# Потерянная

Лея Стоун

Меня похитили вампиры, а Сойер, похоже, находится под любовными чарами.
Теперь мне предстоит вернуться в Город вервольфов и желательно живой. В идеале со всеми конечностями.
И все бы пошло по плану, если бы Сойер не отправился мстить за меня. Теперь все магическое сообщество в состоянии войны, а мы с моей истинной парой застряли где-то посередине…
Ну, это всего лишь очередной понедельник.

Leia Stone

LOST GIRL


Copyright © 2021. Lost Girl by Leia Stone

© Полина Сидельник, перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2022

* * *

> Посвящается моему мужу, он – мой Сойер.

> Я люблю тебя, малыш, пусть даже мы оба оказались альфами.


## Глава первая


Когда я очнулась, голова жутко раскалывалась. Боль так сильно пульсировала под веками, что я застонала.

–Деми! Отвечай, мать твою! – злобный голос Сойера прогремел у меня в голове, и я схватилась за виски в агонии.

Я резко распахнула глаза, вспомнив, что произошло. Я поцеловала того парня, думая, что это Сойер, а потом настоящий Сойер объявил, что берет в жены Мередит!

Он не поверил мне, а затем меня похитили вампиры.

О боже. Ожерелье.

На нем было уродливое ожерелье, которое, без сомнений, магически воздействовало на него.

Я огляделась и обнаружила, что лежу на холодном бетонном полу. Рядом стояла миска с водой, похожая на ту, какую ставят для собак. Больше ничего здесь не было. Комната была крохотной и походила на тюремную камеру, но с обычной дверью. Стены – оштукатурены, и я задумалась, смогу ли расковырять их и попасть в соседнюю комнату или выбраться наружу. Мой взгляд быстро переместился к наручникам на запястьях, и я снова застонала.

–Деми! Давай уже заканчивай с этим. Где ты? – снова прогремел в голове голос Сойера, и мои глаза наполнились слезами.

–Пошел ты, – удалось ответить мне, прежде чем вверх от наручников по рукам пробежал электрический разряд, заставив меня вскрикнуть от боли.

Чтобы мысленно говорить с Сойером, нужно использовать магию, и, скорее всего, это спровоцировало удар током.

Прекрасно.

–Деми! – в голосе Сойера прозвучало раздражение от моего ответа. – Где ты? Я обшарил половину чертового кампуса, ища тебя. Юджин говорит, что потерял тебя и…

–Пошел ты, – снова сказала я, и боль пронзила руки во второй раз, но я стиснула зубы и поборола неприятные ощущения. Мой гнев, направленный на Сойера, делал эту боль переносимой. Она ничего не значила по сравнению с той, что терзала мое сердце.

Я чувствовала, как парень свирепеет. Мы были связаны друг с другом через метку, и отделить его эмоции от своих было трудно.

–Деми. Почему я чувствую, что от тебя исходит боль? Где ты?

Какое, черт возьми, ему дело? Он выбрал Мередит. Под действием магического ожерелья или нет.

Сукин сын.

Я вздохнула, понимая, что он – моя единственная связь с внешним миром.

–В Городе вампиров, полагаю. Меня похитили. Не могу много говорить. В наручниках. Электрических, – ответила я, пока сквозь меня разряд за разрядом пробегал ток, передающийся и ему.

–Нет! – закричал он, прежде чем я ощутила, как меня накрыл резкий всплеск инстинкта. Мой волк ощетинился, когда присутствие альфы Сойера захлестнуло нас обоих. Сойер словно пытался перенестись сюда, используя нашу метку, и присоединиться ко мне. – Я думал, ты лгала насчет вампиров, – произнес он голосом, лишенным эмоций. Хотя в данный момент и чувствовал нечто совершенно другое.

Что-то с ним было не так. Он вел себя странно, будто каждый раз, когда у него проявлялись эмоции, он их подавлял. Мне нечего было на это ответить, поэтому я промолчала, решив наконец сесть и оглядеться. Как долго я находилась в отключке? Подмешаны ли в воду наркотики? Мне не хотелось пить из миски словно собака; это смахивало на тактику жесткого допроса, чтобы я перестала чувствовать себя человеком. Но меня мучала жажда. Я изучила взглядом потолок, потом вентиляцию, задержавшись на красном мигающем огоньке.

Камера.

Я уставилась прямо в нее и показала средний палец тому, кто за мной наблюдал.

–Я иду за тобой, – сказал Сойер, но я проигнорировала его.

Пошел он. Пошло оно все.

В коридоре раздалось эхо шагов, и я ощетинилась. Возможно, средний палец оказался плохой идеей. Дверь распахнулась прежде, чем я успела подготовиться, и внутрь вместе с королевой Дрейк вошли двое мужчин в лабораторных халатах.

Я застыла на месте, увидев мать Викона. После того, что он со мной сделал, и зная, что она пыталась обставить все так, чтобы за убийство ее сына арестовали Сойера, я ощутила новый всплеск ярости. Ее черные волосы были стянуты в высокий пучок, а белая шелковая блуза почти сливалась с цветом кожи.

– Что мы знаем? – спросила она человека в белом лабораторном халате, не обратив на меня внимания, в то время как я поднялась, сжав кулаки и приготовившись с ними драться. Возможно, я и была никчемным человечишком в этих наручниках, но я была бойцом и не собиралась умирать, не сломав ей, по крайней мере, нос.

– Ложись обратно! – велел мне второй вампир в лабораторном халате, доставая длинную палку с двумя мерцающими голубыми проводами на конце.

Хмм, очень похожую на…

Он ткнул мне дубинкой в живот, и я упала на колени, закричав, когда жгучая, невыносимая боль пронзила все тело. Мои зубы лязгнули так сильно, что я подумала, не сломались ли они.

–Деми! – выкрикнул Сойер, вероятно, испытывая то же самое через нашу связь.

Королева Дрейк взглянула на меня как на досадную неприятность, словно мой крик был слишком громким для ее идеальных ушей.

– Я предполагаю, что нам нужно снять с нее наручники, чтобы извлечь ее силу, – сказал первый тип и указал на экран планшета.

«Извлечь ее силу».

Он сказал «извлечь», имея в виду меня.

Тошнота подкатила к горлу, когда я начала по крупицам собирать объяснение, почему они могли меня похитить. Я думала, они сделали это, мстя за убийство Викона, но нет, они знали, кто я такая, и хотели извлечь мою силу?

Вот черт, нет.

Я вскочила на ноги, бросившись в их сторону, но на полпути меня перехватил второй мужчина, ткнув электрической палкой прямо в грудь.

Электродубинка вонзилась в кожу, и мое сердце сжалось, готовое разорваться; в глазах заплясали черные пятна, меня так сильно затрясло от боли, как никогда раньше. Между ног стало сыро, и я моргнула, осознавая, что обмочила штаны.

Как я оказалась на полу? Куда делись лабораторные халаты и королева? Я, должно быть, отключилась? Я посмотрела вниз и увидела красную точку на внутренней стороне предплечья, будто у меня брали кровь.

Нет.

Из моей груди вырвался всхлип, когда я поняла, насколько сильно облажалась.

–Деми, – голос Сойера на этот раз звучал намного мягче. – Что произошло? Ты пропала. Где ты? В здании? В доме?

Жесточайшее разочарование от того, что Сойер предпочел мне Мередит, его недоверие – все это обрушилось на меня, точно груда кирпичей, сокрушая мое сердце.

–Ты не поверил мне. Как ты мог мне не поверить! – заскулила я сквозь боль, жгущую мне руки. – Сними это гребанное ожерелье, Сойер. На нем заклятье.

–У меня есть глаза! Ты поцеловала какого-то чувака. И что я должен был подумать? – выпалил он.

–Ты должен был доверять мне. – Я уже не чувствовала боли, лишь оцепенение. – Сними ожерелье, – снова проскулила я.

–Я иду за тобой, – повторил он. – Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Я все еще люблю тебя.

Это вызвало у меня усмешку.

–Но ты женишься на Мередит?

В ответ воцарилась тишина.

–Я должен защитить свою семью, – сказал он наконец, и боль в моем сердце стала еще сильнее. – И Мередит любит меня, – добавил он растерянно.

–Сними ожерелье, Сойер! – прокричала я, плача от боли, которую причинял мне разговор с ним.

–Нет. Его подарила мне Мередит. Это особый подарок. – Он говорил как Голлум, защищающий свое кольцо.

–Ты меня не любишь. – Для меня это было фактом.

–Нет, люблю.

–Это не любовь, Сойер! Любовь и доверие идут рука об руку. Тем парнем, которого я поцеловала, был ты. Он выглядел и говорил как ты. Меня одурачили, а тот, кто любит меня, поверил бы. – Я ощущала запах паленых волос и кожи под наручниками, которые жгли мне руки. И разрыдалась, так как этот ад стал реальностью.

–Я хочу тебе верить, – сказал он, помолчав. – Я в замешательстве. Чувствую, что что-то не так.

Чертово ожерелье было приворотом. Я так и знала. Это был не он. Не мой Сойер.

–Иди к Сейдж. Покажи ей ожерелье, которое подарила тебе Мередит, – простонала я, в то время как по краям моего зрения танцевали черные точки. Может, кто-то здравомыслящий сорвет с него эту хреновину.

–Если бы я целовал Мередит, и ты бы меня застукала, а я бы сказал, будто думал, что это ты, ты бы поверила мне? – прорычал он, не обращая внимания на мое последнее замечание.

–Это другое, ты встречаешься с Мередит и половиной гребанного колледжа, Сойер! – Из моего горла вырвался плач, и терпеть боль стало невозможно.

–Я никогда ни к одной из них не притронулся, – огрызнулся Сойер. – Спроси их, я не целовал ни одну девушку с тех пор, как встретил тебя в Дельфи.

Нельзя разбить сердце на еще больше осколков, но все же это случилось. В этот момент я поняла, что сокрушительная душевная боль, которую я испытывала, была отчасти его. Через связь его страдание и мое слились в одно чудовище, которое, казалось, убивало нас.

–Думаешь, я полезла бы целоваться к случайному чуваку, зная, что ты где-то рядом? Насколько, по-твоему, я тупая? Сними это ожерелье. Оно заколдовано, идиот! – Наручники раскалились так, что у меня мелькнула мысль, смогут ли они загореться и сжечь меня заживо.

Через нашу связь пробилась боль Сойера, оборачиваясь вокруг меня словно змея.

–Деми, я говорил с верховной жрицей Ведьминых земель. Она утверждает, что нет такой магии, которая заставила бы другого выглядеть как я.

От этих слов мое сердце рухнуло вниз.

–Тогда она врет!

Между нами повисла тишина. Мне было слишком больно, гнев бушевал внутри, и я не собиралась разбираться во всем этом.

–Когда я тебя вызволю, мы сможем поговорить об этом подробно, и…

–И ничего, – всхлипнула я. – Твое семейное проклятье тебя поимело. Ты сломлен и не знаешь, как доверять людям. Не мое дело разубеждать тебя в том, что я что-то сделала не так. Если ты не можешь мне доверять, то… все кончено.

–Деми, подожди…

–Нет, – хныкнула я. – В какой реальности ты мог поступить со мной так, Сойер? Подумай. Ожерелье Мередит заколдовано, а ты – чертов мудак. Прощай.

Больше я не могла разбираться с заколдованным ожерельем Сойера. Я разорвала нашу связь так резко, что почувствовала, как что-то внутри меня сломалось. В тот же момент, когда на меня обрушилась головная боль, наручники пронзили меня таким разрядом электричества, что все снова почернело.

* * *

Когда я пришла в сознание во второй раз, я оказалась привязанной к каталке. Яркий свет от ламп бил в лицо, а приглушенные голоса то врывались в мое сознание, то исчезали.

До меня донесся голос королевы Дрейк.

– Господи, почему она выглядит как полумертвая?

В ответ раздался резкий мужской голос.

– Похоже, она много раз пыталась воспользоваться своей силой. Наручники реагировали на это.

– Она боец. Это говорит о высокой возможности получения эликсира, так? – Ее голос звучал мягко, но устрашающе.

– И да, и нет, – ответил мужчина. – Похоже, вся мощь магии, которую нам нужно собрать, высвободится только при снятых наручниках. Я уже пробовал на ней все, и это как пытаться извлекать силу у обычного человека.

Королева цокнула языком.

– Тогда мы рискуем столкнуться с ее силами во всей их мощи.

– Точно так, моя королева, – ответил он.

Я не видела их лиц; они представлялись темными пятнами, пока слепящий свет бил мне в глаза.

– Что ж, хорошо, я могу собрать отряд солдат…

– Ваше величество, – прервал он. – Даже с полным отрядом солдат…

– Ты только что меня перебил? – прошипела она, и в тот же момент яркий свет над моим лицом внезапно погас. Через комнату, зацепив лампу, пролетело тело. Когда оно ударилось о стену, слева от меня раздался звук.

Черт подери.

Я была благодарна за избавление от отупляющего света, пока королева не взглянула на меня, на ее зубах сверкала слюна. Из моего горла вырвался крик, когда я увидела кровоточащее сердце у нее в руке, вниз по ее пальцам струилась алая кровь. В тусклом свете я увидела мужчину, которого она швырнула через всю комнату. В центре его груди зияла открытая рана, а его тело медленно превращалось в пепел.

– Интересно, какова она на вкус сырой? – задала вопрос королева кому-то в комнате, и мой взгляд метнулся к ней.

Вот же черт.

Я могла ощутить зло, исходящее от этой женщины, пока страх сочился из моей груди и растекался по конечностям. Пучок волос на ее голове был завязан так туго, что уголки ее глаз приподнимались вверх, и выглядело это, будто она сделала подтяжку лица. Ее глаза оставались такими же черными, как и ее душа, жизни в них не было.

– Я уверен, что один укус на пробу не поставит весь проект под угрозу, – сказал мужчина позади нее.

Это заставило меня зашевелиться. Я забилась под ремнями, которыми была привязана к столу, а на моих руках начала пробиваться шерсть, пока волчица рвалась на свободу. Руки пронзила боль, когда наручники заработали, и королева пронзительно рассмеялась.

Прежде чем она подступила ближе, дверь у дальней стены распахнулась, вошел мужчина в черной армейской униформе и остановился у меня в ногах. Он едва ли выглядел запыхавшимся, но его щеки слегка раскраснелись, и это уже что-то говорило для кровососа, который по сути был мертв.

– Что такое? – зарычала на него королева, не отводя взгляда от моей пульсирующей шеи.

– Вервольфы. Западные ворота. Они хотят девчонку, – ответил он, и мое сердце внезапно обрело крылья.

Он пришел за мной. Этот гребаный засранец, на которого я злилась так, что пнула бы его по яйцам, пришел за мной. Я разорвала нашу связь и не могла почувствовать его по-настоящему, как это было раньше. Я ощутила бы его естество, только если бы погрузилась действительно глубоко в себя и поискала бы там. Его сильная, любящая и хрупкая душа была привязана к моей: сильной, осторожной и сломленной.

–Деми! – внезапно прокричал Сойер у меня в голове, словно почувствовав, что я его ищу. – Боже мой, Сейдж сорвала с меня ожерелье, а потом отвесила мне пощечин. Мне чертовски жаль. Это было заклинание. Пожалуйста, прости меня.

По моей щеке скользнула слеза облегчения – Сейдж удалось снять с него эту чертову штуковину, но я сейчас была в таком дерьме, что это не имело значения.

– Черт, – бросила королева охраннику, принесшему известие, а затем указала на мужчину в лабораторном халате. – Добудь мне этот эликсир, а если она умрет в процессе его извлечения, брось ее тело в дереводробилку. Нельзя, чтобы меня поймали в причастности к этому. Мне и так достаточно на свою задницу Совета магических созданий.

– Да, моя госпожа. – Он поклонился ей, а мой желудок ухнул вниз.

«Брось ее тело в дереводробилку»? Что-что?

Я закричала, борясь с ремнями, и она бросилась ко мне. В тот же момент я ощутила, как что-то рвется. Не путы или что-то материальное – а что-то внутри меня. Но это принадлежало не мне, а Сойеру. Его альфа-сила захлестнула меня, наполнив до краев. Я натянула удерживающие ремни, и наградой мне стал приятный треск металла, когда замок поддался.

Сойер одолжил мне свою силу; мысль об этом посетила меня на мгновение, а потом я вскочила с каталки и ударила королеву вампиров головой, прежде чем она успела напасть на меня.

Боль вспыхнула между бровей, когда мой лоб врезался в ее нос, и она зашипела.

Неуклюже, с кружащейся головой, я спустилась со стола, но тут же запнулась и упала на пол. Мои лодыжки оказались связаны. Я выбросила руки перед собой, чтобы основной удар от падения пришелся на них, и поспешила подняться – настолько быстро, насколько могла. Ощутив новый прилив энергии Сойера, я резко дернула ногой и разорвала цепь, стягивавшую лодыжки.

– Эта сука сломала мне нос! – проревела королева, пока я ползла к открытой двери в дальней части комнаты.

Я уже почти добралась до коридора, когда электрический заряд в миллионы вольт ударил мне в спину.

Нет.

Из моего горла вырвался вопль, когда я ощутила боль, прокатившуюся по коже, заставившую ее гореть и стягиваться. Все мое тело затрясло, меня охватила агония. Упав на колени, я едва успела сделать вдох, когда мне в лицо врезалось колено, попав прямо в глаз. Резкая боль взорвалась внутри моей головы, а затем в губе, когда королева обрушила на меня быстрые удары, один за другим.

– Волки добрались до главного замка, моя госпожа, – сказал мужской голос, и она остановилась, замерев с занесенным надо мной кулаком.

Когда я подняла взгляд и заглянула в ее мертвые черные глаза, я поняла, почему Викон был способен с легкостью делать все то, что он со мной вытворял. Если его растил этот демон, ничего другого от него и нельзя было ожидать. Если это и был его образец для подражания в том, как обращаться с женщинами, я больше не была шокирована тем, что он изнасиловал меня вместе со своими дружками.

– Извлеките ее силу и принесите мне, пока я расправляюсь с этими псами, – бросила она и покинула комнату.

Я свернулась клубком в дверном проеме, раненая, напуганная и неуверенная, что делать дальше. Мужчина в лабораторном халате, держащий наготове электрошокер, замахнулся на меня, угрожая снова ударить током. И я не была уверена, что смогла бы вынести это, особенно без возможности быстрого исцеления. С этими наручниками я была всего лишь человеком.

– Нет. Пожалуйста, – заскулила я.

Двое охранников злобно глазели на меня, и я не видела выхода из этой ситуации, только не в моем настоящем состоянии. Моя волчица рвалась, но я ее сдержала. Я бы не выдержала еще одного удара током.

–Борись. Сражайся, – донесся слабый шепот, но я его услышала.

Сойер.

Я не осмелилась ответить из страха, что наручники заработают вновь, но он точно почувствовал через нашу разрушенную связь, что я была в беде.

– Не могу, – проскулила я вслух. – Мне конец. – У меня вырвался всхлип.

Мужчина в лабораторном халате нахмурился, глядя на меня.

– Верните ее обратно на стол, – бросил он охранникам.

Два вампира склонились надо мной, взяли меня подмышки, и тогда случились сразу две вещи.

1. Сработала пожарная сигнализация.

2. Альфа-сила Сойера возросла настолько, что я ощутила, как его волк практически впрыгнул в мое тело. Наручники не пришли в действие, и я выдохнула с облегчением.

Не думая ни о чем, я ударила обоих стражей в горло. Они упали на колени, кашляя, и я бросилась в коридор, как сумасшедшая, покачиваясь на ватных ногах и звеня тонкой серебряной цепью, волочившейся за мной. Я повернула направо и побежала так быстро, как могла, а пожарная сигнализация ревела настолько громко, что моя голова, казалось, взорвется. Я добежала до тупика и свернула налево. Сигнал тревоги стих, и я услышала шаги, раздающиеся у меня за спиной. Нырнув в какую-то комнату, чтобы перевести дух и придумать план, я, задыхаясь, захлопнула за собой дверь.

В этом здании, должно быть, размещался научный центр, и я оказалась в просторной комнате со столом из нержавеющей стали, заставленным мензурками и чашками Петри. Вдоль дальней стены тянулось гигантское окно с видом на густой лес. Повсюду стояли аппараты, о назначении которых я ничего не знала, но выглядели они так, как и должны выглядеть передовые технологии. Когда я заметила бордовый кожаный портфель, то замерла.

Это был тот самый портфель, который приносил адвокат вампиров на встречу, и он упоминал, что в нем находилась ДНК Сойера.

Мое сердце заколотилось, когда я сделала шаг вперед. По ту сторону двери раздались звуки шагов, и я застыла на месте.

– Я не чую ее! – крикнул мужчина.

– Из-за наручников. – Я узнала голос Мистера Лабораторный халат.

Я опустилась на корточки, спрятавшись за стальным столом как раз тогда, когда открылась дверь.

Сердце трепыхалось где-то в горле, пока я шарила глазами вокруг в поисках оружия, но затем, к моему удивлению, дверь закрылась и шаги удалились.

Святые перевертыши, чуть не попалась.

Я ощутила солоноватый вкус меди во рту, и я поняла, что у меня идет кровь. Поднимаясь, я поймала на поверхности стола свое отражение и вздрогнула.

Подбитый глаз, кровоточащая губа, отчаявшийся взгляд. Это напомнило мне о ночи, когда на меня напали, и я захотела свалить отсюда поскорее, но я также хотела помочь Сойеру.

Я все еще любила его, несмотря на то, что он выбрал другую вместо меня. Я знала, что дело было в ожерелье.

Протянув трясущиеся руки, я открыла портфель и затаила дыхание.

Он оказался пуст.

Боже мой, нет!

Обшаривая столешницу, я заметила что-то, что показалось мне волосами, помещенными в колбу. Была ли это шерсть Сойера? Аппарат у дальней стены жужжал, и я задумалась, мог ли он быть определителем ДНК или как там его называли. Я смотрела «C.S.I.: Место преступления»[1] недостаточно, чтобы разбираться во всем этом дерьме. Был только один способ удостовериться, что шерсть Сойера никогда не покинет эту комнату.

Потянувшись к одной из горелок Бунзена, я взяла спички, которые лежали перед ней.

Я ощутила, как на меня нахлынуло присутствие Сойера, и его энергия закипела внутри меня.

–Беги, Деми. Их слишком много. Они пытаются помешать мне найти тебя. У меня нет для этого официального разрешения. Ты можешь выбраться?

Черт.

Я не могла ему ответить, не могла получиться еще один удар током.

Я выкрутила газ и зажгла спичку, разжигая пламя горелки, как проделывала десятки раз в школе Дельфи. Установив ее на стол, я развернулась и схватила ближайший ко мне металлический стул. Мне нужно было удостовериться, что я смогу выбраться отсюда прежде, чем взорву это место, уничтожив ДНК Сойера. Подтаскивая стул, я потратила все силы, которые у меня оставались. Окно оказалось одним из тех замечательных окон, которые не открывались, а существовали только чтобы наслаждаться видом. Подняв стул над головой, я с силой швырнула его в стекло, и он врезался в окно, но не проломил его, а застрял.

Не идеально. Совсем не как в кино. Проклятье.

Раздался оглушительный звук, а выход наружу не появился. Вытащив стул, я бросала его снова и снова, обливаясь потом, пока он наконец не разбил стекло и не выпал с другой стороны.

Потянуло морозным осенним воздухом, и я поняла, что настало время убираться отсюда. Схватив две стеклянные бутылки с химикатами, я скрутила с них крышки, даже не взглянув на названия, и взмолилась, чтобы они оказались легковоспламеняющимися, как сам ад. Если ДНК Сойера было где-то в этой комнате, я испепелю здесь все.

Забравшись на подоконник, я обернулась и швырнула бутылки в пламя как раз в тот момент, когда дверь в комнату распахнулась. Оттолкнувшись, я выскочила в окно и тогда здание потряс взрыв.

Меня толкнуло в спину жаркой взрывной волной, но я не волновалась об этом, так как почти достигла земли. Перевернувшись при падении, я упала на правое плечо, вспыхнувшее болью, и услышала треск. Но я знала, что мне нельзя терять ни минуты, и, вскочив на ноги, помчалась к лесу.

Я не оглядывалась, даже не знала, куда бегу, я просто бежала. Мое плечо пульсировало, рука безвольно болталась. Я решила, что у меня вылетел сустав, но рука не была сломана. В голове все еще стучало, а кожа вокруг наручников оказалась стерта в кровь, но я была жива.

–Скажи мне, что ты выбралась! Я вижу дым, Деми. Скажи мне, что ты, нахрен, жива, или я сойду с ума! – ревел Сойер у меня в голове, усиливая мою боль.

–Выбралась, – отправила я ответ, и магия наручников вспыхнула, спровоцировав удар электрического тока. Это оказалось слишком для меня. Мне будто содрали кожу, и я зарыдала. Споткнувшись, упала на колени – я добралась до леса.

–Беги, Деми. Беги, пока не выберешься с их территории. Если возьмешь направление на запад, я смогу тебя перехватить. Если это невозможно, направляйся на восток к троллям. Не иди на юг, или угодишь в Дикие земли и в лапы Итаки.

Я сумела встать, пытаясь определить, где, черт возьми, запад, когда услышала звуки преследования далеко позади.

Я бросилась бежать сквозь чащу. Несмотря на то, что все тело болело и я хотела рухнуть и сдаться. Моя пострадавшая рука болталась, когда я пыталась прижать ее к груди здоровой рукой. Я хотела упасть в объятия Сойера, хотя все еще злилась на него за недоверие ко мне и выбор Мередит, даже если он и был сделан под влиянием заколдованного ожерелья.

Мои ноги тяжело ударялись о сырую землю, пока я перескакивала через упавшие бревна и густые заросли папоротника.

Беги.

Беги.

Моя волчица подбадривала меня. Я бежала наугад до тех пор, пока не перестала слышать шаги позади себя и мои ноги не начали гореть. Я споткнулась, не в состоянии больше удерживать темп. Сколько времени прошло? Час? Казалось, что десять. Грудная клетка вздымалась, легкие горели, на меня навалилась усталость. Замедлив шаг, я ощутила, как на меня накатывает облегчение, когда увидела красные флажки, обозначающие границу. Сразу за ними виднелась небольшая, в полметра высотой, живая изгородь.

Пожалуйста, пусть это будут волки! Пожалуйста, пусть эти земли окажутся волчьими! Из моего горла вырвался всхлип, стоило мне ощутить вкус свободы.

Только не Дикие земли.

Только не тролли.

Пожалуйста, пусть это будут волки.

Я ползла – рыдала и ползла – на одной руке, силы бороться покинули меня.

Метр за метром, я приближалась к границе, пока наконец не переползла через линию, обозначенную красными флагами, перекатилась на спину и подняла глаза к небу, гадая, умру ли я.

Если мне предстояло умереть, это был не самый плохой вариант, чтобы уйти из жизни. Солнце светило, птицы щебетали, а деревья шелестели на ветру.

Боже, пожалуйста, не дай мне умереть.

Однажды я ходила в церковь со своим другом-человеком, и это оказалось неплохим опытом. Все пели, пожимали руки, обнимались… и все были добры ко мне; я не привыкла, чтобы меня так принимали. Я хотела направить эту молитву к Богу, не облачая в слова, но, должно быть, я направила ее Сойеру, – то, что от меня осталось, ударило током от наручников. У меня больше не оставалось слез, чтобы плакать, мое тело сотрясли сухие рыдания, когда я ощутила энергию Сойера.

–Нет. Нет. Нет. Не говори так, – донесся ответ, пока его разорванная душа просачивалась через давшую трещину стену между нами. – Я должен был верить тебе. Даже под чарами я должен был понять. Господи, Деми, как ты сможешь простить меня? Это ожерелье. Ты должна поверить, это был не я.

Я почувствовала, что он отвлекся, да и наша связь уже не была прежней, после того как я разорвала ее тогда. Казалось, что он очень далеко. Я была слишком слаба, чтобы ответить, но его горе практически душило меня. Я ощущала его боль, несмотря на расстояние, которое размывало стыд и сожаление Сойера, передаваемые через связь.

–Деми, ты – моя настоящая пара. Я так огорчен, что причинил тебе боль на глазах у всех. – Его голос сорвался. – Пожалуйста, скажи мне, что у меня есть шанс, что ты меня простишь?

По моему лицу полились слезы, пока я вспоминала, как мы впервые занимались любовью, насколько нежным он был и как попросил разрешения. Как я не ощущала себя полноценной, пока в моей жизни не появился он. Это была вина Мередит, и я знала от Рейвен, что любовные заклинания были очень опасны, иногда они приводили к тому, что человек сходил с ума или заканчивал жизнь самоубийством. Я была рада, что оно оказалось разрушено, и хотела снова оказаться в его объятиях.

Я рискнула пережить еще один удар тока, чтобы сказать ему что-то на случай, если действительно умру.

–Прощен, – выдавила я, а затем закричала от разряда электричества, пронзившего мое тело.

С его стороны через нашу связь ощущалось облегчение.

–Просто держись. Я найду тебя. Где бы ты ни была, я тебя найду, Деми. Не сдавайся.

По краям моего зрения начала расползаться темнота, а потом перед моим лицом возникло пятно каштановых волос.

– Сойер? – проскулила я, глядя в небо.

Он уже нашел меня?

Недоуменно морщась, сверху вниз на меня смотрела поразительно красивая женщина-тролль.

Нет.

Тролли состояли в союзе с вампирами. Она точно бы меня сдала. Я находилась не в Городе вервольфов и не в Диких землях. Я попала прямо в Земли троллей, и этим подписала себе смертный приговор. Троллиха достала ружье и крепко сжала его обеими руками.

– Стой, где стоишь, кровопийца, – прорычала она, и мое сердце заколотилось в груди.

Взглянув вверх, я увидела мужчину-вампира, стоявшего за линией красных флажков.

– Она наша, – прошипел он и сделал шаг вперед.

Троллиха подняла ружье, и он остановился.

Взглянув на меня проницательным взглядом, она кивнула на вампира.

– Ты с ним?

– Нет, – прохрипела я, собрав остатки сил. – Пожалуйста, помоги.

Вампир бросился ко мне, и раздался выстрел. В ушах у меня зазвенело. Я вздрогнула, увидев, как в его груди появилась дыра размером с бейсбольный мяч.

Троллиха наклонилась, и на меня нахлынул запах жасмина.

– Твоя рука, кажется, вывихнута. Хочешь, я ее вправлю, чтобы она не срослась неправильно? – спросила она, а в ее глазах читалось беспокойство за меня. Паккард и остальные придурки-тролли в Дельфи были единственными существами ее вида, с кем я когда-либо взаимодействовала. И я не была готова к проявлению великодушия с ее стороны.

Я молча кивнула.

Она отошла на минуту и вернулась с тачкой на колесах; внутри лежало несколько кукурузных початков.

– Забирайся. Если потеряешь сознание, я хотя бы смогу довезти тебя домой.

Я попыталась встать, но покачнулась, и троллиха подхватила меня.

– Бедняжка. Что они с тобой сделали? – Она щелкнула языком, осматривая кровоточащие раны вокруг наручников.

Я помогала ей, как могла, но двигаться было очень больно. Медленно опустив меня в тачку, она осмотрела мою руку, качая головой, когда сжимала мне предплечье, а я скулила. Потянувшись к тачке, она вытащила оттуда початок и сунула его мне в рот.

– Готова?

Черт, нет.

Я кивнула, зная, что, если плечо не вправить и оно срастется не так, я могу навсегда остаться калекой. Хорошо, что наручники не дадут этому случиться, в ближайшее время убив меня. Она уперлась левой рукой мне в плечо, а правой схватила за локоть. Одно это легкое нажатие заставило меня застонать.

– Раз, – сказала она и дернула так сильно, что я закричала, прикусив початок, а потом темнота забрала меня в свои сладкие объятия.

## Глава вторая


Голос негромко напевающей женщины просочился в мои уши и в мой мозг.

– Розедаааааль, – сладко пела она. – Там, где цветы цветуууут. – Ее голос был мелодичным и умиротворяющим. – Розедаль, земля, где они благодатно растуууут.

Я разомкнула веки и узнала милую троллиху, которую встретила на границе.

Прогнав ее пение из своей головы, я ухватилась за связь, которая позволяла мне поддерживать контакт с Сойером.

–Сойер? Я в Деревне троллей! – позвала я и заскулила, когда наручники обожгли руки мучительной болью, поджаривая чувствительную кожу.

Ответа не последовало, и теперь, когда я сосредоточилась на связи, то ничего не почувствовала. Я не ощущала его, как обычно. Его сущность, когда-то плотно переплетенная с моей, была отрезана от меня.

Пение женщины оборвалось, когда она приблизилась ко мне, широко раскрыв от тревоги глазами. Оказалось, она подвязала мне плечо кожаным лоскутом и уложила меня на хлопковую постель. Керосиновая лампа, подвешенная на крюк, освещала пол из темного дерева и высокие стены, сложенные из грубых бревен; щели были заткнуты засохшей грязью. Все, от неяркого плетеного коврика до резного прикроватного столика, выглядело самодельным. Интерьер был простеньким, но казался чистым и уютным. Я лежала на матраце в углу гостиной. В камине у дальней стены висела кастрюля, и ее края лизали язычки пламени.

– Ты пить хочешь? – Женщина подошла, поднеся мне воду в кружке из нержавеющей стали.

При упоминании о воде я ощутила, как пересох и опух мой язык. Троллиха поднесла кружку к моим губам, и я одним глотком отхлебнула половину.

– Спасибо, – выдавила я, пока она помогала мне сесть, оперев меня спиной о стену и подтыкая подушку, чтобы мне было удобно.

Цветок жасмина, заткнутый ей за ухо, окутал меня ароматом. Я заметила, что она примерно одного со мной возраста, может, на год или два старше. Когда она отодвинулась, чтобы дать мне еще воды, я положила ладонь поверх ее.

– Спасибо. Ты спасла мне жизнь. – Мой голос сорвался, и она кивнула.

Кажется, она через многое прошла, хотя ей и было чуть за двадцать. Она была красива, но тяжелые времена отразились в ее чертах. Я пробежалась взглядом по ее мягкой карамельной коже, крошечным клыкам. Ее медово-карие глаза были миндалевидной формы, а густым шелковистым волосам можно было позавидовать. Никогда бы не подумала, что встречу красивого тролля, но она была красива.

– Они – монстры, – сказала она, и темная тень промелькнула по ее лицу. Мне стало интересно, была ли у нее личная причина ненавидеть вампиров, как у меня. – А мы, женщины, должны держаться вместе.

Это вызвало у меня улыбку. Независимо от того, насколько разными мы были, она видела только общность между нами.

– Как тебя зовут? – спросила я, принимая воду и делая большой глоток, в то время как она суетилась, проверяя мое плечо.

Она улыбнулась.

– Мармал.

– Я – Деми. – Я левой рукой взялась за правый локоть, пытаясь изобразить традиционный для троллей жест, который выучила в Дельфи, чтобы показать, что рада встрече. Ее улыбка стала еще шире.

Она тоже взяла себя за локоть и склонила голову.

– Рада встрече, Деми. Где ты выучила наше приветствие?

Я вздохнула.

– Дельфи.

Я не была уверена, что она знает это место, но она вздрогнула, когда я его назвала. Похоже, она знала.

– Изгнана? Это оттуда? – указала она на мои запястья.

Я кивнула.

– Типа того. Носила такие всю жизнь, но эти новые. От вампиров.

На ее лице снова появилось то злобное, хищное выражение.

– Я попыталась снять их, пока ты была без сознания. Они ударили меня током! – призналась она.

– Магия. Они удерживают меня от перевоплощения.

Я попыталась нащупать связь с Сойером и – снова ничего.

Нет. Нет. Нет. Что это значит? Причина была в том, что я в Деревне троллей? Или мы находились слишком далеко друг от друга? Я что-то сделала тогда, когда была в гневе. Я разорвала нашу связь, а она и так едва работала, теперь же я чувствовала, что она окончательно исчезла.

# Примечания

1

Американский телесериал о работе сотрудников криминалистической лаборатории в Лас-Вегасе.