Ольга Митрофанова
С клубничным вкусом

Глава 1

Чух, чух-чух, чух-чух-чух, считала Аленка удары колес электрички об рельсы. Вагон нещадно мотало из стороны в сторону, вместе с многочисленными пассажирами. В вагоне стояла жуткая духота, перемешанная с различными запахами, из которых отчетливо выделялся запах пота. Сиденья были жутко неудобными, кажется, именно из-за них электричку прозвали "деревянной". Это еще повезло, что им удалось занять сидячие места, иначе пришлось бы стоять, как это делала добрая половина пассажиров.

– И как, как я могла вырастить сына – такого размазню? – вещала ближайшим попутчикам бабуля, – это все мой покойный муж виноват, задурил мальчику голову своей наукой, а к жизни совершенно не приспособил, вот он и женился на вертихвостке, прости господи.

Аленка эти разглагольствования про свою семью из уст бабули слышала с детства, поэтому особо внимания на них не обращала. А обижаться на бабулю за ее незыблемую точку зрения, так и вовсе упаси бог. Поэтому то, что бабуля почти всему вагону рассказывает особенности их домостроя, ее не сильно волновало. Куда больше занимало желание попить, воду-то они с собой взяли, но как заявила Зинаида Константиновна, ходить в лесах им придется неизвестно сколько, а обратная электричка только в шесть вечера, поэтому воду нужно тратить экономно, вот и приходилось терпеть.

Бабуля тем временем продолжала пересказывать историю их семейной жизни:

– Благо хоть внучка есть и вроде неглупая, вон профессию выбрала для семейной жизни правильную, повариха, а мужика достойного найти не может. Привезла зализанного городского хлыща с наманикюренными руками. Так он и лопату не знает с какой стороны взять. Тьфу, порнография одна.

Алёнке за Глеба стало обидно, он, конечно, не был любовью всей ее жизни, но они встречались полгода и отношения развивались в правильном направлении, планировали съехаться и жить вместе. Пусть искры между ними не проскакивали, но это ведь и необязательно, есть отношения, когда люди живут в браке много лет и относятся к друг другу с уважением. Привезти Глеба к бабуле на дачу стало роковой ошибкой. Он, далёкий от огорода, увидев бабулину плантацию, сразу скис, а та и рада стараться, устроила ему допрос с пристрастием, про семью, образование, планы на будущее, как семью обеспечивать планирует. Глеб от таких вопросов и вовсе стушевался и после эпической поездки на дачу закономерно помахал ей ручкой.

Сама же бабушка в качестве ухажёров ей предлагала то местного участкового – лопоухого скромняжку Петеньку. Или главу их садового товарищества – работягу Ивана с грязью под ногтями. Аленка только морщилась, представляя себя рядом с этими женихами.

Поэтому сойтись во мнении, какой муж ей нужен они не могли. Бабушка давила на то, что ей уже двадцать четыре года и пора устроить свою личную жизнь, пока не осталась в старых девах, Алена с замужеством не торопилась. Бабуля видела ее замужем за настоящим мужчиной, чтобы гвоздь в стену забить мог и огород вскопать, Алёне же нравились более утонченные личности, с которыми можно и в кино, и в театр, и на выставку сходить.

Родители будущим единственной дочери были озабочены меньше, папа пропадал в своей научной лаборатории ядерной физики, а у мамы были модные показы. И только бабушка пилила Алёну за неустроенность, кляла родителей, за безразличие к судьбе дитя.

Вообще выносить бабушку мог мало кто, ее характер и командирские замашки могли и святого вывести из себя. Поэтому, когда летом нужно было кому-то ехать на дачу, неизменно отправляли Алёну.

Папа говорил, что в лаборатории без него не смогут, а мама ссылалась на очередной показ и взаимную непереносимость с бабулей. Поэтому вахту приходилось нести Алёне. Она это тоже делала без особого удовольствия. Когда совсем было невмоготу, собиралась и уезжала в город, пока бабуля не звонила и не звала ее обратно, оперируя слабым здоровьем. Это конечно было враньё, здоровья у бабули было как у всей их семьи вместе взятой, но Алёна неизменно на эти причитания велась и возвращалась на дачу, проводя там весь отпуск.

В этот раз старушке в голову пришла новая причуда, пойти в лес, собирать клубнику. Аленка предлагала купить ведро земляники на местном рынке, но ей сразу прочли лекцию и про мизерность пенсии и излишнюю расточительность молодых барышень, способных растранжирить семейный бюджет за три дня. Поэтому Алена молча отправилась на электричку, уже не пытаясь доказать, что ягоду можно было пособирать и на соседних с дачным обществом полянах, а не тащиться за пять остановок в душной электричке.

Глава 2

– Иди туда, там крупная ягода, – ворчала Алёна себе под нос, передразнивая голос бабули.

Шагать в высокой траве, волоча в руке десятилитровое ведро было непросто.

Себе бабуля взяла небольшое ведёрко на пять литров, а ей отвалила этот, этот котел. Вышли они на  остановке Полигон. Кроме них из вагона как ни странно никто не вышел, похоже кроме них, больше любителей собирать клубнику не нашлось. Бабуля показала лесок, который она должна обойти и там непременно откроется поляна с крупной ягодой. На вопрос, почему они не могут пойти вместе? Алёне начали закономерно читать лекцию о нежелании слушать старших, делать все поперёк, лени и…

Остаток лекции Алена слушать не пожелала, подхватила ведро и потопала в указанную сторону.

Одетая в камуфляжный спортивный костюм, где бабуля только такой выкопала, резиновые калоши и зелёную кепку Алена сначала бодро шагала по поляне, выглядывая ягоду между листьями травы, но никаких признаков ягоды не находила. Солнце палило все сильнее и девушка потихоньку начала злиться. К тому же вокруг летали и противно жужжали оводы, норовя залезть за шиворот.

Почти обойдя лес и ни встретив ничего кроме высокой травы, Алена решила, что дойдет до конца и если не найдет ягодника, то вернётся к исходной точке на остановку электрички и пусть бабуля ее хоть покусает. После принятия решения даже идти стало легче.

За лесом открылась поляна с невысокой травой. Чуть пройдя вперёд, Алена увидела ягодник. Так обрадовалась, что даже забыла про жару и усталость. Чтобы бабуля не придирались, ягоду собирала сразу без чашелистиков. Это занимало больше времени, но и торопиться Алёне было некуда, обратная электричка только в шесть часов, бутылка воды и пара бутербродов с собой, ой, в крайнем случае, если сильно проголодаться ягоды навалом ешь в не хочу.

Поэтому девушка спокойно уселась в траву и погрузилась в монотонную работу. Ягоду собирала только крупную, дабы не добавлять бабуле лишних проводов для придирок.

Так, переходя от одного ягодного пятачка к другому, Аленка набрала полведра. За лесом слышался шум машин, значит недалеко дорога. Может если наберёт ягоды раньше, удастся уговорить бабулю выйти на дорогу и попросить кого-нибудь их подвезти.

Неожиданно за лесом загромыхало, причем так, что у Аленки чуть земля под ногами не качнулась. Подняла голову к небу, выглядывая тучи. Странно, туч не наблюдалось, откуда тогда такой гром? Может это из-за леса не видно. Гром отгремел и затих, небо было чистым, поэтому Аленка ягоду собирать продолжила, правда, слегка увеличив темп.

Через некоторое время громыхнуло снова. Аленка не на шутку забеспокоилась, рассказов, о том, как в поле убивало людей молнией, наслушалась еще в детстве от старого сторожа Матвеича. Он любил собирать на лавочке ребятишек и рассказывать страшилки. Но страшилки-страшилками, а то, что молния бьет в самую высокую точку – это еще в школе вроде по физике рассказывали? Или географии? Ой, да какая разница, главное, что самой высокой точкой посреди этого поля являлась сейчас сама Алена и если вдруг гроза, то не дай бог.

Пока рассуждала, громыхнуло еще раз. Чтобы себя обезопасить решила посмотреть сильная гроза с той стороны леса или нет. Чтобы не обходить далеко вокруг, и в случае дождя, укрыться от него под ветками решила пройти через лесок.

В лесу было тихо, ноги поднимала повыше, переступая через поваленные деревья и коряги, калоши правда так и норовили слететь с ног, но Аленка упорно двигалась вперед. Один раз влетела лицом прямо в паутину.

– Тьфу, мерзость, какая, – отплевывалась от липких белых нитей.

Впереди замаячил выход из леса, Аленка так обрадовалась, что даже ход прибавила в очередной раз, чуть не потеряв калоши. Вышла из леса, отмечая, что с этой стороны тучек не видно и дождя никакого не было, а вот ягода была. И полянка такая хорошая, никем не топтаная и ягода отменная. Лихо принялась собирать драгоценную находку, краем уха отмечая близкое урчание моторов машин, значит и дорога недалеко. Сейчас по-быстрому наберет ягоды и на дорогу, ловить попутку.

Не успела Аленка додумать свою мысль, как рядом что-то громыхнуло, оглушая и сбивая с ног. Ей показалось, что она подлетела в воздухе, теряя злополучные калоши. А потом свет померк.

Глава 3

– Девушка, девушка, вы меня слышите? – пытался настойчиво разбудить Алёнку мужской голос.

Скорее всего, его обладатель говорил очень громко, но до Алёны сквозь вату доносился только какой-то размытый звук, как будто кто-то набил полный рот еды и одновременно пытается жевать и говорить. Премерзкий надо сказать звук получается.

Попробовала открыть глаза и сфокусироваться на говорящем, чтобы сделать ему замечание, о том, что разговаривать с набитым ртом неприлично, но смогла увидеть только размытый, медленно шевелящийся рот, как в слоу мо.

Блин, в их захудалом ресторане вчера был корпоратив, и осталась выпивка, которую они на радостях приговорили всем коллективом и поэтому ей теперь так плохо? А если выпивка осталась, может она была паленая и теперь у нее плохо со слухом и зрением? Матвеич же в детстве рассказывал страшилки, про то, как мужики пили паленую водку и слепли.

Стоп, Матвеич. Имя старика стало вызывать в жутко звенящей голове какие-то ассоциации и обрывочные воспоминания, но жующий голос мешал, так и хотелось чем-нибудь заткнуть его обладателя.

Собрав в кучу крупицы связных мыслей, поднапряглась и не раскрывая глаз, по причине того, что они пока Алёну не слушались, попыталась как можно отчётливей произнести:

– Помолчите, вы мешаете мне сосредоточиться.

На несколько мгновений воцарилась тишина, противное жевание прекратилось, звон в голове стал меньше, но потом началось с новой силой:

– Девушка, вы глаза открыть можете? Где у вас болит? – уже более разборчиво допрашивал голос.

Прожевал еду наверное, подумала Аленка и все так же не раскрывая глаз произнесла:

– Голова у меня болит от ваших воплей, и я вспомнить не могу, что произошло, почему мне так хреново?

– Кость, походу у нее контузия, держи ее в сознании, разговаривай с ней, я сейчас вертолет вызову и с Марьяной свяжусь, чтобы в больнице ее ждали, – более отчётливо произнес ещё один голос.

Снова тишина, а потом где-то в стороне:

– Она походу тут ягоду собирала, смотрите, почти целое ведро, вкуснятина какая.

Точно, ягода! Электричка, бабуля, гром, страшилки Матвеича. Вся логическая цепочка выстроилась в мозгу Аленки за считанные секунды, как в рецепте блюда все ингредиенты разложились по полочкам. И красной строкой в этом рецепте загорелось одно главное слово: бабуля.

Если Аленка вляпалась в передрягу, та ей потом до смерти вспоминать будет, хорошо, если до своей, а то с бабули станется и до Аленкиной смерти дожить.

Эти размышления резко привели девушку в себя. Глаза распахнулись сами собой. Она лежала на земле с босыми ногами.

– Блин, калоши все таки потеряла, – с досадой осознала свой промах, бабка точно пистон выпишет.

– Калоши? – удивился склонившийся над ней и загородивший солнце двухметроворостый амбал, – какие калоши?

– Черные, резиновые калоши, тридцать восьмого размера, – пояснила как слабоумному, ну а кто знает, может у него весь мозг стероиды съели, просто так такую мышечную массу не отрастишь, – их на ноги надевают.

– Девушка, я знаю, что такое калоши, мы их сейчас поищем, их с вас взрывом сорвало, – любезно пояснил шкафчик.

Аленка при упоминании о взрыве подскочила как ужаленная:

– Так это не гром гремел, – осенила ее догадка, а принятие вертикальной позы позволило разглядеть военную форму, окружающих ее людей, – это вы что же за военные такие, что мирных жителей взрываете? – взвилась в праведном негодовании.

– Девушка, – попытался утихомирить ее все тот же шкаф, – вам нельзя вставать, мы не знаем какие у вас повреждения, мы сейчас вертолет вызовем, и вас в больницу доставят.

– Не надо мне никакой больницы, – продолжала бесноваться девушка, не обращая внимания, что к ней прикованы взгляды кучи военных, толпящихся на поляне, – я вот сейчас в полицию позвоню и узнаем, что вы за личности, бомбящие население.

Военный на эту реплику только сжал скулы, так, что желваки заходили, видно было, что он с трудом держит себя в руках. Понятно, что у девушки шок, но она тоже виновата.

– Девушка, какое население? Это военный полигон, здесь учения проходят, сюда доступ ограничен, вы вообще как сюда попали?

– Я ягоду собирала, – слегка растерялась от новой информации Аленка.

– Какую нахрен ягоду? – начал выходить из себя шкаф.

Аленка поводила глазами в поисках своего котелка и обнаружила его в руках одного из офицеров, тот стоял и не стесняясь горстями поедал ягоду из ее ведра.

Вообще Алена была достаточно спокойной личностью, во-первых, работа в ресторане, где все: от шеф-повара, до клиентов и администратора стремились выказать свое фи, научила не обращать внимания на всякие неурядицы, во-вторых, бабуля, которая могла выесть мозг чайной ложкой, закалила характер вдвойне.

Но сегодня выдался трудный день: электричка, жара, оводы, взрыв и вишенкой на торте вот этот офицер, поедающий ее ягоду, которую она так старательно собирала, чуть жизни не лишившись. А он стоит и жрёт, нахально из ведра, горстями. Такого стерпеть Алена не смогла, глаза налились кровью и не помня себя она подлетела к военному, размахнулась и заехала по наглой физиономии офицера, не успевшего прожевать ее ягоды.

Одновременно на поляне раздалось два завывания: Аленкино от боли в руке, которой ударила мужчину и того самого офицера у которого от удара пошла кровь из носа, смешиваясь с ягодным соком, отчего он стал похож на графа Дракулу.

Офицер пришел в себя и кинулся на Алёнку в ответ, благо шкафчик быстро сориентировался, задвинул Алёнку за свою широкую спину и строго одернул офицера:

– Капитан Власов, держите себя в руках.

Униженный капитан униматься не желал:

– Да я из этой сучки сейчас всю душу вытрясу, – долетали до Аленки из-за спины шкафа грозные выкрики капитана.

Спина шкафчика напряглась, что для Аленки послужило свидетельством того, что нервы его закончились, а учитывая, что с капитаном шкафчик были в разных весовых и ростовых категориях, то капитан рисковал потеряться на этой поляне надолго.

Ситуацию спас грозный голос, который она слышала ранее, кажется, он вертолет ходил вызывать.

– Что здесь, черт возьми, происходит? Я вертолет вызвал, Константин Алексеевич, пострадавшая где? Эта ягодница-затейница?

Аленка тут же вспомнила о своей ягоде и сфокусировала взгляд на опрокинутом ведре и рассыпавшейся по земле ягоде.

Стало так обидно и руку ещё больно и что от всего этого из глаз полились слезы, размывая окружающую действительность. Хотелось закрыть глаза и ничего не видеть, так впрочем, и поступила, решив сморгнуть набежавшие слезы. В тот же миг услышала приказ:

– Костя бери ее и грузи в вертолет, в больнице уже ждут.

Сильные руки на удивление бережно подняли и понесли мягко покачивая. Аленка доверчиво прижалась и тихо засопела.

Глава 4

– Что прям засветила Власову в табло? – удивляется Марьяна Николаевна,  врач-хирург и жена начальника части в которой произошло ЧП с девушкой, собирающей ягоды.

– Ты же сама ему нос осматривала, – прокомментировал полковник Воронин.

– Нет, я теперь руки, которыми ее осматривала неделю мыть не буду, пойти что ли ещё раз на нее взглянуть?

– Тебе нельзя руки не мыть, у тебя операции, все стерильно должно быть, – приобнимая жену и целуя ее в макушку, произнес полковник.

– Да девочка осуществила мою давнюю мечту – втащить этому утырку, – с воодушевлением отозвалась Марьяна.

– Не поверишь, это давняя мечта многих из нас, только неосуществимая, – вставил свои пять копеек майор Павлов, заместитель Воронина.

– Костик – поросячий хвостик, завидуй девушке молча, – ехидно подковырнула его Марьяна.

Майор насупился, но промолчал, предпочитал не вступать в перепалки с женой командира.

– Марьяна, не донимай Константина Алексеевича, – одернул жену Воронин, – нам ещё по инциденту отписываться и с генералом объясняться, почему пострадал его ненаглядный сынок.

– Собственного ребенка из детского сада забрать не забудь, – напомнила Марьяна, – у меня сегодня смена в ночь. Надо ещё за вашей подругой проследить.

– Никакая она нам не подруга, – все таки, не сдержался, решивший не вступать с ней в полемику Константин, – какие у нее повреждения?

– Да там нормально все, сотряс только и трещина в кости, характерная для тех, кто кулаки об лицо других чешет. Я ей гипс накладывать не стала, фиксатором обошлись. Вы данные ее выяснили? Она вообще кто такая? Может родственникам сообщить надо? Вещи ее где?

Майор достал из объемной сумки ведро, кепку и калоши.

– Это что? – удивилась Марьяна.

– Калоши, – констатировал майор очевидный факт.

– Сама вижу, что не балетные пуанты, я спрашиваю это что за набор юного дачника?

– Так это вещи ее, ты ж сама просила.

– И как скажи на милость, мой юный Пинкертон, мы по этим вещам ее личность установим, или ты думаешь у нее как в детском саду калоши подписаны, чтоб не потерялись?

Константин и Марьяна раздумывали оба, секунды три, а затем одновременно ринулись к злополучной обуви. Внутри калоши по стандарту были красного цвета и сбоку на внутренней стороне ручкой печатными буквами выведены инициалы: З.К.Ш.

– Ну, и что это нам дало? – недоуменно спросил Павлов.

– Это нам дало ощущение надвигающегося полного пи…ца, – четко констатировала Марьяна.

Оба военных недоуменно на нее уставились. Марьяна свои выводы пояснять не спешила, а мужчины, зная ее характер, выспрашивать не торопились. Марьяна взяла телефон и набрала чей-то номер:

– Субботин, я тебе преступление раскрыла, танцуй, – бодро произнесла в трубку.

– Марьяна, у меня совещание, если у тебя не срочное, то давай позже созвонимся.

– Субботин, с каких пор обсуждение предстоящей рыбалки с Державиным зовётся совещанием?

– Марьяна, – рыкнул Степан в трубку.

– Муж мой, совместно со своим заместителем Костиком, – имя выделила особенно ядовито, – во время учений на полигоне нанесли вред здоровью внучке Зинаиды Константиновны Швайцер, собирающей там ягоды. И у тебя есть уникальная возможность раскрыть преступление века и помочь встретиться бабуле и внучке.

– Я тебе что программа "Жди меня" что ли? – злобно отозвался Субботин, – адрес бабули ее знаешь, сама и обращайся или звони, телефончик дать?

– Спасибо, свой имеется.

– Вот и отлично, о результатах мне доложите, а то вдруг наша доблестная армия понесет потери в ходе сражения со старушкой Швайцер, ой не приведи Господи, – пробормотал последние слова и положил трубку.

У Марины сложилось мнение, что он там ещё и перекрестился.

– Ну, Костик, – подняла глаза на него Марьяна, – похоже именно тебе выпала почетная миссия сообщить бабуле вашей подруги, где она находится и как сюда попала.

– Почему это я? – удивился майор, – у меня начальство на это есть, – попытался перевести стрелки на Воронина.

– Не, мне муж ещё живой нужен и желательно цельный.

– Марьяш, объясни толком, что это за девушка и почему мы должны опасаться ее бабку? – обратился к жене Воронин.

– Бабка Швайцер имеет дачу через три улицы от родителей. Муж ее был одним из учёных в местном НИИ, ему участок как раз и выделили под дачу, а она была прокурором города. У них есть единственный сын, который пошел к счастью по стопам отца, женился на модели какой-то, та родила дочь, Алена ее зовут. В детстве ее каждое лето отправляли к бабке на дачу. Мне кажется она единственная, кто может долго выносить старушку, ангельское терпение у девушки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.