были несколько ниже по сравнению с другими графствами. А если учесть, что на юге еще и урожай лучше… Никто из смертных даже не догадывался, что герцог де Войль на самом деле высший вампир, некромант и ветеран войны нечисти.

– Я думала, что мы попадем в какое-то ну очень мрачное место, а тут ничего так, вполне миленько, – оценила Аспен, которой уже не терпелось оказаться внутри замка, но с рассветом пришлось сбавить темп и пойти обычным шагом. Ночная пробежка пошла девушке на пользу: она как будто избавилась от лишней энергии, которая кипела в ней и искала выхода.

Пройдя по каменной плитке, которой был вымощен внутренний дворик, Дарси провел своих гостей через светлый холл в малую гостиную. Аспен, с удовольствием развалившись на одном из четырех диванов, заваленных разноцветными подушечками, с любопытством осматривалась, краем глаза подметив, что Иреней занят тем же.

Да… Вампир был не дурак по части роскоши и удобства. Особенно девушке понравились задрапированные до приятного глазу освещения высокие стрельчатые окна: понятно, что в обычном сельском доме о таком можно было только мечтать. А свисающая с потолка, который потерялся где-то в полумраке, хрустальная люстра вызвала у Аспен неудержимое желание покачаться на ней как на качелях.

– Чай предлагать не буду – все равно откажетесь, – сказал довольный Дарси, видя в глазах гостей восхищение его «скромной холостяцкой берлогой» и даже не догадываясь о том, какая судьба может постигнуть люстру, сделанную на заказ более тысячи лет назад. По нынешним меркам ей цены не было. – Прислуги у меня нет, так что можете не бояться выдать себя. В ближайшее время других гостей помимо вас не планируется. Если вдруг что-то изменится – я вас предупрежу. Можете гулять по всем этажам, но в подвалы лучше не суйтесь. Считайте это добрым советом. Аспен, тебя это особенно касается.

– Почему? – девушка отвлеклась от изучения вышивки на одной из подушечек.

– Ну, – замялся Дарси под насмешливыми взглядами оборотня. – Трупы не любят, когда их беспокоят. Да и есть у меня подозрения, что пара подопечных сбежала за время моего отсутствия.

– Сбежала? – Аспен приподнялась на локте, заинтересовавшись. Внутренний зверь сделал стойку: а не повод ли это для охоты?

Иреней лишь понимающе ухмыльнулся и пояснил:

– Дарси – очень сильный некромант. И я сомневаюсь, что его творения похожи хоть на одно из существующих живых тварей.

– Ты мне льстишь, дружище, – вампиру явно пришлась по душе похвала оборотня, раз он даже забыл обозвать его.

Аспен заинтригованно хмыкнула, но от шпильки в адрес некроманта не удержалась.

– Полет фантазии? Или сдвиг по фазе?

– Одно другому не мешает, – заявил Дарси и метко кинул в девушку подушкой. Та не успела увернуться: сказывался опыт высшего вампира.

Тем же вечером Аспен сидела в оконной нише, где примостилась после обстоятельного осмотра замка, занявшего весь день.

– Красиво, не правда ли? – задумавшаяся девушка вздрогнула. Оборотень в очередной раз подкрался бесшумно. Вот как ему это удается?

– А? Да, красиво, – уже осмысленным взглядом Аспен посмотрела на закат.

– О чем думала? – Иреней, не дождавшись приглашения, присел рядом.

– О разном, – после небольшой заминки решила признаться девушка оборотню. Если бы разговор начал Дарси, то он вряд ли бы получил ответ. – О том, как резко изменилась моя жизнь и отношение к ней. О том, что делать со всем этим. О том, кто я теперь… Я ведь не увижу больше родителей, которые теперь в садах небожителей. Я стала слугой князя тьмы.

– Вопрос обо всех этих небожителях и князе тьмы весьма спорен, я тебе скажу. Столько лет живу, а никого из них не встречал. Ну, а на вопрос кем ты стала мы можем ответить, – Дарси с невинной мордашкой стоял за спиной девушки.

Аспен недовольно поморщилась: кто бы сомневался, что вампир упустит вечер откровений. Но все же иногда человеку (да и не человеку) просто необходимо побыть в одиночестве, привести мысли в порядок. Видимо стоило смириться с тем, что в ближайшее время ей такой возможности не выпадет.

– И?.. – не дождавшись ответа, девушка вопросительно выгнула правую бровь. Жест получился отточенным и красивым – у человека так может получиться после долгих и упорных тренировок.

– Я вытащил тебя с того света, – «скромно» заявил вампир-некромант. – Точнее задержал твою душу, не дав тебе уйти за последнюю грань.

– А затем мы оба укусили тебя, – завершил Иреней. Все коротко, ясно и по делу.

Аспен кивнула – она сразу заметила, что все еще не зажившие шрамы, оставшиеся на запястьях, различаются. Она догадывалась о том, что кусали оба, но тогда назревал другой вопрос: разве так бывает, чтобы человек стал одновременно и оборотнем, и вампиром?

– И кто я теперь в итоге?

– Ты первая и единственная в своем роде! – гордо заявил вампир, слегка приосанившись.

– А конкретнее? – нахмурилась девушка, которой уже надоели эти хождения вокруг да около.

– Э-э-э, – стушевался вампир. – А вот это нам предстоит выяснить. Все покажет полнолуние.

– Видишь ли, – вмешался Иреней, поняв, что Дарси еще долго будет лить воду, – просто до нас никто не додумался заразить человека сразу двумя вирусами. Это невозможно – постоянная борьба вампиров и оборотней давно вышла на уровень инстинктов. Мы просто на дух друг друга не переносим. Даже сейчас мой внутренний зверь требует порвать на лоскутки этого клоуна. Да и Дарси наверняка испытывает подобные желания. Если нечисть почувствует в недавно зараженном человеке вирус врага, то и воспримет его как врага. А врага не заражают, врага убивают.

– Но вы же друг друга не убиваете почему-то, хоть и хотите этого.

– Мы – другое дело, – улыбнулся Дарси, шутливо стукнув оборотня в плечо. – Нас с мохнатым слишком многое связывает.

## Глава 9

Норт еще раз внимательно осмотрел пепелище, сам не понимая, что именно он пытается здесь найти: после пожара не осталось никаких следов. От деревянных домов уцелели только обуглившиеся печные трубы. В центре пожарища лежала груда костей с остатками горелой плоти. Умная тварь, ничего не скажешь: инцидент легко могли списать на каких-нибудь разбойников или последователей князя тьмы.

Ради приличия немного побродив по окрестностям села, совсем недавно славившегося своим медом и настойками, Норт, еще раз сверившись с воспоминаниями из кристалла, решил, что пора уже отправляться на юг – к месту последней засады разгромленной шайки.

Гнедая лошадь с белой кляксой на лбу лениво перебирала копытами. Торопиться было некуда – Норт все равно рано или поздно настигнет высшую. Никуда она от него не денется.

Покусывая соломинку, юноша, мерно покачиваясь в седле, окунулся в воспоминания.

…– Нортон, малыш, куда ты спрятался? А-а-а-а, вот ты где! Беги к мамочке! – счастливый малыш бежит в распахнутые объятия, пахнущие свежими булочками и немного мылом.

– Мама, ну мамочка, хватит! – малыш, которому не терпится поделиться своей находкой, вырывается из рук матери. – Ты лучше посмотри, что я нашел.

– Показывай, – мама ласково треплет по волосам, взъерошив их.

Малыш, поморщившись и чопорно поправив волосы, осторожно достает из кармана курточки свою находку, но кулачок не разжимает. Он, хитро улыбаясь, ждет, пока мама попросит об этом. Но мама делает вид, что ей совсем не интересно. И тогда маленький Нортон раскрывает ладошку…

– Где ты это взял? – с ужасом в голосе восклицает мать и выбивает из руки своего малыша три человеческих зуба. Малыш не понимает, почему мама так реагирует, а она уже трясет его за плечи. – Где ты это нашел?

На глаза растерянного Нортона наворачиваются слезы.

– Мне их дал дяденька, который странно пах. У него много таких. А еще он сказал, что скоро зайдет к нам в гости, – при этих словах женщина бледнеет и сжимает плечи мальчика до боли.

– Нортон, маленький мой, – начинает торопливо говорить она, – беги отсюда, беги через черный ход, беги к тетушке Хлое. И не возвращайся, слышишь? Чтобы ни случилось – не смей возвращаться!

Под конец ее голос срывается на крик. Она толкает его. Малыш не понимает, чего так испугалась мама. А в дверь уже кто-то стучится – это наверно тот дяденька в гости пришел. Мама еще раз подталкивает Нортона к черному ходу и почти беззвучно шепчет «беги и не возвращайся». И мальчик убегает весь в слезах. Он думает, что мама его больше не любит…

Лишь спустя много лет Нортон понял, что тот странный запах, который он учуял от того «дяденьки», на самом деле является запахом нежити. Вот почему ему удалось стать одним из лучших охотников.

Доехав до места засады, Нортон тряхнул головой, отгоняя полузабытые воспоминания. Спешившись и оставив лошадь на дороге, охотник продрался через кусты вглубь леса. Тайфун, глядя вслед уходящему хозяину, лишь недовольно фыркнул и начал пощипывать скудную траву.

Нортон огляделся. Он был уверен, что не ошибся – это было то самое место, где произошла короткая стычка разбойников и высшей. Не найдя ничего примечательного, молодой человек направился к речке и, присев почти у самой воды, начал осматривать берег. Вдруг на губах охотника появилась довольная улыбка: в небольшой расщелине между камнями валялся кинжал. Тот самый, с помощью которого атаману удалось ранить нечисть. И как только высшая так оплошала? Нортон понимал, что темному отродью было неприятно прикосновение серебра, но можно было хотя бы бросить кинжал в реку. Вдруг это ловушка?

Отогнав параноидальные мыслишки, охотник внимательно исследовал кинжал. В нем самом, конечно же, не было ничего примечательного, но на рукоятке остались бурые следы крови. Бинго!

***

Дарси подошел к стене, сплошь увешанной холодным оружием, и снял пару шпаг, одну из которых без предупреждения кинул в сторону Аспен. Та, не ожидавшая такого подвоха, лишь в последнюю секунду извернулась и поймала шпагу.

– Неплохо, но можешь и лучше, – прокомментировал Иреней, удобно развалившись в кресле в предвкушении небольшого представления.

Дарси принял боевую стойку, застыв в ожидании: ему было интересно как поступит Аспен, не получившая никаких инструкций. Девушка постаралась скопировать позу вампира.

Что ж, для начала сойдет. Дарси кивнул и с бешенной скоростью набросился на Аспен: та лишь каким-то чудом, доверившись инстинктам, успела парировать летящий сверху удар, закрываясь шпагой. Через две секунды девушка уже сидела на полу. Вампир сразу после подсечки отскочил и теперь кругами ходил вокруг Аспен.

– Никогда не стой на месте, двигайся, – прокомментировал Иреней первую ошибку.

– Да он же меня чуть не нашинковал как капусту! – возмутилась девушка.

Ей стало обидно от того, что Дарси так легко и быстро смог ее одолеть. О полуторатысячелетнем опыте вампира в порыве злости она как-то забыла. Почти сразу вскочив на ноги, Аспен кинулась на Дарси, размахивая шпагой словно мух ею отгоняла. Девушке это казалось выигрышной тактикой: так вампир вряд ли сможет предугадать ее атаку. Но всего лишь одна подножка и Аспен снова оказалась на полу.

– Не маши так шпагой, все движения должны быть четкими и выверенными, – продолжил наставлять оборотень, сидя в своем кресле.

– Так нечестно! – воскликнула Аспен, снова поднявшись на ноги. – У вас опыта больше, а я шпагу раньше держала, только когда отцу в кузнице помогала и таскала их с места на места!

– Отточенные движения намного важнее накаченных мускулов и ярого энтузиазма. Не стоит во время боя проявлять эмоции, вы еще не закончили. Выигрывает тот, кто сумеет сохранить холодный разум. Виртуозное владение техникой не всегда поможет. Ты никогда не задумывалась над тем, почему все храбрые люди так быстро погибают? – спросил Иреней.

– Хочешь сказать, что они в пылу битвы перестают думать? Разве это плохо? – удивилась девушка, пытаясь перебороть нарастающее раздражение и успокоиться. Тихо рыкнув, она развернулась в сторону Дарси и смерила его презрительным взглядом. Так, нет, главное сейчас – взять себя в руки, иначе она снова окажется на полу.

– Они просто не допускают мысли, – ответил оборотень как ни в чем не бывало, – что нужно все строить на голом расчете: победишь или ты, или тебя. Также стоит помнить о том, что отступать не зазорно если на кону стоит твоя жизнь.

…– Ланта, что случилось? Почему ты плачешь? – ласковые руки погладили зареванную девчушку по волосам.

– У меня ничего не получается! Я себе все пальчики исколола, пытаясь вышить бабочку, – она показывает белое полотно, на котором гладью неумело вышита разноцветная клякса. – Опять все распускать!

– Не надо плакать. У тебя все получится, только успокойся. В этом деле важна сосредоточенность. Все придет со временем. Ты только старайся.

И она обещала маме. Обещала больше не плакать и всегда стараться добиваться своего. Опыт приходит лишь со временем. Трудно что-то сделать правильно с первого раза. Но усилия и терпение помогут, и тогда очередная попытка может увенчаться успехом.

Аспен глубоко вдохнула и слегка улыбнулась. Эмоции отступили. Девушка приняла к сведению все наставления, данные оборотнем. Больше никаких лишних движений, только легкость и грация.

Противники ходили по кругу, стараясь не выпускать друг друга из поля зрения. Девушка внимательно следила за вампиром и старалась копировать все его движения, словно хотела стать его отражением в зеркале, его тенью. Они одновременно пошли на сближение. Звон шпаг и соперники разошлись. Наконец Аспен на практике поняла, что такое смертельный танец двух врагов. Еще одно сближение, и девушка отлетела к стене, едва удержав равновесие.

– Но если даже ты держишь свои чувства в узде, то это еще не значит, что ты победишь, – тихо рыкнул Дарси. – Никогда не недооценивай соперника. А еще – тренируйся. Техники у тебя сейчас никакой.

С этими словами вампир развернулся и вышел из тренировочного зала.

Иреней на недоумевающий взгляд девушки лишь пожал плечами. Чужая душа – потемки. А вампир – это вообще сплошная загадка и иррациональность.

***

Молодой человек ходил по периметру комнаты, которую он снял в таверне с чудным названием «Мыслитель». Как Нортон ни старался, но с помощью крови, оставшейся на кинжале, он никак не мог найти высшую. Как будто ее больше не существовало: ну не сквозь землю же она провалилась к своему князю тьмы?

У охотника в какой-то момент даже возникли сомнения: а точно ли кровь принадлежала темному отродью? Или это все же была кровь разбойника? Но нет, проведенные дополнительные опыты показали высокий уровень содержания яда, который встречался только у нечисти.

Нортон еще раз просмотрел данные с кристалла, хотя уже давно выучил каждую деталь… Что-то здесь не сходилось. Охотник оказался в тупике. Думай, Норт, думай! Ты просто что-то упустил из виду!

– Нортон! Научись мириться с тем, чего ты не можешь изменить. Как бы ты не захотел, небо останется голубым, трава – зеленой. А твоя мама уже не вернется, – это говорил отец, который как-то сумел узнать о случившемся и тайком пробрался к тетушке Хлое, чтобы повидаться с сыном. Малыш лишь отвернулся к стенке. Этот человек был ему чужим, так стоило ли его слушать? – В этой жизни тебе много чего придется не по вкусу. Смирись, тебе больше ничего не остается.

Смирись. Это слово шло бок о бок с Нортоном с тех самых пор. Его биологический отец смирился, перестал бороться и где он оказался? На виселице.

Смирись. Это самое трудное, когда гордость так и кричит «Борись! Все в твоих руках!». Нельзя мириться со всем. В любом случае всегда можно сделать хоть что-то, хоть крохотный шажок. Нортон свято верил в то, что безвыходных ситуаций не бывает.

Охотник покачал головой. Смириться он не мог: для него это было равносильно тому, чтобы сдаться, а он на это не имел права. Да, Нортон не хотел становиться охотником, но стал им – ради матери, за которую он обязан был отомстить.

Внезапно в голову пришла идея. А что, если?..

Подскочив к столу, на котором лежала карта, молодой человек повторил манипуляции по поиску высшей, только на этот раз не с помощью крови, а используя непосредственно кинжал. Получилось!

Внимательно посмотрев на точку, указанную кинжалом, охотник начал собирать вещи. Следующим пунктом назначения стали владения герцога де Войля, а точнее его родовой замок.

Что ж, герцог, ждите гостей. Похоже, у вас завелась тварь, которую необходимо поймать!

## Глава 10

Вампир, который после своей внезапной вспышки ярости какое-то время скрывался в недрах подвала замка, довольно быстро остыл и, не забывая демонстрировать свой мерзкий характер и язвить по поводу и без, вернулся к тем, кого уже начинал считать почти что друзьями. Аспен и оборотень единодушно воздержались от лишних вопросов, опасаясь повторения инцидента. Не стоит будить то, к встрече с чем ты не готов.

Тренировки стали неотъемлемой частью жизни Аспен. Дарси и Иреней гоняли свою подопечную так, словно решили ее извести и досрочно отправить на свидание к князю тьмы. Оба высших считали, что в их случае цель оправдывает средства: а как иначе бы они смогли в короткие сроки проверить на что способна Аспен? Не сегодня-завтра о жертве эксперимента может стать известно другим представителям нечисти и результат пока был, к сожалению, непредсказуем.

Дарси, постоянно нахваливающий свою многочисленную коллекцию холодного оружия, учил девушку основам ведения боя, пока что ограничившись шпагой. Впрочем, глядя на успехи своей ученицы, вампир уже мысленно строил далеко идущие планы: благо коллекция действительно была большая.

Иреней отдавал предпочтение рукопашному бою, что было вполне логичным: при переходе в человеческую форму оборотни оставались обнаженными и, конечно же, безоружными. Не таскать же волку шпагу в зубах? Так стоило ли тогда доверять всяким железякам?