Марина Весенняя
Сыграем любовь

Глава 1

– Заканчивай ныть! – Клэр повторила свое требование, наверное, в тысячный раз за сегодня. А я только закатила глаза на очередной командный призыв подруги. Все-таки выступать в качестве моральной поддержки в семь утра в субботу и делать вид, что меня всё устраивает? Ну уж нет, это выше всяких человеческих сил.

На улице последние две недели стояла промозглая погода. Кажется, зима в этом году решила наступить пораньше, задвинув осень отсиживаться на скамейке запасных. Дожди то и дело пытались «порадовать» жителей города еще и мокрым снегом, легкая наледь на асфальте по утрам уже стала привычной. Выйти из дома и не поскользнуться на ступеньках? Нет, это не про меня. И после всего, нам продолжают рассказывать про глобальное потепление? Серьезно?

Двери здания распахнулись вовремя, впуская всех в уютное, столь долгожданное тепло. Пальцы на руках окостенели от холода так, что я едва могла сжать кулаки. В мыслях оставалось только два желания – поскорее добраться до термоса с кофе. И больше никогда не соглашаться на авантюры Клэр. Приехать на три часа раньше назначенного времени, лишь бы занять очередь в первых рядах с самого начала, как по мне, было сомнительной затеей. Но посмотреть на лицо подруги, когда она обнаружила, что не одна такая сообразительная – оказалось бесценно.

«Я тебе говорила», – выдала я свою коронную фразу, сожалея, что в отличие от остальных кандидаток на пробы, мы не догадались взять с собой раскладные пластиковые табуреты, чтобы не стоять на ногах столько времени. И ладно я – я хоть в кедах была, а вот Клэр выбрала свои любимые высокие каблуки. Как она до сих пор держится – непонятно. И при этом еще умудряется меня попрекать тем, что я ною.

Просторный спортивный зал местной школы, закрытой на выходные, принимал всех желающих попробовать свои силы на кастинге и постепенно наполнялся всё прибывающими кандидатками.

Мне показалось, что я попала на фабрику клонов. Все девушки вокруг меня были стройными, всем не больше двадцати пяти, типаж тоже совпадал – овал лица, пухлые губы, темные волосы. Я, наверное, не сильно выделялась, разве что отсутствием слишком яркого макияжа и укладки из салона. Черт, и когда нормальные девушки все успевают? Учитывая, что многие из них явились занимать очередь на пробы еще с прошлого вечера, не иначе.

– Кастинг – дело такое, все при полном параде, – пыталась выдать мудрость Клэр, поправляя свои мягкие локоны, уложенные с помощью нескольких баллончиков лака сверхсильной фиксации. Идеальный маникюр, подобранные под книжное описание костюм из темного-синего хлопка с розовой блузкой – ничто не должно было выбиваться из скопированного образа. И всё в надежде получить главную роль в фильме. Клэр мечтала сыграть в экранизации своего любимого романа и основательно подготовилась, стараясь выглядеть милой и естественной.

А как по мне, так естественный вид в выходной день, тем более в такую рань – это след от подушки на щеке и растрепанный хвост на голове, скрывающий тот факт, что кто-то поленился и не помыл голову с вечера.

– … а кастинг на экранизацию главного бестселлера года – вообще особый случай! – продолжила наставления Клэр.

Конечно, вся страна поднята на уши. Кто бы мог подумать, что продюсеры решат не брать какую-нибудь топовую голливудскую актрису, а начнут искать свежие лица? А может это все просто рекламный трюк, чтобы привлечь к картине больше внимания. Не знаю. Главное, что стоило киношникам добраться до Чикаго, как в местных супермаркетах девушки (а временами и их заботливые родители) стали разбирать каштановую краску для волос. В книжных магазинах распроданы все бумажные экземпляры романа – кому-то, видимо, рассчитывал если не в фильм попасть, то хоть автограф раздобыть. Особо ретивые фанатки срывали по всему городу объявления о кастинге, лишь бы не плодить себе конкурентов. Будто мы живем в такой гиблой деревне, что интернетом до сих пор пользоваться не научились. Хотя, почем знать, может потом эти плакаты будут продавать на Амазоне, как особый раритет.

– Возьмите, – охранник протянул мне клейкий стикер с порядковым номером.

– О, нет, я не участвую. Я тут в качестве жилетки, когда подруга провалится.

– Ну, спасибо за оптимизм, – одернула Клэр, выхватывая у охранника бирку и прилепляя ее к моей груди. – Ничего с тобой не станет, если пару часов посидишь с номерком на майке.

– Пару часов?! Клэр! Даже если они и начнут вовремя, то нам все равно здесь сидеть до самого вечера! – я еще раз показала рукой на очередь из девиц за нашей спиной. Про тех, кто успел пройти вперед, я вообще молчала.

– Успокойся, половину этих страшилищ выгонят, только глянув портфолио, – Клэр протянула свою папку с фотографиями помощнику на входе, убедившись, что на нее приклеили верный номер.

– А тебя, значит, не погонят? – не хотела казаться слишком суровой с подругой, но лучше она сейчас снимет розовые очки, чем будет следующую неделю убиваться горем по загубленной карьере.

– Я профессиональная модель!

– Тебя один раз сняли для детской рекламы стоматологии, когда тебе было двенадцать.

– Темнота… – простонала Клэр. – Боже, да с кем я вообще говорю… – девушка выбрала место на трибунах повыше и направилась туда, величественно позволяя мне проследовать за собой. – Да и потом. Со мной ты. Так что дело в шляпе, нужно только отстоять очередь.

Ну да, кто-то кроличью лапку берет, кто-то клевер-четырехлистник на счастье, а Клэр таскает меня в качестве магнита, притягивающего удачу. Подруга, будучи девушкой весьма суеверной, любила всему придавать особый смысл. Так что стоило мне как-то пару раз найти деньги, однажды выиграть в лотерее и случайно стать в магазине тысячным покупателем, как Клэр решила, что у меня особый дар. Причем, ладно, если бы она на этом остановилась, так нет. Убедила всю мою семью в этом. Так что походы с сестрами на экзамены, обязательные посиделки у телевизора, если играет папина любимая команда, стали привычным досугом для меня. И отделаться от мифа про мою удачу никак не получалось: если все складывалось хорошо – родственники только убеждались в моих «способностях», а если нет – обвиняли в том, что я просто не постаралась помочь. Так что я привыкла.

Как бы мне ни хотелось ошибаться, но мое предположение про время ожидания оказались пророческими. Прошло два часа, а потом еще четыре. Девушек в зале становилось все меньше, терпения у всех тоже подходило к концу. Претендентки начинали цапаться, проверяя друг дружку на выдержку. Организаторы кастинга про «очередь», видимо, ничего не слышали, и вызывали на прослушивание девушек и случайном порядке. Так что я уже не старалась найти объяснение, зачем мы с Клэр приехали в такую рань.

– Смотри! – девушка протянула мне свой телефон. – В твиттере написали, что здесь сегодня полным составом выбирают!

– И что? – скучающе отозвалась я, даже не всматриваясь в сообщение.

– Что значит «и что?» Ты не понимаешь? Дерек Брэдфорд тоже здесь!

В зале раздалось еще несколько восторженных визгов, скорее всего, кто-то увидел тот же твит с радостной новостью.

– Это кто? – все так же безразлично спросила я. Я уже привыкла, что Клэр постоянно сыпет звездными именами, которых я и не пыталась запомнить. Ее идолы менялись, как перчатки. Питты, Блумы или какие-нибудь Камберхолдеры… Выходит новая жвачка про влюбленных вампиров, обаятельного мерзавца или неприступного красавчика, и все – здравствуй новая любовь.

– Боже, кого я с собой взяла. Дерек! Дерек, мать его, Брэдфорд!

– Я все равно не знаю, кто это…

Клэр шумно выдохнула.

– Он бог! – девушка набрала имя в поисковике, чтобы показать нерадивой мне фотографии. – Как можно быть такой отсталой?! Он будет играть одну из главных ролей в фильме. Только посмотри, какие кубики…

Клэр мечтательно облизнулась.

– Какой мужчина! Черт, глядя на эти мышцы, так и хочется встать на колени и как следует отполировать его дружка…

– Так, стоп! И слышать не хочу, – я отобрала телефон у подруги и заблокировала экран. Клэр громко засмеялась. Ее всегда безмерно забавляло то, как я смущалась откровенных бесед. Не то чтобы я совсем ханжа… Но есть вещи, которые просто не для меня.

– Знаешь, даже если меня не возьмут на роль, я просто подойду к Дереку и предложу ему сделать со мной все, что угодно.

– Думаю, на всех таких желающих у него сил не хватит, – буркнула я. Во всяком случае, судя по тому, как девушки вокруг начали старательно красить губы и расстегивать пуговки на своих рубашках (кстати, у большинства они были фланелевые в бело-синюю клетку), мистер Брэдфорд сегодня утонет в женских ласках. – Уверена, там и без твоего участия уже все отполировано до зеркального блеска.

– Я найду, чем удивить Дерека. Все-таки не зря на йогу хожу. Не думаю, что кто-то из этих коров способен закинуть ногу за голову. Или…

– Так всё! – взмахнула руками и поднялась на ноги. – Я за кофе.

Мое терпение достигло предела. Мне нужно было остыть, так что я поднялась со скамьи и спустилась с трибун. Сидеть и представлять, что Клэр собирается делать со своим кумиром, я не горела желанием. Буйные фантазии Клэр мне и так известны вдоль и поперек. Если бы подруга перестала терять время на безрезультатных кастингах и занялась своим писательской деятельностью, уверена, у нее бы получилось строчить эротические романы похлеще всех этих «полутонов», «наваждений» и «страстей по помощнице», по которым вокруг все сходят с ума.

Пройдя через баскетбольную площадку, я очутилась возле столика с бойлерами и одноразовыми картонными стаканами. Следов от закусок уже и не осталось. Впрочем, как и кофе, которым я так надеялась отвлечься. Подергав несколько раз краники обоих бойлеров, я окончательно распрощалась с надеждой залить в себя порцию крепкой черной бодрости.

«Даже эту фразу Клэр смогла бы опошлить», – подумала я, выглядывая кого-нибудь, кто мог отвечать за наполненность термосов с кофе.

– Эй! – окликнула я парня, который показался на секунду в дверях. Он проходил мимо по коридору и не остановился, когда я его позвала. Даже шаг немного прибавил. – Извините!

Мужчина меня вновь проигнорировал, продолжив двигаться дальше по коридору. И как это понимать? Я была слишком тихой, и это эхо в зале заставило думать, что я достаточно громко говорю, или просто хамство? В любом случае, я отправилась догонять парня. Это же не противозаконно. Я не больная на голову фанатка, которая собирается полировать органы съемочной команды, а живой человек, который не способен так долго жить без кофе, сидя в ожидании чуда. Да и относиться ко всем приглашенным с пренебрежением не слишком вежливо со стороны организаторов.

– Извините, – пришлось обогнать брюнета, чтобы заставить его остановиться. Стоило взглянуть на его лицо, и я потеряла дар речи. Ненадолго, но все-таки. Таких пронзительно-голубых глаз я в жизни не видела! Да и вообще парень выглядел так, что ему впору на обложках сниматься, а не кастинги обслуживать. Хотя, может он просто ассистент, или один из организаторов? – Там кофе в бойлерах закончился. Вы не могли бы их наполнить? Пока кандидатки все не озверели.

Молодой человек посмотрел вокруг себя, как будто хотел убедиться, что я говорю именно с ним. Для такого симпатяги просто поразительная скромность.

– Я? – решил уточнить брюнет.

Неужели бедных ассистентов здесь загоняли настолько, что даже мистер Голубые глазки не верит, что с ним заговорила живая девушка?

Я еще раз посмотрела на парня. Он никак не походил на чудилу-ботаника. Белая рубашка с отрезанными рукавами, черный галстук-бабочка. Его идеально-небрежной укладке на голове любая девица позавидует, а об острые высокие скулы наверняка можно порезаться. Я не Шерлок Холмс, конечно, но представить себе, что брюнет целыми днями сидит в офисе и перебирает бумажки, чтобы подписать какой-нибудь очередной бюджет, сценарий или чем там еще занимаются киношники, я не могла.

А вот то, что самый нашумевший кастинг будут обслуживать малоизвестные модели из местных – вполне походит на реальность. Это же имидж компании. Все должны быть красивыми, не то что мы, простые серые мышки.

– Ну… да, – подтвердила я, начиная чувствовать себя некомфортно. Черт, а вдруг это я слишком нагло себя повела? Забежала туда, куда не пускают, прицепилась к человеку, еще и что-то просить пытаюсь. Почему эта мысль не пришла мне чуть раньше, чтобы теперь не краснеть?

– Серьезно? – парень прищурился.

– Эм-м-м… Я просто… Черт! В общем, я просто не знаю, как все тут устроено. Если кофе больше не будет – о’кей, я просто спросила.

Я окончательно стушевалась, чтобы скрыть постыдный румянец опустила голову и начала тереть шею, чувствуя себя провинившимся ребенком перед строгим родителем. Нельзя меня к людям выпускать, когда не высплюсь. Начинаю делать что-то прежде, чем как следует подумаю. Черт, еще и накручивать себя начинаю. Надо тормозить.

Все еще изучая меня взглядом, брюнет ухмыльнулся. И я пожалела, что не могу провалиться сквозь землю. Наверняка жар от того, как горят мои уши в этот момент, красавчик тоже почувствовал.

– Вообще, я этим не занимаюсь. Но для тебя могу достать чашечку.

– Было бы здорово, – я с облегчением выдохнула. Милый парень только что сделал мне огромное одолжение и не выставил полной дурой. И это я еще и кофе получу. Возможно, я все-таки обладаю каким-то запасом удачи.

Молодой человек скользнул своей рукой мне на талию и притянул к себе.

– Эй! – совершенно на автомате я шлепнула его по пальцам и отстранилась. – Это только кофе, чувак, – на всякий случай напомнила я. – Он никак не тянет на обнимашки в качестве благодарности.

Брюнет выглядел оконфуженным.

– Прости, – парень пожал плечами. – Я просто обязан был попробовать. Пойдем.

Мне не удалось сдержать улыбки. Это его «обязан был попробовать» – звучало как комплимент. Можно включить чуть фантазии, и представить, что красавчик не нашел в себе сил удержаться и попробовал подкатить. Приятно. Обычно все внимание парней достается Клэр, а тут такой мужчина!

«Интересно, – я последовала за ним по коридору, все еще смущенно краснея после его попытки прижаться, – и где таких только берут?»

Хотя, что я удивляюсь? Наверняка тут даже уборщиц набирают через модельное агентство. Главное – промолчать, не ляпнуть такого при Клэр. Хотя, лучше ее предупредить, чтобы была начеку. А то с такой внешностью, как у этого брюнета, можно смело вешать лапшу на уши, что он из продюсеров картины…

И теперь вопрос – зачем я сразу отшила мистера Идеальные Скулы? Вот что со мной не так?

– Подожди здесь, – голубоглазый собирался зайти в один из классов. А у меня так и зудело спросить у парня: носил ли он линзы. Цвет казался нечеловечески светлым и ярким. Я такие только на фото в журналах видела, и то уверена – это все результат качественной художественной манипуляции. Как, собственно, и все части тела, которые можно встретить на глянцевых страницах.

Парень скрылся в классе. Небольшое стеклянное окошко в этой двери было завешено чем-то с той стороны, но я и не думала подглядывать. Единственное, что смущало – зачем вообще устраивать склад в классе, когда есть школьная столовая, например? Или подсобка… Да и по пути мы прошли столько классов… неужели не логичнее было сбросить все необходимое поближе к залу, чтобы не бегать туда-сюда? Но я твердо решила, что не стану спрашивать. Вряд ли мои советы по оптимизации рабочего времени тут кому-то пригодятся.

– Заходи, – мой сопровождающий выглянул из-за двери и потянул меня внутрь. Хочу заметить, что обаяние человека резко испаряется, когда он против твоей воли и без каких-либо объяснений пытается затянуть тебя в укромный уголок подальше от людских глаз. Брюнета совсем не смутило то, что я попыталась упираться. Хотелось сказать, что я и тут подожду, но голос куда-то пропал. После резкого рывка за руку, я оказалась внутри, лицом впечатавшись в грудь ассистента.

Черт, а он отлично пахнет! Приятный, нерезкий парфюм щекотал рецепторы, заставляя чуть отвлечься от происходящего. У этого красавчика весьма специфические ухаживания, граничащие с уголовной статьей.

– Тебя как зовут? – голубоглазый развернул меня на сто восемьдесят градусов, и двумя руками сжал плечи.

– Мэри, – шепнула я, старательно убирая волосы с лица, чтобы хоть что-то увидеть.

– Это Мэри! – торжественно огласил фанат теплых объятий с незнакомыми девушками.

– И что вы здесь делаете? – рыжая полноватая женщина за столом спросила меня недовольно и устало. А я переводила взгляд на остальных сидящих в классе. Составленные в ровный ряд парты служили присутствующим неким подобием баррикад, отделяющих их от нас с симпатягой.

– Я… – я запнулась, теряясь от столь пристального внимания к своей персоне. – Я пришла взять кофе.

Рыжая женщина уставилась на меня, а после и вовсе начала смеяться.

– Простите, что отвлекла, – мне стало совсем не по себе. Стараясь убрать руку парня со своего плеча, я хотела как можно скорее юркнуть обратно в дверь и исчезнуть из здания. И пусть Клэр сама справляется. А то и ее выгонят, когда узнают, что мы вместе пришли. И этого она мне точно не простит до конца жизни. – Так неловко… В бойлерах кофе закончился, я попросила вашего ассистента принести еще…

– Ассистента? – уточнил мужчина, сидящий справа от рыжей женщины, которая первая заговорила со мной.

– Это она про меня, – поднял руку брюнет, который привел меня в этот класс. Второй рукой он все еще цепко держал мое плечо и не давал сдвинуться с места. Словно я какая-то преступница, и не кофе себе попросила, а пыталась аферу века провернуть, но оказалась пойманной.

– Ассистент, значит… – задумчиво протянула рыжая дама. – Интересно. Вы читали мой роман?

– Ваш роман? – я, конечно, уже поняла, куда именно меня затянул голубоглазый предатель. Но в душе все равно надеялась, что ошиблась. Возможно, Клэр уже показывала мне фотографии этой женщины и, если бы я хоть сколько-нибудь интересовалась любовным чтивом – то сразу бы ее узнала. – Простите, но нет. Зато моя подруга просто обожает ваше творчество… – промямлила я.

– Майк, – толкнула женщина своего соседа. – Что скажешь?

– Пока не знаю, – мужчина снял очки в тонкой оправе и положил их перед собой. – У вас есть опыт в кино? Может, в театре?

– Нет, – я покачала головой. Думаю, роль статиста в школьной постановке начальных классов – не то, что может заинтересовать серьезных людей.

– Телевидение?

Я вновь отрицательно покачала головой, про себя отметив, что про модельный бизнес меня спрашивать вообще не стали. Ну, так как очевидно, что это не про меня. Не то чтобы я совсем урод… Но на фоне той же Клэр я была.. как бы это сказать? Простой. Безликая серая масса, на которую взглянешь и особо ничего и не запомнишь. Ну не цепляю я своей внешностью, увы. Не всем же быть, как рождественские открытки? В общем, я из тех, кто больше верит во внутреннюю красоту. Возможно ввиду того, что природа не сильно одарила всем остальным. Разве что на комплексы не поскупилась.

– Вы не могли бы прочитать нам одну сцену? – Майкл протянул мне несколько листов.

– Я не знаю… – я нервно мяла страницы. Ладони взмокли, я чувствовала, что на шее выступил холодный пот. – Может, я лучше схожу за своей подругой? Клэр вашу книгу наизусть цитировать может. И очень хочет на эту роль.

– Дер, составь пару мисс…

– Уилсон, – уточнила я совершенно на автомате.

– Отлично, – выдохнул тот самый Дерек Брэдфорд, поднимаясь со стула. Блондин посмотрел на меня настолько уничижительным взглядом, что я всерьез начала жалеть, что вообще родилась на свет. В принципе, его недовольство можно вполне понять. Наверняка все присутствующие здесь тоже встали ни свет ни заря, прослушали уже сотню участниц (и это только за сегодня), а тут я. Со своим кофе, заиканием и полным непониманием происходящего.

Если кто-то из присутствующих решил, что мне помогут, предложив партера для сцены, то они ошиблись. Все-таки после откровенных фантазий Клэр, единственное, о чем я могла думать, глядя на Дерека Брэдфорда сейчас, это о своей подруге, которая уже кидается на колени, готовая поднять блондину не только настроение.

– Дерек, не пугай девочку, – строго велел Майкл, кажется, заметив, что я совершенно стушевалась. – Сцена в каюте. Пробы мисс Уилсон. Номер четыре-три-ноль-один.

Сразу видно делового человека, разглядел на моей груди наклеенную бумажку.

Высокий блондин подошел совсем близко, молча ткнув пальцем в нужные строки на бумаге. Я быстро пробежала глазами текст, готовясь к самому невообразимому позору в своей жизни.

«Действительно, ничего сложного», – мысленно хохотнула с истерическими нотками. Вообще, память у меня отличная, и я без проблем быстро запоминаю и большие объемы информации. А здесь всего пара коротких предложений, но почему-то я была уверена, что обязательно запутаюсь и начну заикаться. И хоть бы добавили какой информации про героиню, на выделенных мне страницах имелся лишь сухой диалог. Я так понимаю, что образ героя, его характер, манеры и прочие надо было брать из книги. Которую я не читала.

– Готова? – сухой голос Брэдфорда заставил съежиться. Я кивнула, и Дерек, подхватив меня под локоть, потянул за собой. Вряд ли его настроение могло понравиться хоть кому-нибудь. Но об этом я потом все выскажу Клэр. Про ее Адониса, про всю эту затею с кастингом, про голубоглазого ассистента, который подставил меня за невинную просьбу о кофе. Если мне, конечно, не повезет, и я не умру от стыда прямо здесь на месте.

И отдельно расскажу еще раз про Брэдфорда, который сжимал мой локоть с такой силой, что у меня точно останутся синяки. Изверг какой-то! Такое чувство, что он без слов пытался мне сообщить, чтобы я и не думала пробовать свои силы в актерском мастерстве. Но я-то и не собиралась! Так что рука окажется вот-вот сломана просто так.

Меня подвели к импровизированной сцене возле доски, и происходящее стало все больше походить на мой худший кошмар – когда стоишь в школе, перед всем классом. Все смотрят на тебя, начинают смеяться. И только потом ты понимаешь, что на тебе нет ни клочка одежды. И, конечно же, проснуться ты не можешь.

На всякий случай я все-таки опустила взгляд, чтобы проверить – точно ли я не голая.

– Может, пригласишь меня зайти? – Дерек уже начал играть? Я немного впала в ступор. Мужчина подошел ко мне слишком близко, небрежно проведя пальцами по моему воротнику. Если честно, то я едва сдержалась, чтобы не дать ему по рукам. Не люблю, когда в личное пространство так бесцеремонно вторгаются. Чтобы не устраивать сцен, закусила нижнюю губу, по телу побежали мурашки. Кажется, я даже сделала маленький шаг назад, только бы оказаться подальше от блондина. Дерек ждал ответа, нависая надо мной, будто собирался в любую секунду обрушиться на меня лавиной.

Я усердно покачала головой, вспоминая, что героиня отказывает Брэдфорду.

– Нет, – голос куда-то пропал, и пришлось сглотнуть, чтобы вернуть его. – Не думаю, что это хорошая идея.

«Черт», – не могла вспомнить, я должна была сказать «идея» или «затея»? Блондин устало закатил глаза, но все-таки продолжил.

– Что тебя останавливает? Мы можем хорошо провести время, – дьявольская улыбка на лице мужчины заставила бы любую растерять всю уверенность. Клэр, наверное, свалилась бы в обморок от избытка чувств (я же готова спорить, что мне бы она рассказала, как они с Дереком в ту же секунду слились в страстном поцелуе). А я что? Стоило представить такую картину, как всё лицо снова залилось краской. Особенно потому что от столь близкого присутствия скандинавского бога фантазия в моей голове стремительно искажалась. И на месте Клэр в объятиях Дерека уже стояла я. И это было совсем-совсем неправильно.

Дыхание сбилось, и, кажется, я была на грани панической атаки. Постаралась отступить еще немного, вот только Дерек не оставлял играть роль искусителя. И на каждое мое движение, направленное на то, чтобы отстраниться, мужчина еще ближе придвигался, готовый обвить мою талию своими гигантскими руками.

– Я сказала – нет, – я беспомощно выставила ладони вперед и через мгновение уперлась в накаченную грудь Дерека, чтобы хотя бы немного притормозить наше стремительное сближение. Не помню, как там было в сценарии, но не стриптиз же мы тут играем! Ничего же страшного не произойдет, если я дотронусь до партнера?

«Что же там было дальше-то?!» – я судорожно пыталась вспомнить, что должна была сказать дальше. О! Точно!

– Спокойной ночи, мистер Уивер!

– Стоп, – скомандовала рыжая женщина. – Думаю, мы посмотрели достаточно.

Дерек отстранился, довольный результатом сцены и, не говоря ни слова, вернулся на свое место. Я же вздохнула с облегчением. Наконец-то все закончилось, и меня отпустят. Сердце вот-вот выпрыгнет из грудной клетки, мне катастрофически не хватало воздуха. Я только надеялась, что мне дадут уйти, оставив без комментариев то, как все было ужасно, и я смогу покинуть комнату, лелея остатки собственного достоинства. А после…. У меня впервые в жизни появилось острейшее желание напиться. Напиться, забыть весь этот день и никогда никому не рассказывать о том, что здесь происходило.

– Майкл, думаю, мы нашли нашу Эмбер.

– Что?! – удивленное восклицание вырвалось не только у меня. Дерек своих чувств по поводу принятого решения тоже сдержать не смог. Зато голубоглазый брюнет, который привел меня на кастинг, победно хлопнул в ладоши, будто он получит премию за свою находку. Остальные члены жюри с облегчением выдохнули.

– Мисс Уилсон. Вы подходите для этой роли, – заключила рыжая женщина. – Мне нравится та искра, что возникает между вами и Дереком.

Что? Какая искра?!

– Согласен, – кивнул Майкл. – Я прямо почувствовал накал, есть нерв.

– Вы серьезно? – уточнил Брэдфорд. – Какой нерв?

Вот сейчас даже не обидно было. Честно. Желание больше никогда не оказываться в одном помещении с Дереком было, а вот нервы или искры – точно нет.

– Мне кажется, у нее получится воплотить образ Эмбер, который я создала.

– Вы думаете? – со своей стороны я всячески давала возможность организаторам кастинга опомниться. Хотя в мыслях уже разгоралась жажда славы и денег. Маленькая часть меня заставляла испытывать некую гордость. Я буду сниматься в настоящем фильме? Это же фантастика!

«Все равно слишком хорошо, чтобы быть правдой», – все-таки рациональность брала верх над стремительно множащимися фантазиями. Давно подавленное эго, всегда мечтавшее о великих свершениях, уже начинало репетировать благодарственную речь на вручении «Оскара».

– Раз Линдси так считает, – произнес мужчина, сидящий рядом с автором. – Меня зовут Майкл Трумен. Я продюсер этого фильма. Хочу, чтобы вы понимали, что это огромная ответственность. Это настоящая работа, которая будет требовать от вас полной отдачи. И усердия, учитывая, что в области кино у вас полностью отсутствует опыт.

«Они не шутят», – кажется, понимание только-только начало меня накрывать по-настоящему, – «Они говорят на полном серьезе…»

– Оставьте нам свои контакты. Телефон, е-мейл. Наши ассистенты свяжутся с вами.

Я посмотрела в сторону брюнета.

– Если хочешь, позвоню я, – с улыбкой протянул тот. Парень вальяжно развалился на двух стульях и поиграл пальцами в воздухе.

– Настоящие ассистенты, Рич, – мистер Трумен кинул в моего официанта строгий и усталый взгляд. – Оставайтесь на связи. Мы вышлем вам контракт по съемкам, основные положения, которые нас интересуют. Вам нужно будет приехать в Лос-Анджелес для финального обсуждения. Если вдруг что-то поменяется, компания оплатит вам расходы на дорогу.

Продюсер продолжал диктовать информацию, но я почти не слушала. В голове по кругу повторялась одна и та же мысль.

Я буду сниматься в настоящем кино!

Глава 2

«Эмбер трепетала от предвкушения. Она так давно мечтала об этом… Но боялась себе признаться. Она хочет Джонаса. С самой первой встречи, с его первой улыбки. Тайно фантазировала, каким мог быть секс с этим мужчиной. Наверняка незабываемым, и чувственным и нежным. И сейчас, когда его Джонаса со всей пылкостью впивались в ее кожу, девушка вообще не понимала, почему так долго не соглашалась на близость.  

Джонас сводил с ума. Ловким движением рук он избавил Эмбер от ее блузки. Кожи коснулась легкая прохлада помещения, так что каждый крошечный волосок поднялся дыбом, а по спине побежали мурашки.  Подцепив бретельки лифчика, мужчина позволил им свободно соскользнуть с хрупких девичьих плеч. Это легкое, практически невесомое касание шелка вызвало у Эмбер новую волну сладостного возбуждения. Чувствовать подушечки пальцев, которые мягко массировали ее руки, медленно переходя выше, было великолепно. Джонас скользнул по ключицам, и лишь затем потянулся к чашечкам бюстгальтера, чтобы их приспустить. Высвобожденные из жесткого плена упругие груди, вызвали тихий вздох восхищения у блондина. 

Джонас умудрялся оказываться повсюду. Его пальцы сомкнулись на затвердевших сосках, его язык обводил контур губ Эмбер, свободной рукой мужчина гладил живот девушки, спускаясь все ниже. Утопая в каждом новом приливе томительного желания, Эмбер застонала. 

Как быстро они оказались на белоснежных простынях – вообразить было сложно. Джонас избавился от футболки, открывая вид на свой идеальный торс. Его загорелая кожа так и манила, и Эмбер поймала себя на мысли, что ей не терпится впиться в нее своими ноготками. Или провести языком по налитым кубикам пресса.

Вслед за футболкой в сторону полетели джинсы мужчины. Одним властным толчком Джонас заставил Эмбер лечь, а сам потянул ее трусики, стремясь поскорее избавиться от последней преграды к столь желанному лону. Скользящими движениями мужчина ласкал бедра своей любовницы, пока стягивал с нее крошечный шелковый треугольник.

Мысли в голове Эмбер путались. Страстное желание отдаться этому жеребцу смешивалось с паникой: вдруг ему не понравится? А Джонас, похоже, был лишен всяких сомнений. Не теряя ни секунды, он прильнул своими губами к лону девушки, начиная невообразимый танец своим языком на ее нежных розовых складочках. Мужчина вкушал сладостный любовный сок трепещущей под его ласками Эм. 

Эмбер извивалась и стонала, запустила пальцы в волосы Джонаса, чтобы направлять его уверенные движения. Приторное томление быстро переросло в тугое, тяжелое напряжение внизу живота. Эмбер знала: еще несколько секунд под напором этого дерзкого языка, и она достигнет высшей точки блаженства.

Словно угадывая ее мысли, Джонас усилил свои яростные терзания, добавив к чувственным ласкам языка свои умелые руки. Проникая двумя пальцами в девушку, он сорвал с ее губ первый крик удовлетворения. Мужчина чувствовал, как крепко сжимаются мышцы Эмбер, наслаждался ее освободительными стонами.

Растекаясь расплавленным оловом по венам, экстаз поглотил Эмбер с головой. Она чувствовала, что возносится на небеса, с жадностью глотала воздух и молилась, чтобы Джонас никогда не останавливался…»

Я захлопнула книгу и отодвинула ее от себя.

Боже, на что я подписалась?

Щеки стали пунцовыми от прочитанного. Мне начало казаться, что все вокруг смотрят на меня, видят, ЧТО я читаю, и осуждают. Сразу пожалела, что с собой нет ничего, из чего можно сделать подобие обложки, чтобы скрыть название книги, которую приходилось читать.

А с другой стороны, роман уже переведен на сто с лишним языков, так что вряд ли можно встретить хоть кого-нибудь, кто его не читал, или хотя бы не слышал. От этой мысли я поежилась.

Любовный роман "Наваждение", в котором мне предстоит сыграть главную роль, разошелся в мире многомиллионными тиражами. На него писали фанфики, его собирались экранизировать, уже выпустили клип с заглавной песней.

Но это же просто порно! Причем весьма посредственное. В тексте встречалось много тавтологий, повторов, клише. И каждые три страницы главная героиня или спит с мужчиной ВСЕЙ ЕЕ ЖИЗНИ, или фантазирует о том, как будет это делать. Да и сам сюжет – просто бред! Так не бывает! Вот так, чтобы стонать оттого, что невозможно сдержаться. Да и все эти неудержимые нефритовые стержни, лона любви, напоминающие распустившиеся орхидеи, со складочками, образованными тонкими лепестками нежных роз… И это все не я придумала, это цитаты сего литературного шедевра. О! И оргазм! У героини он прямо каждый раз новый, небывало-сильный, возносящий ее к небесам… Что за чушь…

Приятный женский голос объявил о начале посадки на мой рейс. Я убрала книгу в наплечную сумку. Свой экземпляр я так и не купила, взяла копию у Клэр. Естественно с обещанием, что верну роман с автографами сразу всей съемочной группы. Интересно, Клэр хоть когда-нибудь просматривала титры после фильма? Если да, то она должна понимать – вряд ли страниц в романе хватит, чтобы собрать подписи всех участников создания фильма.

У четвертого выхода собралась уже половина самолета, в ожидании, когда сотрудник аэропорта начнет проверять билеты и запускать всех внутрь. Так что я не слишком торопилась. Достала телефон, чтобы скинуть родителям СМС, что у меня все в порядке. И решила позвонить подруге. Сказать "спасибо".

– Привет, – как только гудки прервались, произнесла я.

– Ааа, – закричала в трубку Клэр. – Ты уже в самолете? Кто-нибудь со съемок летит с тобой? Скажи, Дерек там?

– Конечно, – заметила я с сарказмом. – Брэдфорд прилетел на личном самолете в Чикаго специально, чтобы добираться потом со мной через полмира с тремя пересадками чартерными рейсами.

– Ты все-таки скажешь, куда летишь?

Хотела бы, но…

– Ты знаешь, у меня контракт о неразглашении.

До получения отдельного письменного разрешения, мне даже родителям нельзя говорить, где будут проходить съемки. Продюсеры картины настолько боятся, что именно с моей стороны произойдет утечка, что наложили всевозможные запреты и ограничение на общение. Пока мне было сложно представить, что следующие несколько месяцев я даже с мамой по телефону поговорить не смогу нормально. Про работу ничего не расскажешь, про то, где я, что увидела и посмотрела – тоже. Считай, практически полная изоляция, пока маркетологи не проработают наиболее выгодную пиар-компанию.

Очередь на посадку медленно двигалась, я плелась почти в самом конце.

– Знаешь, если бы я прочла книгу прежде, чем подписывать контракт, я бы никогда не согласилась участвовать во всем этом.

– Согласилась бы, – с уверенностью отозвалась Клэр. Я и без пикантных подробностей хотела отказаться от предложения, но родители и подруга заставили взвесить все "за" и "против", а после практически силком потащили в Лос-Анджелес подписывать договор.

– Ты не понимаешь, что такой шанс выпадает раз в жизни! – вновь повторила Клэр. Поначалу, стоило ей услышать, что меня взяли, подруга отказалась со мной разговаривать. Продержалась часа два примерно. Пока твердо не решила, что раз того хочет судьба, то ее мечту буду воплощать я.

– Да все я понимаю…

 Как ни крути, существовало два огромных плюса в сложившихся обстоятельствах. Во-первых, мне помогли преобразиться. Неожиданная, но в моем случае, приятная часть контракта. Клэр и мама настолько промыли мне мозги, что договор со студией я подписывала не читая. Поэтому появление стилиста на пороге моего дома месяц назад оказалось сюрпризом. К счастью, радикальных изменений не произошло. Татуировку на лбу с логотипом фильма набивать не придется. Мне чуть сменили стрижку, оставив аккуратный каскад, освежили цвет волос, добавив немного медово-орехового блеска к моему тусклому каштану. На пальчиках красовался нежный маникюр, на который я никогда не находила ни времени, ни желания.

Что сказать, мне действительно нравились эти перемены. А впереди их будет еще больше. У меня должен появится фитнес-инструктор, который поможет чуть скорректировать фигуру, я уже занимаюсь актерским мастерством на курсах, и навыки будут постепенно совершенствоваться. Плюс, я хоть чуть-чуть, но смогу посмотреть Европу. С нетерпением ждала своего расписания, чтобы спланировать походы по музеям и вылазки в соседние страны. Хорошо, хоть, там все близко. А раньше я и мечтать не смела, что окажусь где-нибудь в Париже, Милане или Мадриде. Разве что на старости лет, когда получилось бы, наконец, накопить.

Собственно, второй огромный плюс в том, что меня взяли на главную роль, это гонорар. Несколько месяцев работы с оплаченными расходами, и я получу шестьсот тысяч долларов. Сумма, увидев которую мне захотелось присвистнуть. Перед глазами так и представлялось светлое будущее. Я смогу оплатить учебу в университете, и забыть, хотя бы на время, о жалких подработках. Настоящая золотая дорога в будущее – образование, хорошая работа, карьера. Возможность переехать на съемную квартиру и закрыть родительскую закладную на дом.

А ведь я еще получу какой-то процент с продаж картины. Маленький, конечно, но если фильм получится отличным и соберет кассу, возможно, я смогу побыть миллионером, пускай и временно.

Так что да, Клэр права. Вероятнее всего, я бы согласилась на роль, даже зная, что за кино предстоит снимать.

– Но это же порно, – все-таки грустно протянула я.

– Это не порно. Это история о прекрасной и чувственной любви!  Настоящая Золушка двадцать первого века. А сколько там жизненности! – возразила Клэр.

– Серьезно? Там твоя "Золушка" прекрасно и очень чувственно восторгается членом Джонаса две с половиной страницы подряд, – фыркнула я, и тут же притихла, надеясь, что меня окружающие не услышали. Пришлось перейти на шепот. – Я слов таких не знала, Клэр. И понятия не имею, как такое можно снимать для кинотеатров.

– Ты ханжа, – попрекнула меня подруга. – И ничего такого тебе делать не придется. Сейчас все или на компьютере рисуют, или дублеров снимают. И то – будут видны или простыни, или голые плечи. Так что не надо тут панику разводить.

Подошла моя очередь, я протянула билет миловидной девушке в темно-синей форме авиакомпании, зажимая смартфон между плечом и щекой.

– Ладно, Клэр. Я уже на борт поднимаюсь. У меня будет куча времени, дочитаю… Может все не так уж и плохо…

– Поверить не могу, что ты до сих пор этого не сделала! Потрясающая безалаберность… вот же, нашли кого…

– Клэр, я тебя не слышу. Связь плохая, ты пропадаешь…

Без зазрения совести сбросила звонок. Слушать о том, как несправедливы звезды, как талант вынужден прозябать в неизвестности, пока всякие клуши-счастливицы воротят нос – мне уже порядком надоело. Я, конечно, любила Клэр, но после кастинга между нами пробежала кошка. Такая добротная голливудская кошка на шестьсот кусков, с накаченным скандинавом на хвосте. Даже и не знаю, что больше огорчало Клэр – что роль досталась мне, или что работать бок о бок с Брэдфордом будет не она. Такими темпами реабилитироваться мне получится, только если я ей Дерека прямо под венец приведу.

Мое место располагалось почти в самом хвосте, еще и у прохода. Пассажир возле окошка уже успел устроиться и натягивал на глаза маску для сна. Среднее место пустовало, и я надеюсь, что его никто не займет. Лететь долго и лишнее пространство пригодится, чтобы устроиться удобнее. Закинув сумку наверх, предварительно достав из нее книгу, я села и пристегнулась. Спать еще не хотелось, несмотря на то, что время близилось к полуночи. И я твердо намеревалась дочитать роман до конца.

Было действительно несколько неловко оттого, что я до сих не ознакомилась с историей. Просто все так быстро завертелось: кастинг, поездка в эл-эй с контрактом, смена стиля, занятия по актерскому мастерству… Сценарий с моим текстом мне прислали две недели назад, но его я только мельком пролистала, понимая, что сразу все равно не выучу. Да и не надо это. Расписание съемок мне выдадут, зубрить короткие сценки заранее не составит труда. А образ и психологический портрет героини мне отдельно подготовили для ознакомления, плюс сама Линдси будет меня консультировать, как точнее воплотить образ Эмбер Форд.

В итоге прочтение бестселлера я откладывала до последнего и, видимо, зря.

Глава 3

Стокгольм. Швеция

Я с трудом сдержала свое волнение. В первую очередь, потому что я все-таки очутилась на другом континенте. Поездка, которая больше напоминала заоблачную мечту. Наверное, в ближайшие месяцы я не раз буду думать в подобном ключе. Но, черт возьми…. Это же Европа! Старый Свет, увидеть который рассчитывают детки состоятельных родителей, которым уже проплатили полжизни вперед, или состоявшиеся пары, которые будут копить на нечто подобное лет десять-пятнадцать.  Я уже успела почувствовать себя гламурной дивой, совершая пересадку в Париже. Окно в два часа тридцать пять минут на стыковку рейсов подарило мне возможность насладиться чашечкой крепкого кофе и настоящим французским круассаном. И все это с видом на знаменитую Эйфелеву башню и романтические красоты Монмартра. Правда, виды были лишь фоторисунком на стене в кафетерии, из аэропорта меня не выпустили. Но даже это не могло меня расстроить. А в Париж я обязательно вернусь, как только у меня появятся пара выходных.

А сейчас меня ждали уютные улочки Стокгольма.

Даже короткая поездка к назначенному месту встречи на такси привела меня в неописуемый восторг. Красивая страна, красивый город… Мощеные дорожки, разноцветные дома и неуловимый дух старины. Во всем чувствовался домашний уют. Улицы не пестрели яркими билбордами или рекламными баннерами, люди предпочитали передвигаться или на велосипедах, или на общественном транспорте, так что сотни криво припаркованных машин не мозолили глаза и не мешали проезду. На первых этажах зданий ютились аккуратные кафешки и лавки фермерских продуктов или натуральной косметики, большие брендовые магазины, видимо, захватили какую-то другую часть города, оставляя туристов наслаждаться исторической красотой шведской столицы.

  Несмотря на то что я не спала уже часов тридцать, чувствовала себя прекрасно. Мне нравилась тишина и спокойствие, которыми был пропитан этот город. И, если честно, не терпелось заселиться в гостиницу, скинуть свои вещи и отправится на прогулку.

Как только пройдет встреча со съемочной командой.

"Карлтон" встречал своим роскошным великолепием. До этого момента я путешествовала только по штатам, да и то – это был скромный семейный отдых. Если мы и останавливались в отелях, то это были простенькие и недорогие варианты ночлега, где родители брали всегда двухместные номера, доплачивая за раскладушки, когда все не помещались на кроватях. Меня до сих пор передергивало от тех пружинных монстров, после которых спина болела еще трое суток. Именно поэтому мне больше нравилось, когда мы всей семьей выезжали на кемпинг. Вот где был настоящий отдых – своя палатка, спальник, и никаких споров с сестрами, кто отправится спать на неудобную раскладушку.

Сейчас же я стояла на пороге совершенно иного места.

У кристально чистых парадных дверей дежурил швейцар приветливо улыбающийся прохожим и готовый открывать двери всем гостям или позвать лакея, чтобы тот помог с сумками. Красная форма с позолоченными пуговицами, черный цилиндр, седые усы, с аккуратными завитками – мужчина был эталонным персонажем гостиничного бизнеса.

Зайдя в лобби, я погрузилась в атмосферу полнейшего хаоса. Я даже обернулась, чтобы взглянуть на улицу, где по-прежнему царили тишина и покой. Видимо, большинство членов съемочной группы приехали раньше меня. И теперь ждали – кто заселения, кто начала собрания. Персонал гостиницы переносил десятки чемоданов, сваленных прямо на проходе, кто-то из сотрудников подтаскивал больше складных серых стульев к бизнес-залу. Я посмотрела на часы, которые висели на стене за стойкой ресепшен, и убедилась, что приехала вовремя. Встреча уже вот-вот начнется.

Потянув за собой дорожный чемодан с выдвижной металлической ручкой, я направилась к ресепшен, чтобы зарегистрироваться в номер. Если отбросить всю суету, что сейчас происходила в лобби, здесь быть красиво. Высокие потолки, мраморное оформление в бежево-красных тонах. Прямоугольное помещение с огромным изображением круга по центру пола, массивные колонны, испещренные искусственными трещинами для придания им состаренного вида. И дерево. Много деревянных элементов повсюду – стойка ресепшен, низкие столики и странные изогнутые кресла-шезлонги, в которых можно было скоротать время, пока ждешь заселения или своего такси.

– Мэри! – Линдси Кавилл поприветствовала меня, подзывая к себе взмахами руки. Если бы не этот жест, я бы ее так и не заметила ее среди снующего во все стороны народа. Пока  замешкалась, она сама ко мне подошла. – Здравствуй, дорогая. Как ты себя чувствуешь?

Женщина поцеловала меня в обе щеки, оставляя на моей коже яркие следы от жирной красной помады. Я поспешила поскорее стереть с себя отпечатки чужих губ, понимая, что от этих движений скулы заалеют.

– Переживаю немного, – призналась я, одергивая на себе рукава. Вредная привычка все время закатывать их до локтей раздражала, и приходилось постоянно поправлять измятую ткань.

– И я, если честно. Для меня тоже все в новинку, но я-то уже смогла побывать на других съемках, так что мне легче, – Линдси была удивительной хохотушкой. Казалось, что ее может рассмешить абсолютно любая вещь.

– Эм, милая, все будет хорошо. Я предчувствую успех!

Эм? Я на мгновение нахмурилась. Мое имя редко сокращали, да и зачем? Четыре буквы – не так сложно произнести. И не то чтобы я была против, просто "Эм" в устах писательницы больше звучало как ее обращение к своей героине Эмбер в книге.  Этим "Эм" пестрил весь роман, так что… Черт, это было странно. Или я себя накручиваю из-за недосыпа. Да и после историй Клэр, в которых актеры настолько вживались в свои роли, что сходили с ума. А я не хочу  потом ходить к психологу, считая, что я – Эмбер Форд, художница, которая отчаянно влюблена в повесу-актера, но тайно сгорает от желания быть с другим.

– Я переживала, что опоздаю. Вылет задержали, я только-только приехала, – я плотнее прижала к себе сумку и покосилась на свой маленький чемоданчик. Вещей из дома я взяла совсем немного, решив, что ни в чем нуждаться в поездке не буду. Для съемок мне подберут целый гардероб, а для жизни… в конце концов, куплю что-нибудь новенькое. Чтобы соответствовало моему новому имиджу. Пока большинство вещей, которые я носила, доставались мне или от старшей сестры либо от Клэр.  В первом случае одежда оказывалась на пару размеров больше, так что я привыкла ходить в просторных шмотках, не сковывающих движения. А во втором – редко решалась на чересчур откровенные наряды. Так что первый полученный мной чек будет потрачен на выбор вещей, которые подойдут именно мне.

– Хорошо, что успела. Лучше разом со всем разобраться и потом отдыхать. Завтра уже приступаем к съемкам. О, познакомься, – Линдси поймала проходящего мимо мужчину, который своим внешним видом напоминал бездомного. Заросший, заспанный, в мятой одежде. Его взгляд, как говорят – не от мира сего. Широко распахнутые глаза смотрели куда-то в пустоту и растерянно забегали, когда мужчину остановила Линдси. – Это режиссер проекта. Рональд Хоппер. Царь и бог на площадке.

– Очень приятно, – кивнул мужчина, протягивая руку. – Боюсь, у нас на площадке собралось столько звездных персон, что как бы не запутаться, кто здесь на самом деле главный.

– Ну, со мной точно проблем не будет, – пообещала я. Я настроена выполнять все, что от меня требуется. Наверное, самый большой страх – что я всех подведу. Столько людей, столько сил и денег вложено в этот проект. Кошмар, если из-за меня все провалится.

– Это хорошая новость, – кивнул Рон. Посмотрев на часы, он продолжил: – Нам пора. Подтягивайтесь в конференц-зал, пять минут и начинаем.

Не думаю, что его услышали все присутствующие, но часть людей направилась в выделенную для студии комнату.

– Я сейчас, – предупредила женщину, кивая на свой чемодан. – Узнаю, где можно оставить, и сразу к вам.

Линдси упорхала раньше, чем я успела договорить. Оставшись наедине со своей поклажей, я начала вертеть головой в поисках камеры хранения или кого-нибудь из персонала, чтобы узнать, куда можно деть багаж.

Чья-то ладонь легла на мои глаза, заставив вздрогнуть.

– Угадай кто?

Я почувствовала аромат сладкого кофе с карамельными нотками, дуновение теплого пара ощутила щекой. А еще был знакомый запах парфюма. Знаете, бывает такое – один-единственный раз почувствуешь аромат, влюбишься в него, а потом безрезультатно ищешь его на всех витринах. Иногда даже годами, уже и забыв, где и когда впервые уловила эти оттенки. Только потом понимая, что не сможешь найти именно то, потому что букет туалетной воды это еще не всё, для полной картины не хватает одной важной детали – носителя, на ком поймала полюбившийся аромат впервые. Именно его специфический запах тела, феромонов, какое-то внутреннее обаяние, делают формулу уникальной и неповторимой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.