# Доктор моего сердца

Саша Морган

Кто же знал, что одно ночное приключение принесет столько проблем?!

Элизабет возвращается в Нью-Йорк спустя несколько лет, чтобы получить степень по нейрохирургии и выполнить обещание, данное маме – стать детским врачом-хирургом.

Перед главным экзаменом она должна пройти стажировку у самого именитого детского нейрохирурга Нью-Йорка.

Отмечая в одном из баров свое возвращение, Лиз знакомится с потрясающим мужчиной, а утром сбегает из его квартиры.

Кто же знал, что именно он окажется ее куратором, да еще и помолвленным с потрясающей красоткой, с которой Лиз сталкивается в коридорах клиники.

Девушке придется доказать, чего она стоит, и найти свою любовь!

Комментарий Редакции: Пикантная любовная авантюра, от которой в груди – приятное волнение, по коже – мурашки, а в голове – тысяча и один сценарий судьбоносной встречи с тем самым.

Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)

В оформлении использована фотография:

© AaronAmat / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru

* * *

## Глава 1. Лиззи

Август


Я стояла и наслаждалась бризом с Гудзона.

Вдалеке, гордо подняв руку вверх, тянулась к небу Статуя Свободы.

В моем плеере играла лирическая мелодия: я вдыхала этот теплый воздух, наполненный запахами кофе, машин и соли, и сама не верила своему кайфу – я вернулась домой!

Стоя здесь, в Бэттери-парке, я поняла, как же я скучала по Нью-Йорку. Я провела три года вдали от этой суеты, постоянных звуков клаксонов, желтых такси, туристов, которые стремятся сделать эффектное селфи на 42 улице.

– Привет, Лиз! – я почувствовала, как чья-то рука похлопала меня по плечу и обернулась. Саманта, моя лучшая университетская подруга, бросилась мне на шею, едва я успела вынуть из ушей наушники.

– Детка, как же я по тебе соскучилась! – я продолжала обнимать Сэм.

Мы прыгали на месте и визжали так, что прохожие стали озираться. Разжав объятья, мы отступили друг от друга на шаг и стали пристально осматривать друг друга.

Сэм улыбалась.

– Лиз, ты все такая же худышка. Я надеялась, папа тебя откормит, и я буду выглядеть на твоем фоне чуть меньше.

Мы расхохотались, подруга подхватила меня под руку и мы, оставив позади Гудзон, направились в поиске кофейни, по дороге обсуждая последние новости.

Мы не виделись с Самантой три года – после того, как я бросила работу в Медицинском центре Коэнов и вернулась в Ориндж, чтобы помогать отцу ухаживать за больной мамой.

– Да, Лиззи, однозначно пребывание в Техасе пошло тебе на пользу! – Сэм улыбнулась. – О таком загаре в Нью-Йорке приходится только мечтать. Про твои милые щечки я вообще молчу!

– Ты не представляешь, сколько раз моя тетя Бэтси норовила потрепать меня по щекам и рассказать, какой милой пухленькой девчушкой я была, когда мне было 6! – Мы с Сэм рассмеялись, и поймала себя на том, что давно от души не хохотала – последние месяцы дались мне с огромным трудом.

Сэм показала рукой в направлении высокого здания, на первом этаже которого расположился Starbucks.

– Лиз, давай я угощу тебя кофе, и ты расскажешь, что произошло. Последний твой мейл ввел меня в ступор, но я решила, что лучше дождусь твоего приезда, чем буду пытаться выяснить по телефону или в письмах.

Мы с Самантой часто обменивались письмами, но ни она, ни я ни разу не смогли увидеться – приходилось довольствоваться электронной почтой: в Ориндже мобильный интернет был не в почете, а скорость домашнего не позволяла даже созваниваться по Skype. Но даже Сэм, моя закадычная подруга, не знала, что послужило причиной моего бегства в Техас.

– Да, я ждала поделиться новостями лично! – мы двинулись в сторону кофейни, манившей терпким ароматом. Нам громко посигналил водитель такси, когда мы перебежали дорогу на красный.

– Сэм, ты так и не научилась смотреть, на какой свет ты идешь!

– Лиззи, у тебя есть все шансы заняться моим образованием!

Официант мило улыбнулся, когда принимал заказ, нацарапав мне на стакане «Call me, Lizzi. Justin» и номер телефона. Вероятно, Сэм была права: загар шел к моим зеленым глазам и выгоревшим до бронзового оттенка густым волосам, если первый мужчина, которого я встретила в городе, оставил мне свой номер.

Вряд ли я решусь ему позвонить, но внимание мне было приятно.

– Черт возьми, ты пробыла в городе всего пару часов, а к тебе уже клеятся баристы! – фыркнув, Сэм взяла свой стаканчик. Когда мы выходили на улицу, я обернулась и Джастин подмигнул на прощание.


Мы медленно двинулись в сторону Центрального парка.

– Итак, подруга, расскажи, что произошло. Когда мы созванивались, ты ничего не объясняла, а потом отделывалась отписками о том, что у тебя все в порядке. – Сэм посмотрела на меня и, вздохнув, я начала свой рассказ.

– Прости…

– Я трижды собиралась к тебе приехать, но ты каждый раз находила причину, почему это делать не стоит. Я забила на попытки.

– Сэм, я правда не готова была ничего рассказывать…

– А сейчас готова? Потому что меня до чертей разбирало любопытство, что стряслось, но я сохраняла твое право на приватность.

Я сделала большой глоток кофе, посмотрела на нее и начала свой рассказ.

– Я уехала из Нью Йорка из-за мамы – Сэм посмотрела на меня, но промолчала. В этот момент я была ей очень благодарна. – Отец попросил помощи: когда у мамы подтвердился рак, он сразу уволился, собрал вещи и переехал в Техас. Конечно, все были в шоке – лучший кардиохирург Нью-Йорка внезапно покидает свой пост, но он сказал мне тогда, что кроме мамы нет ничего важнее. Сначала он, а потом и я следом перебралась в Ориндж, недалеко от которого родители давно прикупили домик на побережье. Я устроилась в местный детский госпиталь, чтобы не терять квалификацию. И мы вместе: я и папа стали ухаживать за мамой. В те дни, когда у меня не было дежурства, мы гуляли с ней, читали книги, готовили ужины. Мама категорически была против сиделок и все необходимые процедуры проводили мы с отцом. В последние месяцы ее состояние стало ухудшаться. Усилились головные боли, она стала чаще пить обезболивающие, а по ночам будила весь дом стонами.

Я прервала рассказ и сделала большой глоток. До сих пор ком стоял в горле – подруга несколько раз спрашивала у меня, в чем причина отъезда, но я не нашла в себе силы рассказать.

Я продолжила рассказ:

– Мне казалось, что я схожу с ума. В один из дней, когда маме стало совсем плохо, я вернулась с работы слишком разбитой, немного перебрала с виски, который папа хранил в баре. В тот момент я поняла, насколько отдалилась от всех. Я пьяная, ревела и писала тебе о том, как мне одиноко и больно.

Я выдохнула, а Сэм положила мне руку на плечо.

– Детка, прости! Если бы я знала…

– А как ты могла узнать?! Мне совершенно не хотелось посвящать в эту драму кого-то со стороны.

– Я не кто-то со стороны, ты же знаешь. Я думала, что какой-то козел вскружил тебе голову и за ним ты отправилась в Техас. Если бы я знала, я бы примчалась к тебе первым рейсом, но мужик – это же совсем другая история…

– Сэм, я все понимаю, но мне тогда нужно была не поддержка, а внутренний силы все это пережить. Я побоялась, что для тебя все это станет обузой…

– Лиззи, глупышка! Ты никогда не станешь мне обузой. Человек, который учил со мной строение костей скелета! – я подняла глаза от носков своих ботинок и рассмеялась. Да, сколько часов мы провели вместе, заучивая анатомию…

Мы дошли до поляны в Центральном парке, расстелили прихваченный Сэм плед и уселись рядом. Эти пару минут дали мне передышку, чтобы продолжить.

– Несколько недель назад мамы не стало. Мы с папой были рядом, ну когда… – я помолчала немного и продолжила. – Знаешь, когда твоя жизнь выстраивается вокруг одного человека, после его утраты мир просто рушится. Я думаю, мама подозревала, в каких растрепанных чувствах я буду, поэтому перед уходом она сказала, что единственное ее желание, чтобы я стала нейрохирургом.

– Да, это же была твоя специализация. Лучшая ученица на курсе – Элизабет Роуз Коннорс. Стипендиатка, и обладательница персонального приглашения в Медцентр Коэнов.

Я нервно теребила крышку стакана с кофе – слишком болезненными были воспоминания.

– Я выбрала тогда самый сложный курс. И не пожалела. Все, чему я выучилась тут очень помогло мне в Ориндже: там часто на консультацию приходили родители, чьи дети отправлялись потом на стол к хирургу, но сама я больше не взяла скальпель в руки. Боялась, если честно.

Сэм взяла меня за руку и понимающе сжала. Я смотрела на пробегающих мимо людей.

– После похорон я приводила в порядок дом, подстригала газон, мыла окна, чтобы отвлечься. В одно утро папа, поняв, что сама я вряд ли буду что-то делать, решил, что надо брать мою судьбу в свои руки. Он связался с руководителем Медцентра Коэнов – и вот, я тут!

– Я рада, что ты вернулась! – Сэм снова сжала мне руку. – Я, конечно, ужасно обижена на тебя, что ты не сказала мне ни слова, но я представляю, через что ты прошла и не могу тебя винить.

Я усмехнулась.

– Как там говорится? Нет худа без добра! У родителей был специальный счет. После похорон отец закрыл его и купил мне небольшую квартиру на Манхеттене на 29 улице.

– Ох ты, да тут конкуренция манхэттенским холостячкам! – Сэм рассмеялась. – Если бы не все мои обстоятельства, я бы напросилась к тебе жить и как в старые времена отрываться.

– О, нет, Сэм! Я решила, что сдержу обещание, данное маме. На днях я должна встретиться с Профессором Мэтьюсом, чтобы продолжить подготовку к экзамену по нейрохирургии, а уже завтра мое первое дежурство.

– Добро пожаловать в Нью-Йорк, Лиззи! – Сэм улыбнулась. – Мне очень жаль твою маму. Прими мои соболезнования. Безусловно, ты должна постараться, в первую очередь, ради себя! Я очень рада, что ты вернулась. Ты – дома.

Я кивнула, и Сэм обняла меня. В этот момент я была благодарна подруге, что она не пускается в лишние расспросы. Я не была готова рассказывать какие-то подробности.

– Лиззи, прости, конечно. Про твою личную жизнь спрашивать не буду. Вряд ли в той ситуации у тебя было время крутить романы. Но я хочу поделиться новостью тоже! – Саманта подняла руку, и я заметила кольцо с красивым бриллиантом на ее безымянном пальце. – Мы с Конрадом женимся!

Я была ошеломлена, в хорошем смысле слова.

– Дорогая! Я очень рада!!! Когда он сделал тебе предложение?

– Две недели назад. Мы были в гостях у его родителей и за ужином он позвал меня замуж.

Я изумленно приподняла бровь:

– А ты себе именно так представляла предложение руки и сердца от любимого мужчины?

– Лиз, ну что за вопросы! Конечно нет! Париж и Эйфелева башня и бутылочка «Вдовы Клико» конечно больше ассоциировались у меня с романтикой, но Конрад был такой милый, что я согласилась выйти за него даже с предложением руки и сердца в столовой.

Я расхохоталась, представив эту трогательную сцену. Сэм с Конрадом встречались с самого университета. Конрад был завсегдатай нашей женской комнаты в общежитии, помогал нам с химией и математикой, а мы кормили его домашней лазаньей. Если Сэм была вихрь и генератор идей, то Конрад – ее полная противоположность. Но именно это и нравилось в нем моей подруге – стабильность и основательность.

– Когда же свадьба? – я посмотрела в календарь телефона.

– В канун Нового года! Я отправлю тебе приглашение в календаре. – Сэм потянулась за телефоном, а я мельком бросила взгляд на часы: было третье августа. События последних недель заставили меня забыть о датах, но я пообещала себе быстрее вернуться в реальность. В конце концов, завтра мне нужно было как штык быть в клинике в первый рабочий день.

– Отлично! – я кивнула. – У меня осталось время найти подходящее платье!

– Слушай, – начала Сэм, – давай сегодня вечером встретимся в Баре в музее Metropolitan: отметим твой приезд? Я уверена, Конрад будет рад увидеться – он часто задавал мне вопросы про тебя. Я позову с собой Кейт, она хотела приехать со мной сегодня, сделать тебе сюрприз, но грозный босс заставил ее заполнять карточки пациентов.

Кейт была нашей третьей подругой, с которой мы делили комнату в студенческом общежитии. Я поняла, что не могу не принять такое предложение!

– Да, это отличная идея! – я улыбнулась и согласилась. – Я очень соскучилась по летним нью-йоркским вечерам, чтобы отказываться. Тем более, что в больницу мне надо только к двум часам.

Мы еще посидели и поболтали с Самантой – она рассказала о бывших коллегах, поделилась громким разводом своих родителей, достаточно именитых хирургов Вашингтона. Спустя час я посадила подругу в такси и зашагала в сторону своего нового дома. Я искренне поблагодарила отца за то, что выбрал для меня такое идеальное место, чтобы постепенно начать возвращаться к привычной жизни.


В квартире после переезда царил настоящий бардак. Пришлось потратить несколько часов, чтобы отыскать свое красное коктейльное платье и босоножки. Я раскладывала в шкафу вещи из распакованных коробок, расставляла фото, с которых на меня смотрели родители, подпевала Maroon 5 и часто выбегала на мансарду, чтобы вдохнуть теплый воздух Нью-Йорка. Высотки Манхеттена виднелись над крышами, голуби прогуливались по обрешетке мансарды, требовательно глядя на меня. В холодильнике нашлось немного хлеба и я задобрила моих гостей, оторвав кусочек от моего сендвича.

Время близилось к полуночи, когда я вышла из дома и поймала такси, чтобы добраться до музея Metropolitan: когда автомобиль притормозил у ступеней, Сэм с Кондрадом и Кейт уже ждали меня. Мы обменялись с друзьями приветственными поцелуями и поднялись в бар, с которого открывался изумительный вид на ночной город.

Я заказала «Маргариту», мы обменивались последними новостями. Конрад рассказал о своей работе – он выбрал специализацию «пластическая хирургия» и уже несколько лет ассистировал одному из самых именитых хирургов Нью-Йорка. Мы стояли и обсуждали силиконовые груди известной блогерши, рассматривая ее фотографии, Кейт рассказала о том, что пошла работать в педиатрию и в красках описала то, как доставала сегодня из носа четырехлетнего мальчишки игрушечного Халка.

Спустя пару часов и нескольких коктейлей будущие молодожены засобирались домой, а мы с Кейт остались, чтобы вдоволь насладиться встречей. Кейт, высокая стройная брюнетка, привлекала внимание окружающих мужчин. Нам заказывали коктейли, но подруга в полной мере была погружена в наш разговор, не отвлекаясь на посторонних. Сэм ввела Кейт в курс моей ситуации, но она решила не портить вечер расспросами, и мы смеялись над ситуациями, с которыми сталкивается, буквально каждый врач, который работает с детьми.

– Ты представляешь, я осматриваю горло его сыну, – громко говорила Кейт, – а он гладит мою коленку!

– Какой нахал! – искренне возмутилась я. – А у меня был случай, когда мне протянула свою визитку молодая мама, дочь которой я осматривала на предмет наличия вшей.

Кейт прыснула в бокал.

– И как, ты перезвонила?

Мы расхохотались. Вдруг заиграла знакомая мелодия и я, взяв Кейт за руку, потянула ее на танцпол. Я с детства обожала танцевать и балетный класс принес мне определенную пользу. Сейчас я чувствовала себя в своей стихии, ритмично двигаясь под сет модного Dj’я. Внезапно, я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.

Я обернулась и обратила внимание на высокого широкоплечего мужчину у барной стойки. Брюнет со стильной прической, под белой обтягивающей рубашкой угадывались формы идеального пресса.

Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что он не частый гость таких вечеринок, но явно чувствует себя здесь в своей тарелке. Продолжая танцевать, я рассматривала его, периодически встречаясь с дерзким взглядом темных глаз.

Его друг что-то рассказывал ему, наклонившись к уху, а мужчина, буквально, раздевал меня взглядом. Кейт, которая внезапно оказалась рядом со мной, задала мне какой-то вопрос, но я настолько была поглощена неприкрытой наглостью незнакомца, что никак не отреагировала.

Она повторила свой вопрос:

– Лиззи, ты не против, если я отлучусь ненадолго?

Я отвлеклась от манящих глаз:

– Да, конечно! – я кивнула подруге. Мелодия закончилась, я уже тише продолжила: – Буду ждать тебя у бара.

Я подошла к стульям, где мы сидели с Кейт и сделала глоток «Маргариты». Мой визави продолжал наблюдать за мной, а когда я уставилась на него в ответ, подмигнул мне, что-то сказал своему приятелю и направился к тому месту, где я сидела. Сердце учащенно забилось, а ладони вспотели – я вела себя как школьница на выпускном: признаться честно, я отвыкла от мужского внимания.

Незнакомец подошел ко мне, слегка наклонил голову, вдохнув аромат моего парфюма, и с легкой хрипотцой в голосе сказал:

– Привет, очаровательная незнакомка. Потанцуем?

Он протянул мне руку, помогая слезть со стула, вывел на середину танцпола и закружил в быстром танце. В этот момент мое сердце пропустило удар.

## Глава 2. Кайл

Август


Я стоял, потягивая виски, и смотрел на танцпол.

Молодая девушка в ярком, сверкающем красном платье так лихо крутила бедрами, что было тяжело оторвать взгляд. Тонкая, хрупкая, она была похожа на фею, которая потерялась среди людской толпы.

Движения были настолько грациозны, что мне захотелось подойти и обнять ее сзади, повторяя за ней все танцевальные па.

Удивительно, она отдавалась музыке так естественно. Ее волосы, красиво завитые, слегка растрепались, что делало девушку такой уязвимой, нежной и сексуальной, что я почувствовал легкий жар внизу живота.

– Кай, ты слышишь, что я тебе говорю? – резкий женский голос вырвал меня из размышлений. Я на секунду отвлёкся и девушку поглотила танцующая толпа.

– Кай, посмотри сюда! – я недовольно перевел взгляд на Мелинду. Она стояла рядом и нервно помешивала палочкой свой коктейль.

– Ты вообще слышал, что я тебе сейчас говорила?

– Нет! Музыка слишком громкая, прости, дорогая!

– Кай, хватит!

Я перевел взгляд на подругу и осознал, что Мелинда вне себя от злости. Эта женщина начала сводить меня с ума. Слишком много истерик, слишком много скандалов, слишком много требований. Но, как говорит мой друг Джей, у нее слишком крутая задница. Что правда, то правда.

– Кай, ну правда! Мы пришли сюда, чтобы отдохнуть, а ты опять ушел в себя! Поговори со мной.

– Мэл, ну что ты начинаешь. Мы отдыхаем. Хочешь, пойдем потанцуем?

– Кайл Джонатан Мэтьюс! Я не хочу танцевать, я хочу поговорить с тобой, хочу, чтобы ты больше уделял мне времени! Я уже не понимаю, что для тебя дороже – я или работа.

Опять все по-старому. Мы раз в несколько дней ругались в пух и прах из-за того, что я провожу слишком много времени на работе. Сейчас я снова начинал выходить из себя – такие разговоры обычно никогда не заканчивались ничем хорошим.

– Мэл, давай уйдем. Поедем к тебе, расслабимся, а потом я поеду домой. У меня завтра трудный день.

– Вот! – она уже почти кричала, а коктейль норовил выплеснуться из бокала на ее блинное черное платье. – Вот видишь – ты просто готов поехать и потрахаться, а потом уехать домой. Мне совершенно не нравится такая перспектива.

– Остынь. Выдыхай. – я глотнул виски, – Давай сделаем то, что ты хочешь?!

Я попытался ее поцеловать, но вместо этого она отпихнула меня, чуть не пролив свой коктейль уже мне на брюки.

– Ты… Ты бесчувственный! – истеричные нотки в голосе дали мне отчетливо понять, что Мэл готова сейчас устроить показательный публичный плач. Этого еще не хватало!

– Детка, успокойся. Пожалуйста, не надо сцен.

Я понял, что Мелинда перебрала с алкоголем.

– Хватит, Кайл! – уже кричала она. – Хватит! Меня достало твое пренебрежение. Я ухожу!

Я наблюдал как Мелинда с грохотом ставит бокал, разворачивается на своих огромных шпильках и идет к выходу. Честно скажу – у меня даже не появилось желания бежать вслед за ней, хотя, вероятно, она ждала, что я брошусь за ней и начну молить о прощении. Сил на это не было!

Мы встречались с Мелиндой уже больше года. Не жили вместе – я не готов был пустить женщину в свою берлогу. Но отлично проводили время, ездили в отпуск и, когда у нее выключался режим стервы, зажигательно трахались в моей огромной постели.

Все испортила свадьба моей сестры, на которую я взял с собой Мэл. Мне нужна была пара, а у нее были свободные выходные. И после этого началось… «Мы мало проводим времени вместе», «для тебя важна только твоя работа»… и прочие штучки, которые любят доставать из рукава женщины, играя в игру под названием «я сейчас поною и будет все, как я захочу».

Короче, я устал. Я достал мобильный, нашел в телефонной книге номер Джоша и нажал на кнопку вызова. Друг ответил после пятого гудка. Я явно его разбудил, но напиваться в одиночестве сегодня в мои планы не входило.

– Я в Metropolitan.

– А как же Мэл?

– Устроила истерику и ушла.

– Она мечтает украсть твое сердце, которое навек отдано медицине? – Джош хрипло засмеялся в трубку. – Что тебе надо?

– Ты же сам все знаешь, зачем задаёшь лишние вопросы?

– Буду у тебя через 15 минут.


Пока я ждал Джоша, искал глазами девушку в красном, но ее нигде не было. Я смотрел на танцпол и пытался понять, что мне делать дальше. С Мелиндой рвать не хотелось – мне эти отношения были вполне себе удобны, но оставлять все так как есть тоже было невозможно.

Ее истерики случались все чаще, претензии становились все более серьезными, а я ждал предложения по работе, от которого просто не мог отказаться. Но это предполагало переезд, который я планировал совершить без Мэл.

Я детский нейрохирург. Несколько месяцев назад меня позвали возглавить отделение в госпитале в Сан-Франциско – на западном побережье. Конечно, пока никто не знал об этом – я жду официальное предложение. Пока идет проверка документов и финальное тестирование я даже не буду говорить боссу. А вот когда предложение поступит, придется провести серьезный разговор с Мелиндой, а она вряд ли сильно обрадуется.

Плюс, надо будет что-то решать с квартирой в Нью-Йорке, перевозить вещи – короче, голова будет забита, и вместо помощи со стороны Мэл я ожидаю лишнюю нервотрепку.

Поток моих мыслей прервал вовремя появившийся Джош.

– 2 бокала виски! – обратился он к бармену, а потом повернулся ко мне – Опять?

– Я даже не буду ничего тебе пересказывать, чувак. Ты сам все знаешь.

– Так почему ты с ней не порвешь?

– Опять же, ты сам все знаешь.

Джош взял виски у бармена, протянул один мне, мы подняли вверх бокалы и кубики льда звучно звякнули о толстое стекло. Я посмотрел сквозь янтарную жидкость на танцующих и снова заметил ту девушку в красном, танец которой наблюдал раньше.

– Ты, конечно, козел! – Джош скользил взглядом по танцполу.

– Я не спорю, но заметь – я ей ничего не обещал.

– Кай, чувак, когда ты приводишь женщину в свой дом, знакомишь с родными, это что-то да значит! Не для тебя, так для нее. Взрослый мальчик, пора бы уже знать такие простые истины.

– Джей, какого хрена ты молчал раньше?! – я изобразил недоумевающую гримасу. – Избавил бы меня от страданий. Лучше бы я тебя взял с собой, и мы ночевали в одном номере. В таком случае Мэл бы не делала мне мозги, а сестра не пускалась бы в пространные намеки о том, что мне пора выбирать фрак.

– Мог бы и взять. Прикинулись гей-парой, и вопросов больше к тебе не возникало! – сказал Джош, и мы пригубили из стаканов.

– Обрати внимание на нее! – я кивнул в сторону обладательницы красного платья, и Джош поймал мой взгляд.

– Знойная.

– Я наблюдал, как она танцует, когда Мэл решила рассказать о том, как ее достала моя работа.

– Кай, ты категорически бессердечный. На месте Мэл я бы тебе врезал.

– Она подумала, что я опять размышляю о работе – из-за этого и завелась!

Джош посмотрел на меня, и мы рассмеялись. Я продолжил свое наблюдение за девушкой. Она улыбалась и о чем-то болтала с подругой. Внезапно она поймала мой взгляд, но сделала вид, что не заметила, как я пристально за ней наблюдаю. Несколько красивых ритмичных движений, а потом снова переглядки. Музыка смолкла и зажигательный ритм сменился медленной мелодией, подруга отошла от нее, а девушка вернулась к бару.

Недолго думая, я поставил бокал, кинув Джошу: «жди здесь» и подошел к красотке.

– Привет, очаровательная незнакомка! Потанцуем?

Она улыбнулась и вложила свою маленькую ладошку в мою протянутую руку.

Мы вышли в центр танцпола, я аккуратно положил руку ей на пояс и закружил в медленном ритмичном танце.

Чуть притянул к себе и почувствовал, как она резко выдохнула.

– А вы всегда так самонадеянно приглашаете незнакомок на танец? – она смотрела на меня дерзко снизу вверх, но глазах играли яркие и шаловливые искры.

– А вы всегда так демонстративно показываете свое недовольство, когда мужчина играет ведущую роль?

Я усмехнулся, когда она недовольно фыркнула и мы продолжили кружиться, ни на миллиметр не отстраняясь друг от друга.

Я слегка наклонился и вдохнул запах ее волос. До чего фантастически она пахла! Аромат цитруса и жасмина, как будто она только-только вернулась из тропиков.

Наверняка мое поведение было странным, и она не промолчала:

– Прежде чем так откровенно меня обнюхивать, вы бы хотя бы представились.

– Ты пахнешь фантастически!

– Это ваше имя?

– Меня зовут Кайл. А как тебя, маленькая злючка?

– Сочту за комплимент. Элизабет.

– Рад с тобой познакомиться, мисс злючка.

Она засмеялась и немного расслабилась, и я позволил себе спустить руку немного ниже по ее спине.

– Для первого раза это слишком наглый жест.

– Не смог удержаться, прости! – сказал я, но рука так и осталась лежать на ее упругой попке.

Я поймал взгляд Джоша, и он подмигнул мне. Они болтали с подругой Лиз, и она над чем-то заливисто хохотала. Джей, очевидно, время не терял.

Музыка остановилась, я поблагодарил Лиз за танец, но мне так не хотелось отпуска ее руку. Тут заиграла какая-то быстрая мелодия, Лиз улыбнулась и подмигнула мне, привлекая к себе.

Весь выпитый алкоголь ударил мне в голову, мы зажигали так, что танцующие расступились, дав нам пространство.

Лиз выделывала какие-то невероятные движения, пытаясь найти во мне опору – она держалась за руки, крутила бедрами, кто-то начал свистеть нам: настолько гармонично мы смотрелись вместе.

– Где ты так научился танцевать? – она буквально выкрикнула эти слова, задыхаясь.

– Нью-йоркская танцевальная школа.

– Это фантастика!

– А ты? Я был заворожен твоей грацией.

– Техас и не такому научит.

Спустя пару минут мелодия остановилась, и весь танцпол разорвался аплодисментами. Мы подошли к стойке бара, я заказал Лиз по ее просьбе «Маргариту», а себе еще виски. Лиз хотела вернуться к своей подруге, которая что-то рассказывала Джошу, наклонившись так, что друг беззастенчиво рассматривал ее декольте. Я привлек внимание Элизабет.

– Давай не будем им мешать.

Она кивнула и начала жадно пить коктейль, стараясь успокоить дыхание. Прядь волос упала ей на лицо, и я аккуратно заправил ее за ухо.

Лиз подняла на меня глаза и с любопытством начала рассматривать. Чтобы снять внезапную неловкость, я спросил:

– Давно в Нью-Йорке?

– Так очевидно, что не местная? – дерзко спросила она.

– Воу-воу. Не заводись. Сама сказала про Техас, плюс ты говоришь не так, как болтают все девицы в Нью-Йорке.

– На самом деле приехала сегодня утром. – ответила она, – Последние три года жила в Техасе у родителей.

– Ого. И сразу покорять лучшие клубы. Чем планируешь заниматься тут?

– Ну, я давно не виделась с друзьями, поэтому решили не терять время и сегодня увидеться. – Лиз бросила взгляд на Кейт, – Уже завтра выхожу на новую работу. Поэтому это будет последний бокал.

Она отставила бокал с остатками коктейля. Диджей включил очередную быструю мелодию.

– Это моя любимая песня!

Она схватила меня за руку и потянула за собой.

Мне уже было не до церемоний – я кружился с ней в танце, позволяя своим рукам изучать ее хрупкую фигуру. Она наслаждалась музыкой, этим вечером, моим вниманием и, безусловно, мне это льстило. Внезапно музыка остановилась, а Лиз осталась в моих объятьях. Мне ничего не оставалось, как притянуть ее к себе и нежно коснуться ее пухлых манящих губ.

Я начал ее целовать, она не сопротивлялась, отвечая на поцелуй, раззадоривала меня, дразнясь. Сладкая, дерзкая, я наслаждался этим поцелуем, который пьянил сильнее, чем любой алкоголь.

Мне стоило огромных усилий остановиться. Теряя остатки здравого смысла – я никогда не делал такого раньше, произнес:

– Поехали ко мне?

Наглости в этот момент мне, однозначно было не занимать.

– Поехали! – только и сказала Лиз, приобняв меня и прижавшись всем хрупким телом. Мы подошли к бару, где Джош рассказывал подруге Лиз какую-то шутку: она хохотала, прикрывая рот ладошкой.

– Я похищаю у вас эту красавицу. Эээ…

– Кейт! – помогла мне подруга Лиз.

– Кейт, я похищаю у вас эту красавицу. Джош, проследи за тем, чтобы мисс Кейт была доставлена домой в целости и сохранности.

Джош улыбнулся, Кейт посмотрела на Лиз, та молча кивнула и позволила мне увести себя из бара.

Я остановил такси и сразу же, как только мы, буквально, упали в желтый автомобиль, Лиз сама накинулась на меня, и мы продолжили целоваться. До моего дома в этот час таксист довез нас за 15 минут.

Я еле оторвался от ее сладких губ.

– Лиз, мы приехали! – Я помог моей спутнице выбраться из машины, протянул водителю двадцатку. Мы быстро перебежали на противоположную сторону улицы.

Макс, наш старенький швейцар, открыл дверь.

– Здравствуйте мистер Мэтьюс, великолепный вечер, не правда ли?

– Да, Макс, – я приобнял Лиз. – Сегодня и вправду, замечательный вечер.

– Доброй ночи! – сказал Макс и улыбнулся.

Мы с Лиз быстро прошли мимо него. Благо лифт приехал достаточно быстро. Я втолкнул девушку в лифт и снова накрыл ее губы поцелуем.

Она застонала, и я почувствовал, что готов сорвать с нее одежду прямо здесь, в тесной кабине.

Она прижалась ко мне, и я прочел в ее глазах удивление. Мой член упирался в ее живот – я еле сдерживался пока мы шли от лифта до моей двери, не собираясь разрывать поцелуй. Если вам кажется, что это просто и круто, как в кино, смею уверить – это ужасно неудобно, но отрываться друг от друга было сродни катастрофе.

Ключ в замочную скважину, три поворота и мы ввалились в холл, громко захлопнув за собой дверь.


Тут началось безумие, Мы срывали друг с друга одежду. Пуговицы сказали по паркету, я расстегнул ее лифчик и… боже… ее идеальная грудь легла мне в ладони – прекрасный размер. Я наклонился поцеловать ее сосок, а она жадно вцепилась мне в волосы и застонала.

– Где… где у тебя спальня? – спросила Лиз, едва переводя дыхание.

– А ты всегда задаешь такие вопросы первым встречным?

– А ты действительно хочешь обсуждать это сейчас?

– Конечно нет!

– Тогда покажи, черт возьми, где у тебя спальня! – Она топнула ножкой как капризный ребенок. Вы думаете мне нужно было второе приглашение?

Я схватил ее за бедра, посадил к себе на пояс, целуя шею, и понес к кровати. Она издавала какие-то мурлыкающие звуки, а я наслаждался запахом ее кожи, немного обветренная и обласканная солнцем, Лиз пахла морской солью и солнцем.

Я аккуратно уронил ее среди подушек, Лиз приподнялась на локтях и расстегнула ремень моих брюк, стянула боксеры и аккуратно взяла мой член губами.

Ох, это было великолепно. Я лег на бок, а потом на спину, расслабляясь, когда она начала медленно двигаться вверх-вниз, лаская его языком. Возбуждение накатывало волнами, и я старался занять свои мысли чем-то, лишь бы не кончить слишком быстро.

Я приподнял голову и поймал ее взгляд. Ее темные глаза просто искрились невинностью и похотью. Я тонул в ее взгляде, а она, полностью обхватив мой член губами, делала что-то невообразимое языком. Возбуждение усиливалось с каждой секундой, и я понял, что вот-вот кончу.

– Стой, стой! Сбавь темп! – я отстранился от девушки.

– Что не так? – спросила она, как будто обиженно, но в глазах сверкали веселые искры.

– Все великолепно, но теперь моя очередь.

Я снял с нее красивое черное белье, которое полетело в сторону: я не стал отвлекаться на тончайшее кружево, которое идеально смотрелось на ее чуть загорелой бархатистой коже.

Я принялся целовать ее шею, опустился ниже и взял в рот сосок. Лиз застонала и чуть выгнула спину. Она прикрыла глаза, полностью отдавшись тем ощущениям, которые я дарил ей.

Опускаясь ниже, оставляя дорожку следов на ее рельефном животике, я приник к ее бедрам и медленно провел языком между ее ног – Лиз была горячая и влажная. А когда кончик языка коснулся ее клитора, она на выдохе произнесла тихое: «ох» и качнула вперед бедрами, как бы намекая мне – не останавливайся!

Я начал ласкать ее клитор, на что она ответила уже громким стоном. Язык, пальцы, язык – я ласкал ее, нежно, но властно проникая в ее лоно, а она выгибалась как кошка и раз за разом повторяла: «Еще! Еще!».

На пару секунд я отстранился и достал из тумбочки презервативы. Она внимательно смотрела на меня из-под опущенных ресниц, а когда я зубами надорвал упаковку, взяла у меня презерватив и глядя мне в глаза, натянула его до самого основания.

Ни одна женщина не делала такого. Она повернулась ко мне спиной, я погладил ее идеальную упругую попку и аккуратно вошел, чувствуя, какая она горячая, упругая и мокрая. Лиз застонала, напряглась, я замер на несколько секунд, она двинула бедрами мне навстречу и выдыхая, произнесла что-то похожее на «кайф».

Я начал двигаться, сначала медленно, потом быстрее, подстраиваясь под ее движения. Она выгибалась мне навстречу, и я наслаждался тем, как глубоко в нее проникает мой член, как плотно она обхватывает его и движется со мной в унисон. Мне хочелось спрятать ее в объятьях, скрыть от всего мира и наслаждаться ее хрупкостью и силой, грацией, нежностью и непокорностью.

– Кайл… Кайл… я сейчас кончу! – ее слова отвлекли меня от мыслей.

Я прижал ее спину к своей груди, проникая максимально глубоко. Лиз издала громкий стон, судорога прошла по ее телу. Я почувствовал, как она сжалась внутри, замерла, а после расслабилась в моих руках. Я кончил, едва сдерживая звериный рык, который пытался вырваться у меня из горла.

Я аккуратно положил Лиз на подушки и просто упал рядом, пытаясь отдышаться.

Несколько минут Лиз лежала молча и тяжело дышала.

– С тобой все хорошо? – я спросил тихо, думая, что она уснула.

Девушка приподнялась на локтях, обняла меня и нежно поцеловала.

– Да, все хорошо. Но мне не мешало бы освежиться.

Я поднялся, все еще ощущая дрожь во всем теле, включил свет в ванной комнате, отрегулировал воду для Лиз, а сам дошел до кухни, налил два бокала с тоником и вернулся в спальню.

Спустя время вода остановилась, Лиз вышла, обернутая в мое полотенце.

– Прости, не нашла другое.

– Ты отлично выглядишь в нем! – я искренне наслаждался этим видом на пороге моей ванной комнаты.

– Ты не видел мои трусики?

– Стесняешься спать без них?

Она замялась.

– Я вообще-то планировала вернуться домой. Думаю, девушки в этой квартире с ночевкой остаются редко!

Я пропустил эту колкость мимо ушей. Да, признаюсь честно, Мэл не ночевала в моей доме, поэтому не хранила у меня ни щеток, ни других женских штучек. Где-то внутри я почувствовал укол совести из-за Мелинды, но быстро прогнал это чувство.

– Лиз, не уезжай, пожалуйста. Останься до утра.

– Тогда тебе придется приготовить мне завтрак в постель! Сделать свежевыжатый сок и тосты с сыром.

– Согласна перекусить в кафе на первом этаже? Там делают невероятно вкусные круассаны?

Она кивнула и, подойдя к кровати, сбросила с себя полотенце, нырнув под одеяло. Лиз прижалась ко мне, я обнял ее за плечи, чмокнул в макушку и, расслабившись, сразу же провалился в сон.

Спустя пару часов я проснулся от того, что моя новая знакомая нежно поглаживала мой член, который уже рвался в бой. Стоит ли говорить, что нормально поспать в эту ночь нам так и не удалось?!

## Глава 3. Лиззи

Август


Голова! Моя голова!

Я еле-еле открыла глаза и уставилась на стену. Она была красивого серого цвета и на ней висела замысловатая картина. Я не очень люблю абстрактное искусство, а сегодня сил размышлять о том, что автор пытался скрыть в этих широких разноцветных мазках не было вовсе.

Я рассматривала картину, пытаясь понять, где я вообще нахожусь и хоть как-то восстановить события вчерашнего вечера.

Коктейль, еще коктейль, танцы.

Красивый мужчина. Курт? Курк?

Он берет меня за руку, ведет к выходу, такси…

– Ох!

Я резко села в кровати, одеяло соскользнуло с меня – голая!

А рядом спит он – человек, который похитил меня от Кейт, с кем я впервые за несколько лет испытала несколько фантастических оргазмов.

Я позволила себе откровенно пялиться на спящего – вчера вечером у меня явно не было времени рассмотреть его достаточно хорошо. Бронзовый загар, широкие плечи, волосы спадали ему на лицо, но точеные скулы и пухлые губы дорисовали в моем воображении то, что он делал ночью этими губами. Я приподняла одеяло и заглянула под него – что и требовалось доказать: идеальная задница.

Хозяин квартиры (и картины) крепко спал, лежа на животе, поэтому рассмотреть другие части тела, которые меня интересовали в большей степени, не получилось. А и ладно, я дотянулась до сумочки и посмотрела на время. До начала первого рабочего дня в больнице оставалось еще 6 часов.

Я аккуратно вылезла из кровати, собрала свою одежду, с трудом найдя трусики, стыдно признаться, на супер-дизайнерской люстре, которая как паук свисала длинными проводами почти до кровати.

Окей, ночь была бурная. Все мышцы в теле стонали и просили побыстрее добраться до дома и принять ванну. Я оделась, постояла в коридоре, размышляя, стоит ли оставлять записку хозяину квартиры.

Ну что я там напишу?

«Спасибо за ночь!»?! Пошло и банально.

«У вас красивая задница»?! Вульгарно.

«Люстра идеально подошла к моим трусикам»?! А вдруг у него нет достаточного чувства юмора, чтобы оценить эту реплику!?

Кинув последний взгляд в сторону спальни, я тихо вышла из квартиры, захлопнув за собой дверь, и пошла к лифту.

– Доброе утро! – поприветствовал меня швейцар. – Отличная погода.

– С добрым утром! Погода идеальная! – я еле смогла выдавить улыбку – А вы не подскажете, в каком я районе? Второй день в Нью-Йорке.

Даже если этот милый старичок подумал обо мне что-то не особо лестное, он виду не подал.

– Давайте я вызову вам такси?

Я назвала ему домашний адрес и пока мы ждали UBER швейцар рассказал мне, какие места нужно посетить в городе в первую очередь.

Когда машина подъехала, а села внутрь, поблагодарив за советы и с облегчением закрыла глаза, дав себе возможность подремать. До дома было ехать 45 минут.


Я лежала в горячей ванной, допивая кофе, когда зазвонил телефон.

– Привет, подруга! Как ты? – услышала я голос Кейт на той стороне трубки.

– Ох, Кейт. Привет! Я пытаюсь хоть как-то прийти в себя после вчерашней ночи!

– Да, ты дала жару. Зажигательный танцы, а потом тебя с бала похищает прекрасный принц.

– Принц был что надо, между прочим. У него идеальная задница, а у меня болит все тело.

– Ха, вот это ты даешь – первая ночь в городе, а уже такой улов. Когда официальное свидание?

– Шутишь? Я сбежала утром пока он спал. Я, конечно, не окружена тотальным вниманием мужчин, но встречаться с тем, с кем провела ночь пьяного безумства – не в моем стиле.

– Лиз, ну что за предрассудки! Тем более, он смотрел на тебя с неподдельным интересом, когда ты танцевала. Тут не просто желание, а что-то больше…

– Кейт, даже если так. Какой мужчина согласится на свидание, когда девушка сбегает у него из квартиры, не оставив о себе ни строчки? Это какой удар по самолюбию!

– Да, но, если вдруг ты захочешь реабилитироваться, его друг оставил мне свой номер. Мы договорились встретиться завтра за ланчем.

– О! Вот это интересный поворот.

– Да, дорогая! Пока вы не теряли вчера времени, мы прогулялись по Манхеттену и Джош рассказал мне о том, что он работает врачом приемного отделения Центральной больницы Куинса и смешил меня всякими врачебными байками. Ты бы знала, что они порой достают из пациентов… Я, конечно, не стала делиться с ним впечатлениями про вытащенного из носа маленького Халка – дети, все же, более безобидны в своих развлечениях!

– Так, Кейт, стой! Меня и так слегка мутит… Я не готова к таким подробностям.

– Прости. Я просто позвонила узнать, жива ли ты, и пожелать удачи тебе сегодня. Первый рабочий день!

– Да, спасибо. Надеюсь, все закончится быстро – познакомлюсь с куратором, оформлю документы и поеду домой отсыпаться. Первая полноценная рабочая смена ждет меня только через три дня.

– Держись! Напиши вечером, как все прошло!

– Спасибо, Кейт, обязательно. Только умоляю, не порть мою репутацию в глазах Сэм, я все же хочу попасть на ее свадьбу. А то она откажется брать меня в подружки невесты за беспутство.

Кейт засмеялась.

– Ну ты что, с кем не бывает! После всего, что ты перенесла, один ночной отрыв – это капля в море. Я побежала! Целую!

Я положила трубку, вылезла из ванны, насухо вытерлась полотенцем и долго решала, что же мне сделать со своим лицом, чтобы убрать следы ночных приключений.

Спустя час я более-менее пришла в себя, собрала документы, надела спортивный костюм – толку наряжаться не было: в больнице мне должны были выдать несколько новых наборов формы, которая решит ежеутреннюю головную боль: «В чем идти на работу?».

Я вышла из подъезда, дошла до ближайшей кофейни, выбрала любимый капучино.

– Хорошего дня, красавица! – бариста протянул мне стакан с обжигающим напитком, я мило улыбнулась ему и поспешила в сторону больницы.

«Льстец» – подумала я и осознала, что в Нью-Йорке, видимо, считается хорошим тоном флиртовать с молоденькими посетительницами кофеен. А я так надеялась, что твой номер на моей стакане – не маркетинговая уловка, Джастин. Эх…


Главный врач Медцентра Коэнов Джоан Спенсер уже ждала меня в своем кабинете, когда я появилась у нее на пороге.

– Элизабет, приветствую тебя!

– Добрый день, Джоан.

– Прости, что я не проведу тебе полноценную экскурсию сама – меня срочно вызвали на совещание. В этой папке документы, – она подвинула ко мне внушительную стопку листов. – Ознакомься, прочти внимательно и подпиши, если не будет вопросов. Если будут, мы переговорим с тобой позже.

Я кивнула и взяла со стола подготовленные бумаги.

– Моя помощница покажет тебе все. Твое отделение, рабочее место, выдаст форму. Через три часа у тебя встреча с куратором – до этого времени, будь добра, закончи с документами.

– Хорошо, Джоан! – я кивнула и улыбнулась.

– Я вернусь ближе к 7 часам, мы сможем еще раз пройтись по твоим условиям работы, согласовать даты подготовки к экзаменам, расписание практической подготовки и квалификационный тест. А еще я покажу тебе твою первую пациентку – пока я курирую ее сама, но с радостью передам тебе.

Я вышла в приемную, где меня встретила строгая девушка, которая представилась Кейсиди, помощницей Джоан. Пока я читала и подписывала, как мне показалось, сотню анкет и соглашений, она рассказывала мне о Медцентре Коэнов, об основных моих обязанностях, расписании и других формальностях, из которых будет состоять мой день.

Спустя час перебирания бумаг мы перешли на более неформальное общение, спустя два часа Кейсиди предложила сходить за кофе.

– Знаешь, я очень рада, что ты пришла к нам в команду. Честное слово, в отделении нейрохирургии категорически не хватает женщин. Заведующий отделением профессор Кайл Мэтьюс…

В эту секунду мое сердце пропустило удар.

– Как ты сказала его зовут?

– Кайл Мэтьюс. Самый красивый, талантливый и недоступный мужчина больницы.

Кайл! Вот как звали мое ночное приключение. Желудок непривычно сжался… Неужели…

– И как же, этот ваш красавчик, выглядит? – спросила я максимально беззастенчивым тоном.

Кейсиди в точности описала человека, с которым я провела сегодняшнюю ночь. Этого еще не хватало! Куратор моего обучения – человек, с которым у меня был секс на одну ночь… после которого я сбежала?! Детка, ты вляпалась не на шутку…

Наверно я сильно побледнела потому, что Кейсиди настороженно спросила:

– Лиз, с тобой все в порядке?!

– Ой, прости… мне стало душно! – Я подошла к приоткрытому окну и сделала глубокий вдох. – Судя по твоему описанию доктор Мэтьюс не мужчина, а мечта!

– Да! Но есть одна проблема – его девушка Мелисса. Крайне неприятная особа.

– У него и девушка есть? – я опять попыталась изобразить в голосе равнодушие, но в животе все снова сжалось в тугой узел.

– Да. Мы уже делаем ставки, когда он сделает ей предложение. На других девушек не смотрит, но и ее не зовет переехать к себе. Я слышала на прошлой неделе ее разговор с подругой в коридоре: она жаловалась, что доктор Мэтьюс никак не перевезет ее вещи к себе.

Я сразу вспомнила его холостятскую квартиру – там явно не было места для вещей некой Ме-е – е-елинды (уже подозреваю, что она та еще коза). А потом я вспомнила его руки у себя на бедрах, жаркие поцелуи…

– Эй, Земля вызывает Лиз. Ты опять потерялась. – Кейсиди пристально взглянула на меня.

– Сорри, просто слишком много информации. У нас в Ориндже было не так много врачей мужского пола, а уж если кто-то и обсуждал их личную жизнь, то только в контексте того, какой мазью пользуется жена, когда прихватывает поясницу.

Мы засмеялись.

– Да, медцентр Коэнов отличается тем, что здесь все про всех знают. Если ты сегодня сходила с кем-то на свидание, завтра это будут обсуждать даже санитарки.

Я натянуто улыбнулась и понадеялась, что слухи о жаркой ночи будут распространяться не со скоростью лесного пожара. Первый день и уже убойная репутация – только этого мне не хватало!

– С нетерпением хочу познакомится с куратором. – я отошла от окна, собрала подписанные документы и протянула их Кейсиди. – Нам осталось только забрать мою форму, переодеться и я готова к встрече!

Мы отправились в примерочную. Пока я переодевалась, Кейсиди заглянула в кабинку, где я натягивала на себя новый костюм.

– Все хорошо?

Я посмотрела на отражение в зеркале – новая форма сидела как влитая, будто ее шили специально для меня.

– Да, она идеальная, мягкая и удобная! – Я улыбнулась своему отражению.

– Супер! Мы берем три комплекта и бежим скорее. Твое знакомство с куратором через 10 минут, а идти нам в соседний корпус.


Стоит ли говорить, что мы задержались?! Пока расписывались за комплекты, пока я прослушала инструктаж по химчистке, стрелки часов сильно перевалили за 17.00. Когда мы с Кейсиди, буквально, ввалились в аудиторию, мой куратор стоял к нам спиной.