# Гонщики кампуса

К. Килл

Новый учебный год обещает быть ярким и запоминающимся для Лейна О'Нила. Вместе с тремя друзьями он придумал приложение «Гонщики кампуса», концепция которого проста: нужно гонять на престижных тачках. Девчонки в школе в восторге от этой идеи, поэтому четыре друга стараются не разочаровывать своих клиентов и совершенствоваться.
У Лейна есть только один недостаток: он не привязывается к людям. Никогда. Каждый раз, возвращаясь домой, он хочется остаться в одиночестве.
Удастся ли ему поладить с Лоис Хоган, девушкой, которую только что бросил парень, живущий по соседству?

С. S. Quill

Campus Drivers. Tome 1 SuperMad


© 2020, New Romance, Departement de Hugo Publishing

Image de couverture: Shutterstock © 4 PM production Couverture: Ariane Galateau

© Ю. Весельчакова, перевод на русский язык, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

* * *

> Посвящается Джо, для которого такси – это вся его жизнь.


## 1. Лейн

Уже далеко за полночь. Картер останавливает свой старенький разбитый Форд перед моим домом. Не понимаю, как можно ездить на такой колымаге. Он дергает ручник и приглушает радио.

– Ну, и как тебе водить машину? – усмехается он, облокотившись на спинку кресла.

– Я страдаю молча… – отвечаю я, кусая губы. – Не стоило связываться с парнем, который не разбирается в тачках.

– Не оскорбляй мою карету. Таких уже не выпускают!

– А ты и рад! Я сегодня три раза чуть коньки не откинул. Признайся, ты купил права в Нью-Мексико[1]!

– Не-а!

– Переспал с экзаменатором?

– Не-а!

– С матерью экзаменатора?

– Я гонщик, чувак!

– Еще и с нарушениями координации и зрения.

– Неблагодарный! Я же тебе как отец, Лейн! И это вместо «спасибо»?

– Предки – моя карма! Но все равно, спасибо, что в последние дни был моим личным водителем.

– К твоим услугам, дорогой.

Приподняв бровь, я отклоняюсь от его дыхания.

– Через несколько часов заберу свою малышку из сервиса. Аминь! Крутая тачка с полным техосмотром и полировкой!

– Как раз к началу учебного года. Чтобы девчонки в кампусе не заскучали без любимого водителя.

Я посмеиваюсь и залезаю в телефон. Год назад мы с друзьями запустили приложениеCampus Drivers[2] – проезд по университетскому городку в три клика. Чертовски хорошая идея! Я, конечно, неплохо пополнил свою копилку, предварительно слив на раскрутку всю стипендию. Надо бы побыстрее вернуться к работе, пока не кончилось лето.

– В ближайшие дни буду занят. – Я машу экраном перед его носом.

– Занятия еще даже не начались, а к тебе уже очередь. Бесишь!

– Пошевелил бы немного своими мозгами и тоже смог бы поступить в универ! – пожимаю я плечами.

Декан одобрил нашу идею обслуживать университетский городок и соседние районы, но выдвинул свои условия: время от времени сдавать анализы, не пускать клиентов на территорию и учиться. Картер не в состоянии соблюдать ни одно из них: а, как говорится, на нет и суда нет.

– Эти игры не для меня, – ворчит он, потягиваясь. – Слушать старую козу на пороге климакса, разглагольствующую об испанской революции…

Картер попытался изобразить ее.

– Мне достаточно того, что я получаю за свои небольшие сценарии!

– Кстати, заедешь завтра вечером, чтобы закончить последние сцены?

– Так точно, сэр!

– Спокойной ночи, Картер. – Я выбираюсь из машины.

– И тебе тоже, дружище! Эй, Лейн, постой!

Я обернулся.

– Вот, не забудь!

– О, черт, спасибо!

Запихиваю бумажник с мобильником в задний карман джинсов и медленно направляюсь ко входу в здание. Мои друзья живут вместе в одном из общежитий, а я предпочитаю отдельную квартиру.

Очень удобно. Вроде близко к универу, но достаточно далеко, чтобы меня никто не доставал. К тому же, я могу возить пассажиров на более дальние расстояния.

Набираю код, толкаю плечом дверь и иду к лестнице. Обычно я поднимаюсь на лифте. Во-первых, мне откровенно лень. Во-вторых, я не хочу нарваться на нимфоманку с четвертого[3]. Она все время торчит дома, но, когда слышит, что я прохожу мимо ее двери, тут же появляется и пытается ущипнуть меня за задницу. Чокнутая. А лифт уже два дня не работает. Придется идти мимо комнаты 3В, где живет эта озабоченная. Надеюсь, она уже вовсю обнимается с подушкой.

Под скрип ступеней я ускоряюсь. Лестница второго этажа. Не знаю никого из жильцов. Целыми днями пропадаю в колледже или за рулем, или вместе с Картером работаю дома над сценариями. Выхожу совсем поздно или слишком рано. Короче, кроме одержимой, которая всю ночь следит за мной в дверной глазок, я вообще никого не знаю, и чувствую себя прекрасно.Кстати, позвольте представиться, Лейн О'Нил, лицензированный Гонщик Кампуса.

Крадусь на цыпочках до третьего. Свет на лестнице гаснет, а включать его снова мне стремно. Лучше поползу в темноте до следующего этажа.

Заношу ногу над первой ступенькой и вижу очертания тела. Сердце бешено колотится. Я отпрыгиваю назад, понимая, что не один. Настоящий мужчина должен быть бесстрашным, и я осторожно кладу ладонь на выключатель, пытаясь не закричать. Блеск эргономичной лампочки слабо освещает лестничную клетку, но я вижу достаточно, чтобы успокоиться.

– Твою мать, напугал! – ворчу я, потирая подбородок.

Прижимаю кулак к груди, не спуская глаз с тела, сидящего на полу у стены.

На голове капюшон, скрещенные ноги в черных потертых ботинках марки Vans[4]. Девочка или мальчик? Я жду ответа, но «оно» молчит.

Приглушенные звуки музыки: наушники. Поэтому меня никто и не замечает. Скорее всего, обдолбанный подросток, которому нужно отсидеться, перед тем, как вернуться домой. Повезло, что на него не наткнулась консьержка, иначе копы побывали бы здесь как минимум пару раз.

– Добрый вечер, – бросаю я, поднимаясь.

Тишина.

Наконец добираюсь до своей двери. Не хочу включать свет. Снимаю сапоги, бросаю куртку на диван.Мимо! Пусть лежит. Здесь нет никаких заумных телок, маниакально-невротических соседей – что хочу, то и творю. Классно все-таки жить одному!

Сил идти в душ нет, я валюсь на диван и почти мгновенно вырубаюсь.

Из состояния полукомы меня вырывает жужжание телефона. Кажется, я проспал всего четверть часа. Откашливаясь, вожу пальцем по экрану, пытаясь ответить Картеру.

– М-да?

– Лейн, надеюсь, не разбудил!

Я пытаюсь сфокусироваться на экране телефона.

– Шесть утра! Издеваешься?

Конечно, разбудил, придурок!

– О, наш малыш в плохом настроении…

– Ты привез меня за полночь! Не мог подождать еще пару, а лучше часов десять, чтобы позвонить? Сегодня воскресенье!

– Я соскучился, любовь моя!

Он усмехается.

– Меня озарила супермегаидея для сценария!

– Иди к черту!

– Нам понадобятся актеры с искрой в глазах и слегка тронутый продюсер. Можно я зайду и расскажу тебе об этом?

– Мать твою, нет! Не в 6 утра, Карт! Спроси меня еще раз часов в 11!

Отключаюсь, пока он не успел возразить.

Лежу с закрытыми глазами минут пять, может, десять, но заснуть уже не удается.

Скатываюсь с дивана, осыпая друга проклятьями, и тащусь на кухню.

Содержимое шкафов подсказывает, что день будет дерьмовым.

Ни грамма кофе. Как не ищи. Наверное, кто-то из гостей опустошил мои запасы. Скорее всего Донован.Выставлю ему счет.

Напяливаю ботинки, не зашнуровывая, захлопываю дверь и машинально нажимаю кнопку лифта.

– О! Черт, опять… – Точно, он же сломан.

Быстро спускаюсь по ступенькам и почти бегу на четвертом, лишь бы не встретиться с той ненормальной.

– Серьезно? – Ночной призрак все еще сидит на третьем.

Интересно, что может заставить кого-то провести здесь ночь? Нет, мне сейчас нужен только кофе, никаких других задачек.


К счастью, магазинчик на углу всегда готов кинуть спасательный круг моим незадавшимся дням. Не знаю, спит ли время от времени Сами, его хозяин, но магазин, похоже, каждый раз ждет меня.

6:12. На улице тихо, все крепко спят, а на одном прилавке гордо возвышается пачка кофе.

– Сами, ты мне как мать! Может жениться на тебе?

– Ты не находишь это предложение сверхстранным? – спрашивает он охрипшим голосом.

Я почесываю подбородок и киваю.

– Будем считать, что мне просто не хватает общения, ладно? – Я кладу купюру на прилавок.

– Идет. Хорошего дня, друг.

– И тебе.

Я возвращаюсь, прижимая к груди, будто первенца, ценный пакет с кофе. На третьем этаже меня начинает разбирать любопытство. Я останавливаюсь перед неподвижным телом и пытаюсь разглядеть лицо, закрытое проклятым капюшоном.

– Эй! Алло?

Ноль реакции.

– Тебе не стоит здесь оставаться…

Я присаживаюсь на корточки на безопасном расстоянии. Всякие странные типы из ужастиков могут внезапно вцепиться тебе в глотку, а я не хочу, чтобы кто-то перегрыз мою сонную артерию.

– Ты в порядке? – Я толкаю его в плечо.

О, чудо! Реакция! Просто бешеная атомная реакция! Кажется, что разряд тока подбрасывает это тело сантиметров на пятнадцать. Хриплый голос извергает неподражаемый поток ругательств.

Из кармана толстовки появляется тонкая рука, и ногти с маникюром исчезают под капюшоном, чтобы вытащить наушники. Капюшон наконец сползает, и из-под него появляется всклокоченная грива каштановых волос, падающих на усталое лицо.

Девчонка.

– Который час? – Она прищуривает карие глаза.

– Полседьмого.

– Вот задница…

Я внимательно изучаю ее мраморное лицо и припухшие веки.

– Что-то случилось?

Она смотрит на меня то ли с ненавистью, то ли с отчаянием. Я даже вздрагиваю.

– Тебя кто-то обидел?

Она беззвучно приоткрывает рот.

Сейчас придется выслушать историю ее жизни. Вот повезло!

– Да… – Она морщится.

– Вызвать копов?

– Чтобы что? – Она презрительно фыркает. – Меня только что отшили. Не думаю, что им есть до этого дело.

Она говорит, растягивая слова.

– О! – вздыхаю я с облегчением, и рот растягивается в улыбке. – Я уж подумал, что все гораздо хуже!

– «Хуже»? – Она сплевывает, как будто ничего не может быть серьезнее, чем оказаться брошенной парнем.

Я понял, что сказал не подумав.

– Похоже на то… – Она пожимает плечами. Снова вздрагивает и отшатывается так, что трескается затылком.

– И долго ты еще тут думаешь отходить?

– Тебе-то что?

– Спокойствие! Мне вообще все равно, но консьержка обязательно вызовет полицию, если найдет тебя здесь. Она любит бродить по этажам, чтобы вычистить дом от непорядочных жильцов.

– Эта старая дура Мисс Кертис… – Она вытирает нос рукавом.

– Ты ее знаешь? – удивляюсь я.

– Конечно, я здесь живу! Ну, то есть, жила…

Внезапно она заливается слезами. Лицо становится черным от растекшегося макияжа.Черт, и что теперь делать?

Я наблюдаю за ней, не зная, что сказать. В другой раз я бы уже ушел к себе, но что-то меня удерживает. Может то, что ее слезы заставляют вспомнить о собственных прошлых переживаниях. Хотя дела сердечные, откровенно говоря, не повод приводить себя в подобное состояние. Есть вещи гораздо хуже… Потерять кого-то навсегда, например. Я стискиваю зубы, чтобы не сказать этого вслух, и делаю глубокий вдох. Смотрю на пакет с кофе, снова на девушку…

– Хочешь кофе? – показываю я свое сокровище.

Она молчит и продолжает рыдать.

Ладно, хватит играть в заботливого парня. Поднимаюсь на пару ступеней, оборачиваюсь и еще раз вопросительно смотрю на нее. Я не знаю эту девушку, но чувствую себя виноватым за то, что она вот так здесь сидит. Проклятый рефлекс!

– Последний раз спрашиваю!

Она поднимает голову, смотрит на меня, затем на коридор. Видимо, взвешивает последствия.

– Да не собираюсь я резать тебя на куски и прятать останки в лотках со льдом.

– Я подумала, что ты придушишь меня полиэтиленовым пакетом, а потом опустишь мое тело в сырой подвал, – ворчит она, хмурясь.

– У меня нет подвала и дешевых мусорных мешков.

Она размышляет, собираюсь ли я действительно напасть на нее. Теряя терпение, я поднимаюсь еще на четыре ступеньки.

– Ладно, как скажешь, – вздыхаю я.

Слишком много беспокойства для того, кто привык жить в одиночестве.

Подхожу ко входной двери. Столько времени потратил на эту девчонку! Я, конечно, не конченный эгоист, но глубокие душевные муки – это не ко мне.

Уже в квартире, стоя спиной к двери, я несколько раз пинаю ее ногой. Не закрывается? Оборачиваюсь. Девушка с лестницы придерживает деревянную дверь, задумчиво уставившись перед собой. Толстовка до колен, почти как ее волосы. Совсем молоденькая, надеюсь, не сбежавшая старшеклассница.

– О! Ты передумала?

– Да, – выдыхает она, сдерживая рыдания.

– Уже не боишься, что тебя прикончит местный психопат?

Она пожимает плечами.

– Может, мне просто все равно…

Она закрывает дверь и идет к дивану. Мне надо заняться кофе. Аккуратно наблюдаю за ней. Смотрит в окно, потом откидывает голову назад, закрывая ладонями лоб и веки.

Что на меня нашло? Зачем я притащил ее к себе, а? Мог бы валять дурака добрых два часа, пока не перезвонит Картер, но зачем-то спасаю залитую слезами соседку. Девочка с разбитым сердцем, великолепно!

– Сколько тебе? – спрашиваю я, чтобы успокоить свою совесть.

– Восемнадцать.

Фух.


Кофе готов, я наливаю красную кружку до половины и иду к ней.

Она лежит, вытянувшись на диване, и крепко спит. Я хочу дотронуться до ее руки, но останавливаюсь.

– Для испуганной девочки ты чувствуешь себя вполне комфортно, – шепчу я, чтобы не разбудить ее.

Ставлю дымящийся кофе на столик и несколько секунд смотрю на нее. Капюшон откинут, на глазах солнечные очки Ray-Ban[5], возникшие из ниоткуда.

Удивительная картина.

– Приехали…

Я выпиваю кофе в несколько длинных глотков. Может, позвонить кому-нибудь из моих приятелей, чтобы она здесь не задерживалась?

Решаю ее не трогать. У меня нет ничего ценного, я ничем не рискую, пусть побудет немного у меня.

Медленно возвращаюсь в свою комнату, даже не подозревая, кого только что впустил в дом.

## 2. Лоис

Бум!

Со свистом лечу на деревянный пол в темной комнате. Полная дезориентация.

– Что за… – бормочу я, разинув рот.

Приподнимаюсь на локтях, но сил совсем нет, и я снова падаю. Срываю очки, убираю прилипшие к щекам и губам волосы.

Через пару минут мозг начинает работать. Первым делом проверяю, на месте ли телефон. Распутываю его от наушников и пытаюсь позвонить своему парню.

– Ответь, Кирк, пожалуйста.

Сообщение.

Перечитываю два, пять, десять раз. Ничего не понимаю. Это жуткий кошмар, и я сейчас очнусь.Дыши, Лоис. Все хорошо. Ты проснешься в своей постели, рядом с Кирком, будешь целовать его, как будто вы только что встретились. Целовать, как последние четыре года.

«Я хочу остановиться, Лоис». Его голос до сих пор эхом звучит в голове. Голос, который еще недавно произносил слова любви. Все это ничего не значит, верно?Я хочу остановиться. Конечно, он говорил о баскетболе. Точно. Он занимался им, только чтобы угодить родителям. Или о курении. Уже два года он обещает бросить. Но ведь не о нас? Нет, не может быть. Мы вместе с 14 лет, это не может вот так закончиться.

Для расставания должна быть веская причина, правда? Не понимаю, что сделала не так. Наоборот, я жила только для Кирка. Он, конечно, казался слегка странным все лето, но это стресс из-за подготовки к колледжу. Хотя, похоже, он уже начинал жалеть, что пригласил в дом свою подругу. Он говорил такое… не думала, что когда-нибудь услышу от него подобное.

Пытаюсь восстановить дыхание, забираюсь обратно на диван и оглядываю комнату, в которой уснула. На микроволновке 3:47. Черт, я потерялась во времени. Парень, живущий здесь, сказал, что было 6:30, когда мы разговаривали. С трудом верится, что я проспала весь день.

Что теперь? Точно понятно одно: я не должна здесь находиться. В глаза никогда не видела этого соседа с шестого, хотя живу тут с июня. Наверное, только что переехал.

Веки опухли от слез. Дешевая тушь стекает в глаза, усугубляя ситуацию.

И все же, он должен мне хоть что-то сказать!


Итак, я сижу посреди квартиры незнакомца, который мог бы запросто меня расчленить и заморозить. Пора сваливать отсюда. Но куда?

В голове единственная мысль – если я сейчас уйду, история с Кирком будет действительно закончена. Я не могу принять этого. И не хочу возвращаться к родителям, хоть они и самые замечательные люди на свете. Мы очень близки, но у меня нет никакого желания обсуждать с ними происходящее. Они не поймут, и я расстроюсь.

Боль поднимается в груди, виски пульсируют. Я закрываю глаза и нажимаю на них пальцами. Может так удается выдавить мысли об одиночестве, которые крутятся в голове. Надеюсь. Попробую. Но напрасно.

– О, черт! – Я встаю так резко, что дыхание перехватывает.

Хожу вокруг журнального столика, как потерянная. Стараюсь глубоко дышать, но на третьем круге снова наворачиваются слезы. Последние силы покидают меня, и я падаю на колени, цепляясь ногтями за стол и сдерживая рыдания. Нужно еще поспать. Ненадолго забыться. Я поднимаюсь, снова напяливаю солнечные очки, капюшон и возвращаюсь на этот странный диван. В чужой квартире. Что ж, мне больше не на что надеяться, могу задержаться здесь еще немного.


Заснуть не получается. Открываю глаза. Стягиваю очки. В полудреме разглядываю микроволновку. 07:19. Опухшие веки ноют, как будто в них воткнулись десятки ледяных игл. И одна в живот. А самая широкая и острая – прямо в сердце. Глубокий мучительный вдох, и я опять достаю телефон. Ни звонков, ни сообщений. Куча уведомлений на Facebook[6]. Захожу в профиль Кирка, хотя понятно, что этого делать не стоит. Но мне надо посмотреть на него. Я так по нему скучаю, словно не видела целую вечность. Внутренний голос умоляет остановиться, но я прокручиваю все его фото. Он везде… один. Или уже нет…

Снова и снова просматриваю ленту. Меня здесь больше нет, меня нет. Он все удалил.Все кончено, Лоис.

Прикрываю рот рукой и продолжаю мучить себя. Еще на прошлой неделе мое имя было выведено жирно в описании профиля. «В отношениях с Лоис Хоган». Сегодня утром оно исчезло. И упоминания исчезли.Все исчезло. Хорошо, что не сменил статус на «холостяка». Спасибо моим братьям в списке его друзей. Слава Богу! Не хочу, чтобы все поняли, что мы расстались. Я еще надеюсь все исправить.

Запихиваю адский гаджет в карман и оглядываю кухню. За стеной льется вода, и я вспоминаю, где нахожусь.Черт возьми, нужно убираться отсюда! Не хочу снова встречаться с хозяином, каким бы гостеприимным он ни был.

Несмотря на головную боль, я вскакиваю и бегу к входной двери. Надо бы поблагодарить его, но эта мысль приходит уже на первом этаже.

Я перед своей квартирой. Квартирой Кирка. Когда я только собиралась переехать в дом, где недавно умерла его бабушка, отцу это не понравилось. Он предлагал снять комнату в кампусе, стать независимой и «бла-бла-бла», но я так ждала начала совместной жизни, что ушла, не разделяя отцовские сомнения. И ни секунды не думала, что все может так закончиться.

«Я оставлю твои вещи у мисс Кертис. Уверен, Ребекка согласится приютить тебя, пока ты не найдешь что-то получше», – заявил он равнодушно.

Поднимаю руку, чтобы постучать. Умолять его впустить меня. Хотя, нет, я все же не готова ко второму раунду. Вздрагиваю от шагов на лестнице, как воровка, которую застукали на месте преступления. Не хватало еще, чтобы все видели, как я унижаюсь.

Подхожу к будке консьержки и с замиранием сердца толкаю стеклянную дверцу.

– Что Вам надо? – Она отодвигает от морщинистой щеки телефонную трубку, такую же старую, как и она сама.

– Добрый день, я…

– Ах, это Вы! – говорит она пренебрежительно. – Я сказала господину Олсону не оставлять это здесь надолго. Я уже собиралась вынести все на помойку!

Черт возьми, я надеялась оставить здесь вещи до вечера! В углу свалены мои сумки. Те самые, которые я радостно привезла в дом Кирка два месяца назад. И вместо отдыха занялась обустройством нашего уютного гнездышка. Когда все изменилось? Что я упустила?

Мисс Кертис продолжает болтать по телефону, явно давая понять, что я отнимаю ее драгоценное время. Закидываю сумки на плечи, чуть не падая под их тяжестью. Еще и старая школьная сумка с ноутом. Не забыть бы, ведь сегодня мой первый день в колледже…

– Хорошего дня, – выдыхаю я и иду к выходу.

Она не глядя машет рукой.

Доползаю до тротуара. Опускаю барахло на землю, делаю глубокий вдох и сажусь рядом. Ладно, что дальше? Можно позвонить Ребекке, и она, наверное, позволит мне спать на полу своей комнаты, пока Кирк не передумает. Но у меня нет сил объясняться с подругой. «Подруга». Слишком громко сказано. Мы не так давно знакомы, просто приятно пообщались, когда она пригласила меня в кампус в прошлом мае. Она очень милая, мы переписывались почти каждый день, но мне стыдно просить ее об услуге. И потом, никто не должен ничего знать. Я все улажу. И вообще, я не собираюсь так просто уходить отсюда.

– О! Вот ты где?

Я вздрагиваю от неожиданности. Парень с шестого.

– Привет, – бормочу я в ответ.

– Я уж решил, что тебя поглотил мой диван. Пришлось отмыть его с мылом! Презумпция невиновности, знаешь ли… – добавляет он, отряхивая руки. – Я должен был все просчитать!

Такое впечатление, что у него сегодня отличный день. Да, погода прекрасная и солнечная, но в остальном все паршиво. Паршиво! Его спокойствие раздражает.

– Извини, не хотела навязываться, поэтому ушла.

– Ждешь такси? – спрашивает он, оглядывая мои пожитки.

– Хм…

Это все, что я могу выдать в ответ.

– Похоже, да.

Мы молча смотрим друг на друга. Только подошвы моих ботинок равномерно шкрябают по асфальту.

– Начинается учеба, – бросаю я.

– Да, в курсе. – Он пожимает плечами. – Ты тоже в OSU[7]?

Вот сюрприз, он не похож на студента. Слишком высокий и зрелый. Видимо, выпускник.

– Ты пос-ту-пи-ла в OSU? – повторяет он медленно, как для умалишенной.

Киваю, чувствуя, как внутри все сжимается. Сегодня мог быть замечательный первый день в Университете штата Огайо. На одном факультете с Кирком, потому что… потому что я хотела быть с ним. Тот, кто никогда не был влюблен, не поймет, как это романтично.

Мы вставали рано, потому что Кирк любил просыпаться с рассветом. Вместе пили чай и завтракали. Запрыгивали на скутер и катили к кампусу. Я крепко обнимала его за талию. И никак не ожидала, что мы расстанемся из-за экзаменов, как произошло два дня назад…

– Подбросить?

Я поднимаю голову к своему ночному спасителю.

– Что?

– Тебя подбросить?

– Куда?

– Ты туго соображаешь, что ли? В колледж! Или думаешь прогулять? Не советую. – Он становится серьезным. – Первокурсникам лучше не нарываться на проблемы с деканом! Я знаю, о чем говорю. – Его брови приподнимаются. – Я оставался на второй год.

– Я не собираюсь пропускать первые занятия…

Оглядываю свои вещи. Что мне с ними делать? Придется целый день таскать на себе все эти тяжести. Проблем и без того хватает. Даже если проведу остаток дней в какой-нибудь дыре, я не могу рисковать своей скромной стипендией и деньгами, которые мои родители уже заплатили.

– Я не собираюсь тебя похищать и устраивать сатанинский обряд в пустыне, – усмехается он, скривив губы.

– На две тысячи миль вокруг нет никакой пустыни.

– Знаю, но звучит красиво.

– Как скажешь.

– Ну что, едем, Разбитое Сердце?

Я в шоке.Что он себе позволяет?

– Не называй меня так! – возмущаюсь я, выпрямляясь.

– Ну, извини, – иронично произносит он.

Он был таким милым, когда предлагал кофе, который я так и не попробовала. Но прямо сейчас ему подходит только одно определение: придурок! Я зажмуриваюсь, чтобы успокоиться, прежде чем снова смотрю на него.

– Просто… я не знаю, что делать с вещами.

– В смысле?

– Ну, знаешь, я девчонка, которую только что бросили, и все такое, – шиплю я, размахивая руками.

Он понимающе кивает, почесывая подбородок.

– Твой дружок выкинул тебя на улицу, не подумав, где ты будешь ночевать? Что ты сделала? Переспала с его отцом?

– Ничего я не сделала! – Я готова снова разрыдаться.

– Значит, он просто ублюдок! – заключает он, надувая щеки.

– Нет! Ты ничего не знаешь! Он… он…

Я пытаюсь оправдать Кирка, но не знаю, что сказать.

– Ты что, психолог? – говорю я вместо этого.

– Черт, нет!

– А похоже на то.

Он одет стильно и одновременно небрежно. Снизу он кажется огромным, широкие плечи закрывают мне весь обзор. Влажные каштановые волосы зачесаны назад после душа. Озорные зеленые глаза смотрят с вызовом. Вне всяких сомнений, этот тип не имеет ни малейшего представления об отношениях. В моем понимании. В общем, он мне совсем не нравится.

– Короче. Мне надо в администрацию, может у них есть свободная комната.

– Это вряд ли, но можешь попробовать.

Я сдерживаюсь от желания швырнуть ему в лицо одну из своих сумок. Если хорошенько подумать, мне действительно нужен водитель.

– Договорились. – Я сжимаю губы. – Подвези.

– Повезло тебе, Разбитое Сердце! Перед тобой самый крутой из Гонщиков Кампуса!

Он бьет себя в грудь. Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

– Крутой из кого?

– Гонщиков Кампуса, – произносит он с гордостью.

Что-то я уже об этом слышала. Нет, ничего. В памяти пустота.

– Гонщики Кампуса? А, ну отлично.

– Единственные и неповторимые! Четверо доблестных рыцарей в стальных доспехах, спасители бедных студенток.

– Только студенток? – Я нахмуриваю брови.

– В основном. – Он усмехается и идет к машине.

Я складываю руки на груди, презрительно качая головой. Самоуверенный парень, который привык одерживать победы. Это так очевидно.

– Значит, заметано?

– Сколько? – вздыхаю я, прищурив глаза.

– Первая поездка в подарок.

– Ну да, маркетинг лояльности[8], – вспоминаю я.

– Я бы даже сказал больше, маркетинг зависимости[9]. Так, время пошло, ты едешь?

Я снова смотрю на свой багаж, и к горлу подкатывает ком.

– Ладно. – Мои губы дрожат.

Слышу, как он открывает багажник и возвращается, чтобы взять сумки. Иду за ним и заглядываю внутрь, пока он забирает последние вещи.

– Ну вот, места для твоего трупа не осталось. – Он устрашающе округляет глаза.

– Ты так любезен с клиентами, – ворчу я, обходя машину.

Он догоняет меня и театральным жестом открывает дверь.

– Прошу, мадам, – произносит он с поклоном.

– Не заморачивайся. Если я буду жить в кампусе, я вполне обойдусь собственными ногами, – предупреждаю я, пристегиваясь.

А когда Кирк придет в себя, я вернусь на заднее сиденье его скутера.

– Ну, тогда…

Он оставляет дверь открытой, и мне приходится вывернуться, чтобы закрыть ее. Обходя машину, он задерживается перед капотом, оглядывает его влюбленным взглядом и садится за руль.

– Только что забрал ее из гаража, – торжественно произносит он. – Я скучал по ней.

– Вижу…

– Это Camaro SS 1969[10], – с гордостью сообщает он.

– И что?

Он смотрит на меня так, словно я только что задавила его собаку.

– Вау, Camachin, это… Обалдеть, я просто в восторге.

– Сделаю вид, что я этого не слышал.

Он заводит машину, трогается и вливается в уличный поток.


До кампуса минут двадцать, я откидываю козырек и смотрюсь в зеркало. Избавляюсь от очков, чтобы расчесать спутанные волосы, и вздыхаю, глядя на свое отражение.Ну ты и чучело, Лоис… Достаю из рюкзака пачку салфеток. Последний раз я принимала душ… в субботу. Сейчас утро понедельника. Боже, я почти не вижу.

Мой водитель наблюдает, как я стираю следы сентиментальной ночной эпопеи и подставляю лицо ветру, чтобы высушить влажную кожу.

– Хочешь что-то послушать?

По радио звучит знакомая мелодия. Он хочет переключить станцию, но я останавливаю его руку.

– Не надо, мне нравится эта песня.

Делаю звук погромче.

– Ты знаешь Tool[11]? – удивляется он.

– Ну да. Удивлен?

– Еще бы! Первый раз встречаю девушку, которая знает эту группу!

– А ты первый, кого я встречаю, кто не знает девушку, которая знает эту группу.

Он прищуривается.

– Теперь понятно, какие у тебя подружки…

Черт, что за бред я несу?

– В общем…

– Мне плевать на их музыкальные предпочтения. Пусть хоть в ноты не попадают! – добавляет он, усмехнувшись.

Я отворачиваюсь и рассматриваю проплывающий мимо пейзаж.

Все внутри сжимается, когда появляются окраины кампуса. Такое чувство, что меня сейчас вывернет наизнанку. Мы объезжаем ограду и сворачиваем на боковую аллею. Здесь полно студентов, и я натягиваю кофту на колени.

– Конец маршрута! – объявляет он, притормаживая возле шумной компании.

Я пытаюсь отстегнуться, но пальцы не слушаются.

Проклятый ремень.

Клак!

Поднимаю усталые глаза на своего спасителя, который со смехом качает головой.

– Чувствуется, ты надолго запомнишь свой первый день в университете, Разбитое Сердце!

Я выставляю средний палец, жаль, что он уже не видит. Выхожу, разминая затекшие ноги. Иду к багажнику, глубоко вдыхая воздух. Протягиваю руку…

– Не трогай!

Такое впечатление, что я только что совершила что-то ужасное. Багажник открывается со скрипом, он ждет, его напряженные мускулы оказываются перед моим носом. Я отступаю на шаг, откашливаясь. Один раз, десять раз, пока он проверяет мои сумки.

– А то что? – говорю я, теряя терпение.

– У меня предложение. – Он смотрит искоса. – Считай, что сегодня это твоя камера хранения. Только позвони мне, когда тебе найдут комнату… или палатку.

– Ладно, – шепчу я.

Черт! Не строй из себя несчастную девочку!

– Серьезно, без проблем! – настаивает он. – Не представляю, как ты будешь таскаться с ними весь день! Знаешь, кампус ведь огромный. Считай, что я делаю доброе дело, чтобы тебя не приняли за бродягу…

Он рассматривает мой ужасный наряд. Толстовка до бедер, черные лосины с дырками на коленках. Безобразно.

– И как я тебя найду?

– Гонщики Кампуса, Разбитое Сердце! Скачай приложение Campus Drivers и напиши мне в личку!

– Эй! Приятель, тащи сюда свою задницу! – кричит кто-то.

Какие-то парни сидят невдалеке рядом с ярко-красной машиной. Наверняка, его друзья, такие же ловеласы.

«Не обобщай», – подсказывает внутренний голос.

– Как я тронута! – смахиваю я воображаемую слезу. – Зачем ты это делаешь? – продолжаю я, видя, как он усмехается.

– Что «это»?

– Помогаешь мне. Если ты пытаешься…

– Пытаюсь что?

– Да так, просто хочу уточнить.

Его серьезное лицо странно меняется, и вдруг он начинает хохотать. Продолжая смеяться, он подходит ближе.

– Не обижайся, Разбитое Сердце, я не собираюсь с тобой флиртовать.

Естественно. Кому нужна такая неудачница, как я. Как сказал Кирк, я…

– Я все же предпочитаю убедиться, – уточняю я. – Пусть это останется между нами.

Он поднимает большой палец, прежде чем закрыть багажник. Мне остается только надеяться, что он не клептоман или не фетишист и не стащит мое нижнее белье.

– Удачного начала года! – Он поворачивается к своим друзьям.

– Спасибо. И спасибо за эту ночь и… просто спасибо.

Он прикладывает руку к груди, смешно кланяется и уходит.

– Ну же, Лоис, – подбадриваю я себя, глядя на главный вход. – Все получится.

Прикрыв глаза очками, я иду к гудящей толпе. Из-за темных стекол продолжаю выискивать Кирка. Последняя надежда. Тонкая соломинка, которая скоро превратится в колонну.

## 3. Лейн

Руки в карманах, неторопливая походка. Это я, иду навстречу своим приятелям. Черт возьми, как же мне нравится колледж! Киваю двум парням со скейтбордами, подмигиваю девушкам, и они улыбаются мне, призывно помахивая телефонами.О, да! Я люблю колледж!

– Сал-ю-ют! – кричит Льюис, поднимая кулак в знак приветствия.

– Как дела, блондинчик? – киваю я с усмешкой в сторону его свежеокрашенной шевелюры. – Твоя мама сделала тебе мелирование, а?

– Мимо! Я доверился калифорнийке в обмен на ее грудь! Божественные каникулы!

– О, изголодался парень, – смеется Донован, пытаясь выдрать обесцвеченный клок волос.

– Воздержание для слабаков! – возражает Льюис, вырываясь.

Я обмениваюсь рукопожатием с Доном и посылаю воздушный поцелуй Адаму.

– Гонщики Кампуса в полном составе! – театрально выкрикивает Льюис, чтобы все слышали.

Он изображает культуриста под одобрительный свист и рычание парней.Да, ребята, мы – центр Вселенной!

– Что за девицу ты привез? – Донован показывает в сторону моей машины.

– Первокурсница. – Я оглядываюсь. Она все еще стоит на том же месте.

– Обычно они больше заморачиваются с прикидом в первый день, – смеется Льюис.

Я наблюдаю, как эта нелепая девчонка направляется к главному входу.

– Ее отшил парень. – Удивительно, как глухо звучит мой голос. – Я подобрал ее на своей лестнице.

Не стоит им знать, что она провела день и ночь на моем диване. Их бурной фантазии не будет предела. И вообще, сценарии – это мой конек, а не их!

– Какое благородство! Признайся, ты сделал ей спецпредложение на первую поездку.

– Просто пожалел.

– Ты не мужик что ли, черт возьми?

– Хорошенькая? – спрашивает Льюис, морщась от ослепительного солнца.

– Пф! Меня не возбуждают разбитые сердца.

– Ну да, ты же из актерской семьи! Блин, ты когда-нибудь поделишься своими киношными связями?

– Не твой уровень. Чтобы ты опять заразил их хламидиозом?

– Ты обещал больше не вспоминать об этом, – обижается он.

Студенты стекаются к колледжу, пока я вполуха слушаю рассказы Адама и Льюиса о каникулах. Эти двое как братья-близнецы. Они знают друг друга с детства. С остальными мы знакомы всего два года.

– Готовы к третьему заходу? – кричит Донован, хлопая в ладоши.

– У меня четвертый, забыл?

Я тоже на третьем курсе, но на год старше. Мы познакомились еще на первом, когда я остался на второй год. Так-то, даже в плохом бывает что-то хорошее.

– Предлагаю собраться вечером, ребята. Надо обновить приложение, когда получим расписание лекций. У тебя, Лейн?

В этом весь Адам, сама деловитость. Хорошо, что он здесь!

Я киваю, запихивая в рот жвачку. Самое противное в нашей работе – раскидать заказы в соответствии с расписанием занятий, чтобы набрать побольше клиентов.

– У нас встреча с тренером после обеда, – жалуется Льюис. – Надеюсь, он не будет беситься на тренировках, как в прошлом году! Донован, поговори уже с ним.

– Приятель, сколько можно повторять. Он, конечно, мой отец, но, когда я здесь, это не имеет значения. Короче, забей. Ты провел лето, бездельничая, пора возвращаться в строй. Нам нужно выиграть чемпионат!

– Мужчины и баскетбол… – произносит Адам с насмешкой в голосе.

– Баскетбол – это жизнь! – Донован воинственно поднимает палец вверх.

– Да, Донни!

Нелепое прозвище. Донован – капитан университетской команды, и у него даже есть поклонницы. Много поклонниц. Которые нежно называют его «Донни», и вообще сами они как «Донни». А этому придурку нравится.

– Позвольте откланяться. Меня ожидает прекрасное будущее! – Льюис закидывает сумку через плечо.

– И как зовут это «будущее»? – смеюсь я.

– Джессика, – с плотоядной улыбкой произносит он. – Вечер обещает быть интересным!

– Аминь, – заключаю я, поправляя волосы.

Мы расходимся в холле. Девчонки провожают нас взглядами. Первая неделя довольно спокойная. Здесь, в основном, новые студенты. Остальные приходят и уходят, чтобы подготовиться к началу занятий в следующий понедельник. Я забираю расписание лекций, отмечаюсь в центре сбора данных и пополняю карту кафетерия. За утро я даже успеваю «доставить три партии студентов».Я уже говорил, что люблю колледж?

На выходе чувствую, как вибрирует мой телефон.

– Да, Картер? – Это уже шестой(!) звонок за день. – Тебе нравится доставать меня, приятель. Ты же знаешь, что я никогда не отвечу тебе взаимностью?

Ох уж эти романы. Пожалуй, подожду заводить отношения лет до сорока, а лучше до пятидесяти.

– Ты разбиваешь мне сердце! – ноет он. – Можно я зайду сегодня вечером?

– Не-а, сегодня у нас с парнями важная встреча.

– Ха!

– Придется обойтись без меня, детка.

– Ты меня уже в воскресенье прокатил, бро!

Верно, мне пришлось отменить встречу с Картером из-за Разбитого Сердца, мирно сопевшего на моем диване. Я не смог ее разбудить и оставил дома, чтобы после обеда забрать машину у Эр Джея. И был готов запустить в нее чем-нибудь тяжелым, обнаружив на том же месте, когда вернулся. Но ей повезло, я был в состоянии эйфории от того, что вернул свою тачку. И кстати, от этой девицы до сих пор нет никаких вестей.

– Я могу в среду вечером.

– Почему не завтра?

– Я сказал «в среду».

– О'кей, – отзывается он. – Но это на всю ночь, имей в виду!

– И тебе хорошего дня, – я отключаюсь.

Попивая содовую, иду к парням в парк рядом с медицинским факультетом.

– Где Льюис? – Я сажусь на траву.

– В машине. – Адам продолжает изучать свой плейлист.

– Вот покатаемся в этом году! – восклицает Дон, потягиваясь. – Судя по началу, похоже, работы будет, как минимум, раза в три больше. Только вчера было вдвое больше загрузок, чем в начале прошлого года. И это мы еще не запустили специальное предложение для новеньких.

Он широко улыбается.

– А, утром приходил какой-то парень и спрашивал, не нужен ли нам пятый водитель.

– И что ты ответил? – спрашиваем мы одновременно с Адамом.

– Я сказал «да».

– Прикалываешься?

– Ну, кто-то должен мыть наши тачки, – добавляет он с усмешкой.

– Какая мерзость, – качаю я головой. – Ты мой кумир, Донни!

– Ты бы видел его лицо! Я чуть не поперхнулся. А потом представил кучу симпатичных девичьих попок и решил не делиться.

– Big up[12], бро!

Я растягиваюсь на солнышке. Полдня можно валять дурака. В итоге домой мы возвращаемся одновременно с Адамом и Льюисом. Вот уж два болтуна!


– Донован закончил работу, – объявляет Адам. – Не знаю, как, но он отхватил двадцать баксов чаевых! Он уже едет.

Я с улыбкой протягиваю ему пиво и опускаюсь в кресло.

– Я забыл позвонить маме. – Адам ставит бутылку. – Сейчас вернусь.

– Передай ей привет! – загадочно произносит Льюис.

Адам закрывается в моей комнате. Дверь захлопывается, и я понимаю, что что-то упустил. Но что именно? Это точно не звонок моим родителям. Их не интересует, как начинается мой учебный год.

– Твой новый проект? – Льюис заглядывает в мою рабочую тетрадь.

– Ага. Картер заедет в среду, чтобы закончить.

– Не стоит оставлять это на виду. Если он попадется на глаза Дону, нам придется выслушивать его гениальные идеи весь вечер! Ты еще не решился переделать комнату под офис?

Я украдкой ухмыляюсь, чтобы он не заметил. В каком-то смысле это не моя комната. Хотя и никто другой ее не займет. Но пока пусть все остается как есть.


Позже появляется Донован, я достаю ему холодное пиво. Когда парни расходятся, со скрипом закрывая двери, беру себе вторую бутылку.

Наконец-то тишина! Честно говоря, не понимаю, как они уживаются втроем под одной крышей. Я бы не смог. Я наслаждаюсь одиночеством в своей квартире. Не надо никому улыбаться, если у тебя плохое настроение. И потом, это место для меня важно.

Я откидываюсь на спинку и прокручиваю в голове события дня. Мой любимый диван, как я по нему скучал.

– Черт побери, Разбитое Сердце! – Ей же нужно забрать свои вещи.

От нее нет никаких сообщений целый день. Уже почти полночь. Видимо, она позвонит завтра.


Я собираюсь залезть в душ, когда раздается стук в дверь. Смотрю в глазок, чтобы убедиться, что это не озабоченная соседка, и облегченно вздыхаю. Моя новая знакомая ждет под дверью, испуганно оглядываясь.

– Разбитое Сердце! – Это вместо приветствия.

Она вздрагивает и оборачивается.

– Что ты здесь делаешь в такой час?

– Я… было столько дел, и я не следила за временем. Увидела, что у тебя горит свет, и решила подняться.

– Почему ты не написала в приложении?

– Зарядка осталась у тебя в багажнике, – почти шепчет она. – У меня села батарея.

– Опять не повезло?

– Вроде как…

Я сдерживаю улыбку. Она все еще в этом ужасном балахоне с капюшоном. Переминается с ноги на ногу и продолжает оглядываться.

– Ты нашла комнату?

Она медлит с ответом.

– Я заберу свои сумки, – наконец выдает она.

Я делаю серьезное лицо.

– Нашла? – Я пристально смотрю ей в глаза.

– Пока нет, – шепчет она. – Но, не волнуйся, я все улажу. Завтра снова пойду в администрацию и еще в студенческое общежитие. Я нашла мотель недалеко. Там общий душ и слегка попахивает мочой, а в остальном – вполне.

Она пытается улыбнуться, засовывая руки в карманы.

– Хочешь пива? – предлагаю я на автомате.

– Ну… я уже выпила перед тем, как прийти.

– Выпила?

– Немного, – смущается она.

– Давай, заходи! Ты же уже не боишься, что я тебя придушу, выпотрошу и сожгу, а?

Я широко открываю дверь, и она еще больше смущается.

– Пиво, душ, и я отвезу тебя в мотель. Идет?

– Только душ, и я уйду, – вздыхает она, заходя в квартиру.

Она ставит сумку на подлокотник дивана и садится на самый край. Положив ладони на бедра, сверлит взглядом раковину. Она напряжена как струна, но пытается взять себя в руки.

– Ванная в конце коридора. – Я устало зеваю.

– Мне нужно переодеться. – Она задумчиво треплет волосы.

– Схожу к машине, оставайся здесь.

– Мне хватит синей сумки, – добавляет она. – Не надо все поднимать, я на пять минут.

Я киваю. Через секунду в другом конце квартиры уже льется вода.


Я оставляю ее барахло у двери и, подходя к окну, прижимаюсь лбом к стеклу. На улице ни души. Мимо с шумом проносится мотоцикл, стекла дрожат. Звук мотора пробуждает воспоминания. Я ударяю кулаком о стену и залпом проглатываю пиво, чтобы перебить поднимающийся в горле ком. С такой скоростью и не напьешься.

– Вот черт!

Пролил алкоголь на футболку. Быстро ставлю бутылку на журнальный столик, и тут передо мной появляется Разбитое Сердце. Раскрасневшееся лицо, волосы собраны в большой пучок. Цвет лица уже не настолько бледный, но круги под глазами такие же темные, как ее волосы. Она спит на ходу. Клянусь, я только что видел.

– Спасибо за душ. То, что надо. – Она надевает свитер. – Я готова.

Она опять натянула бесформенную толстовку поверх серых лосин, почти таких же как предыдущие. А по моей футболке расплывается вонючее пивное пятно.

– Мне надо переодеться. – Делаю шаг вперед. – Если мы нарвемся на копов, они отправят меня в вытрезвитель.

– Ладно.

Она поправляет волосы и фыркает, скорчив гримасу, глядя на мою промокшую одежду.

– Быстро ополоснусь, и поедем. – Я стягиваю футболку.

Она тут же отворачивается, закашливается и пятится к дивану. Я бегу в душ, снимая остальную одежду, лью гель на влажную от пива кожу и открываю кран. Теплая вода расслабляет, даже не хочется вылезать. Наслаждаюсь еще пару минут. Потом обматываю полотенце вокруг бедер, возвращаюсь в свою комнату, надеваю носки и майку. Что ж, пора заканчивать этот затянувшийся день.

– Let’s go[13]! – Я беру ключи.

Открываю дверь, запихиваю телефон в карман. За спиной тишина. В комнате никого. Если бы не синяя сумка посреди гостиной, я бы подумал, что Разбитое Сердце снова свалила.

– Эй, алло!

Оставляю дверь открытой и иду к дивану. Отсюда мне видно только спинку. Но вот появляются зебровые носки. Согнутые ноги. И взлохмаченная шевелюра с прядями, падающими на закрытые глаза.

– Ты издеваешься? – рычу я. – Да ладно?

Она спит. Опять! Намоем гребаном диване! Если бы она не была такой испуганной и смущенной до этого, я бы решил, что она делает это нарочно. Можно встряхнуть и разбудить ее, но я все же не изверг.

– Хорошо… – Я закрываю дверь. – Пусть будет еще одна ночь. Заметь, этих добрых дел хватит уже на пару лет вперед! – обращаюсь я к Небесам.

## 4. Лоис

Я знаю, где я, даже с закрытыми глазами. Прогресс! Но все же чувствую себя неловко. Опять этот диван!Проклятая лицемерка, вот кто я!

Встаю, взбиваю подушки, чтобы уничтожить следы моего пребывания, и иду на кухню. Не хочу будить… того, кто там живет. Не знаю даже его имени.

Надеюсь, сегодня разберусь с жильем. Пока единственный выход – это мотель, хотя я не представляю, как буду жить там.

Умываясь, посматриваю на кофеварку. Нет, не стоит пытаться, а то этот Гонщик Кампуса решит, что я веду себя как дома.

Минута, чтобы переодеться и причесаться. Моя сумка. Сейчас проблема № 1 – мои вещи, которые все еще лежат в его багажнике. Придется снова с ним увидеться, чтобы забрать их. Подхватываю сумку и иду к выходу. Только в коридоре вздыхаю свободно. Наверное, лифт уже работает, но лучше пойду по лестнице. Надеюсь встретить Кирка и умолять изменить его решение. Плевать, что буду выглядеть нелепо, я совершенно отчаялась.

Похоже, судьба решила отыграться на мне. Вместо Кирка я натыкаюсь на мисс Кертис, занятую уборкой лестницы и ругающую каждый сантиметр кафеля.

Иду к автобусной остановке на углу. Они здесь редко ходят, но сегодня мне везет.

– Может, все не так плохо, – ворчу я, падая на синее обшарпанное сиденье.

Везение заканчивается ровно за километр до универа, когда автобус глохнет. Я встаю в очередь с остальными пассажирами и зачем-то извиняюсь перед водителем. Можно подумать, я виновата в том, что автобус сломался.

Сумка больно впивается в плечо и тянет вниз. Когда добираюсь до кампуса, я уже похожа на бомжа, потного и наполовину горбатого. Превосходное комбо!


Вчерашний день выдался дерьмовым, но и этот, похоже, не лучше. Беру расписание, отмечаюсь в центре сбора данных, выполняю еще какие-то формальности и везде выискиваю Кирка. Сердце бешено колотится при виде каждого блондина. Либо он хорошо скрывается, либо я плохой детектив, но я не встретила его даже на кафедре стоматологии. И все равно продолжаю надеяться.

Снова терпеливо сижу в очереди у двери администрации, с пересохшим горлом и ногтями, разодранными до крови.

– Добрый день!

Я пытаюсь улыбнуться секретарю. Ненавижу людей, особенно, если они выглядят счастливыми. Особенно сегодня утром. Но мне нужна комната. Вчерашняя дама засыпала на ходу и, к тому же, странно пахла. Хорошо, что ее сейчас нет.

– Добрый день, мадам… Синглтон. – Ее имя указано на стойке.

Вытираю пот рукавом и ставлю сумку на пол.

– Мне нужна комната в кампусе, – отвечаю я на ее вопросительный взгляд.

– Фамилия, имя, курс, – она приподнимает брови.

– Лоис Хоган, спортивная кинезиология[14], первый курс.

Секретарь копается в компьютере, не замечая, как я вздрагиваю при этих словах. В моей семье любят спорт. Но сюда я пошла еще и из-за Кирка. Он играет в баскетбольной команде колледжа, а студенты с физкультурного плотно с ними работают. Backeyes[15] – местная гордость, о которой все заботятся.

– Вижу, Вы вчера уже приходили. – Мадам Синглтон надувает губы. – Ничего нового я Вам не скажу, все заполнено до марта. Есть лист ожидания, но заселились еще не все студенты. Вы двадцать седьмая в списке.

Она натянуто улыбается, а я едва сдерживаю слезы.

– Не стоит приходить каждое утро. Если место освободится, мы с Вами обязательно свяжемся.

– У меня есть шансы? – шепчу я.

– Обычно места освобождаются во втором семестре. Так что до Рождества особо не надейтесь.

– Твою ж… – Я стучу пальцами по стойке. – Не знаете, к кому еще можно обратиться? Может, есть список агентств?

Она многозначительно оглядывает очередь за моей спиной, намекая, что я всех задерживаю.

– Зайдите в студенческий офис, возможно, у них что-то есть. – При этих словах она демонстративно отъезжает на стуле.

– Спасибо, я так и сделаю.

Резко перекидываю сумку через плечо и задеваю парня сзади.

– О! Извини!

– Ничего страшного.

Подхожу к аппарату с напитками у выхода из кабинета. Мятный чай или эспрессо? Кирк ненавидит кофе. Надо же, я не пила его с тех пор, как переехала сюда из Флориды.

– Ты берешь что-то? – Девушка позади меня начинает нервничать.

В итоге я выбираю тройную арабику без сахара и проглатываю в один глоток. Иду в студенческий офис, но чуда не происходит. Три часа скитаний, пропущенный обед, и мое несчастное тело тащится на центральную площадь кампуса. Здесь много народа, и я внимательно изучаю всех. Это он, я его вижу! В этот момент раздается совершенно неуместный крик.

– Эй! Разбитое Сердце!

Я продолжаю смотреть на Кирка. Он сидит в окружении парней и девушек. Слишком много девушек, слишком близко, слишком…

– Разбитое Се-е-е-ердце!

Черт возьми, да заткнись же ты! Я оборачиваюсь в сторону голоса, в этот момент Кирк замечает меня. Так бы и прибила этого орущего придурка, развалившего на газоне.

Быстро иду в его сторону, изображая жестами «заткнись». Он что-то говорит парням вокруг, и те взрываются от смеха.Черт, он только что его испортил! Мой единственный шанс! Ненавижу!

Я несусь к обидчику с желанием вылить на него всю накопившуюся злость. Он скрестил руки на груди, готовясь к столкновению. Внезапно между нами встает кто-то третий.

– И снова здравствуйте!

Продолжаю разъяренно размахивать сумкой, она падает, и я упираюсь во что-то мягкое.

– Мы только что виделись, помнишь? – спрашивает тело.

Поднимаю глаза, осматривая возникшее между мною и этим придурком существо. Мозг разрывается между Кирком и…

– Ты задела меня сумкой…

– О! А! Да?

Ничего лучше я сейчас придумать не могу, а ему этого, похоже, достаточно. На его прыщавом лице растягивается широкая улыбка.

– Дональд, но все зовут меня Донни! – Он выпячивает грудь.

– Лоис, но все зовут меня Лоис.

Он покатывается со смеху, старательно засовывая руки в карманы. Джинсы слишком узкие, и это у него плохо получается.

– Первый курс?

Ему приспичило поболтать, а я хочу свалить!

– Ага.

– Я на втором. Тебе здесь нравится?

– Ага.

Короткие ответы не слишком его останавливают.

– Слышал, у тебя проблемы с жильем. – Он вдруг понижает голос.

Это уже стоит внимания. Он поднимает брови к влажным или… жирным? волосам. Даже знать не хочу.

– Мой сосед недавно съехал, и у меня есть свободная комната. В двух шагах отсюда. И стоит недорого. Я как раз хотел разместить объявление, но подумал, вдруг тебе это интересно. Ты прилично выглядишь и, похоже, серьезно настроена, – говорит он, откашливаясь.

Он так быстро это выпалили, что его лицо стало красным и потным. Хочется сказать ему «нет, спасибо», но уж слишком заманчивое предложение.

Я собираюсь расспросить его подробнее, но замечаю что Гонщик Кампуса и его дружки направляются к нам. Дональд явно настораживается. Бубнит что-то бессвязное, вкладывает мне в руку сложенную вчетверо бумажку и исчезает.

Не успеваю и глазом моргнуть, как оказываюсь окруженной парнями и каждый из них, как минимум, на голову выше меня.

– Как дела, Разбитое Сердце?

Эти слова выводят меня из оцепенения.

– Хватит! – цежу я сквозь зубы. – Еще раз так скажешь, и я сделаю из твоего хозяйства яичницу!

Сама от себя такого не ожидала. Обычно я спокойна. Кирк не давал повода для подобных сцен. В отличие от моих братишек. Но они не в счет.

Он замирает в ступоре. А затем все четверо покатываются от смеха.

– Смотри-ка, она умеет не только спать и ныть, – говорит он с усмешкой, приглаживая волосы.

Да что ты понимаешь! Я осторожно поворачиваюсь в сторону Кирка. Он смотрит в мою сторону. Вот черт!

– Ваша Честь, должен сказать в свою защиту, что до сих пор не знаю вашего имени.

– Как несправедливо, – отвечаю я с издевкой.

– Ну да, сложно познакомиться с подружкой, которая все время дрыхнет. Может, есть смысл провериться?

Так хочется высказать ему все, что я про него думаю. Но стоит признать, он предоставил мне ночлег на две ночи подряд, хотя мог этого не делать. Остальные молча наблюдают за нашей перепалкой. Похоже, они ждут продолжения, а я, напротив, очень хочу покончить с этим.

– Лоис. – Я протягиваю руку.

Один из парней фыркает, другой давится газировкой из банки.

– Лейн, – отвечает мой большой друг.

Он издевается? Я так старалась, а этот придурок продолжает свои тупые шутки.

– А-а-а! Лоис Лейн[16], о-о-очень смешно! – Я медленно аплодирую. Так меня еще не называли!

– О! Черт возьми, это лучший день в моей жизни! – натянуто смеется самый высокий.

– Заткнись, Льюис. Пусть уже разберутся, ради всего Святого! – Второй останавливает его, положив руку на плечо. – Давай, парень, продолжай.

– Лэйн, – повторяет он, пронзая меня своим зеленым взглядом. – Ме-ня зо-вут Лейн. – Он снова произносит слова медленно, чтобы до меня дошло.

– А-а! О, понятно.

Отлично, Лоис! Ты королева придурков! Невероятно!

– Ло-ис Лэйн, – проговаривает этот идиот по слогам. – Потрясающе!

Без комментариев. Похоже, Лейн думает так же.

– Я Льюис. Донован, а это Адам.

– Гонщики Кампуса? – спрашиваю я непроизвольно.

– Ага! Лоис Лейн, черт побери, не верю своим ушам!

– Ну что… Вот и познакомились…

– Что от тебя хотел этот придурок? – интересуется Донован, сжимая банку с газировкой.

Я смотрю на Лейна, и вся компания снова начинает ржать.

– Да не Лейн! Я про Дональда!

– А-а! Он предложил мне комнату.

– Шутишь?

– Нет! – отвечаю я, размахивая запросом на жилье.

– Плохая идея. Ты здесь недавно и не знаешь, что он за фрукт.

Я оборачиваюсь. Адам?

– Он сказал, что я могу называть его Донни. Мы теперь приятели! – возражаю я обиженно.

Блондин внимательно слушает меня. Затем все взгляды обращаются к Доновану.

– Ах ты, мелкий ублюдок! – вдруг кричит он, глядя на Дональда. – Я тебе ноги переломаю!

– Что я сказал?

– В универе есть только один Донни, – бормочет Льюис, испуганно наклоняясь ко мне. – Более того, один Донни на все Штаты!

Он показывает пальцем на Донована, который продолжает возмущаться, обращаясь сам к себе.

– Это как фирменный знак, этот тип перешел черту, – добавляет он, морщась. – Это отвратительно.

– Точно…

Я перестаю понимать, в чем проблема, и тихонько отхожу в сторону.

– Ты не можешь согласиться, – продолжает он, видя, что я пытаюсь смыться.

Что вообще происходит?

– Адам, верно?

– Да. Приятно познакомиться.

Я вдруг расплываюсь в улыбке. От него исходит тепло. Его добрые голубые глаза напоминают моих братьев. А эта манера морщить нос… Так похоже на моего отца. И пристальный глубокий взгляд…

– Я ничего не решила, но, честно говоря, сейчас у меня почти нет вариантов.

Я машу Лейну, чтобы привлечь его внимание.

– Ты можешь меня подвезти? Мои вещи все еще в твоем сейфе.

– А я, типа, забыл. Куда?

– В мотель, о котором я говорила вчера.

– Сегодня вечером мы идем к Беннету праздновать начало года, – прерывает Льюис, кладя руку мне на плечо. – Ты идешь?

– Нет, спасибо, я устала.

Высвобождаюсь из его объятий и снова обращаюсь к Лейну. Кажется, он рад моему отказу.

# Примечания

1

Штат Нью-Мексико предоставляет наиболее выгодные условия регистрации при открытии собственного бизнеса в США.

2

Campus Drivers – Гонщики кампуса(англ.).

3

Во французском исчисление этажей идет с нулевого, по российской системе получается на один этаж больше.

4

Vans – популярный бренд обуви и предметов одежды для занятий спортом.

5

Ray-Ban – легендарная марка по производству оптики – очков и оправ.

6

Facebook – Здесь и далее: деятельность метаплатформы Meta Platforms Inc. и ее соцсетей Facebook и Instagram запрещена на территории РФ.

7

OSU – Ohio State University – Университет штата Огайо, Колумбус, третий по величине университет в США, расположенный в городе Колумбус.

8

Форма маркетинга, направленная на создание долгосрочных отношений с клиентами с целью сделать их постоянными покупателями.

9

Товары или услуги продвигаются через людей, способных повлиять на мнение других.

10

Модель Chevrolet, культовый американский спортивный автомобиль.

11

Tool – американская альтернативная метал-группа, играет прогрессив и арт-рок.

12

Big up(англ.) – разговорная форма выражения одобрения, «уважуха», «респект».

13

Let`s go – англ., поехали, вперед; разг. – погнали.

14

Кинезиология – наука о движении человека, научная и практическая дисциплина, изучающая мышечное движение во всех его проявлениях.

15

Backeyes – Баки, межуниверситетская атлетическая команда Университета штата Огайо.

16

Лоис Лейн – персонаж комиксов о Супермене, возлюбленная, а впоследствии и жена Супермена.