Анна Гром
Алгоритм поиска идеального партнёра

========== Часть 1 ==========

Двадцать восемь дней спустя. Кажется, примерно так назывался один весьма известный фильм ужасов, и да, чёрт возьми, моя жизнь – это один сплошной, нескончаемый кошмар. Моё вынужденное воздержание никогда не растягивалось на такой огромный срок. Хотя винить мне некого – я сама, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, обрекла себя на такое испытание. Мне надоели одинаковые, как под копирку, «сценарии» (как по-умному выразился мой психоаналитик) и зализывать сердечные раны мне осточертело тоже. Именно мой психоаналитик посоветовал мне взять таймаут, «разобраться в себе» и понять, отчего мужчины в моей жизни не задерживаются дольше двух месяцев.

– Знаешь, Холз, я не то, чтобы жуть как замуж хочу, но мне дико надоел однотипный трах по звонку. Я это переросла. Хочется чего-то большего.

Мне нравится Саманта Джонс* и её деловой подход к отношениям и к сексу в частности, но я так не могу. С годами я начала чувствовать себя проституткой. Которой ни разу не заплатили.

– Вэнди, ты зажралась, – фыркнула приятельница, шумно втягивая в себя смузи, отвратительно зелёного цвета. – С тех пор, как у тебя выросли сиськи, мужики тебе прохода не дают. Вот ты и начала копаться, выбирать…

Холли Мэй, несмотря на то, что знала меня ещё со школьной скамьи, не понимала суть проблемы, мне оставалось только взвести очи к небу и залпом выпить стремительно остывающий эспрессо. Обеденный перерыв подходил к концу, мой вынужденный целибат заканчиваться не собирался.

– Ладно, я вижу, как ты страдаешь, поэтому предложу тебе кое-что, а ты не вздумай отказываться!

– Если это будут курсы анонимных нимфоманок, я, пожалуй, ничего не смогу тебе обещать…

– Да нет же!

Холли, свернув план инженерных сетей будущего торгового центра, над которым корпела две последние недели, подвинула ко мне ноутбук и щёлкнула на до боли знакомую, заюзанную до дыр иконку сайта знакомств.

– Поменять сценарий, говоришь? Так вот, сходи на свидание с тем, с кем в жизни бы не пошла.

– В смысле?

– Ну, другие интересы, типаж другой, не твой излюбленный…

– У меня что, какой-то излюбленный типаж есть?

– А то! Тупоголовые качки с ванильными мордашками или опасные и неуловимые говнюки на мотоциклах.

– Ну, спасибо. Как в дерьмо макнула, – притворно надулась я, но отрицать, что в этом есть разумное зерно, не стала.

Под это описание идеально подходят мой первый – капитан футбольной команды, и мой второй – старший брат моей сокурсницы. Наверное, это что-то вроде импринтинга, раньше я об этом не задумывалась, да и психоаналитик как-то вяло меня в эту сторону направлял, надеясь, что я дойду сама. Холли ткнула меня носом в очевидность, за что ей огромное спасибо. Если бы я рассказала ей сразу, сэкономила бы кругленькую сумму.

Я всерьёз задумалась о выходе из зоны комфорта. Ведь если хочешь что-то в жизни изменить, надо начинать с мелочей. А к чему я привыкла? Модельный бизнес, в который я попала ещё в школе, научил меня тщательно следить за внешностью, бизнес рекламный, в который я окунулась после, научил меня «торговать лицом» и выпячивать вперёд те качества, в которых в данный момент нуждался конкретный «потребитель». Итогом стала двадцативосьмилетняя кукла «медовый блонд» на шпильках, с идеальной, правда, не всегда искренней улыбкой, чуть-чуть подправленным пластикой носом, не признающая спортивного кроя, неряшливых пучков на голове и отсутствия хотя бы минимального макияжа. Один провал – и сделка не закроется, я не выполню годовой план, не получу премию и вообще буду уволена. А там привет шмотки из супермаркетов, прощай мой гуру каскадного окрашивания и люксовая косметика. А я без этого уже не могу. Замкнутый круг.

– Ладно, и что ты предлагаешь? – с унылым видом принимая комплимент в виде сложносочинённого десерта от мужчины с соседнего столика (тупоголового качка с ванильной мордашкой, конечно же), спрашиваю я.

– Загадывай число, – заговорщицким голосом произнесла Холли Мэй, играя бровями. – От ста до двух тысяч восемнадцати.

О, она полезла в конец списка, туда, где кучкой висели самые неподходящие по выбранным мною параметрам кандидаты. Захватывающий меня ожидает аттракцион.

– Три, четыре, три, – выбираю зеркальное, красивое число, и замираю в ожидании. Холли щёлкает мышкой и коварно улыбается. Эта её улыбка может с равной долей вероятности обозначать, как «ммм, как интересно», так и «боги, какой ужас».

– Ну! – я стучу ногтями по столу от нетерпения.

– Рост сто восемьдесят семь…

Вау, не коротышка, повезло.

– Знак Зодиака Телец, если тебя это, конечно, интересует…

Не интересует ни капельки.

– Двадцать семь лет…

Почти ровесник, отлично.

– Работает учителем математики…

Вот это что-то новенькое.

– Кстати, в нашей школе… И живёт, похоже, где-то совсем рядом с тобой.

Во мне просыпается охотничий азарт.

– Голубые глаза…

Отлично, мои любимые.

– Да покажи уже! – Я бью носком туфли ножку её стула. Завершение целибата маячило на горизонте и мне не хотелось терять ни единой лишней минуты. Фальшиво изобразив голосом фанфары, Холли развернула ноутбук ко мне.

У меня упало всё, что даже не могло стоять в виду физиологического отсутствия. На меня смотрело нечто, сфотографированное в полный рост. Нескладный, высоченный, сутулый, на нём была клетчатая рубашка а-ля техасский фермер и светлые, мешковатые брюки; одежда висела на нём, словно купленная на вырост. Лицо его было бесконечно далёким от опредения смазливого – вытянутое, худое, скуластое, за тонкими, плотно сжатыми губами угадывалась проблема с прикусом. Светлые брови терялись на бледно-розовом лице, волосы отливали рыжиной. А рыжих я терпеть не могу! Полная противоположность моим устоявшимся вкусам, просто десять из десяти. Холли листнула мышкой, и я увидела ещё одно фото – из водительских прав или школьного альбома. Это до невозможности выразительное в своей несуразности лицо венчали очки в роговой оправе.

– Ну, как? Поставлю ему сердечко?

Холли трясло от смеха, она надулась, став красной, как рак – ещё немного, и она взорвётся своим оглушительным хохотом, совершенно не подходящим для приличных заведений. Не знаю, что меня взбесило больше – Холли с её пригородной развязностью или этот несчастный, которому выпало стать предметом спора.

– Ну, нет! Я с этим чучелом даже за угол не выйду! – не то, что в места, где я привыкла проводить свидания. Да меня туда даже не пустят с таким кавалером! И кого он собрался зацепить таким профайлом? Слепую?!

Мои двадцать восемь дней удлиняются на неопределённый срок, но теперь это пугает меня куда меньше, чем перспектива «расширить кругозор» в подобной компании.

– Зачем куда-то ходить, пригласи сразу к себе, – Холли не унималась, и я подозвала официанта, чтобы попросить у него счёт. Холли пусть платит за себя сама, тупая задница. Пылая праведным гневом, я вложила ему в планшет карточку вместе с двадцаткой чаевых, отчётливо и мстительно заявив «Пополам».

– Ну, Вэ-э-энди!

Холли утёрла слёзы и взглянула на меня взглядом нашкодившего щенка. Совершенно не жалеющего о своей проделке. Нет, я уже не злилась – психую я ярко, но отхожу быстро, однако я привыкла держать слово, но в этот раз я решительно готова была своим принципам изменить, и пусть меня потом будет мучить гордость.

– Ну, а как же твои однотипные сценарии? Это же такой шанс! И вообще, ты обещала, а теперь назад сдаёшь! – Холли всплеснула руками и нахмурилась. Теперь пришёл её черёд злиться, ну и пусть.

– Я сказала, нет.

– Его зовут Роберт.

– Дурацкое имя.

– Чем имя-то не угодило?!

Поднявшись со стула, я взяла сумочку и, ответив милой улыбкой и взглядом «прости, ничего у нас не выйдет» внезапно оказавшемуся очень милым (всё познаётся в сравнении) дарителю десертов с соседнего столика, отправилась к выходу.

– Требования, смотри: «Ищу добрую, понимающую девушку. Внешность значения не имеет». И тут ты такая со своим личиком, та-да-ам! Да у него инфаркт случится!

– Отстань.

– Стараешься тут для неё, стараешься… – шутливо-обиженно пробурчала Холли, засеменив следом за мной.

О том, что сердечко она всё-таки поставила, я узнала сегодня вечером, когда мне в личные сообщения профиля пришёл изумлённый смайлик.

Комментарий к Часть 1

* героиня сериала «Секс в большом городе»

========== Часть 2 ==========

Изумлённый смайлик пришёл мне, когда я присела в любимое кресло с чашечкой имбирного чая, чтобы полистать блоги, позалипать в соцсетях и вообще всячески разгрузить мозг после экстренно созванной вечерней летучки. Я слышала, что где-то есть профессиональные специалисты по составлению фраз при помощи одних только эмодзи, но я, к сожалению, такой наукой не владею. Прежде чем с чистой совестью отправить бедолагу в чёрный список, я заметила, что он не поленился просмотреть и поставить звёздочки на всех моих восьмидесяти четырёх фотографиях. Даже на тех, где мой точёный голливудский нос был несколько толще. Надо бы удалить, кстати.

Ладно, так и быть, будем считать, что я польщена. Отправляю в ответ вопросительный смайлик, мол, чему ж ты так удивился, дружочек?

«Привет».

Он владеет разговорной речью, превосходно.

«Это, наверное, ошибка?».

Интересный поворот.

«В смысле, ты, наверное, не туда нажала?».

Следом летит смущённая улыбочка.

А самооценка у парня довольно адекватная. Прыскаю в кулак и следом набираю ответное сообщение, решив доиграть партию до конца.

«Вовсе нет. Почему ты так решил?».

Хлопающий глазками смайлик.

«Роберт набирает сообщение…».

«Набирает сообщение… ».

«Набирает сообщение…».

У него обморок? Он уснул лицом в клавиатуру? Или, права была Холли, у человека инфаркт, а я тут…

«Просто ты очень красивая… Для меня».

Нет, ну это даже мило.

«Я, наверное, ничего нового не сказал тебе, прости». Смущённо опущенные глаза.

«Ничего нового, ты прав, но спасибо». Удивления я конечно же, разыгрывать не собираюсь.

Шлю приветливую улыбку в ответ. Пока в чате висит неловкая тишина, пытаюсь вспомнить хотя бы одного мужчину, который сходу не начал бы рассыпается в комплиментах относительно моей внешности. Нет, я действительно приложила максимум усилий, для того, чтобы выглядеть на все сто, да и гены не подвели, но, к сожалению, это не спасло меня от одиноких вечеров и холодной постели. Мне хотелось бы греться в тёплых объятиях, а не с помощью имбирного чая и заниматься по вечерам чем-то гораздо более интересным, чем серфингом по соцсетям и болтовнёй со всякими чудиками. Кстати, чудик, похоже, снова упал в обморок.

«Как мне тебя называть? Роберт или, может, Роб?».

«Роб. Три буквы набрать быстрее, чем шесть». Улыбочка.

Какая забота, надо же!

Меня ожидаемо начало клонить в сон. Пора заканчивать мой маленький фарс и отправляться спать. Крепче кутаюсь в велюровый халат, в очередной раз задумываюсь над покупкой обогревателя. Ну, или кота, раз уж завести в доме мужчину мне не судьба.

«Удиви меня, Роб».

Определённо выбила почву у него из-под ног. Ну, а кто сказал ему, что будет легко? Выдерживаю паузу, ожидая какой угодно реакции: от лекции по теории вероятностей до фоток в неглиже на фоне полосатого пододеяльника.

«Почему я должна пойти с тобой на свидание?»

Ладно, проявлю снисхождение, направлю мысль в нужное русло. В ответ тишина. Ничего удивительного. У меня нет ни единой причины на это и, судя по его весьма скромным запросам (да, я от скуки просмотрела-таки страничку), он это прекрасно понимает. Пустая трата времени. Сценарии сценариями, но этот персонаж не вызывает у меня ни единой капли симпатии.

«Ты мне ничего не должна».

Приходит в ответ, и я хмурюсь, и теперь мой черёд зависать над клавиатурой. Вроде бы всё отлично, мы друг друга поняли, без обид и так далее, но в то же время меня одолевает странное чувство, что меня только что очень тонко продинамили. Я готовилась искренне поржать над неумелой самопрезентацией, или попытками надавить на жалость, или откровенными упрашиваниями, но нет, моим чаяниям не суждено было сбыться. Математик один из моих устоявшихся сценариев пошатнул.

«Завтра я буду в «Блэнк Слэйт» в час дня. Рискни». Заговорщический смайлик.

Нажав энтер, я поняла, что сделала необъяснимую глупость. А с другой стороны, я была уверена, он струсит. И победа будет на моей стороне.

«Я пригласила его на свидание. Сама».

«Ахаха, вот это тебя недотрах одолел».

Он не пришёл, и я выдохнула с облегчением. Все сорок минут, что я потратила на ожидание заказа и умеренно-быстрое поглощение фитнес-пасты с морепродуктами, а также переписку в чате с Холли, я нервно озиралась по сторонам, втянув голову в плечи. Ну, вот кто, скажите, тянул меня за язык? И почему я не написала что-то вроде, прости, у меня собака пробежалась по клавиатуре/случился эпилептический припадок/я залила ноутбук текилой, и последнюю написанную фразу можно считать недействительной. Я даже не стала ждать ответа. Уведомление с сайта пришло мне ещё утром, но я его не открыла. Сейчас же, в ожидании кофе на вынос, я всё-таки ткнула в картинку приложения.

«Я надеюсь, что ты не разыгрываешь меня». Грустный смайлик.

Сообщение пришло ещё вчера, спустя пятнадцать минут после того, как я закрыла ноутбук. Отвечать я не стала, хотя меня кольнуло какое-то неприятное чувство, отдалённо напоминающее совесть. Свернув приложение, я открыла чат с Холли. Надо отбить её подачу. Люблю смеяться последней.

«Нет уж, спасибо. Если я лягу под это, то буду трястись от хохота, а не от оргазма».

«Я надеюсь, ты надела очки и бейсболку, иначе тебя больше не пустят в «Блэнк Слэйт», и мне придётся обедать в компании смазливых качков». Ржущий смайлик.

Отправляю ей фак, беру кофе и выхожу на улицу.

– Вэнди?

Меня окликают на улице, у выхода из кофейни. Я озираюсь по сторонам, осматриваю прохожих: бегущий красавчик в «Найк», широкоплечий клерк в идеальном темно-синем костюме, парень с дредами и в огромных наушниках – мой взгляд отчаянно искал что-то яркое, привычное, соответствующее моим устоявшимся вкусам и сценариям, чёрт бы их побрал, и упорно не желал цепляться за безликое, высокое, как жердь, тощее нечто в очках.

Так. Так-так. Всё оказалось хуже, чем я думала. Я начала придирчивое оценивание по направлению снизу вверх. Взглянув на его коричневые, старомодные ботинки, я поняла, что дальше не двинусь, это выше моих сил.

– Привет, – я широко и лживо улыбнулась, старательно глядя куда-то в сторону и вверх, на тающие в дымке высотки. Нет, никто не показывал на него пальцем – в каком-нибудь спальном районе он вполне мог бы затеряться в толпе, но здесь, в деловом квартале, он выделялся, словно огромный шлепок птичьего дерьма на идеально чистом лобовом стекле «Роллс Ройса».

– Прости я… не знаю…, – он нелепо качнулся в сторону двери, на которой всё ещё позвякивал колокольчик. – Не хотел тебя беспокоить.

И правильно сделал. Иначе это было бы не беспокойство. Это был бы фурор.

– Всё ещё думаешь, что это розыгрыш?

А я ведь так ждала, так ждала!

– До последнего думал, что да.

– Почему ты так в себе не уверен?

– Мне не очень везёт с девушками.

Интересно, почему? Я выхватила взглядом его движение – он сунул руки в оттянутые карманы светлой, будто вылинявшей куртки, широкой ему в плечах. Если в этом мешке он пытался скрыть свою костлявость, то это такой себе способ. Прежде чем легонько вытолкать его с запруженного людьми тротуара на более спокойный пятачок асфальта, я успела заметить, что ладони у него длинные, и пальцы тоже, и ногти вроде аккуратные и даже не обгрызанные до мяса, как я, собственно, ожидала. А ещё у него три родинки на шее. И если обрисовать их ручкой, получится треугольник. Равнобедренный, вроде бы. Я представила, как томным голосом прошу его вычислить у этого треугольника периметр и площадь. Как прекратить ржать?

– Я сказал что-то смешное? – он смущённо улыбнулся где-то там, над моей головой.

– Анекдот вспомнила, – отмахнулась я. – Ты же учитель, да? Помню, был у нас один юный и прекрасный биолог, так мы ему целую корзину любовных записок вывалили на стол на День всех влюблённых. У тебя такое бывает?

Кажется, я издеваюсь.

– Я не интересуюсь несовершеннолетними, – с добродушно-смущенным смешком ответил он.

Полагаю, они тобой тоже.

– Ладно, у нас осталось примерно двести ярдов до моего офиса и примерно пятнадцать минут до окончания нашего…кхм, – язык не поворачивается назвать. – Свидания. О чём поболтаем?

На самом деле мне хотелось совершить забег на шпильках и сократить это расстояние как можно скорее, потому что градус неловкости взлетел до небес. Причём мне было столь же неловко, как и ему – я вдруг поняла, что уже давно вышла из того возраста, когда потешаться над неудачниками казалось забавным.

– Какой самый необычный комплимент ты слышала в свой адрес? – выдал он, и я, честно покопавшись в воспоминаниях, выдала в ответ:

– Один мексиканец назвал меня острой, как сальса и будоражащей, как гуарана.

Правда потом я ему сказала, чтобы он закатал свой буррито и оставил меня в покое, но это частности.

– Какие твои любимые цветы?

Похоже на подборку вопросов для первого свидания, которую бедолаги-копирайтеры затёрли до дыр. Боже, я сейчас фейспалмом пробью себе лоб.

– Это блиц-опрос? – я сделала кислую мину, моя фирменная улыбка «Завершение сделки» против воли сползла с моего лица. Спас телефонный звонок. Мэгги сообщила мне, что наш Страх и Ужас только что отбыл в командировку, и это значит, что с работы можно свалить пораньше. Но Роберту этого, конечно же, знать не обязательно.

– Ох, прости, меня срочно вызывают. Я побежала, пока-пока.

Мои шпильки пружинят от асфальта так, что я едва не спотыкаюсь. Вовремя пойманная за локоть присным Робертом, я пробурчала благодарности и посмотрела в сторону глянцевого небоскрёба «Маршалл корп», как на неприступную крепость, осада которой становилась затяжной.

– Вэнди.

Да боже ж ты мой!

– Это провал, да?

Встаю, как вкопанная, глубоко вздыхаю, мои плечи сутулятся под тяжестью необходимости твёрдо и доходчиво объяснить человеку, что нам не светит даже совместный поход до прачечной. В конце концов, не в первый же раз я говорю такое, отчего же внутри снова зашевелилось это гадкое чувство? Я развернулась и всё-таки решилась посмотреть ему в глаза. Спрятанные за стёклами очков, они были добрыми, искренними, доверчиво-наивными, а взгляд был каким-то понимающим, что ли, будто бы он другого исхода и не ожидал. И мне стало стыдно. В конце концов, в том, что две скучающие дамочки решили повеселиться, его вины нет.

– Увы, – я соглашаюсь, он улыбается и, отведя взгляд первым, делает шаг в сторону станции метро.

И когда же я успела стать такой циничной сукой?

– Роб!

Заткнись, боже, Вэнди, заткнись немедленно!

– Завтра в восемь. Я буду свободна. Тебе удобно?

Меня зовут Вэнди Бонэ, прошу спасите, в меня вселился Чужой, я себя не контролирую.

– У меня репетиторство завтра… Но я могу перенести.

– Отлично.

Не в силах выносить этот щенячий взгляд, я, наконец, припускаю к офису, будто меня действительно ждут там срочные дела.

Жалость – плохое чувство, очень плохое. Я надеюсь, здравый смысл убережёт меня от глупостей. Хотя куда уж хуже…

========== Часть 3 ==========

А завтра была пятница.

Отсутствие нашего Великого и Ужасного благоволило убежать с работы пораньше и завалиться в ближайший бар. Сегодня была выбрана «Железная лошадь», и мы: я, Мэгги – ближайшая к телу помощница мистера Маршалла, и Нэнси, которую недавно повысили до финдиректора, нестройной толпой вывалились из прозрачных, как слеза, карусельных дверей «Маршалл корп».

– Чёрт, я когда-нибудь тут застряну. Ненавижу эти двери, за всё время, что я здесь, у меня выработалась фобия. А когда эти двери сочетаются с решетчатым полом, где я каждый раз рискую оставить каблук, то это вообще ужас-ужас.

– Меня доканает эта отчётность, – присоединяется к моему старческому ворчанию Нэнси.

Нэнси влетела на свою должность стремительно (после того как нашу Дану Пристли поймали на мошенничестве), проработала пока всего ничего, но уже успела изрядно обалдеть от безумного количества работы и ответственности.

– Тебя спасёт бутылка виски, – Мэгги предложила универсальный рецепт, и Нэнси показала ей большой палец, устало откинувшись на сиденье.

Холли уже заняла нам столик:

– Вы знаете, сегодня тут день девочек! Коктейли бесплатно и танцевальная музыка нулевых весь вечер!

Удачно мы зашли. Слушая «Пуссикет Доллс» и задорный вокал Ферги, я вспоминала свои сумасшедшие школьные годы, а моя задница сама по себе дёргалась в такт мелодии, прямо как в тех незабвенных клипах. Нагружаю желудок лёгким салатом, чтобы моя ностальгия не вытолкала меня дёргать задницей на барную стойку – всё-таки мне уже не пятнадцать, не хочу, чтобы наутро у меня отвалилась поясница.

– Вы знаете, девочки, мы – «Секс в большом городе»! Натурально! – изрекла весёлая в стельку Холли. – Только у нас нет Шарлотты!

– Чем Мэгги не Шарлотта? – повела бровью я.

– Не-е-ет, она такая летящая, прям как Кэрри!

– Ой, не надо Кэрри! – запротестовала Мэг. – Их история с мужчиной мечты мне категорически не нравится!

Мне тоже. Трусливый засранец он. Я таких вблизи повидала, спасибо, больше не надо. Лучше уж Эйдан. И белочек я не боюсь.

– Эй, а Вэнди кто?

Нэнси, ясное дело, Миранда, Холли совсем не прочь раз-два в неделю поиграть в Саманту. А я? Действительно, кто я? Девчонки начали оживлённо спорить: Мэгги предложила назначить в нашу компанию двух Самант, Нэнси обозначила меня, как гибрид Миранды и Кэрри (если такое вообще возможно), Холли сказала, что я не поддаюсь классификации, и о таких, как я, пора снимать отдельный сериал. Я опрокинула в себя очередную порцию мартини, упиваясь собственной исключительностью.

Ох, уж эти философские беседы подшофе! Только что я была пьяна и счастлива и мне хотелось любить всё и всех. А потом на смену безбашенному веселью пришла хмельная грусть. Мэгги поедет в апартаменты мистера Маршалла смиренно дожидаться его из командировки, Нэнси заберёт её Лео – наш начальник службы безопасности – по первому звонку, Холли поедет домой с очаровательным официантом, и её совершенно не волновало, что их любовь закончится на следующее же утро. Меня же никто не ждал. Кроме… Чёрт! Я задрала рукав, взглянула на часы. Перевалило за девять. Вчера мы договорились только о времени, но не о месте. Мне что, опять тащить на себе всю инициативу? Оно мне надо?! Или он опять мне не поверил?

«Вэнди, привет».

Было написано около семи вечера. Я, конечно же, не увидела сообщение, потому что в это время уже вовсю трясла задницей.

«Приезжай, тут весело».

Недолго думая, я набрала адрес «Железной лошади».

Похоже, меня одолело стадное чувство. Статус «В отношениях с собой» начал меня тяготить, да и как иначе, когда вокруг меня одни парочки? Природное упрямство не позволяло мне поступить, как Холли, и спастись от одиночества в объятиях какого-нибудь неуловимого и опасного или смазливого и накачанного, но и бедолага-математик никаким боком в мою жизнь не вписывался. Так какого чёрта я до сих пор его тереблю? Забыть, как страшный сон! Мне грустно. Хочу ещё выпить.

«Я не вижу тебя, Вэнди. Ты где?».

Приходит мне, когда я уже было собралась, наконец, отправить его контакт в чёрный список. Ладно, лажать так с помпой и под фанфары. Я пьяна.

«Возле барной стойки, слева. Машу тебе рукой».

Задумчивый смайлик в ответ.

«Хмм».

«А ты уверена, что Мемориал 9/11 весёлое место? Не вижу тут барной стойки».

– Твою мать!

Подскакиваю со стула, перечитываю своё сообщение. Я указала не ту улицу. Не знаю, что потом стукнуло мне в голову – я попросила бармена вызвать мне такси, наскоро пересказала ситуацию Холли, едва справляясь с заплетающимся языком, и помчалась сквозь толпу к выходу. Надо спасать человека. Заблудится ещё в темноте, мало ли, вдруг он без очков?

– Вэнди, он же не маленький. У тебя синдром мамочки, Вэнди! Это инстинкт размножения. Не дай гормонам сбить тебя с толку! – прокричала мне Холли с крылечка.

Я села в такси и высунула из окна средний палец.

Я нашла его быстро. Роберт, ссутулившись и насилуя телефон, ходил возле запертых ворот туда-сюда. Голубоватое стекло экрана дважды отражалось в линзах его очков. Обнять и плакать.

– Как ты относишься к «Пуссикет Доллс»?!

В голове ещё гремели аккорды «Баттонс». Я прямо-таки изучала бодрость и позитив, вывалившись из тёплого такси в промозглую ночную холодину. На мне был офисный костюм, туфли и лёгкое вязаное пальто. Я не готовилась к долгим прогулкам – кончик носа щипало, а у открытых щиколоток кружился холодный ветер, однако алкоголь все ещё грел меня изнутри. На приветствие я  не стала тратить время – здоровались в чате.

– Я плохо разбираюсь в поп-музыке.

Уже давно стемнело. Два пронзительно синих луча, взрезавших теперь небо вместо башен-близнецов не способствовали непринуждённой болтовне, а уж тем более, веселью. Я пошла от ворот подальше. Роберт двинулся следом за мной. У меня в голове родилась стойкая ассоциация со щенком на поводке.

– А в какой разбираешься?

– Сложно сказать, я небольшой ценитель. Неоклассика, наверное. Современные азиатские композиторы особенно хороши.

Как скучно.

– Извини, я… забыла, – поворачиваюсь к нему, корчу виноватое лицо, хлопаю ресницами.

– Ничего. Странно, что ты вообще пришла.

Действительно, странно. Да мало ли что взбредёт в голову пьяной женщине?

– Я видел тебя раньше. Ты приходила на встречу выпускников. Два раза.

Ух ты, как интересно. Значит, мистер учитель заприметил меня куда раньше, чем я его (точнее, слепой случай и удачный тык пальца Холли). Хотя, по-другому и быть не могло – оба раза я (назло врагам и бывшим) выглядела сногсшибательно: атласное красное платье в первом явлении и шикарное леопардовое пальто в явлении втором никого бы не оставили равнодушными. Доказав всем всё, что можно было доказать, я на встречи ходить перестала.

– Да? А может мы и учились вместе? И я тебя не помню.

Я взглянула на него. Бедолага, явно не зная, куда деть руки, постоянно держал их в карманах. Нервничал, но держался неплохо. Я не могла толком посмотреть ему в глаза – они были спрятаны за очками, в них отражались блики от машин и вывесок. А мне отчего-то так хотелось взглянуть в его зеркало души.

– Нет, я переехал в Нью-Йорк, когда поступал в университет.

Даже не колледж, интересно.

– М-м-м. Баффало? – я ткнула пальцем в небо.

– Нью-йоркский университет, институт математических наук.

Ну ничего себе!

– Почему ты работаешь в школе?!

– Набираюсь опыта. Хочу посвятить себя научной деятельности. Я сейчас пишу диссертацию…

– Не продолжай, – жестом руки я велела ему остановиться.

Кажется, у меня в голове что-то щёлкнуло и сложилось цельной картиной. Вот почему я так долго медлила с отправкой его в чёрный список! Вот почему у меня никак не поднимался палец над клавиатурой, чтобы послать его к чёрту! Я должна сделать что-то полезное для человечества! Это будет моя миссия, мой акт доброй воли, моя благотворительная кампания! Слава мартини бьянко, а то бы я никогда сама до этого не дошла!

– Всё ясно. Ты умный. Ты классный, Роб. Но, чёрт возьми, твой профайл, это нечто. Ты выглядишь там как ко-о-онченый, просто безнадёжный неудачник! – я прямо-таки присела чтобы подчеркнуть важность своих слов, даже не подумав о том, что говорю в общем-то, не совсем приятные вещи. Но, в конце концов, я же честна! – Да я тебя на айфон в темноте, с трясущимися руками нафоткаю в сто раз лучше! – я завертела головой в поисках подходящей локации. – Встань-ка сюда.

Беру его за рукав и ставлю напротив светящийся вывески. Критично осматриваю получившуюся композицию, хмыкаю. Делаю шаг и, осторожно взяв очки за дужку у переносицы снимаю их. Жест довольно интимный, мой бледный кавалер покраснел и отвел глаза. Такие же добрые и наивно-доверчивые, как и вчера.

– Так. Ты когда нибудь носил линзы?

– Нет, мне кажется, это неудобно.

– Неудобными были стеклянные. Современные ты даже не почувствуешь. Поверь личному опыту.

– У тебя проблемы со зрением? – он выглядел так, словно нащупал между нами что-то общее. Как смешно и мило наблюдать за этим со стороны. Зная, что это далеко не так.

– Да, было такое. Потом я сделала операцию и проблемы закончились. Кстати, тоже способ.

– Да я как-то уже сросся с ними… – он, покрутив очки в руках, смущённо улыбнулся и пожал плечами.

– Отрывай! Отрывай от себя с кровью и мясом. Поверь тётушке Вэнди, так будет лучше.

Я подошла ещё ближе и взъерошила ему волосы. От него вкусно пахло. Древесные нотки и цитрус. Весьма неплохой выбор.

– Вот так и стой.

Смотрю в объектив, синие и красные неоновые всполохи подсвечивают черты его лица. Очень интересные: высокие скулы, губы интересной формы, мужественный подбородок. Лицо необычное, но не лишённое обаяния. Примерно прикидываю что можно со всем этим сделать. Подстричь, переодеть и отправить в зал наращивать массу. Я подумала о винирах, но это уже высший пилотаж. Я ж его не на подиум готовлю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.