# Пламя ледяного дракона. Попаданка во дворец

Лана Ястреб, Марго Генер

Говорят, под Новый год происходят чудеса. Правда в них никто не верит. Да и как верить, если из-за бывшего мужа Инне его даже встречать негде? Кто же знал, что инициатива подруги приведет Инну в другой мир, где красавчик-герцог превращается в настоящего ледяного дракона с очень горячим взглядом! Но в драконьем дворце есть и другие обладатели жаркой натуры. И что делать? К тому же в замке ей рады не все.

Произведение предназначено для читателей старше 18 лет и может содержать сцены насилия, эпизодическое обнажение в жанровом контексте и брань.

Автор крайне не одобряет и не пропагандирует ЛГБТ, чайлдфри, смену пола, нетрадиционные отношения, употребление наркотиков, алкоголя, табака, экстремизм, политическую или религиозную нетерпимость.

Все персонажи и события художественный вымысел. Цель произведения развлечение, философское размышление и художественное повествование в рамках жанровой литературы.

## Часть 1


Ровно в тринадцать тридцать пополудни двадцать первого декабря две тысячи двадцать первого года Инна осознала, что она полный банкрот. И дело даже не в том, что компания, пусть это и маленькая пекарня на первом этаже многоквартирного дома, теперь ей не принадлежит. Дело в том, что бывший муж каким-то невероятно хитрым и подлым способом умудрился отхватить не только пекарню, но и заморозить все ее вклады. И теперь Инна осталась не только без источника дохода, но и вообще – без средств к существованию.

В то, что Ярик так мог поступить Инна не верила до последнего и только когда юрист озвучил все условия развода, до нее дошел весь ужас и крах ее положения. А на носу Новый Год. Правда теперь не то, что подарки, тут на продукты бы наскрести.

Квартирку, которую она купила на деньги от пекарного дела, она записала на Ярика и теперь ужасно об этом жалела, потому что жить ей тоже стало негде. Возвращаться в Екатеринбург? К родителям? Больно она им там нужна, они только рады, что сбагрили нерадивую дочь замуж подальше на другой край страны.

Так что вариантов Инна для себя не видела. Подруг себе завести толком не успела – все время посвящала работе. Она любила печь и первое время в пекарне сама работала и пекарем, и кассиром, и директором. А когда посетителей стало много, наняла сотрудников. Но сейчас это уже не имеет значения.

Ярик в тогда ее поддерживал, говорил, пока эти дуры бегают по кафешкам, она раскручивает бизнес. Кто же знал, что Ярик и сам бегал, где ему хочется и цеплял девушек. И вот, у него рыжуха с пятым размером, а она, Инна, выброшена на улицу в прямом смысле слова, потому что этот гад дал ей всего сутки, чтобы выехать из квартиры.

Всхлипывая, Инна перетаскивала сумки из лифта в машину перевозчика. Какие-то деньги у нее оставались наличными, на них она смогла нанять грузовичок. Она достала мобильник из кармана пуховика и набрала единственной знакомой, которая согласилась помочь.

– Привет, Ангелин, это я, – сказала Инна в динамик озябшими губами, потому что на улице минус четырнадцать. – Ты дома уже?

– Ини, – отозвался бодрый голос Ангелины в трубке, – да, только прибежала из зала. Ты в какой готовности?

– Уже все собрала, последнюю сумку в грузовик кладу.

– Отлично. Жду тебя. Вечером пойдем кое-куда.

– Ангелин, я благодарна, но мне вот сейчас вообще не хочется куда-то идти, – сказала Инна. – Настроение, сама понимаешь, какое.

В динамике многозначительно фыркнули.

– Вот поэтому мы и пойдем с тобой. Возражения не принимаются. Поверь моему опыту. Я, когда разводилась со своим гадом, вообще дома сидеть не могла. Он у меня, конечно, квартиру с бизнесом не отжал, но ребенка чуть не забрал. Знаешь, как я по судам таскалась? Так что хватит реветь, едь ко мне, будем возрождаться.

Инна отключила вызов и со вздохом убрала телефон обратно в карман. С Ангелиной она познакомилась на фитнесе. Боевая такая девчонка примерно ее возраста – около двадцати восьми лет. Фитнес в ближайшее время Инне не светит и придется вернуть годовой абонемент, поскольку нужны деньги.

Спустя полчаса езды по плохо расчищенным после снегопада проспектам, грузовичок подъехал к шлагбауму нового жилого комплекса. А еще через несколько минут грузчик уже заносил сумки в просторную свежевыкрашенную и обставленную в стиле хай-тэк квартиру Ангелины.

– Даже не знаю, чтобы я делала без тебя, – честно призналась Инна, нервно попивая чай из большой белой кружки.

– Ой, да ну ты что, – отмахнулась Ангелина и пододвинула ей тарелку с макарунами. – Сама была в такой ситуации.

Инна усмехнулась.

– А говорят женской дружбы не бывает.

– Дураки такое говорят, – отозвалась Ангелина. – Ты пей-пей. И ешь. Бледная, как смерть. Ярик твой, конечно, урод редкостный. Сколько, говоришь, вы были вместе?

– Шесть лет.

– Скотина, – констатировала Ангелина и закивала собственному утверждению. – Так с близкими поступать – настоящее свинство. Как ему вообще удалось это все провернуть.

Инна поморщилась и проговорила:

– Да сама дура. Думала, мы с ним навсегда, квартиру на него записала, так было удобнее. А он… Ой… Нашел себе загорелую рыжуху с вот такими арбузами. Я радом с ней моль молью. Блондинка, кожа белая, глаза голубые. Хорошо хоть косу не отрезала, как он хотел. Хотя… О чем я. Это вообще сейчас не важно.

Ангелина выпучила глаза и всплеснула руками.

– В смысле «не важно»?! Очень даже важно! Женщина всегда должна за собой следить. Даже когда мир рушится. Так, допивай, переодевайся и пойдем.

Инна надеялась, что Ангелина забыла о своем порыве энтузиазма, но та смотрела очень настойчиво.

– Может не сегодня, Ангелин? – попыталась сопротивляться Инна. Ей хотелось забиться в угол и скрутиться калачиком на кровати, чтобы никто ее не видел и не мешал предаваться самобичеванию и страданиям.

Но Ангелина была непреклонна.

– Никаких отговорок, деточка, – отрезала она. – Собирайся.

Пришлось подчиниться, в конце концов, Ангелина согласилась принять ее пожить на неопределенный срок, пока снова встанет на ноги. Места в квартире у Ангелины предостаточно. И стоит быть благодарной ей за гостеприимство.


***


Поэтому через полчаса Инна в кожаных брюках с начесом и нежно-голубом свитере из «ангорки» стояла перед зеркалом. Ангелина хмурилась и кривилась, критично инспектируя ее наряд.

– А другой кофты нет? – спросила она.

– Там морозяка дикий, – сообщила Инна.

– Так мы же в помещении будем.

– А до него как?

Ангелина удивленно похлопала ресницами.

– На машине, – ответила она. – У меня во дворе припаркована.

– А вдруг мне на воздух захочется? В блузке околею.

– Ну ты зануда, – закатывая глаза, проговорила Ангелина. -Косу хоть расплети.

На это Инна согласилась – распустила белокурую косу, и волосы светлым водопадом рассыпались до самого пояса.

Ангелина довольно заулыбалась.

– Вот так-то лучше, – сказала она и подкрасила Инне губы и ресницы.

Куда едут, Ангелина Инне не сказала, оставалось только теряться в догадках. Но, судя по тому, что ее не заставили надевать коктейльное платье, кружевное белье или карнавальный костюм, это не светский прием, не оргия (кто знает эту Ангелину) и не маскарад. Инна подозревала, что ее везут в какой-нибудь салон-СПА, но, когда БМВ Ангелины остановилось у большого отдельно стоящего дома с историческим фасадом, засомневалась в этом.

– И куда ты меня привезла? – спросила Инна.

– Сейчас все увидишь.

Запарковавшись, девушки преодолели хорошо вычищенный двор с насыпанными мраморной крошкой дорожками и взбежали на крыльцо.

Внутри оказалось так же исторично, как и снаружи – лепнина, зеркала в массивных рамах, массивные диваны и столы, канделябры, натуральные, а не электрические свечи. Инна думала, что они будут вдвоем, но оказалось народа здесь достаточно, все ходят из комнаты в комнату, попивают чаёк, переговариваются.

Инна теряла терпение.

– Слушай, что это вообще за мероприятие? – спросила она.

– Сейчас все будет, – отозвалась Ангелина. – Мы как раз под самое начало успели.

Едва она договорила, как открылась большая лакированная дверь, в проходе возник наряженный во фрак лакей и торжественно произнес, вскинув руки:

– Дорогие гости, приветствую вас на ежегодном балу быстрых свиданий! Наслаждайтесь новыми знакомствами и вкусной едой. Блюда, напитки, фотограф и развлечения включены в абонемент. Приглашаю вас в зал!

Лакей отошел в сторону, сделав пригласительный жест и народ перешептываниями, полными ожидания направился в зал. Ангелина ухватила Инну за руку и потащила следом за остальными.

– Какой абонемент? – спохватилась Инна. – Я же ничего не платила!

Ангелина отмахнулась.

– Я за нас заплатила. Не парься.

– Ангелин, я так не могу. Сколько я тебе должна?

– Ой, да успокойся ты. Считай это моим новогодним подарком.

– Ангелина, – начала Инна снова, но подруга замахала на нее руками.

– Лучше иди и знакомься. Самое классное средство забыть бывшего – встретить нового.

Инна могла бы много сказать ей по этому поводу. Например то, что еще слишком рано, она даже в себя прийти не успела. Или что Ярик еще не выветрился из ее головы. Или что она не знакомится на подобных мероприятиях. Что это вообще такое? Быстрые знакомства за деньги? Да кого тут можно встретить? Таких же потерянных и отчаявшихся, как она?

Но Ангелину, похоже, все ее доводы не интересовали, потому что она резво усадила ее за первый попавшийся стол к какому-то кудрявому пареньку с внушительным прыщом на самом кончике носа.

– Здрасте, – растерянно сказала Инна.

– Привет. Я Петя. Я работаю в фаст-фуде. Живу с родителями. Но это только начало. У мен большие планы. Я хочу свой ресторан. У меня будет сеть под названием «У Петрухи». В меню будет особое блюдо – бычьи яйца в томате. Это хорошо для мужского здоровья. А ты чем занимаешься?

Инна выслушала эту восхитительную ахинею и едва смогла натянуть улыбку.

– Эээ… – протянула она и покосилась в сторону. Там люди менялись парами, пересаживаясь за другие столы. Она проговорила быстро: – Я пойду дальше.

Так Инна сменила столов десять. За это время она успела узнать лысого мужчину сорока лет, который проживает с десятью кошками и престарелой бабушкой на даче, подыскивая себе и ей сиделку. Так же был свингер, желающий разнообразить свою с женой половую жизнь. Бизнесмен, нуждающийся в любовнице по вторникам и четвергам, а также сопровождении в командировках с целью поддержания полового статуса. Оправдания ради, стоило отметить – он обещал полностью взять на себя содержание любовницы. Правда Инна на такое оказалась не готова. Потом были фермер, тренер-качок, стриптизер, артист балета, какой-то парень с засаленными волосами, который не смог связать двух слов и просто пялился на нее.

Поток странных мужчин так вымотал Инну, что к концу первого часа она решила сделать паузу и отошла от столов активности к фуршету.

Оказалось, что она дико проголодалась, что и понятно – не ела она с самого утра, не считая макарун у Ангелины. И теперь вовсю уплетала маленькие канапе с подноса, запивая яблочным соком.

– Что-то, а банкеты у них всегда классные, – раздался низковатый, чуть хриплый голос слева.

Именно в этот момент Инна запихнула в рот сразу две порции канапе и в таком виде повернулась к говорящему, растерянно моргнув.

Перед ней стоял суховатый высокий старик с ухоженной белой бородой, в белоснежном костюме и таких же белоснежных лаковых туфлях. Платинового цвета волосы аккуратно зачесаны назад и спускаются ниже шеи, а сам дед смотрит на нее ясными, слегка прищуренными голубыми глазами.

## Часть 2


Пожилой мужчина довольно жевал тарталетку с индейкой и ждал ответа Инны, что сделать ей довольно трудно, потому как две «канапешки» с трудом умещались во рту. О попытке разговаривать и речи не могло быть. Пауза затягивалась, Инна торопливо старалась прожевать все, что находилось у нее во рту.

– Не торопитесь, – подбодрил ее дед. – Жуйте тщательно. От этого напрямую зависит пищеварение.

От этих слов Инне еще больше захотелось побыстрее проглотить и когда это сделала, стало даже больно в пищеводе – слишком большие и сухие куски получились. Прокашлявшись, Инна проговорила, аккуратно вытирая, чтобы не растереть тушь, глаза:

– Спасибо…

– Первый раз на «Быстрых свиданиях»? – спросила дед.

– И, наверное, последний, – ответила Инна.

Тот усмехнулся.

– Не нравится?

Инна неуверенно пожала плечами и сказала:

– По-моему, здесь собралась не совсем моя компания.

– А какая твоя? – почему-то прищурившись еще сильнее, спросил дед.

Инне показалось, что он ее клеит. Ну вот, дожили. Теперь ее и бородатые старикашки будут цеплять. Сколько ему лет? Девяносто? Сто? Как вообще выглядят мужчины в таком возрасте? Хотя сейчас медицина такая, что не понять. А этот еще и ухоженный, волоски в белоснежной бороде один к одному, и костюм с иголочки. Может он миллионер? Ох, если так, Ангелина точно заставила бы знакомиться. И хорошо, что ее сейчас тут нет и Инна может тихонько ретироваться.

Так она подумала.

Но только собралась развернуться, как дед сказал:

– Ну?

– Что ну? – не поняла Инна, поглядывая на двери. Ей уже хотелось поскорее закончить весь этот абсурд.

Взгляд бородатого деда стал таким внимательным, что Инне даже стало неловко – не должны приличные деды так смотреть на молодых женщин. Она сложила руки на груди и вопросительно посмотрела на него.

Дед проговорил:

– Ты ж говоришь, не нравятся местные кандидаты. Так?

Инна сдвинула одним плечом.

– В целом, да.

– Так а чего тебе надо – знаешь? – продолжил наседать дед.

И чего он к ней привязался? Задает какие-то вопросы, будто она на собеседовании. Или это во времена его молодости так модно было? Знакомишься, как соцопрос проходишь. Где училась, кто родители, где работают, сколько зарабатывают. Э, дед, если ищешь, с кем встречать безбедную старость, то сейчас это совсем не про нее. Бывший муж постарался.

Инна хотела вежливо отправить деда подальше, но его цепкий взгляд все же заставил ответить. Она вздохнула и проговорила:

– Ну…

– Давай-давай, смелее, – усмехнулся старик. Хотя, стариком его назвать слишком уж перебор. Старик это дряхлый, немощный, с палочкой ходит. А этот – все-таки дед. Молодится, бороду уложил. Надо же. Дон Жуан.

Инна потерла подбородок и задумчиво произнесла:

– Чего мне надо? Да чего. Того же, чего и всем нормальным людям. Чтобы было, на что жить. И чтобы рядом был тот, кому можно доверять.

– Справедливо, – согласился дед.

Инна продолжила:

– И чтобы всякие «ярики» обходили стороной. Хочу свой дом, а не квартирку, которая теперь уже и не моя. И любви. Такой, чтоб как в кино и книгах! Чтоб искрило, а не то, что у меня было с Яриком. Чтоб настоящий огонь!

– Хо-хо! – с восторгом усмехнулся дед. – Хорош запрос. Чтоб искрило. И чтоб огонь. Сама-то такое выдержишь? Не устанешь от постоянного искрения?

Инна хмыкнула.

– Скорее еще добавки попрошу. Только таких искристых, наверное, сейчас уже не делают. И мой бывший муж тому пример. Извините, что загрузила вас личными проблемами. Хорошего вечера.

Снова собираясь уходить, Инна цапнула с подноса еще несколько шпажек канапе.

– А на что ты готова ради такой любви? – вдруг спросил дед.

Инна вздохнула с улыбкой.

– Да я бы хоть сейчас поехала за ней. Если наверняка. Но я взрослая девочка. Понимаю, идеальное только в наших головах.

Она стянула губами «канапешку» и в этот раз стала тщательно пережевывать, рассчитывая, что от молчания деду станет скучно и он переключится на кого-нибудь другого. Но он не отходил и продолжал наблюдать за тем, как она методично есть оплаченный Ангелининым абонементом фуршет.

– Ну что? – не выдержала Инна его взгляда спустя еще несколько минут.

Дед чему-то хихикнул и сказал:

– Значит, хоть сейчас готова?

Инну его компания начала утомлять. Еще и Ангелина куда-то подевалась. Наверняка нашла какого-нибудь жгучего мачо и милуется с ним в углу. Это ей, Инне, везет на каких-то заучек и дедков.

– Да готова, готова! – в сердцах высказала она с набитым ртом.

– Как чудесно, – чему-то обрадовался дед. – Ну и славно. Ну и прекрасно.

Затем, будто пританцовывая, топнул своей белой лаковой туфлей. Стук металлической набойки разнесся по залу звонким эхом, Инна даже сжалась – сейчас на них обернутся и все увидят, что она тусуется с дедом. Решат, что она какая-нибудь профурсетка, охочая до денег и квартир престарелых мужчин.

– Извините, – проговорила Инна торопливо, – я пойду. Мне пора.

– Иди-иди, – охотливо согласился дед и даже помахал ей, поторапливая.

«Какой невоспитанный», – подумала Инна и направилась к гардеробу. Пускай Ангелина остается и веселится, Ангелине же наверняка весело, если куда-то запропастилась и не пытается ее найти. А она поедет домой. На метро, а не на такси, потому что теперь надо экономить. Запасные ключи Ангелина ей как раз выдала.


***


Быстро закутавшись в розовый пуховик, она натянула шапку с белым бубоном и вышла на порог. Крыльцо заледенело, пришлось все время смотреть под ноги на ступеньки с держаться за воздух, чтобы не поскользнуться.

Спустя вечность пыхтения и усилий Инне удалось добраться до очищенной от снега и льда песчаной дорожки. Она подняла голову, чтобы выдохнут с облегчением, но воздух застрял в легких.

Перед ней стоял заснеженный лес.

Инна подумала, что видимо вышла с запасного выхода в какой-нибудь внутренний сад, но, когда обернулась, то обнаружила вместо особняка сарай. Неприметный, засыпанный снегом и покосившийся от времени.

Ступор, напавший на Инну, оказался сильным и всеобъемлющим. Что сейчас произошло? Почему она смотрит на сарай и куда делся особняк? Или это какая-то иллюзия? Часть шоу?

Обойдя сарай вокруг и утопая по колено в сугробах в сапогах от КРОККО, которые совсем не предназначены для снега, она с напряжением обнаружила, что здесь нет даже намека на особняк. И более того – с другой стороны сарая огромное заснеженное поле, блестящее в свете солнца, которое клонится к верхушкам деревьев вдали.

– Что за ерунда… – нервно проговорила Инна, чувствуя, как внутри медленно, но верно поднимается ужас.

Ее загипнотизировали? Похитили? Но как и когда? Она же все прекрасно помнит. Только что вокруг было полно народа, она ела канапе, потом оделась, вышла и вот она где-то посреди поля у сарая развалюхи.

Она достала мобильник из кармана. Сеть не ловит. Попыталась набрать Ангелине – гудков нет.

– Какого хруля?! – выругалась Инна.

Что с ней случилось???

Произошедшее находилось где-то за гранью ее понимания, а когда забежала в сарай, чтобы удостовериться, что там не скрывается потерянный особняк, но нашла только косы и серпы, на Инну накатила настоящая паника. Сердце заколотилось, в ушах грохнуло и запищало, дыхание стало частым. Даже в груди стало тесно и заколол межреберный спазм. Она схватилась за голову и выбежала из сарая.

Что такое?! Что с ней такое?! Как она сюда попала?! Ее чем-то накачали? Но она ела только канапе и остальные ели. Не могут же они все галлюцинировать. Или могут? Но здесь холодно. Очень холодно. Вряд ли галлюцинация может так щипать щеки и нос. Но как это все объяснить??? Как она переместилась в поле?

– Дед! – выкрикнула Инна, вдруг вспомнив ухоженного дедка, который пытливо на нее смотрел и пытался залезть в душу. – Это все он!

Она завертела головой, будто дед вот сейчас возьмет и появится где-нибудь поблизости, а она возьмет и выскажет ему все, что думает и потребует вернуть все, как было. Дед, естественно, не появился, и Инна все так же в снегу у сарая непонятно где.

– Эй! – закричала она. – Дед! Что ты сделал?! Куда ты меня закинул! Эй! Отвечай!

Заснеженное поле и лес вокруг ответили зимним молчанием. Всюду спокойствие, красота и безмятежность. Этим можно было бы наслаждаться, если бы не факт того, что она каким-то образом переместилась сюда и понятия не имеет, как отсюда выбираться. Для начала хорошо бы понять, где находится это «сюда». Но навигатор тоже не работает и вообще в телефоне из полезного остались только фонарик, калькулятор и камера, в которую можно смотреться, как в зеркало. В ней сейчас отражается напрочь перепуганная девица.

– Что за хруля… – повторила Инна дрожащим от ужаса голоса.

Солнце тем временем медленно, но верно клонилось к закату, и теплее не становилось. Осложнялось все тем, что никаких согревающих приспособлений у Инны с собой нет. Даже зажигался, поскольку не курит.

Костра не развести, обогревателя нет, телефон бесполезен. Если не будет двигаться – попросту замерзнет здесь!

Только страх околеть не дал Инне поддаться панике. Куда идти непонятно, но оставаться на ночь в этом сарае так себе идея. Она в нем точно замерзнет. В лесу неизвестно, что за звери. Но в движении хотя бы есть возможность греться. И шанс на то, найдет помощь. А сарай совершенно не приспособлен для ночевки – щели такие, что можно ладонь просунуть. Наверное, какая-то летняя постройка.

И Инна, сцепив зубы, ломанулась по заснеженному полю.

Она бы никогда не подумала, что по сугробам передвигаться так трудно. Колени пришлось задирать к самым ушам, шагая в снегу, ноги проваливались, а небольшие каблуки совсем не способствовали удержанию на поверхности. Периодически она падала в снег, выбиралась, снова шла. Но в этом был и свой плюс – стало так жарко, что от нее валил пар. Как минимум в ближайшее время Инна не замерзнет. Если, конечно, не перестанет двигаться.

Да уж, кто бы мог подумать, что она влипнет в такое. Дет точно ее загипнотизировал. И, наверное, пока она пребывала в состоянии беспамятства, посадил на поезд и отправил в эту глушь лесную. Правда, кто ее привел в сарай не ясно, да и вроде ей казалось, что она спускалась по ступенькам особняка. А у сарая ступенек нет.

Смутно. Все очень смутно и непонятно. Но, в любом случае, когда выберется, напишет заявление не этого белобрысого деда. Нельзя вот так брать и… Что конкретно сделал дед Инна так и не поняла. И дальше об этом размышлять не смогла, потому что когда преодолела большую часть поля, над ней в небе раздался такой жуткий рев, что она ничком в ужасе рухнула в снег.

Рев проник даже во внутренности – они задрожали. А когда Инна сама подняла голову, тело оцепенело. И вовсе не от холода, а от ужаса и неверия собственным глазам.

В небе на высоте полета параплана летело нечто. Это нечто огромное, размером с поезд со всеми вагонами, белое и с переливами. Тело вытянуто и покрыто громадными перьями, хвост длинный и извивается в полете, как змея, размах крыльев такой, что они с легкостью накроют целый квартал. Четыре массивные лапы с загнутыми когтями металлического отлива, прижаты к туловищу, а морда здоровенная, хищная, с рядами острых, как пики зубов. Это даже с такого расстояния видно.

Фиолетовый глаз грозно покосился на Инну.

Этого не может быть! Это ведь настоящий… Дракон!

## Часть 3


Инна настолько опешила, что даже не сразу ощутила, как холодный снег забился под перчатки и рукава, обжигая руки. Над ней только что пролетел дракон!!! В небе! Обычном зимнем небе! Громадная туша с зубам! И она в своем розовом пуховике на белом снегу ему отлично видна. А вдруг он голодный и сейчас вернется, чтобы ее сожрать.

Нет. Ей это все привиделось. Это последствия гипноза деда. Надо просто отдохнуть, поспать, поесть нормально. Тем более, у нее стресс. Мало ли, что в таком состоянии может показаться.

Инна в очередной раз выбралась из сугроба с твердой решимостью изгнать галлюцинации, но когда сделала шаг, в снег слева с тихим шорохом воткнулось громадное перо. Инна вздрогнула. Перо именно воткнулось, потому что, кажется, оно из какого-то металла, края заточены, а кончик, по всей видимости, острый.

Вполне себе реальное перо.

Инна нервно сглотнула пересохшим горлом. Как-то совсем не хочется попасть под обстрел таких вот перьев.

Поэтому она подтянула подол пуховика повыше и, на манер бешеной бабки из какого-то видео-мема, побежала к лесу, высоко задирая колени. В лесу может и не безопасно, но хотя бы можно укрыться от дракона и его перьев. Дракона, раскудрыть эту хрулю!!!

Лес встретил Инну спокойствием и молчанием, которое нарушалось только периодическим потрескиванием стволов от мороза. Она прислушалась – вроде больше никто не ревет. Может громадина улетела? Ну в самом деле, зачем ему ее есть? Он такой здоровенный, она ему на один зуб. Даже червяка не заморит.

– Капец… – выдавила Инна, поправляя шарф. – Куда меня занесло…

В то, что это реальность, она больше не сомневалась – никакой гипноз не способен совершить такое погружение с отменной графикой, детализацией и ощущениями. А ощущения от мороза очень даже морозные. Стоять нельзя, иначе околеет. Тем более теперь она еще и вспотела.

Паникуя и периодически впадая то в ужас, то в истерию, Инна на дрожащих от страха и усталости ногах бежала через лес, пока не стало темнеть. Это ее совсем не обрадовало, потому что даже в Подмосковном лесу заблудиться так себе удовольствие. Но там, сколько ни пройдешь, все равно однажды выйдешь либо к населенному пункту, либо к дороге, либо к реке. А сейчас она вообще неизвестно где, и кто знает, каких размеров этот лес. Друг он какой-нибудь необъятный?

От этих мыслей ей становилось только страшнее, спина вспотела, сердце колотилось так, что даже больно. Нос внутри она уже проморозила, а губа треснула и теперь во рту неприятный солоноватый вкус. Правда на холоде она быстро затянулась.

Инна не знала, сколько уже бежит. Ей казалось, что весь мир ужался в один сплошной марафон под названием «выжить», что не было никаких вчера и не существует никакого завтра, а есть лишь бесконечное сейчас, в котором она в сумерках несется хруля знает где по снежному лесу.

Темнело быстро, где-то протяжно кто-то завыл. На волка это было совсем не похоже, хотя Инна себя не мнила экспертом в них, но все же могла отличить волчий вой от этого жуткого и страшного. От страха способность к логике забилась куда-то в самые глубины сознания и даже когда в опустившейся темноте между деревьями появились какие-то огни, Инна не сразу поняла, что это.

Лишь, когда выбралась на поляну, до нее дошло – поселение.

Облегчение, которое она испытала в этот момент, она запомнила на всю жизнь. Здесь живут люди. Вот дома, какие-то постройки, свет в окнах, собаки лают. Даже пахнет, кажется, свежим хлебом.

Спасение! Она спасена!

Не разбирая дороги, Инна ломанулась прямиком через снег к первому попавшемуся дому. Взбежав по ступенькам, она стала тарабанить в дверь. За ней послышалась возня, затем тяжелые шаги, остановившиеся у дверей стой стороны.

– Кого там несет на ночь глядя? – строго спросил низкий, но все же женский голос.

– Помогите! – взмолилась Инна. – Я заблудилась! Мне нужна помощь!

Повисла пауза. Открывать ей явно не торопились, но Инна готова была на колени падать, только бы ее пустили в тепло и безопасность.

– Пожалуйста! Мне очень нужна помощь!

За дверью недовольно закряхтели, но потом засов все же громыхнул, а когда створка открылась, на Инну пахнуло домашним теплом, запахом пирожков и топленого молока. Массивная женщина в чепце, белом переднике на широкой юбке и в телогрейке строго смотрела на нее.

– Ну? – спросила женщина, сложив руки на груди. – И чего ты за диво такое?

Рядом с этой женщиной в старокрестьянском наряде Инна действительно выглядела странно в своем розовом пуховике и в сапогах от ECCO. Она растерянно оглядела себя и проговорила:

– Я… не знаю… Я потерялась. Сильно.

Женщина хмыкнула.

– Да уж ясно, что сильно. Какая нелегкая тебя понесла в ночь?

– Да мне бы самой понять…

Взгляд женщины стал строгим, она прищурилась и поинтересовалась требовательно:

– А ты часом не из леса Крика прибёгла? А то я тамошних не принимаю. Разбойников и украдателей не жалую. У нас свободное герцогство. Могу пришибить, коль полезешь по сундукам. Имею полное на это право. Вон, посох видала?

Женщина кивнула в угол, где действительно прислонен посох с оранжевым набалдашником.

– Чаровал маг огня на ярмарке, – предупредила она. – Так что ежели что, шарахну, мало не покажется.


***


Слова женщины Инну одновременно и ободряли, и вгоняли в еще больший ступор. Какая ярмарка? Какой маг? Какое чарование? Ей хотелось позвонить в службу спасения и сказать, что тут творится какая-то хрульская дичь. Но, как она уже выяснила, телефон теперь работает исключительно фонариком, калькулятором и зеркалом. Поэтому Инне больше не оставалось ничего, кроме как натянуть улыбку, пытаясь скрыть полное очумение.

Сглотнув, она проговорила:

– Эээ… Я не из леса… Крика. Я из… Москвы.

Женщина нахмурилась, видимо ковыряясь в закромах памяти, потом покачала головой.

– Не, не знаю Москву. Чего за деревня такая? Мелкая небось.

Инна нервно гыгыкнула.

– Пожалуй да, деревня. Не слишком маленькая, но…

– Ладно, – отмахнулась женщина. – Заходь. Неча на морозе стоять. В канун зимнего Солнцеворота особливо холодно бывает. Даже звери по лесу не бегают – зябко.

– Солнцеворота? – не поняла Инна, проходя в теплый сруб, канонично деревенское – с печкой на всю стену, с лавками, большим деревянным столом. В красном углу прямо на стене вырезаны какие-то непонятные символы да к тому же светятся голубым.

Это определенно не Москва.

– Ум отморозила что ли? – поинтересовалась женщина, затворяя зверь. – В такой морозяку не мудрено. Ты садись, вон, за стол. Накормлю, чего уж. С морозу самое то супца похлебать, зверобою с чабрецом выпить, да пирожком заесть.

Все так же обалдевая, Инна стянула пуховик, определив его на штырек в стене, и повиновалась. Куда она попала??? Как???

Пока она хлопала ресницами, женщина быстро организовала перед ней ужин из здоровенной тарелки куриного супа с луком, глиняную кружку отвара и пирожок… Нет. Скорее – пирожище с капустой.

Инна накинулась на еду.

– Не кормили тебя что ль? – удивилась женщина, сидя напротив.

– Угу… – промычала Инна, уплетая наваристый и вкусный суп.

– Урожая в твоей деревне не было, – понимающе закивала женщина. – Слыхала в соседних герцогствах и графствах такое сплошь и рядом. Ну ты не плачь, не плачь. У нас даже в самый голодный год найдется мешок зерна и бочка соленых груздей.

– Хпахыбо, – проговорила Инна с набитым ртом. Канапе, которые она клевала на быстрых свиданиях, давно провалились. А может даже и не долетели до желудка – она весь день на одном десерте. А на морозе есть хочется втройне.

Только когда первый голод утолился, Инна смогла есть более степенно и спокойно. Женщина терпеливо ждала этого момента (умудренная, видать), потом начала.

– Значится, ты с дальней деревни, говоришь? – уточнила она.

В целом это было почти так, Инна кивнула, женщина продолжила:

– Ясно. Значить, вот что. Я Тохильда, главная повариха во дворце. Тут у меня свое подворье – хозяйствую, ращу овощи, делаю творог, кур слежу. Яйца они у меня несут годные. Для себя и герцога провиант. Ты, как вижу, обустроиться захочешь, так?

Инна дожевывала пирожок, запивая отваром. Об устройстве она определенно пока не думала, потому что в последние несколько часов была поглощена выживанием. Она спросила:

– А вы можете мне объяснить, где я вообще нахожусь? Понимаете… Я действительно сильно заблудилась. Ну и… не очень хорошо ориентируюсь на местности.

Инна не врала – все ведь и правда так. И, прежде чем соглашаться на сомнительные мероприятия, хорошо бы выяснить у этой женщины со странным именем, что вообще происходит и где она. То, что каким-то образом попала во вселенную, где летают драконы и всякие «тохильды» кухарят у герцога, Инна уже поняла. К этому, определенно, причастен дед с вечеринки. Но вряд ли с этим она может что-то сделать и стоит хоть немного разобраться с локацией.

Тохильда цокнула языком и покачала головой.

– Крепко же ты ум проморозила, – сказала она. – Как еще тебя оборотни не задрали, пока по лесу шаталась… Ну в общем так. Сейчас ты в герцогстве Эйнара Фьёрда. Странно, что ты не слыхала. Это самое процветающее герцогство все ж.

– Я очень издалека, – сообщила Инна.

– Оно и видно. У нас тут деревни сыты, города здоровы. Правда лес Крика – это да, напасть. Не знаем, что с ними прям делать. Герцог наш и так, и сяк их одолеть пытается. А они как тря множатся.

Инна сделал вид, что сочувствует.

– Ну да…

– Да, – согласилась Тохильда. – Тебя как саму звать-то?

– Инна.

Тохильда поморщилась.

– Ну и имена у вас там. Нет бы Ингрид или Изольда.

– Мне нравится мое имя, – нахмурившись, отозвалась Инна.

Женщина отмахнулась.

– Ну Инна, так Инна. Я вот чего хочу сказать. У меня одна из кухарок разродилась. Герцог ее отпустил и дозволил с дитём сидеть, пока не подрастет. А мне помощь на кухне нужна. Девки там у меня, конечно, есть. Но рук всегда не хватает. Ты чего умеешь?

В своем новом положении Инна понимала только одно – сейчас она не у себя дома и даже не у себя в стране. И, похоже, даже не в своей реальности. Так что цепляться надо за любую возможность выжить.

– Печь умею, – сообщила она Тохильде. – В моей… гм… Деревне у меня была своя пекарня.

– Ого, даже так? И чего? Хорошо печешь?

– Есть чем гордиться.

– Тогда завтра со мной пойдешь во дворец, – сообщила Тохильда тоном, не терпящим возражений. – Представлю тебя герцогу.

– Ого, – впечатлилась Инна. Деваться ей все равно некуда, так что пришлось смириться. Она вдруг вспомнила и спросила: – Слушайте, а у вас тут… всегда драконы летают?

Тохильда на нее покосилась, как на умалишенную и проговорила:

– Деточка, ты совсем дремучая пришла из своей деревни. Дракон и есть герцог.

## Часть 4


Известие о том, что завтра ее поведут к дракону Инну вообще не радовало. Даже мелькнула мысль сбежать тихонько. Но куда она пойдет, если теперь находится в мире, где по лесам бегают оборотни, а в небе летают драконы-герцоги?

Инна нервничала и думала, что не уснет. Но стресс и усталость сморили, едва она коснулась головой подушки.

На следующий день Тохильда разбудила ее ни свет, ни заря. Заставила переодеться в местный сарафан темно-коричневого цвета и длинными рукавами-фонариками. Сапоги заменила на очень толстые носки и валенки.

– Эх, – приговаривала Тохильда, заплетая ей косу. – Волосы у тебя загляденье. Жалко прятать под чепец. Но невеста герцога не терпит, когда молодухи космами трясут. Оно и понятно. У самой-то три волосинки.

Значит у герцога еще и нервная невеста. Хорошенький наборчик – дракон и истеричка. Пожалуй, на глаза им лучше не попадаться.

Нацепив тяжеленный, но очень теплый тулуп, Инна в сопровождении Тохильды вышла на блестящий от солнца снежный двор. Там они влезли на сани и, наверное, минут через двадцать из-за леса навстречу вынырнул величественный замок целиком из белого камня. Острые пики крыш сверкают ледяным светом, окна блестят слюдой, тел вокруг расступился и будто не решается расти ближе.

– Ого-го! – обалдев, выдохнула Инна.

Тохильда хмыкнула.

– Еще бы. Дворец целиком из гномьего мрамора. Они специально его с самых нижних ярусов в своих чертогах таскали.

– Круто, – согласилась Инна.

– Круто? – не поняла повариха.

Инна быстро исправилась:

– В смысле, крутые склоны у них там в чертогах, наверное.

– А, – сообразила Тохильда. – Это да. Да кто там знает, как передвигаются эти гномы.

Пока они подъезжали, Инна с искренним восхищением рассматривала дорогую инкрустацию фасадов, ледяные узоры и большие ворота, как раз, чтобы прошел дракон, если вдруг ему приспичит войти пешком.

Если снаружи замок величественный, то внутри Инна просто рот раскрыла от красоты убранства. Все в голубых, синих и белых тонах, каким-то чудом громадные люстры не тают, хотя определенно сделаны из льда. Пол тоже будто ледяной, синий такой с витиеватыми узорами из прожилок. При этом в залах тепло, можно свободно ходить без тулупа.

– Сегодня через главный вход идем, – быстро проговорила Тохильда, – покажу тебе красоту. Да и выходной сегодня, герцог еще спит – не столкнемся.

Впечатленная Инна только кивнула и позволила тащить себя через величественный ледяные залы с колоннами, мимо картин, мозаик и гобеленов. Да, тут действительно очень красиво.

До кухни они добрались, преодолев изгибы коридоров и проходов.

– Это Инна из далекой деревни, – представила Тохильда ее остальным кухаркам. – Будет моей помощницей вместо Брульды. Принимайте, – и обратилась уже к Инне: – Ну, обживайся.

Никуда не деться. Инна быстро включилась в работу. Девушки мигом оценили ее пекарские качества, и она почти сразу заняла место на выпечке.

День, к ее удивлению, прошел хорошо и даже весело – она познакомилась с поварихами, закрепилась на месте пекаря. Кто бы мог подумать, что в другом мире она так быстро найдет работу. От поварих Инна узнала, что герцог-дракон дает жилье своим слугам, если те желают постоянно находиться в замке. Эдакий полный пансион с проживанием и питанием. А что, очень даже вполне. Также выяснилось, что герцог Эйнар Фьёрд помолвлен с какой-то Рутицией фон Голден, она является дочерью некоего маркиза фон Голдена, и что герцог является герцогом по праву драконьего рождения, а не по факту предстоящей женитьбы или дарования титула.

Эта информация Инной воспринялась, как белый шум, а из полезного для себя уяснила, что с маркизой фон Голден лучше лишний раз не сталкиваться, потому что она не любит, когда слуги шатаются по дворцу.

Несмотря на веселье и спорость работы, к вечеру Инна устала и когда Тохильда пришла за ней, вообще не хотела никуда идти.

– Может отложим это знакомство с герцогом? – заныла Инна и продемонстрировала руки, по локоть в муке. – Я еле на ногах стою. И грязная вся. Куда в таком виде с герцогом знакомиться?

– Давай-давай, – подбодрила ее главная повариха и подняла ее со стула. – Герцог предпочитает знать всех слуг в лицо.

Противоречить Тохильде оказалось невозможно, и Инна поплелась за ней по украшенным сосульками и снежными шариками коридорам, мимо ледяных скульптур и вполне себе нормальных картин с изображением битв.

Дверь, возле которой они остановились, выглядела, цельный кусок льда, вырезанный и вставленный вместо створки. Когда повариха потянулась к ней, позади раздался перепуганный крик служанки:

– Тохильда! Скорее!

Та обернулась резко.

– Чего такое?

– Да на кухне! Лорна перевернула котел с супом!

– И чего? Без меня что ль пол помыть не можете?

– Да пол можем, – протараторила напряженно девушка. – Только там очаг залило с негасимым огнем. А чудо-кресало только у тебя!

Тохильда всплеснула руками и запричитала недовольно:

– Да что ж вы такие криворукие. На минуту оставить нельзя. Как можно было вообще тот котел перевернуть? Он же тяжелый.

– Ох, не знаю, Тохильда…

– Ладно, идем скорей, пока очаг не остыл. А то потом и чудо-кресало не поможет. Придется герцога просить. А это негоже.

И Тохильда направилась к служанке. Инна выпучила глаза – не совсем так она представляла знакомство с герцогом. Она окликнула повариху:

– Эй, а я? Мне-то что делать?

Тохильда бросила через плечо:

– А ты заходи-заходи. Представься, скажи, что теперь пекарша в его кухне и что я тебя сама к себе взяла.

– Да как же я к герцогу… – растерялась Инна.

– Не боись. Давай, смелее, – отозвалась повариха и вместе со служанкой скрылась за поворотом.

Инна несколько секунд стояла и не могла понять, как поступить. Может самое время развернуться и уйти? Ну в самом деле, зачем герцогу с ней знакомиться? Она ничего не знает о здешнем мире, ей бы самой приспособиться. Как вернуться обратно Инна не представляла. Хотя, если подумать, в мире, откуда она прибыла, ее ждет… Да толком ничего не ждет, кроме судебных разбирательств и поиска средств к выживанию. Разве что Ангелина спохватится. А может и нет. Вдруг тот дед и над ней поработал.

Ладно. Привели знакомиться, значит надо знакомиться.

Приблизившись к двери, Инна аккуратно толкнула и вошла.

– Ау? Тут есть кто-нибудь?


***


В помещении царил полумрак, слабо освещаемый голубыми свечами с восхитительным синеватым огнем и камином, в котором огонь вполне себе нормальный, хоть и слабый. На полу по всей комнате белый ковер с толстенным ворсом, перед ним два кресла, повернутые к Инне спинками, а на окнах тяжелые шторы.

И каким образом здесь должен поместиться дракон, он же и герцог? Инна полагала, что за дверью ее ждет какой-нибудь ангар или зал, а не уютный будуар с камином.

Странно.

Какое-то время царила тишина. Только поленья в камине потрескивали. Когда Инна уже решила, что герцог передумал и не пришел, что было бы даже хорошо, раздался низкий, какой-то бархатистый голос:

– Проходи.

Голос определенно принадлежал мужчине, и от его тона позвоночнику Инны почему-то пробежали мурашки. И кто это такой? Какой-нибудь представитель драконов?

Осторожно и на не очень послушных ногах Инна подошла к камину и заглянула за кресло. В нем в дорогом белом халате, расшитом драгоценными камнями, раскинулся мужчина лет тридцати-тридцати пяти. Плечи широкие, даже халат этого не скроет, высокий, от мужчины веет силой. Глаза невероятного фиолетового цвета, а волосы – какие-то черно-голубые, и периодически мерцают. Черты лица волевые и правильные.

– Эм… – протянула Инна, на какой-то момент очарованная увиденным. Она и подумать не могла, что в природе существует такая внешность. Он вообще кто?

– Садись, – проговорил он спокойно, но так, что Инна даже не подумала ослушаться.

Она села на краешек кресла, а мужчина стал с бесстрастным видом осматривать ее с головы до ног и обратно. Инна почти чувствовала его взгляд на своей коже и это было очень странно, непривычно. Что, очередные гипнотические штучки?

– Как зовут? – спросил мужчина, спустя несколько мгновения.

Инна подавила нервную икоту. Она никогда не испытывала трепета перед начальством и прочими вышестоящими органами, но почему-то этот мужчина сейчас заставил оробеть, как школьницу. Она все же ответила:

– Инна.

– Инна? – немного удивился мужчина. – Как Иней?

Свое имя она никогда не рассматривала с такой стороны, поэтому только неуверенно пожала плечами.

– Ну, может быть.

– Необычно, – проговорил мужчина. – И чем ты занимаешься в моем дворце?

– Работаю на кухне – готовлю выпечку, – лаконично отозвалась Инна.

Теперь удивление мужчины стало чуть заметнее, он сказал:

– Так это твои булочки сегодня были на моем столе?

Прозвучало это так двусмысленно, что Инна не сразу поняла смысл, потом мысленно обругала себя за распущенность и ответила:

– Полностью моя рецептура. Специализация широкая: булочки, ватрушки, разнообразный хлеб, пироги, бисквиты, рулеты, круассаны, пиццы, пирожки, печенье, кексы, лаваши и так далее.

Чудя приподнятым бровям мужчины, он определенно изумлялся все больше, Инна даже подумала – не сболтнула ли чего лишнего. Вряд ли стоит на каждом углу кричать, что сюда ее закинул какой-то дед, причем совершенно непонятным способом.

Мужчина произнес:

– Половины названий я никогда не слышал. Откуда ты, говоришь, пришла?

– Издалека.

– Насколько?

– Очень издалека. Вы там точно не бывали.

Мужчина хмыкнул, и Инна впервые за разговор увидела тень улыбки на его лице.

– Определенно, – отозвался он. – Иначе я знал бы, что такое пицца, круассаны и кексы. И что там еще? Баскеты?

– Бисквиты, – поправила Инна.

– Именно, – кивая, согласился мужчина. – Что ж, девушка с зимним именем, ты мне понравилась. Так что одобряю выбор Тохильды. Думаю, из тебя выйдет хорошая помощница.

Теперь изумляться пришла очередь Инны, она проговорила:

– Так это было собеседование?

– Собеседование?

– Ну, – начала пояснять она, – проверка на соответствие должности.

Взгляд мужчины с фиолетовыми глазами стал каким-то цепким, внимательным и… Пожалуй, Инна могла бы назвать его горячим. Так мужчина смотрит на женщину лишь когда оценивает ее именно как женщину, а не повара или еще какую-нибудь работницу. Инне даже стало жарко, а платье показалось неожиданно тесным и тугим. Она потянула за воротник, чтобы хоть немного остыть, а мужчина сказал, продолжая все так же детально ее разглядывать:

– Верно. Ты подходишь.

Инна сглотнула сухим языком. Это все? А где тот громадный дракон с перьями-копьями? Или он сегодня не в настроении общаться с сотрудниками? В целом Инне это подходило – сало ли, дракон будет голоден и булочек окажется недостаточно для удовлетворения его голода. Но прояснить момент хотелось.

– А герцога-дракона сегодня не будет? – спросила она.

На этот раз брови мужчины окончательно всползли на лоб от удивления, он как-то странно хмыкнул и закинул ногу на ногу, потерев подбородок.

– Ты серьезно? – спросил он.

– Ну… да, – отозвалась Инна, чувствуя, что сказала что-то не то, но остановиться уже не могла, потому что глупо как-то отказываться от своих слов. – Я думала, что увижу… дракона.

– Гм… – снова хмыкнул мужчина. – Однако.

Еще пару секунд он опалял взглядом Инну с ног до головы, затем величественно поднялся из кресла, бросив сотни солнечных зайчиков от камней на халате, в которых отражается пламя камина.

Мужчина двинулся в сторону тяжелых штор, которые закрывают стену полностью от потолка до самого пола.

– Ну пойдем, – сказал он, чуть оглядываясь. – Покажу тебе дракона.

## Часть 5


Инне снова послышалась двусмысленность и за это она вновь мысленно себя отчитала. Да что с ней такое? О чем она думает? Куда логичнее было бы наводить панику, или, например, бегать по коридорам с криками «помогите». На крайний случай искать какого-нибудь психотерапевта, чтобы тот разгипнотизировал ее, если это все-таки гипноз.

Но Инна уже четко уяснила, что никаким гипнозом тут не пахнет, а реальность, в которой она пребывает, самая что ни есть настоящая, хоть и совсем не похожая на ту, где она родилась.

Поэтому ей не осталось ничего, кроме как встать и поплестись за мужчиной следом. Видимо там, за шторами отдыхает сам дракон, а этот таинственный красавчик в халате, который потянет миллиона на полтора, кто-то вроде его доверенного.

Стараясь упорядочить мысли, Инна вошла за шторы следом за мужчиной и тут же впала в ступор.

И вот почему.

Зал, в который она попала действительно драконьих размеров – широкий, с высокими ледяными потолками и полом. Синие колонны отполированы так, что можно смотреться.

Но обомлела Инна не от этого.

В середине этого зала спиной к ней стоял этот самый мужчины с широкими плечами и мерцающими голубым волосами. Совершенно голый, халат валялся у ног, а Инна, к своему стыду, не могла оторвать взгляд от его крепких и подтянутых ягодиц. А также рельефной спины, идеальных ног и прекрасной осанки. Но больше, конечно, от ягодиц. Даже у тренеров в зале, где она занималась, таких не было.

Щеки Инны сами собой, разумеется, вспыхнули, по телу пробежал нежданный жар, а сама она на секунду потеряла дар речи. Когда он все же вернулся, выдавить Инна смогла только:

– Ой…

Зачем он ее сюда привел и разделся?

Додумать не успела потому, что мужчина вдруг развернулся лицом, и челюсть Инны окончательно отвисла, потому что повод оказался достойным восхищения. Через секунду Инна опомнилась и, взвизгнув, закрылась ладонями.

Низкий бархатный голос произнес:

– По твоему мнению я плохо выгляжу?

– Что?!

Инна не верила, что этого психа интересует только это.

Он повторил:

– Ты в ужасе закрыла глаза. Хочешь ли ты меня оскорбить, сообщая, что мой облик тебе отвратителен?

Инна уже не знала куда деться.

– Что?? Нет! – сбивчиво затараторила Инна. – В смысле… Нет… У вас шикарное тело. Но я… ох долбанная хруля…

– Тогда опусти руки и наблюдай то, зачем пришла, – приказал мужчина, и Инна сама не поняла, почему выполнила требование. Умеет он быть убедительным.

Но едва она открыла глаза, как облик мужчины начал быстро меняться – он рос на глазах, преобразовываясь, вытягиваясь и покрываясь громадными белыми перьями. Буквально через считанные секунды перед Инной в зале стоял громадный белый дракон. Тот самый, которого она видела в небе. Она смотрела на нее большими фиолетовыми глазами.

Инна запоздало спохватилась – какая же она дура. Как можно было сразу не догадаться! Глаза. У него фиолетовые глаза. Можно было связать одно с другим. Хотя кто знает, какого цвета здесь вообще бывают радужки и у кого. И все же можно было проявить логику.

– Я и есть герцог-дракон, – откуда-то из самой утробы донесся низкий рычащий голос, от которого задрожали колонны.

Колени Инны тоже затрепетали. Да и вообще, от присутствия этого… как его правильно называть? Мужчины-дракона у нее все нутро вспыхивает.

И все же она нашла в себе смелость произнести:

– Вы герцог Эйнар Фьёрд?

– Ну наконец-то, – рычаще усмехнулся дракон, – меня признали. Имей в виду, девушка с зимним именем, я не перед каждым вот так превращаюсь наедине.

– Почту за честь, – пробормотала Инна и чуть громче добавила: – А чем я… э… заслужила?

– Непосредственность и честность, – отозвался дракон. – Мне нравятся эти качества, хотя они редки в моем окружении.

Даже сейчас, когда он в облике громадного зверя, Инна чувствовала на себе его обжигающий взгляд. Он на всех так смотрит? Или это какая-то драконья фишка? В любом случае, ей очень жарко, хотя дворец, вроде как, ледяной. И дракон, наверное, тоже какой-нибудь ледяной герцог.

Пуаза все больше затягивалась и становилась неловкой, дракон проговорил:

– Ну? Я удовлетворил тебя?

– Ч-что? – не поняла Инна, в который раз ругая себя за скабрезность. Кажется, это дракон на нее так действует. А может просто стресс и длительное отсутствие соответствующей разрядки.

Эйнар Фьёрд пояснил:

– Твое любопытство. Оно удовлетворено?

– А, да, конечно, – с облегчением отозвалась Инна.

– Тогда можешь идти, – произнес дракон. – Приступай к свои обязанностям. Комнату можешь себе выбрать любую.

– Спасибо…

– И ещё. Я хочу попробовать все пекарские диковинки, о которых ты говорила, – сказал дракон. – Приносить их будешь сама к завтраку. Служанки бывают нерасторопными. Надеюсь, у тебя с этим проблем нет?

Учитывая, что в свое время Инна одновременно замещала в своей пекарне весь обслуживающий и административный состав, испечь изделие и подать его для нее – раз плюнуть.

Она даже смогла чуть улыбнуться.

– Посмотрите сами, – произнесла она.

– Смелая, – констатировал дракон. – Ладно, иди. Выспись хорошенько.

Покинув герцога-дракона, Инна еще несколько минут приходила в себя. Что она сейчас видела? Как человек превратился в громадного зверя? Кто же знал, что драконы так умеют.

Эта информация ее так поглотила, что она сама не поняла, как смогла добраться до кухонь. Там Тохильда ее ухватила под локоть и потащила показывать ее комнату, если захочет проживать во дворце.

– Тут, вообще-то, хорошо, – вещала повариха, ведя Инну по коридорам. – Если бы не хозяйство, сама бы тут жила. Да что там, у меня здесь и комната есть. Да только все равно приходится кататься. А тебе можно и тут селиться.


***


Комната Инны оказалась очень просторной, куда просторней спальни в отобранной Яриком квартире. Большая кровать, широкие застекленные окна (а может это не стекла, а лед), голубые стены, коврик у постели, чтоб не мерзли босые ноги, шкафчики, тумбочки. За небольшой дверкой даже нашлась ванная комната со вполне приличной емкостью для мытья.

Новое жилье Инне понравилось, и когда осталась одна, с удовольствием искупалась. На удивление, водопровод здесь оказался вполне себе нормальный. Правда вода не понятно откуда подводилась – труб она нигде не нашла. Но это и не важно. Работает ведь.

К большому удивлению, несмотря на ранний подъем на следующий день, Инна даже выспалась. На кухне царила суматоха, поварихи бегали туда-сюда, Тохильда отдавала приказы, как настоящий капитан корабля.

– Крем-суп из капусты и курицы, помадка из печени трески, свежие дольки персика! О, Инна, быстро за выпечку! Герцог требовал каких-то бисквитов!

Инна поторопилась заняться делом, попутно интересуясь:

– А что за суета?

– Не знаешь? – изумленно крикнула одна из кухарок.

– Не представляю даже.

Другая кухарка отозвалась, быстро нарезая морковь:

– Так невеста герцога приехала. Завтракать желает.

Вот как. Невеста герцога. Судя по всему, эта невеста шороху тут наводит побольше самого герцога-дракона. Хотя она вчера его обликом ох как впечатлилась.

– И что? – поинтересовалась Инна, – Почему все так переполошились?

Одна из кухарок хмыкнула.

– Сама увидишь.

– А ну хватит болтать, – прикрикнула Тохильда. – Только и можете, что языком трепаться. Блюда сама себя не приготовят. Шевелитесь давайте.

Спустя около полутора часов изысканное меню было готово.

– Ну славно, – выдохнула Тохильда. – Успели. Паж все вынесет и подаст на стол.

Инна сама собиралась расслабиться, как вспомнила.

– Ой. А Герцог сказал, чтобы я сама подавала ему свою выпечку.

На кухне вдруг воцарилась тишина, а глаза поварих одновременно уставились на Инну. Даже Тохильда вытаращилась.

– То есть как так, сама? – не поверила она.

Инна только пожала плечами и ответила:

– Да не знаю. Вчера расспрашивал о моих профессиональных качествах, а потом изъявил.

Кухарки переглянулись, Тохильда проговорила озадаченно:

– Хм. Странное дело. Но раз приказал, значит приказал. Иди, неси. Только на невесту его глаз не поднимай, веди себя тише воды, ниже травы. Усекла?

– Да усекла, усекла, – отозвалась Инна.

Чего они все так боятся эту невесту. Разве что она тоже какой-нибудь дракон. Только кровожадный и вредный. Но нести бисквит надо, иначе дракон, который герцог, определенно будет недоволен. А его ей почему-то злить не хотелось.

Вместе с пажом они прошли по коридорам прислуг и вышли в небольшую гостиную в голубых и золотистых тонах. За овальным столом с одной стороны сидел уже знакомый Инне герцог, на этот раз одетый в бело-голубой камзол прямо на какую-то белую тунику с поясом. Выглядел он спокойным и немного скучающим. При этом чуть оживился, заметив Инну с бисквитом.

– О, так быстро? – похвалил он.

Инна не сдержала улыбки, которая тут же застыла, потому что на другой стороне стола восседала девица. Рыжая, с высокой прической, но, как показалось Инне, это какой-то шиньон или парик. Разодета, как павлин – в ярко-зеленом платье с морковного цвета вставками и золотистыми рюшами. Смотрела на Инну эта особа так, что будь Инна льдинкой, должна была бы непременно расплавиться – кривила нос и надменно поднимала подбородок.