# Блуждающие души

Ольга Вадимовна Гусейнова

«Я замедлилась, не в силах оторвать взгляда от красного тандема – девушка и мотоцикл. Кажется, всю жизнь мечтала купить похожего двухколесного монстра, а тут такой шикарный экземпляр.

Жаль, зарабатываю я ровно столько, чтобы содержать единственное транспортное средство, на второе денег уже не хватит. Да и хранить его негде.

Неожиданно девушка резко вскинула руку и закричала именно мне, но уже в следующую секунду послышался скрежет металла и грохот. Я развернулась и увидела, как троллейбус врезался в столб с огромным рекламным баннером. И эта бетонная махина неотвратимо и странно, словно в замедленной съемке, падала на меня.

Народ с "зебры" бросился врассыпную, я тоже. Да только не судьба. Шпилька от крутого разворота застряла в трещине размягченного жарой асфальта. Я судорожно дергала ногой, пытаясь вырваться из плена, и в ужасе смотрела, как на меня падает баннер. Удар, грохот, боль…

Перед тем как померк белый свет, солнце на мгновение осветило красный "кавасаки" и девушку, бегущую ко мне, сдирая яркий шлем и встряхивая длинными черными волосами. Оригинально! Кто-то перед смертью свою прожитую жизнь видит, а я – девушку и сияющий мотоцикл…»

## От автора

Дорогие мои читатели, это один из первых моих рассказов, поэтому, прошу не судить слишком строго.

Приятного вам чтения, крепкого здоровья и больше радости в жизни.

Ваша Гусейнова Ольга

## Глава 1

Рабочий день закончился, за окнами лето и солнце – что может быть лучше?! Я подкрасила блеском губы, подмигнула своему отражению в зеркале и, подхватив сумочку, вспорхнула с рабочего места.

– Девочки, всем хороших выходных! – пожелала коллегам и устремилась на выход.

– Кому как… А кому хоть помирай: в понедельник аудиторская проверка, – услышала вслед брюзгливое ворчание нашего главного бухгалтера Валерии Степановны.

Закрыв за собой дверь, я довольно усмехнулась: как хорошо, что меня это больше не касается! Меня перевели в отдел логистики. С понедельника я там, где и премии, и коллектив интереснее и моложе, и вообще, изменений в жизни хочется.

Выскочив из офиса, полной грудью вдохнула, наслаждаясь зноем, летом и царящими вокруг запахами. Пусть выхлопные газы, плавящийся асфальт и духота, зато – свобода!

Ветер подхватил подол моего легкого шифонового сарафана и игриво задрал чуть ли не до подбородка. Тут же раздался восторженный свист парней, сидевших на скамейке неподалеку. Но я не смутилась и не расстроилась. Настроение слишком хорошее, да и нечего мне расстраиваться. Раз свистят, значит неплохо выгляжу и можно лишний раз порадоваться, что красивое новое белье сегодня надела: ажурное желто-белое, в тон платью.

Я задорно улыбнулась парням и процокала мимо шпильками изящных золотистых босоножек.

Моя машина в ремонте, поэтому домой ехать домой придется на маршрутке. Прошла к перекрестку, чтобы на другую сторону дороги перейти, достала из сумочки солнцезащитные очки – уж больно яркий свет глаза слепит.

Светофор переключился на зеленый для пешеходов, и я в числе первых рванула через дорогу. И сразу же обратила внимание на с ревом подъехавший к перекрестку мотоцикл. Потрясающий красный «кавасаки»! Такого красивого я еще ни разу не видела. Словно он из будущего к нам нечаянно заехал. Гладкие футуристичные линии, два огромных колеса с красными дисками, черная плавная линия сиденья. Водителем этого чуда техники и дизайна оказалась девушка: стройная, гибкая, с длинными ногами, затянутыми в тонкие кожаные бордовые брюки, в красивой короткой курточке; на голове красный шлем с черным забралом-визором. Эффектно!

Я даже замедлилась, не в силах оторвать взгляд от красного тандема – девушка и мотоцикл. Кажется, всю жизнь мечтала купить похожего двухколесного монстра, а тут такой шикарный экземпляр. Жаль, зарабатываю я ровно столько, чтобы содержать единственное транспортное средство, на второе денег уже не хватит. Да и хранить его негде.

Неожиданно девушка резко вскинула руку и закричала именно мне, но уже в следующую секунду послышался скрежет металла и грохот. Я развернулась и увидела, как троллейбус врезался в столб с огромным рекламным баннером. И эта бетонная махина неотвратимо и словно в замедленной съемке падала на меня. Народ с «зебры» бросился врассыпную, я тоже. Да только не судьба. Шпилька от крутого разворота застряла в трещине размягченного жарой асфальта. Я судорожно дергала ногой, пытаясь вырваться из плена, и в ужасе смотрела, как на меня падает баннер.

Удар, грохот, боль… Перед тем как померк белый свет, солнце на мгновение осветило красный «кавасаки» и девушку, бегущую ко мне, на ходу снимая яркий шлем, встряхивая длинными черными волосами.

Оригинально! Кто-то перед смертью свою прожитую жизнь видит, а я – девушку и сияющий мотоцикл.

## Глава 2

– Марго, я не вижу ничего особенного. Все в абсолютном порядке, ты же только недавно свою девочку из салона взяла.

– Миш, я не знаю, что случилось. Я и так сегодня на нервах вся, а тут еще это…

– И что случилось такого, что железную леди напугало?

– Не язви!

– Прости, Рит, что у тебя случилось-то?

– Да… я к подруге ехала, выехала на перекресток, тормознула… а там троллейбус в столб рекламный врезался. За рулем стажер был, его жигуль подрезал, парень резко руль вывернул – и в столб.

– И что? Тебе троллейбус жалко? Или столб?

– Придурок! Мне девушку жалко, которая в тот момент дорогу переходила. Ее этим столбом раздавило буквально. Она на шпильках была и застряла, видимо… Я пыталась предупредить… Все разбежались, а она не успела. Это было так ужасно – видеть, как падает та махина, а она словно муха в паутине бьется…

– Прости, Маргош… может, это судьба?

– Ну да, судьба, что ж еще?

– Я понимаю, жутко, но ты-то чего так убиваешься? Как в гонках жизнью рисковать, так не страшно, а тут… Как будто ты ни разу аварию не видела. Или погибшая твоя знакомая?

– Нет, не знакомая. Не знаю даже. Просто среди той толпы, что переходила улицу, она выделялась сильно. Вся такая ярко-желтая, летящая, солнечная… Девушка бы выжила, если бы на меня не засмотрелась. А я теперь чувствую себя виноватой.

– Брось, Марго. Ты еще себя обвини… Судьба такая, хоть что делай, а не убежишь.

– Я понимаю, но от этого сейчас не легче. Когда баннер подняли, там сплошная кровь… И ее желтое платье больше кусочек солнца не напоминало. Я, наверное, никогда больше на желтое спокойно смотреть не смогу. Перед глазами эта несчастная девушка изломанной куклой лежать будет.

– Рит, аварии каждую секунду случаются. Так что? Ты теперь всех погибших представлять будешь? Если хочешь, помяни ее до свинячьего состояния и оставь в прошлом.

– Я не пью, Мих, ты же прекрасно знаешь. Я с тобой делюсь, а ты…

– Ладно, считай – у меня пластырем рот заклеен. Ну а что с «кавасаки»?

– Не знаю! Когда все разобрались… с ней. ГИБДД там, скорая, свидетельские показания сняли с меня и еще человек с десяток опросили… я попыталась Васю завести, а она ни в какую. Глухо как в танке. В общем, вызвала эвакуатор и к тебе…

Сознание возвращалось медленно, вместе со странными ощущениями. Я слышала разговор женщины и мужчины и при этом ощущала, как меня кто-то касается. Наконец, зрение прояснилось и, к моему полному потрясению, я уставилась на макушку парня в синей спецовке. В этот момент он, наклонившись, приподнял большое черное колесо с красным диском и… начал крепить его ко мне.

От последовавшего шока все внутри меня взорвалось эмоциями и криком страха. Да только он странно прозвучал: мощным рыком мотора, а из моих распахнутых глаз вырвался ослепительный свет, отчего мужчина, дернувшись в сторону, выронил из рук колесо. Выругался. Широкое колесо покружилось на полу, выписывая восьмерку с глухим звуком, и наконец замерло.

А я в этот момент нечаянно заметила отражение на блестящем полированном боку соседней машины: девушку, что была на перекрестке, мужчину в синей форме и красный мотоцикл. Тот самый… А вот я сама там не отражалась. Но ведь вот она я, и рука черноволосой девушки, которую, как я поняла из услышанного разговора, зовут Марго, лежит у меня на спине. Стоп, а почему в отражении ее рука лежит на изгибе черного сиденья «кавасаки»?

Душа в панике рванулась из стороны в сторону, но вырваться из плена металла была не в силах.

«Нет, нет, этого не может быть…» – мысленно закричала я.

А внутри меня от переполнявших эмоций ревел двигатель. То глухо, то рвано, с перебоями, как мое сердце билось бы в критичный момент.

– Что это с ним? – хрипло выдохнул мастер Миша.

– Это ты у меня спрашиваешь? – нервно хохотнула Марго. – Кто из нас спец? Ты или я?

– Надо ключ из зажигания вытащить и разобрать движок и…

Угроза окатила ледяной волной страха и отвращения. Не хочу, чтобы меня касались, тем более, разбирали. И так по ощущениям, словно часть моей ноги на полу валяется. Отдельно от меня! Жутко!

Невероятным усилием воли я заставила себя успокоиться и тут же услышала ровный, умиротворяющий звук двигателя. Миша с Марго переглянулись и пожали плечами, без слов понимая – что-то странное творится с Кавасаки. Мастер флегматично прокомментировал:

– Эти уроды бензин, видать, ослиной мочой разбавляют. Или еще какой дрянью. Вот и взбрыкнула твоя Вася.

Марго с сомнением пожала плечами, принимая такое предположение за более вероятное.

Спокойно позволила Мише прикрутить ко мне МОЕ колесо, затем покорно перенесла новую порцию проверок: визуальный осмотр, диагностику электроники. Он заглянул мне в каждую дырку и щель, и от этого я ощущала себя мерзко, грязно, жутко, но терпела молча. Вот мучение, никогда не забуду этого момента!

Марго ушла в административный закуток. Я видела в окно, что она расплатилась и, улыбаясь, о чем-то поговорила с мужчиной. Затем забрала со стула свой шлем, махнула рукой и вышла из комнаты.

Через минуту она села мне на спину и неожиданно погладила между лопаток… наверное, хотя, может, это бензобак в нынешнем моем состоянии. Затем шепнула: «Ну ты, Вася, напугала меня!»

У меня снова чуть перебой в двигателе не случился. Если бы она только знала, в каком я замешательстве… Да еще Васей стала, хоть и женского пола! Меня Лена зовут… звали… похоже, в другой жизни.

Затем странная апатия накатила, смирение. Хотелось разрыдаться, но нечем. Я доверилась ее рукам. Меня медленно выкатили из бокса, внутри заурчал движок, и мы резво стартанули со стоянки у автомастерской.

Я обожала ветер, скорость за необыкновенное чувство свободы. Вот и сейчас мы буквально летели по шоссе. Я ощутила, как Марго прижимается всем телом ко мне, ее теплые, почти горячие, руки и ее живое тепло неожиданно согрело меня изнутри. А ветром сдуло все печали, страх и боль утраты, такой нелепой смерти. В те минуты мне казалось, что мотоциклистке бешеная скорость – почти полет – тоже необходимы, чтобы забыть мою смерть. А я… я просто отрешилась от всего, дико боялась задуматься обо всем случившемся. Поэтому от души наслаждалась ветром, видом заходящего солнца, которое словно олицетворяло закат моей прежней жизни, и горячим асфальтом, как будто съедаемым моим передним колесом.

Через полчаса в пути, подаривших мне столько новых впечатлений, мы заехали в подземный гараж элитной высотки с охраной на въезде. Пара витков – и наконец, мое, по-видимому, теперь постоянное пристанище. Или временное? Ведь неизвестно, сколько я буду в собственности этой хозяйки. Марго, заглушив двигатель, еще минуту посидела на мне, сняв шлем и тяжело вздыхая. Не так-то легко забыть чужую смерть, свидетелем которой стала. Она дрожала и пару раз потерла лицо ладонями. Для меня же ее эмоции ощущались, словно она родная, близкая. Я видела ее в «той» жизни, и сейчас она со мной, и даже имя дала новое и разговаривает как с живой. Хоть какой-то ориентир в новом для меня образе жизни.

Погладив мой полированный красный металлический бок, девушка слезла и, повесив шлем на ручку, пошла к лифту. Мне хотелось заорать, чтобы она не уходила, не бросала меня наедине с горем и непониманием среди холодных неживых машин. Но из меня не вырвалось ни единого звука, я билась внутри металла в истерике, не в силах вырваться наружу. Но двери лифта неумолимо закрылись, скрывая девушку, и подземный гараж накрыла гулкая тяжелая тишина.

На смену всплеску эмоций снова пришла апатия. Не хотелось жить, трепыхаться в этой агонии. Лучше просто закрыть глаза и умереть. Жуть, но в тот момент я мечтала умереть и думала о смерти как избавлении. Я так и сделала – закрыла глаза и забылась сном. Иногда из тревожной дремы меня вырывали чьи-то шаги, голоса или проезжающие мимо машины с людьми, которые спешили домой. Возле меня припарковали машину – бездушную холодную тачку – отчего я невольно передернулась в своей металлической ловушке. А потом снова наступала тишина, которая пугала и заставляла острее ощущать одиночество и пустоту вокруг себя. Словно я в вакууме, а весь мир – за стеной.

* * *

Утром меня разбудили люди, мужчины и женщины, которые заводили свои машины и уезжали. А я с нетерпением ждала Марго. Теперь она – мой маяк в этой жизни. Когда двери лифта в очередной раз открылись и я увидела ее в кожаных брюках и облегающей куртке, сегодня черного цвета, расплакалась бы от облегчения, если бы была способна. Это точно! Девушка шла с солидным мужчиной под руку. Неожиданно подъехавший черный мерседес заслонил пару от меня. Но я их слышала.

– Ты сейчас куда?

– В универ, пап. Мне надо долг сдать – зачет один, и останется только практику отработать.

– Ритусь, не гоняй шибко! Мама и так меня загнобила уже, что я разрешил тебе этого монстра купить.

– Пап, моя малышка – девочка, и ее зовут Вася. Не переживай, я соблюдаю правила движения и твои тоже.

– Смотри мне…

Я услышала громкий «чмок», потом Маргошин ответ отцу:

– Папуль, я люблю тебя. Удачного рабочего дня!

– Хитрюшка ты, доча.

Дверь хлопнула, и мерседес плавно тронулся с места. Я увидела Марго, идущую легким упругим шагом ко мне. Когда женские ладошки легли на руль, я снова ощутила их тепло, точнее, тепло ее души. И вновь почувствовала себя почти живой, успокоилась чуточку. Утренний свет проникал в бетонное подземелье, и невероятно захотелось жить. Еще меня все сильнее мучили вопросы: за что меня сюда-то, за какие грехи? Разве такое возможно? И главное – как долго будет продолжаться?

## Глава 3

Осень надвигалась медленно, но верно, желтые листья шуршали под моими колесами, мокрый от недавнего дождя асфальт чуть холодил шины. За три прошедших месяца я свыклась со своим новым положением. Привыкла к Марго и ее «общению» со мной. Кто бы слышал, что эта красивая обеспеченная девушка рассказывает своему мотоциклу! Жалуется на педагогов, на строгих родителей, на глупивших друзей или просто окружающих. Глухо матерится в шлем во время поездок. За эти недели я узнала про нее почти все и теперь фактически жила ее жизнью.