Ольга Кей
Как выбросить скелеты из шкафа и начать жить

Введение

Когда-то давно, ещё в прошлом веке, я была закомплексованной одиночкой, потерявшей почти всё в жизни. Тогда не было такого количества психологов, как сейчас. В основном справлялись сами, кто как мог: или в жилетку плакались, или горькую пили, или добровольно искали экстрим, как я.

Экстрим не помог – легче мне не стало. Только ран добавилось – физических и моральных. Но надо было жить дальше и я решила, что никто другой за меня это не сделает. И, подобно легендарному барону Мюнхгаузену, начала вытаскивать себя за волосы из болота – научилась смотреть на вещи по-другому. Я нашла причины, чтобы устранить следствие, и начала жить заново.

Сейчас писать об этом легко, а тогда…

Прошло много лет, а проблема так и осталась актуальной: многие «тонут» в болоте жизни, попав туда по собственной воле или при помощи других людей. И не все могут обратиться за помощью к специалисту, а кому-то просто нужен небольшой толчок в нужном направлении.

Поэтому я решила написать эту книгу. Очень надеюсь, что она поможет кому-то разобраться в себе или просто узнать, что жизнь без драмы вполне возможна. И что жизнь заканчивается только тогда, когда мы перестаём жить физически.

В книге не будет нудных и малопонятных лекций о том, как жить на постоянном позитиве. Не будет призывов записываться ко мне на консультацию. Ещё не будет «сюси-пуси» из серии «как нам в жизни не повезло».

Но будет правдивая история обо мне, моей жизни – взлётах и падениях, о тех людях, благодаря или вопреки которым я стала тем, кем стала. Я давно убедилась, что часто жизнь – круче вымысла.

Ещё будет о том, как получить мотивацию к действию и жить. Да, просто жить. На примерах, фактах и полученных в течение многих лет опыте и знаниях. Лучше прочтите сами.

Я не могу обещать, что, прочитав мою книгу, вы сразу станете счастливым человеком – это будет неправда. Но я могу дать надежду на то, что можно изменить себя и свою жизнь, обрести смысл жизни, любовь к себе и, как следствие, любовь окружающих.

Об авторе

Я – обычный человек: журналист, блогер, у меня нет регалий, моё имя не произносят с придыханием тысячи моих фанатов. Если вы спросите: «Так зачем ты тут пишешь, если ты такая обыкновенная?», я отвечу: «Потому что всё, о чём я пишу, я пропустила через себя, через свой опыт, набила свои шишки и добилась успехов». Думаю, это веская причина поделиться с вами.

От автора

Во избежание претензий давайте будем считать, что всё это выдумано.

Глава 1. Не вините родителей: нас любили, как умели

Начало пути

Я родилась в последнее воскресенье года. В день, когда почти везде (кроме нашей страны) отмечается Рождество. Это был подарок моей бабушке, день рождения которой был на следующий день.

Наверное, поэтому она так полюбила свой «подарочек» и спасла его, то есть меня, от инвалидности. Да, я родилась с врождённым вывихом бедра. Не буду вдаваться в медицинские подробности, скажу просто: благодаря терпению и любви бабушки всё обошлось.

А у мамы была сессия, ей было не до меня.

Я теперь понимаю, что мать-кукушка – довольно частое явление в семьях, где есть добрые, чадолюбивые бабушки.

Так что мне повезло, что у меня была именно такая бабушка. Иначе, по молодости лет, моя мама не стала бы заморачиваться со специальными приспособлениями, в которых нужно было держать ребёнка полгода.

Дочь или машина: трудный выбор матери… в пользу машины

Наверное, почти у каждого из нас бывают в жизни моменты, которые мы не хотим вспоминать. Или хотим, чтобы что-то случилось не так, как случилось. А бывает, что старая боль или обида не отпускает много лет, а потом как-то случайно уходит.

Так случилось и со мной. Многолетняя боль и обида на собственную мать вдруг ушла. Или не вдруг. Но ушла. И стало как-то легче и светлее на душе. Но до этого дня прошла почти целая жизнь…

Я была старшим ребёнком в семье. Обычной советской семье: мама, папа и две дочки. У меня не было ощущения, что меня любят как-то меньше, чем младшую сестру. Всегда было всего поровну. Даже когда меня на всё лето отправляли к бабушке и дедушке в деревню, это было нормальным. С двумя внучками старики могли не справиться. Да и я считала, что это моя привилегия, как старшей.

А еще все говорили, что я очень похожа на папу: такие же тёмные волнистые волосы, голубые глаза и нос с горбинкой.

В школу я пошла раньше срока, не дотянув до положенных семи лет четыре месяца. Маме пришлось побегать, чтобы пристроить меня: никто не хотел рисковать показателями успеваемости. «Ну что вы, она же не потянет школьную программу!». А я читать умела чуть не трёх лет. И училась хорошо и была гордостью не только класса, но и школы.

И всё было в моей жизни хорошо и безоблачно. Пока однажды, когда мне едва исполнилось двенадцать, не случилось то, что перевернуло мою детскую счастливую жизнь.

Во время урока зашла завуч школы и увела меня к себе в кабинет. Там была мама и незнакомый высокий мужчина, который улыбнулся, когда я вошла. Завуч деликатно удалилась. А мама, взяв меня за руку и заискивающе глядя в глаза, сказала:

– Оля, знакомься – это твой родной папа.

– Доченька, здравствуй, – срывающимся голосом сказал мужчина.

В моей детской головке пролетело столько мыслей и вопросов за одну минуту, что я чуть не потеряла сознание: «Что значит – родной папа? А папа Володя – двоюродный папа что ли?». Значение слова «двоюродный» я к тому времени хорошо понимала.

Ещё почему-то мне запомнились мамины руки, унизанные золотыми перстнями, которых у неё отродясь не бывало. Мама потом сказала, что хотела произвести впечатление. Произвела. На старшую дочь – на меня.

В тот день я уехала вместе с папой в другой город, к нему в гости. На каникулы. Знакомиться с его женой и младшей сводной сестрёнкой Викой. Каникулы прошли быстро, меня приняли хорошо, все подружились.

Всё-таки верно говорят, что кровь – не вода. Я сразу почувствовала доверие к незнакомому мне человеку – моему отцу по крови. Мы были дружны до его последних дней.

Когда я пришла в школу после каникул, меня ждал сюрприз. Неприятный. В классном журнале моя фамилия стала двойной: по двум папам сразу. В середине учебного года никто не хотел менять все журналы и записи. Одноклассники задавали вопросы и шушукались за спиной.

В силу возраста я не до конца поняла ситуацию, но поняла точно, что жизнь точно не будет прежней. Хотя папа Володя относился ко мне так же, как и раньше. Ничего в общем не изменилось. Но изменилась я – как-то сразу стала взрослой. И захотела узнать, почему так произошло, что у меня стало два папы. И уже не смогла по-прежнему относиться к своим родителям.

Детско-юношеский максимализм – это страшное оружие, часто обоюдонаправленное.

Особенно, если его обнажить неумело, оправдывая безапелляционным: «Я взрослый, я лучше знаю, что тебе нужно!». Как поступили тогда со мной и многими другими детьми. К сожалению, поступают так и сейчас.

В большинстве семей авторитет родителей – непоколебим, он априори – истина в высшей инстанции. Для некоторых – всю их жизнь.

А было всё просто, ничего экстраординарного. Когда мама второй раз вышла замуж, новый мамин муж хотел меня удочерить. Но мой отец не дал разрешения. Чем он руководствовался – я не стала спрашивать спустя годы, да и неважно уже.

Поэтому для всеобщего спокойствия меня везде записали как Ольгу Владимировну с фамилией отчима. В те времена в детский сад и в школу можно было предоставлять копию свидетельства о рождении, а не оригинал. Вот и предоставляли. Нотариусы тогда были в большой редкости, а бюрократия была бесплатной.

Каким-то образом родной отец узнал, что я ношу чужую фамилию и предложил бывшей жене, моей маме два варианта:

– оформить официально меня на фамилию отчима и прекратить платить алименты;

– вернуть мне фамилию и отчество, данные при рождении, и продолжить получать алименты.

Решение было принято не в пользу моего спокойствия и мира в семье. При том, что семья не бедствовала. Алименты по тем временам были почти 100 рублей в месяц. Это была зарплата, причем неплохая. На накопленные алименты родители смогли купить машину.

А у меня в душе поселилась боль. Я стала чувствовать себя лишней в семье. Отщепенкой. Стала писать грустные взрослые стихи и не менее грустную музыку. Учиться хуже не стала, но стала замкнутой, поведение в школе стало «неуд». Хуже всего то, что я перестала доверять своей маме. И при первой же возможности покинула родительский дом.

Став взрослой, я часто проигрывала мысленно эту историю, свою обиду. И думаю, как бы я поступила на месте мамы? И не знаю, как бы я поступила.

С одной стороны – я бы сохранила спокойствие ребёнка, и тихо-молча переоформила на фамилию нового мужа. И всё было бы спокойно.

С другой стороны – я не знаю, как на самом деле всё было и какие мотивы были у моей мамы. Хотя, наверное, знаю: для неё всегда мерилом счастья были деньги. Но это уже другая история. Об этом расскажу позже.

Когда я сама уже стала мамой, я нашла в этом безусловный плюс: я узнала своего родного отца, свою сводную сестру и приобрела многочисленных родственников (отец был из многодетной семьи).

А с папой Володей мы до сих пор в прекрасных отношениях, хотя он уже почти сорок лет, как развёлся с мамой. Я для него – доченька, а он для меня – папа.

Отпускайте старые обиды. Изменить всё равно уже ничего нельзя. Постарайтесь найти в них хоть чуточку положительного. Поверьте – на душе станет легче.

Путешествие к центру себя: возвращение в первое счастье

Почему-то вспомнился обычный зимний день. Я тогда вышла погулять. К сожалению, в последнее время у меня это редко получается по объективно-физическим причинам, но зато метко. Вот и в тот раз получилось.

Погода была хорошая – ясная, солнечная, в меру прохладная. Лёгкий морозец и много сверкающего снега. И потянуло меня на детскую площадку рядом с домом. На качели. Захотелось сесть на них и покачаться. Захотелось до замирания сердца и слез на глазах. Да, так бывает.

Не знаю, что на меня нашло, но вот такое было настроение – немного хулиганское. Ну сами посудите: взрослая тётенька, заслуженная трижды бабушка – и на качелях. Но изредка можно себе позволить похулиганить. Особенно, если это никому не мешает.

Я уселась на качели, поерзала, устраиваясь поудобней, оттолкнулась ногами от земли… И полетела. И сладко ёкнуло в груди, перехватило дыхание. То ли от радости, то ли от морозного воздуха, то ли от испуга – давно не качалась на качелях. Немой восторг, стыдливо сдерживаемый глубоко в душе, выплеснулся наружу «джокондовской» улыбкой.

Вероятно, вы когда-нибудь ощущали, как щемит сердце, когда нахлынут воспоминания. Они бывают разные – хорошие и не очень. В них мы возвращаемся в прошлое. Я предпочитаю хорошие воспоминания: от них становится тепло и солнечно на душе.

Приятно иногда вспомнить беззаботное детство. Окунуться в него с головой. В то ощущение радостного нетерпения, когда происходило что-то яркое, радостное и необычное.

Как-то меня спросили, в какой день в моём детстве мне хотелось бы вернуться. Я долго вспоминала, потому что дней таких было очень много. Хотелось бы вернуться в день, когда я стала «взрослой». Воспоминание было настолько реальным, почти как в машине времени.

Мне шесть лет. Я проснулась рано утром, в предвкушении приключения и необычного путешествия. Пусть в пределах города, но всё же. Меня впервые повели в настоящий парк с аттракционами! Не в тот детский парк, где медленно и печально крутится карусель с лошадками и слониками, или мини-паровозик катает по кругу.

В этом парке были настоящие большие аттракционы: «берёзка», качели-лодочки и колесо обозрения, которое все почему-то называли «чёртово колесо». Это было для меня выдающееся событие! Даже более выдающееся, чем мой первый полёт на самолёте в Ригу.

Бабушка в красивом платье, с аккуратной, как всегда, причёской, и дедушка – в светлом лёгком костюме, с военной выправкой. Оба молодые и красивые. И я – в нарядном шёлковом платье, с большими бантами в косах. Помню ощущение безграничного счастья. Восторга. Полёта. И сладкого замирания сердца…

В моей жизни было много счастливых дней. Но этот день мне запомнился ярче всех. Как первый бал, первый поцелуй. Как первое счастье…

К чему это я? К тому, что многие наши взрослые проблемы идут из детства. Хотя в детстве у нас всё было хорошо, как у большинства.

Просто кто-то вырос и помнит только хорошее: мамины объятия, бабушкины пирожки и летние каникулы с кучей радостных эмоций. А кто-то, как я когда-то, держит в себе старые детские обиды, муссирует их, взращивает, превращая в монстра, грызущего изнутри и мешающего жить.

Не обижайтесь на родителей. Они любили нас, как умели. Потому их тоже так воспитали. И тогда, в моём детстве (и многих из вас), приоритеты были другие.

Тогда послеродовой декретный отпуск был всего 2 месяца, и в этом возрасте ребёнка даже в ясли можно было отдать (если удавалось, конечно). Потому что маме нужно было работать, а бабушки были далеко не у всех. Или были, но тоже работающие: или возраст ещё не подошёл, или надо было помочь детям и внукам.

А ещё – общественные нагрузки, художественная самодеятельность, спортивные состязания и много чего ещё, что должны были делать советские родители. Плюс субботники, поездки в подшефные хозяйства и… Конечно, выбор был всегда, но комсомол и партия сказали: «Надо!».

Откройте шкаф, найдите там скелет своих детских обид и комплексов – и выбросьте его. Знаю, что это очень непросто. Я сама почти до тридцати лет лелеяла обиду на своих родителей.

Но не поможет никакой даже самый волшебный психолог, если вы сами не захотите этого сделать: отпустить свои детские обиды. С этим грузом трудно жить.

Лучше вспоминать о чём-то хорошем. Например, как ходили в детский парк на качели. Или в лес, по грибы. Или как вам подарили новую игрушку. Много-много хороших воспоминаний есть у каждого из нас. Нужно просто их отыскать и мысленно улыбнуться: «Спасибо, родители!».

Мы ведь своих детей воспитываем иначе, правда? Тоже, как умеем.

Глава 2. Как закалялась я и мой характер

Блеск и пустота шоколадок: самое большое разочарование детства

У кого из нас в детстве не было разочарований, которые казались целой трагедией и на всю жизнь? Наверняка, были почти у всех. Сейчас некоторые детские трагедии вспоминать смешно или грустно. Но некоторые остались в наших воспоминаниях на всю жизнь.

Я уже рассказывала, что все летние каникулы я проводила с дедушкой и бабушкой. Мой дед был строгим, всегда топил за ЗОЖ: правильное (по его меркам) питание, режим дня и физкультуру. Поэтому на «сладкое» в сезон у меня были фрукты и ягоды, а вне сезона – вяленые финики.

Всё это выдавалось строго дозированно. Не потому, что жалко, а потому что «Всё должно быть в пределах разумного». Пределы разумного у деда были свои собственные, военные. При всей своей строгости дед искренне любил меня. Тоже – как умел.

Как-то в витрине магазина я увидела невероятное: яркого, блестящего разными красками, шоколадного зайца. Я онемела от восторга и, забыв о том, что я воспитанная семилетняя девочка, заканючила:

– Дедушка, купи мне шоколадного зайца! Ну пожалуйста!

– Сладкое вредно! – строгим голосом ответил непреклонный дед.

А мне так хотелось этого прекрасного блестящего зайца! Не знаю, чего хотелось больше: волшебно вкусного, тающего во рту шоколада, или осознания обладания этим ярким лакомством в разноцветной фольге. Тогда это чудо кондитерской промышленности только появилось в продаже.

Наверняка, вам знакомо: «Если сильно чего-то хотеть – это исполнится». Но я тогда не была так теоретически подкована, не посылала призывы во Вселенную. Я просто сильно-сильно хотела этого шоколадного зайца.

И моё желание исполнилось, когда мы гостили у моего дяди в Мытищах. Нам с двоюродным братом купили по одному шоколадному зайцу! По какому случаю – уже не помню.

Но зато чётко помню это ощущение счастья, обладания, практически чуда. Я не могла налюбоваться шоколадным зайцем. Представляла, как аккуратно сниму сказочно сверкающую фольгу, потом сделаю из неё «чучелко» зайца и буду играть с ним. А столько шоколада я даже в самых смелых мечтах представить не могла.

Каково же было моё разочарование, когда я откусила кусочек! Полностью шоколадными были только уши. Весь остальной заяц был пустотелым, всего лишь шоколадная оболочка. А блестящая обертка была просто кусочком фольги, разрисованным «под зайчика» разноцветными полосками.

Это было настоящее детское горе, были обмануты все ожидания. То, чего я так хотела и о чём мечтала, оказалось всего лишь пустотелой обманкой. Тогда я поплакала тихонько в уголке, чтобы никто не видел – стыдно было показать слёзы по такому поводу. Но выводы свои детские сделала.

По прошествии многих лет они, увы, актуальны. Случается, что мы встречаем людей, события, мероприятия, которые покоряют нас своей формой и блеском. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что это всего лишь внешние признаки. На поверку – внутри пустота. Даже уши пустые.

Почему-то вспомнился фильм «Серёжа» (1960), вернее – одна сцена. Мальчику Серёже дяденька даёт конфетку, а там пусто – просто фантик. Реакция ребёнка: «Дядя Петя, ты дурак?».

Вот примерно такая реакция была тогда и у меня. Но это опыт и наверное, расстраиваться не сто́ит. Мир не идеален – об этом нужно помнить и быть к этому готовым.

Всегда.

Школьные годы, чудесные… Да?

Кто-то вспоминает их с нежностью: «Ой, как было классно в школе!», кто-то с радостью, что они уже в прошлом. Я просто вспоминаю. Так сложилось, что я училась в школе всего семь лет. Остальные три «коридора» я окончила экстерном. За один год. Практически с отличием.

Согласна, нестандартная ситуация. Сейчас мне кажется смешным то, на что я болезненно реагировала в школе. А тогда…

У меня была детская мечта, которой не суждено было сбыться – стать балериной. Но… Я была самая высокая в классе (хотя младше всех почти на год) и довольно крепкого сложения. Это было поводом для шуток и насмешек.

Я занималась волейболом (тоже своего рода балет). Когда я из-за спортивных соревнований не посещала школу, меня начинали тихо ненавидеть. При том, что я была круглой отличницей не потому, что спортсменка, а вопреки. «Ботанов» никогда не любили.

Всё это ложилось на благодатную почву – мои многочисленные комплексы. Обидчикам частенько доставалось. Мой дневник краснел «пятёрками» и записями: «По поведению – неуд! Родителей в школу…». Профилактические беседы учителей и не очень профилактические – родителей, не помогали. Ну не могла я смириться с незаслуженными обидами! Не могла. Поэтому в 8-й класс не пошла.

Это не делает мне чести, но я отстаивала свои убеждения.

Как могла. Спасибо родителям, что не стали меня ломать и в итоге приняли мой выбор. Мои бывшие учителя, одноклассники и их родители в один голос твердили: «Ну всё, по наклонной пошла».

Да, пошла. Год работала токарем, и за этот год прошла недостающие «три коридора» и получила аттестат о среднем образовании. Потом еще – два высших образования и много лет работы на руководящих должностях. Семья, дети…

Не буду писать, как сложилась судьба некоторых моих «благополучных» одноклассников. Но у большинства – трагично.

Это написано не о том, что я – классная, а они – фу. Это о том, что стереотипы часто ломаются. Идти у них на поводу – зряшное дело.

И ставить клеймо не нужно спешить. Ни на себе, ни на ком-то другом. Кого-то трудности закаляют, кого-то – ломают.

Я считаю, что мне в очередной раз повезло. Или всё-таки воспитание и наследственность? Не знаю. Но факт остаётся фактом – закаляться я начала с детства.

Глава 3. Ужзамужневтерпёж

В 17 лет боялась остаться старой девой

Сейчас я в четвёртый раз замужем. Но об этом позже.

А в первый раз замуж я вышла, нет – выскочила, в семнадцать лет. Не по необходимости (сами понимаете, по какой), не по неземной любви. Практически – за первого встречного. Просто боялась остаться старой девой. Ага, сейчас самой смешно. А тогда…

Я с детства была крупненькой девочкой, есть в кого. Наследственность такая. Папа мой был высоким – 190 см и довольно плотным мужчиной, даже в молодости. Не толстым, просто крупным. Мама тоже далеко не худышечка. Но…

Мои родители развелись, когда мне было три года и мама тут же вышла замуж. То ли раздражение и обида на моего папу не отпускали, то ли характер такой, но от мамы я частенько слышала: «Вся в отца! Такая же толстая и несуразная!». При этом родительница забывала о своей роли в моём появлении на свет. Но это в общем неважно уже.

Я же была очень восприимчивой. Наверное, многие девочки с детства впечатлительные и впитывают всё, как губки. Причём плохое быстрее, чем хорошее. Да и мальчики, как оказалось – тоже.

В старших классах одноклассницы и одноклассники уже романтически встречались, «дружили» парами, а я была одиночкой. Не то чтобы я сильно переживала из-за этого, но комплексы мои расцветали пышным цветом.

Я уже рассказывала, что в пятнадцать лет я пошла работать, в шестнадцать – поступила в институт. Самостоятельно. Мама с дедом сказали куда поступать, туда я и поступила. Аттестат был отличный, так что особого труда это мне не составило.

Поступив, сразу начала активничать: стала культоргом факультета, играла за сборную института в волейбол. Энергию девать было некуда. При этом свободного времени почти не было.

Но в один прекрасный день познакомилась со своим первым мужем. Он учился на 4 курсе военного училища, которое было по соседству. «Девушка, можно с вами познакомиться?». А я сама обалдела от своей смелости: «Можно!».

Стали встречаться. Жених носил мне цветы охапками, оказывал всяческие знаки внимания. Для меня это было необычно и приятно. А когда он мне говорил, что я очень красивая, я вообще улетала на седьмое небо, хотя где-то в душе скребло: «А мама же говорила…».

Когда мне исполнилось семнадцать, жених сделал мне предложение. Я обалдела. И, долго не думая, согласилась. Решила, что нужно идти, пока берут. Ну про старую деву я уже писала.

И мама с дедом как-то удивительно единодушно поддержали меня в этом решении. Наверное, обрадовались. Каждый по-своему.

Это потом, по прошествии многих лет, я поняла, что не встречалась ни с кем до мужа не потому, что я была толстой и страшной, как говорила мама. Просто мне было некогда: я училась в школе, в музыкальной школе, занималась спортом. Когда мне исполнилось тринадцать лет, родился мой брат, и я почти год нянчила его (у мамы после родов были осложнения, и она часто лежала в стационаре).

Ну а тогда я все же вышла замуж. За первого встречного.

И я больше чем уверена, что нас таких много. Выскочивших замуж, потому что: пора, надо, мама достала, с мужем спокойней и… список можно продолжать долго.

Но сейчас я точно знаю: замуж надо выходить по любви. Или хотя бы по расчету.

Хорошо, если получится один раз и навсегда. К сожалению, получается не у всех. Но в начале должна быть любовь. Если думаете, что стерпится-слюбится, то вряд ли. Даже по большому денежному расчету не всегда получается.

Муж не приносит домой деньги: как быть

– Я не знаю, что делать. Мой вообще обнаглел – снимает с карточки какие-то копейки, остальное копит. Говорит, что пусть лежат. И так не шикуем, иногда на необходимое не хватает.

– Да уж… а поговорить с ним пробовала?

Случайно услышала такой разговор. А у меня, как в книге жизни – ситуации случались разные и очень похожие. Похожая ситуация была с первым мужем.

Муж мой был хорошим, добрым и заботливым. Даже не сильно маменькиным сынком. Но в какой-то момент он стал скопидомом. То есть одержимым страстью к накоплению и бережливым до скупости. В те времена банковских карточек ещё не было, но зато были сберегательные книжки, и зарплату нам переводили на них.

У меня тогда оклад был – девяносто рублей. После всяких вычетов оставалось меньше восьмидесяти. В принципе, одной прожить скромненько на такую зарплату можно было. Тогда в общем и тратить особо не на что было – не было такого товарного изобилия, как сейчас.

Но у нас уже было двое детей и моих скромных доходов хватало в обрез и то – на самое необходимое. Оклад мужа был вдвое, а то и втрое больше – он получал хорошие премии. Но приносил тридцать (!) рублей в месяц и говорил, что хватит.

Я поинтересовалась, что случилось, почему так урезался бюджет. В ответ услышала: «Я коплю на мотоцикл». Хорошенькое дельце! Он копит на мотоцикл, который нам ну никак не нужен был, а вся семья должна страдать. И как-то резануло это его «Я».

Ну, глава семьи сказал – значит так надо. Я выкручивалась, как могла. Но когда денег стало не хватать, и я об этом сообщила мужу, от его ответа я чуть не рухнула: «Ну продай мои зимние ботинки, они же новые». Это была последняя капля.

Многие помнят, что в 80-х годах прошлого века полки магазинов не были завалены импортной одеждой и обувью. В том регионе, где мы тогда жили, так точно – не были. И я «с рук» купила мужу шикарные зимние кожаные ботинки на натуральном меху, по-моему, чехословацкие. Точно уже не помню. За шестьдесят пять рублей. И «продай». Ага.

В общем, погоревала я, подумала… И решила. Только не надо говорить, что я была молодая, но не по годам меркантильная. Может и так. Но я хотела, чтобы наша семья и дети ни в чём не нуждались. Тем более, что мы могли это обеспечить, и даже скопить на ненужный нам мотоцикл. И я начала действовать.

Как-то муж пришёл с работы, а ужина нет. Дети поужинали в детском саду, я что-то перекусила. Муж недовольно скривился, но промолчал. Поужинал тем, что нашёл в холодильнике. На следующий день история повторилась. А ещё возникла проблема чистых рубашек и носков. Ну, и некоторых других супружеских обязанностей, сами понимаете.

Это была такая молчаливая забастовка. Я скандалить не любила и не люблю, муж тоже не любил скандалы. Вот и были, как два барана. Но я всё же озвучила прайс на услуги: стирка, готовка и.…сами понимаете (задатки экономиста были уже тогда, наверное). Муж покрутил молча пальцем у виска и ушёл спать в другую комнату.

На следующий день муж вернулся со службы рано и положил на стол сто рублей со словами: «Так хватит?». Я согласно кивнула и с облегчением вздохнула. Моя забастовка далась мне нелегко. Но это была моя маленькая тихая победа.

Больше с тех пор денежный вопрос у нас не поднимался. Всё решали сообща. Мотоцикл муж всё-таки купил. Правда, я так не поняла зачем. Они с младшим сыном постоянно пропадали в гараже, что-то там разбирали-перебирали. Но это уже другая история.

Я не горжусь тем своим поступком, но я решала проблему так, как умела. Сейчас я взрослая, опытная и мудрая (я так думаю). И я убеждена, что любую ситуацию можно и нужно решить переговорами.

Да, конечно, если вторая сторона к переговорам открыта. Часто бывает, что никто, никому и ничего уступать не собирается. Тогда выход, как был у меня: тихая война.

Уверена, что у любого оппонента есть слабое место, на котором можно сыграть. А открытый шантаж: «Или я, или…» (тут подставьте вашу «болелку») только обострит отношения. В общем, лучше пробовать договариваться.

Глава 4. К чему приводят чужие желания

Почему я перестала приглашать гостей

В декабре я отметила свой юбилей. За пару месяцев до даты остро встал вопрос: а приглашать ли гостей?

Почему остро? Потому что с некоторых пор я перестала любить приглашать гостей. Да и сама, если честно, не любительница по гостям. Сразу оговорюсь: есть очень близкие люди, которые в категорию «гости» не попадают, они – «свои». И я им всегда рада. Как и они мне. Но сейчас не очень разгонишься по гостям, сами понимаете почему.

А ещё на эти размышления натолкнули разные кулинарные блоги, которые я люблю просматривать и, не скрою, перенимать опыт и рецепты. Чем натолкнули? Да заголовками. «Гости сметают это в первую очередь», «Гостям это очень нравится» и т.д., и т.п.

Я прямо закомплексовала по этому поводу, потому что у меня нет такого наплыва гостей. Шучу, конечно. Прекрасно понимаю, что это не более, чем маркетинговый ход. Но в каждой шутке…сами знаете что.

Но на решение не приглашать гостей повлияли не кулинарные блогеры, а одно событие несколько лет назад – юбилей моей мамы. На который я поехала, как примерная дочь. За 1200 км. Но дело не в расстоянии. Дело в том, во что всё это вылилось.

Я предложила маме устроить торжественный ужин в кафе, пригласить самых близких. Кафе хорошее, я там была, готовили вкусно и цены вполне гуманные. Причем, я предложила это всё оплатить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.