Владимир Козлов
Он ворует любовь

Глава 1

В то время новорожденных мужского пола нарекали Денисами, Артёмами, Максимами, Матвеями, Данилами, но и не отвергались другие славянские имена.

Эти детки не были родственниками, они были всего лишь однофамильцами носившие фамилии Зорины. А так – же являлись соседями, жившие в четырёхэтажном сталинском строении. Одного звали Захар, другого Игнат. Их мамы дружили со школьной скамьи, и они словно по одному расписанию рожали своих сыночков с разницей в четыре часа, в одном родильном доме. С этого момента у двух семей дружба ещё больше укрепилась и началась поэтапная и почти совместная жизнедеятельность. Жили по соседству, все праздники проводили за одним столом, вместе ездили в отпуска на море. Мальчики тоже не отставали от старших членов семьи. Их становление начиналось с одной группы детского сада. Затем они получали образование за одной партой. В начале учебного процесса, из-за одинаковых фамилий многие школьники принимали этих хулиганов за родных братьев. Но если внимательно вглядеться в их лица, то ничего схожего в их облике не было, кроме задиристых носопырок.

Один носившее имя Захар, – был белобрысый крепыш, с резкими движениями, а Глеб худосочный, медлительный шатен. Но разница во внешности не создавала в них полную непохожесть. У них было много жизненных аналогов: круглые троечники, любившие дёргать косы девчонок, никому ни в спорах, ни в драках не уступали. С детства родители их приучили уважать литературу и активную жизнь. Отдали друзей в секцию на акробатику. На ней Глеб догнал своего товарища по развитию. Он набрал там мышечную массу, приобрёл гибкость, отшлифовал красивую походку. Оба они были артистичны и нередко их приглашали принять участие в театральной студии дворца искусств и спорта, где крутили сальто и разные кульбиты. Но мальчишки игнорировали эти приглашения: в двенадцать лет, они серьезно займутся греко-римской борьбой. После чего у них никогда не возникало вопросов, где – то и когда, – то в критических ситуациях пасовать перед кем – то.

Пролетали годы, и подходила пора, задуматься о будущем. Перед ними встал вопрос: кем быть?

У одного тяга была к погонам, кем были у него дед и отец, когда – то. А каким именно офицером и каких войск он ещё не выбрал. Захар – же чётко и упрямо выразил свою профессию при всех у себя на день рождении: «хочу быть тренером!» Он так в торжественной обстановке при всех гостях и сказал однажды: «знаю хотенье это кратковременная блажь, которой неподвластна закономерность. Поэтому я убеждён, чтобы устроить своё взрослое содержание, – надо иметь цель, приласканную талантом. А я чувствую он у меня есть, который я выработал на ковре. Теперь всё дело за аттестатом». Перед экзаменами он на крупных соревнованиях выполнит мастерский норматив.

После окончания школы они разъедутся по разным регионам. Захар пойдёт по своей запланированной стезе. В городе Смоленске, он начнёт постигать спортивно – педагогическую науку. А перед его товарищем и соседом откроются ворота военного училища Рязанской области.

В конце лета они надолго разъедутся по своим направлениям. Один упивался вольными возможностями, а другой был подневольным человеком, каким делал из него воинский устав. Но когда они раз в году на каникулах встречались в домашних пенатах, то у авиатора, которого в Сасово привели к присяге, – все дисциплинарные каноны нарушались.

Но несмотря на это каждое лето они встречались в родном городе, и природа им шептала: пора косичек давно ушла в прошлое. Время пришло, заглядывать на девушек с привлекательными личиками, выточенными фигурами, которые жаждут, чтобы их любили и ласкали!

Глава 2

Глеб по характеру являлся клоном своего соседа и друга Захара. Всё – таки с детства вместе они впитывали в себя друг у друга все качества, но больше было конечно положительных. У них не было соперничества между собой кому быть лидером? Но так уж повелось, что Глеб всегда прислушивался к умному и рассудительному Захару. Нередко оставаясь в одиночестве, Глеб сожалел, что рядом нет Захара. Входя во взрослую жизнь, их пути разошлись. Если у Захара было всё в ёлочку, то у Глеба случился серьёзный сбой в военной карьере. Он окончивший высшее военное авиационное училище – лейтенант России, за неподчинение к старшему по званию и рукоприкладство по суду чести, был отрешён от армии. После такого фиаско, ему стыдно было возвращаться в родной город имея позорное пятно в биографии, и он пристроился в военный госпиталь в районе Подмосковной Кубинки санитаром. Только родители и Захар знал о его воинских невзгодах. Захар неоднократно предлагал приехать к нему в Смоленск, где бы он без труда смог поступить в институт и получить диплом тренера. Но он случайно в госпитале познакомился с одним бывшим залётным лётчиком Руди немцем по национальности, но гражданином Швейцарии, страну, которую Руди обрисовал раем земного шара. Вот этот Руди и заманил его к себе туда в родной город Лозанну, устроив его на работу к своему брату на фабрику «Милка» упаковщиком шоколада. Глеба всё устраивало в этой стране и жильё с бытовыми условиями и высокая зарплата, и свободный образ жизни. И главное на работе не было никаких языковых барьеров, так как рядом постоянно находился координатор и всё непонятное производил в ясность. Он даже дважды проверил себя неофициально в семейной жизни. Первой женой у него была француженка Мюли, которая понимала его только в сексе, но ему иногда хотелось кушать, чего в холодильнике не было когда он приходил с работы. Вторая жена была англичанка Ирма, которая кормила на убой и заставляла работать его как проклятого по своему дому и помогать её родителям по неотложным и опасным делам, например: «вкрутить лампочку в патрон люстры, накрутить фаршу на механической мясорубке или прочистить забитый унитаз». Ему такая семейная жизнь изрядно надоела, и он в один из серых дней, плюнув на богатство Ирмы отважно сбежал от них, оставив им в наследство свои домашние тапочки, которые привёз из России. Он вернулся в уютное гнёздышко шоколадной фабрики, в двухместную комнату со всеми удобствами, где жил с Анваром, парнем из Адыгеи. После его пробного неудачного сближения с противоположным полом, он распрощался с мечтой обрести семейное счастье в чужой стране. Глеб начал мучительно скучать о своих родителях, русских девушках. Он уже не хотел искать себе спутницу жизни из числа картавых женщин, – нестерпимо хотелось чисто русских, близких по духу, родных, которые при муже в неглиже появляется только в темноте и обязательно под одеялом. Хотя в Лозанне было немало русских девушек, но все они его отпугивали своей сексуальной платной специализацией. Поэтому он их сторонился не по тому, что валюты было жалко, нет здесь верх брало отвращение! Всё было прекрасно, но не было родного духа. Кругом его окружали не совсем адекватные разноязычные эмигранты, которые даже в общественных местах могли незнакомой женщине залезть под юбку и получив по наглой роже не сказав спасибо. Сам город, впрочем, как и все города Швейцарии, это была сладкая сказка. Но как говорится сладкое не всегда полезно для организма, к тому же у него практически оборвалась вся связь с близкими. Захара он совсем потерял, но сводку от своих родителей о нём имел. Но даже короткие весточки, переданные родителями, взбадривали его и вселяли надежду на скорую встречу. Но он, живя в чужой стране упивался жизненной свободой, не переставал таить в себе мечту вернуться на Родину. И вот он счастливый час настал. Его родители, имевшие фабрику по пошиву постельного белья, позвонили ему в один из августовских дней по телефону и сообщили, что их коттедж, строившийся рядом с Зориными идёт под сдачу. То есть и они дали ему понять, если не пожелает жить с ними, может оставаться в старой квартире и продолжать жить со своим старым другом и соседом Захаром. Большего он ничего не желал, но сильно хотел жить рядом с человеком, с которым родился в один день и по жизни был для него и братом и другом и вообще замечательным человеком. И с этого времени он начал скапливать баксы и потихонечку собирать чемодан. К тому же мозг ему частенько задавал вопрос: «Чего ты добился в двадцать восемь лет?»

– А ничего, – отвечал он мысленно себе, – разве только то, что жетон мастера спорта получил, находясь в Московской области.

Глава 3

Захар в юности носил завораживающую мордашку, на которую засматривались его ровесницы, постоянно называв его, как и все родственники сладким именем – «Сахар».

Но та забавная пора давно ушла, а привлекательная внешность и воспоминания остались. Он имея звание мастера спорта вез проблем, поступил в высшее учебное заведение, которое успешно окончил с красным дипломом. С этим бумажным «орденом» у него возникла проблема с трудоустройством. Так как путём вытеснения популярных в то время видов борьбы вольного и классического стиля ДЮСШ единоборств была закрыта при дворце, по причине непопулярности. Но это было не так, директор этого серьёзного заведения Новикова Вера Серафимовна, перепрофилировала школу, ради выгоды своего мужа, оставив лишь дзюдо и самбо, где главным тренером был её муж. Тогда Захар помыкался и пошёл наниматься в детский сад инструктором по физкультуре, но проработав там пятилетку лет опомнился, что это бесперспективная работа, которая подходит только женщинам, но никак не активным мужчинам, таким как он. Хотя свои прелести в кругу женского коллектива он находил, чем повышал свой внутренний статус обаятельного искусителя. И этим довольствовался, пока не осознал, что быть единственным мужчиной в цветнике, значит отклонится от своей жизненной цели. И он, интеллигентно помахав ручкой дошкольному заведению, направился преподавать в лучшую общеобразовательную школу края, находящуюся в посёлке с весёлым названием «Радостный». Директором там была его родная тетя, – Лидия Давыдовна Лужина, – младшая родная сестра его мамы. Она перед оформлением провела с ним лекцию по этике, как правильно себя вести, работая в женском коллективе:

– «Захар если ты думаешь, здесь открывать спортивные классы по борьбе, то тебе придётся выдержать тяжёлые испытания. Пройди их в этом учебном году, а наследующий год мы наш с тобой совместный план воплотим с помощью шефов и ГОРОНО».

– Этот вопрос мы тобой уже несколько раз обговаривали, – оборвал он тётю.

– Не перебивай, – одёрнула она племянника, – повторение мать учения. Ты мне не чужой человек и я пекусь о твоей судьбе как мать. Поэтому прими первый пункт к сведению: «никому не говори в школе, что мы с тобой родственники». Не нужна эта огласка ни для кого. Я думаю, нам от этого будет обоим жить спокойней.

– И всего – то? – не убирая улыбки с лица, спросил он.

– Нет, есть и второй пункт: «забудь про студенческие и детсадовские шашни». Ты вошёл во взрослую жизнь не надо охмурять школьный женский педагогический персонал, у которого существуют свои прелести и слабости. Здесь много холостых и разведённых женщин».

– Что вы тётя Лида! – притворно возмутился он.

– Здесь я тебе никакая ни тётя, – перебила она его, – будь добр называй меня по имени и отчеству. А то чего доброго, забудешься, да назовёшь меня публично тётей.

– Я понял, – сказал он, – об этом мне можно не напоминать. Я хотел заметить, что я приверженец золотого правила: «не люби, где работаешь и живёшь». К тому же серьёзных отношений я пока не намерен заводить ни с кем. Пару годиков думаю ещё погулять, а там буду думать о свадьбе.

– Хорошо бы было так, – улыбалась она, – только до меня слушок дошёл, что в детском саду ты изменял своему золотому правилу. Ты не думай, что здесь окраина областного центра и о тебе никто ничего не узнает. Тут у нас любую женщину в Интерпол могут взять на работу. И запомни, здесь ты работать будешь, как на минном поле. В спортивном зале работают три холостые женщины и все до невозможности блестящие. Заочно они с тобой знакомы. По моей просьбе Елена Николаевна, – завуч школы тебя обрисовала им, как положительного и молодого человека высокой морали. Так что держи марку! Иначе шаг в стороны сделаешь, – угодишь в постель Марины. Два шага сделаешь, – попадёшь в объятия Вики. Хотя эта Вика, до невероятности умна, она ещё обладает волшебной силой притяжения. Сам поймёшь как с ней приятно говорить на любую тему. Так что будь добр не опростоволосься с ней, глупых и незнакомых тем остерегайся. И ещё в ней есть опасная черта: «не прикладывая никаких усилий, Вика легко может включить свой колдовской магнетизм, перед которым противоположный пол бессилен. Хорошо она блюдёт себя и вне стен школы похожа на непорочного ангела!» Хотя не исключаю, что она и есть ангел! Ну а Верочка Шубина сама шаг в твою сторону сделает без спроса, она у нас женщина без комплексов. Без стука может в штаны залезть к любому мужчине и не улыбнуться. Боюсь уже как бы она свои взрослые нескромности не стала воплощать со старшеклассниками. Так что покажи им свою несгибаемость характера в вашей общей тренерской комнате, иначе они тебя такого сладкого непременно в душевой зацелуют.

– Чую что вы отправляете меня в пекло врага, – иронически заявил он, – буду один там воевать!

– Заранее согласна с тобой, – ты благодаря моей сестре одеваешься сногсшибательно, – значит, уважаешь себя! Очень трудно тебе придётся отбиваться от них. Они же современные дамы и будут без стыда и совести показывать свои титьки и голые ляжки.

От такого предостережения тёти, не улыбнуться было нельзя к тому же вместе с расплывчатой улыбкой он проявил чисто мужской интерес, не забыв поинтересоваться данными той самой Веры.

– Лидия Давыдовна, неужели эта рекламированная вами Верочка так прекрасна? Его соблазнительная улыбка и моментально возросший интерес к своей будущей коллеге, не ушёл от взора тёти. В ответ Лидия Давыдовна строго взглянула на Захара и тут же погрозив ему пальчиком, сказала:

– Это не реклама была, а индивидуальный инструктаж по технике безопасности, который непременно будет для тебя и оберегом. – Она взглянула на часы, – а сейчас через пять минут будет звонок, и я тебя пойду представлю твоим дамам.

– А может не надо никаких представлений? – смутился он, – я сам один явлюсь сейчас пред их очами без кивера, но в доломане, – потряс он на себе лёгкую курточку. – Приду и покажусь им. Посредники в этом деле для меня лишнее звено, я сам неплохо справлюсь с этой миссией. Но если они меня, конечно, обидят и будут глодать вместе с пуговицами, то я пожалуюсь на них директору школы. Она не восприняла всерьёз слова племянника, только игриво взмахнула рукой и произнесла:

– Как хочешь, но глодать тебя там никто не будет. Они дамы высокой культуры и вообще у нас прекрасный коллектив! А про женщин физруков я сказала для острастки. Иди знакомься с ними, они сейчас уроки проводят на нашем школьном стадионе.

Он вышел из кабинета директора и направился в сторону спортивного зала. Открыты были только две раздевалки. Поискав выход на улицу и не найдя его, взял курс к центральному выходу, где столкнулся с толпой учащихся в спортивной форме. Увидев молоденькую школьницу в спортивной бордовой майке, обнимавшую одной рукой волейбольный мяч, нежно пальчиками своей руки дотронулся до её плеча:

– Девочка, а где ваш преподаватель по физкультуре, – спросил он.

– У нас их несколько, – ответила «школьница», – именно вам кто нужен? – Я всех сразу хочу!

Она загадочно улыбнулась ему и вручив мячик, сказала:

– Если всех сразу хотите, то идите за мной. Тут он сразу понял, что попал впросак, приняв преподавателя физкультуры за школьницу и молча пошёл за ней.

Она его привела туда откуда он только что пришёл. Открыв ключом дверь спортзала, пропустила его впереди себя.

– Проходите вглубь зала, я одна из всех, а две остальные «девочки» в тренерской уже. У нас там запасной выход на стадион. А вы как, я понимаю Захар Андреевич?

– Совершенно верно, – без запинки ответил он.

Дверь в тренерской была распахнута настежь. Она попросила его обождать немного и через минуту раздался незнакомый голос:

– Захар Андреевич, заходите?

Он вначале мячик бросил на пол тренерской комнаты, затем зашёл сам и чуть не ослеп, перед ними предстали три молодых девушки в одинаковых бордовых майках, примерно его возраста. Каждая сидела за своим письменным столом и если бы не специфический запах находящегося инвентаря в помещении, то этих преподавателей можно было смело сравнить с розовой клумбой. Он вначале впал в ступор, не зная на кого смотреть, но быстро пришёл в себя и переключился на старенький диван, стоявший рядом с облупившим холодильником без названия.

– Не мешало бы проветрить здесь, – сделал он им замечание, – два окна и оба хранят спёртость и духоту помещения. – Захар подошёл к одному из окон и открыв одну из створок повернулся к ним. – Заочно вы меня уже знаете, как я понимаю, – произнёс он, – но всё равно здравствуйте!

– Здравствуйте, – ответили они в разнобой.

Девушка, которая привела его с собой, показала на стол в углу.

– Это ваш конторский уголок будет, – извиняйте, другого пока нет.

– Я человек без капризов, – сел он за стол и повернулся лицом к своим коллегам, иронически заявив:

– Посадили меня за пустой стол, значит угощать видимо меня не собираетесь? Тогда хоть скажите, как вас зовут милые коллеги или это секрет?

В ответ тишина.

– Тогда до завтра, – привстал он со стула, пытаясь таким образом акцентировать их негостеприимность. Этой фразой он их обескуражил, и они, переглянувшись между собой, начали молча кивать друг на друга. Первой сорвалась с места та девушка, с которой он пришёл в спортивный зал. Она включила чайник и поставила перед ним банку кофе и бокал.

– Меня Вера Ильинична зовут. Следом за ним представилась девушка, которая положила около него кусок пиццы.

– А я Марина Сергеевна, – послала она ему обворожительную улыбку и спросила, – неужели, в нашем институте вас научили так оригинально знакомится?

– Ну что вы, это из меня экспромт бьёт, – отшучивался Захар, – тем более я учился не здесь, а далеко, в Смоленском университете спорта.

Затем к нему с вазой персиков подошла третья девушка.

– А я Виктория Васильевна, почти на ухо сказала она ему, обдав его запахом дорогих духов.

Он развёл руки в сторону. Обвёл всех девушек любопытным взглядом, и заявил:

– Коль вы ко мне щедры, завтра я вам выдам свою гусарскую благодарность. Прошу после уроков проследовать за мной в ресторан «Форум». Там мы отметим мой первый рабочий день.

– Этот поход нам не совсем удобен, – заметила Вика, – мы все живём на окраине, а это далековато до центра. Не лучше ли вам пригласить нас в местные точки общепита. Они у нас не хуже, чем в центре. Хотя всем известно, что сеть «Форума», – это рестораны.

– Я бы сказал не далековато, а муторно пробки пересекать. Согласитесь, что семь километров – это не расстояние. Доставку туда и обратно буду осуществлять я лично, – пообещал он, – как отвезу, так и назад привезу.

– Тогда мы без претензий, – почти выкрикнула Вера Ильинична. Он не стал пить кофе, а попрощался с девушками и вышел из школы. За её территорией он сел в свой автомобиль Вольво и взял курс на город.

Глава 3

Одна из девиц была жертвой неудачного замужества, – это Вера, она же Вера Ильинична Шубина – бывшая спортивная гимнастка. Надежд больших в спорте не подавала, поэтому после средней школы поступила в спортивный колледж. Ей было двадцать четыре года, жила и воспитывалась в семье владельца двух поселковых заводов, – кручёных изделий и хлебозавода. После неудачного замужества частенько бросалась в крайности, пытаясь затянуть в свои объятия тех, кто ей улыбался. Но все потенциальные женихи из посёлка боялись к ней близко подходить из-за её влиятельного папы и старшего брата служившим участковым полицейским в Радостном.

Второй была Марина Сергеевна Жигалова, – она была старше Веры на два года, но брачного опыта у неё не было. Зато имелся большой опыт в теоретических сексуальных жизненных вопросах Её непередаваемое на словах божественно – красивое лицо было похоже на живописный портрет изобразительного искусства. А если описывать подробно в оригинале, то только с помощью кисти и красок на холсте. Она знала, что красива, но высокомерия никогда не проявляла, вела себя везде и всегда скромно. В посёлок Радостное приехала после окончания Астраханского бакалавриата, по специализации адаптивная физическая культура. Работала она безотказно, как с больными, так и со здоровыми детьми. И её работой всех больше была довольна Лидия Давыдовна, так как она нередко ставила на ноги больных детей. В прошлом Марина занималась художественной гимнастикой, но из травмы колена пришлось про гимнастику забыть. Мечтает выйти замуж за состоятельного мужчину и свою мечту ни от кого не скрывает, частенько приговаривая слова из популярной песни: «Всё равно влюбится и женится, всё равно он будет мой!»

Третья подруга – это Вика или Виктория Васильевна Красильникова: – таинственная двадцатисемилетняя блондинка с зелёными глазами. О ней персонал в школе говорил: – особа с идеальными внешними данными, открытым лицом, но скрытой душой. Вику трудно было вызвать на откровенность. Со всеми, держала дистанцию. (исключая только Марину и Веру) До двадцати лет она занималась спортивными танцами и синхронными прыжками на батуте. Но внезапно она порвала и с танцами и вообще со спортом, о причинах резкого разрыва со своими дисциплинами никому не говорила. Жила она так же, как и Марина в социальной квартире, хотя в охраняемом коттеджном посёлке у её родителей стоял богатый дом, похожий на средневековой европейский замок. Сейчас они все трое из окна, которое открыл Захар наблюдали как их новый преподаватель сел в автомобиль Вольво и беззвучно отъехал от ограды школы No8 посёлка «Радостное».

– Ну что девчонки скажете о нашем новом коллеге? – спросила Марина.

– Слишком самоуверенный, – выразила своё мнение Вера, – он почти слова не сказал, но дал нам понять, что здесь у нас будет главным. Наверное, сынок генерала?

– С чего ты взяла? – пожала плечами Вика, – я в нём никаких командных ужимок не заметила. А вот что он хорошо воспитан этого у него не отнимешь. Лично мне не претит общение с ним. Такие мужчины на вес золота – и редко попадаются достойным женщинам. Не ошибусь, если скажу, что он из интеллигентной и знатной семьи. Согласитесь этого трудно не заметить? Он очень доступен и приятен в общении. А про внешность я вообще молчу, думаю с его данными в школе скоро возникнет соперничество, и наш физик Ампер Адамов будет отставным ефрейтором. К тому же на нём вся одежда из бутика и часы, как у министра обороны России. Я на эту важную деталь обратила внимание! Что ещё можно добавить о новобранце? Наверное то, что достопочтенный статус Захара Андреевича на лицо, он определяет его стиль, как в одежде, так и в умение держать себя даже с незнакомыми людьми. Ну а какой у него автомобиль мы только что все видели. И смотрите, как он интеллигентно поступил, не стал въезжать на территорию школы, как делает Ампер и некоторые наши тёти – воображалы, а припарковался около ограждения. Не знаю девчонки, но этот молодой человек на меня произвёл великолепное впечатление. Правда своим присутствием он придаст нам массу неудобств, с которыми придётся мириться.

– Какими именно? – поинтересовалась Верочка.

– Всё очень просто: не переодеваться при нём, не пользоваться мускусными духами, запахи которых пленят любого мачо, не рассказывать пошлых анекдотов и конечно не матерится. И главное в душевую кабинку с ним ни в коем случае не заходить, то же касается и унитаза в нашем персональном туалете.

– Мне он тоже понравился, – взяла слово Марина, – я полностью поддерживаю Вику. Она так достоверно охарактеризовала все его прекрасные качества. Но я бы добавила, что его внешность лидера хорошо отражается для любого окружения, – он может быть авторитетным криминалом, руководителем или бизнесменом. Лицо его – это внешний паспорт! Но девчонки заранее вам признаюсь, что мне уже сейчас хочется с ним побывать в душевой кабинке, – после своих слов она рассмеялась.

Следом взяла слово Вера:

– Да ну вас девчонки, – возмутилась она. – Тут серьёзный вопрос прорабатывается, как нам вести себя с ним, а Маринка уже готова с ним присесть на один унитаз.

И вновь раздался смех.

Вера не смутилась, а подошла и закрыла окно, после чего недоумённо повернулась к подругам.

– Так что завтра приходим наряженными или как обычно? – спросила она, – я ведь ни разу в таких заведениях не была, только в Бистро, да Русском стиле. А кафе «Форум» Вика говорит, имеет статус ресторана.

– «Форум» – это сеть ресторанов, их в городе штук пять, наверное, – внесла ясность Вика, – так что Верочка завтра на работу приходишь в лучшем своём наряде. Мы всё должны быть неотразимые. И я предполагаю, что он и своё трудоустройство отметит, но и одновременно проверит нас на некоторые важные жизненные моменты.

– Какие моменты? – сделала недовольное лицо Вера.

– Главный момент, это вести себя правильно за столом, – начала поучать Верочку Вика, – меню в руки не брать. Если он пригласил, то пускай всё заказывает на свой вкус. Кушать размеренно и не чавкать за столом и чаще пользоваться салфеткой.

– А если пригласит танцевать, то сиськами не трись об него, – влезла со своим советом Марина, – а то не дай бог подумает, что мы все мочалки.

Вера некоторые поучения и советы принимала по своей наивности за чистую монету, а потом включила свой планшет и набрала в поисковике: – как вести правильно себя в ресторане. Марина с Викой переглянулись между собой и прыснули от смеха.

– Ты, читаешь самую настоящую муру для пионерских лагерей, это не для наших ресторанов, – успокоившись от смеха, сказала Марина, – помни одно, мы идём на сытную дармовщину и ни от чего отказываться не должны, иначе обидим Захара Андреевича.

– Правда, – ли? – на этот раз Вера смотрела на Вику.

– Правда – правда, – подтвердила Вика, – если хочешь его пленить, оденься со вкусом, но не вычурно, без всяких там понёв и кокошников.

– Никого я не буду брать в плен, – заулыбалась Верочка. – Но, если он меня арестует, я ему без наручников сдамся. Вы так мне его объёмно описали, будь – то он не Захар Андреевич, а Ален Делон! Поэтому я в ресторан пойду не только обжираться, а буду ловить момент.

– Запретный плод сладок, так говорила директриса, – напомнила Вика Вере Шубиной, – женат он! Понимаешь, семейный человек Захар Андреевич, и до нас он работал в детском саду, который посещал его родной сынишка.

Услышав такое известие, Верочка понуро опустила свою голову.

– Я от вас это впервые слышу, – обиженным тоном произнесла она, – но тут же резко встрепенулась словно её зарядили новым вдохновением. – Если он женатый и семейный, то почему кольцо на пальце отсутствует?

– А много ты мужчин женатых видела с обручальными кольцами? – удивлённо состроила Вика глаза, – максимум годик после свадьбы поносят, а потом сдают свои предательские кольца в торгсин или ломбард, а жёнам говорят, что потеряли. Сама должна понять все мужики коты. Не гуляют от жён только дохляки и дебилы, а кольца во многих случаев отпугивают женщин от намечаемого претендента на любовь. Ты же не будешь свои стройные ножки раздвигать перед женатиком?

– А почему бы и нет? – захлопала она глазами, – а если я хочу ребёнка, который будет похож на Захара Андреевича, кто мне запретит? Что мне мой бывший Гена дал, – ничего! Мне наша свадьба обошлась в копеечку, я даже костюм ему свадебный справила на свои деньги, а он мало того оказался неприспособленным к жизни, он еще не способен был детишек строгать. И за развод выудил у меня десять тысяч.

Глава 4

Он явился первым в школу. Взяв ключи от спортзала на вахте, проследовал в свои новые рабочие пенаты. Осмотрел придирчиво тренерскую и примыкающею к ней туалет и душевую. В целом остался всеми удобствами доволен. Но мысленно посетовал на отсутствие подушек на диване. Принял позу лёжа, но тут же занял сидячую позицию.

«Надо будет купить пару думок сегодня, ну что это за отдых лежать в плоском положении?» – подумал он.

Затем он вспомнил, что оставил цветы в машине, которые по пути в Радостное купил на дороге у частников.

– Ладно пока женщин нет, переоденусь, – пробормотал он, – и после сбегаю за букетом. Но он не успел. По спортивному залу отчётливо были слышны голоса и звуки приближающих людей. В помещение вошли Марина с Викой принеся с собой аромат свежести и благоухания. Что это был за парфюм, Захар не знал. Хотя все его знакомые дамочки, которым он дарил духи – пробники ценили в нём умение подбирать по запаху тончайшие ароматы для каждой в отдельности. И им не трудно было догадаться, что, по сути, на половину эти подарки он делал себе, так как вдыхал эти ароматы вместе с ними. Поэтому покидая детский сад, одна методистка при всех сотрудниках заметила:

– Ты покидаешь нас, вместе с ароматами которыми ты оросил наше учреждение. Очень жаль, что ты уходишь. Без тебя мы будем скучать.

В ответ он только рассмеялся и произнёс:

– Кому скучно в дошкольном детском учреждении, должен последовать моему примеру: найти работу в другом месте!

Может кто и понял смысл его фразы, но промолчали, понимая, что последние слова Захара были предназначены для «скучной» методистки, – постоянно носящую маску на себе, плачущей женщины, похожей на картину Пабло Пикассо.

Женщины подарили ему плеер с гаджетами и пожелали хороших результатов в работе.

– Замечтался дорогой? – замаячило перед ним красивое лицо Марины.

Он встал с дивана.

– Да нет, просто ваш дух отправил меня на секундный экскурс в недалёкое прошлое.

– В нокдаун что – ли? – спросила Вика.

– Почти – ответил он и вышел за дверь.

Вернулся он когда коллеги были уже переодеты. В руках он держал букет цветов, а на его столе бурлил электрический чайник.

– Куда цветы воткнуть? – посмотрел он на Вику.

– Хороший признак утро встречать с цветами, – сказала она и взяв у него букет пошла с ним в душевую. Оттуда цветы она вынесла уложенные в трёхлитровую банку. Поставив её на подоконник, спросила:

– Кофе будем пить или уже поздно?

– Я уже утром пару чашек пропустил в себя, – сказал Захар и не отводя глаз от Вики, спросил:

– А где Шубина, или она хочет убежать от сытного дня? Не забыли, что у нас сегодня «Поросячий рай?»

Вика с Мариной недоумённо посмотрели друг на друга, затем звонко прыснули от смеха. Смех их хоть и был не продолжительный, но он не заставил стушеваться Захара. Он понял причина их веселья было необычное название ресторанного блюда и не пряча улыбки, объяснил:

– Поросячий рай, – это название французского блюда, которое к пятнадцати часам будет для нас уже готово, поэтому я и спросил причину отсутствия Веры Ильиничны. Так что вы не поймите меня превратно и не кушайте это блюдо как поросята.

Преподаватели хоть и прекратили смеяться, но их лица были перенапряжены и готовы взорваться от смеха в любую минуту. Поэтому смотреть в лицо обаятельного оригинала, который в первый свой рабочий день зарядил их позитивом с самого утра, они обе опасались.

– Не обращайте внимания на нас коллега – смотря на банку с цветами говорила Марина. – Мы просто втроём в этой каптёрке всегда одни находимся и из-за такой малюсенькой детальки, нас некоторые педагоги называют «три поросёнка». Кто – то с юмором, кто – то от зависти, – женщины ведь народ разношёрстный и гребешки у каждой индивидуальны.

– Я вот когда вас увидел в первый раз вчера, то думал, попал оранжерею и обозначил вас орхидеями – перебил Марину Захар. – Мне такое поросячье сравнение и в голову не могло прийти.

И вновь раздался девичий смех, за которым последовал звонок.

– Ну вот, а я и переодеться не успел, – огорчился Захар.

– У вас обмундирование спортивно – классическое, – заметила Вика, – не переживайте, первый день вы проводите уроки в зале, а мы на стадионе. Вера Ильинична будет через полтора часа, так что хозяйничай Захар Андреевич один здесь. А поросячий рай мы с вами сегодня непременно отведаем.

Женщины через запасной выход спортзала вышли на стадион, оставив двери открытыми. А с другой стороны, Лидия Давыдовна привела ему пятый класс на урок физкультуры представив его как нового учителя. Первый урок не оставил ему ярких впечатлений, впрочем, как и другие. Все дети были одинаково пассивны к физкультуре, что его расстраивало. И только в конце уроков до него дошло, что причиной прохладного отношения к физкультуре были их телефоны. Они их периодически, незаметно вынимали из карманов.

– С этим надо бороться, – сказал он пришедшей через запасной вход Вере Ильиничне. – Телефоны детям нужно приравнять к эпидемии, которая воздействует на организм и разум ребёнка хуже чумы.

Она подошла к его столу, и вытащив верхний ящик передала ему в руки.

– Завтра урок начинаешь с этим ящиком и говоришь деткам, чтобы все телефоны сложили сюда. Уверяю, на следующий урок, хоть обыскивай их, ни одного телефона не найдёшь.

– А и правда, что я запаниковал, – сказал он, – вся проблема решается одним фанерным ящиком.

Он открыл сумку и оттуда достал набор с пробниками АЮ ДРИМС и протянул его Вере Ильиничне:

– Это от меня всему вашему коллективу. По запаху и вкусу отбирайте себе духи. Тут шестьдесят два аромата, меня только не задушите от такой радости.

Вера открыла коробку, увидев изобилие пробников, тут же закрыла её и вместе с ней выбежала через запасную дверь на стадион.

Он понял, если угодил Вере презентом, то ароматы понравятся Марине и Вике. И он не ошибся, вскоре за ароматный подарок он принимал от женщин поцелуи в щёку. А в два часа дня они все ухоженные и благоухающие сидели на заднем сиденье его автомобиля. Перед отъездом он повернулся на учителей. Оценив их безупречный вид послал им один воздушный поцелуй на всех.

– У меня никогда не было свидания одновременно с тремя женщинами, – произнёс он и тронулся с места, – да ещё с такими блестящими звёздами! Но это ненадолго, максимум на пару часов. Думаю, этого хватит, чтобы весь персонал «Форума» умер от зависти.

– Так ты нас что на смотрины везёшь, – первая опомнилась Вика, – если да, то эта канитель затянется на всю ночь. Наша Верочка оттянется там по полной. А твои запланированные два часа она обязательно проигнорирует.

– Не беспокойтесь я вас везу в вотчину своих родителей, – успокоил он их. – Эта сеть ресторанов принадлежит моим родителям. Во времени никаких ограничений для нас не будет. Отдыхайте, пейте, закусывайте, но ко мне сильно не приставайте. Не забывайте на мне лежит большая ответственность, – обратная ваша доставка в Радость.

– Ну конечно в ресторане ты для нас неприкасаемый, – возразила первой Верочка, – а почему, не пойму, мы же не на поминки едем?

И она тут же от Марины получила локтем в бок.

– Простите меня, сорвалось с языка, – начала оправдываться Вера, – считайте я его прикусила.

– Вот этого делать ни в коем случае нельзя, – посоветовал он, – будешь молчать, тогда твой язык пойдёт на заливное, – в шутку пригрозил он ей, – мы же общаться должны как – то?

– А ваша жена с нами будет сидеть за одним столом? – неожиданно вылетело опять у Верочки.

– А это только время может определить, – произнёс он и остановившись около ресторана, открыл им обе двери.

Они высыпались шумно из машины и начали оглядываться по сторонам.

– Куда дальше? – с нетерпением спросила Вера, уставившись на Захара.

– А сейчас девочки все дружно поднимаемся на второй этаж в здание из тёмного стекла, вас там встретят. Я же машину во двор ресторана пока загоню.

Они поочерёдно посмотрелись в боковое зеркало автомобиля и сделав степенные лица пошли к парадному входу, где их уже встречал метрдотель Тимур в строгом чёрном костюме.

Когда Захар с машиной разделался и проходя на входе мимо Тимура, получил от него массу комплиментов на своих гостей.

– Какая больше понравилась, – спросил он у Тимура.

– Все конфетки, – оценил он девушек, – хотя одна чернявая – вылитая шоколадка. Короче выбрать есть из кого.

– Нет, я думаю это не моя лига, – без капельки печали ответил Захар, – это всего-навсего мои коллеги, которых я даже не буду стараться очаровывать. Мне с ними работать и ни на что кроме уважения я не рассчитываю. Так что Тимур моей маме не забудь сказать, чтобы не подглядывала за нашим столом из нашего с ней кабинета.

– А её нет, – сообщил Тимур, – они с отцом в «Золотой Форум», уехали на банкет. Там химики затеяли праздник бабьего лета, – пояснил он.

– Тем лучше, – бросил Захар и проследовал в полупустой банкетный зал, увешанный репродукциями современных художников.

Глава 5

Девушки смиренно сидели за столиком, где возвышалась большая ваза с разными сортами винограда, к которому они без своего «кавалера», не смели прикоснуться.

– Не долго я? – спросил Захар.

– Соскучиться не успели, – ответила с улыбкой Марина.

– А я вот затосковала, – призналась Вера Шубина.

– Это от того, что ты в таком заведение находишься в первые в жизни, – объяснила Вика. – Так что ты свою тоску о новом коллеге, спрячь под подол.

– А я честно вам девчонки скажу, – затараторила Вера. – Если нас этот новоиспечённый физрук здесь одних оставит. То мы ему завтра на работе казнь устроим.

– Ого, – незаметно подошёл он к ним, – угроза серьёзная! Чтобы эта жестокая казнь не произошла, я предлагаю, не применять отчества общаясь между собой. Ведь удлинённое обращение, это лишнее время, за которое можно легко съесть лишний кусок мяса с бутербродом и не подавится.

– Мне нравится твой юмор Захар, – первой на его предложение откликнулась Вика, – не ошибусь если скажу, что твой бывший детский сад утопает сейчас в слезах, потеряв такого эксцентрика.

– Не жалко сына? – развязала вновь свой язык Верочка.

Захар понял, что где – то просочилась весть сарафанного радио, исходившая либо от тётушки, либо от завуча. Поэтому он не стал от удивления морщить лоб и хлопать глазами, а прямо в лоб Верочке вполне серьёзно сказал:

– У меня нет сына и не может быть, по той причине, что по жизни не имел ни законной жены, ни сожительницы.

– Хочешь сказать, что ты мужчина без штампа в паспорте? – подозрительно сощурив глаза, поинтересовалась Марина.

Он одарил всех девушек приятной улыбкой и глубоко вдыхая запах винограда на столе, полушёпотом произнёс:

– У меня в паспорте кроме прописки нет ничего и жены тоже нет, так как мадам – судьба, ещё не написала для меня любовный сценарий!

Все девчонки переглянулись между собой. У Марины и Веры в глазах можно было прочитать горящее желание быть героиней того сценария, которое создавала ему сценаристка – судьба. Одна Вика, не проявляя никаких эмоций, назидательно посмотрела на него и кокетливо покачав головой, произнесла:

– Не всегда эта судьба – изменщица благоволит героям жизни и пишет им завидные сценарии. Но сегодня для тебя она создала обложку с красивыми узорами, так что не промахнись ковбой!

– Милая Вика, моя обложка была создана, когда я был юным почитателем зарубежных классиков, – сказал он с завуалированной гордостью о чём свидетельствовал его тихий голос и королевская поступь, с которой он направился к бригаде официантов.

И тут же на столе появились лёгкие напитки, эклеры, салаты двух сортов, холодные закуски.

– Хватит пока? – спросил он у девушек, – а то ставить уже некуда.

– Вполне, – коротко ответила Вика.

– А где поросячий визг? – смотря в упор на Захара, спросила Вера.

– Поросячий визг, будет если ты всё это выпьешь и сметёшь со стола в одиночку, – промолвила не без улыбки Марина, – но мы тебе не позволим этого сделать. Так как по плану у нас нет поросячьего визга, а есть поросячий рай.

– Ой девчонки, вы меня совсем смутили, – замахала она руками, будто собирается взлететь к потолку.

Марина склонилась над ухом Веры и прошептала:

– Верка я тебя насквозь вижу, знаю почему у тебя заскоки пошли.

– Почему? – перешла на шёпот и Вера.

– Узнала, что Захар свободный парень так сразу и запорхала крылышками.

– Ну и что из этого, мне никто запретить не может планировать моё будущее.

– Да ради бога, но ты сама подумай первый день и такой женский накат. Ни один мужчина подобных женщин всерьёз не воспримет и тогда на своём будущем с ним можешь поставить крест.

– А что мне делать?

– Будь скромнее, – посоветовала ей Марина.

В это время Вика взяла бокал с вином в руку, встала из-за стола и попросив Захара присоединиться к девичьей компании, затем обратилась к нему:

– Уважаемый коллега разреши мне от нашего коллектива выразить уважение к правильности твоего выбора нового места работы. Нам всем женщинам очень приятно рядом с собой ощущать многогранного представителя противоположного пола, который в недалёком будущем будет занесен в книгу Гиннеса. Поэтому считай, что по охапке уважений ты будешь получать от нас каждый день авансом. Думаем получить и от тебя подобную взаимность. А сейчас всех прошу поднять бокалы и выпить за это Чудо – природы по имени Захар!

Она смутила его такой речью. Чудом природы его никто в жизни не называл. И он с удовольствием бы выпил за себя. Но зная, что ему этих женщин нужно будет после застолья развозить по домам, только стукнулся с ними бокалами и сказав спасибо, отставил вино в сторону. Они выпили и закусили, особо на закуски не налегали. В это время зал начал заполняться нарядным людом и стали раздаваться пробные звуки музыкантов.

– Плохо кушаете, – сделал девушкам замечание Захар, – не забывайте, главное блюдо у нас впереди. Если не управитесь, то домой заберёте.

– Под такую закуску водка нужна, а не этот виноградный сок, – сказала Вера.

– Сейчас заменим, – пообещал Захар и подозвав официанта попросил принести водки.

– Как всё легко и быстро у тебя получается, – восхищалась Вика, когда вино заменили на водку. – У меня такое впечатление, будь – то я в сказке нахожусь и пребываю в гостях у волшебника.

– Название этой сказки читается очень легко, – без хвастовства произнёс он, – называется она «Я у родителей один сын».

– И конечно «Любимый» – добавила она, – только я не пойму почему имея таких родителей ты пошёл на низкооплачиваемую работу? Неужели тебе не нашлось в их бизнесе достойного занятия?

– Твой интерес вполне понятен мне, но давай этот вопрос оставим на завтра. Хочу только сказать, что в любом семейном бизнесе не бывает трутней. А в школу я пришёл, чтобы создать спортивные классы, а возможно и борцовский клуб.

– Про твои планы, мы от завуча наслышаны, – влезла в разговор Верочка, – у тебя это получится, потому что Лидия Давыдовна дала добро на твой проект.

– Я убеждена, что его планы обязательно воплотятся в жизнь, – утвердительно произнесла Вика, – а ты Вера пока не поздно занимай место в его компании.

– Подкалываешь меня Вика, а зря, ты что не видишь, какой наш новый педагог хваткий. Не успел ни дня проработать, а на какую грандиозность нацелился!

Вся их компания не приняли её слова всерьёз. А она молниеносно перевела свой взгляд на Захара и на полном серьёзе заявила:

– А я согласна, быть в вашем клубе завучем. У меня получится! Поэтому за успех этого пионера, внедряющего у нас борьбу, нам девчонки стоит выпить водочки и пойдём танцевать, слышите клавиши пиликают?

Он разлил им по рюмкам водку, и смотря на Вику сказал:

– Есть у меня друг, который носит мою фамилию и тоже мастер спорта, как и я. Был бы он рядом со мной, то спортивную школу мы бы быстро с ним организовали. А сейчас я на глобальное не лезу, пару спортивных классов организую, через полгода выставлю их на область и после этого смело нужно бомбить областной департамент образования на открытие в нашем городе классической борьбы, то есть греко-римской.

– Но ведь была у нас раньше такая борьба, – недоумевала Вика, – куда она делась?

– Мне один умный человек дал понять, что слишком много в России подхалимов. Как только стали рекламировать нашего президента на татами, так и пошли толстеть спортивные залы страны от дзюдоистов. Некоторые принялись многие виды борьбы перепрофилировать в дзюдо, вот тебе и весь ответ куда делась моя борьба. Хотя эта борьба называлась раньше французской либо поясной.

Глава 6

В это время заиграла музыка и Вика, взяв за руку Захара утащила его танцевать на медленный танец. А Вера, в это время смотря на них чуть не плакала от досады. Марина, заметив упавшее настроение подруги, подвинула стул ближе к ней.

– Ты что совсем дурочка, ну-ка быстро нос задрала и губки арбузной коркой вверх сделала? Отдыхай, веселись, а на Захара не смотри, он мне тоже нравится, но я веду себя достойно. Смотри на вещи реально, он очень богат, зачем мы ему. Нам остаётся только радоваться от общения с ним. Давай лучше с тобой ещё выпьем? – предложила Марина и разлила водку из графина.

Они выпили и закусили.

– А и правда, чего это я возомнила, что Захар будет мой, – взбодрилась Вера. – Наверное, потому что он первым встретил меня в школе? – ответила она сама себе. – А насчёт богатства я тебе Маринка скажу, что мои родители тоже богаты. Всё – таки они имеют два завода. А это никакой – то там захудалый киоск.

– Вера весь посёлок не только школа, знают какое состояние твоих родителей. Дай бог чтобы их бизнес, не тух, а рос, как бамбук, – это будет точно твой жизненный тыл!

Этим Марина подбодрила Веру, что ей сразу захотелось танцевать. Но музыка прекратилась, и Захар подвёл Вику к столу.

– Отлично ты Вика танцуешь! – сделал он ей комплимент, – такого приятного ощущения в танцах я никогда не испытывал. Хотя по жизни я не танцор, но ты потрясная партнёрша! Мне показалось, танцуя с тобой, что я профи в танце! Просто потрясающе!

– Я же в прошлом не только прыжками на батуте занималась, но и спортивными танцами, – удивила она его, – была лауреатом нескольких Российских конкурсов.

– Чувствуется мастерство!

Тут вновь заиграла музыка, на этот раз она была живая. Вера забрала с собой Марину, и они устремились в круг танцующих.

– Ну вот и Верочка ожила, – обрадовалась Вика, – а то она сегодня какая – то разная, но больше печальная.

Позади них вдруг раздался ехидный сиплый голос:

– Как же это вы дорогая и неподражаемая Виктория Васильевна после такой избыточной выпивки работать будете завтра?

Захар проигнорировал этот не знакомый голос и не поднимая головы, спокойно по одной ягодке засовывал виноград в рот, выплёвывая косточки на салфетку. Вика же не удержалась, чтобы не повернуть голову назад. Перед ней стоял физик из их школы – Адамов Лев Львович, которого школьники все звали Ампером.

– Ах это вы Лев Львович, – неожиданно встретить вас в этом заведении.

Он обвёл ладонью богато накрытый стол и задал второй раз тот же вопрос:

– Головка завтра не будет болеть?

Тут не выдержал Захар, – он повернул голову в сторону незваного гостя и увидел перед собой худосочного мужчину, на вид около тридцати лет, похожего на ухоженную левретку и не удержавшись, произнёс:

– Уважаемый незнакомец состояние человека определяется не наличием спиртного на столе, а сколько будет его употреблено внутрь. А дорогая и неподражаемая Виктория Васильевна, чтоб вы знали, позволила выпить себе всего лишь бокал французского Алиготе, которое скоро будет закусывать поросячьим раем. Если у вас к ней вопросов больше нет, то вы свободны.

Вика восторженно посмотрела на Захара.

Ампера же словно током ударило после такого словесного тумака. Он прокашлялся в сторону и повернувшись лицом к Захару, приложив кулак к своей груди, моментально ретировался:

– Да я без каких – либо претензий, а подошёл к Виктории Васильевне не нравоучение читать, а поздороваться. Всё – таки мне приятно здесь в центре города увидеть своих коллег, – он кивнул на танцующих Веру и Марину. – Вон как они выплясывают здесь, а на школьных банкетах, даже кадриль не танцуют.

– Это наш физик Лев Львович Адамов, – представила она «незнакомца» Захару. – А это Захар Андреевич Зорин, наш новый физрук, – слегка кивнула она в сторону Захара.

– Ого, ничего себе конкурента в Радостной школе мне не хватало! – словно ужаленный взвинтился Ампер и попятился задом. – Тогда в школе глубже познакомимся.

После чего физик покинул их столик и больше они его в этот вечер не видели.

– Неприятный тип, – охарактеризовал Ампера Захар.

– До невероятности мерзкий и подлый, – добавила она, – я бы таких, как он от детей поганой метлой в канализацию гнала.

– Видимо хорошо насолил, когда – то? – проницательно взглянул он ей в глаза.

– Даже не хочу говорить о нём. Противно! Он одно время обхаживал нас всех троих, в школе. Приходил в тренерскую с разными угощениями, потом резко переключился на одну Веру, но она ему поцарапала рожу. Затем он начал оказывать мне интенсивно знаки внимания. Впрочем, и сейчас не отстаёт, но как всегда моей взаимности не ощущает. В прошлом учебном году начал писать на меня докладные, что я с его классом не по программе занимаюсь. Ну как я пойду с детьми на лыжах, если снегу нет? И вот таким образом он меня долго доставал, пока Лидия Давыдовна не выгнала его из кабинета с очередной жалобой. А это год вновь меня атакует, то на рыбалку приглашает, то в ресторан. Меня вот сейчас трясёт от него, – гадость такая, зачем он подошёл к нам? Он что меня преследовать опять начал? Видит же сволочь, что я с мужчиной сижу. А если бы ты моим женихом оказался?

– Без всяких если – бы! – ещё бы один нетактичный вопрос к тебе с его стороны, и он бы вылетел из зала, как паршивая тварь. Так что прошу тебя успокойся и не порти себе вечер.

Вика после ухода Ампера быстро оправилась и была до конца в норме, танцуя с Захаром все медленные танцы. Когда играла быстрая музыка они сидели за столом держась за руки. Марина с Верой были навеселе и перетанцевали, наверное, весь ресторан. Поросячий рай в этот вечер остался неприкосновенным, как, впрочем, и многие другие закуски, нагромождённые на столе. Перед уходом Захар посмотрел на деликатесные закуски, указал пальцем на две большие тарелки с французским мясом и скорбно произнёс:

– Что и следовало ожидать, танцы взяли верх над поросячьим раем, – он перевёл взгляд на девушек: – Завтра в школе доедите. Я заметил у вас там холодильник стоит.

Затем подозвав официанта, который их обслуживал. Дал ему команду всё что было не съедено и не выпито, сложить в большую корзину и отнести к нему в машину. На улице Захар спросил у официанта:

– Дима, а что сегодня в зале делал Адамов Лев Львович?

– Так это настройщик музыкальной аппаратуры, – пояснил Дима, – ему раньше платили музыканты. А от нас он получает только бесплатный ужин, когда что-то ремонтирует. Но Нина Давыдовна похоже его взяла в штат инженером по ремонту технических средств всей сети ресторанов. Пока нам его ещё не представляли, как сотрудника. Сегодняшний бесплатный ужин он на это воскресение перенёс, так как заказал на вечер столик на двоих с барышней. Так что за полцены он получит ужин на две персоны.

Захар посмотрел на Вику.

– Теперь ты поняла почему он быстро испарился из зала?

– Физик, наверное, понял, что, где он получает бесплатные ужины, там ты не чужой человек, – догадалась Вика и прижавшись лицом к его плечу, заключила: «трудно было не заметить, как нас обслуживали три официанта».

– Сомневаюсь? – отмёл её версию Захар, – то, что я хозяин этого Форума знает очень узкий круг людей. И если бы его оформляли к нам, я бы знал. Тут какая – то неразбериха, но я у матери завтра спрошу.

– Захар, – взяла его за локоть Вика, – выкинь его из головы? Он этого не достоин. Давай девчонок дождёмся и поедем домой, но меня доставь к дому последней.

– Это что за прихоть? – удивился он, – я же наоборот, тебя как приму сегодняшнего вечера хотел доставить с пышностью и непременно первой!

– У меня имеется желание реставрировать свой тост, который в ресторане был для тебя сухим, – она сжала его локоть: – «хочу без свидетелей выпить с тобой!»

– Тогда мне придётся у тебя остаться, если я выпью, – почти согласился он.

– Места всем хватит, – загадочно улыбнулась она.

Марина с Верой вышли из ресторана в двадцать три часа, и они сразу поехали в Радостное. Первой домой он доставил Веру. Она перед выходом из машины объяснялась всем в любви и лезла целоваться, включая и Захара.

– До завтра, – сказал он Вере, – утром в школу приходи с пустым желудком. Программу поросячий рай продолжим, но без спиртного.

– Да, я видела официанта с корзиной, – помахала она всем рукой и скрылась за железной калиткой огромного дома.

Они выехали на трассу, затем повернули в сторону пруда, который обогнули и оказались в тихом квартале двухэтажных домов.

– Прекрасное расположение посёлка! – оценил Захар.

– Район Радостный с некоторых пор, – поправила его Вика, – а, этот жилой массив у нас называется соц. городком. Плохо сейчас темно, а то бы увидел какой лес нас окружает.

– Без луны вижу тёмную стену перед собой, – он напряжённо смотрел в темноту, до минимума сбавив скорость.

– Здесь грибами, наверное, в это время года усеян весь лес.

– Может и усеян, но они не съедобные, – сообщила Марина. – С другой стороны пруда стоят руины. Это бывший завод минеральных и свинцовых красок. Завод принадлежал раньше отцу нашего Ампера, но на радость жителям этой округи, он обанкротился. Хотя экологию изрядно нам подпортил. Какая почва может быть после продукции такого завода, объяснять не буду.

Марина перед выходом своего дома не лезла ни обниматься, ни целоваться, – она была омрачена. Вика заметила в ней эту резкую перемену и проявив тактичность не стала спрашивать, что случилось? Ей было понятно, что Марине хотелось быть последней, кого Захар доставит домой. Хотя их дома находились почти рядом, – в минуте ходьбы.

Глава 7

Это были двухэтажные дома старой постройки, с уютными, но тёмными двориками и рядом стоящими сараями. Беспорядочные парковки машин не портили уюта и самобытность этого двора. Такое впечатление создавалось что здесь живут одни родственники. Захар нашёл свободное место и заглушил машину, после чего они оказались в полной темноте.

– А теперь леди Вика куда следуем? – спросил он.

Её тёплые и ухоженные ладони легли ему вначале на плечи, потом неожиданно скользнули под его рубашку. От чего он даже не вздрогнул. Его обнажённое тело, привыкшее к женским рукам, имело нормальную температуру и не отвергали приятной ласки, в чём она не сомневалась. Вика приблизила свои губы к его уху.

– А теперь я хочу услышать про обложку твоего сценария жизни? – требовательно произнесла она.

Он негромко рассмеялся и высвободившись из объятий Вики, повернулся к ней, одновременно пронзив её кусачим взглядом.

– Это что вопрос или допрос? – спросил он.

– Это чисто женское любопытство?

– А я слышал, что из вас троих, только Верочка женщина, а вы с Мариной девочки.

– Если бы у нас даже на голове сейчас были косички с бантами, то твой слух бы накрылся медным тазом. У тебя самого как я понимаю сексуальная жизнь с юности началась? А мне думаешь не хотелось опередить немного время.

– Ты умница Вика? – чмокнул он её в носик, – с тобой приятно общаться! Больше скажу: сегодняшний вечер в Форуме это не я вам подарил, а ты мне! Поэтому считаю на твой вопрос я обязан ответить чистосердечно. Я же тебе подобный вопрос задавать не намерен, сочтёшь нужным, – расскажешь.

– Я тебя внимательно слушаю, – изобразила она интерес на лице.

– Тогда нам с другом двадцать третьего февраля выдали паспорта, так как мы родились с ним в один день первого февраля, – начал он своё признание. – Почему запомнил этот день, а потому что мои родители вместе с соседями однофамильцами праздновали день защиты Отечества вместе с военкоматом. А мы с другом и паспортами в карманах зашли в кафе полакомиться эклерами.

– Это твой друг, который носит с тобой одинаковую фамилию? – догадалась она.

– Да это Глеб Абрикосов, – утвердительно кивнул он головой, – на выходе из кафе мы встретили двух девчонок из нашего двора Галю Пожарскую и Женю Мясоедову. Обе они дочки известных родителей, у Гали отец начальник милиции, а у Жени военком города, – оба эти силовика, находились в этот день в Форуме на банкете вместе с нашими родителями, – уточнил он. – Так вот мы их уговорили идти с нами к Глебу в квартиру, полазить по интернету. Там мы начали с компьютерной игры, которая нам быстро надоела. Потом Глеб открыл бар с горой шоколадных конфет и спиртными напитками. Мы, конечно, вместе с девчонками обратили внимание на самую красивую бутылку рома, которая, к счастью, была открыта. Все пригубили понемногу, а потом девчонки предложили в интернете найти порнографию. Смотрели вместе много роликов, затем Галя захотела ещё глотнуть рому. После очередного подхода к рому, Глеб с Женей уединились в его спальне, а мы с Галей, ушли в тесную, небольшую кладовку, которую отец Глеба переоборудовал в фотолабораторию. Эта каморка без окон, а свет, где включается я не знал. Я только заметил там собранную раскладушку около двери, а сверху её был накинут матрас. Ненужные подробности я опущу, Галя была уже голая в чём мать родила, а я без штанов, но в рубашке. Перегнув её изящный стан через сложенную с матрасом раскладушку, я начал искать искомую жемчужницу. Вроде вот она, но дверку моему хоботку не хочет отворять. К темноте я уже пригляделся и к тому же через щели фанерной двери свет проникал. Тогда я согнулся посмотреть на эту жемчужницу с замком и начал шевелить пальчиками. И тут вдруг оттуда вылетает мочевая дуга, как из фонтана и орошает мне лицо и рубашку.

Вика догадывалась, что скоро придётся смеяться и предварительно стиснула зубы, но когда услышала финал, то остановить её было невозможно.

– Ты что Вика, – зажимал он ей ладонью рот, – всю округу сейчас поднимешь.

Но она приняла продольную позу по всему заднему сиденью и уже беззвучно смеясь дрожала от смеха. Немного отойдя, она заняла сидячее положение, но в глаза Захара смотреть не могла, боялась засмеяться.

– А как твоему другу в тот день сопутствовала удача? – отвела она от него свой взгляд.

– У него ещё смешнее получилось. Мало того, что никакого соития не было с девочкой, так Женя ему под подушкой оставила использованную прокладку с крылышками, которую мать Глеба обнаружила на следующий день.

– И что дальше?

– Ну представь себе строгую маму гоняющего сына – подростка по квартире с ремнём. Конечно и мне от неё досталось.

И вновь раздался смех Вики.

– Как, я довольна, что буду работать вместе с тобой, – сказала она, вытирая от слёз глаза. – Ты мне кажешься таким своим и родным. Представляю как наши педагоги холостячки будут около тебя винты нарезать.

– А их много у вас? – спросил он.

– Достаточно! – Но кем можно увлечься, сам позже определишь. Но распыляться не советую, здоровье посадишь. К тому же наша Лидия Давыдовна большая противница распутства, тем более в школе, поэтому мужчин педагогов не жалует.

– А как же Ампер?

– Ампер из не бедной семьи, к тому же мама его до Лидии Давыдовны была директором. А сам он только педагог хороший, а о других его мужских качествах упорное молчание стоит. Видимо стыдятся признаваться, что с пигмеем спали?

– А может ему не удалось никого поразить своим обаянием? – выдал свою версию он.

– Нет дорогой Захар Андреевич, в нашем коллективе утаить очевидное трудно. Мы же видим, как незнающие дамы относятся к нему при первом знакомстве. Ходят в кино, кафе, а потом вдруг как отрубило. И всё равно преследует меня и Марину одновременно. Как – то несерьёзно он проявляет свою симпатию к нам, может у него с головой не всё в порядке? Сейчас он приударяет за историком Юлией Аркадьевной, – пришла к нам первого сентября, чуть раньше тебя. Она ещё девочка, но до того хороша! Жалко будет, если этот петушок поклёвывать её будет.

– Так открой ей глаза? – посоветовал Захар.

– Легко сказать, открой глаза, а на что? – на свои домыслы? – раздражённо бросила Вика, – я только могу сказать, что как человек он мерзкая дрянь!

– Вика у тебя было хорошее предложение, выпить и испробовать французского мяса, – напомнил он ей.

– Да я не забыла, и мы этот приятный этап с тобой обязательно пройдём, – сказала она. – Но коль ты со мной откровенен сегодня, разреши и мне перед тобой свой лифчик расстегнуть?

– Это будет весьма обворожительно!

– Да нет всё гадко и банально, – иронически ухмыльнулась она. – Моя обложка похожа на Ампера. Навязали мне на танцах первого партнёра на восемь лет старше меня, и естественно с большим опытом. И вскоре мы с ним стали лауреатами на областном конкурсе. Он мне посулил в танцах огромную славу: говорил, что я с ним всю Европу завоюю. Так как его пол мира уже знает. Обещал, что имея такую внешность я буду иметь крупные доходы за рекламу и что у него блат не только на телевидении, но и во многих модных журналах. Ну и конечно девочка не устояла. А на следующих соревнованиях я посмотрела во время танца на его лицо: эта никудышная жеманность и мимическая игра губами, были похожи на роль кокетки. До чего мне противно стало, что дальше я отказалась с ним от следующего тура, как, впрочем, и от постоянного партнёрства. Конечно, после были у меня и другие партнёры, но никаких прелюдий у меня с ними не было. А всё потому, что у многих ребят танцы вносят искажение в мужское эго.

Она закончила свой рассказ и в машине на минуту наступила полная тишина.

– Ну вот и вся моя скучная и пресная обложка, – очнулась Вика от забытья, – а сейчас бери корзину в одну руку и меня под ручку и шествуем в мой подъезд, на первый этаж, – отвлечённо сказала Вика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.