Горячий север
Роман
Лидия Струговщикова

© Лидия Струговщикова, 2023

ISBN 978-5-0056-8688-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Эта ночь вместе была для них последней. Они беззаветно любили друг друга, потому что знали, что возможно никогда больше не встретятся и не насладятся друг другом.

Они целовали и ласкали друг друга с голодным пылом, а за окном разноцветные сполохи северного сияния отбрасывали блики на их тела, как будто предупреждая о чём то. В этой картине было что то мистическое и загадочное.

Можно смотреть друг на друга, можно касаться друг друга, чтобы сохранить в памяти эти незабываемые минуты.

В углу комнаты стоят два стареньких чемодана; пальто небрежно брошено на спинку кресла. Дверцы опустевшего шкафа распахнуты настежь. На столе – кожаный пояс и фотография, на полу разбросана одежда. Огромная кровать освещена бликами северного сияния, и двое на ней пылко любят друг друга…

Он видел разность ваших миров, но всё же решил остаться. Он мог бы вообще не уходить… А она… она могла бы вовсе не смотреть в его сторону, ведь она знала, что не должна. Она могла бы избежать этой жестокой реальности.

Последняя ночь вызвала слёзы, которые оба пытались сдержать. Они пережили столько ночей, полных тихого, нежного чувства. Они испытывали запретные удовольствия. Они могли любить друг друга, не скрываясь. Но ему этого было мало.

Они любили друг друга с неистовой страстью! Утопали в аромате друг друга, пытаясь сохранить его в уголках памяти до конца своих дней. В этой страсти они как будто обменивались душами друг друга, чтобы у каждого осталась частичка любимого и любящего человека.

– Тебе пора.

– Ты останешься в моем сердце. Навеки.

Стук в дверь. Савелий, как всегда, точен. Торопись – или опоздаешь на самолет.

Он не спешит. Ему не хочется покидать её навсегда, хочется задержать это мгновение нереальности.

Отведённое ему время вышло, и его не вернуть. Они уже всё обсудили. Нет смысла плакать: всё идёт, как идёт. Возможно, в другое время, в другом месте… Но нам не дано решать, где и кем родиться. Они просто полюбили друг друга, зная, что рано или поздно этот день может наступить.

Он встаёт с постели и начинает одеваться. Она продолжает сидеть, обнимая колени и положив на них подбородок. Она следит за ним, а потом закрывает глаза, чтобы сохранить в памяти каждую чёрточку его тела, каждую прядь волос. Он заканчивает одеваться, она встаёт и приближается к нему. На её шее лишь два камушка на кожаном шнурке. Она никогда их не снимала. Она снимает украшение и надевает ему на шею.

– Это принесёт удачу и процветание на твоем пути.

Он крепко обнимает её за талию и привлекает к себе, вдыхая аромат её кожи.

– Моя удача остаётся здесь с тобой.

– Не говори так. Где бы ты ни оказался, с тобой будет часть меня.

Её голубые, полные грусти глаза излучают уверенность. Она хотела бы верить, что даже смерть не разлучит их и что есть на свете место, где они будут едины, вне времени, вне границ и без препятствий.

Он дотрагивается до камешков на шнурке.

– Камни уберегут меня от бед и несчастий?

Она улыбается, вспоминая разговор, когда всё случилось впервые.

– Ты силен и гибок, как лиственница. Порывы ветра не сломят тебя. Твои корни глубоко в земле, а ветви открыты навстречу солнцу.

Снова слышны два резких, коротких удара в дверь. Затем звучит голос:

– Времени осталось мало! Нужно идти.

– Минуту, Савелий. Я иду!

У вас лишь минута на прощание, но хочется продлить эту минуту до бесконечности. Она собирается одеться, но он не отпускает её.

– Оставайся обнаженной, как сейчас. Позволь полюбоваться на тебя.

На столе только пояс, который ему больше не нужен, и единственная фотография, на которой они вдвоём. Он берёт ножницы, складывает фотографию, отделяя её изображение, и разрезает, потом передаёт ей половинку, на которой он стоит около входа в деревянное здание.

– Вот. Помни меня таким, какой я сейчас, я тебя тоже запомню такой.

Он смотрит на вторую половинку, с которой улыбается она, прежде чем положить в карман рубашки.

– Ужасно, что я не могу… – Рыдание не позволяет ему продолжить.

– Всё будет хорошо, – честно лжёт она.

Она лжёт, потому что знает, что будет страдать каждый раз, находясь там, где они были. Она будет страдать, заслышав над головой самолет. Ей будет больно, когда будет смотреть на северное сияние, как сейчас.

– Всё будет хорошо…

Он крепко сжимает её в объятьях, понимая, что хорошо уже не будет. Спустя несколько мгновений он возьмёт чемоданы и пальто, страстно поцелует её, потом направится к двери, но услышит её голос и остановится.

– Постой! Ты забыл пояс.

– Он мне не пригодится.

– Но он будет напоминать тебе о том, кем ты был.

– Ты сохрани его. И помни, кем я был для тебя.

Он вернётся и подарит ей последний поцелуй, полный непостижимой, тёплой, томной нежности. Он посмотрит ей в глаза и стиснет зубы, чтобы сдержать рыдание. Они прижмутся щеками друг к другу. А затем он откроет дверь и закроет её за собой с тихим стуком, который для обоих прозвучит громче взрыва. Она прислонится лбом к двери и горько заплачет. А он растворится в ночи в свете угасающих сполохов северного сияния.

– Спасибо, Савелий. Спасибо, что сопровождал меня все эти годы.

Это первые слова, которые он произнёс с тех пор, как покинул спальню и отправился в аэропорт. Они звучат странно, как будто и не им сказаны. Всё вокруг кажется странным: дорога, дома и прохожие. Все они нереальны.

– Не за что, – отвечает Савелий уныло, положив руку ему на плечо.

В его окруженных морщинками глазах блестят слёзы. В этих суровых краях он заменил ему отца. Годы лишили его зубов. Когда его отец писал про Савелия или рассказывал истории долгими зимними вечерами, изредка наведываясь домой, он говорил, что ни разу не видал таких прекрасных белых зубов. Но это было в прошлой жизни… От прошлой жизни почти ничего не осталось.

Они больше не встретятся. Дурманящий запах тундры, звуки бубна, благородство друзей, таких как Савелий, – всё это останется в прошлом. Он больше не будет частью этого мира.

– Дорогой мой друг Савелий… можно попросить тебя о последней услуге?

– Слушаю.

– Если не сложно, когда у тебя будет возможность, отнеси цветы на могилу отца? Он остаётся совсем один в этих краях.

Отцу, должно быть, тяжело было думать, что его останки будут покоиться на краю земли, где никто не проведёт и пары минут у его могилы.

– Пока я жив, на могиле Николая всегда будут свежие цветы.

– Спасибо, друг мой. Спасибо за всё. Спасибо, что помог понять, насколько этот мир отличен от моего. Спасибо, что научил любить его, что научил видеть больше, чем деньги, за которыми я сюда приехал. И спасибо, что не осудил. Я слаб духом, Савелий.

– Нет, ты крепок духом, друг. Сердце болит, но оно бьется. Ты всё сможешь пережить. Да, ты сможешь.

Самолет ждёт на полосе.

– Прощай, настоящий человек. Будь осторожен. Береги себя. И давай пожмем друг другу руки…

Скоро он окажется на родине. Но долгие часы путешествия окажутся слишком короткими, чтобы отделить его от прошедших лет – лучших в его жизни. И понимая, что лучшие годы жизни прошли в дальних краях, он будет хранить этот секрет в самых отдаленных уголках сердца.

Откуда ему знать, что эта тайна увидит свет спустя три десятка лет. Что спустя годы половинки фотографии, так жестоко разделенные, судьба соединит снова. Но пока всё ещё впереди.

Самолет набирает высоту, и он видит, как место, где он провёл лучшие годы своей жизни становится дальше и дальше. Место, которое захватило его однажды, скоро вовсе исчезнет из вида. С ним вместе летят другие люди – все хранят молчание и держат свои секреты при себе. А он лишь прошепчет несколько слов, которые теснят грудь:

– Прощай, мой северный край.

Глава 1

Ростовская область 2018 год.

Александра держала в руках старое письмо. Оно было ветхим и пожелтевшим. Было видно, что оно было написано очёнь давно. Александра много раз перечитала это письмо. Сначала ей было просто любопытно, но постепенно возникло чувство тревоги. Ей казалось что письмо было написано кем то чужим и подброшено в их дом.

«Я больше не вернусь на север. Но я поговорил со своими друзьями в Лабытнанги. Ты можешь продолжать пересылать деньги, они всё передадут по назначению. Она жива и здорова, у неё всё в порядке. За её детей тоже не волнуйся, они тоже здоровы. Старший устроился на работу, а младший пока учится. Ей приходится быть сильной, ведь нелегко растить детей одной, к тому же её мать и отец недавно умерли. Всё сильно изменилось с тех пор как ты уехал…»

Это всё, что было написано в письме, там не было ни даты, ни имени, ни подписи. Кому оно было адресовано тоже было не понятно. В кои то веки Александра взялась разобрать старые бумаги и на глаза попадаются сплошные загадки. Получателем не мог быть её дедушка, так как почерк, стиль, бумага выглядели более современно. Но по фразам в письме было ясно, что оно адресовано мужчине. Круг сужался до её отца Алексея и дяди Константина. Это письмо лежало вместе с пачкой писем, написанных отцом и это показалось ей странным. Зачем отцу хранить все эти письма? Неужели в его жизни есть что то компрометирующее?

Она снова взглянула на загадочное письмо и положила на резной столик возле дивана. Сама же взялась перечитывать и сортировать письма. Она перечитывала их несколько часов подряд. Затем поднялась подошла к окну. Весна в этом году была поздней и дождливой и в этот раз за окном было пасмурно. затем её взгляд перекинулся на зеркало, висящее на стене. В отражении она увидела уставшее лицо с тёмными кругами под глазами, русые волосы выбились из пышной косы. Она протёрла лицо и глаза руками, поправила волосы и вернулась к столу разбирать письма. Строки старого письма почему-то беспокоили её.

Она рассортировала все письма по датам, начиная с 1969 года. В те времена её отец Алексей, дядя Константин и дедушка Николай работали на севере и писали оттуда домой письма сестре и матери. В то время там велись обширные проектно изыскательские и строительные работы, именно в них и принимали участие её предки. Большинство писем было написано дядей Константином, в них он описывал все детали их повседневной жизни. Писем от отца было гораздо меньше, видимо он не очень любил писать. Письма дедушки были короткими и сдержанными, в них он всех благодарил и желал всем здоровья.

Александра была рада, что в этот раз она была дома одна. Её двоюродная сестра, дочь дяди Константина, Анастасия вместе со своим отцом отправились в город по своим делам. Родители уехали в гости, откуда должны вернуться только завтра вечером. Она чувствовала себя неловко от того, что читала письма людей, которые ещё живы. Разбирают чьи то документы и наводят порядок в бумагах лишь тогда, когда человек сильно и безнадёжно болен или его уже нет на этом свете. Но ей было любопытно, что происходило в жизни её родных десятки лет назад. Все эти письма были пронизаны скрытой ностальгией и хранили частичку истории её семьи. Она вспоминала, как забиралась в детстве в старый шкаф и перебирала письма, открытки с поздравлениями, свадебные приглашения, старые фотографии своих предков. В то время она даже не интересовалась личной перепиской. Но после того, как к ним в Университет приехали студенты по обмену с севера у неё в душе поселились тревожные мысли и сомнения. Ведь практически все её ближайшие родственники долгое время жили и работали в тех краях. Теперь любопытство не покидало Александру ни на минуту, ей хотелось знать всё о жизни своих родных.

Пока она находилась в городе у неё возникло сильное желание поехать в родной дом и открыть створки старого шкафа. Наконец у неё появилась возможность добраться до писем в шкафу и перечитать всю переписку. Ей было интересно, открывал ли кто то ещё этот шкаф за последние несколько лет. Может кто то ещё кроме неё интересовался прошлым? А может отец или дядя захотели вспомнить дни молодости и кто то из них решил перечитать эти письма?

Эти возникшие вопросы тут же покинули её. Сестре Анастасии нравился старый каменный дом с его старой мебелью, но искать прошлое навряд ли она будет. Мать Александры, Екатерина родилась и выросла в других местах и не считала дом своим. После смерти матери Анастасии Екатерина следила за чистотой и порядком в доме, любила там отдыхать, но предпочитала иметь свой собственный дом.

Константин и Алексей ничем не отличались от других мужчин, были очень скрытными и оберегали свою частную жизнь. Было странно, что ни один из них не уничтожил эти письма, как поступила она со своими дневниками когда то. Она полагала, что их уничтожение сотрёт из памяти всё, что с ней происходило. Возможно отец и дядя думали, что в письмах нет ничего компрометирующего, или они просто забыли о их существовании. Какие бы не были здесь причины, ей захотелось всё выяснить во что бы то ни стало, особенно о том, что не было написано. Вопросы у неё возникли с появления старого письма, которое она нашла. Оно могло всколыхнуть тихую жизнь их семьи.

Александра вытащила из ящика, стоящего на резном столике, лупу и стала рассматривать письмо. В правом нижнем углу виднелась выцветшая еле заметная цифра похожая на 0 или 9. Скорее всего 9!

Она сидела и размышляла, что могла означать эта цифра. Номером страницы она не могла быть. Может это последняя цифра года? Что могло скрываться за этим письмом? Кто его написал? Кому отец, если это он, мог отправлять деньги? Кто такая она, что за женщина, о которой писалось в письме?

О жизни мужчин из их дома на севере рассказывалось много историй. Она помнила их все, потому что Константин и Алексей при любой возможности вспоминали времена своей молодости. Вся эта история началась десятки лет назад в маленьком городке на юге России, продолжилась в северных краях, обдуваемых северными ветрами, а закончилась там же, где и началась. До сегодняшнего дня Александра не могла предполагать, что всё могло быть по другому. Видимо братья забыли рассказать что то важное?

Она напрягла свои мысли и стала вспоминать, о ком Алексей и Константин говорили в своих рассказах. Многие в те времена, да и сейчас тоже отправляются на работу в северную часть страны. Меняют южный жаркий климат на холодный. Туда отправлялись холостяки и молодые пары, чтобы заработать и обеспечить свою жизнь и жизнь своей семьи. Кто то так и остался там жить, а кто то вернулся назад, заработав денег и северную пенсию.

Александра в задумчивости представляла сельских южных мужчин, привыкших к лёгкой одежде, короткой зиме и жаркому лету, когда можно порыбачить или искупаться в тёплой реке. Теперь им надо было привыкать к суровым морозам, снегу выше человеческого роста и полярной ночи. По рассказам, лето там очень короткое и холодное, кругом болота и крупные комары, укусы которых долго заживают. Она с ясностью рисовала ежедневный быт в рабочих общежитиях, вагончиках и домиках стоящих на высоких платформах, отношения с местными жителями и климат царящий в тех местах. Именно так ей об этом рассказывали и так она прочитала в первых письмах Алексея и Константина. Какая же тяжкая у них была там жизнь и работа!

Сначала Александра хотела расспросить отца и дядю об этом письме, но после подумала, что ей будет стыдно признаться в том, что читала их письма. Она как то пробовала задавать интересующие её вопросы, но когда дело касалось северного прошлого, тут же разговор переводился на другие темы. К тому же Александра понимала, что не получит правдивых ответов относительно загадочного письма.

Она встала и подошла к окну, слегка приоткрыв его, глубоко вдохнула свежий воздух после дождя. Старинные дома выглядели так же, как на старых чёрно-белых фотографиях начала двадцатого века. Только улицы теперь покрывал асфальт. В дали в низине виднелась река, которая сквозь туман казалась сказочной и вид открывался завораживающий. Как её родные могли переносить такую долгую разлуку с этими тёплыми местами, ароматом свежести после дождя и безмятежной тишиной ночи? Было что то манящее в этом пейзаже, раз уезжавшие люди рано или поздно возвращались назад.

Внезапно она вспомнила про Ираиду. Как она раньше о ней не подумала? Ведь никто не мог знать ответов лучше чем она. Она прожила на севере вместе с мужем почти всю свою жизнь. С самого детства она относилась к Александре с теплотой и была рада по дольше с ней пообщаться, ведь у неё самой были только сыновья. Александра убрала всё в шкаф и направилась в свою комнату, чтобы позвонить Ираиде. Войдя в комнату, она остановилась возле стола стоящего у окна. На нём были разложены сведения, которые она добывала в архивах, составляя своё родословное древо. Все имена и сведения она фиксировала на большом листе бумаги. Самое первое имя было датировано 1593 годом. От него вырастал толстый ствол, от которого отходили ветви, а на многочисленных листьях были начертаны имена многих потомков.

Александра остановилась на поколении дедушки. Дедушка Николай родился в 1915 году, в в 1943 году он женился, в 1945 году родился отец, в 1947 дядя Константин и в 1951 тётя Ксения. многие из вошедших в их семью были родом из соседних городов и деревень, названия которых так же вписывались в родословное древо.

Изучение родословных было одним из увлечений Александры, недаром она выучилась на историческом факультете Университета. Она представляла, как жизнь людей протекала практически без изменений: они рождались, росли, женились, заводили детей и умирали на той же земле под тем же небом. Последними именами на семейном древе были Александра и Анастасия, они как будто нарушали монотонность ранее идущих событий. Как будто с самого момента их рождения для них уготована специальная миссия и особое предназначение.

Она любила свою сестру Анастасию, вместе с ней они росли и взрослели. Не так давно они выяснили, что для Александры имя выбирала мать, большая любительница приключенческих книг, где часто встречалось это имя. Это имя нравилось ей, так как сочетало в себе мужское и женское и создавало образ сильной женщины. Алексей не возражал, возможно, потому что это имя ему тоже нравилось.

Рассматривая семейное древо, Александра размышляла над тем как сложится их жизнь с Анастасией, какие имена будут носить их дети. Думая о темпе своей жизни она улыбнулась и подумала о том, что ячейки над её именем заполнятся не скоро. В её представлении жизнь состояла из цепочки имён и фамилий, которые формируют одно прочное целое. Она считала, что каждый должен знать своих предков старше третьего поколения, история семьи для неё много значила. Её немного преувеличенная привязанность к дому и семье была понятна. В этом было что то глубокое и мистическое, так как у неё возникал страх собственной ничтожности без её дома и родных. Именно желание стать связующим звеном между прошлым и будущим подтолкнуло Александру заняться изучением истории. Не так давно она защитила докторскую, после которой решила отдохнуть от научных изысканий. Эта докторская сделала её серьёзным экспертом в изучении древней архитектуры и хранителем культурного наследия. Александра этим очень гордилась.

Но порой она жалела о том, что образование отняло значительную часть её жизни, особенно личной. В любви ей совершенно не везло, ведь ни один из парней, с которыми она заводила отношения, не задерживался на долго. Такая же проблема была и у Анастасии, но её это не так сильно беспокоило, может потому, что она была моложе Александры на семь лет. Как им повезло, что они росли вместе. Что бы она делала без малышки Анастасии, которая заменила ей всех кукол? Они с Анастасией были совсем не похожи, но были близки и делились между собой самым сокровенным. У них были совершенно разные характеры: Анастасия была более робкой, практичной и менее страстной. Вкусы у них так же не совпадали: Александре нравились таинственные мускулистые мужчины одиночки, а Анастасии самые обычные парни. Верность этих сестёр никогда не подвергалась сомнению.

Александра ещё несколько секунд поразмышляла, придумывая имена будущих потомков.

Внезапно она вспомнила, что хотела позвонить Ираиде. Достав из своей сумочки мобильный телефон, она набрала номер Ираиды. Та, как раз после прогулки по городу, зашла к своей подруге поиграть в карты. Она в это время была занята игрой, поэтому разговор был коротким. Они договорились с Александрой встретиться завтра, поэтому девушке оставалось только ждать. Любопытство брало верх, ей хотелось немедленно многое узнать, но нужно было подождать один день. Может Ираида всё таки прояснит ситуацию?

После оживлённых загадками последних часов ей вдруг стало нечем заняться. Она устроилась в кресло возле камина и стала раздумывать над тем, как много изменилось с тех пор, как её дедушка отец и дядя отправились на север. Позже появились компьютер и телефон и Александра моментально могла связаться с теми, кого любила. Эти изобретения сделали её поколение нетерпеливым; молодёжь не могла терпеть неопределённости и малейшее промедление казалось ей пыткой.

Мысли Александры сейчас крутились возле одного, сможет ли Ираида объяснить смысл этого письма. Сейчас она понимала только одно, что кто то из мужчин её семьи посылал деньги неизвестной женщине. Всё остальное в её жизни вдруг стало не важным.

На следующий день, ровно в семнадцать часов, Александра сидела на лавочке в городском сквере и поджидала Ираиду. Она любовалась небольшими каменными статуями, расположенными на территории сквера. Тут она заметила Ираиду – невысокую, со вкусом одетую, с хорошо уложенной причёской и красивым шарфом на шее. Женщина улыбнулась ей.

– Александра! Давно не виделись! – Она поцеловала девушку и, подхватив её под руку, повела её по дорожке сквера. – Прости, что вчера не смогла с тобой поговорить, у нас был самый разгар игры. Так о чём ты хотела со мной поговорить?

– У меня появилось свободное время, – ответила Александра, – поэтому захотелось пообщаться с тобой. Ты надолго здесь задержишься?

Семья матери Ираиды была родом из их городка. Ираида любила бывать в их семейном доме. Её мать когда то вышла замуж за человека из соседнего села и они поехали на север, когда Ираида была была очень маленькой. Девочка оставалась в этих местах под присмотром бабушки и дедушки. Когда же родители обжились на севере они забрали её к себе. Там Ираида вышла замуж и родила двоих сыновей. Когда в конце концов они переехали в Ростов, Ираида с детьми и мужем стала часто приезжать в этот маленький городок. После того как несколько лет назад её муж умер, её пребывание в родных местах стало длиться дольше.

– До ноября я точно буду здесь. Хорошо, что дети уже взрослые и не нуждаются во мне. – Ираида усмехнулась и добавила: – При таком раскладе у них нет возможности постоянно оставлять на меня внуков.

Александра рассмеялась слушая Ираиду. Девушка любила её за то, что та была женщиной умной и решительной. Этим она и отличалась от других – она была образованна, внимательна и рассудительна, с открытым и лёгким характером, что придавало ей интеллигентности и изящества. Александра была уверена, что эти качества появились у Ираиды благодаря дальним странствиям и жизни в разных уголках страны. Однако, когда женщина пребывала в этом маленьком городке, казалось, что она никогда никуда не уезжала. Её простота и скромность притягивали к ней людей разных возрастов, поэтому у неё было много друзей. Хоть она и шутила насчёт детей и внуков, в помощи она никогда никому не отказывала, когда в этом кто то нуждался.

– Хочешь чашечку зелёного чая? – предложила Александра.

– В тот день, когда я не захочу, можешь начинать беспокоиться!

Они медленно шли по узким старым улочкам города. Затем, оставив старые кварталы позади вышли на широкую улицу с высокими фонарными столбами. Они направились к единственному в городе кафе, где по мнению Ираиды подавали самый ароматный чай и самые вкусные пирожные. По дороге они беседовали о повседневных делах, рассказывали друг другу о своих семьях. Александре всегда казалось, что голос Ираиды меняется, когда девушка спрашивала её про отца и дядю. При этом её голос немного дрожал.

– Давненько я не видела твоего отца.

– Он не так часто приезжает. Он уже не любит много водить.

– А ведь раньше он так обожал машины!

– Ну а как там твой дядя Константин?

– С ним всё в порядке, только сдал немного, но ничего серьёзного.

Александра поняла, что у неё появилась возможность сменить тему.

– Да возраст берёт своё и здоровье у дяди и отца уже не то что раньше. К тому же они много работали на севере.

– Слушай, Александра, если бы не особые обстоятельства, по которым мы уехали, я бы скорее всего осталась там. Это были лучшие годы моей жизни.

Они вошли в кафе, Александра пропустила Ираиду вперёд, радуясь, что та не стала уходить от разговора. Они сняли пиджаки, шарфы, поставили сумки и заняли столик у окна. Ираида жестом позвала официанта и велела принести две чашки цейлонского зелёного чая и два воздушных пирожных.

– Знаешь, где я недавно была? – Продолжила разговор Александра.

Ираида вопросительно изогнула брови.

– На конференции, где принимали участие студенты с севера. – Александра заметила изумлённое лицо Ираиды. – Да, было довольно интересно послушать о развитии северных городов в двадцатом столетии.

– А почему ты туда ездила? – Ираида позволила официанту поставить перед ними чашки с чаем и блюдца с пирожными. – Это как то связано с твоими исследованиями в Университете?

– Может быть. Просто, когда закончила диссертацию, я не знала чем заняться. Коллега рассказала мне о конференции и я решила поучаствовать. Я всю жизнь слушала рассказы отца и дяди о севере. Мне захотелось послушать других людей.

Она взяла чашку с чаем в ладони. Чай был такой горячий, что пришлось подуть на него несколько раз, прежде чем сделать глоток.

– И ты узнала что то новое? Получила удовольствие от конференции? – Спросила наконец Ираида.

Александра поставила чашку на блюдце.

– Очень довольна. Оказывается основным периодом развития северных городов был 20 век и на севере используются специальные технологии для постройки зданий и сооружений, так как в летнее время почва там болотистая. Развитие городов и месторождений продолжается и сейчас, поэтому разрабатываются новые технологии строительства.

– Конечно, конечно. Я знаю об этом, мне можешь не рассказывать. Хотя, тогда были немного другие времена.

– Не нужно ничего объяснять, Ираида. Я рассказываю об этом, потому что получила взгляд на состояние дел на севере от других людей, которые в настоящее время там живут и работают. Я поняла, что порой необходимо задавать вопросы и не принимать за истину всё, что говорят.

Александра заглянула в свою сумку, вынула оттуда блокнот, а из него письмо, которое нашла в шкафу.

– Я разбирала бумаги в доме и наткнулась на это среди писем отца. – Она протянула письмо Ираиде, объясняя, что оно было написано давно.

Внезапно она остановилась, посмотрев на Ираиду, и встревоженно спросила:

– С тобой всё в порядке?

Ираида была очень бледной, руки её дрожали, а по щеке катилась слеза. Александра взяла её за руку.

– Что случилось? Я что то не так сказала? Если это так, то мне очень жаль.

– Всё в порядке. Я просто сентиментальная старуха. Это писал мой муж. Я расчувствовалась, когда увидела строки, написанные его рукой.

– Твой муж? – озадаченно повторила Александра. – А ты знаешь, о чём это? – Любопытство одолело её. – Тут говорится о детях и их матери, ещё о умерших родителях…

– Я умею читать, Александра, – прервала её Ираида, поднося к лицу платок.

– Да, прости, но это очень странно. Твой муж написал это письмо папе?

– Ну, они же были знакомы, – осторожно проговорила Ираида.

– Да, но не настолько, чтобы писать друг другу письма. – Ответила Александра, убирая письмо назад в блокнот и в сумку.

– Они виделись, когда вы приезжали в наш город на праздники. Если бы они вели переписку, были бы другие письма. Но нет, только вот это.

Ираида стала смотреть в окно, избегая пронзительного взгляда Александры. Она смотрела на улицу, на прохожих – а мысленно перенеслась в другое время и место. На какой то миг всё вокруг побелело, а ближайшие деревья превратились в одинокие сосны и ели. Не проходило и дня, чтобы она не думала о заснеженных просторах, где прошли самые яркие дни её жизни. Она была благодарна своим любимым детям и внукам, у неё была замечательная жизнь в Ростове. Но в глубине души жили воспоминания о тех днях её прошедшей молодости, именно с ними она просыпалась каждый день. Понять её мог только тот, кто сам был в подобном положении, как Алексеи и Константин. Не смотря на их долгие жизни, Ираида была уверена, что спокойно они не прожили ни дня.

Что же сказать Александре? Возможно, сейчас, в их годы, им уже не сбежать от своих далеко упрятанных угрызений совести. Что она могла сделать? Как смогла прожить всю жизнь с такой ношей?

Ираида вздохнула и повернулась к Александре. Зелёные глаза девушки такие же, как у Алексея и Константина, украшали округлое лицо, обрамлённое русыми волосами. Ираида знала Александру с самого рождения и понимала, насколько настойчивой та может быть.

– Почему бы тебе не спросить об этом своего отца?

Реакция Ираиды ещё больше убедила её, что происходит нечто подозрительное. Девушка смутилась, не зная, что ответить.

– По правде сказать, я в затруднении. Если я покажу ему эту записку, он поймёт, что я рылась в его вещах и обидится на меня. А если у него есть тайна, не думаю, что он откроет её мне просто так – спустя столько лет.

Александра надеялась, что Ираида сейчас решительно скажет: она напрасно тратит своё и чужое время, никакой тайны тут нет, а историю она просто выдумала. Вместо этого Ираида продолжала молчать.

Возможно, время и прошло, но она не станет предавать Алексея и Константина. Если Господь желает того, Александра узнает правду – рано или поздно. Но лучше конечно позже, в любом случае у них осталось не так много времени.

– Послушай, Александра, – сказала Ираида наконец. Мой муж написал это письмо в восемьдесят девятом. Я точно это помню, как раз тогда умер наш старый знакомый. – Она помолчала. – Если тебе в самом деле интересно знать, что это значит, отправляйся туда в Салехард и найди человека по имени Фёдор Климов. Он немного старше тебя, возможно он прояснит ситуацию. Поищи этого человека.

– Кто такой Фёдор Климов? – Спросила Александра. Глаза её загорелись. – Почему я должна искать его в Салехарде?

– Это всё, что я тебе скажу, милая Александра, – ответила ей Ираида. Она взяла Александру за руку. – Если хочешь знать больше – тебе нужно расспросить отца. Если Алексей узнает о том, что я тебе сказала, я буду отрицать все свои слова. Ты меня понимаешь?

Александра неохотно согласилась, но воодушевилась тем, что сказала ей Ираида. В её голове звучали слова: «Отправляйся в Салехард, Александра!»

В один из дней за обедом собралась семья Александры.

Я хочу сказать вам кое что важное.

Александра ждала, когда на неё поднимут взгляды. Её любимая семья сидела, как всегда, вокруг прямоугольного деревянного стола. Во главе – дядя Константин, он был главным представителем на всех обедах и ужинах. Хотя Алексей был старше, Константин принял на себя роль главы семьи, и Алексей с радостью принял порядок, позволивший ему оставаться связанным с родным домом без всяких дополнительных обязательств. Все относились к дому как к своему, но за его содержание, сдачу земли в аренду, а так же за соблюдение традиций и обычаев отвечал Константин.

Справа от Константина сидел Алексей. Несмотря на то что обоим было больше семидесяти лет, они оставались сильными и здоровыми. Алексей уже обзавёлся не маленьким животом, Константин был подтянут. Оба они гордились тем, что сохранили густые тёмные волосы, чуть побитые сединой.

Справа от Алексея всегда сидела его жена Екатерина, симпатичная весёлая женщина с короткими светлыми волосами и почти без морщин. Она была матерью Александры.

Слева от Константина, всегда занимала место ответственная Анастасия, которая унаследовала от от матери нежные черты лица и густые тёмные волосы.

На дальнем конце стола, напротив Константина, сидела Александра. За долгие годы она научилась понимать жесты дяди. По тому, как он вёл себя за столом и в повседневной жизни, она безошибочно определяла его настроение.

Спустя некоторое время Александра поняла, что её фраза осталась незамеченной. Все давно не виделись и обед проходил оживлённо. Её родители и сестра судачили про соседей и обсуждали последние происшествия в городе, а дядя сидел молча в задумчивости. Она отпила глоток чая из чашки. С дядей она всегда лучше ладила, чем с отцом. Для неё Константин был открытым и уязвимым человеком, хотя выглядел твёрдым и сдержанным. У Алексея было лучше развито чувство юмора, но его настроение могло резко меняться, он мог внезапно разозлиться, особенно когда ему не удавалось настоять на своём. К счастью для Алексея и его семьи его жена обладала удивительной способностью сглаживать любые ситуации, она не только с лёгкостью управляла мужем, но и умела создать впечатление, будто его мнение никогда полностью не отвергается – как никогда полностью и не принимается.

Как отреагирует Алексей на то, что собирается сделать его дочь? Александра набралась смелости и повысила голос.

– У меня есть для вас новости! Они могут быть для вас неожиданностью.

Тут все подняли головы. Она немного смутилась от всеобщего внимания. Последние несколько недель она строила планы – собирала фото, статьи, карты, выяснила как лучше и быстрее добраться до Салехарда, – всё это обещало стать приключением её жизни, и от этого сердце начинало биться быстрее. К тому же она раздумывала как сообщить своим родным о поездке, искала для этого повод и вот он настал.

Анастасия испытующе посмотрела на неё, и так как пауза затянулась, решила помочь сестре.

– Ты кого то встретила? Ты об этом хочешь нам рассказать? Ну и когда ты нас познакомишь?

Александра смущённо заулыбалась сжав перед собой руки.

– Нет, это не то, Настя. Это совсем другое. Ну, в общем…

– Не верю, что моей дочери не хватает слов сказать! Я заинтригован! – Произнёс Алексей.

Константин смотрел на Александру в упор, пытаясь ободрить её: скажи всем, что так важно для тебя. Александра закрыла глаза, глубоко вздохнула и произнесла:

– Я отправляюсь на север в Салехард. В субботу. Билеты у меня уже на руках, и все необходимые бумаги тоже.

Константин даже не подал вида, что эта новость его удивила. Екатерина и Анастасия почти одновременно вскрикнули от удивления. Раздался звон металла: Алексей уронил на пол вилку.

– Что ты сказала?

– Что отправляюсь в Салехард. На север.

– Я отлично знаю, где находится этот город! – Перебил он. – Чего я не понимаю – кто подал тебе мысль ехать туда!

У Александры был готов ответ – чтобы подчеркнуть обоснованность и безопасность поездки, а заодно успокоить своих родных и себя.

– Вы все знаете, что я занимаюсь изучением развития архитектуры и строительства в нашей стране. Мне нужно проделать кое какую работу и собрать примеры на месте. А какое место может подойти для этого лучше, чем заснеженный Салехард?

– Я понятия не имела, что ты занимаешься архитектурой севера, – заметила мать.

– Ну, я же не рассказываю тебе обо всём, чем занимаюсь на работе…

– Да, но вот именно это близко касается нашей семьи, – сказала Анастасия.

– На самом деле, я занялась этим совсем недавно. Об этом очень мало написано и опубликовано. – Александре хотелось расспросить о Фёдоре Климове, но она удержалась, чтобы не выдавать Ираиду. – И мне всегда было очень любопытно узнать про ваш север. Я всю жизнь слушала ваши рассказы, а теперь мне выпал шанс побывать там!

– Ты едешь одна? Не думаю, что это хорошая мысль, – Екатерина обеспокоенно покачала головой.

– Да, я знаю, это не простая поездка, но я всё спланировала. Коллега из университета договорился со знакомым преподавателем из Салехарда, он меня встретит и всё подскажет. Так что я буду не одна. Я быстро долечу на самолёте, обо мне не стоит беспокоиться. Сейчас мне подумалось, может кто из вас захочет поехать? Папа, дядя Константин, вы не хотите увидеть город снова? Вы смогли бы возродить старые знакомства!

Константин поджал губы и промолчал; Алексей ответил за них обоих:

– С кем нам там встречаться? Уже там нет людей, с которыми мы работали. Многие уехали оттуда, кто то давно умер. Некоторые из тех, с кем мы работали живут теперь в Москве, мы там иногда собираемся и вспоминаем минувшие годы. В любом случае там всё давно изменилось. Я не поеду. Зачем? – Его голос дрогнул. – Чтобы лишний раз переживать?

Он повернулся к брату, но не смотрел на него.

– Константин, ты ведь не хотел бы туда вернуться, правда? – Спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Когда я уезжал оттуда, то знал, что никогда не вернусь. – Ответил Константин.

На несколько секунд воцарилась тишина.

– А ты, Настя, что насчёт тебя? Хочешь поехать со мной?

Анастасия колебалась, всё ещё удивлённая, что сестра не поделилась с ней своими планами. Александра смотрела в большие карие глаза, придающие выразительность образу девушки. Она единственная не унаследовала зелёных глаз от своих предков по мужской линии. Самой Анастасии цвет не нравился, но люди часто восхищались, встречая её взгляд.

– К сожалению я не смогу поехать, у меня наметились кое какие планы на ближайшее время. Надолго ты едешь? – Произнесла она.

– Примерно на три недели.

– Три недели! – Воскликнула Екатерина. – Но это так долго! А если с тобой что то случится?

– Ничего со мной не случится, мам. Север – это не такое уж опасное место, просто там зимой очень холодно и короткое лето. Тем более там есть люди, которые помогут и подскажут в случае необходимости.

– Алексей, Константин, вы почему молчите. Пожалуйста отговорите её от этой затеи! – Встревоженно проговорила Екатерина.

– Как будто ты не знаешь свою дочь! – Вскричал Алексей. – В конце концов она сделает то, что сочтёт нужным.

– Она достаточно взрослая, чтобы понимать, что делает, тебе не кажется, Екатерина? – сказал Константин. – Мы были моложе, чем она сейчас, когда уехали…

– Да, – прервала его Екатерина. – Но вы ехали не по одному и вы мужчины. А молодой девушке путешествовать одной…

– Из того, что я знаю, – северные города продолжают развиваться, там живут такие же люди как и мы. Многие имеют там бизнес и работу, приезжают и уезжают без всяких проблем, – сказал Константин. – Да к тому же её там встретят…

– Ты откуда это знаешь? – Заинтересовался Алексей.

– Интернет, – пожал плечами Константин. – Я старик, но хочу быть в курсе всего. Анастасия меня научила. Эта штука, компьютер, куда проще, чем мне казалось. – Он улыбнулся дочери. – У меня был хороший наставник.

Анастасия улыбнулась в ответ.

– А нет коллеги, который поехал бы с тобой? – Настойчиво поинтересовалась у дочери Екатерина.

– По правде говоря, никто из них думать не думает о поездке в холодные дали. Но у меня личный интерес, который они не разделяют. Я намерена увидеть места из ваших историй!

– Что же ты там можешь узнать? Летом там болота, зимой – вечная мерзлота.

– Правда иногда противоречит тому, что рассказывают, ведь так? – Произнесла Александра. – Действительность часто отличается от того, что говорят. Я всё хочу увидеть своими глазами.

Константин нахмурился. В голосе Александры он услышал неприкрытую дерзость.

– Александра, – сказал он добродушно и твёрдо, – не говори о том, чего не знаешь. Если ты так заинтересована в поездке – езжай и делай собственные выводы, но не суди нас.

Александра не знала, что сказать. Дядя словно прочёл её мысли! Желая снять напряжение, она повернулась к Анастасии.

– Может ты всё таки поедешь?

Анастасия отрицательно покачала головой.

– Жаль, что ты не сказала мне об этом раньше! Я не могу потерять просто так три недели. Но, если ты встретишь там свою любовь, в следующий раз я поеду с тобой. Обещаю.

Александра кивнула. Всё ясно, Анастасии кажется, что нескольких недель хватит, чтобы кем то очароваться. Но её путешествие имеет совсем другие цели.

– Да вот только я не уверена, что мне хватит на это несколько недель. Но кто знает?

В столовой повисло молчание. Только Алексей и Константин о чём то задумались. Александре было интересно, какие мысли крутились у них в голове?

Апрель в этом году был холоднее чем обычно. Каждый день моросил дождь, но земля уже пробудилась и наполнялась зеленью и весенними цветами. Особенно приятно в это время года гулять в городском парке. Воздух там особенно свежий, можно увидеть первые подснежники: хохлатки, гусиный лук, мать-и-мачеху, медуницы. Вестниками весны являются птицы, они всегда оживляют город и парк своими радостными песенками. Им приходится заботиться о гнездах, искать пропитание. В это время специальные городские службы стараются облагородить все вокруг. Убирают под деревьями прошлогоднюю листву, сломанные веточки, оформляют клумбы и наводят порядок после зимы.

В ночь, после разговора о поездке Александры, подул северный ветер, обещавший унести тучи от города. Сначала был чуть слышный шорох, но он всё сильнее заявлял о себе, рос и рос, пока не превратился в мощные порывы. Ветер бился в ставни, задувал под двери и скользил по полу.

В эту ночь Константин и Алексей вспоминали события, которые они приглушили временем в своём сознании. Хватило всего нескольких фраз, чтобы картины юности ожили и запылали с той же яркостью, как и много лет назад.

Они представить не могли, что невинное любопытство Александры всколыхнёт всё самым неожиданным образом. Девушка, сама того не подозревая, стала орудием правосудия, и каждое её действие теперь могло многое расставить по местам.

В ту ночь, после того, как Александра объявила о своей поездке, северный ветер появился не просто так. Он как будто звал девушку к приключениям и разгадкам интересующих её тайн, и в этом было что то мистическое.

Глава 2

1969 год

– Константин, давай быстрее, опоздаем на автобус! – Алексей стремился быстрее покинуть родной дом.

Открывая входную дверь он думал о новых приключениях и романтике. Надвинув шляпу на глаза, взял чемодан и вышел наружу. Только открыл рот, чтобы позвать снова, но тут услышал голоса, доносившиеся из внутреннего дворика. Константин появился в сопровождении матери Марии и сестры Ксении, одетых в в лёгкие ситцевые платья, на ногах у них были старые стоптанные шлёпанцы. Мать несла два свёртка, обёрнутых газетой. Алексей улыбнулся, поняв, что в свёртках припасены хлеб с салом, собранные в дорогу. Весна уже подходила к концу и цветущие деревья благоухали в саду, клумбы во дворе пестрели разноцветными цветами.

– Я пройдусь с тобой, Алексей? – Попросила Ксения, взяв брата за руку.

– Ладно, – согласился тот и проворчал: – Константин вечно долго собирается, так можно и опоздать. Тебе с мамой не стоит долго нас провожать, мы будем писать.

– Откуда нам знать, когда мы вас снова увидим, – возразила девушка, старательно поправляя косынку на голове. – Так что мы хотим как можно больше времени провести рядом с вами.

– Ну, как скажешь. – Согласился Алексей.

Земля была влажной от дождя, улицы пестрели зеленью и цветущими деревьями. Алексей обернулся, чтобы бросить прощальный взгляд на родной дом. Константин остановился, чтобы подождать мать, пока та укладывала приготовленные свёртки в сумку. Он тоже пристально взглянул на дом, стараясь запомнить мельчайшие детали: камни фундамента, толстые деревянные рамы, ставни, висевшие на проржавевших петлях, тяжёлую дверь с толстенными гвоздями и подкову висевшую над входом.

Мария посмотрела на сына, и на мгновение её обуял страх. Как он приживётся в совершенно другом, суровом мире? Константин совсем не похож на Алексея! Да, он силён и полон энергии, но у него нет бесшабашной храбрости старшего брата. С самого детства Константин отличался удивительной чуткостью, но азарт заставлял его следовать по стопам Алексея. Каково ему будет жить в суровых северных краях? Она не хотела подрезать сыну крылья, но не могла не беспокоиться за него.

– Может ты всё таки передумаешь? – Спросила она его.

Но Константин отрицательно покачал головой в ответ.

– Не волнуйся. Всё будет хорошо.

Мария кивнула, взяв сына под руку и они побрели вслед за Алексеем и Ксенией. Солнце начинало припекать после дождя, а тёплый весенний ветер колыхал воду в мелких лужицах.

– В доме совсем не осталось мужчин, – посетовала мать с горечью. – Надеюсь, что однажды ваши усилия окупятся…

Константин даже не знал, что ей сказать. Для матери и сестры наступают тяжёлые времена. Двум женщинам придётся самим следить за хозяйством, да и людей вокруг оставалось всё меньше и меньше. За последние годы уехало так много молодёжи. Постоянные статьи в газетах ещё больше подогревали желание сорваться с места. Читая их, можно было подумать, что достойное будущее можно найти только на северных просторах, из за их бурного развития, открытия новых месторождений нефти и газа и предоставления хорошо оплачиваемых рабочих мест. Константин стремился туда поехать и боялся помех в осуществлении его планов. Впервые в жизни он покидал дом и радостное возбуждение предыдущих дней сменялось тревогой за сестру, мать и всё, что оставалось здесь – в родном краю.

Ему было не по себе, с какой резвостью Алексей паковал чемоданы.

– Вообще то там пригодятся более тёплые вещи, – говорил Алексей брату. – Так что бери то, что по теплее – в чём туда поедешь, в том и будешь возвращаться назад. Эти вещи там не пригодятся. Вещи и продукты там дороже чем здесь, поэтому тёплые вещи лучше брать с собой, остальное купим на месте.

Стараясь ничего не забыть, Константин несколько раз переупаковывал своё барахло. Он даже составил список вещей, который после положил в чемодан, чтобы ничего не забыть. Его отец и старший брат уже много раз бывали на севере и успели привыкнуть к переездам, а он нет, хотя всегда мечтал об этом.

– Если бы это было где то поближе!… – сетовала Мария, крепче сжимая руку сына.

Несколько тысяч километров отделяют родной дом от многообещающего будущего. Все, кто отправлялся на север возвращались оттуда с деньгами и оказывали большую помощь и поддержку своим семьям. но это была не единственная причина отъезда, ведь заработков отца и брата хватало для их семьи. В глубине души Константин всегда мечтал своими глазами увидеть тот мир, который уже видели его отец и брат, даже если путешествие предстояло долгое и опасное.

Деньги нам никогда не помешают, – сказал он матери. – Всё время что ни будь случается, зарплаты маленькие, цены завышают. Да и мы ещё молоды, здесь нам тесно, хочется увидеть что то новое.

Мария понимала его. Ничего не изменилось с тех пор как они с мужем Николаем вернулись с севера. Она решила остаться и воспитывать детей, а муж продолжал работать на севере. Жизнь в родных краях сулила лишь горы навоза от скота и возделывание огородов. Все в городке жили самой простецкой жизнью. Всё здесь зависело от погоды: и скот, и урожай. Если урожай был скудный, это отражалось на всех. Сыновья могли бы остаться, обучиться востребованному ремеслу или заняться разведением скота. Константина работа в поле или с домашним скотом вполне бы устроила, но он был молод, и Мария понимала, что ему хочется повидать мир и научиться большему. Она сама прошла через это: мало кто из женщин их местности путешествовал так далеко, к тому же впечатления молодости оставляют след на всю жизнь.

Они брели по узкой улочке в тишине, нарушаемой лишь пением птиц. Константин радовался, что успел попрощаться с соседями ещё накануне, ведь сейчас уже не было на это времени. Все вместе они остановились в конце улицы.

Мария смотрела на детей и шутила, чтобы скрасить горечь расставания. В отличие от Алексея и Константина, их сестра Ксения была девушкой хрупкой и болезненной, и им приходилось нагибаться, чтобы поговорить с ней. Внезапно Мария ощутила сильную тоску по мужу. Она не виделась с Николаем почти год, но ей казалось, что прошло гораздо больше времени. И вот теперь они с Ксенией остаются одни. Защипало в глазах, но она сдержалась, ведь с детства её приучали быть сильной и она старалась не проявлять эмоций, даже в кругу семьи.

Алексей взглянул на часы, пора было прощаться. Он крепко обнял сестру, потом подошёл к матери, расцеловал и громко сказал, что они вернуться нежданно, когда она их ждать не будет и это будет для неё сюрпризом.

– Позаботься о брате, – прошептала Мария.

Константин обнял сестру, потом взял её за плечи и посмотрел ей в глаза. Её подбородок задрожал и она расплакалась. Он снова обнял её, а Алексей напомнил, что они опаздывают. Константин подошёл к матери, Мария прижала его к груди и почувствовала, что её мальчик тяжело вздыхает от переживаний.

– Будь внимателен, сынок, – прошептала она. – И по скорее возвращайся.

Константин кивнул, взял чемодан, закинул за плечо сумку с едой и поспешил за братом, который уже был на пути к автобусной станции.

Пройдя немного, он ещё раз оглянулся, чтобы увидеть фигурки матери и сестры. Они обе так и стояли, пока Алексей и Константин не скрылись из виду. Мария опустила голову и дала волю слезам, а дочь молча взяла её за руку и повела обратно к дому.

Подошёл автобус. Алексей уложил чемоданы и братья заняли места на заднем сиденье. Водитель запустил мотор и объявил, что через пять минут они отправляются.

Пассажиров в автобусе было немного, так как все в это время года были заняты своим хозяйством и огородами. Алексей закрыл глаза, решив вздремнуть.

Константин рассматривал через окно покрытые зеленью поля и луга. Дорогу он знал, она вела в Ростов – центральный город. Константин практически никуда не выезжал из родных мест. Кое кому из друзей детства повезло так сильно заболеть, что их возили к специалистам в региональные больницы, но сам он рос здоровым как бык. Новости из внешнего мира привозили торговцы из разных мест. У них можно было купить мебель, ткани, свечи, масло, соль, вино, инструменты и подарки для деревенских родственников. Все эти вещи говорили о том, что существует целый мир, который хотелось разглядеть поближе. Об этом мире говорили также картинки в учебниках по истории и географии, а красок добавляли дикторы по радио. Но так, чтобы увидеть его своими глазами, – об этом он мог только мечтать.

Через некоторое время Алексей проснулся. Они уже успели проехать несколько населённых пунктов. Автобус к тому времени набился, но он, казалось, не слышал ни истошного плача младенца на руках у матери, ни кудахтанья кур в картонных коробках. Константина всегда поражало умение брата спать в любых условиях и при любых обстоятельствах, при чём в любое время суток. Алексей мог проснуться, немного поболтать, выкурить сигарету и снова заснуть. Он считал сон хорошим способом сберегать свои силы. Константину это было только на руку, ведь после прощания сродными ему не хотелось разговаривать, он был рад погрузиться в себя.

В очередной раз проснувшись, Алексей обнял его за плечи и притянул к себе.

– Выше нос, братишка! Скоро доберёмся до города и пара стаканчиков в кафе быстро поднимут тебе настроение.

– Да уж, конечно, – подумал Константин.

Несколько часов спустя они наконец прибыли в Ростов. День был тёплым и солнечным. На улицах было много людей: мужчины и женщины гуляли парами или семьями вместе с детьми, наслаждаясь лучами весеннего солнца. Алексей привёл Константина в гостиницу, где они обычно останавливались с отцом, когда приезжали в город. Братья оставили чемоданы в снятой комнате и спустились прогуляться по городу. Сначала они прогулялись по улочкам старого города и посетили концерт под открытым небом в городском парке. Затем перекусили в переполненном баре, прогулялись по вечерним улицам в уже поредевшей толпе. Они постоянно останавливались, чтобы Константин мог насмотреться на трамваи, автомобили и многоэтажные здания.

– Мы ведём себя как два деревенских дурня! – смеялся Алексей. – Что будет, когда до Москвы доберёмся?

Константин постоянно его обо всём расспрашивал и Алексей был рад побыть для него гидом. Он прекрасно помнил своё состояние, когда отправился в путешествие в первый раз.

– Видишь вон ту машину? – Он указал на элегантное чёрное авто с блестящей решёткой радиатора и круглыми фарами. – Это «Волга». А вон та – «Москвич», отличная машина. А вот эта – «Запорожец». Нравится?

Константин рассеянно кивнул, его в это время больше интересовали величественные здания, находящиеся вокруг. Он разглядывал интересные фасады с квадратными и круглыми окнами, колоннами у входа и коваными балкончиками.

Под конец прогулки они решили посетить кафе, подсвеченная вывеска которого гласила, что заведение самое посещаемое в городе. Константин прошёл через большие двустворчатые стеклянные двери и застыл от изумления. Перед ним оказалась широкая лестница, ведущая в зал, заполненный музыкой, людьми и табачным дымом. Вдоль галереи на втором этаже были расположены кованые перила с причудливым узором. Константин вдруг вспомнил фильм, который он видел однажды в кинотеатре. Там мужчина поднимался по такой же лестнице, держа в одной руке плащ, а в другой – дымящуюся сигарету. Обстановка для Константина показалась слишком изысканной и его сердце забилось чаще. Даже публика находящаяся здесь произвела на него впечатление. элегантные платья с вырезами и бантами, короткие и светлые, сшитые точно по фигуре не могли сравниться с мешковатыми платьями провинциальных женщин. Мужчины были одеты в белые рубашки и чёрные галстуки. Константин тоже был одет в белую рубашку, что успокаивало его и не отделяло от этой публики. Никто здесь не мог бы сказать, что он с малолетства разгребал навоз в хлеву.

Алексей приветственно махнул кому то в дальнем углу и Константин увидел мужчину, который жестом приглашал их за свой столик.

– Невероятно! Вот так встреча! – Воскликнул Алексей. – Сейчас я вас познакомлю!

Они проходили между столиками. Народу было очень много. Мужчины и женщины курили и выпивали – вино, шампанское, водку. На площадке перед оркестром танцевали пары. Танцы в их местном клубе под аккомпанемент аккордеона не шли ни в какое сравнение со здешними.

Не доходя до столика Алексей на мгновение остановился и прошептал:

– Вот что, Константин: глупостей не говорим и глупых вопросов не задаём. Я не хочу казаться деревенщиной Понял?

Константин кивнул в ответ. Алексей в это время уже крепко пожимал руку незнакомцу.

– Что ты тут делаешь? Ты же должен быть в Москве!

– Садитесь, я сейчас вам всё расскажу. – Мужчина указал на Константина. – А это, стало быть, твой брат?

– Константин, это Михаил Романов, светило медицины, которого за каким то чёртом отправили на север, – засмеялся Алексей и мужчина улыбнулся. – А это мой брат Константин, которой пока не знает чем ему заняться.

Они пожали друг другу руки и сели на стулья с резными спинками. Певец в модном сером пиджаке затянул известную песню и зал наполнился аплодисментами.

– В Москве такого нет? – пошутил Алексей.

– Даже ещё больше. – Но я приехал подписать бумаги. Мне предложили работать в вашем посёлке на севере, мне это нужно для научной работы.

– Да это же здорово! Наш врач уже слишком стар.

– Но я не такой опытный как он.

– Но и он не совсем справлялся. Ты когда отбываешь?

– Еду в Москву завтра мне взяли билет на поезд на 12—00.

– Отлично мы тоже едем на нём Алексей понял что брат выпал из их беседы и обратился к нему: – Михаил теперь будет работать с нами и он будет в полном нашем распоряжении во время всего пути. За это стоит выпить! – Он вертел головой в поисках официанта. – Ты уже ужинал? – Обратился он к приятелю.

– Нет ещё. Здесь кстати подают куропаток.

– Куропатки! Это просто отлично! – поддержал приятеля Алексей.

Певец допел свою песню и его проводили громкими аплодисментами. Пианист заиграл быструю композицию и несколько пар вышли потанцевать.

– Обожаю быструю музыку! – Алексей прищёлкнул пальцами и начал двигать плечами. – Жаль только потанцевать тут не с кем. – Он обвел взглядом зал и помахал стайке девушек, которые ответили ему хихиканьем, но он не подошёл к ним. – Ну ничего, скоро я смогу удовлетворить свои желания сполна.

Константин не любил танцевать, но когда заиграла музыка он неосознанно начал отбивать ритм своей ногой.

Официант принёс заказ. Константин, посмотрев на тарелку осознал, как сильно он проголодался. Всё, что братья ели днём уже переварилось в их желудках. Жареные куропатки и говядина с грибами выглядели аппетитно, он привык к другой пище. Но эта еда оказалась вкусной, особенно она была вкусна вместе с хорошим вином. После ужина Алексей заказал коктейль и они пили его и мирно беседовали.

– Константин, – обратился к нему Михаил, – как ощущения в начале путешествия? Ты волнуешься?

Константину понравился молодой врач. Ему было около тридцати, среднего роста, худощавый, светловолосый и светлокожий. Он рассматривал их своими умными голубыми глазами сквозь стёкла очков в тёмной оправе. Его манера разговора подсказывала, что он человек серьёзный и образованный, особенно после нескольких бокалов вина он стал более открытым и приветливым.

– Немного, – признался Константин. Ему не хотелось обсуждать свои страхи и тревоги. Как то всё быстро произошло для него: ещё вчера он ухаживал за скотом а сегодня пьёт алкоголь в компании дипломированного врача в роскошном заведении. – Но я рад был с вами познакомиться и провести время в такой приятной компании.

– Расслабься, Константин! – Алексей похлопал брата по спине. – Ты сам себя запугиваешь своими мыслями. Мы тоже были в таком положении. Правда, Михаил?

– В мою первую поездку, ещё не оказавшись на севере, я готов был вернуться назад. – подтвердил Михаил, потягивая напиток. – Но в следующий раз я чувствовал себя так, будто всю жизнь туда ездил. – Он сделал паузу и добавил. Ты привыкнешь к этому как и к северным комарам. Сам увидишь.

Спустя несколько часов, изрядно выпив и накурившись сигарет, братья попрощались с Михаилом и нетвердой походкой побрели в гостиницу. Они перешли через дорогу и Алексей побежал вниз по ступенькам в общественный туалет. Константин поджидал его опираюсь на металлические перила. Он разглядывал дома вокруг и подсвеченные вывески. Внезапно ему стало не по себе и причина была не только в алкоголе. Он покинул свой дом этим утром, а теперь ему казалось, что прошла уже вечность. Успокоившись и едва справившись со своими мыслями он поднял взгляд к небу и попросил удачи и сил.

– Ну, Константин, – голос Алексея прозвучал неожиданно, – как тебе первая ночь вдали от дома? – Он оперся на плечо брата и они продолжили путь. – Много нового узнал, да? То, что ты увидел сегодня не идёт ни в какое сравнение с тем, что будет дальше. Ты, кстати, не об этом думал?

– Об этом тоже… – Произнёс в ответ Константин.

Алексей поднёс руку ко лбу.

– Жду не дождусь, когда смогу выпить водки в Салехарде. От неё не бывает похмелья. Сам увидишь. У тебя нет обезболивающих таблеток?

Константин помотал головой, брат обнял его одной рукой за плечо и они медленно брели по ночной улице.

– Скажи что ты больше всего хочешь увидеть?

– Наверное, сначала отца, а после тундру и северных оленей, – ответил Константин после паузы.

Хотя это было первое долгое путешествие Константина, он чувствовал себя прекрасно. Он много думал о матери и сестре, об их жизни в их маленьком городке. Всю дорогу его преследовал холод и он всё больше кутался в теплое одеяло.

В Москве была пересадка на поезд до Лабытнанги, он отправлялся через 12 часов. От Лабытнанги до Салехарда им ещё предстояло переправиться на судне через реку Обь. Вместе с Михаилом они отправились побродить по городу и перекусить их немного качало после долгого пути в поезде. Почувствовав твёрдую почву под ногами они обрели уверенность в себе. Константин теперь интересовался и рассматривал здания Москвы. Некоторые из них были более величественны, чем в Ростове. По пути им попался книжный магазин, который располагался в старинном здании с арочными окнами, там он купил для себя книгу о народах севера. На вечернем поезде они отправились на далёкий север.

Константин почувствовал приступ грусти, однако Алексей и Михаил вернули ему присутствие духа. Путешествие Константину, в целом, нравилось раньше он ни разу в жизни столько не бездельничал и никуда не ездил. Всегда энергичный, он уже скучал по физическому труду. Этим он отличался от брата, всегда искавшего возможность по лентяйничать. Он обернулся и посмотрел на Алексея, сладко спавшего в купе на своей кровати. С того времени, как они покинули родной дом Алексей только и делал что днем отсыпался, а ночью веселился в вагоне – ресторане. С похмелья он чувствовал себя подавленным. Константин пытался извлечь из путешествий максимум пользы. Ежедневно он читал журналы, чтобы узнать побольше о мире в котором ему предстоит жить. Они собирались работать на севере два года, полгода, из которых, будут считаться оплачиваемым отпуском. Поэтому сейчас, в дороге, он с удовольствием тратил свое время на чтение книг и журналов в расслабленной обстановке. Алексей рассказывал Константину, что на севере почти все курили, для того чтобы в летнее время разогнать комаров вокруг, так как комары там были очень крупные.

Константину было непонятно как относиться к людям совершенно не похожим на него самого. Ведь в тех краях жили ненцы – коренные жители тех мест.

Константин прочитал в книге о народах севера, которую он купил в книжном магазине Москвы, что ненец с ненецкого на русский переводится как «настоящий человек» и это понятие закрепилось за народом с 1930-х годов. В старину их часто называли «самоедами» – поедающие самих себя. Как считают исследователи, появление этого названия было связано с рядом ненецких традиций людоедства, обусловленных выполнением религиозных ритуалов. Даже в настоящее время ненцы употребляют в пищу сырое мясо (строганину) и пьют свежую кровь при забое оленей.

В конце 19 века были выпущены первые книги на ненецком языке, на основе русского алфавита, но без нескольких букв. Первый ненецкий алфавит был создан в 1931 году на латинской основе. В 1937 году он был переведён на кириллицу. Более 70% ненцев считают ненецкий язык родным.

Их традиционная религия – анимизм. Ненцы верят, что весь мир наполнен духами, у озёр, рек и явлений природы есть духи – хозяева. Духи для них подразделяются на два типа: добрые, которые помогают в различных делах и злые, которые насылают на человека болезни несчастья. Появление русских на ненецких землях значительно повлияло на уклад жизни и культуру племён. Однако основные традиционные занятия остались прежними. К ним причисляют оленеводство, охоту и рыболовство.

Издавна жизнь народа неразрывно связана с оленями. Об этом красноречиво говорит самоназвание ненцев, что именуют себя «детьми оленя». Олени – не только источник пищи для людей, но и верные товарищи, без которых выжить в суровых северных условиях невозможно. Ненцы ездят на оленьих упряжках, используют оленьи шкуры в качестве утепления жилища и одежды, готовят множество блюд из оленины. Даже сегодня на ненецких землях распространена традиция класть младенца в люльку, устланную мхом, а затем накрывать малыша шкурой оленя. Считается, что такой обряд помогает ребёнку защититься от тёмных сил и болезней, наделяет младенца силой и здоровьем. Олень действительно был и остаётся священным животным ненцев.

Как и их предки, современные представители ненцев строят чумы. Они представляют собой конусообразное строение, основой которого служат жерди (их должно быть ровно сорок штук). Поверх жердей укладываются оленьи шкуры, которые оберегают обитателей чума от мороза и ветра. Для покрытия оного чума в зимнее время потребуются шкуры 65—70 оленей.

Для ненцев чум – не просто жилище, где можно согреться, поесть и отдохнуть. Это – миниатюрная Вселенная, что принадлежит каждой семье. В чуме существует старинный принцип размещения вещей, порядок, который нельзя нарушать. Ненцы верят, что гармония в чуме помогает обрести мир и с окружающей действительностью.

Кроме того, по форме чума можно определить достаток семейства. Если вы увидите остроконечное строение, можете быть уверены: в нём живёт небогатая семья. У самых состоятельных ненецких родов чумы имеют тупоконечную форму.

Традиционная мужская одежда – малица из оленьих шкур мехом внутрь. Зимняя малица имеет широкий подол из темного меха. К ней пришивается откидной капюшон из пыжиков мехом наружу и внутрь, а к рукавам – рукавицы. Поверх малицы надевают матерчатую накидку. Выезжая на промысел в холодное время, поверх малицы надевают сокуй, сшитый из двух шкур взрослых оленей мехом наружу. Мужские зимние штаны шьют из выделанных пыжиков. Концы штанов заправляют в меховые чулки.

Верхняя женская одежда состоит из меховой шубы-парки. Шапки шились из оленьего меха с опушкой из песцовых хвостов, украшались полосками меха разного цвета.

В качестве летней одежды ненцы используют ту же малицу, только, как правило, поношенную, с вытертым мехом и без подола. В настоящее время у оленеводов по-прежнему в ходу национальная одежда, но среди поселковых жителей она выходит из употребления, заменяется покупной.

Традиционная пища – это прежде всего оленина, которая употребляется в вареном, реже – в мороженом и копченом виде. Во время забоя оленя в пищу идут: свежая кровь, печень, мясо в сыром виде. Традиционное лакомство – молодые оленьи рога, опаленные на пламени костра. Употребляют в пищу также зайчатину и пернатую дичь.

Осенью и зимой широко используется строганина – нарезанная в виде стружек мороженая рыба: сиг, чир, муксун, нельма. Летом – сырая (свежепойманная) или малосольная рыба. Повсеместно готовится сушеная рыба – юкола. Излюбленный напиток – чай.

С давних времён ненцы были известными мастерами по изготовлению транспортных средств, позволяющих передвигаться по снегу. Знания предков сохранились до наших дней. Ненецкий народ и сегодня использует упряжки нарты, позволяющие быстро пересекать заснеженные просторы. Эта и многие другие особенности быта характеризуют ненцев как хранителей культуры и принципов своего народа.

Константин вспомнил открытку, которую однажды прислал отец домой. На ней были изображены женщины и мужчины в одежде из оленьих шкур и рядом стояла упряжка с оленями. Отец тогда написал: «Смотрите, какие люди здесь живут». Снимок был замечательный, хотя казался странным выбором для открытки. Обычно на открытках изображаются памятники, городские достопримечательности, пейзажи и элегантно одетые люди. У Константина, в то время, возникло странное ощущение, что людей со снимка изучают, как необычных насекомых. В книге, которую он сейчас держал в руках, тоже было много фотографий. На одних были изображены олени, на других семьи ненцев одетые в одежды из оленьих шкур и украшенные цветными узорами. Отец рассказывал, что праздничная одежда ненцев более яркая, чем повседневная, которая просто серая без узоров и вышивки.

– Надеюсь что мы скоро сможем летать туда на самолёте. – Прервал его мысли Алексей. – Я больше этого не вынесу, на поезде слишком долгое путешествие.

– Если бы ты столько не пил накануне, – улыбнулся Константин, – возможно головная боль так бы тебя не мучила.

– Тогда дни были бы длиннее и скучнее. А где Михаил?

– Пошёл обедать.

Алексей решил составить брату компанию, он взглянул на книгу.

– Есть там что – то интересное для меня?

Каждый день повторялось одно и тоже. Константин и Михаил читали, пока Алексей спал, потом Константин рассказывал о прочитанном.

– Как раз читал о ненцах, о их языке и обычаях.

– Тебе не нужен их язык, на нём они общаются только между собой. Они как дети. Сам увидишь!

Алексей перевернулся на бок, собираясь продолжить свой сон.

– Алексей?

– Что?

– Ты несколько лет провёл на севере. Что ты знаешь о его истории?

– То же что и все. Здесь в последнее время активно проводятся проектно – изыскательные и строительные работы, где можно хорошо заработать.

– Да, но кто там был до нас?

– Откуда я знаю. если тебя так интересует история мы найдём для тебя книги. Но, помяни моё слово, ты будешь так уставать, что не сможешь их читать. – Он отвернулся к стене. – И, если тебя не затруднит, дай мне поспать.

Константин смотрел в окно на местность, где растительность становилась низкорослой, на пути встречались в основном кустарники. Солнце посылало последние лучи от края горизонта, ему уже хотелось ступить на твёрдую землю. Он мысленно устремился к родному дому, попытался представить, чем занимаются мать и сестра. Ему было интересно будет ли кто то когда ни будь изучать историю не только севера, но и их маленького городка. Ему так же хотелось больше узнать о мире, в который он направлялся. Об истории полуострова, мужчин и женщин с фотографий. Настоящую историю. Если что то от неё осталось.

Поезд прибыл в северный город Лабытнанги днём. Это было невероятно. Наконец они прибыли!

– Ну, что ты думаешь, Константин? – Спросил брат.

Вместе с Михаилом они стояли, поджидая, пока откроют дверь поезда и спустят ступеньки. Вокруг суетились люди, стоял гомон на разных языках. Константин наблюдал за происходящим едва ли не открыв рот.

– Его переклинило! – засмеялся Михаил. ткнув Алексея локтем в бок. Константин не обращал на них внимания, он был занят происходящим вокруг него

– А вон папа! – Воскликнул он и первым поспешил навстречу отцу.

Первые несколько минут заполнили приветствия, объятия и неизбежные вопросы. Константин уже год не видел отца и решил, что тот выглядит неважно. Загорелое лицо избороздили глубокие морщины, искажая крупные но правильные черты. Он казался усталым и постоянно потирал живот будто тот болел.

Николаю не терпелось узнать как идут дела дома он расспрашивал о своём брате, о родственниках и соседях. Когда он спросил про Марию, от Константина не ускользнула грусть в его глазах. Объяснений тут не требовалось. Командировки были долгими, но вдвойне они были долгими для Николая, ведь он обожал свою жену. Помолчав минуту, он посмотрел на Константина и протянул руку для рукопожатия.

– Ну что ж, сынок, добро пожаловать на родину. Надеюсь ты будешь здесь счастлив.

Константин улыбнулся и повернулся к Михаилу.

– Ты, наверное, не знаешь, что мы с Алексеем родились здесь. Но после мама заболела и нам пришлось вернуться домой.

Михаил кивнул.

– Не многие могли переносить здешний холод.

– Да, я тут родился, но совершенно ничего не помню об этом месте, – вздохнул Константин.

– Мама сюда больше не возвращалась, – продолжил Алексей. – А отец – он приезжал навещать нас и возвращался на север. Других своих детей он мог увидеть только спустя некоторое время, когда возвращался из командировки. Из семи детей выжили только трое, мы и наша сестра.

Константин жестом предупредил брата что отцу не стоит это слышать но тот был поглощен своими мыслями. Николай не мог не заметить как изменился Константин. Стал выше, более худощавый, чем Алексей. Уже не мальчик, а мужчина. Как же быстро пролетело время со дня его рождения!

Сначала Николай был не в восторге от решения Константина вместе с братом приехать на север: мысль о том, что Мария и Ксения теперь в одиночку будут вести хозяйство, причиняла ему боль. Но Константин умел быть настойчивым, он убедил отца, что лишнее денежное вливание семье не помешает. Потому Николай и решился спросить руководителей организации, найдется ли работа для младшего сына. Они тут же нашли для него место и даже помогли ускорить оформление всех необходимых документов, чтобы он смог прибыть уже в мае. У него было несколько месяцев в запасе, чтобы обжиться на новом месте и подготовиться к зиме.

Николай повёл их с вокзала, чтобы добраться до порта и продолжить путешествие на судне через реку Объ.

– Я, конечно, рад что ты решил нас встретить и лично сопроводить до посёлка. Но ты, наверное, думал, что я не довезу Константина целым и невредимым? – Обратился Алексей к отцу.

Николай улыбнулся, что было для него редкостью и только Алексей знал, как этого добиться.

– Я надеялся что, за время путешествия ты хоть немного введёшь брата в курс дела. Но, насколько я вижу по тебе, ты больше времени проводил за другими занятиями.

– О нет, отец, ты не прав. У меня ещё не было учителей лучше чем Алексей, – вступился за брата Константин.

Все четверо рассмеялись. Николай был рад сыновьям. Он с гордостью окинул их взглядом. Внешне него парни очень походили на него – такие же зеленоглазые, как все в их семействе. Оба сына унаследовали высокий лоб, высокие скулы, широкий длинный нос, уверенно очерченный подбородок, хотя у Алексей черты были более грубыми. У обоих сыновей были густые темные волосы, хотя у Константина они отливали медью. Его мальчики были высокими, с широкими плечами и сильными руками. У Алексея из – за тяжелой работы руки были сильнее и больше. Николай знал, какое впечатление старший сын производит на женщин, но всего лишь потому не видели младшего: его черты были идеальными и внешне он походил на Марию в молодости. А вот характер у братьев был совершенно разный. В то время как Алексей предпочитал развлекаться в компании, когда был свободен от работы, Константин всегда вёл себя ответственно, иногда даже слишком. Когда то Николай мечтал, чтобы его сыновья выросли работящими и правильными, но выходки Алексея иногда раздражали его. В целом, получалось, что братья дополняли друг друга, а это было весьма ценно в здешних местах.

Они поймали машину и доехали до порта, откуда отплывали баржи и паромы до Салехарда. Лабытнанги и Салехард расположены друг от друга совсем недалеко, но помимо чахлых лесов и болот, разделяет их ещё и основное русло реки Объ. Причём она здесь в самом нижнем течении, практически у впадения в Обскую губу.

Со стороны обоих городов к реке подведены дороги, а сама переправа осуществляется с помощью паромов и барж летом и автомобильного пути, прокладываемого прямо по льду, зимой. Межсезонье – пора очень плохая, поскольку автомобильное сообщение практически полностью прерывается, а людей перевозят небольшими судами на воздушной подушке. Наконец, тут попросту суровый край, зима длится 8—9 месяцев, а лето похоже на позднюю осень. Так что жизнь в этих краях совсем не так проста, как кажется с далёкой Большой земли: Первое впечатление от севера было таким – обилие типично северного транспорта в сочетании с пронзительным мелким дождём и чахлыми деревцами.

В этой короткой поездке Николай почти всю дорогу не умолкал. Рассказывали различные истории о приключениях на севере, о работе, о том как они однажды поехали на работу и завязли в болоте и промокли до нитки. В холод, все мокрые и продрогшие ждали подмоги. В посёлке думали что мы погибли. Николай повернулся к ошарашенным сыновьям.

– Вот тогда я впервые перепугался. Это был не страх – ужас.

– Не помню, чтобы ты нам об этом писал, – покачал головой Константин. – Почему?

– Не хотел вас расстраивать, – пожал плечами Николай. – Думаешь, мать отпустила бы вас, если бы знала о таком? Мой друг Савелий говорит, что страх вообще невозможно описать, если он овладел тобой, так просто от него не избавиться.

– Клянусь, – Алексей положил руку на грудь, – никогда больше не буду жаловаться на жизнь, у нас с Константином было просто чудесное путешествие.

Константин покосился на отца: что – то с ним было не так. Эта разговорчивость, отец обычно не любил много говорить. Он отметил в тоне отца горечь. Или это был страх? У него были какие то странные жесты и движения. Никогда он не замечал такого раньше.

– Папа, с тобой всё хорошо?

– Всё хорошо, сынок, кивнул Николай. – Прошедший год выдался немного сложнее, чем я ожидал. – Он явно стремился сменить тему. – В этом году нам пришлось работать больше.

Константин хотел ещё спросить о здоровье, но отец обратился к Алексею:

– Ты все документы привёз: свидетельство о рождении, военный билет, медицинскую справку?

– Пап, конечно привёз. Ты же мне много раз об этом напоминал. Ещё что ни будь?

– Ну ладно, ладно. Но помни, что без документов тебя могут отправить домой из – за несоответствия требованиям.

– Да папа и у меня есть есть все документы.

– Ну, надеюсь, ты не забыл. – Отец старался казаться строгим, однако глаза его блеснули. – Ты привез то, о чём я просил маму?

– Конечно, – вступил Константин. – Чемодан забит салом, орехами, консервированными персиками и, конечно, маминой выпечкой. А ещё мы привезли очень длинное письмо от неё, которое она крепко запечатала, чтобы никто больше не смог его вскрыть.

– Отлично.

Оставшуюся часть пути все молчали. Мечтали по скорее добраться до места, и даже Константин уже не испытывал детского воодушевления, что овладело им по началу. Что до Алексея, он знал: чувство новизны скоро улетучится и всё сведется только к работе, ожиданию выплат, вечеринкам в городе и стремлению по скорее вернуться домой, чтобы отдохнуть, – и так всё по кругу, от отпуска до отпуска. И всё же, когда судно приближалось к причалу, он не сдержал улыбки:

Эй, Константин, мы подъезжаем к Салехарду. – Его глаза сверкнули. – Не важно, понравится тебе здесь или нет, останешься ты на два года или на двадцать, влюбишься в этот край или возненавидишь его. Эти пейзажи никогда не сотрутся у тебя из памяти.

Глава 3

И правда, прибытие в Салехард навсегда врезалось в память Константина. Когда судно подходило к берегу, он разглядел берега омываемые тёмными волнами. Странное чувство посетило его – чувство покоя и свежести, и в то же время – силы, исходящей от холодной северной земли.

Если кто-то думает, что на севере ничего не растет, то очень ошибается. Здесь бросается в глаза разнообразие рельефа и ландшафтных зон, поэтому и растительный мир довольно разнообразен. Деревья – хвойные и лиственные: карликовые берёзы (ёрник), ивы, ольха, черемуха, пихта, лиственница. Есть и кедр, правда невысокий, дающий небольшие урожаи кедровых орехов. По возвышенностям поднимаются леса из елей. Деревья невысокие, до 10—12 метров, растут редко, частого леса нет даже в тайге, потому что это северная тайга. В низинах растет смешанный лес. Эти небольшие, но изящные деревья так украшают эту суровую землю! По торфяным кочкам болот разбегаются кустарники: багульник, смородина – черная и красная, шиповник, бедренец. Много и других ягод: черника, клюква, голубика, брусника, морошка. На лугах – осока, хвощи, незабудки, кислица. Большое количество цветов и лекарственных растений, включая редкие виды. Также на этих землях есть множество съедобных грибов. И, конечно, мхи и лишайники, любимый олений ягель.

Нас высадят вон туда! – показал на небольшой бетонный причал Алексей. – Я слышал, слышал, что здесь собираются строить ещё один причал. Будет здорово, потому что здесь не очень удобно.

Они сошли с парома, мелкий дождь продолжал моросить.

– Как сыро! – Пожаловался Константин, накидывая капюшон куртки. – Погода сегодня промозглая.

– Ага, – подтвердил Алексей. – Дожди здесь частое явление, особенно в конце весны и летом.

У причала стояла ещё баржа, тут же сновали люди, они переносили на плечах мешки, ящики, корзины.

– Савелий будет ждать нас вон там, – сообщил Николай, кивком показав на широкую деревянную лестницу, ведущую на возвышенность, к зданию речного вокзала.

– А ты знаешь Константин, что что здесь можно заболеть тяжело и быстро. – Сказал Николай.

– Благодаря медицине это уже не так. – Вставил Алексей. – Но ещё в начале века многие, кто приезжал сюда умирали. Правда, Михаил?

Михаил кивнул.

– Поэтому сюда и направляли так много экспедиций. Людей не хватало, многие не могли противостоять болезни.

Константин вздрогнул. Как хорошо, что он родился не в те времена.

Лестница была немного крутой, но для молодых людей – ничего особенного, да и багаж они распределили на всех. Тем не менее отец, которого Константин помнил выносливым и сильным, запыхался. Они оказались на возвышенности, перед зданием речного вокзала. За зданием простирался Салехард, состоящий из множества деревянных зданий. Каждое здание отличалось своей индивидуальностью и было по своему интересно.

Константин с восхищением осмотрелся.

Салехард до середины 50-х годов двадцатого века рассматривали как один из основных пунктов развития сельского хозяйства округа, сохраняя таким образом историческую преемственность. Специалисты аграрники Салехарда к началу войны сумели ввести в практику сельского хозяйства города на Полярном круге многие культуры, которые стабильно давали хорошие урожаи, – картофеля, моркови, капусты, репы, турнепса и других овощей.

Городские власти проводили работы по благоустройству города: было запрещено выбрасывать мусор на улицы, начато мощение улиц лежневкой – это укладка брёвен, покрытых сверху досками, ранее мостовых не имелось, и город после дождей и таяния снега утопал в грязи. Также начали устраивать мусорные свалки, пытались построить водопровод, но затраты оказались слишком велики. Для ликвидации антисанитарии построили баню в районе консервного комбината, а действующую баню в центре города, постройки 1934 года, в 1939-м перестроили в связи с увеличением роста населения Салехарда.

– Ты здесь сам всё потом увидишь, – объяснял Алексей, – экскурсию мы оставим на потом. Не волнуйся, ты часто будешь наведываться в Салехард.

Восторженный взгляд Константина блуждал от здания к зданию.

– А вон и Савелий! – Сообщил Николай, взяв сына за локоть. – Ох ты боже мой! Да он взял новую машину! Ну что же, пойдёмте. Надо успеть в посёлок до ужина чтобы, познакомиться с руководством.

Рядом с сияющим новым уазом стоял улыбающийся мужчина, это и был Савелий. О нём Константин наслушался историй ещё дома. Этот мужчина работал вместе с Николаем много лет.

– Савелий, знакомься, это мой сын, Константин. Не знаю, знаком ли ты с Михаилом. Он врач.

Мужчина широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы в кольце седоватой бородки.

– Добро пожаловать на север, – повторил он трижды, кивнув по очереди Константину, Михаилу и Алексею. – Надеюсь, путешествие прошло удачно.

Они погрузили багаж и стали усаживаться в машину.

– Теперь мы можем ехать. – Произнёс Савелий.

– Почему ты сегодня решил ехать на новой машине? – Спросил его Николай.

– Прежняя в последний момент сломалась, поэтому пришлось взять эту.

– Что ж не плохое начало.

Алексей распахнул перед Константином и Михаилом заднюю дверь, изображая услужливого шофера.

– Эта машина создана для особенных пассажиров, – подмигнув, – заявил он. – Папа, ты тоже садись с парнями, а ты Савелий, садись спереди. Сегодня я поведу.

Савелий и Николай переглянулись.

– Не думаю, что руководство это одобрит. – Заметил Николай.

– Да ладно! – Беззаботно ответил Алексей. – Никто не узнает. Когда ещё мне выпадет шанс поводить такую машину.

Савелий пожал плечами и сел на переднее пассажирское сиденье. Расположившись в машине, Константин смог как следует рассмотреть Савелия. Он заметил тесную, даже дружескую связь между ним и Николаем – ничего удивительного, они давно знали друг друга. Когда отец с матерью впервые прибыли на север Савелий был их другом и помощником. Шли годы и Николай смог убедить руководство, что Савелий трудолюбивый человек, умеющий ладить с людьми. Так Савелий занял должность бригадира, а после стал заведующим склада.

Проехав по прямым улицам Салехарда с расположенными как по линейке деревянными домами и по весеннему одетыми пешеходами, они продолжили путь по дороге посреди тундры.

– Вы всё увидите, – сказал Савелий, наблюдая за Константином через зеркало заднего вида. Не далеко от города у нас расположен рабочий посёлок где живут наши рабочие.

Константин благодарно кивнул. Савелий был рад в очередной раз описать дорогу, как в своё время описывал её Николаю, а потом Алексею. Отец и Михаил молча смотрели в открытые окна. Пока ехали, Михаил указал Константину на указатель, где было написано название населённого пункта. Аксарка! Указатель как раз указывал путь до Аксарки. Константин уже слышал о нём, его переполнило чувство гордости, что он своими глазами смог увидеть то, о чём рассказывали истории.

– В основании этого посёлка, Константин, большую роль сыграли ссыльные люди, которых вывозили сюда и оставляли на выживание без всего.– Напомнил ему Николай, который раньше рассказывал об этом.

Аксарка – в переводе с ненецкого Лисья нора. Село расположено вниз по течению на правом берегу реки Обь, в 60 км от города Салехард. Поселок Аксарка (ЯНАО) основали почти сто лет назад из раскулаченных крестьян, просто оставленных на голом берегу Оби. Около тысячи человек жили в собственноручно выкопанных землянках, затем в бараках, затем был построен райцентр с колхозом. Традиционным видом деятельности населения является рыбодобыча.

Они приближались к рабочему посёлку и Алексей сбросил скорость. Когда они подъехали, Алексей притормозил, чтобы поздороваться с низеньким, седым мужчиной, подметавшим ступеньки деревянного дома.

– Как дела, Иван? Кур у тебя сейчас достаточно?

– Кур много! – Улыбнулся мужчина. – Яиц на всех хватит. С возвращением вас!

– Иван – мастер на все руки, – объяснил Алексей Константину и Михаилу. – Он и дворник, и сторож, он будит нас по утрам. А ещё он разводит здесь кур и коз, чтобы у нас были всегда яйца, молоко и мясо. – Он снова высунулся в окно и крикнул: – Эй, Иван! Запомни этих парней, потому что они часто будут уезжать по ночам!

Иван кивнул и помахал вслед машине.

Перед ними открылась довольно широкая площадь, вдоль которой располагались вагончики, склады и дома для рабочих. Здесь даже была небольшая амбулатория, где имелся хирургический кабинет и палата на несколько коек.

Константин был ошеломлён, что здесь находится своеобразный небольшой городок с сотнями обитателей, да ещё в окружении тундры. Куда ни глянь – везде что то происходило: мужчины переносили мешки и ящики, машины везли куда-то рабочих…

К горлу подкатил комок, возбуждение сменилось головокружением. Ему стало немного страшно! Рядом с ним были отец, брат и новый друг Михаил, но от всего, что произошло в последнее время у него перехватывало дыхание. Как он сможет влиться во всё это? Привыкнет ли он к новому климату? Константин не мог ни дышать, ни думать. Он чувствовал себя трусом. Закрыл глаза и вспомнил знакомые образы матери и сестры. Образы успокаивали его и он уже скучал по дому. Он бы сейчас отдал всё за то, чтобы закрыть глаза и оказаться дома в тёплых краях, где весна была в самом разгаре. Но эту слабость нужно было перетерпеть. Что бы подумали отец с братом, если бы прочитали его мысли?

Машина остановилась перед одним из домов. Николай был уверен, что после столь длительного путешествия сыновья захотят умыться и передохнуть, прежде чем идти знакомиться с руководителем. Завтра у них будет время, чтобы осмотреть главные постройки. Они вышли из машины и Николай обратился к Михаилу:

– Ты поживешь здесь, пока не уедет старый доктор, а потом займешь его дом. Сейчас Алексей проводит вас в комнаты и покажет столовую, а я сообщу Степану Борисовичу, что вы прибыли. Увидимся через полчаса. Да, Алексей! сделай брату крепкого чаю.

Алексей приготовил чай и отправился в комнату для Константина. В комнате было всё необходимое: кровать, тумбочка, шкаф, стол и умывальник с зеркалом. Они попили вместе и на Константина это оказало благоприятный эффект. Дыхание постепенно выровнялась, ослабло стеснение в груди, колени больше не тряслись. Он почувствовал себя готовым для встречи с руководством.

Степан Борисович принял их в своем кабинете. Крепкий мужчина лет сорока с густой черной шевелюрой, острым носом и короткими усами. Его голос звучал дружелюбно, но резковато, как у человека, привыкшего отдавать команды. Он поприветствовал Константина и Михаила, поздравил Алексея с возвращением и сразу спросил, все ли необходимые документы они привезли. Константин заметил, что отец при этом нахмурился.

Посмотрев бумаги Степан Борисович убрал их в ящик и жестом предложил присесть.

– У вас, Михаил, – начал разговор Степан Борисович, – уже есть опыт работы, так что я не буду вдаваться в подробные объяснения. Старый врач останется здесь ещё на пару недель, он поможет вам вникнуть во все дела.

– Здесь в основном работают молодые сильные люди, поэтому работа будет не сложная: порезы, ссадины, обморожения, синяки, укусы комаров, ничего серьёзного. Могу я спросить кое – что? – Перебил он сам себя. Михаил кивнул. – Почему вы, молодой и перспективный специалист выбрали наш посёлок, ведь в Салехарде предлагают зарплаты по лучше?

– Видите ли, я не только врач, я ещё и ученый биолог, – не растерялся Михаил. – Ботаника – моя страсть. Хочу извлечь максимум из своего пребывания здесь, расширить знания о некоторых видах растений и их медицинское применение.

Степан Борисович поднял брови.

– Звучит неплохо. Всё, что помогает нам лучше узнать север, приветствуется. Надеюсь, у вас будет для этого достаточно времени.

– А вы, юноша, – повернулся он к Константину. – Надеюсь, вы готовы к работе? Нам здесь нужны энергичные и целеустремленные люди.

– Да, конечно.

– Завтра весь день вы будете учиться. Смотреть, что делают другие. Я уже сообщил вашему отцу, что вы начнете работу в бригаде Красильникова. Он работает здесь уже несколько лет. Ему нужен сильный помощник.

При этих словах Константин заметил, что отец поджал губы.

– Я думал, что Константин будет работать со мной в бригаде, – сказал Алексей. – Я бы сам его всему научил. Но Степан Борисович жестом остановил его. Он был уверен, что если Константин окажется таким же безупречным работникам как его отец, то в работе будет полезнее разделить двух братьев.

Степан Борисович взглянул на Алексея и Константина.

– Всё уже решено. Бригада Красильникова отстаёт от других бригад. Будет отлично, если новенький сможет им помочь.

– Хорошо. – согласился Константин.

– И ещё. Вы ведь не умеете водить? – Спросил Степан Борисович.

– Нет. – Ответил Константин.

– Значит, это первое чему придётся научиться. Завтра вам выдадут всё необходимое, спец одежду и обувь. Смотрите в работе будьте осторожнее, жизнь на севере – это не сахар. – Обращаясь к Константину, он продолжил. – Впрочем, если многие привыкли здесь жить и работать, то почему вы не сможете? – Степан Борисович взглянул на часы и поднялся со стула. – Уверен что вы проголодались. Остальные уже поели, но я предупредил, чтобы вам приготовили всё, что нужно.

Все вместе мужчины направились к дверям. Попрощавшись со Степаном Борисовичем, они пошли в столовую, которая находилась в соседнем доме.

– Что не так с этим Красильниковым? – Спросил Константин по пути.

– Мне он не нравится. – Ответил ему Алексей.

Константин вопросительно взглянул на отца.

– Не слушай его, – отозвался тот. – Просто работай и всё будет хорошо.

Михаил отметил неуверенность в тоне Николая и посмотрел на Константина, который, войдя в столовую сел, где указал отец.

Константин широко раскрыл глаза, увидев что им принесли.

Рагу из курицы с картофелем, винегрет и жареная рыба. – Воскликнул он.

– А ты что думал? – Расхохотался Алексей. – Здесь еда как дома, даже лучше.

– Нам повезло с поваром. Он умеет приготовить отличные блюда даже из северных продуктов. – Сказал Николай.

– А там что? – Константин указал на миску на другом конце стола.

Михаил прикусил губу от удовольствия.

– Мм… Объеденье – жареная оленина! Нам приготовили приветственное блюдо. – Он принялся наполнять тарелку. – Для тебя это первое северное блюдо. Скоро ты жить без него не сможешь!

Вскоре Константин вынужден был согласиться: повар достоин наивысших похвал. Он наслаждался отличной едой, но не мог забыть родной дом. Но больше всего его терзали мысли о первом рабочем дне. Постепенно веки его начали тяжелеть – усталость брала свое.

– Уже поздно, я иду спать, – сказал отец поднимаясь.

Константин тоже за собирался:

– И я пойду, а то завтра утром не встану.

– Встанешь, не волнуйся! – Уверил его Алексей. – После половины шестого спать уже не сможешь.

Они попрощались, Николай с Константином отправились в барак, где располагались комнаты для рабочих.

– Спокойной ночи, пап.

Николай кивнул, направился было к своей комнате, но, сделав несколько шагов, повернулся к сыну и пристально посмотрел тому в глаза. Ему хотелось столько всего рассказать, а ещё больше – поделиться силой, которая потребуется в ближайшие месяцы, чтобы обжиться на новом месте, однако вместо этого он вздохнул, похлопал сына по плечу и сказал:

– Желаю тебе как следует выспаться.

Только Константин заснул (по крайней мере так ему показалось), раздался громкий звук, как будто палкой стучат по забору и тут же кто – то постучал в дверь:

– Вставайте быстрей, а то опоздаете. Прозвучал сигнал, вызывающий людей на работу.

Константин выкарабкался из постели и пошёл открывать. В комнату прошмыгнул паренек с вещами в руках.

– Я принёс вам спецодежду и сапоги. Если поспешите, успеете в столовой выпить чаю.

– Как тебя зовут?

– Семён.

Лицо паренька было довольно приятным. Круглые глаза и слегка вздернутый нос, короткие тёмные волосы. По лбу пролегли три морщинки, нетипичные для столь юного возраста.

– Сколько тебе лет?

– Девятнадцать. Я помогаю тут по хозяйственной части. Если что то будет нужно обращайтесь.

– Что ж, расскажи, что мне сейчас нужно делать?

– Через десять минут все должны быть во дворе.

Константин посмотрел в окно.

– Но ещё очень рано.

– Здесь все дни похожи один на другой. Рабочий день начинается с шести утра.

Константин выпроводил Семёна из комнаты и стал быстро умываться и одеваться. На всё ему хватило пяти минут. Константин вышел на улицу и заметил множество людей собирающихся во дворе. Он заскочил в столовую выпил чаю и пошёл к остальным работникам.

– Ты вовремя, Константин, – сказал ему Алексей, когда брат подошёл. – Ещё минута и ты бы не получил денег.

– Что?

– Те кто опаздывает к построению лишаются платы за день. – Алексей ткнул брата локтем под ребра. – Расслабься, я пошутил. Выспался? – Константин кивнул. – Видишь? Справа от отца – это Красильников. Ты будешь работать в его бригаде. Удачи! Увидимся вечером.

Константин рассматривал Красильникова, которой, стоял к нему спиной, разговаривая с Николаем. Высокий, костлявый, темноволосый мужчина, ничего особенного. Константин поздоровался и Красильников обернулся. Парень протянул руку.

– Я Константин, буду работать одной бригаде с вами.

Красильников, ответив на рукопожатие, внимательно осмотрел его.

– Значит ты второй сын Николая? Скоро вся ваша семья сюда переберётся.

Константин счёл рукопожатие холодным, улыбку натянутой, а слова грубыми. Он взглянул на отца и спросил:

– А ты где сегодня работаешь?

– Здесь на складах. Я теперь постоянно нахожусь здесь в посёлке.

Их разговор прервал шум моторов. Подъехали машины и Красильников подошёл к рабочим и указал в какие машины садится. Николай, стоя за его спиной, процедил сквозь зубы:

– Не советую обижать моего мальчика.

– Я научу его всему, чтобы он тут мог спокойно работать, – ответил Красильников с улыбкой.

Николай бросил на него ещё один предупреждающий взгляд и повернулся к сыну.

– Иди, Константин.

Парень кивнул и поспешил к машинам.

В каждой бригаде по двадцать человек, – стал объяснять ему Красильников. – Люди из нашей бригады садятся в эти машины. – Он указал на стоящие недалеко машины.

Работники расселись по машинам.

Перед Красильниковым остановился худенький молодой человек.

– Чего тебе надо? – Сердито произнес Красильников.

– Я болен.

– Ты вечно болен. Всегда! Каждый день одно и то же! – Кричал Красильников.

– Я правда болен. Мне нужны лекарства.

– Никаких лекарств, быстро на работу.

Константин открыл было рот, чтобы вмешаться, но молодой человек тут же запрыгнул в машину, за ним последовали ещё двое. Водитель посигналил, чтобы оповестить всех о том, что сейчас поедут.

– А ты что встал? – Крикнул Красильников на Константина. – Садись в кабину.

Константин повиновался и сел в кабину рядом с Красильниковым. Несколько минут оба молчали. За окном в слабом свете тянулись мелкие пролески деревьев посреди тундры. Небо, казалось, так низко над землёй и плывущие тёмные облака, как будто задевали верхушки каменных гор. Дорога была сырой и грязной. Водитель старался ехать осторожно, чтобы не застрять в грязных впадинах.

– Я думаю больных не нужно было брать на работу. – произнес Константин.

Красильников удивленно вскинул брови.

– Слушай, парень я давно здесь работаю и знаю кто говорит правду, а кто обманывает. Многие работники знают что если пропустят рабочую смену по болезни, им всё равно заплатят. Скоро сам увидишь.

Константин промолчал, а Красильников продолжил:

– Если хочешь, парень, чтобы мы поладили, с этого момента ты глух и нем. Понятно? – Он вытащил сигарету из нагрудного кармана зажег её и глубоко затянулся.

Константин стиснул зубы. И почему его направили в бригаду к этому кретину. Он злился на отца и брата, что те не предупредили его о существовании таких типов. Он не стал ничего говорить, ему вовсе не хотелось наживать проблем в первый же день.

Они ехали по болотистому бездорожью тундры в то место, где необходимо было провести геологические и геодезические исследования местности. Всё было пронизано сыростью, кругом грязь и болота.

Машина затормозила так резко, что Константин едва не влетел лбом в ветровое стекло.

– Чёрт. Опять вода попала в машинное масло. – Выругался Красильников.

Из машин выскочили люди. Некоторые были травмированы от резкого торможения. Красильников с Константином тоже вышли из машины, к ним подошли рабочие доложить об обстановке. Красильников велел водителю разворачиваться, а сам подошёл к молчавшему парню.

– Тут есть раненые. Собери их в машину и отправь к врачу, пусть новый доктор поработает. Остальных распредели по другим машинам.

Константин огляделся. Раненые действительно были. Один из мужчин обхватил голову руками, из раны на голове сочилась кровь. Водитель помог Константину усадить троих раненых в машину.

– Спасибо. – Пробормотал мужчина с окровавленной головой, обращаясь к Константину.

Водитель сел в машину, завёл мотор и повёз раненых обратно в посёлок.

Остальные машины с людьми решили продолжить путь, после замены масла в одной из машин.

В тундре Константин по пятам следовал за своим напарником. Никто ему ничего не объяснял – он просто копировал действия других. Здесь проводились геологические и геодезические изыскания, которые являются важными направлениями в инженерных исследованиях и предназначены для грамотного проектирования объекта. В процессе проведения изыскательских работ изучается рельеф и особенности местности, составляются топографические карты, анализируется состояние существующих сооружений и природных объектов, осуществляются буровые работы, обследуется грунт, грунтовые воды, оценивается вероятность возникновения опасных геологических явлений.

Через несколько часов Красильников объявил перерыв на обед. Все направились к стоянке, где повар готовил еду на костре в котлах. Константина успели покусать комары и есть ему совсем не хотелось. Красильников куда то исчез и Константин был рад этому.

Перекусив, Константин прислонился к колесу машины и закрыл глаза. На миг он заснул и вновь ему снились родные места. Как же он скучал по родному дому! Дремоту нарушили громкие голоса извещавшие о продолжении работы. Целый день он работал без остановки в сырой холодной тундре. Также прошли ещё несколько дней и ещё, и ещё. Константин, в компании с угрюмым Красильниковым, ехал в тундру, работал наравне со всеми. Возвращаясь с работы, он проходил курсы вождения у Алексея и Савелия. Если хватало сил, писал несколько позитивных строк матери и сестре, а после падал в постель, изнывая от усталости. За ужином он почти не разговаривал и старался не отвечать на язвительные фразы Красильникова, на которые тот был щедр присутствии других.

Однажды вечером, когда Константин встал из за стола, не съев и половины порции, Николай решил проводить его до комнаты.

– Потерпи, сын, – сказал он, когда они вышли из столовой. – Сначала трудно, но потом ты освоишься. Я понимаю что ты чувствуешь, сам через это прошёл.

Константин удивленно вскинул брови.

– И тебе приходилось работать с таким типом, как Красильников?

– Я не об этом. – Николай одной рукой зачесал назад волосы и опустил взгляд. – Я не знаю, когда именно, наступит час, когда север завладеет твоими мыслями и ты не захочешь отсюда уезжать. Может быть, дело в удивительной способности людей к адаптации, а может странный магии этого места. – Он посмотрел в глаза сыну. – Я не помню ещё никого, кто бы не сдерживал слезы, когда уезжал.

Должно было пройти много лет, прежде чем Константин осознал смысл и глубину этих слов.

Глава 4

– Хорошо, – сдался Алексей, – на обратном пути поведёшь ты.

Константин быстро запрыгнул в уаз и они поехали в Салехард. Спустя несколько недель активного обучения, он наконец получил права на вождение грузовых и легковых машин. Но поездка в город – это было совсем другое дело.

– Прокачусь один раз с тобой, – сказал он брату, – а дальше смогу ездить сам. Ловлю тебя на слове – на обратном пути поведу я.

Степан Борисович поручил закупить в магазинах Салехарда инструменты и материалы для работы. Этот день на редкость был не дождливый. В это время года как раз начинали строительство домов, демонтирование дорог и проводили всевозможные благоустройства города. Константин усвоил самое важное – в это время года одевать на голову москитную сетку, так как в тундре было очень много мошки и комаров, которые уже успели его покусать и их укусы страшно зудели и чесались. К сожалению лекарства Михаила не слишком помогли от этого зуда, оставалось надеяться что рано или поздно тело привыкнет к местным условиям и эта боль отступит.

– Ты не представляешь, как я скучаю по родным краям! – Вздохнул Константин. – Этот климат меня доконает!

– Не преувеличивай, – Алексей оперся локтем на открытое окно кабины. – Это что вот наступит зима, а она здесь очень длинная. Ты будешь мёрзнуть круглые сутки, а после привыкнешь к холоду. – Он вытянул руку в окно, играя с ветерком. – Наверное к вечеру будет дождь.

Небо над дорогой заволокли темные тучи. Алексей искоса посмотрел на брата. Его лицо и руки были покрыты укусами комаров, прежде чем они исчезнут и он приспособится к здешней жизни пройдут недели. Тогда и настроение изменится. Он сам через это прошёл. Он мог себе представить, что за мысли роятся в голове Константина после сырости и изнурительной работы, да ещё под руководством Красильникова. У брата не осталось ни единой иллюзии которые он питал до приезда сюда. Возможно судьба сведет его с одной из местных девушек и это поднимет ему дух.

Вы уже закончили работы в окрестностях озера. – Спросил Алексей равнодушно.

Константин ответил не сразу. Брат был единственным, кому доверял и он не хотел показаться нытиком. Вся сущность Алексея излучала энергию и Константин ни разу не видел его грустным или огорченным чем – то. Старший брат прекрасно знал, чего хочет от жизни: наслаждаться каждым ее моментом по полной, не задаваясь сложными вопросами. Он работал потому, что не было другого выбора и он получал за это зарплату. У него не было поводов для страданий.

– Ты что молчишь, язык проглотил?

– А? Нет. Красильников достал. Унижает меня перед рабочими. За моей спиной говорит им что меня не обязательно слушать.

– Да ему просто завидно, твоему Красильникову. Степан Борисович не дурак, он знает, что новичок всё будет делать правильно, а значит, есть шанс навести порядок. Если будешь хорошо работать, скоро сам станешь главным.

– Ну, не знаю. Наверное, я просто по натуре не лидер.

– Слушай, чем быстрее они тебя за уважают, тем будет лучше.

Константин молча кивнул. Он наблюдал через окно за пасущимися в тундре оленями.

– Давай сначала прокатимся по городу чтобы ты немного огляделся. – Сказал Алексей. – Времени у нас достаточно. И перестань чесаться – меня это нервирует!

– Не могу с собой ничего поделать! Меня не так давно покусали здешние комары. – Скривился Константин.

Алексей повел машину по узким улочкам. Начали они с окраины города. Тут было бедно. Стайки детей бегали с резиновыми мячиками. Дома здесь скорее напоминали халупы. Они были деревянные либо обмазаны глиной крыша из шифера или из цинка. Они стояли вплотную друг к другу. Но по мере того, как братья приближались к центральному району, картина менялась. Здесь появились большие бревенчатые дома, окруженные дворами и палисадниками, магазины и рынки. Алексей остановил машину, вышел и жестом поманил брата за собой.

– Видишь вон тот магазин? – Показал он. – Иди туда, а я хочу заглянуть в аптеку на углу. Посмотрю есть ли что – то в аптеке от зуда после укуса комаров. В том магазине, куда ты сейчас пойдешь работает девушка. Её родители из наших мест. Там есть всё, что нам нужно.

Константина, когда он вошел, поразило огромное количество предметов размещенных на полках в магазине. Тут можно было купить всё, что угодно. Его окликнул приятный женский голос:

Если здесь нет того, что вы ищете, мы можем заказать.

Он обернулся и увидел девушку, свою ровесницу, невысокую привлекательную шатенку. На ней были темные брюки со стрелками и светлый джемпер. Девушка прищурилась и воскликнула:

– Так ты Константин, брат Алексея, да? Вы так похожи! Ты меня не помнишь?

– И он вспомнил. Однажды вместе с отцом он был в гостях у её бабки с дедом. Те жили в трёх километрах от их городка. Отец, возвращаясь с сервера, всегда навещал их, привозил посылки от родителей и этой девочки. Помнится, она говорила, что подрастёт и поедет к родителям. Так и вышло.

– Ираида? Прости! Ты так изменилась!

– Ты тоже, – засмеялась девушка. – Ты немного вырос с тех пор, как мы виделись. – Она прикинула в уме тебе: Тебе ведь тогда было лет десять.

– Ну да, где – то так. А ты давно не была дома? Твои родители здоровы? Ираида кивнула.

– Да и дела у нас идут хорошо я закончила обучение и решила приехать к ним. Работаю здесь, в магазине, а родители на консервном заводе. – Она пожала плечами. – Каждый год говорю себе, что вернусь назад, в ростовскую область, но нет. Знаешь, я всегда прошу Алексея рассказать мне о родных местах. Кстати, он уже вернулся из отпуска?

Константин рассказал ей последние новости и ответил на все вопросы обо всём, что происходило в родных местах, о свадьбах и похоронах. Беседа о родном доме заставила его забыть о приступах чесотки.

– Извини, что спрашиваю, – Внезапно воскликнула девушка. – А ты сам – то как? Привык уже к новой жизни здесь?

– Константин вытянул руку, чтобы она увидела в каком состоянии его кожа.

– Понятно. Укусы комаров, но ты не волнуйся, – успокоила его Ираида. – Это скоро пройдёт.

– Все так говорят. Должен тебе признаться: я думал, что здесь всё по – другому.

– Через пару месяцев ты забудешь свои слова! – Рассмеялась Ираида.

В этот миг дверь открылась и вошел Алексей. Он расцеловал девушку в щёки, а Константин заметил, что она слегка покраснела.

– Рада снова тебя видеть. Как прошёл твой отпуск?

– Обожаю отпуск, особенно когда он оплачиваемый!

– И ты ни сколько по нам не скучал? – Поддела его и Ираида.

– Знала бы ты, как хочется отдохнуть после тяжелой работы в тундре. Отдых пришёлся как нельзя кстати. – Подмигнул он ей и поспешил сменить тему: – Константин, где наш список? Нам скоро нужно возвращаться.

Константин вытащил из кармана список и передал его девушке. Та начала собирать заказ, а братья прошлись вдоль полок, присматриваясь.

– Это леденцы, – пояснила Ираида, заметив, что Константин вертит в руках жестяную банку. – Как видишь у нас тут все есть!

Вскоре все было собрано. Алексей расплатился.

– Кстати, сегодня провожаем старого доктора, – подмигнул он брату.

– Ираида проводила их до машины.

– Хотите прийти к нам на обед или на ужин на этой неделе? Родители будут рады. Да и Константину, мне кажется, понравится, – добавила она, прежде чем Алексей успел придумать отговорку.

Но у Алексея было иное представление. Обеды – это для женатых пар, а холостяки предпочитают совсем другое. Он уже открыл было рот, чтобы отказаться, но тут вмешался Константин:

– Спасибо, Ираида, мы с радостью придём. Правда, Алексей?

– Конечно, конечно!

Девушка радостно улыбнулась.

– Тогда тогда будем ждать вас на ужин. Позднее я сообщу когда и во сколько. Пока – пока! – Довольная она в при – прыжку убежала.

Алексей запустил руку в карман, вытащил аптечную склянку и сердито швырнул брату.

– Вот, держи, чтоб не чесался.

В машине Константин сразу принялся натирать мазью укусы комаров. Алексей сердито молчал.

– Слушай, что тебя так бесит? – Поинтересовался Константин через некоторое время.

Алексей поджал губы и покачал головой.

– Теперь придётся идти на ужин с её семьёй

– Ты о Ираиде и её родителях? Она милая и умная девушка. С ней приятно болтать, у неё есть чувства юмора.

– Как бы тут не влипнуть?

Константин нахмурился, а потом расхохотался, ударив себя ладонями по коленям.

– Да она в тебя влюблена! А ты её сторонишься.

– А что мне ещё делать? Девушек вокруг много.

– Но не все такие, как она.

– Ты прав чёрт подери! – Кивнул Алексей с саркастической улыбкой – При других обстоятельствах я бы предложил ей намного больше. Но думаю пока рановато.

– Рановато для чего?

– Для того! Рановато мне жениться! – На его щеках проступили красные пятна. – Ты иногда меня удивляешь, Константин. В нашем возрасте бывает множество подружек. И ни одна надолго не задерживается. Да, у некоторых есть постоянные девушки. Но я пока не хочу быть на крючке. С такими, как Ираида, одни проблемы, потому что потом они привязывают тебя детьми. Я не хочу таких отношений. Надеюсь ты тоже. Если понимаешь, о чём я. Мужчина есть мужчина и он должен быть свободен. Причём, извини, независимо от статуса.

Константин опустила взгляд на свои руки.

– А как же наш отец? Он женат но проводит много времени здесь. – Представив отца в объятиях другой женщины, не его матери, Константин ощутил дурноту.

– Отцу сколько лет? Откуда мне знать, что он творил в молодости, я и не спрашивал никогда. Но с тех пор как работаю с ним здесь, ничего такого не замечал. – Константин на этих словах вздохнул с облегчением. – Но меня это не удивляет, – продолжил Алексей. – Я знаю какие у отца высокие принципы.

– А тебе не кажется, что тут другое? Он просто очень любит маму и никогда бы с ней так не поступил – я имею ввиду он не станет её обманывать.

– Да но другие мужчины тоже любят своих жён, которые остались у них дома. Однако они не страдает воздержанием, а находят тех, кто скрасит их дни. Это не имеет ничего общего с любовью. Для здоровья полезно.

Константин так не считал, но воздержался от комментариев. Пора было кончать с этой темой. Уступая любопытству, он всё же спросил:

– И где же ты встречаешься со своими подружками? Я вроде ночью никого не видел.

Алексей ухмыльнулся.

– Увидишь, братишка, увидишь! Более того, я скоро и тебя с кем-нибудь познакомлю. Ты из тех, кто легко влюбляется в таких, как Ираида, а я не хочу, чтобы ты лишал себя удовольствий.

– Спасибо за доверие, – с иронией произнёс Константин. – Постараюсь оправдать твои надежды.

Первая поездка в город слегка приободрила Константина. Зуд не прошёл, но болтовня с Ираидой помогла избавиться от чувства одиночества..

– Кстати, Алексей, – сказал он. – Теперь моя очередь вести машину.

Разгрузившись в рабочем поселке, Алексей взял машину и уехал на работу в тундру, так как до конца дня было ещё далеко, а Константин отправился к своей бригаде, тоже за рулем. Он притормозил, чтобы не попадаться на глаза отцу, который шёл куда – то в сопровождении Савелия. После разговора с братом ему не хотелось никаких расспросов.

На место работ он прибыл в приподнятом настроении, он был невероятно горд за то, что мотор его машины по дороге ни разу не заглох. Повар, как обычно, готовил еду на костре, только его помощницы Галины нигде не было видно. Он увидел нескольких рабочих, во главе которых был Григорий.

– А где Красильников?

– Мы не знаем, – пожал плечами Григорий. – Он куда – то отлучился не так давно.

Не зная толком, чем заняться, он стал бродить среди рабочих, наблюдая за ними. Тем же занимался и Григорий, который приглядывал за рабочими и работал наравне со всеми. Константин старался делать вид, что у него всё под контролем, но чувствовал себя пока не совсем уверенно. До приезда сюда о работе на севере он имел самое смутное представление. Бывали дни, когда он оставался в посёлке и помогал чинить дома, это получалось у него намного лучше.

– Я вернусь через пару минут, – сказал он Григорию, – направляясь в сторону небольшого участка кустарников. Ему нужно было «отлить» после дороги.

Он приспустил штаны и расслабился наблюдая за окрестностями. Закончив свои дела, внезапно его взгляд наткнулся на росомаху, которая стояла и пристально смотрела ему в глаза. Он был наслышан, что от этих животных можно было ожидать чего угодно. Константин почувствовал, как сердце уходит в пятки, в его теле произошёл огромный всплеск адреналина. На автомате, не понимая, что делает, Константин застегнул ширинку и отступил. Потом резко повернулся и побежал в сторону стоящих машин.

Возвращаясь назад, в одной из установленных неподалёку от машин палаток, Константин заметил две пары ног в сапогах. Константин подумал, что это кто то из рабочих решил поспать после обеда, поэтому решил разыграть спящего. Он подошёл к палатке и потащил за одну пару торчащих ног, но тут же услышал злобную брань Красильникова.

– Какого чёрта тебе надо? – Рявкнул он, вскакивая на ноги и застёгивая штаны.

Следом за Красильниковым из палатки, поправляя одежду, показалась Галина. Константин, увидев эту картину, покраснел.

– Простите, – начал извиняться он. – Я не думал вам мешать.

– Но ты помешал!

Женщина стиснула зубы и спешно удалилась. Красильников застегнулся и одел на голову шапку.

– Ну ты и козёл, – прошипел он.

Константин сжал кулаки и молча последовал за ним. На него накатила новая волна зуда и он начал яростно чесаться. Брат прав: пора повышать свой авторитет.

Как и было запланировано, вечером они собрались проводить Виталия, спокойного пожилого мужчину с мягкими чертами лица. Он возвращался к себе домой в Астрахань, после того как тридцать лет прожил на севере, работая врачом. Народу собралось много: старые работники и молодежь. Пока накрывали на столь старшие предавались воспоминаниям о первых годах жизни в этих местах. Они вели спокойную беседу по всем правилам.

Степан Борисович предложил Виталию сказать несколько слов напутствия остающимся. Константин почти не слушал: частично из – за щедрых порций алкоголя, которое предоставил Степан Борисович, частично из – за зуда. Он присоединился к аплодисментам. По мере того как подливали вино, голоса делались громче.

– Ты со всеми попрощался? – Прищурившись, спросил у него Дмитрий, маленький жилистый мужчина; его тонкие губы под острым носом и щеточкой усов всегда были готовы расплыться в улыбке.

– Думаю, да, – ответил Виталий.

– Точно? – Усмехнулся Павел, вечно лохматый увалень под метра ростом с руками – лопатами, он работал с Алексеем в одной бригаде.

Доктор с улыбкой покачал головой.

– Все, кто для меня важен, собрались за этим столом.

– Если так, значит, так, – примирительно произнес Арсений, ровесник Николая, мужчина с жидкими волосами и бледным лицом.

– А мне кажется, я знаю кое – кого, кто сильно огорчится из – за отъезда Виталия, – вставил Алексей и молодежь расхохоталась – все, за исключением Константина.

– Хватит, Алексей! – Прикрикнул на сына Николай с опаской покосившись на Виталия. Алексей поднял руки с невинным видом пожал плечами.

– Не будьте таким дерзким, юноша! – Погрозил пальцем доктор.

– Куда вас занесло, – произнес Роман, дружелюбный круглолицый мужчина. – Я не устану повторять, что чем дольше мужчина обходится без женщин, тем лучше для него самого, для его здоровья и кошелька. – Он вздохнул и посмотрел на Константина. – Будьте осторожны в выборе компании, юноша. Я про этих молодых негодяев говорю, – добавил он, подмигнув, что вызвало новый приступ хохота.

– Ну что ж, не пора ли на боковую? – Виталий уперся ладонями в стол и поднялся. – У меня впереди долгий путь.

– Да, я тоже пойду, – поддержал его Николай, тяжело поднимаясь.

Братья переглянулись, подумав об одном и том же. Последнее время отец постоянно был усталый, под глазами пролегли тени. А ведь раньше он никогда не болел, возвращался домой с севера и работал в поле, как будто и не уезжал.

«Ему нужно выбраться в отпуск, – подумал Константин. – Или уйти на пенсию и покинуть север, как Виталий».

Старый доктор с каждым обменялся крепким рукопожатием, а затем направился к двери вместе со Степаном Борисовичем, Николаем, Арсением и Романом. Алексей тоже ушёл, предупредив, что скоро придет. Ну не успела за ними закрыться дверь, как Виталий вернулся и обратился к Михаилу:

Да. Можно дать себе ещё один совет? – Михаил кивнул. – Это связано с зудом у Константина. – Доктор сделал паузу, словно хотел убедиться, что его слушают. – Салицилово – йодистая настойка! – Произнес он громко.

Глаза Константина расширились, Михаил поправил очки и благодарно улыбнулся Виталию.

– Пусть натрёт всё тело на ночь, – добавил доктор, – и всё как рукой снимет. Ну, всем приятных сновидений!

– Доброй ночи и легкой дороги, – подхватила Алексей, вернувшиеся с бутылкой водки, которую привез из города. – Мы тут выпьем ещё за ваше здоровье, если вы не против.

Виталий по – дружески хлопнул его по спине и вышел, вспоминая, очевидно как много ночей провёл вот так же.

Алексей попросил Семёна принести стаканы и Константин наконец узнал, кто именно будет так сильно переживать из – за отъезда врача. Полина, его подруга последние десять лет.

– Подруга? – Промямлил Константин. – У него что, нет семьи?

– Вот именно, что есть, – Павел продлил ему водки. – Но его семья так далеко.

Константин внезапно вспомнил о том, что видел сегодня в тундре и разговор с братом в машине.

– Да, без сомнения, женщины скрашивает нашу жизнь, – поднял стакан Алексей. – Выпьем за них!

Все выпили и Константин спросил:

– А что теперь будет с Полиной?

– Что будет? – отозвался Павел, разгорячившись после крепких напитков и расстёгивая верхние пуговицы на рубашке. – Погрустит немного, а потом найдет себе кого – ни будь ещё. Такие, как она, не умрут от одиночества. Хотя, конечно, ей будет о чём грустить. – Добавил он, почёсывая ухо. – Виталий был рыцарем, такого редко встретишь.

Константин разглядывал прозрачную жидкость в своем стакане. Рыцарь… Десять лет он провел с другой женщиной, а теперь вернётся в объятия жены, как ни в чём не бывало.

Михаил искоса наблюдал за Константином. Он мог себе представить, какие мысли возникают в голове молодого парня, воспитанного в традициях, где измена приравнивается к преступлению. Для некоторых секс считался самым обычным делом, как почистить зубы. Сам Михаил, в отличие от некоторых приятелей, вёл скромную жизнь. В конце концов, у всех свои привычки и потребности.

– А что бывает с детьми, родившимися таких отношений? – Поинтересовался Константин.

– Таких мало, – тряхнул головой Алексей.

– А русский мужчина когда – ни будь женился на ненке?

– Наш Савелий женат на ненке и они прекрасно живут много лет. Но вообще ненцы не против обновления крови и смешения религий, они добрый народ. Но у них свои традиции и устои.

– Что за чушь! Я бы на такое не пошёл? – Хмыкнул Красильников.

– Да, в этом случае нужно считаться с обычаями и традициями друг друга, – подтвердил Павел, откидываясь на спинку стула.

– Все мужчины понимающе улыбнулись, Михаил поморщился, а Константин промолчал.

Красильников пристально посмотрел на Константина.

– А что это тебя так заинтересовал этот вопрос? Хочешь попробовать?

Константин продолжал молчать.

– Отстань от парня! – вмешался Дмитрий, коснувшись руки мужчины.

Тот покосился на него и наклонился вперед.

– Или ты считаешь, Константин, что твой отец святой? За те годы, которые он провел здесь, у него скорее всего была не одна любовница.

– Красильников! – Более настойчиво произнес Дмитрий, заметив как побледнел Алексей.

– Одно дело – пошутить, другое – злонамеренно лгать. Николая все знали слишком хорошо, да и мужские разговоры должны иметь рамки дозволенности. Эти правила среди них никто не отменял.

– Возможно твои братишки и сестрички сейчас бегают где то рядом, – продолжал Красильников, мерзко ухмыляясь. – Что бы твоя мать сказала на это?

– Хватит! Рявкнул Алексей. – Следи за языком! Слышал меня? Это ложь и все это знают.

– Ладно, расслабься! – Бросил Красильников. – Насколько я знаю, Николай такой же мужчина, как и все остальное.

– Да, многие знают его лучше чем ты! – Взорвался Михаил.

– Не зли нас, – пригрозил Дмитрий, поглаживая усы.

Это просто шутка, парни, – пошёл на попятную Красильников.

Константин болтал водку в стакане, потом поднял глаза и ледяным тоном произнес:

– Ещё раз оскорбишь мою семью или меня – пожалеешь!

Красильников фыркнул поднимаясь.

– У тебя тоже плохо с чувством юмора?

– Хватит! – Отрезал Михаил.

– Да, хватит, – повторил Павел – тоже поднимаясь.

– Сегодня у вас неплохая охрана, – сказал Красильников. – Но помните: наступит день, когда вас некому будет защитить.

Алексей шагнул к нему и схватил его за руку.

– Ты угрожаешь нам?

Красильников вывернулся и вышел хлопнув дверью.

– Не обращай на него внимания, – сказал Павел Константину. – Раньше он таким не был. Кто знает, от чего у него испортился характер. А так – собака лает, караван идет.

– Ясно, – тихо ответил Константин, – но в следующий раз безнаказанным за такие слова он не останется.

Вечером в пятницу водитель привёз из города записку, в которой содержалось приглашение на ужин в дом Ираиды. Но Константин ждал до самого утра субботы, прежде чем рассказать об этом Алексею. Утром он спустился во двор, разыскал брата и передал ему записку Ираиды.

– Умно! – хмыкнул Алексей. – Прислала приглашение тебе, чтобы мы точно пришли. Можно было выбрать любой день, но нет! Она выбрала субботу!

– А что, есть разница?

– Субботний вечер священен для всех, Константин. Взгляни на людей, они получили зарплату и субботу можно провести для себя с пользой.

– Так мы поедем или нет?

– Конечно, поедем, а что делать. Ладно, иди заканчивай работу. Нужно на неделю списки бригад составить. Тебя уже Красильников заждался, сегодня он просто душка.

Увидев Константина, Красильников поднялся и, стараясь не встречаться с ним взглядом бросил:

– Ты тут сам справишься, Григорий тебе поможет.

В течение дня списки были составлены и документация была приведена в порядок.

В семь часов, когда спускались сумерки, Константин и Алексей забрались в машину и поехали в Салехард.

– Похоже, лекарство от Виталия работает. Мне его Михаил приготовил.

– Да, опытный врач знает что посоветовать.

Константин кивнул.

– Алексей, как думаешь не следует ли папе вернуться домой? – Спросил он после паузы. – Отец с каждым днем всё сильнее устаёт. Даже на ужин с нами не поехал, хотя его тоже пригласили.

– Да, согласен. Но он такой упрямый! Я столько раз поднимал эту тему, но папа все время говорит, что знает, что делает и что в его возрасте уставать – это нормально. Он даже не дал Михаилу себя смотреть. Так что не знаю…

Братья остановили машину у дома Ираиды, поднялись по ступенькам и постучали. Спустя всего пару секунд Ираида распахнула дверь настежь и щебеча повела их в большую уютную комнату служившую одновременно и гостиной и столовой. Константин блуждал взглядом по стенам, украшенным южными пейзажами. На открытой полке стояли фотографии в рамке из родных мест, заставившие Константина улыбнуться.

Ираида предложил братьям Черноморское розовое вино, пока она с матерью сервировала стол. Затем им подали жаркое из оленины, которое очень понравилось Константину.

– В следующий раз, когда вы зайдете, я приготовлю вам что – ни будь из наших блюд, – сказала Лилия, мать Ираиды, крупная женщина с нежной кожей и волнистыми волосами до плеч. – У меня есть запасы из наших мест, ведь мы не теряем связь.

Родители Ираиды (отца звали Эдуард) оказались простыми и радушными людьми. Они долго разговаривали. Хозяева хотели знать, как идут дела на их родине и Константин снова пересказал все новости. Лилия напомнила ему собственную мать, хотя Мария была молчаливой.

Эдуард, тихий, приятный в общении, хорошо воспитанный человек, от которого Ираида унаследовала ясный взгляд, постоянно улыбался. Он спросил про их отца, которого давно не видели, вздохнул, узнав, что тот стал сдавать.

– Да, мы уже не те. А знаете, как мы были рады, когда впервые здесь оказались. Все было таким необычным. Зато теперь здесь много чего построили.

Константин, раздумывая над его словами, не мог даже представить, как можно сравнивать две совершенно разные местности с разным климатом. Он понимал почему Лилия и Эдуард не захотели уехать отсюда. Они смогли дать Ираиде отличное образование, их дочь никогда не испытывала ни в чём нужды. Возможно когда – ни будь и он сможет полюбить это место так же, как и её семья, но сейчас он вздыхал от давящей на сердце тоски по родным местам. Под воздействием выдержанного вина у него всколыхнулись воспоминания о праздниках дома.

Ираида во время ужина пыталась привлечь внимание Алексея шутками и разговорами. На ней было жёлто – коричневое платье, волосы она собрала в элегантный пучок, прическа ей шла. Константину было обидно, что брат настолько чёрств, а ведь они могли быть прекрасной парой. Он сочувствовал Ираиде, когда замечал надежду в её взгляде, если Алексей отвечал ей улыбкой или смехом. Чай они пили на застеклённой веранде выходящей в небольшой сад позади дома. Было уже темно, поэтому зажгли керосиновые лампы, вокруг которых тут же начали летать комары. Ираида предложила поиграть в карты, но её родителям хотелось ещё поговорить.

Алексей стал поглядывать на часы. Наверняка Дмитрий и Павел проводят время с большим толком, читал Константин его взгляде. Всё разрешилось ожидаемо: пришёл парень и сообщил, что он приехал из рабочего посёлка, чтобы забрать Константина и Алексея обратно, так как на работе случилась непредвиденная ситуация. Техника с людьми застряла в болоте посреди тундры и нужно было немедленно ехать, чтобы выручить людей из беды.

Алексей поднялся, попрощался за руку с Эдуардом, поцеловал Лилию и Ираиду и потянул за собой брата, который не переставал благодарить хозяев и заверять, что они придут ещё. Ираида вышла проводить их до машины, стояла и смотрела, как они вместе с парнем садятся в кабину машины, затем с грустью во взгляде попрощалась. Алексей рванул с места, но в нескольких кварталах остановился, вылез вместе с парнем из кабины и передал ему несколько купюр.

– Отлично сработано, парень!

Молодой человек пошёл, довольный легким заработком, а Алексей широко улыбаясь, вернулся в машину.

– Ты негодяй! – С усмешкой выговорил ему Константин.

– Добро пожаловать на субботнюю вечеринку! – Отвечал брат. – Поедем в отличное кафе.

– Он изо всех сил нажал на газ и понёсся как сумасшедший, а Константина захлестнуло веселье брата.

– О какие люди у нас здесь?

Стоило братьям войти в двери кафе, как женщина с пышными формами душевно поприветствовала их, протянув руку.

– Как давно вы здесь небыли, Алексей! А это, наверное, ваш брат? Заходите и развлекайтесь!

– Вижу ничего не изменилось. Да, Анна? – Алексей осмотрелся, взяв её руку в свою, потом заметил друзей и махнул им. – Смотри, Константин, даже Михаил здесь! Только вот Дениса с Игорем не вижу.

– Кого?

Пару ребят из другого посёлка. Обычно они приезжают по субботам. Что ж выпью я водки.

Пока Алексей заказывал алкоголь, Константин разглядывал присутствующих. Мужчины, подхватив женщин, одетых в выходные наряды, двигались под звучавшую музыку.

Алексей передал брату бокал и направился к столику, за которым расположились Михаил и Павел в компании двух симпатичных девушек. Они смеялись и показывали на Дмитрия, который на площадке для танцев пытался поспеть за партнершей вдвое крупнее его. Павел встал, чтобы принести братьям стулья. В помещении витал смешанный запах табака, духов и алкоголя.

– Позвольте представить вам Ольгу и Светлану, – произнес Павел. – Они только что прибыли в Салехард. А это Алексей Константин.

Девушки протянули руки на миниатюрной Ольге было зеленое платье с завышенной талией. Волнистые волосы были собраны в пучок. Но Константина больше привлекла Светлана; она была высокого роста и вид у неё был царственный. На её шее красовались изящные бусы. Одета она была в бледно – розовое платье на пуговицах белой отделкой по вырезу и манжетами. Волосы на голове были собраны на затылке, лишь мелкие кудряшки окружали её лицо. Её большие глаза были чайного цвета, а губы – полные и чувственные.

– Хотите потанцевать? – спросила Ольга.

Павел и Алексей согласились, все четверо отправились на площадку для танцев. Константин улыбнулся, отмечая реакцию Алексея нам многообещающие телодвижения Светланы. Ольга и Павел вообще смотрелись комично из – за разницы в комплекции. Константин сидел за столиком и наблюдал за обстановкой, пока Михаил отлучился за напитками.

– Ох, умираю! – Дмитрий упал на стул. – Эти женщины меня уморили. А ты почему не танцуешь? Просто пригласи одну из них!

– Я не очень люблю танцевать, – признался Константин.

– Я тоже раньше не любил, но когда двигаешься в ритм музыке, чувствуешь себя другим! – Он рассмеялся, заметив удивление Константина. Дмитрий потянулся за стаканом, осматриваясь в поисках новой партнерши. – Как же здесь сегодня здорово! Столько новых девушек!

Вернулся Михаил с напитками.

– А вы о чём болтаете?

– О музыке и девушках, – ответил Константин. – Откуда они?

– Со всех концов страны понемногу, – ответил Дмитрий.

– Какое разнообразие в одном месте! – Константин задумался о тех, кто посещает это кафе. – Значит, это то самое знаменитое место, которое украшает унылые недели?

К столу вернулись Павел и Светлана.

– А куда ваши партнёры делись? – Поинтересовался Михаил.

Ольга решила найти кого – ни будь под свои габариты, – пошутил Павел, опускаясь на стул, который аж заскрипел под его весом. – А Алексей пошел встретиться со старой знакомой. Он сказал, что ты поедешь обратно с нами, Константин. Да уж, твой брат времени даром не теряет! – Добавил он, покачав головой.

Светлана придвинулась Константину и беззастенчиво коснулась ладонью его бедра. Мужчины обменялись изумленными взглядами, а Константин занервничал, почувствовав шевеление в штанах. Чтобы отвлечься он внезапно произнёс:

– Сегодня мне рассказывали, как на стойбище у ненцев забивали оленей. При этом ненцы как ни в чём не бывало ели сырое оленье мясо и пили оленью кровь. Надеюсь, они не едят людей?

Дмитрий и Павел покачали головой, а Михаил и Светлана расхохотались.

– Ты что боишься, что тебя в этих краях нечаянно съедят и выпьют твою кровь? – Воскликнула Светлана. – И так кто то обретёт твою силу?

Константин нахмурился, а Михаил внёс пояснение относительно поедания ненцами нетрадиционных продуктов.

В русской этнографической литературе встречается другое название северного народа, их ещё называют «самоеды». С церковно – славянского языка это переводится как «людоеды».

Такого шокирующего этнонима ненцы удостоились после того, как антропологи познакомились с жестокими порядками, царившими в их обществе. Согласно записям учёных, сделанных из уст самих самоедов у них с древности существовал обычай людоедства, однако он носил добровольный характер.

Согласно преданиям почувствовавший упадок сил мужчина-ненец, понимая, что больше не может ходить на охоту и приносить пользу коллективу и семье, наказывал убить его и съесть ради счастливой жизни потомков.

Ослушаться старшего дети не могли, и в присутствии шамана совершался страшный ритуал отцеубийства, после которого все члены рода с трепетом и благоговением ели тело предка.

По сравнению с людоедством, пристрастие ненцев к поеданию сырого мяса и рыбы не кажется столь ужасающим, но, тем не менее, это нетипичный способ употребления пищи.

В календарный период с мая до середины августа, когда в местах обитания ненцев суровая зима сменяется относительно мягким межсезоньем, наступает пора забивания выращенных для нужд пропитания оленей.

В это же время ненцы, от мала до велика, могут полакомиться излюбленным национальным блюдом – сырой олениной. Забитый олень выставляется на импровизированный стол, и каждый участник трапезы отрезает себе кусок мяса, макает его в тёплую кровь и с аппетитом лакомится любимым кушаньем.

Помимо мяса сохатого ненцы с удовольствием едят его сырую печень и почки, костный мозг и дыхательное горло, нижнюю губу и язык, сычуг и сердце, которые считаются деликатесами и при наличии в общине гостя эти части хлебосольно преподносятся ему.

Особым угощеньем являются оладьи, замешанные на оленьей крови, которую ненцы активно используют в свежем и замороженном виде.

Кстати, любовь ненцев к сырому окровавленному мясу объясняется не только культурными традициями, но и элементарной потребностью организма в питательных веществах и витаминах С и В2, в большом количестве содержащихся в оленине.

Это лакомство позволяет северянам не болеть цингой и заряжает организм энергией, необходимой, чтобы выжить в крайне сложных природных условиях.

Зимой место парного мяса занимает замороженная оленина, которая подаётся к столу в виде тонко нарезанных стружек, известных под названием строганина. Аналогично именуется блюдо из сильно замороженной рыбы, которое ненцы готовят по праздникам. В будни строганине они предпочитают «колотушку» – экстремально заледенелую рыбу, которая при ударе о твердый предмет разбивается на съедобные осколки.

Кроме того, ненцы едят вымоченное в воде мясо нерпы и медвежатину, но не употребляют в пищу чаек, считающихся у них священными птицами, и не питаются грибами, поскольку они служат пропитанием для оленей.

В рационе ненцев присутствует еще один необычный деликатес – молодые покрытые мехом оленьи рога – панты. Ещё не ороговевшие, наполненные кровеносными сосудами хрящи, называемые пантами, опаливают над огнем, очищают и съедают.

Кроме того, панты идут на изготовление лечебных снадобий, которые помогают бороться с упадком сил.

Светлана внимательно слушала Михаила, но краем глаза следила за Константином, который покраснел, когда она подсела к нему ближе, и залпом осушил стакан.

– Парни, парни! Гляньте, кто пришёл! – Вдруг вскрикнул Павел, привлекая внимание остальных к поистине исполинских размеров женщине в сиреневом платье и на каблуках. – Вот это точно точно мой размер.

Он направился было к красавице, но остановился на полпути. Другой, не менее крупный мужчина предложил ей руку и они направились танцевать. Павел, вздохнув, развернулся и вернулся к столику.

– Видимо дама уже занята. – Посочувствовал ему Дмитрий.

– Да понял я, понял. Ничего уж не поделаешь. Пойду выпью ещё.

Светлана настойчиво потянула Константина за руку.

– Пойдём потанцуем.

Константин позволил вытащить себя на площадку для танцев. В это время как раз играла медленная мелодия. Девушка прижалась к нему, гипнотизируя взглядом, а Константин был сильно смущен этим. Он ощущал смешанное чувство страха, любопытства и желания. Его прошлый опыт такого рода был связан с женщиной, которая была намного старше его. Затем были мимолетные романчики с немногочисленными девушками. Он вспомнил слова Алексея после первого – увы неудачного раза: «Женщины – как выпивка. Вначале трудно, а когда распробуешь, то уже не остановишься».

Со временем Константин понял, что Алексей был в чём – то прав, но в отличие от брата он не стремился искать наслаждений слишком часто. Ему, прежде всего, нужно было взаимопонимание, пожалуй, даже некое родство душ, пусть и краткосрочное. И эта Светлана точно знала, как его увлечь. Было полное ощущение, что ей и правда хочется проводить время именно с ним.

Константин почувствовал зуд между ног.

– Если хочешь, мы можем уйти, – нежно шепнула она. – Я живу здесь недалеко.

Они покинули кафе. Рука об руку шли по тихой улочке, пока не достигли ее конца, где стоял небольшой деревянный домик. Светлана уверенно завела его в дом. Константин даже не понял как он оказался в спальне. Девушка поглаживала его тело опытной рукой, направляя его собственные руки, куда полагалось, шептала возбуждающие слова. постепенно они скинули друг с друга одежду. Его руки, вначале неуверенно, затем смелее скользили по её обнажённому телу. Её упругая грудь тоже требовала ласки и Константин прильнул к ней губами, пока соски не превратились в твёрдые горошины. Ощутив, что партнер «готов», она легла на кровать, увлекая его за собой. Константин вошел в неё со смешанным чувством стыда и желания. Не говоря ни слова, он совершал движения, пока не кончил. Его накрыла волна наслаждения, которую он ощущал каждой клеточкой своего тела. Скатившись, он несколько минут лежал на спине, пока Светлана не дотронулась до его плеча, предлагая подняться. Оба оделись. Константин пребывал в замешательстве: он всё ещё не мог прийти в себя от того, что произошло. Светлана понимающе улыбнулась, взяла его за руку и пошла провожать. Недалеко от дома они попрощались.

– Буду рада новой встрече! – Игриво подмигнула девушка.

Константин вернулся в кафе один и тут же заказал себе выпить. Постепенно он отдышался, но не сразу присоединился к друзьям: нужно было ещё время. Если они могли говорить о таких вещах, как о чём – то обыденном, то он – нет, но ещё больше не хотелось стать объектом для шуточек.

У Константина кружилась голова. Увидит ли он ещё раз Светлану? Станет ли она его подругой? Ведь они даже парой слов не обменялись. Он не знал ничего о ней, о её целях в жизни, о её семье – братьях, сестрах, родителях… Всё случилось слишком быстро. Чего она ждала от него? Сказала, что рада с ним снова увидеться… Пусть будет как будет. Решено.

Константин пригладил волосы, допил водку и вернулся к столику, делая вид, что ничего не произошло.

– А где же Светлана? – В глазах Дмитрия наблюдалось любопытство.

Константин пожал плечами.

– Она меня бросила.

– Ах, бедняга! – Павел покачал головой, а потом махнул рукой. – Ну, в другой раз.

Михаил внимательно всматривался в лицо Константина, понимая, что парень лжёт. Но почему? Наверное, хочет найти девушку своей мечты, что довольно трудно сделать в этом греховном раю.

– Пожалуй я вернусь в поселок,, – произнес доктор вставая. – Ты со мной, Константин?

Тот сразу согласился.

По дороге назад они в основном молчали. Уже лёжа в постели Константин не смог сомкнуть глаз. А когда всё – таки засыпал, услышал как скрипнула дверь в комнату брата. Как ни странно, ему стало легче. Они со Светланой хорошо провели время… Именно – провели время. И это всё. За этим ничего не стояло.

На следующее утро Константин в одиночестве пил чай в столовой. Вскоре зашёл зевающий Алексей. Заметив брата, он произнес:

– Доброе утро, братишка! Понравился вчерашний вечер?

– Да уж, конечно доброе. – Тихо подтвердил Константин.

– Если захочешь ещё, можешь съездить сам. – Алексей налил себе чай, громко зевнул и добавил. – И снова на работу.

Глава 5

Через несколько дней Степан Борисович отправил Константина и Красильникова в магазин, где работала Ираида. Необходимо было забрать заказанные товары. От Николая Степан Борисович слышал, что у Константина с напарником не складываются отношения и он решил что контакт вне работы им не помешает. Степан Борисович много лет знал Красильникова и не считал его опасным человеком (разве что немного грубым). Он был уверен, что Красильников умеет правильно управлять людьми. Также, по его мнению, Красильников был прекрасным испытанием для проверки молодых работников. Поработав с ним, новички или уезжали с полуострова, или привязывались к нему если не навсегда, то надолго.

Всю дорогу до города Константин молчал, и не только потому, что сказать было нечего, – просто Красильников заставил его сесть за руль. Всё внимание было сосредоточено на том, чтобы справиться с тяжёлой техникой не дать повода придираться. Он старался вести машину так ровно, как только умел особенно (особенно трудно это было сделать на проселочных дорогах).

В магазине их встретила сияющая Ираида. Её вообще было трудно представить без улыбки. Но на самом деле она была огорчена. Ужин превзошёл все её ожидания, но после этого она не видел Алексея. За два часа, проведенные в его обществе, пока его младший брат развлекал разговорами родителей, она пребывала на седьмом небе от счастья. Завидев Константина с Красильниковым на пороге, она слегка растерялась, но это не уменьшило её улыбки. Сам Константин был рад снова увидеть девушку, хотя и чувствовал вину за обман, придуманный Алексеем.

– Для вас все готово, – сообщила Ираида. – Вот все ваши ящики. Но лучше бы подогнать машину поближе.

– Что ж Константин, – распорядился Красильников. – Сегодня ты за рулем.

Константин заметил, что девушка поморщилась, услышав насмешливый тон, но всё – таки вышел, чтобы подогнать машину поближе.

– Так вы разрешили субботнюю проблему? – Как бы между делом спросила девушка.

– Субботнюю проблему? – Нахмурился Красильников.

– Да, у вас в тундре застряла техника и люди в болоте, нужно было решать вопрос.

– Кто это тебе сказал?

– Парень, который приезжал за Алексеем и Константином.

– Ничего такого у нас не случалось! – Рассмеялся Красильников, покачав головой.

Ираида непонимающе моргнула.

– Но… Я видел Константина и Алексея в кафе в одиннадцать вечера. – Заявил мужчина. – Многие парни из нашего посёлка там были. Причём в таком цветнике…

Ираида покраснела и сжала зубы, её подбородок задрожал от гнева. Вот как… Алексей обманул её и родителей!

Она была уверена, что подходит ему. Детство оба провели в одних и тех же местах, а отрочество – здесь, на севере. Неужели он не понимает, что они будут хорошей парой? Да, это верно, он всё время искал повода, чтобы поговорить не с ней, а с кем – то другим. Тем не менее ему нравилось быть с ней, она в этом не сомневалась. Алексей всегда смеялся над её шутками, не сводил с неё своих чудесных зелёных глаз! И руки их касались друг друга по меньшей мере трижды.

Ираида была совершенно раздавлена, а Красильников продолжал наседать. Сделав вид, что с интересом разглядывает какие – то вещи на полке, он тихо произнес:

Про Константина и не знаю, а вот Алексей, тот стал настоящим гулякой. Не сомневаюсь, что скоро он и брата этому научит. – Последовал шумный вздох. – Молодежь никогда не слушает старших, а переизбыток алкоголя и женского общества – это гремучая смесь. Что ж, так бывает. – Он поднял взгляд и улыбнулся.

Ираида была готова разрыдаться. В магазин вошел Константин. Девушка кусая губы отвернулась. На Константина она даже не взглянула, а Красильников продолжил экзекуцию.

– Надеюсь, я тебя не сильно расстроил? – Сказал он девушке.

– Ты – меня? – Фыркнула она. – Думаете нормальные женщины не знают, как вы проводите время? Мы не дуры.

– Прошу прощения, что влез не в своё дело, – Красильников скривил губы в наигранным смятении. – Не надо мне было говорить, тем более что это никакой не секрет.

Кулаки Константина сжались, он догадался, что произошло и хотел врезать мерзавцу, но постеснялся Ираиды. На лице Красильникова играла победная улыбочка.

Провожая посетителей, Ираида попыталась улыбнуться, внутренне сгорая от ярости. Ну ничего, она ещё заставит Алексея заплатить за ложь!

Снаружи Константин дал волю своему гневу.

– Доволен собой, Красильников? – Прошипел он. – И чего ты добился?

– А ты мне не выговаривай, – презрительно бросил тот. – Что, рыльце в пуху?

– Да за такое морду бьют!

Красильников упер руки в бока.

– Давай, рискни! Или кишка тонка? – Он толкнул парня. – Докажи, какие вы с братом смельчаки!

Константин схватил Красильникова за запястья и, напрягая мышцы, сдавил со всей силы. Увидев удивление в глазах мужчины, он с отвращением отпустил его. Забрался в кабину грузовика и завел мотор. Когда все ящики были загружены, он рванул с места так, будто управлял машиной с рождения.

Последующие дни протекали спокойно. Лето было сырым и дождливым. Работа была монотонной и однообразной. Все знали свое дело: кто чинил дома. кто готовил склады и помещения, а кто – то занимался техникой. Константин привык к этой рутине. После разборки у магазина, про которую не рассказал никому, даже брату, Красильников стал осторожнее. Он не особенно учил его чему – то, но уже и не придирался. Однако Константин держал с ним ухо востро. Несколько раз Константин приезжал в кафе и видел там Светлану, ну не проявлял к ней интереса. Как и она к нему – кавалеров у неё было хоть отбавляй.

Однажды утром, когда Николай и Савелий рассказывали Константину о работе на складах, пришёл Михаил и показал открытку.

– Смотри, Константин. Мои старые приятели из больницы в Салехарде приглашают нас названую вечеринку в ресторан в субботу. Надеюсь ты тоже придёшь? И остальных я тоже позову.

– Вечеринка в ресторане? – Переспросил Николай. – Такое нельзя пропустить! Обычно работникам такой шанс редко выпадает.

– С радостью! – Глаза Константина вспыхнули. Но что туда нужно надеть? У меня и костюма – то подходящего нет.

– Хватит пиджака с галстуком, – улыбнулся Михаил.

– Я одолжу тебе галстук, если своего нет, – хлопнул сына по плечу Николай.

Михаил пошёл выполнять свою работу и экскурсия по складам продолжилась. Николай приподнимал большие ящики и Константин видел, что ему нелегко. Когда Савелий отошёл, он обратился к отцу:

– Пап, я хочу с тобой поговорить…

– Да? – поднял на него глаза Николай.

– В общем, мы с Алексеем думаем, что тебе стоит вернуться домой. Ты можешь не соглашаться, но мы же видим, как ты устал. Это на тебя непохоже. Почему ты не сходишь к врачу? – Отец молчал и Константин продолжил: – Если дело в деньгах, то ты знаешь, что мы с братом зарабатываем достаточно, чтобы покрыть все расходы, больше даже… Да и когда ты в последний раз видел маму?

Николай слабо улыбнулся, потом окликнул Савелия:

– Слышал, что сказал Константин? То же, что и вы с Алексеем. Вы что, сговорились?

Савелий расширил глаза, изображая видение.

– Откуда мне знать, о чём вы говорили, Николай?

– Да всё ты знаешь, старый негодяй! Вы все хотите от меня избавиться!

– Для твоего же блага, папа, – настаивал Константин.

– Твои сыновья правы, – вздохнул Савелий. – Сам подумай, сможешь ли ты пережить следующий сезон? Поедешь домой, врачи помогут поправить твое здоровье.

Врачи лечат от одного, а умираем мы от другого!

Константин открыл было рот, чтобы возразить, но Николай вскинул руку.

– Погоди, сынок. Я вчера разговаривал со Степаном Борисовичем. К Новому году я поеду домой. Не хотел говорить вам, пока это было не точно. Отдохну, а когда вернусь, буду работать дальше… Все будет зависеть от моего состояния, конечно.

Константин был бы рад, если бы отец навсегда распрощался с севером, но не стал настаивать. Может, приехав домой, он передумает. Впрочем отец всё равно поступит так, как сочтёт нужным, к мнению других он никогда не прислушивался.

– Ну, теперь я спокоен, – признался Константин, – хотя до Нового года было ещё далеко.

– Как только выпадет снег, сынок, время пролетит незаметно. Не успеешь оглянуться, как наступит Новый год! Так, Савелий?

– Всё верно.

Мы с тобой здесь столько сделали за эти годы.

Константин обожал слушать рассказы о давних временах, восходящих к началу века. Савелий со смехом вспоминал своё детство.

– Знаешь, Константин, когда я родился здесь всё было совсем по другому.

– Как так?

– В то время город был небольшим. Кто то приезжал сюда сам, а кого то привозили. Ненцы, в основном в то время, вели кочевой образ жизни. Это сейчас они разделились на поселковых и тундровых. Кто – то из них сменил свой кочевой образ жизни на жизнь в посёлках и городах. Медицина ещё плохо была развита и многие кто сюда приезжал, часто не выдерживали сурового климата и умирали от различных болезней. Сейчас осталось мало тех людей, кто пережил те времена. Но сейчас все по – другому…

– Верно Савелий, – кивнул Николай, – мы многое повидали. Времена изменились, с тех пор как я жил здесь с Марией.

– И многое ещё изменится, Николай, – добавил Савелий, покачав головой. – Многое изменится!

В субботу Константин нарядился в костюм, которой Семён предварительно от гладил, повязал галстук и зачесал волосы назад. В зеркале он едва себя узнал. На родине ему приходилось так наряжаться, когда случалась свадьба у кого – ни будь из кузенов или знакомых.

Ровно в семь Михаил, Алексей, Константин, Павел и Дмитрий отправились на вечеринку.

– Как же вы проживете без своего лучшего кафе? – Пошутил Константин по дороге.

– Нужно открывать новые горизонты, – засмеялся Алексей. – Не каждый раз выпадает шанс поехать в ресторан. К тому же, если будет скучно, мы уйдем.

Ресторан располагался в самом центре Салехарда. Из всей компании Михаил единственный бывал тут раньше и он уверенно повел друзей на звуки музыки. Они зашли вестибюль, пересекли гостиную, где весело болтали гости и вошли в зал по периметру которого стояли столики. На сцене оркестр играл приятную фоновую музыку; танцующих пока не было.

– Танцы начнутся после ужина, – объяснил Михаил и вскинул руку, приветствуя кого – то. – Сегодня тут будет шумно. Пришли даже те, с кем я сто лет не виделся. Вы извините, я к ним подойду ненадолго.

– Ну и прекрасно, что шумно, – сказал Алексей и взял с подноса официанта бокал. – Давайте найдем местечко и сядем пока.

На самом деле никто из них, кроме Михаила, не чувствовал себя уверенно. Они не привыкли посещать такие места.

Алексей поманил приятелей к столику у дверей – отличное место, откуда можно было наблюдать за всем, не привлекая к себе особого внимания.

Вскоре братья увидели семью Ираиды в полном составе, с ними были ещё две семейные пары с дочерями – ровесницами Ираиды.

Заметив Алексея Константина, Эдуард воскликнул:

– Рад вас видеть! Ираида, – повернулся он к дочери, – а не сесть ли вам вместе? Молодежь должна быть с молодежью.

Краем глаза Константин заметил, что Ираида напряглась, хотя и не отказалась сесть к ним. Она представила своих подруг – Ирину и Марину. Девушки оказались общительными – болтали с Дмитрием и Павлом о жизни на севере, а потом о детстве на своей родине. К их столику опять подошел Эдуард, подогретый спиртным.

– Вы не возражаете, если я немного пообщаюсь с вами? А где вы обычно развлекаетесь? – Сыпал вопросами. – О, могу себе представить, сам был молодым! Ну, здесь немного все по – другому. Здесь, в основном, собираются люди, у которого есть у которых есть должность и положение.

Константин ещё ни разу не видел столько важных людей. Если бы один из них сейчас подошёл (чего не бывает), он бы не знал, как вести умную беседу. Он покосился на брата, делавшего вид, что внимательно слушает Эдуарда, хотя на самом деле наверняка думал о танцах после ужина.

– Простите, ребята, – наконец произнес Эдуард. – Жена хочет меня видеть. Развлекайтесь!

Ирина и Марина соревновались в остроумии. Девушки были совершенно не похожи. Худенькая Ирина – блондинка со вздёрнутым носиком и голубыми глазами, унаследованными от бабушки. На ней было тёмно – синее платье с круглым вырезом и широким поясом. Брюнетка Марина была в облегающем зеленом платье с пышной юбкой, собранные в высокий пучок волосы подчеркивали крупный нос.

Официанты разносили еду, компания ела, пила и болтала. Константин поглядывал на Ираиду. Для вечера она выбрала бледно – голубое платье из жатого шелка, шею обхватывала тонкая ниточка жемчуга. Девушка была непривычно тихой, странно, что Алексей не замечала этого.

Около десяти Ираида начала поглядывать на часы.

– Что, ждёшь кого – то? – Спросил Алексей.

– В общем, да, – без улыбки ответила она. Полагаю, очень скоро придёт ваш помощник, чтобы вызволить со скучной вечеринки.

Константин опустил голову, а Алексей застыл. Девушка с победным видом прищурила глаза.

– Как ты узнала? – Спросил Алексей, больше раздражённо чем виновато.

– Какая разница? – Она ещё сильнее выпрямилась. – Или мне рассказать где вы были в тот вечер в одиннадцать?

– А вот это уже не твоё дело. Ты ведь не моя девушка!

Алексей резко поднялся и ушёл. Воцарилось молчание, Константину хотелось провалиться. Он взглянул на Ираиду, у девушки дорожил подбородок. В этот момент заиграла приятная мелодия. Константин встал и потянул девушке руку.

– Пойдем, потанцуем.

Ираида приняла приглашение, благодарная, что брат Алексея выручил её из неловкой ситуации. На площадке для танцев Константин обнял её за талию и они медленно закружились.

– Хочу тебя сразу предупредить: я отвратительный танцор. Так что прости, если наступлю тебе на ногу. И за тот день тоже прости. Мне правда очень жаль.

Ираида подняла на него глаза, в которых всё ещё блестели слезы.

– Кажется, я выбрала не того брата, – кивнула она, попытавшись выдавить улыбку.

– Алексей не плохой человек. Просто так вышло.

– Он просто не хочет связывать себя. Во всяком случае, со мной.

– Может ещё не время?

Константину было жалко её.

– Да ладно, Константин, я уже не ребёнок! – Воскликнула девушка. – Мы на севере. Думаешь, я не знаю, как развлекается твой брат? Что меня бесит в таких, как он, так это то, что они считают нас, нормальных женщин, полными дурами. Что его подруги, – она скривилась, – могут дать ему то, чего не могу дать я. Как думаешь, что он скажет, если я предложу ему себя, как это делают они?

– Ираида, не говори так! Не сравнивай себя с ними! Ты злишься, и неспроста но…

– Это так обидно, Константин! – Перебила девушка. – Все смотрят сквозь пальцы на ваши шашни с легкодоступными женщинами, а нормальные девушки обязаны ждать, пока вы не нагуляетесь и не обратите взор в нашу сторону! в поисках хорошей жены! А что, если бы всё было наоборот? Если бы я загуляла со знакомым ему мужчиной?

– Ираида, я даже не знаю, что сказать. – Константин нервно сглотнул. – Для меня это тоже в новинку. Всё сложно…

– Ты не ответил.

Константин медлил? Он не привык говорить с девушками на подобные темы.

– У мужчин всё по – другому… и… не думаю, что это подходящая тема для разговора.

– Верно, – раздраженно заключила она. – Для женщины неподходящая.

К радости Константина танец закончился. Они направились с площадки для танцев к своему столу, за которым уже сидел Михаил.

– Наконец – то добрался до вас, – сказал он. – Кучу тем обсудил со старыми знакомыми.

– Михаил, познакомься, это Ираида, дочь друзей нашей семьи.

Михаил поднялся и галантно приветствовал девушку. Ираида улыбнулась и протянула руку.

– Он врач у нас в посёлке, – продолжил Константин, – а раньше работал в Салехарде.

– Мы с вами раньше не встречались? – Поинтересовалась девушка, внимательно разглядывая Михаила. – Вы ведь бывали уже в этом ресторане?

– Да. Я иногда приходил сюда со знакомыми.

– Я тоже иногда здесь бываю. Странно, что мы не пересекались раньше.

– С тех пор, как я переехал в рабочий поселок, я редко выбираюсь в город.

– Извините меня, я пойду что ни будь выпью, – Константину хотелось побыть одному, чтобы переварить всё сказанное девушкой.

В бильярдной он наткнулся на Алексея. Брат взглянул на него сквозь облако табачного дыма, но сам не окликнул.

– А вот ты где! – Произнёс он, когда Константин подошёл.

– Знакомься, это мои друзья, Денис Игорь они тоже работают здесь. Мы познакомились во время моей первой поездки сюда.

Константин ответил на рукопожатие. Денис и Игорь были из Орловской области. Так же, как и Алексей Константином, приехали сюда на заработки. Время от времени они наведывались в Салехард. Денис был высоким крепким, с бледной кожей и ясными голубыми глазами. Его друг, Игорь был полной его противоположностью – тощий, остроносый, со смуглой кожей. Они изрядно выпили, много смеялись и настояли, чтобы Алексей рассказал Константину историю их последней встречи.

– Это было севернее отсюда ближе карскому морю, мы охотились на северного медведя, – не охотно начал брат. – Взяли ружья и отправились на охоту. Опытный охотник вёл нас по следу. Наконец, мы услышали медвежий рык.

– Ты перепугался до чёртиков! – Перебил его Денис, хихикая. – Побелел, как скатерть.

– Ну да, медведь выскочил прямо на меня! Опытный охотник выстрелил и попал куда-то в ухо, медведь разъярился… Мы все бросились бежать…

Мы думали, что такой огромной туше трудно будет развернуться, – продолжил Игорь, подавившись смешком. – А он нёсся за нами по пятам и кровь хлестала у него из уха!

Константину всё меньше и меньше нравились эти люди. Было в них нечто подозрительное. Денис никогда не смотрел прямо в глаза, а смех Игоря звучал зло.

– Наконец зверюга сбавил шаг. мы несколько раз выстрелили и он.. – Алексей поднял руки, – исчез! Пропал из виду! Я так и не увидел его падения.

– Эти черти такие живучие! – Денис затянулся и медленно выдохнул дым.

– Да, но этот всё – таки испустил дух, – уточнил Игорь. – Мы с охотником нашли его, когда тело ещё не остыло.

– Разделывать его собралась куча народу, конце остались одни кости, – Алексей глотнул из стакана. – Его челюсть была огромной, а зубы острые.

Константину история показалась жестокой. Он, конечно, когда – то ходил на охоту с отцом, но и представить не мог подобные сцены. Испокон веков меткий выстрел был призван прервать страдания животного, он не знал ни одного человека у себя на родине, кто бы наслаждался долгой агонией.

– Это опасно, – покачав головой, произнес он.

– Да уж! – Денис смерил его холодным взглядом. Однажды на охоте я видел как медведь накинулся на человека и чуть не разорвал его.

– Представляю это зрелище. – Загоготал Игорь, обнажив кривые зубы.

С Константина было достаточно. Что за день сегодня! После этой ярмарки тщеславия, после взрыва эмоций Ираиды, да ещё после этих рассказов о жестокости на охоте его первый визит сюда точно станет последним. Спиртное ударило в голову, и он распустил узел галстука.

– Что с тобой? – Тихо спросил Алексей.

– Похоже, в посёлке мне будет уютнее, – пробормотал Константин поджигая новую сигарету от окурка.

– Что ты сказал?

– Ничего. Сказал, что пора возвращаться. Ты ещё останешься.

– Хочу переместиться в местечко по живее, – честно ответил Алексей. – А ты можешь вернуться в поселок с остальными.

– Да конечно, – кивнул Константин оставшись один, он какое – то время наблюдал за молодыми людьми, играющими в бильярд, пока его внимание не привлекли громкие голоса.

Обернувшись, он заметил Эдуарда, который о чём – то спорил с грузным мужчиной в сером костюме. Лилия пыталась увести мужа, но тот не реагировал. Голоса становились громче и Константин решил подойти посмотреть, что происходит.

– Какое право ты имеешь говорить мне такое, Геннадий?! – Орал Эдуард. – Мы много лет дружили с твоим отцом. Я хоть раз тебя обидел?! Я даже живу здесь дольше тебя!

– Ты не понимаешь, Эдуард, – прошипел Геннадий; капли пота выступили у него на лбу. – Мой отец порекомендовал тебя на свою должность, когда уходил на заслуженную пенсию. Ты должен благодарить его за то, что он продвинул себя по партийной лестнице. Но ты даже не посетил его больнице когда он болел. Это не сойдет тебе с рук.

– В то время меня вообще не было в городе, я просто физически не мог быть рядом с твоим отцом. И всему виной была работа. Я жизнь положил на то чтобы добиться всего в своей жизни. И я никому не позволю себе угрожать!

Лилия не знала, что делать. Она умоляла мужа уйти и очень обрадовалась, когда подошли Ираида с Михаилом.

– Никто тебе не угрожает, Эдуард. Но я думал, что ты умнее. Ты никогда не брал в расчёт наше положение! – Не отступал Геннадий.

– Ваше положение?! – Вскричал Эдуард. – Мне никто никогда не оказывал никаких услуг! Я всё сам!

– Папа, хватит! – Ираида схватила отца за руку и наградила обоих спорщиков испепеляющими взглядами. Что вообще происходит? Ты хочешь, чтобы глупые споры разрушили вашу дружбу?

Мужчины замолчали, но не извинились; Эдуард, наконец, позволил жене себя увести.

Михаил и Константин проводили семью Ираиды до дверей.

– Всё хорошо, Ираида? – Мягко спросил Михаил.

– Да, не волнуйся, спасибо. – Она с улыбкой протянула ему руку. – Я отлично провела время в твоём обществе, это была единственная приятная часть вечера. – Заметив гримасу Константина, она поспешно добавила: – Танцевать с тобой тоже весьма неплохо. Но лучше мы всё – таки пойдём. Как неловко!

– Прости, дочка, – повинился Эдуард, – я не мог сдержаться. Лилия, – повернулся он к жене, – Геннадий меня просто взбесил.

– Успокойся, Эдуард, – Лилия нервно натягивала перчатки. – Я сама вся на нервах!

– Мама, хватит! – Оборвала Ираида и повернулась к молодым людям. – Увидимся.

– Надеюсь, что скоро, – ответил Михаил с грустью. – Доброй ночи, Ираида.

– Какая прелестная девушка, – пробормотал он, протирая стекла очков платком, когда семейство скрылось из виду.

Несколько дней спустя Ираида получила письмо. В нём было написано: «Ираида, мне очень жаль, что я повёл себя так. Надеюсь ты меня простишь. Больше этого не повторится. Алексей».

Строки из письма крутились в голове девушки несколько дней. Она не могла забыть искристые и зелёные глаза Алексея, чёрные волосы, мускулистую фигуру. Она до сих пор испытывала влечение к нему. В конце концов она убедила себя в том, что эти слова что – то да значат, и её поведение в ресторане заставило парня понять, что у них всё ещё может быть будущее.

Так продолжалось недели две, на третью её терпение лопнуло: Ираида мечтала увидеть Алексея, услышать его голос. Она придумала несколько способов, как с ним встретиться, но ни один не подходил. Пригласить ещё раз на ужин? Это могло вызвать подозрения матери. Не было также гарантии, что Алексей согласиться сходить в кино или куда – ни будь выпить, а огорчаться из – за очередного отказа не хотелось. Поход в ресторан отметался после истории с отцом, о который до сих пор судачили. В этом был весь Салехард: в таком маленьком городке пересуды долго не утихают.

И тут ей в голову взбрела идея приехать в рабочий посёлок как – ни будь после ужина. Она уже бывала там дважды с отцом и прекрасно всё запомнила. Почему бы не попробовать тайком проникнуть в комнату Алексея? Они поговорят, а может, и… Девушка была в раздумьях, всё больше склоняясь к такому варианту. Если кто – то заметит её в коридоре, она всегда сможет сказать, что пришла к Николаю с весточкой отца – и никто не догадается! Для осуществления своего плана девушка выбрала четверг. По четвергам родители обычно играли в лото с соседями, а она посещала кино. К тому же наверняка Алексей будет в рабочем поселке ведь это не выходной.

Ираида, в этот день, оделась как обычно, чтобы не вызвать подозрений. Заранее она договорилась с водителем машины, которая приедет из посёлка в магазин. После того как водитель погрузил все необходимые товары, они сели в кабину и поехали в посёлок. Её сердце билось так сильно, что она слышала его даже через гудение мотора.

Огни города быстро остались позади, потянулась тёмная дорога, фары едва разгоняли мрак впереди. Мурашки страха побежали по спине, их окружала тундра.

Вначале посёлка и их встретил Иван. Мужчина поднял маленький переносной фонарь, сердце девушки замерло. он очень удивился, заметив девушку рядом с водителем.

– Добрый вечер. А вы к нам какими судьбами? – Поинтересовался он.

– У меня весточка для Николая. – Она долго тренировалась, чтобы слова прозвучали естественно. – А что, здесь всегда так темно?

– У нас проблемы с электричеством. Не знаю, когда починят. – Иван показал куда ехать. – Останавливайтесь прямо перед домом. На главном дворе собрались рабочие, будьте осторожны, чтобы никого не задавить.

Машина поехала на малой скорости и через пару сотен метров оказался в окружении толпы рабочих. Ираида глубоко вздохнула и вышла из машины. Рабочие глазели на неё с любопытством.

– Ираида, что ты тут делаешь так поздно? – Голос прозвучал подобно райскому пению среди ада.

– Михаил? – Она подняла взгляд. Я приехала кое – что передать Николаю от папы.

– Но разве нельзя это было сделать с водителем?

– Так получилось, – сказала она, чувствуя, что краснеет. – Я сама вызвалась.

– Ничего себе!

Чувствуя себя в безопасности рядом с Михаилом, Ираида спросила, бросив взгляд на рабочих:

– Что здесь творится?

– Рабочие собрались пойти поохотиться на зайцев.

– Охотиться в темноте?

– Так они больше наловят. После охоты мы устроим праздник. Зайчатина будет главным блюдом. Участие в таких мероприятиях это нечто новое. Адреналин видишь ли…

Ираида не знала плакать или смеяться. Из всех возможных причин, которые могли бы расстроить её планы, зайцы стояли последними в списке.

Ночная тундра полна тайн. Хочешь присоединиться? – Предложил Михаил.

Прежде чем девушка успела ответить, раздался голос Алексея, которой подошёл к ним вместе с Константином, Дмитрием, Павлом и Красильниковым.

– Ираида? Что ты тут делаешь?

Она прикусила губу, изобретая новую ложь. Взяла Михаила под руку и, чувствуя, как кровь приливает к щекам, ответила:

– Михаил пригласил меня посмотреть на ночную охоту и я решила согласиться.

Михаил растерялся, но что – то в глубине глаз девушки заставило его молча кивнуть.

Красильников возглавил группу охотников. Дмитрий сходил на склад за тёплой одеждой для Ираиды и сказал, что они будут находиться засаде, караулить бегущих зайцев. Сама охота оказалось довольно скучной. Но Михаил верно сказал про адреналин – темнота и ощущение, что где – то рядом могут находиться росомахи и другие дикие животные, заставляло сердце биться быстрее.

– За нами кто – то наблюдает и холодновато, несмотря на лето, – прошептала Ираида, потирая плечи.

– В тундре всегда так. Но если хочешь, можем вернуться в посёлок, выпить чай в столовой и подождать, пока остальные вернуться с трофеями, – предложил доктор.

Девушка с радостью согласилась. На обратном пути они болтали, как старинные друзья.

Спустя пару часов прямо перед бараками для рабочих разожгли костры и начали поджаривать, нанизанные на шампура, куски зайчатины. Константин был рад погреться у огня, потому что ночи в тундре были холодными, несмотря на лето. Один из рабочих принёс бутылку самогона. Семён, убежавшей за стаканами, вернулся в компании Николая и Савелия, которые так же решили присоединиться к празднику. Не было только Степана Борисовича, которой после работы обычно возвращался домой в Салехард.

– Ух и крепкий, зараза! – Выдохнул Дмитрий и помахала рукой перед ртом: самогон обжёг ему горло. – Не понимаю, как это вообще можно пить.

– Да мог бы уже привыкнуть! – Засмеялся Павел, залпом опустошил свой стакан и потянулся к Семёну за добавкой.

Константин сделал глоток разразился кашлем, из глаз брызнули слёзы.

– Осторожней, приятель! Павел похлопал его по спине. – Сначала пей потихоньку. Эта жидкость не попадает в желудок – сразу в кровь.

– Похоже, нас всех утром ждёт похмелье, – предостерег Николай, вытирая губы и улыбаясь.

У Константина пылали щёки, но он был рад, что отец с ними. Сделал ещё глоточек и ощутил приятное тепло – растекающееся по мышцам.

К ним приближались Ираида с Михаилом. Увидев Николая, девушка засмеялась, но спутник взял её за руку и шепнул:

– Не надо. Я не раскрою твой секрет.

Ираида бросив на него благодарный взгляд кивнула.

– Ты всё ещё здесь? – Изумился Алексей.

– Ираида! – Николай удивился не меньше. – Сколько лет, сколько зим! Как там Эдуард и Лилия?

– Хорошо. Спасибо. Папа по вам соскучился.

– Передай, что я скоро загляну. А что тебя привело сюда так поздно?

– Я пригласил её поучаствовать в охоте и в нашем празднике. – Пришёл на выручку Михаил.

– Я думал, ты давно уехала домой, – нахмурился Алексей.

– Чтобы пропустить всё самое интересное? – Кокетливо возразила девушка.

– Не уверен, что здесь подходящее место для… – Начал было Алексей.

– Для молодой девушки? – Закончила она насмешливо. – Да ладно, Алексей! Не будь таким старомодным!

Николай покосился на старшего сына и пожал плечами. Внезапно вспомнилось, как тридцать лет назад любопытная Мария уговаривала его позволить поехать с ним на охоту зимой на собачьих упряжках. Он улыбнулся. Всё это было в прошлой жизни.

Константин опустился на землю рядом с Михаилом и Ираидой, в стороне от всех остальных. Это был его первый праздник в посёлке и он не хотел ничего пропустить. Однако его смущала реакции Алексея: брат не сводил с гостьи хмурого взгляда. Может ревнует? Ну что же, Алексей, не помешает тебе отведать горьких пилюль.

Семён налил Константину новый стакан и все неприятные мысли отступили. Как и Ираида, он позволил магии ночи увлечь себя. Рабочие сидели вокруг костров, ели жареное мясо и пели песни под гитару. Мелодии и песни были настолько известные и простые, что многие подпевали и подтанцовывали.

– Боже! Как поздно! Родители! – воскликнула она.

– Если хочешь, я возьму машину и провожу тебя, – предложил Михаил, наклонившись к ней. – Скажем, что встретились в кино и пошли вместе выпить.

– Правда?

– И мы не будем говорить, что за фильм смотрели, – подмигнул он.

Молодые люди встали, попрощались и ушли, Алексей проводил их угрюмым взглядом.

– Пока, Ираида! – Крикнул Красильников.

Девушка обернулась и рассеянно помахала.

– Не знал что вы с ней знакомы, – произнес Алексей.

– Да. Мы встретились в магазине, когда ездили с твоим братом за товаром. Она спросила про инцидент в тундре, я сказал, что ничего такого не было. Тебе разве братишка не рассказал?

Алексей посмотрел на Константина, и тот кивнул, подтверждая слова напарника.

– Ты чёртов кретин, Красильников! – Алексей вскочил на ноги. – А ну, вставай! Я тебе сейчас морду начищу!

Красильников поднялся, готовый к схватке.

– Ты этого не сделаешь, Алексей, – Николай схватил сына за руку. – Мы все устали и слишком много выпили. Утро вечера мудренее.

Алексей неохотно послушался отца. Красильников тоже не стал лезть на рожон. Дмитрий и его приятель налили себе самогону. Праздник продолжался.

Ноги у Константина были ватные, и он прилагал все усилия, чтобы держаться прямо. Ему было жарко. В темноте своей комнаты он доковылял до окна, чтобы раздвинуть шторы. Через стёкла окон проникал свет от солнца, которое до конца не заходило за горизонт и комната хорошо освещалась. Константин обернулся и хотел подойти к своей кровати, но застыл как вкопанный. Глаза, уже привыкшие к полумраку, раз глядели на белизне простыней кровати а сползающих все разные стороны насекомых. Он понял, что это клещи и прекрасно был осведомлён о их опасности, особенно в это время года. Константин застыл в оцепенении и не мог выдавить ни звука. Собравшись духом, он дотянулся до одеяла и сорвал его с кровати. В приступе ярости он топтал одеяло, теперь уже крича во всё горло.

Немного придя в себя, он выскочил из комнаты и в коридоре столкнулся с Семёном, который, услышав крики, бежал к нему в комнату. Константин схватил его за плечо и встряхнул.

– Посмотри, что творится в моей комнате. Кто мог это сделать?! – Взревел он. – Кто уговорил тебя на это?! Кто?!

– Это не я. Я же всё время был с вами на празднике. – Пролепетал Семён.

Распахнулись ещё двери, выскочившие в коридор люди с трудом оттащили Семёна в сторону. Константин в гневе сверлил их взглядом. Он снова впился взглядом в Семёна.

– Ты видел кого – ни будь, кто болтался поблизости?

– Когда я ходил за стаканами, я видел Красильникова, который выходил из дома.

– Приберись в моей комнате, – велел Константин Семёну. – Немедленно обработай всё от клещей.

Константин выскочил во двор и помчался в сторону площади, где всё ещё горели костры. Увидев взбешённого Константина, Алексей Дмитрий и Павел тут же вскочили.

– Григорий! – Крикнул Константин. – Где Красильников?

– Не знаю, – пожал плечами подошедший мужчина. – Я уже давно его не видел.

Красильников показался из толпы. Константин встретил его ироничный взгляд.

– Ну, что ты мне хотел сказать? – С усмешкой бросил Красильников.

Константин ударил его в живот с такой силой, что Красильников рухнул на землю и скорчился от боли.

Получай по заслугам. – Бросил Константин и ушёл прочь полной тишине.

Когда Константин вернулся к себе, Семён уже всё убрал и обработал. Уже ничто не напоминало о том, что недавно произошло. Он сел на кровать и закрыл лицо руками. Голова шла кругом, Константин заставил себя встать и подошёл к раковине. Его вывернуло и рвало до тех пор, пока внутри ничего не осталось. Он поднял голову, взглянул на себя в зеркало. В отражении он не узнал себя. Зелёные глаза в темных провалах, серая кожа, на лбу пролегли глубокие морщины.

На следующее утро Степан Борисович вызвал Константина к себе в кабинет. Там уже были Красильников, Николай и Савелий.

– Сразу перейду к делу, – сообщил Степан Борисович резко. – Совершенно ясно, что вы не можете работать вместе. – Он повернулся к Красильникову: – Я отправлю к тебе Павла. Он единственный способен держать тебя в рамках, к тому же он сам не против.

Потом Степан Борисович обернулся к Константину, который с трудом сохранял самообладание. Он проснулся с ужасной головной болью, перед глазами всё плыло.

– С этого момента ты будешь работать с Николаем и Савелием в посёлке, но не принимай это за поощрение. Ещё один инцидент – и ты уволен. Ясно? – Степан Борисович постучал пальцами по столешнице. – Я даю тебе шанс, чтобы сделать приятное твоему отцу. Так что его благодари. Это всё, можете идти.

Мужчины молча направились к двери. Константин вышел последним, опустив голову, чтобы не встречаться взглядом с отцом. На улице они разошлись. Константин решил сходить в столовую выпить чаю, чтобы освежить свои мозги; вскоре там объявился Алексей.

– Я тебя искал, – прохрипел он. – Мне отец всё рассказал. С тобой всё хорошо?

Константин кивнул.

– Я рад, что больше не вернусь в бригаду Красильникова, – сказал он, – но мне жаль, что я занял твое место. Кажется, ты должен был работать посёлке.

– Перестань! – Потряс головой Алексей. – Мне хорошо там, где я сейчас, – меня там никто не контролирует. – Он подмигнул и дружелюбно ткнул брата локтем. – Мы с Дмитрием отлично устроились. Понимаешь, здесь в посёлке все как на ладони, а мы, негодяи, любим темноту! – Но Константин над шуткой не засмеялся, а только помрачнел. – Ты всё верно сделал, Константин: показал, кто главный, – серьёзно сказал Алексей. – С этих пор все станут тебя уважать. Даже Красильников.

Константин промолчал. Он отхлебнул принесенный Семёном чай.

– Ну ладно, – Алексей поднялся. – Увидимся за ужином.

Когда он скрылся за дверью, Семён подошёл к Константину, будто хотел что – то сказать, но сдержался.

– Всё в порядке, Семён, – произнес Константин, – мне ничего не нужно. Можешь идти.

– Я не думаю, что кто то попытается повторить такое. Серьёзной опасности нет, Константин, но я бы посоветовал вам по крепче запирать окно и дверь в ближайшее время.

– Спасибо, Семён, – пробормотал Константин. – За то, что предупредил. – Он встал и положил руку ему на плечо. – Будь спокоен.

Константин вышел наружу и посмотрел на небо, затянутое низкими облаками. Всё вокруг было пропитано сыростью и влажностью. Но он вдруг почувствовал радость: какое счастье радоваться новому дню, ему уже не хотелось думать о том, что произошло накануне.

Он увидел Савелия – тот раздавал указания рабочим. Он был среднего роста, на вид щуплый, но на самом деле хватка у него была железной. Иногда он задумчиво поглаживал свою бородку. Рабочие уважали его, он знал каждого по имени, со всеми говорил строго, не повышая голоса.

Он будто знал, что каждый из них чувствует и был благодарен этому человеку за то, что он поддерживал отца на протяжении долгих лет и сейчас поддерживает его с Алексеем. Он понимал как благороден этот человек. Константина захлестнула волна благодарности и по спине пробежал холодок. Ему захотелось сделать что то хорошее для Савелия, но он ещё не знал как.

Тем же вечером Константин взял машину и, не говоря приятелям ни слова, поехал в Салехард. Он отправился в знакомое кафе, заказал водки и попросил найти Светлану. Той ночью он наслаждался ею, праздновал торжество жизни, не в силах остановиться.

Глава 6

1971 год

Машина ехала по северным дорогам в сторону речного вокзала Салехарда. Константин чувствовал гордость, облегчение и удовлетворение, ведь он завершил свою очередную рабочую вахту. За два года он стал экспертом в своем деле. Внезапно на него нахлынули воспоминания.

В один из рабочих дней в холодной тундре, усталые Алексей и Дмитрий присели отдохнуть и закурили, Павел продолжал стоять.

– Помираю! – Выдохнул Дмитрий. – Ноги уже не ходят.

Алексей вытащил носовой платок и высморкался.