Русский шпион
Операция «Брюссель»
Роберто Борзеллино

© Роберто Борзеллино, 2022

ISBN 978-5-0056-8947-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА ПЕРВАЯ

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

1

– Шайбу! Шайбу! – кричал Алексей, когда на заднем плане раздался скрип коньков по льду. Сильный взмах клюшкой, и Чёрный диск быстро достигла цели. – Молодцы! Продолжайте в том же духе, быстрее и удары сильнее – вот ваша задача на сегодня!

– Алексей, можно притормозить, мы выдохлись… – спросил Никита.

Он был весь мокрый от пота под своей экипировкой хоккейного вратаря. Издалека он был похож на марсианина: маска закрывала его лицо, а перчатки были слишком велики, чтобы удерживать клюшку. Он должен был защищать ворота от постоянных атак своих товарищей по команде, но его мысли витали где-то вдалеке, он отвлекся на группу красивых девушек, которые наблюдали у края катка.

– Ребята, все в центр, есть разговор, – крикнул Алексей так, чтобы его услышали все члены команды. Все одновременно начали быстро скользить на коньках и образовали круг вокруг своего капитана.

– Объясняю всем, у нас осталось всего несколько недель до Межведомственного хоккейного турнира, и, насколько я могу судить, мы еще не готовы. Если мои методы тренировок вам не подходят, жалуйтесь генералу Говорову. Но не трудно догадаться чем это все закончится… так что, продолжаем тренироваться без разговоров и нытья. Ты… Никита… подойдёшь ко мне по окончании тренировки.

– Так точно! товарищ майор, – ответил Никита, встав по стойке смирно и жестом руки отдал честь.

Даже под маской была видна его улыбка и легкая ирония, с которой он произнес эту фразу. С Алексеем их связывала давняя дружба, и его не заботила необходимость отчитываться перед своим начальником. Никита часто злоупотреблял своим привилегированным положением. Он почти всегда опаздывал на тренировки, первым жаловался на усталость и оказывался в душе. Алексей всячески опекал его, взяв над ним шефство с момента приема в Академию. Никита был самым младшим в команде, он обладал исключительным характером, всегда был в хорошем настроении и на любой случай в жизни у него была подготовлена остроумная шутка. Кроме всего прочего, он был еще и отличным вратарем, и Алексей всегда стимулировал его на оттачивание мастерства вратаря. Он верил в него. Алексей говорил всем, что если Никита действительно приложит усилия, то с его природными данными он сможет стать лучшим вратарем Академии за последние десять лет.

– Хорошо, все в душ, – сказал генерал Говоров, довольный самоотдачей, проявленной на тренировке его ребятами.

Все это время он наблюдал за ними с трибуны Ледового дворца в Санкт- Петербурге.

– На всё тридцать минут, – продолжал генерал властным тоном. – Автобус уже ждет нас на парковке, и я не потерплю никаких опозданий.

Направляясь к выходу из Ледовой арены, он взял Никиту за локоть:

– «На сегодня шуток хватит, а то даже твой наставник не сможет спасти тебя от показательной порки», – после сказанного он с улыбкой заговорщика взглянул на майора Алексея Робертовича Маринетто.

Фамилия Алексея выдавала его очевидное итальянское происхождение. Ему было уже 25 лет, с детства он решил, что будет военным и сначала окончил кадетское училище в Екатеринбурге, а затем продолжил образование в известной на всю Россию Военной Академии на южном Урале в городе Оренбурге, что примерно в 1200 километрах от Москвы. Это была очень престижная академия, в которую принимали только сыновей и внуков российской номенклатуры. Алексей мог претендовать на это право, поскольку его дед был генералом в отставке. Во времена Советского Союза дед Алексея был заслуженным разведчиком КГБ – российской секретной службы.

Алексей с удивительной быстротой поднялся по служебной лестнице до престижного звания майора, и с гордостью демонстрировал свои достижения близким и друзьям. В течение последних нескольких лет Алексей был постоянным сотрудником Санкт-Петербургской Военной Академии, где он также был капитаном хоккейной команды и помощником тренера по хоккею. Его начальник и наставник, генерал Александр Николаевич Говоров, был членом «команды непобедимых» – команды, которая в течение многих лет выигрывала чемпионаты по хоккею в СССР. Только одно событие омрачило его невероятную карьеру хоккеиста, после которого Он так и не смог оправиться что и ознаменовало его окончательный уход из этого спорта. Ему до сих пор больно вспоминать те XIII зимние Олимпийские игры в Лейк-Плэсиде (США), где его команда проиграла в полуфинале сборной США, в то время сформированной только из студентов вузов и любителей. Это было невероятное поражение для «команды непобедимых». В итоге им все же удалось завоевать серебряную медаль, но долгие годы о «чуде на льду» в США только и говорили, сняв на эту тему множество голливудских фильмов.

2

Автобус с работающим двигателем стоял на обочине в ожидании прибытия курсантов. Все были пунктуальны и сидели смиренно под суровыми взглядами майора Алексея и генерала Говорова.

Последним прибыл Никита, который, как обычно, получил нагоняй от своего командира. Снаружи воздух был все еще влажным от дождя, и все смотрели в окна на приближающийся закат.

Это было невероятное зрелище. Оранжевая сфера вот-вот должна была опуститься за горизонт, скрываясь за исполинскими многоэтажками. Голкоров занял место рядом с помощником тренера и после нескольких слов о моральном состоянии команды и уровне спортивной подготовки вдруг стал серьезным и сменил тон разговора.

– Алексей… завтра утром в 9.00 ты должен явиться к главнокомандующему, генералу Щербакову, по срочному разговору, касающемуся тебя. Мне приказано передать это сообщение лично во избежание бюрократических проволочек.

Майор на мгновение задумался, а затем попытался обратиться с просьбой:

– Генерал, – сказал он робко, – могу я задать вам личный вопрос?

– Конечно, – ответил Говоров, – спрашивай.

– В детстве мой дед говорил, что когда получаешь подобные сообщения, довольно необычные, то нужно опасаться за свою карьеру или, что еще хуже, за свою жизнь.

Генерал разразился раскатистым смехом, который смутил Алексея:

– Майор, вы можете сказать своему дедушке, что методы КГБ давно не используются. Не волнуйтесь, в крайнем случае вас переведут на другую должность, может быть, даже в Москву, – ответил он спокойным и улыбчивым тоном. Генерал знал гораздо больше, чем говорил, но Алексей не хотел настаивать, со своим любопытством он проявил уже достаточно наглости. В конце концов, ему оставалось подождать всего несколько часов, чтобы узнать подробности этого странного разговора, совсем не похожего на обычные приказы.

Всю дорогу до Академии его не покидало чувство волнения, хотя он и пытался скрыть свои чувства, сохраняя обычное поведение. Алексей не хотел вызывать подозрения своих сослуживцев и хотел избежать вопросов с их стороны. Кроме того, он был не из тех, кто легко доверяет, даже самым близким и надежным друзьям. Во время ужина в офицерской столовой Никита, как обычно, не скупился на шутки.

После кто-то принес в казарму гитару, и все участники команды стали уговаривать Алексея сыграть итальянскую мелодию, одну из тех, которой его научила мама, когда он был маленьким. «Соно итальано», «Соно итальано» – кричали они во весь голос, и майор, чтобы успокоить разгоряченных сослуживцев, взял в руки гитару и начал наигрывать мелодию, которую все так ждали. После слов генерала Говорова, Алексей был не в настроении, но он хотел, чтобы вечер закончился как ни в чем не бывало.

В конце этого импровизированного «представления» он встал и решительными шагами направился в свою служебную квартиру. Пока его мысли блуждал в поисках логического объяснения происходящего, в памяти всплыли слова его деда Андрея: «не доверяй военным… никогда не доверяй своим коллегам… не доверяй всему и всем… всегда оставляй себе пути отступления и держи в голове запасной план, каким бы трудным и опасным он ни был».

С силой захлопнув входную дверь Алексей прошел в комнату, а также закрыл за собой дверь и, не снимая мундира, сел на середину кровати. Он чувствовал себя по настоящему уставшим, как будто потерял всю энергию физическую и ментальную.

Он осторожно достал из бумажника несколько старых выцветших фотографий: на первой был запечатлен его дед, демонстрирующий все свои воинские награды, полученные за долгие годы безупречной службы в КГБ. Он уже давно был на пенсии и жил в красивом доме недалеко от центра в Москве. К сожалению, вот уже несколько лет он был вдовцом. Его любимая жена Ольга умерла преждевременно, от неизлечимой болезни, которая настигла ее внезапно. Для генерала Андрея Владимировича Халикова это была самое сложное и болезненное задание, после которой он остался побежденным.

Ему пришлось смириться с неизбежностью этой потери, и он сожалел, что не смог сдержать свое «обещание». Он поклялся Ольге, что, как только выйдет на пенсию, они вместе отправятся в путешествие и объедут весь мир. Он повезет ее в далекие и красивые места, они посетят Мадрид, Лондон, Рим. В компании жены он хотел спокойно наслаждаться выставками, музеями и парками. Может быть, он сводил бы ее в Ла Скала в Милане или в Лувр в Париже.

Это были места, где Андрей успешно выполнял свои самые важные миссии. Он был блестящим русским шпионом, возможно, самым известным в КГБ. Многие до сих пор восхищаются им, несмотря на то, что он уже давно вышел на пенсию. Даже в Службе Внешней Разведки (СВР) – новой российской секретной службе, многие считали его живой легендой.

В период холодной войны он преодолел тысячу опасностей и трудностей. Однажды он был тяжело ранен, но ни разу не попадал в плен и всегда прекрасно справлялся с заданием. Это был самый захватывающий и полный приключений период в его жизни, но внезапная смерть жены отняла у него всю тягу к жизни. Тяжелейший удар, который сломал его изнутри, и с тех пор он замкнулся и был погружен в воспоминания.

Алексей, глядя на фотографию, чувствовал, что и у его деда – насквозь военного – внутри – тоже есть душа. Ему стало жалко старика, которого он так долго не видел, и возникло искушение позвонить ему, чтобы спросить совета. Но он быстро отбросил эту идею. В голове все еще звучали слова матери, которая запретила ему приезжать в Москву на похороны бабушки Ольги, любимой жены его деда.

Ему пришлось подчиниться, против собственного мнения.

Он был вынужден выполнить ее требование, зная, что мать никогда не простит ему неподчинения. Странно, но никто не хотел объяснять Алексею причины этого непонятного требования, он чувствовал, что все в семье хранили тайну. Видимо, между отцом и дочерью произошло что-то действительно ужасное, настолько серьезное, что «заставило семью» остаться жить в Санкт Петербурге.

Алексей часто пытался затронуть в разговоре с матерью эту тему, но всегда получал резкий и четкий отказ. Однажды он попытался смягчить ее, сказав: «Бабушка Оля – твоя мать, твоя родная плоть и кровь, как ты можешь совершать такие неблаговидные поступки. Это на тебя не похоже. Ты всегда была за справедливость, всегда готова помогать каждому, кто приходит к тебе за помощью. Я не понимаю… почему ты не говоришь мне правду? К чему эта скрытность?»

Мария всегда была непреклонна, а в последний раз, когда они обсуждали эту тему, она жестко сказала ему: «Алексей, мы можем открыто говорить обо всем, о чем ты хочешь, но две темы в этом доме под запретом – это твой дед Андрей и твой отец Роберто. На этом тема закрыта, и я никогда не хочу к ней возвращаться».

3

Алексей аккуратно убрал китель в шкаф, стараясь не помять его, потому что на следующий день он должен был выглядеть безупречно перед главнокомандующим Академии. Затем он надел пижаму и лег на кровать. Он положил руки за голову и стал смотреть в потолок, пытаясь в памяти вернуться в детство. Как всегда, он хотел вспомнить лицо отца или, по крайней мере, снова услышать его голос. Но… ничего.

Несмотря на все усилия памяти, казалось, абсолютная темнота поглотила время, когда его родители еще жили вместе. Все двадцать пять лет он всегда скучал по отцу. Он всеми силами души желал познакомиться с этим человеком, чтобы хоть раз поговорить с ним. Он хотел спросить, почему тот бросил его и не интересовался им, не навещал его все эти годы.

Со временем тайна побега отца стала тяжелым бременем, угнетавшим его сердце и душу. Мать всегда делала все возможное для своего единственного сына, которому она никогда ни в чем не отказывала, окружала его любовью и заботой. Но, несмотря на все ее усилия, Алексею всегда не хватало отцовского присутствия, и он переживал, что вырос в неполной семье.

Более того, Мария после ухода мужа не вышла замуж повторно, и только недавно Алексей узнал, что его мать так и не развелась с его отцом. В петербургском ЗАГСе они по-прежнему официально состояли в браке. Он догадывался, что должно было произойти что-то ужасное. Что произошло в его семье он не знал, но понимал, что что-то определенно не сходится.

Прежде всего, он задался вопросом, почему его мать все эти годы провела в одиночестве, всегда храня верность мужу, как будто ждала его возвращения и как будто это могло произойти в любой момент.

Он пытался провести расследование, чтобы выяснить правду, но пока не нашел почти ничего, если не сказать больше – он уперся в глухую стену. Однажды он приехал навестить мать в ее доме и обнаружил, что ее нет дома. Воспользовавшись отсутствием Марии, он стал искать везде: в ящиках, в шкафах, в ванной объяснения такого поведения матери. Все было бесполезно, ничего не нашлось, даже письма или фотографии, которые могли бы оправдать предательство отца и конец их любви. Внезапный уход этого человека и его поспешное возвращение в Италию так и остались неразгаданной тайной.

Но Алексей не сдавался. Он был уверен, что однажды найдет нужные нити и распутает сложный клубок, который продолжал окутывать его жизнь и жизнь его семьи.

С этой мыслью он заснул.

4

– Доброе утро, товарищ генерал! Разрешите доложить, майор Алексей Маринетто прибыл, – и тут же в комнате раздался громкий звук каблуков, врезавшихся друг в друга на полу.

– Вольно, майор… присаживайтесь в кресло, – ответил генерал Щербаков, строго глядя на него.

– Представляю, как Вы удивлены таким неожиданным вызовом, но уверяю вас, ничего серьезного. Алексей посмотрел на своего командира с живым беспокойством, нахмурившись, как он обычно делал в моменты напряжения.

Но он не успел и рта раскрыть, как генерал Щербаков неожиданно произнес: «– Будьте готовы выехать завтра в шесть утра. Служебная машина доставит Вас в гражданский аэропорт Пулково, где Вы сядете на самолет до Москвы.»

Затем он протянул ему лист бумаги и добавил, – «Это ваша бронь. Вы должны будете передвигаться в гражданской одежде, на протяжении пути ни с кем не общаться, ни с гражданскими, ни с военными. Ваш перевод носит исключительно срочный и конфиденциальный характер, поэтому выполняйте приказ беспрекословно.

– Слушаюсь, товарищ генерал, – поспешил ответить Алексей, все еще не веря в только что полученный приказ о переводе.

«Москва, Москва…", – повторял он про себя, – «но что я буду делать в Москве? Я там никого не знаю… ничего не понимаю… не получается ли так, что за всем этим кроется рука деда Андрея?»

Он поднялся со своего кресла и встал во весь рост. Затем со спокойным выражением лица он обратился к генералу:

– Товарищ генерал, могу я спросить, каков конечный пункт назначения? Я полагаю, Московская военная академия?

– Майор Маринетто…, – раздраженно ответил генерал, – выполняйте приказ и не задавайте больше вопросов. В московском аэропорту Домодедово Вы найдете человека, который будет Вас ждать. На этом всё, свободны.

Алексей вышел от генерала и направился в свой кабинет. Это был его выходной день, его смутило отсутствие приказа о его назначении. Ему было приказано лишь явиться в аэропорт на следующее утро и вылететь в Москву. Больше ничего.

Затем он переоделся в гражданскую одежду и направился к выходу. Он предъявил охраннику свои документы и разрешение на выход и через мгновение дошел до станции метро. Перед отъездом он захотел попрощаться с матерью. В тот же день он вспомнил о своих друзьях по академии.

В течение дня он вел себя обычно, соблюдая абсолютную конфиденциальность и не раскрывая никому, даже матери, день своего отъезда и место назначения. Он знал, что Мария – умная и проницательная женщина. Даже малейшее, ни к месту сказанное слово могло вызвать у нее подозрения.

Во время поездки в метро он думал о том, что ей сказать. Может быть, сказать, что отправляется в отпуск в компании своей новой подружки. Все в Академии знали его кличку «Казанова». Он настолько сжился с ней, что объявление о новой подружке никого бы не удивило, по крайней мере, его мать. Только длительное пребывание в Москве могло бы вызвать подозрения у его друзей и родственников, но к тому времени он уже будет далеко и в безопасности от любых вопросов. Так что у него не было причин для беспокойства.

Он сел на вторую линию метро и через несколько остановок вышел на станции «Парк Победы». До дома матери было недалеко: нужно было пройти всего несколько сотен метров. Дойдя до улицы Космонавтов, он подошел к бутылочно-зеленой железной двери, набрал код, и дверь с металлическим щелчком открылась. Он поднялся по лестнице, перешагивая по три ступеньки за раз, как привык делать с детства. Ключи у него были с собой, и он не стал стучать или звонить. Мария со временем привыкла к его «вторжениям» и уже не возмущалась и не реагировала бурно. Она всегда была рада видеть и обнять своего любимого сына, своего «маленького Алекса», как она продолжала его называть.

Он открыл входную дверь, стараясь произвести как можно меньше шума, а затем привычным движением руки распахнул вторую дверь, через которую можно было попасть внутрь квартиры. Он осторожно взялся за ручку и просунул голову, прислушавшись к звуку, доносившемуся изнутри: он хотел удивить свою мать неожиданным появлением.

Он прислушивался несколько секунд, но не услышал ни звука.

Он подумал, что мать ушла за покупками, снял туфли и направился в гостиную. У него перехватило дыхание. На диване, в полумраке комнаты, в тишине, сидела женщина. Казалось, что она молится. Алексей, встревоженный, но не испуганный, тут же включил свет.

– Мама!!! – воскликнул он, – Почему ты сидишь на диване, (в тишине), в темноте… ты больна… скажи мне… что происходит?

Мария медленно перевела взгляд на сына, но, в отличие от обычного, она не побежала к нему, чтобы обнять его, а со слезами на глазах сказала: – Алексей, сядь. Нам нужно поговорить. Пришло время узнать всю правду о своей семье. О твоем отце… о твоем дедушке… и о твоем брате.

– Моём брате… – ответил Алексей, ошеломлённо.

– Мама, что ты говоришь… У меня нет братьев… Я – единственный ребенок, – он посмотрел в лицо матери и увидел, как слёзы неудержимо, словно наводнение, потекли по её щекам.

– Да, Алексей, у тебя есть брат… ты – не единственный ребенок. У тебя есть брат-близнец по имени Лука.

Она достала из кармана старую выцветшую фотографию и положила ее в руки сына.

– Смотри… здесь вам по 3 года. Мы с твоим отцом Роберто всегда любили друг друга и любим до сих пор. Но иногда жизненные обстоятельства бывают жестоки. Мы должны были сделать выбор. Точнее нас заставили его сделать, во всём замешан твой дедушка Андрей.

Дрожа всем телом, держа в руках фотографию, Алексей пытался оправиться от шока. Он внимательно рассматривал каждую деталь. Теперь, наконец, он узнал правду. Он внимательно вглядывался в лицо своего отца Роберто и брата Луки. Он почти чувствовал их, ощущал их существование; они были прямо здесь, стояли неподвижно перед его глазами. Он молчал в течение нескольких минут, но потом словно очнулся от долгого сна и начал засыпать мать тысячей вопросов:

– Мама… как это возможно? Почему мой отец бросивший нас, забрал моего брата? Знает ли Лука, что его брат-близнец живет в России, или и для него вы сохранили этот секрет?

Для Марии настало время рассказать всю правду. Сын задавал вопросы, на которые она всегда хотела ответить. Она постаралась успокоиться, расслабиться и попыталась рассказать свою историю, глядя сыну в глаза:

– Как ты знаешь, ваш дед был генералом КГБ, российской секретной службы. В то время, когда вы родились, он занимал важный пост в Москве. Однажды он появился здесь, в Санкт-Петербурге, с бабушкой Ольгой и кучей подарков для своих двух внуков. Он убедительно настоял на встрече с нашей семьей, и это был первый и последний раз, когда произошло воссоединение семьи.

– Только после обеда дедушка Андрей раскрыл истинную причину этого визита: он должен был завербовать твоего отца Роберто в российские спецслужбы. Он пообещал ему, что если тот перейдет на службу в КГБ, то дедушка гарантирует всем нам тихую и спокойную жизнь, полную комфорта и легкости. Они обеспечили бы нас дачей в Сочи, на берегу моря, где мы могли бы проводить летние…

– Я хорошо знаю твоего деда.

– Он не умеет просить, это был приказ. Ваш отец отказался от предложения, он считал его неуместным и бессмысленным. Он сказал, что не хочет предавать свои идеалы… свою страну…, что он не чувствует себя коммунистом… что он в России только из-за любви к его дочери и своей семье. Началась ссора. В конце концов, твой дедушка Андрей ушел… хлопнув дверью и даже не попрощавшись. С того момента счастье нашей семьи закончилось.

Мария сделала паузу, как бы для того, чтобы лучше представить себе свои воспоминания, а затем продолжила:

– В ту же ночь произошла ссора с твоим отцом.

– Я сказала ему, что у нас нет выбора. Мы должны будем сотрудничать с КГБ, иначе наша жизнь превратится в ад. Но твой отец был непреклонен. Он не хотел слушать мои доводы. Когда он успокоился, мы вместе разработали стратегию выхода из положения. Мы должны были ожидать немедленной реакции от руководителей КГБ, наверняка они отправили бы нас всех вместе в какой-нибудь трудовой лагерь в Сибири. Мы должны были защитить себя. Ты понимаешь, сын мой… единственным возможным решением было просто сбежать, потому что очень скоро твоему отцу аннулировали бы визу.

– В тот вечер мы собрали вещи и вместе поехали в аэропорт, но было уже поздно: на паспортном контроле нас остановили. Таможенник посмотрел на нас хмурым взглядом и властно сказал, что только ваш отец и сын могут сесть на самолет в Рим. А я никогда не смогу покинуть Россию. У него был строгий приказ на этот счет. Он дал нам всего минуту на размышление, иначе он арестовал бы нас всех. Мы с твоим отцом были вынуждены быстро принять решение. Ты держал меня за руку, пока Лука спал на руках у Роберто. Это была судьба, которая уже была предрешена. Мы крепко обнялись и поцеловались, как будто в последний раз. И на самом деле так оно и было.

Мария вздохнула с облегчением, как будто избавилась от огромного камня, который слишком долго тяготил ее.

Алексей, который все это время молчал, взял руки матери и сжал их в своих. Затем он мягко сказал ей: – Теперь я наконец-то знаю всю правду. Теперь я все понимаю. У меня есть брат, похожий на меня. Невероятно… и все это так абсурдно… безумно. Я всегда знал, что ты скрываешь большой секрет о нашей семье, но никогда бы я не смог представить себе ничего подобного.

Алексей крепко обнял мать и положил голову ей на грудь; затем он стал обнимать ее, поглаживая длинные светлые волосы. Марии было почти пятьдесят лет, но, несмотря на возраст, она по-прежнему выглядела молодо, со стройной фигурой и царственной осанкой. Сын часто подшучивал над матерью, он говорил ей, что в молодости она могла бы стать моделью. Мама подыгрывала ему, и все заканчивалось взрывом смеха.

Теперь они вместе, в тишине, сидели на диване, каждый погрузился в свои мысли и воспоминания.

Мария с нежностью посмотрела на сына, и этот взгляд придал Алексею новые силы.

Он осторожно заглянул ей в глаза, чтобы поговорить с ней и открыть свой секрет: – Мама, я тоже должен сказать тебе кое-что важное. Это касается службы, но я знаю, что могу тебе доверять. Завтра утром я вылетаю в Москву. Меня перевели, но я до сих пор не знаю точного места назначения. Может быть, Москва – это просто промежуточный транзит. Я боюсь, что меня отправят в какой-нибудь отдаленный регион России, возможно, за Урал или в ту самую Сибирь, которую вы с моим отцом так боялись.

Пелена грусти опустилась на Марию, словно приглашая сына прочитать ее мысли. На ее лице не было выражения удивления, напротив, казалось, она все знала заранее. Этот взгляд он знал, он не мог его перепутать, Алексей смотрел на мать взволнованно:

– Мама… но разве ты это знала? Как такое возможно? Мне сообщил мой командир только несколько часов назад.

– Милый Алекс, я все еще дочь генерала КГБ. Что ты думаешь, у меня нет своих источников информации? Я всегда защищала и буду защищать тебя, где бы ты ни был… куда бы ты не отправился. И не волнуйся, твой конечный пункт назначения – Москва, а не Сибирь. Затем она улыбнулась ему и взмахом руки приказала сыну следовать за ней на кухню:

– Садись, я приготовлю тебе чай с медом. Твое любимое печенье я только что испекла.

Только тогда Алексей почувствовал сильный запах печенья, исходящий из духовки. Этот запах напомнил ему детство, но суета того дня, казалось, внезапно отключила его обоняние. Атмосфера в доме разрядилась, и они оба продолжали разговаривать, наконец-то освободившись от секретов.

ГЛАВА ВТОРАЯ

МОСКВА

5

Машина тронулась, и Алексей, все еще находясь в полудреме, вдруг открыл глаза и всмотрелся в окно. Моросил дождь, и каждая капля быстро скатывалась по стеклу, а на ее месте возникали новые.

– Майор Маринетто, – воскликнул водитель, – мы почти в аэропорту, минуты две и будем на месте.

Голос принадлежал помощнику генерал Щербакова. Ему было поручено сопровождать Алексея в Пулково, и сделать это нужно было в черном «Мерседесе С220» самого генерала. Это была большая привилегия, и майор знал об этом, но, несмотря на все привилегии, опасения Алексея по поводу этой неожиданной поездки оставались неизменными.

– Спасибо, лейтенант Чуйков, остановитесь пожалуйста на обочине, – вежливо попросил Алексей, воздержавшись от воинского приветствия, отпустил водителя, поблагодарив и пожав ему руку. Со своим небольшим багажом он направился к стойке регистрации на рейс в Москву. Ему было велено одеться в штатское и взять с собой только самое необходимое. Так он и сделал. В Москве его ждал человек, но он не знал ни его имени, ни звания.

«Надеюсь, это будет какая-нибудь молоденькая стюардесса», – подумал Алексей и встал в очередь вместе с другими пассажирами. Он определённо был взволнован и ему пришлось хорошо скрыть свое беспокойство и вести себя как обычный российский гражданин. Алексей чувствовал себя отчасти нелепо, подчиняясь странным обстоятельствам, из-за которых ему пришлось отказаться от путешествия в военной форме.

«Рейс S7022 в Москву, пройдите на посадку», – донесся нежный голос из динамиков в зале ожидания. Алексей ещё не подозревал, что это будет последний раз, когда он увидит свой любимый Санкт-Петербург. У него было слишком мало времени, и он не успел попрощаться со своими друзьями и товарищами по команде. Возможно, именно поэтому он чувствовал странную грусть и пустоту.

Полет был недолгим и спокойным, без каких-либо странных или необычных происшествий. После приземления он направился к выходу из аэропорта Домодедово и остановился перед длинной вереницей желтых такси, ожидавших прибытия своих клиентов. Он посмотрел по сторонам, но его сопровождающего не было видно. «Наверное, опаздывает», – подумал Алексей, нетерпеливо поглядывая на часы. Ему ничего не оставалось делать, как ждать, потому что ему было приказано не покидать выход ни при каких обстоятельствах.

Вдруг он заметил человека, который шел к нему с протянутыми руками. На его лице была улыбка, с стороны было ясно, что человек его давно знает.

– Алексей, дружище, как ты? «Наконец-то ты приехал», – сказал незнакомец слащавым голосом. Он крепко прижал его к себе и прошептал ему на ухо: – Подыгрывай и следуй за мной, не задавая вопросов, возможно за нами следят.

Алексей стоял совершенно неподвижно, он был удивлен и ошеломлен и смог пробормотать лишь несколько непонятных слов:

– Но кто вы?

Незнакомец взял из его рук небольшой чемодан, подтолкнул Алексея в направлении автомобиля и положил чемодан на заднее сиденье машины, затем пригласил его сесть вперед, и они на большой скорости скрылись в неизвестном направлении.

Когда они отъехали достаточно далеко, Алексей повернулся к незнакомому спутнику и твердым и решительным голосом сказал ему:

– Ну что, идиот, скажешь ты мне наконец, что это за балаган и куда мы едем?

– Успокойтесь, майор Маринетто, – отрывисто ответил незнакомец, – позвольте представиться – майор Константин Максимович Скубак, Московская СВР. Я агент Службы, мне поручено сопроводить вас до места назначения, – он достал из пиджака удостоверение и положил его на приборную панель автомобиля.

Алексей взял документ в руки и стал его рассматривать. Он не был специалистом по подделкам, но ему показалось, что это оригинал или, по крайней мере, отличная подделка. Он вернул удостоверение Скубаку, сопроводив этот жест неодобрительной гримасой.

– Секретная служба…? – раздраженно буркнул он, – наверняка это работа моего деда. Можете передать, что он должен смириться, потому что он прекрасно знает, что я не испытываю к нему ни малейшей симпатии. Я не одобряю нацистские методы КГБ, и даже не пытайтесь меня завербовать. Затем, повелительным тоном человека, привыкшего отдавать приказы, он скомандовал: «Остановитесь, я выйду. Немедленно».

– Потерпите ещё 30 минут и вам все станет ясно, – убедительно ответил Скубак. – Мы едем в штаб-квартиру СВР. Там вас ждет сам генерал Петров. Там вы все поймете и получите ответы на все вопросы, которые вас волнуют. А пока, пожалуйста, устраивайтесь поудобнее и отдохните. Нам предстоит долгая поездка, я должен быть уверен, что за нами никто не следит.

Он засунул правую руку под водительское сиденье и несколько секунд копался там, как будто искал что-то важное, стараясь не потерять из вида машину впереди. Закончив, он положил коврик на место и удовлетворённо показал Алексею пачку сигарет, уже открытую и наполовину пустую.

– Старые привычки, дорогой коллега, умирают с трудом, я пытаюсь бросить курить. Можешь звать меня Костя. Мы не знакомы, но в ближайшие несколько недель нам придется провести вместе довольно много времени.

– Это исключено, коллега! – с иронией парировал Алексей, – сегодня вечером ближайшим рейсом я планирую вернуться в Санкт-Петербург. Я не намерен идти по стопам деда и уж тем более, не хочу становиться шпионом. Если он надеялся, что я попадусь на эту наглую уловку, то он сильно ошибался. Так и передайте ему при встрече.

– Посмотрим… посмотрим, – ответил Костя, улыбаясь, – но я думаю, что вы очень скоро встретитесь с ним, и сможете сказать ему все сами, лично, в лицо.

В этот час Москва уже была погружена в хаос утренних пробок. Застенчивое весеннее солнце изо всех сил пыталось пробиться лучами сквозь огромные, хмурые тучи. Машина направлялась к центру, по Тверской улице, a потом резко свернула в один из многочисленных переулков, но слишком быстро, чтобы Алексей успел прочитать адрес. Через несколько сотен метров машина остановилась возле большого здания в стиле необарокко цвета желтой охры, с множеством окон с тонированными стеклами. Оно выглядело как классическое административное здание, но на самом деле это была штаб-квартира СВР в Москве, бывшее КГБ.

– Мы прибыли, – воскликнул Костя, – пожалуйста, следуйте за мной, не устраивая сцен, и я обещаю, что вы получите ответы, которые искали всю свою жизнь. Здесь вы в безопасности, даже безопаснее, чем в Кремле.

6

У входа Алексея встретил внушительный герб. Он был круглой формы с большой пятиконечной звездой в центре. В центре сиял небольшой голубой шар. Надпись на кириллице помпезно сообщала о названии – «Служба внешней разведки Российской Федерации».

Они прошли через металлодетектор и предъявили свои документы двум охранникам. Они оба были безоружны. Получив пропуска для доступа на седьмой этаж, где их ждал генерал Петров, они поспешили к одному из трех лифтов. Поднявшись на этаж, они повернули налево и направились по длинному коридору.

Пол в коридоре был из цельного мрамора белого цвета с небольшими черными вкраплениями, по центру лежала ржаво-красная ковровая дорожка.

Алексей обратил внимание на большое количество мужчин и женщин. Они нервно ходили от одного конца коридора в другой, заходили и выходили из разных кабинетов, держа в руках папки и стопки документов. В этой суете никто не обращал на них внимания, все проходили мимо не здороваясь, как будто они были невидимы.

– Мы в Секции I. Это аналитики, которые проводят ежедневные брифинги для наших агентов за рубежом. Не волнуйтесь, вы привыкнете к этому. Может показаться, что они создают хаос, но я уверяю вас, что их действия рациональны и сверхорганизованы. Но нас сейчас интересует совсем другое, – указательным пальцем правой руки Костя ткнул вверх, как бы говоря: нам нужно снова подняться. Они поднялись на несколько ступенек и оказались на антресольном этаже. В итоге они остановились перед большой и массивной дверью с надписью: «Отдел С, директор Петров Федор Иванович».

Костя энергично постучал, и из-за двери раздался нежный голос:

– Открыто, пожалуйста, проходите.

– Привет, Сильвия, – воскликнул он, улыбаясь, – как видишь, мы вовремя. Думаю, директор Петров уже ждет нас.

Алексей не мог не обратить внимания на девушку по имени Сильвия: она была симпатичной блондинкой с короткими волосами и большими карими глазами. На ней был легкий макияж, и он подумал, что возможно, они ровесники. Девушка встретила их с улыбкой, но ее ледяной и пронизывающий взгляд выдавал определенное напряжение.

– Очень вовремя, Костя. Директор ждет вас. Заходите, – твердо и коротко ответила Сильвия. Алексей перевел взгляд вверх в угол, где располагалась небольшая камера.

Только сейчас он понял, почему девушка все это время сидела и не встала, чтобы встретить их. Ее правая рука все еще находилась под столом – недвусмысленный признак того, что там мог находиться пистолет. С момента их появления в здании за их каждым шагом следили камеры видеонаблюдения. В соседней комнате, неподалеку, должны были находиться вооруженные агенты, готовые в случае необходимости, вмешаться, чтобы защитить безопасность своего босса.

Они вошли и встали посреди комнаты. Директор Федор Иванович Петров стоял, повернувшись спиной, и смотрел в окно. Это был мужчина за пятьдесят, представитель старой школы КГБ. Он благополучно пережил переходный период и теперь возглавлял важный отдел «С» российской разведки. Его волосы были выбриты под ноль, он носил круглые интеллигентные очки, был высоким и худым, и на нем был серый двубортный костюм безупречного пошива. Все его уважали, он с первого взгляда умел внушать страх.

– Доброе утро, Федор Иванович, – начал Костя, медленно направляясь к окну, – майор Маринетто доставлен, как и просили. Непредвиденных событий не произошло, хотя вначале наш гость пытался оказать некоторое сопротивление, что было весьма предсказуемо, учитывая повышенную секретность его прибытия.

Директор Петров медленно повернул голову в сторону вошедших с гримасой одобрения. Казалось, он долго стоял, вероятно, обеспокоенный долгим ожиданием. Затем он повернулся и, отодвинув свое черное кожаное кресло, положил обе руки на большой письменный стол из красного дерева.

– Молодец, Костя, очень хорошо!!! – ответил он низким голосом, – но теперь мне нужно побыть наедине с майором. Возьми отгул, на сегодня твоя миссия закончена. – Он нахмурился и крепко прищурился, чтобы лучше рассмотреть Алексея. Суровым взглядом он попытался привести Алексея в трепет, затем дождавшись, пока агент Скубак покинет комнату, подошел к нему, чтобы пожать руку. Рукопожатие было крепким и теплым, и он пригласил его сесть, напротив.

– Наконец-то мы встретились, – с сарказмом сказал директор Петров, – все эти годы ваш дед только и делал, что рассказывал мне о своем внуке Алексее, обо всех ваших спортивных достижениях и блестящей военной карьере.

Он медленно открыл красную папку, которую специально оставил на видном месте в центре стола. Внутри было несколько листов бумаги, плотно заполненных от руки идеальным женским почерком, и несколько фотографий. Алексей догадался, что это, должно быть, его личное дело, и не пытался скрывать своего раздражения.

Его поспешный перелет в Москву, и теперь он находится в кабинете и беседует с главой СВР. Все это казалось Алексею таким абсурдным и неправдоподобным.

Стиль общения, который использовал генерал Петров, кардинально отличался от методов Академии. Первое впечатление от слов генерала позволило Алексею быстро сориентироваться и отвечать так, как от него ожидают.

– Я понимаю ваше переживания, – сказал Петров с напускным спокойствием, – на вашем месте я бы тоже нервничал, если бы меня так внезапно вызвали и в обстановке полной секретности. Будьте уверены, что сегодня вы получите ответы на все свои вопросы. Но прежде чем начать, скажите, что я могу вам предложить: чай… кофе… все, что пожелаете. Могу угостить вас отличным итальянским кофе экспрессо, который вы непременно оцените, – заключил он, нарочито улыбаясь в попытке успокоить важного гостя.

– Нет. Спасибо. Я уже позавтракал в аэропорту, – сухо ответил Алексей. В этот момент он был заинтересован только в том, чтобы поскорее закончился этот странный день, и вернуться первым же рейсом обратно в Санкт-Петербург.

– Хорошо, давайте сразу к делу. Я вижу, что вам не терпится узнать причину этого неожиданного приглашения. Сразу скажу, что это касается вашей семьи и вашего брата Луки. Мы знаем, что ваша мать уже многое вам рассказала, но если мы здесь, то это потому, что нам нужна ваша помощь, ваше сотрудничество, как гражданина России и как патриота…

– Какое отношение моя семья имеет к Секретной службе? – резко перебил его Алексей. – Если исключить наше родство с дедом, у нас нет точек соприкосновения. И да, моя мама рассказала о том, что произошло, когда я был маленьким… Действительно, я не единственный ребенок. У меня есть брат-близнец, но я не понимаю, почему это должно вас интересовать. Почему в разговоре фигурирует мой брат Лука?

– Спокойно, майор. Позвольте мне все объяснить, и вам все станет ясно, – примирительным тоном произнес Петров.

– Нам известно, что Лука – почти идеальная копия вас. Вы отличаетесь только одной маленькой деталью – у вашего брата есть крошечное родимое пятно на внутренней стороне правой ноги. В остальном вы практически идентичны. Думаю, сегодня даже ваши родители не смогли бы отличить вас друг от друга.

Он взял несколько фотографий из папки и передал Алексею.

Алексей ошибся! В руках у Петрова была не его папка, а папка Луки. На фотографиях он изображён в разных ситуациях: в парке, в Колизее или сидящим за столиком бара и пьющим кофе. Пока он внимательно рассматривал фотографии, его поразила одна деталь: красивая темноволосая девушка с длинными темными волосами держала Луку за руку. Она присутствовала на всех фотографиях, нежно улыбалась ему, и по их томным взглядам можно было понять, что они близки, возможно, влюблены. Алексей был счастлив, что наконец-то смог увидеть лицо своего теперь уже взрослого брата, и это сняло напряжение, витавшее в комнате.

Он вернул фотографии Петрову, и тот положил их обратно в папку.

– Вы абсолютно правы, мы с братом идентичны. Я бы тоже с трудом разобрался, где он, а где я.

Петров ухватился за возникший интерес Алексея и продолжил свою игру:

– Теперь вы знаете, что ваш брат живет в Италии, точнее, в Риме, где он, как и вы, сделал военную карьеру, но только по другую сторону. Чего вы еще не знаете, так это то, что Лука учится в военном колледже НАТО, проще говоря – NWC. Этот военный колледж, который готовит старших офицеров для ответственных работ. Некоторое время назад это обстоятельство привлекло наше внимание. Мы давно следим за вашим братом. Мы никогда не упускали его из виду, даже на мгновение. Обучение закончилось, и через две недели Лука получит свое первое официальное задание в НАТО. Один из наших агентов под прикрытием сообщил нам, что он будет направлен в Объединенный военный центр (UWC) в Ставангере, Норвегия.

– Все это очень интересно, генерал, но я-то тут при чём? – озадаченно спросил Алексей.

– Вы очень даже причём, майор!!! Вам предстоит занять место вашего брата Луки и внедриться в высшее командование НАТО. На карту поставлено будущее нашей великой нации. Пока больше ничего я не могу вам сказать.

Алексей, который до этого момента внимательно слушал, резко встал и глядя в глаза генералу Петрову произнес:

– Это абсурд!!! Я никогда не буду шпионом. Вы должны оставить в покое мою семью, оставить в покое моего брата Луку. Моя семья уже достаточно пострадала от такой политики и теперь вы пришли у меня просить помощи? Я устрою такой переполох в Верховном командовании, что вы раз и навсегда прекратите свои игры в холодную войну. Если вы еще не поняли, коммунизм мертв и давно похоронен. У нас демократия и мы живём в мире с Западом, оставьте нас в покое.

Алексей быстрым шагом направился к выходу, но Петров крикнул ему вслед:

– Если хочешь, чтобы твой брат Лука остался жив, вернись, и мы продолжим разговор, майор Маринетто! Это приказ!!!

Алексей был в бешенстве:

– Какие же вы больные ублюдки. За все эти годы вы ничуть не изменились. Ни вы ни и ваши сталинские методы. Вы настоящие гиены.

– Сядьте, майор, и я не буду обращать внимания на ваши оскорбления. У нас мало времени, чтобы организовать все идеально, и распри нам не помогут. Вы должны понять, что на кону стоят государственные интересы, которые выходят за рамки меня, вас, вашей семьи. На карту поставлена национальная безопасность, безопасность страны, которую вы так любите. Пришло время доказать это, пришло время решить, на чьей вы стороне. Я советую вам сотрудничать, не поднимая лишней суеты. На нашей следующей встречи я раскрою детали вашей миссии, а пока следуйте за нашим агентом, который сопроводит вас к месту назначения.

Он нажал кнопку на переговорном устройстве и громко скомандовал:

– Агента Ратченко, ко мне!

Дверь распахнулась, и вошла красивая высокая девушка с длинными чёрными волосами. На ней были узкие джинсы и белая блузка, расстегнутая умышленно, чтобы подчеркнуть ее идеальную фигуру. Алексей сразу же узнал ее, он уже видел ее. Это была та женщина на фотографиях, которая держала за руку его брата Луку.

– Позвольте представить вам агента Ирину Борисовну Ратченко, – сказал генерал Петров, указывая на нее рукой. В этот момент взгляд Ирины был устремлен на Алексея. Она спокойно подошла к нему, чтобы лучше его рассмотреть, и нежно погладила его лицо тыльной стороной ладони. Закончив, она повернулась к генералу и с чувством удивления и изумления воскликнула:

– Как две капли воды. Поистине, впечатляет.

– Ну, господа, это все. Вы можете идти. С вами, Алексей, мы увидимся очень скоро. А пока следуйте инструкциям агента Ратченко, и все пройдет гладко для вас и вашей семьи.

Петров счёл нужным на прощанье с гостем оставить тонкую угрозой.

7

Когда Алексей вышел из комнаты, генерал Петров положил папку Луки в ящик и закрыл его на ключ. Затем он подошел к книжному шкафу, взял большую книгу, открыл ее и достал маленькую бутылку водки и рюмку. Затем он снова сел за стол, погрузившись в свое большое черное кожаное кресло. Сначала он налил себе выпить, а затем вызвал Сильвию по внутренней связи.

– Свяжите меня с генералом Щербаковым по внутренней линии, – жестко приказал он ей. – Добрый вечер, генерал Щербаков, это директор Петров. Как поживаете?

– Все хорошо, Федор Иванович, разрешите спросить операция «Брюссель» в силе?

– Да, генерал. Майор Маринетто недавно уехал. Он будет сотрудничать с нами. Он понял, что у него нет альтернативы. Он прекрасно понимает, что его жизнь и жизнь всей его семьи под угрозой. Я пытался воззвать его к чувству долга, чести, перед Отечеством, но его реакция была именно такой, как и предполагалось. Майор очень умен и сообразителен, и мы должны быть на чеку. У нас осталось мало времени, и в этой операции мы можем использовать только его. К сожалению, его брат Лука упрямо не желает сотрудничать. Он упрямый сукин сын как другой член их семейки, и вы прекрасно знаете, кого я имею в виду – генерала Андрея Владимировича Халикова.

– Я прекрасно понимаю, что мы не можем сбросить со счетов старого чекиста, надеюсь на его здравый рассудок и желание работать с вами и вашей командой, хотя бы для того, чтобы отчасти обезопасить обоих внуков. Но не стоит забывать, он – старый лис, и большой профессионал, знающий все хитрости профессии. Заставьте его почувствовать себя вовлеченным, важным участником операции, но держите его подальше от сути задания. Андрей – военный человек, и важно, чтобы обещания звучали правдоподобно. Он должен быть под постоянным наблюдением, как и его дочь – Мария.

Петров продолжал:

– Из надежного источника стало известно, что в НАТО ведется разработка нового секретного экспериментального электромагнитного оружия, которое можно применять для бесконтактного поражения большого количества людей, используя одну установку. Наша задача в короткие сроки получить максимум информации о разработках. Мы не знаем точно, где и когда будут проводиться испытания, поэтому вы прекрасно понимаете, что мы не можем использовать обычный подход с семьёй Мариннето. Всё должно быть готово до начала учений НАТО. Оружие должно попасть в распоряжение нашей службы или должно быть уничтожено. К сожалению, мы слишком спешим, на столько что это быстро даже для нас.

– От успеха этой операции зависит безопасность и будущее нашей страны. Если она провалится, это поставит под угрозу не только нашу карьеру и жизни, но и мир во всем мире. Помни, что Комитет без колебаний примет радикальные решения, если почувствует угрозу. Провал недопустим.

– Согласен с вами, Генерал! С этого момента операция «Брюссель» официально начинается. Я буду постоянно информировать вас о развитии операции. В случае необходимости я попрошу вас лично вмешаться в дела майора Маринетто. Он вам полностью доверяет. Вы его командир и своим авторитетом сможете привести его в чувство, – завершил свою речь Петров.

– Федор Иванович, вы предполагаете, что майор Маринетто может поставить операцию под угрозу?

– Я не знаю, генерал. Он предан не делу и Отечеству, а только своей семье. У меня сложилось четкое ощущение, что между двумя братьями по-прежнему существует крепкая связь, несмотря на расстояние последних двадцати лет. Вы знаете, что говорят о монозиготных близнецах? Оплодотворяется одна клетка, и рождаются дети одного пола и практически идентичные. Настоящая шутка природы, крайне редкий феномен. Я полагаю, что эти два брата воспринимают друг друга, испытывая своего рода психологическое притяжение. – Когда они оба окажутся в Сочи, всего в нескольких километрах друг от друга, я думаю, что это притяжение между ними станет значительно сильнее, возможно они что-то почувствуют.

– Хорошо, Федор Иванович. Я надеюсь, мое присутствие потребуется в крайнем случае только для спасения миссии. Комитет не одобряет, когда его члены подвергают себя слишком большому риску. Риск быть обнаруженным слишком велик, а у меня нет желания умирать, по крайней мере, не так скоро.

– Конечно, товарищ генерал. Я понимаю, буду связываться с вами только в случае крайней необходимости.

– Всего наилучшего. В следующий раз мы встретимся только для того, чтобы отпраздновать нашу победу. Я приглашу вас в Санкт-Петербург, в лучший ресторан города. Но запомните, слово «провал» не должно входить в наш лексикон. Второго шанса нам не дадут.

– Всего хорошего, Генерал, берегите себя.

Петров закончил разговор, медленно положив трубку на телефонный аппарат. Он в задумчивости положил голову на руки и некоторое время оставался в неподвижности. Напряжение и стресс убивали его.

Директор службы ослабил узел галстука и быстро проглотил рюмку водки, которую до этого наполнил. Он знал, что больше не может терять времени, и, словно от сильного и внезапного укуса, вздрогнул и нажал на кнопку переговорного устройства.

– Сильвия, немедленно свяжитесь со Скубаком.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ЛОГОВО

8

Алексею ничего не оставалось, как проследовать за своей красивой коллегой в лифт, но тысячи мыслей теснились в его голове. Он получил лишь часть интересующей его информации от Петрова, и это только усилило его сомнения. Его семья была в серьезной опасности, включая его маму Марию. Перед тем как приехать на встречу, он думал о том, чтобы связаться с дедом Андреем по телефону, стараясь не быть обнаруженным, но его новая подруга очень внимательно наблюдала за ним. Он был уверен, что только дед сможет положить конец этому ужасному кошмару. Позже он что-нибудь обязательно придумает, но сейчас ему просто нужно было отдохнуть, чтобы собраться с мыслями.

Они сели в черный Porche Carrera 911 с красными кожаными сиденьями. Ирина вызывающе посмотрела ему в глаза:

– Что ты смотришь, ты считаешь, что женщина не сможет водить гоночную машину? – Двигатель взревел во всю мощь, затем машина вздрогнула и сорвалась с места, как ракета, оставляя темные следы шин на асфальте. Ирина сломя голову неслась по центру города, обгоняя и выделывая зигзаги на дороге, как опытный водитель. Периодически она поворачивалась к Алексею, глядя на него с довольным видом.

– Как видишь, дорогой коллега, в Академии мы получаем первоклассную подготовку. Моя специальность, помимо всего прочего, – быстрая езда. Но у меня есть много других качеств, которые ты очень скоро оценишь.

– Даже не сомневался, – саркастически отозвался Алексей, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, чтобы не показать ей, что боится, а просто следит за дорогой, при этом повторял про себя «да пошла ты и твой Порше».

Они выехали из центра Москвы на открытую местность. Примерно через час пути машина свернула на грунтовую дорогу. Затем они проехали еще несколько километров в сравнительно более медленном темпе, пока не подъехали к огромным кованым воротам, темно-зеленого цвета. Снаружи он мало что мог разглядеть, поскольку путь заграждался массивной стеной, увенчанной колючей проволокой и камерами наблюдения. У ворот их остановили два человека в штатском, вооруженные автоматами Калашникова. Они приказали опустить стекла машины и предъявить документы.

– Григорий, живее открывай эти чертовы ворота, или ты хочешь, чтобы мы здесь заночевали? – крикнула Ирина насмешливым тоном.

– Как была ты сукой, так и осталась, – ответил охранник, кивнув в сторону камеры, расположенной на стене.

Ворота открылись волшебным образом, как будто невидимая рука нажала на кнопку. Ирина, раздражённая и нетерпеливая от этого незапланированного ожидания, со злостью вдавила педаль газа, прежде чем ворота полностью открылись.

Машина быстро въехала во внутрь, подняв большое облако пыли, которое накрыло двух постовых, стоявших у входа. Григорий и его коллега только и могли, что смотреть вслед удаляющейся по дороге машине.

К этому времени уже почти стемнело, и сотни маленьких фонарей освещали прекрасный парк, по которому неслась машина так быстро, как нож проходит сквозь масло. Во время движения через усадьбу, взгляд Алексея привлекло внушительное строение, возвышавшееся в конце дороги.

– Красиво, не правда ли? – спросила Ирина, высунув голову из окна машины. – Ты чувствуешь запах воздуха? Разве он не великолепен? Весна… мое любимое время года. Я не могу дождаться возвращения в Рим, чтобы окунуться ночью в фонтане Треви или съесть мороженое в Тринита деи Монти, сидя на Испанской лестнице.

Алексей весело посмотрел на нее и, ткнув пальцем в ее сторону, спросил:

– Что это? Это замок девятнадцатого века? Кому он принадлежал?»

– Вопросы, всегда вопросы… Насколько я знаю, это была старая резиденция царей, вероятно, реквизированная во время большевистской революции и затем переданная в распоряжение СВР, которая расположила здесь свою Академию. Но берегись быть ослепленным ее красотой, мы называем это место «Логово», – она удовлетворенно улыбнулась, чувствуя, что сказала блестяще.

– «Логово?» – ответил Алексей, – Почему такое странное название?

– Я не знаю, почему ему дали такое название. Оно уже существовало до того, как была меня завербовали в СВР. Но несомненно, оно создано быть тайным убежищем. Место, где можно придумать и организовать незаконную деятельность, которая преследовалась бы по закону в любом другом месте в России. Однако мы пробудем здесь всего одну неделю, я буду тренировать и готовить вас к миссии в Италии. Я сделаю из тебя идеального шпиона, – она внезапно рассмеялась, словно предвкушая мучения, которым она подвергнет свою новую жертву.

– Похоже, мне от тебя так просто не отделаться, – задумчиво прокомментировал Алексей.

– Можно и так сказать, мой дорогой коллега, можно и так сказать, – ответила Ирина насмешливо.

Порше остановился перед входом в здание, взвизгнув тормозами по гравию. Еще двое вооруженных охранников стояли по обе стороны красивой лестницы, которая вела внутрь. Они вошли внутрь и прошли в большой зал, где, казалось, время остановилось. Все пахло стариной: и деревянный пол, и картины, и мебель, и люстры.

– Здесь великолепно, – воскликнул Алексей, – резиденцию точно не назовешь логовом шпионов.

Ирина не удостоила его взглядом, потому что теперь ее внимание было обращено на Костю Скубака, который приближался к ним с противоположной стороны.

– Здравствуй, Ирина… майор… наконец-то вы прибыли. Коллега, на сегодня твоя задача выполнена. С этого момента я лично буду заниматься майором Маринетто. Это приказ Петрова. Вы свободны.

Ирина, как ни странно, не сказав ни слова, отстранилась от них и в гневе ушла, громко стуча каблуками по полу. Ее туфли на каблуках в двенадцать сантиметров, были больше чем просто аксессуар одежды. Они казались смертоносным оружием, ожидавшим часа, когда она будет вынуждена им воспользоваться. Алексей проследил за ней глазами, насколько это было возможно. Она шла в обтягивающих джинсах, и он подумал, что у нее прекрасная фигура. Но она все еще оставалась шпионкой, причем смертоносной. Моментально она могла превратиться королевскую кобру, смертельного укуса которой невозможно избежать. Он решил, что, возможно, будет разумнее и безопасней держаться от нее подальше.

9

Скубак был необычайно вежлив и выдержан. Он вел себя так, словно получил строгий и точный приказ сверху. Рядом с ним был самый важный гость «Логова» и он должен был относиться к Алексею со всем уважением, не теряя его из виду ни на секунду. В случае серьезных неприятностей последствия были бы катастрофическими для его карьеры.

Они поднялись на второй этаж, и Алексея поселили в прекрасном люксе.

– Надеюсь, вы довольны размещением, Алексей. Знаешь… поговаривают, что царица Екатерина в этой самой комнате принимала своих любовников.

– Все отлично. Спасибо. За исключением вооруженного охранника у двери. Но я понимаю, что вы должны быть осторожны, ведь я новенький и мне еще предстоит заслужить доверие руководства.

Скубак весело посмотрел на него. Он знал его слишком мало времени, но понимал, что в этих фразах есть тонкая ирония. Однако опыт подсказывал ему, что майора следует опасаться. Он ему не нравился вовсе, а тут еще эта колкость, была ему не по вкусу. Он знал, что в конце концов, он сведет с ним счеты.

– Алексей, я предлагаю тебе немного отдохнуть. Как видишь… на кровати лежат все твои вещи… здесь уборная с ванной и душем. Вас оповестят, когда нужно спуститься к ужину, – Скубак поспешно попрощался и исчез из комнаты, как будто его кто-то ждал его в другом месте.

Алексей не успел разложить содержимое своего небольшого чемодана, как услышал стук в дверь:

– Тук-тук. Можно войти? – убедительный голос заявил о своем праве на доступ.

– Заходи, Ирина, – ответил Алексей раздраженным тоном, – я еще одет. Не бойся.

– Привет, Алексей, или мне лучше называть тебя Лука? – иронически сказала она, демонстрируя свою великолепную улыбку.

– Я принесла тебе ужин. Обслуживание в номере. Я еще не знаю твоих кулинарных предпочтений, поэтому собрала всего понемногу. У меня также есть десерт и очень хорошее итальянское игристое вино. Тебе придется начать наслаждаться радостями жизни… В твоих жилах течет итальянская кровь, – она поставил поднос на столик у окна и попыталась подойти к Алексею, который неподвижно стоял у кровати.

– Я не в настроении праздновать, и, в любом случае, я не голоден. «Если ты проделала весь этот путь, чтобы соблазнить меня, то можешь развернуться и идти обратно тем же путем, каким пришла», – сказал Алексей с раздражением.

– Ой… какие манеры. Разве в Академии тебя не учили быть вежливым с противоположным полом? Я просто хотела быть твоим другом, но теперь понимаю, что ошиблась. В любом случае, нравится тебе это или нет, но в ближайшие несколько месяцев нам придется многое делить вместе, включая и кровать. Тебе придется привыкнуть к этому. У меня мало времени, чтобы сделать из тебя идеальную замену Луке, твоему брату. Ты должен быть убедительным, если не хочешь, чтобы тебя сразу же раскрыли.

Он молчал.

Она посмотрела на него с презрением и направилась к выходу. Энергично взялась за ручку двери, но прежде чем открыть ее, обернулась и с видом человека, оскорбленного до глубины души, сказала:

– Лука всегда вел себя как истинный джентльмен. А в постели он был ненасытным любовником.

Алексей понял, что переборщил. Он только что приехал и не хотел наживать слишком много врагов в СВР. Если бы он искал союзника, то им могла быть только Ирина, по крайней мере, в данный момент. Он подошел к ней и осторожно взял ее за руку, пытаясь остановить:

– Подожди, Ирина, не уходи. Я не хотел показаться грубым. Но сегодня был очень трудный день для меня. За последние несколько часов произошло столько всего, что я до сих пор чувствую себя ошеломленным. Постарайся простить мою грубость.

Ирина закрыла дверь и прошла обратно в комнату:

– Наконец-то, я вижу, что ты начинаешь понимать. Здесь ты среди друзей, а видишь только врагов и заговоры. Все мы здесь, чтобы служить Отечеству…, – она не успела закончить фразу, как Алексей перебил ее:

– За кого ты меня принимаешь, за деревенского идиота? Сделай мне одолжение: не подражай Петрову, который сначала говорит о высоких идеалах, а потом угрожает смертью мне и моей семье. Ирина, не пойми меня неправильно. Ты очень красивая девушка, но, конечно, не из тех женщин, на которых стоит жениться. Я хочу быть твоим другом, но только при одном условии: мы будем честны друг с другом. Для начала ты могла бы сказать мне, например, где находится мой брат Лука.

Ирина озадаченно посмотрела на него, но решила, что наконец-то пробилась к сердцу майора. С примирительным видом она подошла к Алексею и, когда они оказались лицом к лицу, сказала низким голосом:

– Неужели ты не можешь думать ни о чем другом, кроме как задавать вопросы? Почему бы нам не расслабиться вместе и не выпить этого великолепного шампанского. Я привезла его прямо из Италии и хранила для того, чтобы открыть его при особом случае. Мне кажется, это подходящий момент, чтобы завязать наше знакомство… скажем так… более «углублённом» ввиде.

Она протянула руку к столу и взяла из корзины бутылку игристого вина. На пол упали большие капли воды: это был лед, который начинал таять, по мере того как в комнате становилась все жарче.

Алексей решил, что ему подыграть ей. Это был единственный способ получить интересующую его информацию. Он все еще пребывал в неведении и почти ничего не знал о миссии, которую ему предстояло вскоре выполнить. До этого момента Петров говорил с ним только о Риме и Брюсселе, да и то поверхностно. Единственное, что было известно наверняка – это то, что он должен был занять место своего брата Луки. Больше ничего. Больше подробностей он мог узнать от Ирины. В конце концов, переспать с ней было бы не такой уж большой жертвой.

Ирина и Алексей в ту же ночь несколько раз занимались любовью, очень страстно, и, наконец, уснули в изнеможении, один в объятиях другого.

10

Зловещий и повторяющийся звон разбудил Алексея. Левой рукой, инстинктивно, он потянулся к прикроватной тумбочке и резким движением сбросил на пол будильник, покатившийся далеко в угол комнаты. Но звуки не прекратились, и он был вынужден встать с кровати. За окном было еще темно, но робкий луч света уже пробивался из темноты. Он был совершенно голый, голова кружилась. Он вспомнил минувшую ночь, вино и Ирину. У него перехватило дыхание. Кто-то, невидимый в темноте, сидел на кресле возле входной двери.

– Кто здесь? Кто ты? – крикнул Алексей угрожающим тоном. Тень медленно поднялась и, применив прием карате, ударила по будильнику, который продолжал звенеть, будильник разлетелся вдребезги и затих. В этот момент он разглядел в темноте фигуру женщины. Это была Ирина, и это мгновенно успокоило его.

– Ты такой замечательный, как будто сделан из куска мрамора, – воскликнула женщина, улыбаясь, – я наблюдаю за тобой уже десять минут и не могу не думать о невероятном сходстве между тобой и Лукой. У тебя нет красного пятна в паху, и это поможет в случае, если мне придется опознать твой труп. Но не волнуйся, у меня есть еще одна надежная система: вы занимаетесь любовью по-разному… похоже… но, по-разному. Лука гораздо более романтичен и страстен, а с тобой это больше… скажем так… тренировка… спорт. Тебе есть чему поучиться у твоего брата, – заключила она, хмыкнув.

– Было бы здорово, если бы ты помогла мне познакомиться с Лукой, – ответил Алексей, отыскивая рукой в темноте на кровати свои вещи. – Включи, пожалуйста, свет, мне надо одеться.

– Это необязательно, – ответила Ирина, – держи! Это кроссовки и спортивный костюм. С этого момента начинается твоя тренировка, после которой у тебя будет достаточно времени, чтобы принять душ и насладиться плотным завтраком, ну и конечно моим присутствием.

– Ирина, если ты поможешь мне встретиться с Лукой, я обещаю, что когда мы будем в Риме, мы вместе отведаем мороженое в Тринита дей Монти, как настоящая пара, – и он обнял ее и страстно поцеловал.

Ирина вздрогнула раздражённо:

– Не торопи меня, Алекс!!! Ты можешь получить обратный эффект. Теперь не отставай от меня, нам предстоит хорошая утренняя пробежка в парке, чтобы ты проветрил голову.

Алексей быстро оделся. Пробежку по парку Алексей счел подходящим случаем, чтобы провести разведку местности, посмотреть, нет ли слабых мест в охране, и, возможно, найти этаж и комнату, где, как он был уверен, держали в плену Луку.

Когда машина проезжала ворота при въезде в резиденцию, Алексей испытал странное ощущение, очень сильную эмоцию. Он испытывал её и раньше много раз, но никогда не мог объяснить её происхождение. С тех пор как он узнал, что у него есть брат, причем брат-близнец, все стало казаться более ясным, более объяснимым. Он ощущал мелкую дрожь по всему телу и легкое покалывание в руках. Это были типичные признаки, которые каждый раз предвосхищали то странное ощущение, пребывания в другом месте.

Он видел незнакомые места, где никогда раньше не бывал, и в его голове эхом звучал голос, но с несколько иной интонацией, как будто это был не совсем его голос. В замке это ощущение усилилось. Он чувствовал Луку, чувствовал, что он недалеко, и в последнее время ему странным образом стало мерещиться море. Всплывали образы, как он загорает на пляже в компании женщины, лица которой он не мог разглядеть. Теперь он чувствовал себя сбитым с толку, но видения становились все более частыми, интенсивными, почти реальными, как будто кто-то общался с ним телепатически.

Они только начали пробежку по парку, как Ирина бросила ему вызов – кто первым добежит до другого конца замка. Алексей был спортсменом и знал, что ему не составит труда победить ее, но в этот момент он решил позволить ей победить. Он уже понял, что Ирина любит побеждать, и, возможно, это немного смягчит ее отношение к нему.

Когда они оказались на другой стороне парка, Ирина удовлетворенно воскликнула:

– Первая, первая… я пришла сюда первой… ты – настоящий лузер, Алекс.

Они оба были потные, уставшие и запыхавшиеся, согнутые пополам от усталости. Затем они посмотрели друг на друга с чувством нежности и удовлетворения. Алексей подошел к ней, прижал ее к себе и, глядя ей в глаза, сказал:

– Если ты не хочешь говорить мне, где Лука, я могу это понять. Ты обязана хранить тайну. Я – военный человек, и знаю цену таким вещам. Но я хотел бы попросить тебя об одолжении личного характера, и на этот раз, надеюсь, ты не откажешь.

– Что я должна сделать? – спросила Ирина, демонстрируя беспокойство по поводу этой странной просьбы.

– Я бы хотел, чтобы ты связалась для меня с генералом Андреем Владимировичем Халиковым, моим дедом, и попросила его приехать в Логово. Мне нужно срочно увидеться поговорить с ним. Мне нужен его совет. Ты можешь сделать это для меня?

Ирина отступила назад, освобождаясь от крепких объятий Алексея:

– Думаю, я могу это сделать, но мне придется получить разрешение у Петрова. Никто не может войти или выйти отсюда без его разрешения. Мы – секретное учреждение, а не пятизвездочный отель.

Алексей и Ирина рассмеялись в унисон.

– Спасибо, коллега, спасибо за помощь, я ее не забуду, – сказал Алексей, затем с умоляющим видом добавил, – Если мы закончили с утренней пробежкой, то я хотел бы принять душ и, возможно, выпить хороший экспрессо.

Ирина кивнула головой, и они вместе пошли к большой лестнице, рука об руку, где их ждал агент Скубак.

– Майор… Ирина… вы хорошо спали этой ночью? Алексей, в семь часов вас ждут в 5 кабинете на первом уроке по теории. Поторопитесь, у вас мало времени. Ирина проводит вас, – сказал он насмешливым голосом.

Они вместе вернулись в свою комнату и быстро приняли душ, обмениваясь лишь быстрыми взглядами; у них не было времени заниматься любовью. Им нужно было торопиться, если они хотели успеть вовремя. У них еще оставалось время быстро позавтракать в столовой, затем Ирина провела его по длинному коридору на первый этаж.

Здесь Алексей остановился, с любопытством рассматривая многочисленные фотографии, висевшие по обе стороны коридора. Это были портреты людей крупным планом.

– Русские секретные агенты, погибшие при исполнении служебного долга? – попытался спросить Алексей.

– Не все они погибли, и не все они русские, – ответила Ирина с сарказмом. – На этом участке стены висят только лучшие. Некоторые даже успели насладиться пенсией, но все были награждены высшими наградами и даже сейчас считаются героями Отечества.

– Кто это? – спросил Алексей, – мне кажется, что я его уже где-то видел… возможно, в какой-то книге, которую я читал в школе.

– О… перед вами величайший русский шпион всех времен. Забавно, что вы его не знаете. Гарольд Адриан Рассел «Ким» Филби. Он был британским секретным агентом, но уже через несколько месяцев службы начал сотрудничать с нами, сначала как русский агент НКВД, а затем КГБ. Он был нашим «кротом» в британской военной разведке. В 1963 году его двойная игра была раскрыта. Он бежал в Москву, где жил и работал инструктором КГБ вплоть до своей смерти в 1988 году. Филби был русским шпионом, который нанес наибольший ущерб Соединенному Королевству и Атлантическому Альянсу. В течение двадцати семи лет он передавал нам информацию самого высокого уровня, которая нанесла западному блоку огромные потери в средствах и агентах.

– Мне нравится этот парень! – воскликнул Алексей, кивая головой, – он – идеалист, как и я. Если мне придется стать шпионом, то моя кличка будет КИМ, как у Филби.

11

Они пунктуально прибыли в кабинет номер пять, вошли и обнаружили ожидающего их Петрова, который, как только увидел их, направился к ним. Они энергично обменялись рукопожатиями и поприветствовали друг друга, как того требовали правила.

– Доброе утро, Ирина. Рад снова видеть вас, майор Маринетто. Присаживайтесь, чтобы мы могли сразу же приступить к работе. У нас сегодня много работы, – и рукой он указал на отведенные им места. – Ну, майор, прежде всего, я рад, что вы не попытались сбежать сегодня ночью. Я полагаю, что вы приняли задание. С сегодняшнего дня вы официально являетесь тайным агентом СВР. Прежде всего, как любой хороший агент, вы должны иметь кодовое имя, по которому вас будут узнавать, и подписывать все свои разведывательные отчеты. Может быть, у вас уже есть какое-нибудь на примете?

– Я думал о том, чтобы подписываться КИМ, – сухо ответил Алексей.

– А… хороший выбор, я вижу, вы уже сделали домашнее задание с Ириной. Надеюсь, вы не заставите доброго Филби пожалеть об этом, – саркастически улыбнулся Петров.

Кабинет номер пять напоминал небольшой кинотеатр. Большой белый экран на стене и удобные кресла из красного бархата, в которые опустились все трое.

– Итак, начнем, – властно произнес генерал Петров своим командным низким голосом. Свет медленно погас, и началась проекция фильма. С первых кадров Алексей сразу понял, что главный герой – Лука. – Вот, майор, запоминайте места, которые вы сейчас видите. Вот, например, внешний вид колледжа обороны в Риме, где ваш брат только что закончил обучение. Позже мы предоставим вам план здания с расположением всех помещений, включая столовую, гимнастический зал и футбольное поле. Как видите, здесь нет хоккейного поля. Лука… насколько мы знаем… настоящий футбольный фанат. Он играет в него как любитель, в основном на позиции центрального защитника. Его любимая команда… конечно же… «Рома». Его кумир – Франческо Тотти. Как вы относитесь к футболу? Играли ли вы в него со своими коллегами в Санкт- Петербурге?

– К сожалению, нет. Моя настоящая страсть – это хоккей. Я играю в него с самого детства. Футбол меня никогда не привлекал. Но ради успеха миссии я запомню каждую крупицу информации и сделаю все, что вы сочтете нужным.

– Согласен, майор Маринетто. Чтобы облегчить вам задачу, я подготовил для вас объемное досье о жизни вашего брата, которое вы должны будете тщательно изучить. Вы оба прекрасно говорите на трех языках: русский, английский и, конечно же, итальянский. Но вам придется улучшить свой акцент… возможно, добавить несколько незначительных местных диалектов и немного ухудшить свой русский. Ваш язык слишком идеален для Луки. В ближайшие несколько дней вы будете тренироваться вместе с Ириной, но помните… у вас есть всего две недели, чтобы превратиться в Луку Маринетто и понять, что… одного физического сходства недостаточно… Продолжаем просмотр!!! – приказал Петров, – То, что вы видите сейчас – это места, которые ваш брат часто посещает. А это – он в обществе Ирины.

В этом она, конечно, сможет помочь вам гораздо больше, чем я. Он приедет с ней в Сочи, а затем в Рим. Официально она его невеста, и работает под прикрытием в визовом отделе российского посольства. Ирину знают все. Лука познакомил ее с большим количеством своих друзей, а также с некоторыми коллегами по Академии. Вот что происходит, когда человек по-настоящему влюблен.

Остановите картину!!! – крикнул Петров и, подняв голову, посмотрел на киномеханика. – Вы видите эту маленькую группу?

Смотрите внимательно.

Это прием, который проводится каждый год в большом центральном зале Оборонного колледжа в Риме. Справа от вашего брата – майор Кнут Петерсен, гражданин Дании, близкий друг Луки. Тщательно изучите его досье, потому что он единственный человек… наряду с его отцом… который может сорвать операцию и понять, что вы самозванец. Ровно через две недели в Риме состоится великое событие, и в конце вечера на торжественной церемонии офицерам, блестяще завершившим курс обучения в Академии, будут вручены задания с указанием пунктов назначения. По имеющейся у нас информации мы знаем, что Кнут Петерсен будет назначен в Военный комитет НАТО в Брюсселе. Алексей, это не должно произойти! – воскликнул нахмурившийся Петров.

Затем, приняв манеру поведения, больше подходящую профессору колледжа, чем шпиону, он продолжил говорить:

– Теперь посмотрите внимательно на того человека в форме, слева от Луки. Это ваш командир, генерал Фабиан Лефевр. Список заданий находится у него!!!

Алексей повернулся к Петрову, кивнув головой, намекая, что прекрасно понимает ситуацию.

– Ну… теперь приступим к делу!!! Ваша миссия будет заключаться в том, чтобы заменить оригинальный список столь же совершенной копией, которую мы предоставим вам в соответствующее время. Эта церемония будет вашей единственной возможностью совершить подмену. Оригинал вы найдете в сейфе Оборонного колледжа в Риме, который вам придется вскрыть. Он находится на верхнем этаже, в личной комнате командующего Лефевра. За картиной, изображающей битву при Ватерлоо. Они очень романтичны, эти французы, вы не находите?

Алексей резко прервал его:

– Я должен взломать сейф? Но я действительно не знаю, как я могу это сделать. У меня нет никаких навыков, и к тому же… за такое короткое время… это практически невозможно сделать. Заменить брата – это одно дело… но сейф…

– Майор, вам не нужно ни о чем беспокоиться. Вас обучат, не волнуйтесь. У нас лучшие специалисты в этой области, к тому же мы знаем марку и модель. Будьте уверены, вас не остановит этот сейф. Если вы будете следовать нашим инструкциям до конца, ничего плохого с вами не случится, а также с вашей семьей.

Внезапно лицо Алексея стало красным. Он был вне себя от ярости, и казалось, что его гнев может выплеснуться в любой момент. Ему хотелось ударить Петрова и убрать эту глупую ухмылку с его лица. Он с трудом сдержался, посмотрел своему противнику в глаза и вызывающим тоном сказал:

– Петров, вы уже второй раз за два дня угрожаете мне. Оставьте мою семью в покое. Если это повторится… шпион вы или не шпион… но я убью вас, – Алексей уже собирался встать, когда Ирина вмешалась, удерживая его за руку, и обеспокоенно посмотрела на него, умоляя снова сесть. Алексей понял, что у него нет другого выбора, попытался успокоиться и медленно опустился на стул.

– Продолжаем!!! – приказал Петров, не придав особого значения этому внезапному всплеску, и фильм возобновился ровно с того места, где был прерван.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

СОЧИ

12

Лежа на шезлонге у бассейна, Алексей так не мог расслабиться, продолжая выработать стратегию, найти выход из этой передряги, в которую он волей-неволей попал.

Неделя, проведенная в «Логове», была поучительной во многих отношениях. Он наконец-то научился взламывать сейф (или ему так казалось) и с удовольствием занимался боевыми искусствами (хотя его инструктор из-за нехватки времени уделил внимание лишь нескольким особенно эффективным защитным ударам).

Наконец, любопытство и практика с небольшим устройством, размером чуть больше пачки сигарет, позволили ему научиться фотографировать и копировать любые документы, даже конфиденциальные и совершенно секретные.

Петров отметил его невероятный прогресс, достигнутый всего за одну неделю интенсивных тренировок, и, довольный, отправил его в Сочи, на Черное море, в компании Ирины и Скубака, его ангелов-хранителей.

Сейчас они жили в «Гранд Отель Родина», в том же пятизвездочном отеле, где останавливался Лука, пусть и всего на несколько дней. На стойке регистрации сотрудники отеля без труда узнали его, и это была первая проверка, которая прошла успешно.

Сотрудникам отеля Алексей рассказывал о своих фантастических экскурсиях в горы вокруг Сочи в компании своей прекрасной девушки, оправдывая свой внезапный отъезд. Он сказал, что воспользовался прекрасной июньской погодой, чтобы съездить на поезде в Севастополь и полюбоваться вблизи Черноморским флотом России. Теперь они с Ириной вернулись в Сочи, чтобы в конце июня посетить парусную регату: среди участников которой будет их русский друг, которого они приехали поддержать.

Алексей поинтересовался у Юрия, дружелюбного и услужливого консьержа отеля, могут ли они вернуться обратно в свой прежний номер. Они тут же получили согласие, и Юрий лично проводил их в номер 107, на втором этаже, с видом на море. Юрий сказал, что им очень повезло, потому что в июне, сезон еще не в разгаре, и не все состоятельные клиенты прибыли на отдых, но они ожидают наплыва туристов к выходным на открытие парусной регаты.

Алексей и Ирина оставили ему хорошие чаевые, распаковали свой багаж и подкрепившись, пошли гулять по улицам Сочи. Они шли рука об руку, как настоящая влюбленная пара, стараясь привлечь внимание случайных туристов. До этого момента все шло гладко, Алексея узнавали, как Луку. На набережной они подружились и обменялись несколькими фразами на английском языке с другими отдыхающими парами, в основном с немецкими и английскими туристами.

Когда они добрались до великолепного Морского порта, им оставалось только любоваться роскошной мега-яхтой, которую пришвартовал здесь какой-то богатый русский из Москвы или Санкт-Петербурга.

Алексей, дружески беседуя с Ириной о политике, выразил свое разочарование в том, как быстро все изменилось в России после развала СССР. Падение Берлинской стены заставило его надеяться на лучшее будущее для российского народа; что они, наконец, смогут наслаждаться свободой открыто выражать свои идеи и смогут выбрать демократичный путь развития общества, который позволит объединяться в партии и бросать вызов правительству без риска быть обвиненными и осужденными за высказывание собственного мнения. В тот момент он говорил не как солдат, а чувствовал себя обычным гражданином и искренне выражал свои мысли, идеалы, которые Мария вложила ему с детства.

К сожалению, олигархам и военным удалось захватить верхушку власти, и лишь немногие случайно разбогатевшие за счет непонятной торговли представители, попали туда, куда им не следовало, и тут же были поставлены на место. Все остальные, особенно те, кто продолжал бороться с системой, были вынуждены эмигрировать или чахнуть в какой-нибудь промозглой, темной камере, переосмысливая свой необдуманный выбор.

Алексей не мог признаться Ирине в том, о чем думал на самом деле. Он был почти уверен, что представители новой власти используют аппарат СВР в незаконных целях и что для достижения своих личных целей они без колебаний будут убивать несогласных российских граждан. Если бы кто-то начал расследование или просто выразил протест или несогласие с новой властью – это бы расценивалось как разглашение государственной тайны, государственной изменой и таким политическим противникам могло грозить наказание по статье преступления против общественного строя.

Алексей подозревал, что за СВР стоит элитная группа из нескольких человек и намеревался выяснить их имена. Возможно, в нее входили генералы, личные друзья его деда Андрея, и он мог просить их о помощи, чтобы они взяли его под свою опеку. Он думал, что это единственный способ защитить себя и свою семью от убийственных замыслов Петрова. Но до этого момента он не продвинулся ни на шаг вперед в своих рассуждениях, и эти идеи оставались лишь догадками, причудливыми предположениями.

Кроме всего прочего, Ирина оказалась несговорчивым союзником, и ему так и не удалось связаться с дедом.

13

Неожиданно брызги окатили Алексея с головы до ног. Они с Ириной были у бассейна. Алексей инстинктивно увернулся, запрыгнув на шезлонг. Это была шутка Ирины, и теперь она приглашала его прыгнуть в воду, чтобы искупаться вместе. Некоторое время майор смотрел на неё уже другими глазами.

Они занимались любовью бесчисленное количество раз, и у него было ощущение, что при других обстоятельствах он мог бы безумно влюбиться в нее, как возможно влюбился Лука. Она была ошеломляюще красивой женщиной, от которой захватывало дух. Она стояла улыбаясь, опираясь локтями на край бассейна, погруженная в воду. Было почти невозможно устоять перед ее красивыми изумрудно-зелеными глазами. Он понимал, что не застрахован от ее обаяния, но очень старался держать эмоциональную дистанцию между ними, отдаляясь настолько, чтобы его не захлестнули чувства и страсть. Он уже хорошо понимал, что Ирина – безжалостный шпион, возможно, самый безжалостный во всей СВР, и что она не будет колебаться ни секунды, чтобы убрать его, если генерал Петров отдаст ей приказ.

– Ну что, лентяй, ты собираешься прыгать в воду или нет? У нас же не целый день… поторопись, нам нужно кое-куда успеть. Скубак через час ждет нас в порту. Он возьмет нас покататься на своей парусной лодке. Ты знаешь, что он настоящий морской фанат? Ты не представляешь, на что ему пришлось пойти, чтобы транспортировать свою лодку в Сочи. Он убедил Петрова что парусная регата будет отличным прикрытие, и теперь он постоянно проводит время порту, полируя её. Такое ощущение, что он заботится об о ней больше, чем о любимой женщине, о существовании которой я не слышала за все годы нашей работы в СВР.

– У Скубака есть парусник? Вы двое не перестаете меня удивлять! – Алексей снял белую футболку с логотипом Nike посередине и продемонстрировал свои мощные мышцы, результат многолетних тренировок хоккеиста. Ирина смотрела на него с восторгом и восхищением. Затем они, обнявшись, полностью погрузились в воду и бросая вызов друг другу: кто дольше продержится под водой, задержав дыхание. Они оба чувствовали притяжение, как два магнита, и им было трудно разъединить свои тела, так как будто они созданы друг для друга.

День за днем эта игра превращалась в слишком опасную реальность. После последнего поцелуя их страсть снова взяла верх, и они решили, что им лучше уединиться в номере. Они, пропустив обед, быстро приняли душ и держась за руки пошли по коридору отеля. Они выглядели как настоящая влюбленная парочка, нежная и трогательная. На их стороне были молодость, красота и физическое совершенство, что не могло остаться незамеченными.

– Как мы доберемся до гавани? – спросил Алексей нехотя. – Пройдем пять километров пешком или ты меня на плече понесешь?

– Нет. Давай на этом!!! – Ирина указала на площадь, где был припаркован хромированный черный Harley-Davidson 883 Sportster Custom. – Возьми этот шлем и заводи мотоцикл. Посмотрим, как питерская молодёжь умеет производить впечатление на симпатичную московскую девушку, – язвительно добавила она.

Алексей весело смотрел на нее, Ирине почти всегда удавалось поднять ему настроение. Они оба уселись на мотоцикл, застегнули шлемы и на полной скорости понеслись по улицам Сочи. Им обоим не терпелось встретиться со Скубаком и посмотреть, как он колдует над своим парусником. На первый взгляд он совсем не показался им морским волком, но Алексей, проучившись некоторое время в СВР, уже научился ничему не удивляться.

– Это собор Архангела Михаила, – крикнула Ирина, надеясь, что ее услышит Алексей и ее голос превысит по шум двигателя «Харлея». Алексей кивнул головой в знак того, что понял, и дал газу, заставив Ирину обнять его еще крепче, чтобы не упасть на дорогу. Они успели объехать почти весь Сочи. Приехав в порт, они пошли по набережной, проходя мимо длинной вереницы маленьких и больших катеров.

– Ирина, Алексей, я здесь, идите сюда! – Скубак махал руками, чтобы его заметили те двое, которые тем временем остановились полюбоваться великолепной супер-роскошной яхтой. На море были легкие волны, и дул приятный утренний бриз, но все же было не слишком жарко, как летом, и температура была вполне комфортной для прогулки. Это место, безусловно, заслужило свою славу, и для россиян оно было идеальным местом отдыха.

Скубак приветствовал их широкой улыбкой:

– Прошу, дамы и господа, снимайте обувь и поднимайтесь на борт моей скромной лодочки. Она не сравнится с той, которой вы восхищались минутой раньше, но все же производит хорошее впечатление на тех, кто понимает в этом толк.

Они поднялись на борт парусной лодки «Риветто» длиной около 7,5 метров с небольшим двигателем Suzuki мощностью 4 лошадиные силы на корме. Алексей был ошеломлен, когда прочитал название судна «Мария», имя его мамы, но он не успел сказать ни слова, когда Костя с веселым видом спросил его:

– Ты больше любишь море или горы?

– Ну, не знаю, может быть, и то, и другое, – ответил Алексей на этот необычный вопрос, устремив свой взгляд на озадаченную Ирину.

Костя, не растерявшись, засыпал их вопросами:

– Видите горы вокруг Сочи? Там можно построить лучшие горнолыжные комплексы, и когда-нибудь здесь будут проводиться зимние Олимпийские игры! – это неожиданное футуристичное предсказание вызвало смех у гостей.

Алексей, продолжая весело смеяться, резко прервал его:

– На морском побережье зимние Олимпийские игры? Ты действительно странный парень, Костя, если так думаешь, ты просто спятил!

– Вот увидишь… увидишь… однажды ты вспомнишь мои пророческие слова и поймешь, что я был прав. А теперь устраивайтесь поудобнее, я покажу вам, на что способна моя маленькая лодка.

Он завел двигатель и медленно направил к выходу из порта. Оказавшись в открытом море, он развернул паруса и встал за штурвал. Ирина тем временем, пользуясь относительным штилем и убаюкиваемая морскими волнами, легла на нос лодки. Она почти полностью разделась, оставшись только в купальнике из прозрачного белого кружева. Скубак, как только понял, что она его не видит, сделал знак Алексею подойти ближе и быстро передал ему записку. Затем, Костя попросил его спуститься в каюту, чтобы принести морскую карту.

Алексей на мгновение растерялся, не ожидая такого необычного дружелюбия, но решил следовать его указаниям. Он, спустившись в каюту, развернул записку и прочитал ее содержание с примесью любопытства и волнения:

«ТВОЙ ДЕД ЖДЕТ ТЕБЯ СЕГОДНЯ В 8 ЧАСОВ ВЕЧЕРА В СОБОРЕ АРХАНГЕЛА МИХАИЛА. Я ПОЗАБОЧУСЬ ОБ ИРИНЕ. БРОСЬ ЗАПИСКУ В МОРЕ».

Алексей обрадовался. Наконец-то дедушка Андрей смог с ним связаться.

Когда он впервые встретил Скубака, тот не произвел на него хорошего впечатления, и в течение недели, когда они вместе находились в «Логове», их отношения постепенно ухудшались, до такой степени что они почти ненавидели друг друга. Теперь, он получил помощь оттуда, откуда не ожидал.

Во время поездки на лодке Алексей был взволнован. Ему было интересно, какова реальная роль Скубака во всей этой истории. Должен ли он считать его другом или врагом? Вёл ли он двойную игру и хотел заманить в ловушку или искренне хотел помочь ему?

Но, несмотря на неуверенность и большие сомнения, он все еще был полон решимости идти до конца; он должен был пойти на встречу с дедом и выяснить, сможет ли тот помочь ему.

Примерно через два часа Скубак изменил курс, и они вернулись в порт Сочи.

– Ребята, надеюсь, вам понравилась прогулка на лодке. В субботу будет парусная регата, и я полагаю, что вы оба будете в гавани болеть за меня и мою «Марию».

– Конечно, Костя, я не представляю, что мы можем это пропустить, – примирительным тоном сказала Ирина, довольная тем, что ей наконец-то удалось немного позагорать.

– Алексей, как насчет того, чтобы сегодня вечером немного повеселиться в мужской компании в клубе недалеко от центра. Ирина, ты не против, если я украду его у тебя на время? Я лично позабочусь о нашем друге.

Алексей кивнул головой в знак согласия и сказал:

– Конечно, Костя, с удовольствием, расскажи мне, как родилась твоя страсть к парусникам?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.