Стейс Крамер
Я и есть безумие. Абиссаль

© Стейс Крамер, текст

© ООО «Издательство АСТ»

* * *

Я посвящаю эту книгу всем, кто сбился со своего пути.

Всем, кто находится в отчаянии, потерял надежду.

Помните простую истину: самый темный час перед рассветом.

«И сильный будет отрепьем, и дело его – искрою; и будут гореть вместе, – и никто не потушит».

Ис. 1:31

Часть 1
Против правил

1

Странное чувство. Я смотрела на этот мир, на себя со стороны. Казалось, что все это спектакль или отрывок из бессмысленного фильма. Может, я умерла? Или вижу сон? Но нет. Кажется, это реальность, только с налетом беспричинного страха и искаженными ощущениями.

Передо мной стена палаты, ослепительно белая, как свежий снег. Я смотрела на стену, заметила бугорки на ней, все неровности, нелепо скрытые под краской. Хотелось расковырять эту стену, увидеть все, чем была богата ее убогая, лишенная краски поверхность.

Вот так же хотелось поступить и со своей головой. Внутри нее туман. Мне хотелось разгадать, что он прячет. Найти истину, от которой я была далека. Я очнулась недавно, а, может, и давно. Время для меня было стерто. Меня привели в эту палату с белоснежными стенами, оставили одну.

Вдруг из тумана послышался голос. Мой голос. «"Абиссаль". Я во всем виновата. Я во всем виновата! "Абиссаль"… Их смерть – моя заслуга. Я во всем виновата. Я должна ответить за все, что сделала. Я во всем виновата. Другого пути у меня нет. Я не смогу спасти себя.

Я во всем виновата».

* * *

Я смотрела на него и не понимала, что со мной происходит. Его маленькое сморщенное лицо покрылось багровыми пятнами из-за безудержного крика, что исходил из его крохотного тельца. Казалось, что внутри него бушует буря, каждый участок тела подчинен нестерпимой боли.

– Ну что ты смотришь на него, как на пришельца? Это всего лишь ребенок, – не выдержала Одетт.

Это была третья неделя после родов. И за все эти три недели я только раз к нему прикоснулась, когда врач поднес его ко мне, а я еще не отошла от наркоза и искренне радовалась, что все мои мучения закончились. На следующий день я проснулась и поняла, что ничего не закончилось. Я все еще была в капкане, а Север все это время наблюдала за мной. Теперь еще у меня есть ребенок, сын, очередная мишень. То, что у меня могут отнять в любой миг, стоит мне сделать неправильный выбор. Что – то произошло в моей голове. Мое сердце, моя душа никак не хотели признавать этого ребенка. Может быть, я не могла смириться с мыслью, что я теперь мать. Мое тело до сих пор помнило те тяжкие муки, через которые ему довелось пройти. Может, я не хотела к нему… привязаться, чтобы не так больно было терять. Я не знаю. Но теплоты и той гигантской любви, о которой пищат все счастливые мамочки на планете, я не испытывала.

И как хорошо, что все это время рядом со мной были Стив, Одетт, Ванесса и Арбери. Женщины семейства Боуэнов окружили любовью и заботой моего сына, рассказывали, показывали, как с ним обращаться, потому что я абсолютно не знала, что делать с этим беспомощным существом.

– Натаниэль Морган Конройд, – гордо произнесла Одетт, взяв малыша на руки, – не завидую тебе. У тебя самая непутевая мамаша.

Конечно, Одетт единственная, кого жутко раздражало мое поведение, ведь я полностью переложила все обязанности на нее и Ванессу. Хотя правильнее было бы сказать, что раздражало это всех, но миссис Чемберлен единственная, кто не стеснялась в выражении своих чувств.

Я отвернулась, пытаясь хоть на секунду отвлечься от крика Нэйтана и его пугающего, измотанного вида.

– Глория, ты чего? – спросила Одетт.

– Мама, аккуратнее со своими шутками, – жестко ответила Ванесса.

– Да я не хотела тебя обидеть!

Миссис Боуэн подошла ко мне, обняла за плечи.

– Глория, я понимаю, тебе страшно. Нам тоже было очень страшно, так ведь, мама?

– Конечно! Каждая женщина пережила этот страх, но не каждая готова в этом признаться. Мы ведь все хотим казаться идеальными.

– Давай, возьми его на руки, не бойся, – ласково сказала Ванесса.

Я медленно подошла к кроватке, куда Одетт положила Нэйтана. Увидев меня, он на мгновение притих. Слезы застыли призрачными линиями на его пухлых щечках, малюсенькие пальчики сжались в кулачки.

– У меня руки дрожат, я его уроню.

– Мать никогда не уронит своего ребенка, запомни это, – сказала Одетт.

Ясно-голубые глаза изучали меня с любопытством, а у меня всерьез тряслись руки. Я так боялась причинить боль этому хрупкому созданию. К тому же я ощущала себя такой грязной, даже мерзкой, словно топредательство, на которое я сама себя подписала, перестало быть абстрактным, приобрело материальную оболочку. Оно выходило наружу из меня и застывало убогими серыми ошметками.

Мой мальчик не заслужил быть частью меня.

– Нет, – резко ответила я и зашагала к двери.

– Глория?.. – растерялась Ванесса.

– Ванесса, покормите его, пожалуйста!

Я хлопнула дверью, прислонилась к ней спиной и зарыдала.

– Может, отвести ее к психотерапевту? – услышала я взволнованный голос Одетт.

– Посмотрим…

За весь период подготовки к родам, затем моего восстановления после рождения сына Мелания Уайдлер никак о себе не напоминала. Мой телефон молчал, а раньше, когда Стив был в Манчестере и участвовал вместе с «Абиссаль» в истреблении «Батчерс» и поисках Север, она довольно часто звонила мне, чтобы я ей вновь слила информацию про своих людей. Север будто знала, что на данный момент я не могу быть в ее стае. Ее молчание меня одновременно пугало и радовало. Я была счастлива не слышать ее голос хотя бы несколько недель. Но в то же время меня не покидала мысль, что она так близко, все обо мне знает, контролирует и, когда я вновь вернусь в строй, снова наберет мне и сообщит очередное гнусное задание.

Пока я размышляла об этом, Стив, Арбери и Ноа были полностью увлечены Нэйтаном. Стив держал сына на руках, гримасничал, Арб следила за тем, чтобы Стив в процессе игры не забывал о безопасности малыша и не уронил его, а Ноа громко хохотал и подпрыгивал, чтобы посмотреть на реакцию Нэйтана.

Стив был невероятно счастлив. Он стал еще более мягким, заботливым и серьезным. Хотя в глубине души я все же сомневалась в том, что он сможет стать идеальным папой. В итоге как же крупно я заблуждалась. Мой муж занимался ребенком, практически не выпускал его из рук, менял подгузники, причем так уверенно, готовил смеси, кормил его, успокаивал, не показывая свою усталость. А я просто сидела за книгой, спала, готовила и гуляла в одиночестве, и ненависть к собственной персоне росла во мне как раковая опухоль.

– Ноа, ты чего такой любопытный? – спросил Стив, заметив, как белокурый мальчишка, не жалея сил, все прыгает и прыгает, чтобы как следует насмотреться на Нэйтана.

– Никак не может смириться, что он теперь не самый мелкий в этом доме, – ответила Арбери.

Стив кинул взгляд на меня, отрешенную мать.

– Арб, побудь пока с Нэйтаном.

– С радостью.

Стив передал сына Арбери и подошел ко мне.

– Малышка, пойдем прогуляемся?

– Не хочется.

– Ой, слушай, мне Одетт рассказала про одно шикарное место. Можем взять авто в аренду и смотаться на пару деньков.

– Стив, что ты делаешь? – не выдержала я.

– …Предпринимаю жалкие попытки развеселить тебя.

– Остановись, это не поможет.

– Может, тогда доктор поможет?

– Что?

– Я наткнулся в интернете на статью про послеродовую депрессию. У тебя почти все симптомы.

– У меня нет никакой депрессии!

– Да? Тогда почему ты относишься к нашему сыну как к неодушевленному предмету?

Мне стало больно от его слов, аж дыхание перехватило.

– Ты не поймешь меня. Очень тяжело объяснить то, что я чувствую сейчас. У меня нет желания брать его на руки, я не хочу ему улыбаться, строить забавные рожицы, как вы все это делаете. Я… я даже накормить его не могу, у меня нет молока, – из моих глаз посыпались слезы. – Одетт права, я – отвратительная мать…

– Ты самая лучшая мама на свете, – сказал Стив, заключив мою ладонь в свою. – Нэйтан чувствует это, поэтому он так тянется к тебе. Не отталкивай его, пожалуйста. Дай себе шанс.

Переломный момент случился буквально через два дня после нашего разговора. Я проснулась от крика малыша. Стива рядом не было.

– Одетт! – крикнула я.

Ребенок безостановочно кричал и судорожно тряс ручонками, напоминая сломанную заводную куклу.

Я открыла дверь.

– Одетт! Ванесса! Кто-нибудь!!!

На мои отчаянные крики никто не пришел ни через пять, ни через двадцать минут. И вот уже прошло больше получаса. Нэйтан все не унимался.

– Боже…

Я приложила ледяную ладонь к своему взмокшему лбу, подошла к кроватке. Мне хотелось плакать вместе с сыном. Я поняла, что беспомощное существо здесь вовсе не Нэйтан, а я. Возьми себя в руки, черт возьми! Что с тобой происходит, Глория?!

– Ну ладно… Если я тебя уроню, ты сам виноват. Знал, на что идешь.

Я медленно, осторожно поднесла его к своей груди, прижала. Сердце мое тревожно забилось, я не знала, что делать дальше. Увидела на тумбочке бутылочку, почти полную. Присела на кровать, взяла бутылочку, поднесла к его губам, а дальше он сам разобрался. Все так просто. И вовсе не страшно, как казалось. Мой сын был голоден и продолжал бы мучаться, содрогаясь от собственного крика, пока его ужасная мамаша, лишенная рассудка, сидела и ждала помощи. Мне стало стыдно. Перед собой, перед ним, перед всеми, кто нас окружал все это время. Он все понимал, все чувствовал, но также он и доверял мне, не боялся меня. Мы с ним прошли через столько дерьма. Мы вместе сражались за жизнь, когда ублюдки Север подстрелили меня в лесу. Мы даже не представляем, насколько мы сильные и насколько велика наша любовь друг к другу. Мы все выдержим.

– Прости меня… Я больше не буду бояться. Клянусь.

* * *

Все стало налаживаться. Во мне наконец – то проснулся разум. Теперь я уделяла каждую свободную секундочку Нэйтану и по – настоящему этим наслаждалась. Я часами его рассматривала, беседовала с ним, и он стал гораздо спокойнее. Так пролетели почти пять месяцев потрясающей гармонии.

Но однажды ночью я резко открыла глаза. Я вся была в поту, и дрожь овладела моим телом. Это состояние мне было знакомо. Я посмотрела в сторону кроватки, где мирно спал Нэйтан, и вмиг перестала дышать, увидев черную фигуру возле нее. Это точно был человек, но его границы расплывались, и лица не было видно. Только чернота.

– Стив… Стив, – в ужасе шептала я.

– Ты чего? Что случилось?

Я посмотрела на мужа, затем перевела взгляд на кроватку, но загадочной фигуры уже не было.

– …Мне показалось, что там кто-то есть.

– Иди ко мне.

Стив обнял меня за талию, прижал к себе, но я его оттолкнула.

– Кажется, я понимаю, что с тобой творится. «Абиссаль», куча амбалов в доме. Все это кого угодно сведет с ума. Я думаю, уже прошло достаточно времени и мы можем уехать.

– Куда уехать?

– Да в тот же Оушенвилл или в любой подобный городок. Снова заживем обычной жизнью.

– И снова нас найдут ублюдки из «Темных улиц»?

– Да кому мы нужны? «Батчерс» и Моро уничтожены. Север исчезла.

Только услышав ее имя, я теряла самообладание.

– Мы не покинем «Абиссаль», Стив, – с горечью сказала я.

– Ты это сейчас серьезно?

– Более чем. Здесь безопасно, надо это признать. Мы до сих пор слишком беспомощны. А еще бедны. Или ты хочешь горбатиться на пяти работах, не видя меня и сына?

– Вот в чем дело… Деньги. Так сразу бы и сказала, а то ходишь вокруг да около. Конечно, Нэйтану будет гораздо лучше, пока его мать и отец зависают в «Темных улицах», работая на Лестера. Разумно, ничего не скажешь.

Стив нащупал на тумбочке пачку сигарет и незамедлительно покинул нашу комнату.

Другого я и не ожидала. Мы мечтали совсем о другой жизни, но теперь все идет не по плану. И разрушителем надежд выступаю я, потому что несколько часов назад я вновь получила сообщение от Север.

А значит, я снова должна врать, служить врагу, бояться. И предавать.

* * *

– Я уже стала забывать, как ты выглядишь, – сказала Арбери Лестеру, который внезапно решил нас навестить.

– Да брось.

– Это незаконно – пропадать на такое количество времени.

Вся семья, в том числе и мы со Стивом и Логаном, собрались за столом в гостиной.

– Полностью тебя поддерживаю, Арбери. Чувствую, что скоро Ноа будет называть Логана папой.

– Мама…

– Ванесса, я всего лишь говорю то, что ты хочешь сказать, но тебе как всегда не хватает смелости. Лестер, когда ты уже будешь думать о семье? Переезжай к нам, здесь тоже можно открыть неплохой бизнес.

Лестер нервно провел по своим волосам в тон мрачных глаз.

– Одетт, я искренне ценю вашу заботу, но мы уже сотню раз об этом говорили, и я не собираюсь вновь возвращаться к этому вопросу. Я думаю о своей семье, поэтому и вынужден жить в разлуке с ней. Разговор окончен.

Повисло напряженное молчание. Было заметно, как Лестеру трудно сдерживать свое раздражение. Он так же, как и я, в безвыходном положении. Лестер бы все на свете отдал, чтобы просыпаться каждое утро в постели со своей любимой женой, видеть, как растет его сынишка, радоваться успехам Арбери, помогать ей, чтобы та пошла по стопам погибшей сестры. Но ту кошмарную ночь на Ланаи он никогда не забудет. И конечно же, в его памяти навечно застряла картина, как Джеки истекал кровью, а он ничем не мог ему помочь. Ради дорогих людей приходится жертвовать собой, своей жизнью и бросать вызов всему миру.

– Лестер, – набравшись смелости, сказала я.

– Да, Глория?

– …Я хочу вернуться в Манчестер.

– Что?! – воскликнула Арб.

– Ничего себе, могла хотя бы предупредить… – сказала Одетт.

Стив лишь посмотрел на меня раздосадованно, он помнил наш последний разговор, но не верил, что я настроена настолько серьезно.

– Да, неожиданно. А что повлияло на ваше решение? – спросил Лестер.

– Мы соскучились по друзьям, по Америке, – на ходу выдумывала я, – пора вернуться в прежнюю жизнь.

– Но ведь тебе нужна помощь? Как же Нэйтан? – обеспокоенно спросила Ванесса.

– Я справлюсь, Ванесса. Вы меня всему научили.

Все присутствующие были шокированы моим заявлением. Да и я тоже не находила себе места. Я просто в эти минуты убивала свою счастливую, беззаботную жизнь.

– Ну что ж, как угодно. Самолет послезавтра. Поедем все вместе.

– Спасибо…

– Стив, с тобой все хорошо? Выглядишь немного ошарашенным.

– Я в порядке, – с трудом ответил Стив. – Мы возвращаемся в Манчестер.

2

Этот период моей жизни я бы назвала «Возвращением в ад». Я не верила собственным глазам, все казалось давно забытым сном. Знакомые улицы, дороги, безликие дома, что за собой скрывали коллатерали, где живет смерть. Я смотрела на все это, пока мы ехали со Стивом и Лестером, и боролась сама с собой. Мне необходимо было изображать радость, как я соскучилась по моему Манчестеру, как здорово снова вернуться на Темные улицы, вспомнить, кто я есть на самом деле. Затем я посмотрела на Стива, что мрачнел с каждой секундой нашего пути, потом перевела взгляд на Лестера, как всегда уверенного в себе, умело скрывающего тоску по семье за маской безразличия. И, наконец, я обратила внимание на Нэйтана, что спал на моих руках и даже не подозревал, что в его маленькой, недавно начавшейся жизни, уже произошли серьезные перемены, которые неизвестно к чему приведут.

Вот мы уже приблизились к Истону. Молчаливый лес, солнце застряло в густых кронах деревьев и напоминало о себе лишь тусклыми, разбросанными лучами. Мне стало немного легче. Я решила вспомнить о единственном плюсе нашего возвращения – Миди и Джей, Алекс, братья Дерси. Вот по ним я действительно соскучилась, и радостное ожидание предстоящей встречи слегка перекрыло гадкую тревогу в душе.

* * *

– С возвращением! – воскликнула Миди и сразу потянула руки к малышу. – Ох, ты ж мой маленький.

Лестер быстро попрощался с нами и отправился на какую – то встречу. Мы стояли в холле, я быстро пробежала глазами по знакомым уголкам, а Стив, что был доме «Абиссаль» впервые, долго и с интересом рассматривал все вокруг.

– Стиви, брателло! – сказал Джей и кинулся с объятиями на Стива.

– Я тоже по тебе соскучился.

– А по мне кто-нибудь скучал? – спросил Дерси-старший, что внезапно вышел из столовой вместе с братом.

– Брайс!

Мы обнялись как родные.

– Ну, показывайте свое произведение искусства.

Я осторожно передала Натаниэля в массивные руки Брайса.

– Не бойся, Нэйтан, этот громила ничего тебе не сделает.

– А он симпатичненький. Так и не поверишь, что вы его родители.

– Ну спасибо, – буркнул Стив.

Дошла очередь до Доминика, который все это время безостановочно буравил меня своим взглядом.

– Привет, сестренка, – сказал он.

– Привет, Доминик.

В компании Миди и Джея мы направились в мою комнату. Только я вспомнила ее убранство, как меня бросило в холодный пот. Эта комната напоминала мне мертвеца: она пропиталась отвратительным, не выветривающимся запахом сырости и разлагающейся плесени, ее стены местами вздулись, а под пузырями краски жила беззаботной жизнью мерзкая живность, напоминавшая о себе каждую ночь треском и шуршанием.

– Мы немного обустроили твою комнату, – вдруг сказала Миди перед моей дверью, – надеюсь, тебе понравится.

Она открыла дверь, и я обезумела от счастья. Свежие, белые обои, нежно – голубые занавески, новая, белоснежная мебель, люстра, мягкий коврик. Это помещение, разумеется, больше не напоминало палату психиатрической больницы.

– Ух ты! Когда вы успели все это сделать?

– У нас куча рабочей силы, забыла? Пока одни клеят обои, другие разоряют детские магазины. У нас есть все: подгузники, огромный запас смесей, игрушки, и еще мы с Джеем выбрали немного одежды.

– Ребята, вы настоящее сокровище!

– Да пустяки, – сказал Джей. – Мы вас очень ждали.

– Где здесь туалет? – резко спросил Стив, который все это время наблюдал без интереса за моим ликованием.

– Пойдем, я тебе все покажу, – вызвался Джей.

Мы с Миди остались одни.

– У вас все в порядке? Стив, по-моему, не очень рад всему происходящему.

– …Тебе кажется, – улыбнулась я.

* * *

Тем же вечером я стояла на крыльце, держа на руках Нэйтана, слушала тишину и смотрела на звезды, пока остальные домочадцы пировали в зале в честь нашего возвращения. Мне захотелось уединения и свежего воздуха. Но мой покой нарушил шум приближающейся машины. Несколько минут спустя к нашему дому подъехал незнакомый автомобиль. Из него вышел Алекс. Он медленно шел ко мне, безостановочно смотрел в мои глаза и улыбался.

– Не сразу тебя узнал, представляешь?

– Так сильно изменилась?

– Очень.

– Надеюсь, в лучшую сторону.

Наконец он подошел ко мне. И мы все так же, не отрываясь, смотрели друг на друга.

– Тебе идет материнство.

Он нежно обнял меня и поцеловал в щеку. Я обомлела.

– Даже пахнешь по – другому.

– Наверное, Нэйтан срыгнул.

Алекс засмеялся.

– Да я не про то.

Он с теплотой взглянул на малыша, тот с любопытством стал разглядывать нового человека в его жизни.

– Можно его подержать?

– Конечно.

Я опустила уставшие руки и стала наслаждаться изумительной картиной, как Алекс, такой брутальный и в то же время чуткий, держит моего сына, что невозмутимо прильнул к нему.

– Он очаровательный.

– Мы старались.

– Вы надолго к нам?

– Пока не знаю. Лестер сказал, что мы свободны. Можем уехать, когда захотим.

– Он очень изменился после смерти Джеки. Иначе стал относиться ко многим вещам.

– …Как ты здесь? – тихо спросила я.

– Ну… Меня никто не обижал, тебя же здесь не было.

Я нервно хихикнула.

– Я работаю в «Грандезе». Мы планируем расширяться.

– Даже так…

– Да, у «Абиссаль» очень хорошо идут дела.

– Алекс! – внезапно раздался голос Стива.

Он появился за моей спиной, подошел к Алексу и радостно заключил его в свои объятия.

– Здравствуй, брат.

Алекс стал внимательно рассматривать своего друга, Стив даже несколько смутился.

– О-о, усталый голос, сонный взгляд, копна седых волос, сразу видно – человек недавно стал отцом.

– Да иди ты.

* * *

На следующий день я, Стив и Дерси выбрались на наши улицы. Нэйтана я оставила Миди. Я переживала, конечно, как она справится со всеми трудностями, что обрушиваются в один миг, стоит только остаться один на один с младенцем, но Миди пообещала мне, что все будет хорошо, ей это доставит массу удовольствия.

Территория «Абиссаль» заметно расширилась. Брайс коротко объяснил нынешнюю обстановку: Делрой Сагона переехал со своими людьми в Мексику, его владение должно было перейти «Лассе», но от той великой банды, что была при Десмонде, не осталось и следа. После исчезновения Север «Ласса» распалась, самые смелые организовали мелкие группировки, начав самостоятельное существование, и со временем тех, кто был верен «Лассе», оставалось все меньше и меньше. Так что территорию Сагоны «Абиссаль» быстро присвоила. От «Девятого круга» и Джамаля в том числе тоже ничего не осталось, еще с той самой схватки между Лестером при поддержке Элиота Крэбтри и Десмондом. Легко догадаться, что их улицы также достались нам. Еще в наследство мы получили скромные территории погибших «Братьев Рандл» и «Стальных буйволов». «Красные языки» и «Кан Каб Чеи» поделили между собой улицы «Батчерс», с которыми «Абиссаль» мастерски разобралась в то время, когда я отсутствовала. Главари упомянутых выше банд Ларс Эльба и шенли были решительно настроены против Лестера, сил у этих людей достаточно, чтобы стереть нас с земли, их альянс суммарно превышал «Лассу» в лучшие ее времена, так что пришлось пойти на компромисс, уладить назревающий конфликт, беспрепятственно отдав территорию Бешеного Бранди, главаря «Батчерс». Как долго продлится это так называемое перемирие, неизвестно, поэтому «Абиссаль» всегда начеку. Осталось лишь добавить про «Грифов», мы их еще называем «Падальщиками». Барри Берг и его люди все еще держались на плаву, и, что удивительно, количество «Падальщиков» росло с каждым днем, они размножались будто паразиты, и, возможно, в будущем переплюнут даже «Лассу». Это пугало. Пока «Абиссаль» обживалась на новых территориях, враги множились, создавая целую армию, но при этом никак не выдавая свои планы. Все притихли, словно готовили нечто грандиозное вроде атомной бомбы.

– А что здесь строится? – спросила я, когда мы дошли до детища Бораско. Разрушенное здание было окружено железным забором, за которым велись строительные работы.

– Мы решили восстановить бойцовский клуб, – ответил Брайс.

– «Стальные буйволы»?

– Да, – подключился Доминик. – Клуб теперь полностью в нашем распоряжении, мы восстановим все в мельчайших деталях.

– Бораско бы вами гордился. Вы молодцы.

Мы с Домиником улыбнулись друг другу, после чего я заметила негодующий взгляд Стива.

Мы продолжили наш путь.

– А что с «Бесами»?

– Ничего себе. Ты решила вспомнить про этих бедолаг, – сказал Брайс. – Стив, ты знаешь, что твоя женушка едва не превратила огромное стадо безумцев в подгоревшие стейки?

– Да, Глория – красотка, – добавил Доминик. – После пожара о них ничего не слышно. Стив, ты должен ею гордиться.

– Да я просто с ума схожу от гордости! – огрызнулся Стив.

Братья тут же замолчали, ускорили шаг и за считаные секунды прилично отдалились от нас, дав нам возможность побыть вдвоем.

– Стив.

– Что? – спросил он, даже не обернувшись.

– Давай поговорим.

– О чем?

– О твоем настроении. Ты ведешь себя странно. Это все замечают.

Стив резко остановился и разгневанно посмотрел на меня. Мне стало неловко.

– Действительно, что это с моим настроением?! Мы живем с ребенком в бывшей психушке. Дерси-младший не упускает возможности попялиться на твой зад. Мы бродим по заблеванным улицам, а твои дружки – головорезы рассказывают, как ты чуть не убила огромное количество людей. Да я же должен прыгать от счастья! Вот только помнится мне, как совсем недавно ты с пузом сбежала в неизвестность, узнав, что я вынужден снова работать на Моро, который угрожал убить тебя. Ты мыслила совсем иначе, хотела жить по – другому. Так что с тобой сейчас происходит, а? Что с тобой, черт возьми, происходит, Глория?! Это не ты!!!

Стив был в ярости, и меня это не на шутку испугало. Безусловно, он был абсолютно прав, его гнев в мою сторону справедлив. Поэтому я ненадолго притихла, мне даже захотелось разреветься от бессилия. Но я должна была дальше играть свою роль и попытаться перевернуть ситуацию в свою сторону.

– Ошибаешься! Это я! Это настоящая я!

Он опешил от моей реакции, а я продолжала:

– Видишь вон тот ларек? – я ткнула пальцем в маленькое сооружение, оклеенное выцветшими листовками. – Однажды я очнулась возле него вся в рвоте, меня еще копы хотели забрать, но мне было все равно. Я была под кайфом. Эти улицы помнят меня облеванную, ревущую, обдолбанную. Они видели, как с моих рук стекала кровь отморозков, которых мы наказывали с братьями Дерси. Это значимая часть моей жизни. Ты все это знаешь. Я все тебе рассказала. И ты помнишь свои слова? Ты сказал, что принимаешь меня любую. А что же ты сейчас делаешь тогда? Брезгуешь? Да я тоже себе противна. Но я хочу стать независимой. Заработать столько денег, чтобы никого не бояться, ни о чем не думать, уехать как можно дальше. Всего этого можно добиться только здесь, в «Абиссаль», на этих проклятых улицах! Ты же сам это прекрасно понимаешь! Ну так что… Ты со мной?

Стиву потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя после моей речи. Он выдохнул, его взгляд смягчился.

– Да, я с тобой.

Кажется, сработало. Пусть думает, что мы вернулись только из-за заработка. Но долго ли я смогу прикрываться этой ложью?

– Извини, я перегнул палку, – взяв меня за руку, сказал Стив.

Я прикоснулась к его лицу свободной рукой, посмотрела в его любящие глаза.

– Я люблю тебя, – прошептала я.

* * *

Один вечер мы решили выделить на экскурсию в «Грандезу». Как и пророчил мистер Крэбтри, его совместный бизнес с Лестером приносил потрясающие результаты. «Грандеза» только успевала принимать гостей со всех Соединенных штатов, и не только.

– Это… мощно, – осматривая все вокруг, сказал Стив.

– Это охрененно! – поправил Джей. – Когда я впервые увидел все это, у меня челюсть на пол грохнулась.

– Алекс, а какую должность ты здесь занимаешь? – поинтересовалась я.

– Я, можно сказать, правая рука Элиота.

– Я думала, Лестер правая рука Элиота.

– Алекс забыл уточнить, что он мизинец правой руки Элиота, – съязвил Джей.

– Кто-нибудь, проветрите помещение, а то здесь пахнет завистью, – гордо ответил Алекс.

– Надо же! Я ему завидую! Совсем зазнался.

– Ладно, вы пока располагайтесь, я скоро к вам подойду.

– Стив, пойдем, я покажу тебе главное сокровище этого заведения, – воодушевленно сказал Джей.

– Уже интересно.

Парни покинули нас с Миди.

– Они что, в бар пошли? – спросила я.

– Конечно.

Я посмотрела на Алекса, что в нескольких шагах от нас общался с какой – то девушкой. Точеная фигура, миниатюрный рост, сама нежность, за исключением грубого каре и прямой, густой черной челки, что слегка усложняло ее образ.

– А это кто?

– Это Валери Бартон. Она из людей Крэбтри. Теперь помощница Алекса.

Мое сердце отозвалось болезненным ударом, когда я увидела, как Алекс обнял за талию Валери, и их губы слились в поцелуе.

– …Или не только помощница, – добавила Миди.

Вечер был испорчен. Мы нашли наш столик. На бархатном диванчике, что находился возле него, расположились Джей с Нэйтаном на руках и Стив. Я и Миди стояли рядом. Меня изнутри грызла внезапно проснувшаяся ревность, я не могла поверить в то, что у Алекса появилась девушка. Но еще больше меня выводило из себя то, как я на это реагирую. Мне ведь должно быть все равно, или мне следовало порадоваться за Алекса, но истинным чувствам я не в силах была противостоять. Я не могла дождаться окончания нашей вечеринки, чтоб больше не видеть ее, его и их ласкающие друг друга языки.

– А вот эти громадные дяденьки порвут на мелкие – мелкие кусочки каждого, кто придет сюда по нашу душу, – так Джей общался с моим сыном, а тот в свою очередь его внимательно слушал.

– Джей, ты прям вжился в роль няньки, – рассмеялся Стив.

– А то!

– Ты тоже здесь работаешь? – задала я вопрос Миди.

– Нет. Я вообще стараюсь тут редко появляться.

– Почему?

– …Каждый раз, как переступаю порог «Грандезы», наваливается жуткое воспоминание о церемонии открытия.

– …Джеки.

– Да… И потом я вспоминаю о Норей, Энселе… Тяжело жить, зная, какое я ничтожество.

Я обняла ее.

В это же время к нам подошел Алекс со своей новой пассией.

– Стив, Глория, знакомьтесь, это Валери, – заметно волнуясь, сказал Алекс.

– Очень приятно, – улыбнулся Стив.

– Взаимно. Глория, Алекс мне столько про тебя рассказал! Даже не верится, что я теперь знаю тебя лично.

– …Здорово, – выдавила из себя я.

– Так, самое время выпить и кое-что вам рассказать.

По команде Алекса все наполнили свои бокалы. Что же еще ты хочешь мне сообщить? Вы женитесь? Давай, добей меня, Алекс.

– Во – первых, я очень рад, что вы вернулись. Правда. Это долгожданное событие. А во – вторых, если я правильно подсчитал, то Нэйтану скоро исполнится шесть месяцев?

– Да, он уже большой мальчик, – ответил Стив.

– Так вот, у Валери появилась великолепная идея. Расскажи.

– В общем, я знаю, что вы долгое время путешествовали по Америке. Это так вдохновляет! И я подумала, почему бы нам не организовать небольшое приключение? Мы можем таким образом отметить ваше возвращение и половинный день рождения Нэйтана.

– А еще вспомнить молодость, – сказал Алекс. – К тому же, трейлер Стива до сих пор стоит без дела.

– А как же Лестер? – спросил Стив.

– Лестер все знает и не возражает, – ответила Валери.

– Это очень крутая идея! Да, малышка?

– Да… Вот только у нас теперь есть ребенок, и это все усложняет. Трейлер, тусовки… Кажется, мы давно уже выросли.

– Глория, не переживай, – подключилась Миди. – Все продумано. Сначала нас ждет комфортабельный кемпинг, а потом…

– А потом вы сами все увидите, – прервал Алекс. – Глория, ты не пожалеешь. Я тебе обещаю.

– Слушайте, если у вас ребенок, это не означает, что вы теперь должны превратиться в старых пердунов, тонущих в грязных подгузниках и зеленых соплях, – вмешался Джей.

– По-моему, это лучший аргумент, – подытожил Алекс.

Все с мольбой смотрели на меня. А меня аж затошнило от мысли, что в нашей компании теперь новенькая. Да и не просто новенькая, а девушка Алекса! Но иного выхода у меня не было.

– Ну ладно… Ваша взяла. Поехали.

3

Мне было хорошо, что удивительно. Трейлер несся с бешеной скоростью, Алекс по-другому и не умеет. В мизерном жилом отсеке всем участникам мини-путешествия удалось комфортно расположиться. Я сидела на кровати, Нэйтан спал, я его плотно накормила, Стив обнимал меня и был вне себя от счастья, Миди сидела за столом и выкладывала из контейнера сэндвичи. Валери заняла противоположное место у стола, ей было немного неловко быть одной среди нас, пока Алекс за рулем, тем более, я не переставала сверлить ее глазами, изучать каждую детальку ее существа. Она была для меня диковинным предметом, я искала зацепки, чем она могла понравиться Алексу. Пока я так ничего и не обнаружила. Да, не спорю, она была милой, дружелюбной, возможно, умной. Но это, пожалуй, все. Хотя как же! Одна особенность все же у нее была – она принадлежала клану Крэбтри. Что, если Алексу просто выгодно с ней встречаться?

Боже, да что же делаю… Опять подростковые замашки. Бешусь, что у парня, с которым мы пару раз поцеловались, появилась девушка, и нахожу жалкие оправдания, грязные причины, почему они вместе.

В это время Джей, сидел на полу, играл на гитаре и пел.

Для всех стать хорошим
Пытался, но все же
Дороже всего – быть самим собой.
Казалось, несложно
На всех быть похожим —
От этого бреда я сам не свой…
Мой мир стал безлюден,
Один я безумен,
Бреду я в тумане нового дня.
Мне башню срывает,
Ничто не спасает,
Но только правда держит меня.

Поверь мне, я сейчас не вру
И молчать уже не могу.
Лишь бы высказать наяву.
Ведь скрывать – бесполезный труд,
Что мне лучше быть одному..[1]

Восхитительная атмосфера. Я с друзьями еду навстречу приключениям, мой малыш и муж рядом, так тепло и уютно. Даже несмотря на то, что здесь еще и Валери. Запах аппетитнейших сэндвичей, за окном потрясающие пейзажи.

Все хорошо…

Было до того момента, когда я услышала рингтон своего телефона. Это сообщение от Север, в котором указаны имя и координаты ее человека. Исайя.

* * *

Наша первая остановка была у озера. Парни быстро поставили палатки, трейлер со всеми удобствами достался нам со Стивом и Нэйтаном. Затем мы безжалостно расправились с чувством голода несколькими пиццами, купленными в придорожном маркете, а потом Миди и Джей, Алекс и Валери отправились купаться. Близился закат, солнце купалось в пушистых облаках, тихий, теплый ветер ласкал изумрудную траву. Я стояла, прижав сына к груди, смотрела на веселых ребят. Мне казалось, что стоит мне залезть в воду, как огромный ком, что застрял в моем горле и не дает мне дышать, потянет меня ко дну. Что будет, когда я вернусь в Манчестер? К чему приведет мое долгое отсутствие? Что если, пока я тут отдыхаю с друзьями, всеми силами изображая радость от поездки, Север уже добралась до моих родителей? Я сбежала от них, доставила им столько неприятностей, так теперь еще они из-за меня на волоске от смерти.

– Прости меня.

Стив будто из воздуха появился, я едва не подпрыгнула от неожиданности.

– За что?

Он подошел ко мне, приобнял.

– Ты была права. Нам нужно было вернуться. Они – наша семья.

– Да…

– Алекса совсем не узнать, согласись?

– Да, он выглядит таким… окрыленным.

– Валери – прекрасная девушка.

– Прекрасная? Ты ее знаешь всего ничего, а уже такие выводы.

– Алекс счастлив. Такое с ним редко бывает, значит, Валери действительно особенная.

Из-за нервов я ощутила зуд на задней поверхности шеи, к тому же мне вдруг стало невыносимо жарко.

– Давай присоединимся к ним? – предложил Стив.

– Нэйтана не с кем оставить. Иди один, – резко ответила я.

– Я его буду держать, устроим первый совместный заплыв.

– А вдруг он воды наглотается?

– Неужели ты думаешь, что я допущу это?! А ведь совсем недавно тебя наш сын вообще не волновал.

Это было последней каплей. Я посмотрела на Стива так, что он все понял. Я была раздражена, зуд все усиливался, казалось, что под моей кожей сотни мелких червей, что хотят вырваться наружу. Несмотря на вечернюю прохладу, я вся была в поту, мне не хватало воздуха. Я отдала ребенка Стиву, причем так грубо, что Нэйтан заплакал, но мое сердце в тот момент даже не дрогнуло. Затем я развернулась и пошла, куда глаза глядят.

– Глория, подожди… – сказал растерянный Стив.

– Я хочу побыть одна. Не ходи за мной.

* * *

Я добрела до огромного поля, заросшего травой по пояс. Рухнула спиной, вдохнула аромат свежести и влаги. Меня слегка отпустило.

Я не ожидала, что Стив решит вот так задеть меня. Напомнить о том, какой ужасной матерью я была. Хотя почему была? Я и оставалась ею. Несмотря на то, что я понемногу стала привыкать к новой роли в своей жизни, отдавать Нэйтану всю себя, переживать за него, да и в конце концов, любить его, я нередко сталкивалась с мыслью, которую тут же стремилась прогнать. А мысль заключалась в следующем. Да, я люблю своего ребенка. Да, я готова отдать за него жизнь, но все же… не надо было его рожать. Без него все было бы гораздо проще. Как же мне становилось страшно от этой мысли. Как же я презирала саму себя за это. А Стив видел, что я на грани. Меня очень легко можно было сломать. Но, игнорируя все это, он время от времени издевался надо мной. Тот случай у озера не был единственным, если честно. Стив, конечно, рад был, что большая часть обязанностей была снята с него, но тем не менее, он не упускал возможности сказать что-нибудь колкое в мой адрес, чтобы наказать меня за то, какой я была. «О, ты что, кормить его научилась? Вот это ничего себе! Настоящий подвиг!», «Слушай, а Джей так быстро привязался к малышу. Даже он обращается с ним лучше, чем ты». И все в таком духе. С ним, как и со мной, происходило что – то странное. Необъяснимое. Мы все так же любили друг друга, но почему – то больше не получали от этого удовольствия.

– Ты как всегда от всех сбегаешь, – внезапно я услышала голос Алекса.

Я в испуге приподнялась.

– Господи, Алекс! Ты меня напугал.

– Прости. Вы со Стивом поссорились?

Я вновь легла.

– Это тебя не касается.

– Ладно… Я думал, мы сможем поговорить, как раньше.

– Как раньше уже никогда не будет, – прошептала я сама себе.

– Что?

– Ничего…

Алекс подошел ближе, стал смущать меня своим фирменным взглядом. Таким, что заставляет любую девушку забыть как дышать.

– Когда ты перестанешь быть такой загадочной?

– А когда ты перестанешь ковыряться в моей душе?!

После трехсекундной паузы нас обоих прорвало. Мы смеялись, сами не понимая из-за чего. Алекс лег рядом со мной.

– Ты никогда не перестанешь быть мне интересна.

Я повернула к нему голову. Посмотрела в его мудрые глаза. Тишина обволокла нас, густые стебли зарослей окружили наш маленький, примятый островок, оберегая нас от внешнего мира.

– Что бы я ни сделала?

– Что бы ты ни сделала.

– Я верю тебе, Алекс. Ты всегда будешь рядом. Ты никогда не осуждаешь. Ты… не отвернулся от меня, даже когда я тебя бросила в руки «Бесов».

Я и не заметила, как начала рыдать. Говоря все это, я понимала, что Стив поступал совершенно наоборот. Я столько времени была без него, гнила в «Абиссаль», пока он работал на Моро, и если бы не случай с разоблачением Север, когда все господа «Батчерс» собрались в одном месте, чтобы по щелчку Мелании уничтожить нас с Миди, то неизвестно, когда бы нам еще удалось с ним встретиться. Он знал, что я не в лучшем месте, и моя жизнь может в любой момент оборваться, но все равно чего-то ждал, не решался пойти против своего хозяина. Стив осуждал меня за мое отношение к сыну, хотя прекрасно знал, что я изначально хотела прервать беременность, потому что была не готова к материнству. Он едва не отвернулся от меня, когда я предложила остаться в «Абиссаль». И думаю, он не раз еще это сделает, ведь впереди так много «сюрпризов». Но как же наша бесстрашная любовь? Мы ведь всегда должны быть друг за друга, при любых обстоятельствах.

– Глория…

– Из-за гормонов я стала сверхчувствительной.

– Так что случилось?

– …Почему Стив не может быть таким, как ты? – наконец решилась спросить я.

Алекс удивился, немного подумал, а затем улыбнулся, будто я ничего такого и не сказала.

– Стив в сто раз лучше меня. Просто вы сейчас на таком этапе отношений, когда у вас два варианта действий: либо полюбить друг друга еще сильнее, со всеми недостатками, которых, как оказалось, гораздо больше, чем достоинств, либо сожрать друг друга до последней косточки.

– Алекс Мид – доктор психологических наук.

– Пора возвращаться, а то меня Валери начнет искать.

– Да, беги скорее. А то вдруг она уже сообщила полиции о твоем исчезновении.

– А ты идешь? Стив тоже тебя ждет.

– Полюбуюсь еще закатом. Он такой красивый.

Алекс встал, стряхнул с себя несколько прилипших травинок, затем снова посмотрел на меня.

– Ты красивее, – сказал он.

Всего два слова, произнесенные его голосом, и вот уже мое сердце рухнуло в живот, и мне снова стало жарко, но не так, как я описывала ранее. Это был приятный жар, что завладел всем моим телом. Давно я такого не испытывала.

4

– Дамы и господа, это наш личный рай! – торжественно произнес Алекс.

Мы все открыли рты от изумления. Роскошный особняк на вершине горы, по одну сторону – невероятной красоты лес, по другую – длинная, узкая, извилистая дорога, ведущая вниз, а сам дом смотрел своими громадными панорамными окнами на океан, что с этой высоты еще больше казался безразмерным, величественным.

– Обалденно! – закричала Миди в восторге.

– Ущипните меня… – сказал пораженный Стив.

– А внутри все еще круче, – сказал Алекс. – Джей, чего тормозишь, доставай уже ключи.

– Какие ключи? – растерянно спросил Джей.

– От сердца твоего, мать твою. Ты занимался арендой дома, так что ключи должны быть у тебя.

– Вообще-то мы вместе арендовали дом. Я думал, что ключи у тебя.

– …Ну как обычно, – разочарованно сказала Миди и отошла к нашим баулам, что мы вытащили из трейлера.

Настроение у всех присутствующих рухнуло с того самого обрыва, на котором находился наш дом.

– Джей, тебе хоть что-нибудь доверить можно?! – негодовал Алекс.

– Ой, ладно, не кипятись. Уже и пошутить нельзя. Они в сумке.

Казалось, у Алекса и в самом деле сейчас пар из ушей пойдет.

– Так это была шутка? – тихо спросила Валери.

– То, что Джей называет шуткой, врачи называют маразмом, – ответил Стив.

– Ой, какие все серьезные, – смущенно произнес Джей, шагая к своей сумке.

Он с минуту рылся в одном ее кармане, затем в другом. А мы все это время бесцеремонно пялились на него, нервно вздыхая.

– Черт, да где же они?!

– Джей, ты что, издеваешься?! – перешел на крик Алекс.

– Мы все жутко устали! – ныла Валери.

– Правда, чувак, прекращай, – устало сказал Стив.

– Кажется, он сейчас не шутит, – заключила я, глядя на абсолютно растерянного Джея.

– Да я точно помню, что положил их в сумку…

– Кто-нибудь, принесите ружье, – сказал Алекс.

– Может, они выпали случайно или… – пытался оправдаться Джей.

– Или пришло время ответить за свои дебильные шуточки, – сказала довольная Миди, уверенно шагая вперед к дому и держа те самые ключи.

– Не понял… Так они у тебя, что ли, были? – спросил обескураженный Джей.

– Нет, я их выкрала, как только почувствовала запашок твоего юмора.

Тут все уже рассмеялись, за исключением бедолаги Джея.

– А вот это действительно смешно, – сказал Алекс.

– Миди, уважаю! – крикнул Стив.

Все взяли сумки, а Джей так и не шелохнулся.

– Не, ну нормально? Значит, ей шутить можно, а я – козел отпущения?!

Уже никто не обращал на него внимания. Всем было интересно, что же находится внутри нашего охренительного дома. Не помню, сколько там было всего комнат – но точно знаю, что много, и мы со Стивом выбрали самую огромную, с невероятных размеров кроватью, чтобы нам было удобно спать с малышом. Стоит уделить отдельное внимание одной потрясающей детали особняка – крыше, которая считалась дополнительным этажом. Оттуда открывался сумасшедший вид на океан, что на горизонте сливался с девственно-чистым небом.

* * *

На крыше мы и решили торжественно отметить все поводы нашей поездки. Выпили за наше возвращение, за дружбу, которая дарила нам силы бороться со всеми передрягами. За любовь, мы ведь собрались парочками, молодые, влюбленные, энергичные. Настала очередь пить за Натаниэля, который, укутанный в два одеяла, сопел в переноске.

– Глория, Стив, – начал Джей, заметно волнуясь, – вы для меня настоящие герои. Вы вместе столько всего преодолели. Вы доказали Вселенной, что вам по плечу любые трудности… даже ребенок.

Его фраза нас рассмешила, пьяненький Стив в этот момент чмокнул меня в висок.

– Шучу. Нэйтан – просто чудо. Никогда не думал, что мне могут нравиться маленькие дети… Ну, нравиться не в том плане, что я без ума от маленьких мальчиков, а…

– Мы все поняли, Джей, – прервала Миди.

Мы снова засмеялись.

– Прекрасно. Так вот, я хочу выпить за то, чтобы у вас всегда все было на высоте! А это значит – море секса, куча бабла и охеренные друзья. За первое отвечать не могу, но думаю, у вас с этим все в порядке, второе у вас определенно будет, а третье уже есть. Мы, ваши друзья, всегда будем рядом, что бы ни случилось. Мы всех порвем за вас!

– Джей… это просто до слез, – откровенно сказала я.

И у меня действительно глаза стали влажными. До сих пор не верилось в то, как мне повезло встретить всех этих людей.

И как им не повезло встретить меня…

– Спасибо, братишка, – сказал Стив.

– Да, крутая речь. Так много слов, наверное, все полгода готовился, – не удержался подколоть Джея Алекс.

– Отвянь, – улыбнулся Джей.

Еще сильнее похолодало, мы укутались в пледы. Сидели в обнимку, каждый со своим возлюбленным, с черного неба смотрели звезды, подслушивали наши разговоры, желтые огоньки, развешанные по периметру крыши, создавали уют и ощущение таинства. Вечер был просто восхитительным. Но испортила его мысль, внезапно проснувшаяся в моей голове. У меня аж разыгралась изжога. Пламя плавило внутри меня все веселье, умиротворенное настроение, любовь к этим людям, свою собственную совесть и честь.

– Раз уж мы снова в одной упряжке, я хочу быть в курсе всех дел, – сказала я. – Алекс, ты как-то говорил, что «Абиссаль» планирует расширяться?

– Да, все верно.

– Но, может, не стоит сейчас это обсуждать, – вмешалась Валери, что вмиг вызвало во мне вспышку гнева. – Элиот немного суеверен.

– А при чем здесь Элиот? – поинтересовался Стив.

– Это идея Крэбтри выбить нам Нью-Йорк, – ответил Джей.

– Нью-Йорк? – спросила я.

– Да… но Валери права. Я думаю, не стоит сейчас строить большие надежды. Пока все на этапе переговоров, – сказал Алекс.

Валери аж засияла от того, что Алекс ее послушался. Меня это добило.

– А я думаю, вы забыли, что, кроме меня и Миди, вы в «Абиссаль» всего ничего. Но отчего-то вдруг стали такими крутыми, скрытными, – холодным тоном сказала я.

– О, кажется, кто – то снова разбудил в себе хищника. Наконец-то, – довольно сказала Миди.

– Валери, запомни, когда дело касается семьи, все суеверия и прочая хрень отходят на второй план.

Все просто онемели от моей внезапной реакции. А я была готова рвать и метать. Надо же, что это костлявое убожество возомнило о себе! Решила, что ее слово что-то значит. Как бы не так.

Валери испуганно глядела на меня, будто боялась, что я могу в самом деле наброситься на нее и разорвать на кусочки.

– Ну так что там с Нью-Йорком, Алекс?

Алекс выглядел растерянным, но в то же время изумленным. Я почти убеждена, что ему понравилось, как я себя вела. Он наверняка вспомнил меня прошлую, с голубой шевелюрой, маленькую и слабую, и сравнил с той сильной персоной, в которую я перевоплотилась. И однозначно, ему нравилась новая я.

– Лестер и Элиот вышли на Тимоти Джойса. У него большая группировка в Бруклине. Так вот, условия «Джойсов» просты: мы отдаем им часть взрывчатки, что в огромном количестве лежит на наших складах, и тем самым получаем возможность войти в альянс нью-йоркских банд, и плюс у нас будет территория для развития бизнеса.

– А кто такие эти «Джойсы»? Зачем им взрывчатка? – спросила я.

– Без понятия. Честно говоря, я знаю все поверхностно. Больше деталей известно Дерси, они же практически живут в Темных улицах.

– …Интересно.

– Да, звучит впечатляюще – сказал Стив. – Но мне бы не хотелось во всем этом вариться, связываться с террористами…

– Не парься, Стиви. Уверен, у Лестера найдется для тебя работа на «светлой» стороне, – сказал Джей.

– Давайте выпьем за это, – воодушевленно произнес Стив.

Ну вот. Поездка наконец-то начала приносить плоды.

* * *

Больше ничего узнать не удалось. Алекс действительно слабо разбирался в делах «Абиссаль», он был увлечен работой в «Грандезе» и своей девушкой.

Однажды я решила искупаться в бассейне, что располагался на крыше, Стив с парнями уехали в ближайший маркет, в доме остались только девочки, поэтому я доверила Нэйтана Миди. Когда я вернулась в нашу со Стивом комнату, то не застала Миди. Я увидела, что с моим сыном сидит Валери. Она переодевала его в плюшевый комбинезончик. Я опешила.

– А где Миди?

– Вышла ненадолго.

Я подошла к Валери и с досадой заметила, что Нэйтан очень послушно себя ведет с ней. Обычно, когда я его переодевала, он начинал хныкать, изворачиваться, а тут – просто ангельское поведение.

– Надеюсь, Нэйтан тебя не утомил?

– Нет, что ты! Он такой спокойный.

Я решила прервать эту мерзкую идиллию.

– Так, иди к мамочке, – сказала я, взяв сына на руки.

– Если хочешь, я могу с ним еще посидеть. Мне не сложно.

– Спасибо, Валери, но я доверяю своего ребенка только друзьям.

Валери поплелась к выходу, затем резко обернулась, смотрела на меня с минуту.

– Глория…

– Да?

– Я что-то сделала не так? – виновато спросила она.

– Не поняла.

– Да это я не понимаю, что происходит. Очевидно одно: я тебе не нравлюсь. Вот только в чем причина?

Нэйтан запаниковал, стал бить меня своими ручонками, хватать за волосы. Я положила его на кровать.

– Ошибаешься, Валери, – спокойно ответила я. – Я хорошо к тебе отношусь, потому что уважаю выбор Алекса.

Она отошла от двери, села в кресло.

– Вы с ним встречались раньше?

Ее вопрос сбил меня с толку.

– Нет, мы всегда были друзьями.

– Что-то не верится, – рассмеялась она.

– Можешь кого угодно спросить.

– Да зачем спрашивать? Я же вижу, как вы смотрите друг на друга. Как ты меняешься в лице, когда речь заходит о нем. Вот только я не понимаю… У тебя же есть Стив. Вы муж и жена, у вас ребенок. Неужели тебе этого недостаточно, чтобы быть счастливой?

– Не понимаю, к чему ты клонишь. Я счастлива.

– Тогда у меня к тебе просьба – держись подальше от Алекса.

Я просто в шоке. Валери ухмыльнулась, встала и вновь пошла к двери.

– И надеюсь, мы все-таки подружимся. У нас ведь с тобой так много общего.

Валери ушла, а я осталась стоять как вкопанная. Меня всю трясло от злости. Она будет мне указывать, общаться с Алексом или нет?! Серьезно?!

– Дрянь… – прошептала я.

* * *

Стив стоял на крыше у ограждения, смотрел вдаль, щурился. Я тихонько подкралась к нему, обняла. Я все это время чувствовала себя виноватой после нашей перепалки у озера, хотя сначала я сердилась и обвиняла его. Но чувство вины прогнало гнев после разговора с Алексом. Я была на седьмом небе от блаженства, и мне было стыдно от этого. Еще и за ревность свою стыдно, что съедала меня каждый миг, стоило увидеть вдвоем Алекса и Валери.

Мы со Стивом отдалились друг от друга. В последние дни перед родами, когда меня раздражало все, меня распирало, я чувствовала себя свиноматкой, отвратительным пузатым ничтожеством, я попросила Стива не спать со мной, и хотя он долго протестовал, но все же согласился. Потом депрессия после родов, я его и тогда не подпускала к себе, теперь переезд в Манчестер и ссоры, что еще больше отягщало наше существование и уж точно не вызывало никакого желания близости. Стив страдал из-за меня, поэтому так вел себя со мной.

– Ух, какие нежности. Я уже отвык от этого, – подтвердив мои мысли, сказал Стив.

Он обнял меня в ответ, поцеловал в кончик носа.

– Давай сбежим, – сказала я.

Взявшись за руки, мы шли по обочине дороги, решили прогуляться до маркета. Погода стояла замечательная, воздух наисвежайший.

– Что-то случилось? – вдруг спросил Стив.

– Ничего не случилось. Просто захотелось безумия.

– Безумия?

– Да. Как раньше. Помнишь, как мы угнали байк, и потом за нами гналась разъяренная толпа байкеров? Было так страшно и хорошо одновременно. Жаль, что все это в прошлом.

– Почему в прошлом? Я и сейчас готов рискнуть.

– Не надо, Стив. Мы же теперь родители. Серьезные люди. Примеры для подражания.

– От этих слов повеситься хочется.

– Согласна.

Шутя и вспоминая наше бурное прошлое, мы дошли до магазина. Около него как раз припарковался элегантный кабриолет бежевого оттенка. Даже на расстоянии я почувствовала обалденный запах натуральной кожи, которая покрывала салон. Мы глядели на этот кабриолет, как завороженные.

– Классная тачка, – сказал Стив.

– Прям как из мечты.

Он о чем-то задумался, а затем решительно пошел вперед.

– Ты куда?

Водитель покинул свой изысканный автомобиль. Стив смотрел себе под ноги, затем сделал вид, что ему что-то попало в глаз, начал его тереть, и тут он столкнулся с незнакомцем, который секунду назад сунул ключи в раскрытую барсетку. Барсетка выпала из его рук, на асфальте оказались несколько купюр, монетки, водительское удостоверение, ключи, ручка и еще какие-то мелочи.

– Ой! Извините меня, пожалуйста!

– Ничего страшного, – вежливо ответил мужчина.

Стив присел на колени, стал судорожно собирать разбросанные вещи.

– Я такой неловкий! Извините меня еще раз. Вот, вроде бы все собрал.

Стив отдал мужчине барсетку.

– Все в порядке. В следующий раз будьте аккуратны.

Незнакомец зашел в маркет, а Стив с довольной улыбкой подбежал ко мне.

– Ну, кто заказывал безумие? – сказал он, показывая ключи от машины.

Я подпрыгнула от радости.

– Стив, ты чокнутый!

Мы запрыгнули в кабриолет. Стив повернул ключ, и вот уже маркет с ничего не подозревающим вежливым хозяином автомобиля остался позади.

Адреналин вскружил нам голову. Мы неслись по пустой дороге, по одну сторону которой – массивные скалы, по другую – обрыв и синий, бурлящий океан. Я подняла руки к небу, кричала, Стив смеялся и, несмотря на опасные повороты, не сбавлял скорость. Мы вернули частичку нашего сумасшедшего прошлого, когда мы ничего не боялись, когда весь мир был против нас, а мы лишь смеялись и показывали ему средний палец. Я вмиг почувствовала себя живой, беспечной, жизнерадостной. Все гнусные мысли вылетели из головы. Я, безусловно, понимала, что это блаженство не вечное, оно как мимолетный кайф от наркотика, но все же старалась максимально прожить этот счастливый момент. И я думаю, Стив чувствовал то же самое.

Мы остановились на безлюдном берегу. Ели мороженое, что купили по пути на заправке. Я разглядывала океан, скалы, что окружали берег, заметила небольшие углубления в них, пещеры, куда редко попадали солнечные лучи.

– Как думаешь, нам долго придется работать в «Абиссаль»? – спросил Стив.

– Трудно ответить. Это же как лотерея. Ты можешь стать богачом за месяц, год, а может, даже за неделю. Если пуля врага не опередит тебя.

– Да, Лестер неплохо раскрутился, раз он может позволить такие дома, частные самолеты. Надеюсь, мы тоже будем на его уровне.

– Стив, а где ты оставил машину?

– Чуть дальше поворота, а что?

Мы обернулись и услышали сирены полицейских машин. Конечно, этого следовало ожидать.

– О, наши старые друзья. Надо валить.

– Подожди, у меня другая идея, – сказала я.

– Какая?

– Раздевайся.

– Что?..

– Быстрее!

Стив тут же выполнил мою команду. Мы разделись с ним догола, спрятали вещи за камнем и побежали к воде. Сердце едва не остановилось, стоило войти в воду. Она была ледяная. Мы одновременно окунулись и поплыли вперед.

– Не хочу показаться грубым, но мои яйца так замерзли, что их можно кинуть в виски вместо льда.

Я попыталась посмеяться, чуть не захлебнулась.

– Нам надо доплыть до той пещеры, там и спрячемся, – сказала я.

– Почему мы не могли спрятаться где-нибудь на суше?

– А как же безумие?

Наконец мы доплыли до ближайшей пещеры. Стив первый вскарабкался на камни, затем он помог мне.

– Осторожно, не поранься.

Мы зашли в пещеру. Мои челюсти так стучали друг о друга из-за холода, что казалось, еще немного и мои зубы превратятся в песок.

– Т-ты был прав. Так с-себе была и-идея, – дрожа, сказала я.

– Иди ко мне, малышка.

Мы прижались друг к другу обнаженными телами, стало чуть легче.

– Только не продырявь меня своими деревянными сосками, – сказал Стив.

Я еще крепче его обняла, жадно забирая у него все тепло, что еще сохраняло его тело.

– Хреновые мы с тобой примеры для подражания, – сказала я.

– Что есть, то есть. Но в этом мире нужно быть немного безумным, иначе можно совсем сойти с ума.

– Точно…

Не выпуская меня из объятий, он медленно спустил руки вниз. Я почувствовала, как кончики его пальцев провели линию вдоль моего позвоночника. Затем его ладони вновь скользнули вверх, и Стив еще сильнее прижал меня к себе. Мы соприкоснулись лбами, я на мгновение закрыла глаза.

– Ты – мое безумие, – прошептал он.

Я улыбнулась и поцеловала его. Он ответил мне взаимностью, и, несмотря на то что мы жутко устали, наши тела вдруг нашли где-то запасы сил и тепла. Мы продолжали целоваться под шум океана. Вдруг я почувствовала, как рука Стива ласкает мою грудь, затем скользнула к животу и еще ниже. Я забыла о холоде, о скованных мышцах. Между ног вспыхнуло пламя. Я тонула в удовольствии. Зарываясь в его влажные волосы одной рукой, другой я решила сделать и ему приятное. Стало уже жарко, тела были напряжены. Стив был готов, и мне уже не терпелось. Мы слились в единое целое, ни на секунду не переставая целовать друг друга. Мы ощущали себя дикими, первобытными, не знающими стеснения, любопытными и абсолютно ненасытными. Мы не хотели останавливаться, мы были на вершине экстаза, но нам этого было мало. Это было и нежно, и агрессивно одновременно. Мы не управляли своими телами. Наши тела управляли нами. Мы абсолютно потеряли контроль над собой, и это было великолепно. Мы кричали. Казалось, что скалы вот-вот обрушатся из-за наших стонов, и океан выйдет из берегов из-за мощных толчков, совершаемых нашими телами. Мы врезались ногтями в камни, мы исцарапали каждый клочок кожи. Раны тут же начинали щипать, но даже это было приятно.

В тот момент я словно очнулась от жуткого сна, в котором так долго пребывала.

5

За окном пели птицы, в палате витал аромат стирального порошка, нам только что сменили постельное белье. Вероника, моя соседка по палате, увлеченно что-то писала в своем блокноте, прикусив нижнюю губу, а я ходила взад-вперед, спрятав руки в карманы.

– Вероника, кто-то пытался отсюда сбежать?

– Многие. Но удалось это только Клеменсу. Он скрывался где-то три дня, но его все равно нашли. Думаю, он не раз пожалел о своем побеге.

– Почему?

– Они признали его буйным, а это дает им право выбить из человека все человеческое.

Я остановилась.

– А этот Клеменс до сих пор здесь?

– Да.

Когда нас вывели на прогулку, я попросила Веронику показать мне этого храбреца. Она отвела меня в сторону и показала пальцем на сутулого, лысого мужчину, что сидел у забора и рассматривал камешки.

– Видишь? Жалкое подобие человека. Это и есть Клеменс.

– Спасибо, Вероника.

Я отошла от нее, моя соседка пошла в компанию других полуживых обитателей этого заведения. Я, постоянно оборачиваясь по сторонам, боясь, что Кэролайн, главная тут, заметит, подошла к Клеменсу. Он долго не обращал на меня внимания.

– …Привет, – наконец отважилась сказать я.

Клеменс медленно поднял голову, посмотрел на меня. Вид у него был пугающий. Серая кожа, огромные коричневые мешки под глазами, рот раскрытый, мутный взгляд.

– Привет.

– Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Как тебе удалось сбежать отсюда?

Он вновь посмотрел на камешки у своих ног, затем стер слюну, что вытекла из его рта, потом снова взглянул на меня.

– Я сбегал?..

«Выбить все человеческое». Что же они с ним сделали?

– Ну… да. Правда, неудачно. Но зато ты теперь здесь для всех легенда. Ты что, ничего не помнишь? – не унималась я.

– Я скажу тебе кое-что.

– Говори.

Он неторопливо поднялся, подошел ко мне, оглянулся, нет ли лишних ушей.

– Клеменс, я никому ничего не расскажу.

– …Мне не нравится арахис, – прошептал он и посмотрел на меня так, будто сказал действительно что-то важное.

Я в ужасе сделала шаг назад, словно боялась заразиться от него безумием. Клеменс сел на то же место, где я его застала.

У меня закружилась голова. Надежда, что родилась во мне несколько минут назад, вмиг исчезла, оставив пугающую пустоту.

* * *

Мы вернулись домой с рассветом. Всю ночь мы шли вверх по дороге, вымотались жутко, но тем не менее все равно были счастливы. Дома все еще спали, стояла тишина. Я вдруг растерялась, очнулась от эйфории и вернулась в реальность. Вспомнила о сыне, который эту ночь провел без меня. Мне стало так совестно, я ведь даже не подумала о нем ни разу, пока мы развлекались со Стивом. Мы практически бесшумно вошли в комнату Джея и Миди. Они спали, Нэйтан лежал между ними. Я мгновенно успокоилась. Сначала я хотела забрать малыша, но потом поняла, что если сейчас прерву его сон, то полдня слез мне обеспечено. Только мы направились к выходу, как вдруг заметили, что Миди проснулась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Песня «Pieces» группы Sum41, автор слов Дерик Уибли, перевод с сайта tekstovoi.ru, автор перевода Garbage из Одинцова.

Вернуться