Анита Мур
Попаданка на Перекрёстке

Глава 1

Тем вечером, совершенно некстати, закончилось молоко.

А холодного какао хотелось – страсть. Потому Марианна и выскочила, в чем была, накинув только курточку, рассчитывая быстренько сбегать в круглосуточный на углу и вернуться домой. Лето же, июль, самая жара.

Хлопнула дверь, отрезая ее от тёплого подъезда. В лицо метнулся снег, припорошив ресницы и забившись в рот.

– Что за… отплевываясь, пробормотала девушка, оглядываясь. Она моментально продрогла до костей. Шортики и джинсовая курточка мало помогают в метель.

А вокруг кружил самый настоящий снег. Ей даже ловить на ладонь и проверять не пришлось, все открытые части тела закоченели так, что никаких сомнений не оставалось – она каким-то образом попала из лета в зиму. Ночь, правда, никуда не делась, зато переулок разительно изменился. Только что была в привычном подъезде, который миновала каждое утро и вечер, а иногда и чаще, а вышла… фонарь, что обычно освещал пятачок крыльца, куда-то делся, зато в отдалении, в конце узкой улочки, виднелась целая иллюминация.

Спохватившись, Марианна снова распахнула оставшуюся за спиной дверь, которая тоже не была похожа на привычную. Деревянная, вместо обитого дерматином металла, и никакого домофона. Резная ручка поддалась без малейшего сопротивления, петли чуть скрипнули. Внутри было темно, еще темнее, чем в переулке, но даже так она поняла – это не ее подъезд. По левую руку наверх уходили теряющиеся во тьме ступени, правее простирался покрытый неприятного вида пятнами кривоватый пол.

Антураж фильма ужасов, натурально! Марианна поспешно захлопнула дверь обратно, от греха. Мало ли, ее еще куда закинет! Ходить туда-сюда в надежде, что ее вернёт обратно, отчего-то не хотелось. Очень уж хищно и зловеще выглядел чужой подъезд. Казалось, темнота шевелится, поджидая ее… Девушка передернула плечами, потопталась немного на крыльце, чувствуя, как сводит замерзающие пальцы на ногах. Хорошо, хоть она сегодня надела кроссовки, но голые колени уже посинели. Простуды точно не миновать!

Обхватив себя руками, чтобы хоть как-то согреться, Марианна двинулась в сторону освещённой улицы. Делать-то больше нечего. Заходить в подозрительный подъезд еще раз она не собиралась. Хватит уже, один раз сходила. Как бы еще куда подальше не отправило. Нужно найти кого-нибудь и спросить дорогу…

Только вот куда?

В полицейский участок?

Марианна притормозила.

А и правда, куда ей идти-то? Разве что сразу, по скорой, в дурку.

Про попаданок она, разумеется, читала. Кто же не читал-то, они на каждом углу буквально! Но те всегда попадали либо в средние века, либо в магические миры с драконами.

Прищурившись и заслоняя лицо рукой от падающих снежинок, она вгляделась в стылое сизое небо. Вроде не летят. А фонари похожи на электрические. Вдруг ей повезло и она всего лишь переместилась в другую страну? Где там зима, когда у нас лето? Сильно на юге Америк, кажется.

Взбодрившись, с новой надеждой Марианна устремилась вперед, к свету.

Она не дошла до него буквально пару метров, когда дорогу ей преградил огромный бугай.

– Хабырбыр кабырдыр? – интимно поинтересовался он, и у девушки ухнуло в пятки сердце вместе с душой. На испанский, или хоть английский, язык не походил вообще.

– Простите, я вас не понимаю! – пропищала она, попытавшись обогнуть препятствие справа. Там, вроде, промежуток был чуть больше.

Вовремя выставленная мускулистая рука преградила ей дорогу.

– Милая ты цыпочка, говорю. – осклабился бугай во все свои кривые зубы. – Пойдём, пообщаемся теснее? Вижу, ты замёрзла.

Он многозначительно кивнул обратно в ту подворотню, откуда Марианна пришла.

Не раздумывая и не сомневаясь, девушка заорала дурниной. В такой ситуации упустила шанс – все. Зажмут рот и дальше хоть забрыкайся, он же больше нее раза в три.

– Что орешь-то, как оглашённая. Не хочешь – не надо. – отступил на шаг бугай, напряженно оглядываясь. Увиденное за спиной, на освещённой улице, ему не понравилось. Он отпрянул от Марианны и быстрым шагом, чуть ли не бегом, удалился.

Девушке теперь был лучше виден ярко освещённый проспект. Тротуар, фонари, деревья, увитые праздничными гирляндами. Но машины, сновавшие по дороге, совершенно не походили на привычные хотя бы тем, что руля у них не было. Как и капота. Эдакие коробки с окнами на колёсах, которые неизвестно как выбирали путь, лавировали и обгоняли себе подобных, а внутри сидели люди, приглядевшись к которым, Марианна прикусила губу.

Боли только не почувствовала, потому что лицо тоже закоченело.

Но ей уже было все равно.

Теперь ясно, что она точно не в Чили или что там на дальнем юге.

Если бы кто-то спросил, чем пассажиры самоходных коробок отличались от ее соотечественников, Марианна бы не смогла ответить. Разве что – аура. Совершенно не научный термин, тем не менее точнее всего передал ее ощущения. Одежда немного непривычная, но вполне в духе, скажем, тридцатых. Пышные боа на дамах, шляпки, тщательно уложенные волосы… мужчины тоже выглядели ухоженно и солидно.

– Сенитта? С вами все в порядке? – раздался участливый голос прямо над ее ухом. Марианна подпрыгнула от неожиданности и обернулась к говорившему. Это оказался высокий, мощный мужчина в униформе, ростом чуть пониже предыдущего амбала. Если бы не погоны и портупея, девушка сбежала бы и от него тоже, но форма все же внушила ей некую надежду.

Если не поможет, то хоть не обидит.

Мужчина окинул ее более пристальным взглядом и помрачнел. Любезность с его лица сползла.

– Попаданка, что ли?

Последнее предположение прозвучало уже далеко не так участливо, но промерзшая девушка этого не заметила. Раз уж ее опознали, как не местную, может и обратно вернут? И она, клацая зубами от холода, принялась излагать немудреную историю про дверь, подъезд и какую-то ошибку.

– Да какая уж тут ошибка. – тяжко вздохнул мужчина, и крепко, уверенно взял Марианну за локоть. Вырваться она не смогла, хотя и попыталась на чистом автопилоте. Не любила, когда ее хватают и куда-то ведут, тем более в неизвестном направлении. Впрочем, шли они недалеко, до ближайшей машины… или как там называют самодвижущийся транспорт без водителя и двигателя? Девушка замешкалась, не решаясь шагнуть внутрь. Все же правило – не садиться в авто к незнакомцам – вбито в нее было намертво. Но тут как бы и не авто… и водителя нет, вообще никого! Марианна в растерянности посмотрела на мужчину, у которого как раз закончилось терпение и он рывком закинул ее в тёплое нутро коробки на колёсах.

– Сиди тихо, не бузи. – приказал он. – Адрес приемного пункта я задал, довезет в лучшем виде. И не трясись ты, никто тебе ничего плохого не сделает! Уже… вот ведь ночка, третья подряд, откуда только берутся…

Последнее он пробормотал едва разборчиво, себе под нос, захлопывая дверцу, так что Марианна какое-то время раздумывала, не померещилось ли ей. Три попаданки за ночь? Такое у них в порядке вещей? Или он дежурит третьи сутки?

Пока она размышляла, повозка тронулась, и ей волей-неволей пришлось усесться на одно из мягких кожаных сидений. Идею взломать дверь и выпрыгнуть на ходу девушка отмела, как неразумную. Ну, выпрыгнет она, и куда пойдет? В метель-то, ночью, и в одних шортиках! Даже если ее сейчас привезёт в какой-нибудь бордель или куда там попадают одинокие девицы при плохом раскладе, и то лучше, чем замерзнуть в подворотне. Главное, чтобы не в подпольную клинику, на органы!

Марианна поежилась, чувствуя, как покалывает отогревающееся тело, и подвинулась ближе к окну. Мимо на хорошей скорости проплывали дома, напоминавшие старую Европу, с небольшими уютными садиками и коваными символическими заборчиками по пояс. Заборчики и декоративно постриженные кусты украшали полосы светящихся шариков. Праздник, что ли, какой-то приближается, отстранённо подумала девушка.

Бульвар закончился, пошли улицы поуже, с многоквартирными ульями. В целом, ничего ужасного, люди походили на людей, кто-то шёл, разговаривая с воздухом, прижав к уху руку – до мобильников здесь тоже додумались. Похоже, все-таки в цивилизованное место попала, а значит, есть шансы выжить.

Немного успокоившись и пригревшись в теплом нутре машины, Марианна задремала. Полосы света, изредка попадавшие в окно, не будили ее, она только отмахивалась от них, как от надоедливых насекомых.

Зато внезапная резкая остановка, от которой ее снесло с нагретого места, очень даже ее разбудила. Девушка сонно захлопала глазами, поднимаясь с места.

Дверь распахнулась, впуская лохматую голову.

От неожиданности Марианна заорала.

Получилось хрипло спросонья, но эффект возымело. Голова дернулась, ударилась о низкую окантовку двери, выругалась приятным мужским голосом и исчезла.

– Вылезай, оглашённая! – рявкнули снаружи злобно. Вдалеке раздались быстро затихшие смешки. Значит, людей много, только непонятно, радоваться тому или беспокоиться. Решив не сопротивляться и положиться на судьбу, Марианна осторожно выглянула из машины.

Вокруг, куда ни глянь, простиралось ровное заснеженное поле. На нем и топтались мужчины в почти привычной пятнистой форме, человек пять, и тот заросший, что напугал ее только что.

– Это я где? – робко поинтересовалась она. Сама понимала, что звучит глупо, но просто так вылезти к шестерым здоровым мужикам тоже не верх ума.

– Тебе все на занятиях объяснят. Я тут не для того, чтобы попаданкам мозги вправлять, на то психологи есть. Шевелись давай, холодно!

Спорить дальше Марианна не стала, потому что действительно было очень морозно. Особенно на контрасте с тёплой машиной сразу прихватило щеки, так что они загорелись. Она спрыгнула с приступочки в снег, утонув почти по колено. В кроссовках стало мокро и мерзко.

– Куда идти? – миролюбиво проклацала она, потому что зуб на зуб уже не попадал.

– Туда. – мотнул бородищей мужчина, и Марианна разглядела наконец за метелью темную махину забора.

Это куда она попала-то?

Огромные тяжёлые ворота никто открывать даже не пытался. Снега на них намело по пояс. Для девушки приоткрыли с нехорошими выражениями, произнесенными невнятно и себе под нос, калитку сбоку. С Марианной дальше отправился только бородач и еще один охранник, остальные, переговариваясь и посмеиваясь, нырнули в гостеприимно горящий желтым прямоугольник двери сторожки. Девушка только тоскливо простонала неразборчиво и затопала вслед за провожатыми по глубокому снегу, который никто и не подумал расчистить.

Бородач обернулся на нее пару раз, тяжело вздохнул, и потянул с плеч куртку.

Марианна честно собиралась вежливо отказаться, но когда ее с головой укрыла горячая ткань, пропитанная мускусным запахом чистого тела и чего-то уютно-кофейного, только посопела блаженно и поплотнее натянула воротник на нос. Капюшона у трофейной куртки не было, так что на волосы продолжали падать снежинки, но полы укрывали ее почти до колен.

Все же есть своя польза в маленьком росте.

К счастью, топать пришлось недалеко. Вскоре из метели вынырнула высокая кирпичная стена с редкими, похожими на зарешеченные бойницы, окошками. Тюрьма, что ли? Несмотря на общее окоченение, по спине Марианны пробежал озноб. Здесь что, попаданок прямиком в карцер бросают? А то и казнят? Она судорожно сглотнула, невольно замедляя шаг. Сбегать уже поздно, калиточка давно закрыта, а с охраняемой территории ей никуда не деться.

Почувствовав ее замешательство, бородач снова обернулся, открывая сливающуюся с серой стеной дверь.

– Это всего лишь приёмник, не бойся. Тебя сначала должны проверить на вредоносность, но сейчас на месте никого нет, потому придется тут переночевать. Это для твоей же безопасности. – туманно объяснил он. Марианну доводы совершенно не убедили, потому что в фильмах для безопасности и блага героев с ними как раз творились самые непотребные вещи, но выбора особого не было. Она последовала за бородачом внутрь, и с облегчением почувствовала, как отогреваются промокшие и озябшие ноги.

Тут хотя бы не мело, пусть температура была далека от африканской жары, но и пронизывающий ветер не добирался.

Длинный, скудно освещённый коридор разветвлялся сразу от входа. В обе стороны шли симметричные ряды металлических щитов, в которых Марианна, подойдя поближе, признала двери.

Камеры!

Пройдя где-то до середины коридора, бородач отодвинул в сторону один из щитов, открывая небольшую каморку. Второй охранник плёлся сзади, притормаживая вместе с девушкой и очевидно отслеживая, чтобы она не попыталась сбежать.

Марианна с тяжёлым вздохом отдала куртку, которую успела обжить и полюбить.

– Спасибо большое. – выдавила она, клацая зубами. Ну, в самом деле, даже в тюрьме должно быть одеяло, а мужику еще смену на морозе стоять. Благородство имеет пределы.

Бородач забрал собственность без лишних слов, и чуть подтолкнул ее, все так же молча, чтобы не задерживалась на пороге.

За спиной Марианны лязгнула, закрываясь, тяжелая амбарная дверь. Горизонтальная, подвешенная на рельсах, та плотно прилегала к пазам, не оставляя даже щели между собой и косяком. Застекленное окошко чуть выше уровня глаз Марианны было к тому же зарешечено снаружи. Точно так же, как и другое окно, еще повыше, на противоположной стороне.

Разувшись и стянув промерзшие и местами покрытые кусочками льда носки, девушка забралась на придвинутую вплотную к стене узкую койку и выглянула на улицу. Кроме бушующей метели и темноты ночи, где-то вдалеке ритмично моргал фонарь.

Потрясающий вид.

Спрыгнув на пол, Марианна огляделась. Помимо койки, в комнате была только занавеска на стене, вроде душевой. За ней обнаружились суровые удобства – крохотный, на две чашки, умывальник с обычным на вид краном, и унитаз. Чистые до скрипа, хоть и побитые жизнью. Уже хорошо.

Девушка разделась, разложила одежду прямо на полу – на вид вроде мытый, хуже точно не будет – присела на узкий лежак, подтянула колени к подбородку и замоталась в одеяло с головой. В камере было довольно холодно, особенно ей, в одном белье, а тонкое покрывало не особо грело, но лучше так, чем на улице или в той подворотне.

Ледяные дорожки, оставленные слезами, неприятно холодили щеки. Разумом Марианна понимала, что плачем делу не поможешь, но себя было жаль.

А еще жальче было оставленных дома родных. Как там родители справятся с сорванцом-братишкой без нее? Она же мамина помощница. И выгулять мелкого, и развлечь. Поиграть в Лего под предлогом того, что помогаешь строить Игорешке… кто теперь будет поправлять ему башни, чтоб не падали?

Всхлипнув, Марианна завыла в голос.

Глава 2

Глухие удары в стену она расслышала не сразу. Зато истошный вопль:

– Да заткнись ты уже! – достиг своей цели. Марианна перестала всхлипывать и прислушалась, не уверенная, что ей не почудилось.

– Ну, слава богу. И без того тошно, еще эта ноет. – глухо, но вполне различимо пробухтели за стеной. Это что получается, кладка вроде каменная, массивная, а слышно все насквозь, как в хрущевках? Девушка вытерла лицо, оглушительно шмыгнула и громко спросила:

– А вы кто?

– Попаданка я! Блинский блин. – выругалась соседка. Марианна невольно улыбнулась. Похоже, какой-то воспитанный подросток попал в эту передрягу одновременно с ней.

– Я тоже! – воскликнула она. По неведомой причине ей полегчало. То ли потому, что теперь она не одна, то ли потому, что не только ее отвезли в похожее на тюрьму заведение. Глядишь, и правда после того, как убедятся в ее незаразности, ее отпустят. Ну, в принципе, логично. Если исходить из слов полицейского, попаданки в этом мире вовсе не редкость. А если у нее, скажем, чума? Или еще какой вирус из тех, которые в ее вселенной считаются безвредными, типа той же папилломы, а тут – страшной болезнью. Вот власти и озаботились неким карантином.

– Меня Марианна зовут, а тебя? – продолжила она беседу.

– Я Рината. – ответили за стеной, после чего раздался грохот, и громогласный голос с другой стороны возопил:

– А я Деми, и прибью вас всех, если вы сейчас же не заткнетесь! Достали уже, я спать хочу!

Марианна тихо хихикнула, и могла поклясться, что Рината сделала то же самое. Страх ушел окончательно. Раз их всех не убили сразу, то вряд ли и дальше с ними что-то сделают нехорошее.

Хотя, вариант с запасными органами исключать полностью нельзя.

Повертевшись на жесткой койке, Марианна наконец придумала, как поступить. Свернула рулон из тонкого, символического матраса. Зато пещерка из него получилась премиленькая, и довольно тёплая. А если добавить к этому кокон из покрывала, то и вовсе сносно. Скрючившись в позе эмбриона, она воспользовалась ценным советом Деми и задремала.

Разбудил Марианну истошный вой.

Она подскочила, запуталась в намотавшемся за ночь на ноги покрывале и грохнулась на каменный пол, больно ушибив коленку и руку.

– На выход! – рявкнули где-то в коридоре. Девушка поднялась, потирая ссадины, и поспешно принялась одеваться. Все было еще влажное, но не в белье же «на выход» идти! Слишком эпично получится.

Вой стих так же неожиданно, как и начался, оставив в ушах звенящую трель. Ничего себе будильник!

Лязгнула, открываясь, дверь… соседнего блока. К Марианне никто не зашёл, команду отдавали ее соседке. Впрочем, где-то через полчаса наступила и ее очередь. Время тянулось нескончаемо, и в который раз она пожалела, что не взяла с собой в магазин мобильник. Батарейка, конечно, быстро бы села – а розеток она в камере не заметила, не говоря уже о зарядных устройствах – но хоть можно было бы ожидание скоротать.

Наконец, открылась и ее дверь. На пороге стоял другой охранник, и Марианна почему-то испытала небольшой укол разочарования. Ну, а чего ты хотела, одернула она себя. У бородача смена, небось, ночная. Отстоял – и свободен.

– На выход! – гаркнул мужчина, и она покорно поплелась к выходу. На улицу они, к счастью, не пошли, а просто завернули за угол. Дверь – уже нормальная, не амбарная – была приоткрыта, но охранник все равно постучал.

– Да, приглашай! – откликнулся голос из-за деревянной преграды. Мужчина распахнул створку пошире и отступил, предлагая Марианне проследовать дальше. Он держался от нее подальше, будто девушка была прокаженной, подтверждая ее ночные догадки о проверке на заразность.

Ну, соответственно, врач в белом халате, ожидавший ее за столом, тоже неожиданностью не стал.

– Присаживайтесь, пожалуйста. – кивнул тот, не отвлекаясь от каких-то записей. Марианна аккуратно присела на краешек стула, который видом напоминал пластиковый, и огляделась. Вроде хирургических инструментов, приборов для анестезии и прочих атрибутов подпольных операций не видно. И потом, вряд ли бы с ней беседовали, если планировали пустить на органы…

– Прошу прощения. – поднял на нее глаза врач. – Займёмся теперь вами. Раздевайтесь до белья и ложитесь.

Он указал на такую же пластиковую койку, накрытую полосой одноразовой ткани. По спине Марианны пробежал озноб. Неужели и правда будут проверять на донорскую совместимость?

Преодолевая стеснение, Марианна стянула с себя все еще влажную одежду и, поеживаясь, залезла на высоковатую кушетку. Врач подошел, разминая пальцы, дождался, пока девушка ляжет, и принялся водить ладонями по воздуху над ее телом. Действие напоминало каких-то гипнотизёров или фокусников, и Марианна поневоле засмотрелась, подсознательно ожидая появление шарфа, шарика, или что там должно появиться в результате этих манипуляций. Но ничего особенного не происходило.

– Как вас называть? – от вопроса, внезапно прорезавшего тишину, девушка чуть не подскочила. Откашлялась, прочищая горло.

– Марианна. – получилось все равно хрипловато.

– Отлично. – скупо улыбнулся врач. – Все помните из прошлой жизни?

Девушка недоуменно похлопала на него глазами. Что значит, из прошлой жизни? Она же вроде не умерла! Или да?.. Но когда? И как она такое могла не заметить?

– Я имею в виду, что с вами происходило до перемещения сюда. – поправился врач, заметив ее нарастающую панику. – Как вы попали в этот мир?

– Вышла в подъезд, оказалась на улице. Не на моей. – не особо внятно объяснила Марианна, но доктор удовлетворенно покивал.

– Память не нарушена, это хорошо. – прокомментировал он.

На несколько минут воцарилась тишина. Девушка напряжённо наблюдала за действиями специалиста, не особо понимая, что он собственно делает.

– Чем болеете? – деловито поинтересовался врач, продолжая водить над ней руками. Теперь пассы в основном сконцентрировались над грудью, что ее немного нервировало. Под кожей покалывали мелкие иголочки, то ли от холода, то ли от нервов.

– Ничем вроде. – осторожно ответила Марианна. – Пока что.

И многозначительно чихнула.

– Вы в таком виде попали, да? – сочувственно покосился доктор на ее сложенную на стуле одежду. – Да, пожалуй пара эликсиров от простуды вам не повредит.

Он наконец перестал изображать фокусника и вернулся за стол, разрешив Марианне одеваться. Та поспешно натянула шортики, подивившись, насколько они хорошо успели высохнуть за эти минуты. Даже, кажется, тёплые.

Врач тем временем порылся в длинном, во всю стену, стеллаже, выбрал несколько склянок и выставил рядочком перед пациенткой.

– Не переживайте, землянки у нас часто бывают. – добавил он, заметив подозрительный взгляд, которым Марианна наградила ядрено-зелёное содержимое второго бутылька. Остальные были хоть привычных, розовато-бурых оттенков. – Никаких аллергенов там нет. Пейте уже!

Девушка зажмурилась и залпом опрокинула в себя первую склянку. Вопреки клубнично-розовому цвету сироп оказался горьковатым, с вяжущим привкусом незрелого банана. Она поелозила языком по небу, смывая неприятное послевкусие, и выпила следующий, тот самый, зелёный, эликсир. Он ожидаемо отдавал киви и огурцом. Марианне резко захотелось выпить чего-нибудь градусного, чтобы перебить кислоту. Два остальных она хлебнула, не чувствуя вкуса, и поняла, что ее слегка повело.

– Я добавил немного успокоительного. – пояснил доктор откуда-то из тумана. – Дело в том, что комиссия по делам иномирян собирается раз в неделю. Вам повезло, следующий раз послезавтра, но до того момента вам придется побыть в уже знакомой камере. Я могу представить, что это не слишком комфортно, но спорить и скандалить не рекомендую, потому что карцер, куда попадают за плохое поведение, еще менее удобен.

Марианна кивала, как болванчик, не особо вникая в сказанное. Врач поморщился.

– Кажется, я переборщил с дозировкой. Вес-то у нее птичий. – пробормотал он себе под нос и гаркнул: – Забирайте ее!

Дверь открылась снова, пропуская охранника. Он подозрительно оглядел блаженно улыбающуюся девушку, перевёл вопросительный взгляд на доктора.

– Обратно отведи, и чтоб мне без глупостей. – прищурился тот.

– Обижаете! – пробасил охранник, уже без опасений подхватывая Марианну под локоть. – Она-то, может, и не болеет, но мало ли, что в ней за магия. Идиотов нет!

Врач внимательно проследил, как осоловевшую девицу выводят из его кабинета, и нахмурился. При проверке он никаких магических способностей не заметил. Конечно, иногда они просыпаются позже, не сразу после перемещения, но и случаи попадания на Перекресток пустышек, совершенно лишенных магии, становились все чаще.

Странно и неправильно это все.

Он покачал головой и перетасовал документы, готовясь к приему следующей пациентки.

Все еще улыбающаяся и временами подхихикивающая девушка вернулась в камеру без лишних вопросов. Надо, так надо. Когда за ней захлопнулась дверь, она с любопытством огляделась, отмечая, какое милое и уютное ей отвели помещение. Даже вон, что-то на кровать положили, как в хороших отелях!

На шоколадку свёрток походил мало, но Марианна все равно развернула его с предвкушением праздника. Увы, еды там не оказалось, хотя после эликсиров желудок встрепенулся и старательно напоминал, что со вчерашнего вечера в нем ничего не было. Да и тогда какао не досталось! Зато внутри нашлось полотенце, небольшое, для лица, в отдельной прозрачной косметичке гигиенический набор, расфасованный в крохотные упаковки, вроде тех, что для путешествий, зубная щетка, и о счастье – застиранный местами до прозрачности, но все еще целый махровый халат. Запищав от полноты чувств, девушка тут же в него завернулась, прямо поверх одежды. Прохладная ткань быстро согрелась, улучшая и без того отличное настроение.

Пока Марианна приводила себя в порядок, умиляясь хвойному запаху зубной пасты и чуть не всплакнув от жасминового мыла, в комнате появился завтрак. Просто выехал откуда-то из-под двери. Как она ни присматривалась, никакой щели так и не обнаружила, но решила не заморачиваться, перетащила поднос на кровать – другого места, где сесть, все равно в камере не было – и приступила к еде.

Набор напоминал то, что дают обычно в самолете, причем не на самых высококлассных линиях. Ломтик хлеба, прозрачная полоска сыра, чашка с бурдой, отдаленно напоминавшей кофе, и издевательски крупный брикет масла. Впрочем, ножа, чтобы его намазывать, на подносе не нашлось. Вообще ничего, что могло бы хоть как-то считаться оружием. Вместо ложки дали палочку, которая сгодилась для всего – и сахар размешать, и масло распределить по хлебу. Обычно Марианна масло избегала, как и прочих, полных жира, и полнящих от одного взгляда на них, продуктов. Но в данной ситуации, учитывая, что не ела она со вчера, выбирать не приходилось.

Спасибо, что вообще покормили.

По коридору прокатился истошный, полный боли вопль.

Марианна подскочила, расплескав остатки напитка по полу, и замерла, прислушиваясь. Хмель от лекарств и эйфория от обновок выветрились из нее мгновенно.

Кого-то пытают? Что вообще происходит?

Осторожно поставив поднос на пол и протерев камень прилагавшейся к завтраку бумажной салфеткой, она настороженно ловила малейшие звуки из коридора.

Вопль повторился, и у девушки по спине побежали мурашки.

Неужели она ошиблась, и их все же привезли сюда на убой?

– Рината? Деми? – позвала она соседок по камерам, и не услышала ответа. Одну из них точно забрали на осмотр еще раньше Марианны. Неужели еще не вернули? Она еще несколько раз повторила их имена, погромче, но отклика все не было.

Раздавшиеся вскоре шаги в коридоре позволили девушке выдохнуть с облегчением. Хоть кого-то привели обратно!

Она подпрыгнула несколько раз, силясь выглянуть в слишком высоко расположенное окошко, но безуспешно. Удалось мельком увидеть только пятнистое плечо охранника. Но судя по тому, что процессия прошла мимо, это Деми, та самая, что грозилась их прибить, если они не заткнутся.

В соседней камере что-то пошуршало и стихло. Марианна помолчала немного, не решаясь позвать подругу по несчастью. В памяти еще были свежи ночные угрозы, и напрашиваться на скандал не хотелось. Но все же любопытство пересилило.

– Деми, с тобой все в порядке? – негромко спросила она, готовясь в случае чего извиниться и заткнуться.

– Да. Вроде бы. – неуверенно ответил ей знакомый, низкий женский голос, и Марианна заулыбалась. Жива! Как хорошо-то!

– А Ринату ты видела? – задала она очередной вопрос, готовясь к резкому отпору и посылу, но у соседки, похоже, не осталось ни сил, ни желания воевать.

– Нет. Но по-моему, это она орала не так давно. Слышала?

Марианна кивнула, потому, сообразив, что собеседнице этого не видно, подтвердила вслух. Обе замолчали, и тишина показалась зловещей и гнетущей. Рината им, по сути, никто, но вдруг та же неведомая печальная судьба ожидает и их?

Глава 3

Часа через три Марианна уже совершенно извелась от ожидания и ничегонеделания. О, теперь она понимала тех узников, что в камере-одиночке сходили с ума! Деми, выдав те рекордно длинные три фразы, замолчала, и больше не отзывалась, но по звукам было понятно, что с ней все хорошо – просто не настроена общаться.

Марианна намёк поняла и больше не лезла.

Тем хуже было ей самой. Все невысказанные, самые жуткие предположения роились в голове, не находя выхода и приумножаясь в совершенные ужастики. Потому к моменту, когда в коридоре снова затопали, она уже успела накрутить себя почти до истерики.

– Что вы с ней сделали, изверги! – заорала она, сожалея о невозможности заглянуть в окошко, когда наконец дверь в соседнюю камеру, ранее пустовавшую, открылась с лязгом и грохотом. Особенно пугало то, что от Ринаты не было слышно ни звука, только тяжёлые шаги конвоиров.

– Нормально с ней все. Тихо сиди! – рявкнули по ту сторону, и охранники ушли. Марианна снова, от нечего делать, принялась ходить по камере из угла в угол. По диагонали, если утыкаться коленями в лежак, а потом носом в угол, получалось ровно четыре шага. Наконец, за стеной раздался шорох, а потом стон.

– Рината! Ты жива! Все хорошо? Тебя обидели? – встревоженно засыпала ее вопросами Марианна. Ответом ей был еще один стон, еще более душераздирающий. Прошлепали по полу босые ноги, из крана зажурчала вода. Соседка пила жадно, прихлебывая и сглатывая набегающую тошноту.

– Имплант удаляли. Суки. – прокаркала она сорванным голосом, отдышавшись. – Говорят, нельзя с ним на Перекресток. Симбионт им мой покоя не давал, видите ли. Что за паразит, а вдруг он нападет…

Марианна сглотнула вдруг загорчившую слюну. Что еще за симбионт? Какой такой Перекресток? И как изюминка на параноидальном тортике, некий паразит, живший доселе в Ринате.

Девушка присела на край жесткой кровати и поплотнее запахнула халат. Желание пообщаться с соседками пропало напрочь. Только сейчас до нее дошло – если попаданки в этом мире такая обыденность, что для них даже специальный приёмник построили – то кто сказал, что попадают сюда только из ее мира?

Подобрав под себя ноги, Марианна обняла себя за колени, инстинктивно стараясь занимать как можно меньше места. Подумав, укрылась сверху одеялом, замотавшись в него, как в кокон.

На обед, который принесли, когда полосатый солнечный луч, падавший из крохотного зарешеченного окошка, дополз до края койки, она посмотрела без особого энтузиазма. Выпутываться из уютной, нагретой берлоги не хотелось. Но и сидеть голодной тоже. Желудок протестующе заурчал. Мол, ты хозяйка хандри себе, но мои потребности удовлетворять будь добра!

С тяжёлым вздохом Марианна выпуталась из одеяла и быстро метнулась по холодному полу за подносом. В носках, разумеется. Халат-то ей дали, почти как в пятизвездочном отеле, а вот тапочки выделить забыли. Кто знает, может их кто-то когда-то использовал в качестве оружия? Истерически хихикнув, девушка оценила новый шедевр местного пищеблока. Прозрачная пластиковая посудина запотела от жара. Внутри лежали где-то горсть риса и ровно четыре кусочка мяса в соусе. К этому прилагался неизменный кусочек хлеба с маслом и салатик из неузнаваемых в мелкой нарезке овощей.

Кажется, именно маслом ей и придется поддерживать силы, подумалось Марианне. Еда была вкусной, но так мало она не ела со времён подросткового бунта, когда в один не особо прекрасный момент альтернативно одарённая одноклассница заявила, что она толстая. После чего месяца два девушка питалась травой и водой. Похудела, разумеется, почти до анорексии, чуть не испортила себе желудок, и зареклась ставить подобные эксперименты. Отныне такие вот «подруги» сразу шли лесом, а Марианна придерживалась комфортного ей веса, и не обращала внимания на чужое мнение.

Только вот сейчас ее мнения никто не спрашивал.

Выдали паёк, и радуйся.

Молча сносить подобное обращение она не собиралась, и когда пришли за подносом, громко заявила через дверь:

– Извините, а добавку можно? Очень маленькая порция.

Охранник помолчал, то ли обалдев от ее наглости, то ли подбирая цензурные выражения.

– Порция стандартная. – выдал он наконец. – Меню заверено целителем Бауделем, как подходящее вашему виду и полу. Все жалобы можете подать после прохождения комиссии.

После этой отповеди он развернулся и удалился, не собираясь продолжать разговор. Марианна поморгала, глядя на сплошной металлический лист двери.

Уже второй раз при ней упоминается некая комиссия. Как там выразился врач? По делам иномирян.

Даже интересно, что именно они собираются в ней оценивать.

Двое суток прошли для Марианны как в тумане. Нет, вроде бы ей больше ничего ни во что не подмешивали, но организм и без того решил, что с него хватит стресса, и замкнулся в себе. Она механически ела, спала, когда на улице темнело, просыпалась и снова ела. Остальное время проводила, сидя в коконе из покрывала и тупо глядя в противоположную стену. Когда дверь наконец открылась, и ей скомандовали выходить, девушка послушно поднялась и пошла, как была. Охраннику пришлось напомнить ей, что неплохо было бы обуться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.