Хозяин Нового Мира
Алиса Рогачева

Редактор Анна Пташинская

Дизайнер обложки Мария Акубжанова

Иллюстратор Игорь Черепанов

Фотограф Диана Дмтриева

© Алиса Рогачева, 2023

© Мария Акубжанова, дизайн обложки, 2023

© Игорь Черепанов, иллюстрации, 2023

© Диана Дмтриева, фотографии, 2023

ISBN 978-5-0056-8129-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вокруг было темно. Как тогда, в реке. В прошлый раз он успел ее спасти. Схватить за руку и вытащить на берег. В этот раз суша была далеко, да и вряд ли он сможет найти ее в непроглядной темной воде.

Глава 1

Лоренса бежала по замковым коридорам со всех ног. Нужно остановить его как можно скорее. Вот и покои принца. Королева распахнула двери и влетела в комнату. Нянька сидела на мягком кресле, прикрыв глаза, пухлые пальцы замерли на спицах.

– Мира, – тихо окликнула ее Лоренса.

Нянька широко открыла глаза и оглядела комнату.

– Ваше Величество! – женщина вскочила на ноги, опустила голову в поклоне.

– Дорогая Мира, – королева взяла лицо няньки в ладони. – Прости, если когда-то была с тобой груба, – Лоренса крепко обняла женщину, та раскрыла рот от удивления.

Королева обернулась к кровати принца. Глаза мальчика были приоткрыты.

– Дикки, – гиана опустилась на колени и провела рукой по волосам ребенка. – Мальчик мой, все будет хорошо, – она поцеловала принца в лоб и развернулась к няньке. – Мира, ты даешь ему лекарство, что носит знахарь?

– Конечно, Ваше Величество! Несколько раз в день, – закивала головой женщина.

– Еще осталось?

– Да. Господин Саламон оставил достаточно перед отъездом.

– Можно мне? – спросила Лоренса.

– Конечно, – нянька достала из прикроватной тумбы пузырек с темно-зеленой жидкостью и протянула королеве.

Лоренса с отвращением посмотрела на густую жидкость.

– Мира, с этого дня ты больше не будешь давать принцу ни это, ни любое другое лекарство.

– Но, Ваше Величество, ведь придворным знахарь… – начала нянька.

– Придворный знахарь – плут и обманщик, моя дорогая. Прошу тебя, поверь мне. Вот увидишь, принцу очень скоро станет лучше, – Лоренса с мольбой всматривалась в лицо няни. Та неуверенно закивала головой. – Благодарю тебя, Мира. Помни, наш разговор должен остаться в секрете, иначе и ты, и я можем серьезно пострадать.

– Да, Ваше Величество, – поклонилась нянька.

– Когда Саламон вернется, ты как ни в чем не бывало будешь каждый день добавлять лекарство в графин принца. Так, чтобы Саламон это видел. Затем менять воду, – с расстановкой объяснила королева. – Смени сейчас.

Мира поклонилась, взяла графин и вышла. Лоренса присела на кровать и взяла за руку Диккорда:

– Прости меня, – зашептала она. – Больше тебя никто не обидит.

Это было много лет назад. Сейчас даже сложно сосчитать, да Лоренса и не пыталась. Для нее это было словно вчера. Годы людской жизни пролетают незаметно для гиан, живущих вечно. Вечность не поддается измерению.

Она жила вместе с сестрами в Лесу. Окруженные цветами и птицами, волшебные духи проводили дни, заплетая в косы длинные волосы друг друга. Лоренса особенно любила возиться с прической Валанес. Ее темно-рыжие густые кудри можно было собрать в сотни тонких кос.

Валанес сидела, слегка покачиваясь в такт общей песне. Лоренса солировала, укладывая непослушные волосы сестры. Чарующие голоса гиан неслись во все уголки леса и сливались в единый идеальный мотив.

– Сегодня заплету тебе одну косу, хорошо? – спросила Лоренса, когда закончилась песня.

– Как скажешь, сестра, – махнула рукой Валанес. – Я хочу поскорее сходить искупаться, очень жарко.

Юная гиана осматривала поляну. Солнечный свет мягко ложился на ярко-зеленую траву. Редкие луговые цветы источали едва уловимый аромат весны. Одни сестры плели себе одежду из крапивы или льна, другие наблюдали за тем, как трава поднимается к небу, некоторые просто лежали на мягкой земле, рассматривая облака. Валанес с грустью подумала, что у нее осталось совсем немного сестер, не более двадцати. Избирательные духи леса нечасто вступали в любовные отношения и Валанес, которой было больше трех сотен лет, оставалась самой молодой.

– Все, – Лоренса осмотрела толстую косу и встала с земли. – Теперь можно и на реку сходить.

Внезапно ее тело пронзил мощный поток тепла, идущий из недр земли. Огненный вихрь подхватил гиану. Кожа пылала, глаза нестерпимо жгло.

Лоренса оказалась посреди города людей. Ночную улицу освещало пламя горящих домов. Со всех сторон слышались крики и детский плач. Повсюду лежали мертвые. На мостовой мужчина в луже крови, пытался удержать свои внутренности. Рваная рана на животе не оставляла шансов выжить.

Женщина в длинной ночной сорочке бежала по улице, держа за руку босого мальчика. Ребенок прижимал к груди испачканного сажей игрушечного единорога. Они пронеслись мимо Лоренсы, спасаясь от неведомой угрозы.

Гиана подняла глаза к небу и увидела крупного грифона. Он стремительно приближался к матери с ребенком. Несколько взмахов крыльев, и острые когти впились в спину женщины. Она громко закричала и выпустила руку мальчика. Зверь поднял свою жертву над крышами домов и швырнул еще живую в одно из горящих зданий. Ее крик растворился в треске пылающего дерева.

Мимо замершего малыша пробежал хохочущий кентавр, сжимая в руках рыдающую молоденькую девушку. По ногам бедняжки струилась кровь.

Из тени дома неподалеку скользнула ламия. В черных глазах играли языки пламени, серая чешуя отливала изумрудом. Хищница приблизилась к ребенку со спины, вдохнула запах юного тела, обнажила острые клыки и впилась в тонкую шею. Лоренса закрыла лицо руками и закричала, не в силах выносить свое видение.

Жар пропал. Воздух вокруг снова наполнился жизнью. Гиана осмотрелась. Ее сестры также опасливо смотрели по сторонам. У некоторых по щекам текли слезы. Они видели то же самое. Валанес подняла на сестру растерянный взор, медленно опустила руки от лица.

– Все в порядке. Этого не было, ты же знаешь, – Лоренса обняла дрожащую сестру за плечи.

– Пока не было! – в истерике прокричала Валанес.

– Королева Селина, – в покои принца вошел Эдвард Четырехпалый.

– Это не мое имя, ты ведь знаешь, Эдвард, – заметила Лоренса, смахивая со щеки слезу.

– Следует быть осторожнее и не выдать нашей крепкой дружбы кому-либо.

Гиана молча кивнула.

– Как мальчик? – спросил рыцарь.

– Скоро ему станет лучше, – ответила Лоренса, гладя ребенка по волосам.

– О чем это вы?

– Больше ему не будут давать саламонову отраву, – гиана скривила лицо.

– Это не входит в наши планы. Вы себя выдадите, – холодно проговорил Эдвард.

– Это неважно.

– Я могу остановить вас одним лишь словом, Ваше Величество.

– Знаю. Ты можешь отдать мне любой приказ, и я не смогу сопротивляться. Можешь приказать мне изобразить курицу, станцевать на городской площади или выкинуть кого-нибудь из окна! Так Саламон приказал мне поступить с твоим королем! – Лоренса встала со стула и с вызовом посмотрела на рыцаря.

Четырехпалый поморщился, как от пощёчины.

– Я не любила его, – вздохнула гиана. – За свою долгую жизнь я мало кого любила. Не уверена, любил ли он меня, скорее находил утешение. Но Риккард был хорошим королем и очень хорошим человеком… Я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал.

– Это очень опасно, – немного помолчав сказал Эдвард. – Саламон не появлялся в замке уже около месяца. Если он вновь отправился к Вершине Векового Холода, то должен вот-вот вернуться.

– Пора заканчивать с этим. Чего мы ждем? Почему бы не схватить Саламона в воротах Амадона?

– Вы действительно думаете, что дряхлый старик сумел в одиночку подмять под себя целое королевство?

Лоренса промолчала.

– Готов поставить любой из своих девятнадцати пальцев на то, что за ним стоит некто очень могущественный. Герцогиня Серемон узнает о вашем намерении. Если она его не одобрит, я велю вам остановиться.

– Полагаю Маргарита поблагодарит меня и пожелает наискорейшего выздоровления своему внуку.

– Герцогиня в первую очередь мать покойного правителя и ее приоритетной задачей является процветание королевства, – направившись к выходу, сказал Четырехпалый.

– Как это по-людски! – бросила ему вслед гиана.

Глава 2

– Я знала, что это не ты, – голос Эвелины дрожал, она старалась как можно тщательнее подбирать слова.

Леди и лорд Горной Гряды наконец-то остались наедине. Аврора спала. Лира осматривала Пустошь в поисках чего-нибудь съестного. Вокруг них простиралась песчаная бесконечность.

Мужчина напротив нее по-прежнему был нем и потерян. Ее Дункан пока не пришел в себя. Лорд Горной Гряды отличался вспыльчивым и открытым нравом. Тем не менее Эвелине было спокойно рядом с мужем. А вот человек, вернувшийся в то утро со злополучной горной охоты, был ей незнаком. Леди сразу почуяла неладное. Этот новый Дункан мазал волосы воском и растягивал слова. А ее муж швырял о стены посуду и громко смеялся. Зная его крутой нрав, Эвелина боялась открыть супругу правду, но должна была.

– Как только я увидела его или это, даже не знаю, как правильно, – леди Грентсби говорила медленно, – сразу почувствовала – что-то не так. Он даже верхом сидел не так, как ты. Не так говорил. Не так улыбался. Будто кто-то натянул твою кожу, как маску.

Из глаз Эвелины брызнули слезы. Дункан сидел неподвижно и буравил ее взглядом.

– Я боялась этого нового тебя. Он смотрел на меня с постоянным укором. Его немое осуждение преследовало каждый мой жест. Порой я думала, что одна, но чувствовала на себе его скользящий взгляд неведомо откуда. Дункан, – леди подняла взгляд на супруга, – страх был моим спутником все эти годы.

Мужчина перевел взгляд на спящую девочку и снова посмотрел на жену. В глазах его был вопрос, понятный без слов. Эвелина поерзала.

– Нет, она не твоя дочь, это и так понятно, – леди смотрела на Дункана не моргая. – Аврора и не дочь того, кто выдавал себя за тебя все эти годы… Она дочь одного из твоих рыцарей.

Удар тяжелой ладони скинул Эвелину с булыжника, на котором та сидела. Муж навис над ней, глаза горели гневом, пальцы крепко сжимались на тонком горле.

– Кэто! Кэто! – кричал Дункан.

Эвелина не могла говорить, даже если бы хотела. Она лишь сдавленно хрипела, тщетно пытаясь отбиться.

– Кэто! Кэто! Аааааааа! – лорд тряс ее за шею и сдавливал все сильнее.

В глазах женщины потемнело, тело налилось свинцом. Внезапно позади Дункана возникла Лира и ударила его по голове древком копья. Мужчина упал на песок, но тут же встал на ноги. Пошатываясь, он мямлил под нос что-то непонятное. Рыжая направила на него острие копья и отступила на несколько шагов.

– Эвелина, вы в порядке? – обратилась она к отчаянно хватающей воздух леди.

Лира сделала выпад, попутно подсекая Дункана, тот снова оказался на земле. Девушка встала над ним, острие копья упиралось в ямочку на шее. Мужчина тяжело дышал, но лежал смирно.

– Миледи, желаете стать вдовой? – улыбаясь уголками губ, спросила рыжая.

– Нет, Лира, оставь его, – ответила Эвелина отдышавшись. – У него есть все основания гневаться.

– Право гневаться не дает права распускать руки.

– Он вспыльчив. Просто нужно немного времени.

– Не помню, есть ли у нас веревки, – Лира с сомнением поглядывала на Дункана.

– Нет, не нужно веревок, – леди подошла к рыжей, поглаживая красное горло. – Он и так слишком долго был заперт в теле обезличенного. Нам просто нужно поговорить.

– Я не оставлю вас наедине с этим психом, – девчонка покачала головой. – Он опасен. Можем скормить его Духам пустыни. Одной проблемой будет меньше.

– Лира, прошу тебя.

– Хорошо, вам виднее. Но пока мы не дойдем до места, он будет связан. Я не могу сторожить его бесконечно.

Эвелина кивнула. Про себя подумав, что бесконечность слишком долгий срок для подобного путешествия.

Солнце палило нещадно. Ноги по щиколотку утопали в песчаном болоте без конца и края. На дневном привале они достали из поклажи последний кусок вяленого мяса.

– Не лучший выбор провизии для путешествия по пустыне, – леди Грентсби протянула кусок дочери, которая с жадностью накинулась на пищу. – От него пить хочется только сильнее.

Эвелина открыла мех с водой, сделала крохотный глоток и протянула Лире.

– Я привыкла обходиться без воды долгое время, – покачала головой та.

Леди Грентсби искоса посмотрела на мужа, рассматривающего горизонт, и принялась поить дочь остатками воды. Девочка жадно пила.

– Еще пить, мама, – закричала Аврора, когда леди забрала у нее воду.

Эвелина посмотрела на Лиру с вопросом. Рыжая пожала плечами. Крошка Иви выпила остатки воды.

К вечеру ребенка пришлось нести. Эвелина и Лира делали это по очереди. Девочка становилась беспокойной и много плакала, жалуясь матери на голод и жажду. Связанный по рукам Дункан шел впереди.

– Долго нам еще? – спросила леди Грентсби, передавая в очередной раз ребенка своему проводнику.

– Должны были уже дойти, – хриплым голосом ответила Лира. Ее губы покрылись трещинами. – Мы идем слишком медленно, хоть и в верном направлении. Сколько еще, не могу сказать. В Мертвой Пустоши сложно ориентироваться.

– Она слишком много спит, – Эвелина убрала волосы со лба дочери. – Наверное, от голода.

Ночь была беспокойная. Девочка хныкала во сне. Наутро путники двинулись дальше. Песок попадал в обувь и больно царапал ноги. Горизонт размывало идущее от земли тепло. Говорить сил не было. Лира шла рядом с Эвелиной и несла на руках Иви. Леди едва волочила ноги. В какой-то момент ей захотелось прикрыть глаза, и она упала без чувств на горячий песок. Сквозь пелену доносились голоса. Хотелось ответить, но сил не было.

Леди Грентсби чувствовала спокойствие. Будто она снова в своей спальне. Рядом спит любимый муж Дункан. Мягкие перины едва слышно шелестят, когда она переворачивается на другой бок. Эвелина пошарила рукой в поисках мужа. Ей захотелось прижаться к нему всем телом. Рука женщины провалилась в пустоту. Может муж с другой стороны? И вторая рука нащупала лишь край кровати. Женщина спешно открыла глаза и осмотрелась.

Она находилась в большом шатре, обставленном по-королевски. Ее хоть и узкая кровать была невероятно мягкой и удобной. Роскошные ковры покрывали песчаный пол. Неподалеку стоял стол из белокора с резными ножками. На нем Эвелина заметила большое блюдо с фруктами и графин. Леди осторожно встала и подошла к угощению. Ей невыносимо хотелось пить, но стаканов не оказалось, и женщина прильнула к горлышку сосуда, жадно глотая прохладную воду.

– Богиня Матерь, леди пьет прямо из графина, – услышала женщина за своей спиной голос Лиры и едва не поперхнулась.

Рыжая стояла у входа в шатер, скрестив руки на груди, и улыбалась.

– Прошу прощения, я не нашла стаканов, – вытирая рот сказала Эвелина.

– Я специально не ставила. Любопытно было, будете ли вы искать их или подождете, пока вам предложат промочить горло. Я рада, что вы в порядке, – рыжая обняла леди. – Вы нас очень напугали.

– Сама не знаю, что со мной случилось… Мы ведь дошли?

– Да, миледи, вы у меня дома, в Городе Матери.

– Где Аврора?

– Она неподалеку, играет с ребятишками.

– Как же ты донесла нас обеих? – леди погладила Лиру по плечу.

– Это не я, – замешкалась рыжая. – Давайте присядем.

Около стола стояло несколько стульев. Они сели.

– Так как же мы добрались сюда? – спросила Эвелина.

– Когда вы упали, я положила Аврору, и она проснулась. Я пыталась привести вас в чувство, но ничего не выходило. И тут ко мне подошла ваша дочь и сказала, что Дункан вас понесет, – развела руками Лира. – Прямо так и сказала: «Дункан понесет маму». Я посмотрела на него, и он просто кивнул. Ну мне ничего не оставалось, как согласиться на это, держа копье наготове.

– Где он?

– Я вас проведу. Леди, – помолчав начала рыжая, – вы говорили с малышкой Иви о том, что произошло ночью перед нападением?

– Когда она сбежала в Пустошь? – встала со стула Эвелина.

– Да. Что она рассказывает?

– Я с ней не говорила. Это просто детские глупости. Может, ей что-то приснилось, мало ли.

Лира промолчала.

Они вышли из шатра и оказались на оживленной улице. Жилища стояли ровными рядами. Большие шатры и маленькие палатки, меж которых туда-сюда ходили самые разные женщины. Одни несли овощи в больших корзинах, другие точили наконечники для стрел. Аврора в окружении босых детей играла во что-то и громко смеялась.

– Она здесь в безопасности, – сказала Лира, поймав взгляд леди.

– Надеюсь.

Посреди большой площади стояла небольшая палатка. С каждой ее стороны была выставлена стража. Крепкие девушки, кто с мечом наготове, кто с секирой наперевес стояли неподвижно.

– У нас нет жестких требований. У каждой есть свой любимый вид оружия. Конечно, не королевская стража, но супругу вашему хватит, – Лира вошла в крохотную палатку. – Специально для него поставили.

Ничего, кроме столба, к которому был привязан лорд Грентсби, внутри не было. Дункан посмотрел на вошедших отсутствующим взглядом. Выглядел он постаревшим, губы пересохли от жажды.

– Ты его не поила? – Эвелина обернулась к рыжей.

– Он не просил, – улыбнулась та.

– Будь любезна, принеси воды моему супругу.

Лира дала распоряжение стражницам снаружи и через несколько минут в палатку внесли большой графин воды и прозрачный стакан. Эвелина напоила мужа и попросила Лиру подождать снаружи.

– Я не могу оставить вас наедине с ним. Пока Дункан показал себя не с лучшей стороны, – ответила рыжая.

– Лира, мне нужно поговорить с мужем.

Рыжая фыркнула, закрепила вход в палатку так, чтобы он не закрывался и отошла на несколько футов, не сводя глаз с супругов.

– Как ты? – прошептала Эвелина, гладя мужа по щеке.

Он отдернул лицо и пробормотал что-то непонятное.

– Если не разрабатывать язык, так и не научишься разговаривать. Я понимаю твой гнев, и мне остается только молить о прощении. Тот, кто был на твоем месте, не был тобой, но это не оправдывает измену. Прости меня, – леди посмотрела в глаза мужу, пытаясь понять, что тот думает, но он смотрел в сторону. – Дункан, Аврора дочь Николаса Лоуни.

Лорд Грентсби тяжело задышал и задергался, но узлы на его запястьях были крепкими.

– Я не люблю твоего рыцаря, но люблю свою дочь. Подумай несколько дней, можешь ли ты жить с этой мыслью и не пытаться вновь отправить меня в чертоги Кули. Либо мы с тобой живем дальше как получится, либо ты отправишься странствовать по Мертвой Пустоши в одиночестве.

Глава 3

– Что ты делаешь?

Он подошел неслышно. Неолия не рассчитывала остаться в одиночестве на корабле полном людей, тем не менее надеялась, что времени у нее будет чуть больше. Она открыла глаза.

– Молю Ликоса о попутном ветре, – руки девушки все еще были сложены у груди.

– Люди правда верят, что богам есть дело до их молитв? – с кривой улыбкой спросил Вуф, всматриваясь в темную воду за бортом. Светало.

– Нужно же во что-то верить, – пожала плечами Неолия и опустила руки. – Мой отец часто молился Нэфэсу, просил у него сил и мудрости. Отец верил, что верховный бог помогал ему.

– Я видел слишком много невероятного, чтобы верить во что попало, – Вуф сплюнул за борт и сменил тему. – Вроде со всем разобрались. Стол накрыли в капитанской каюте.

– Вуф, – она остановила мужчину, намеревающегося уйти. Яркие глаза на бледном лице были полны печали и настороженно смотрели на девушку. – Я не смогу спать вместе с тобой пока что, – продолжила она, пряча взгляд.

Мужчина печально усмехнулся.

– Не ожидал ничего другого. Лягушонок снова превратился в принца и о красавце-дровосеке все забыли. И что теперь? Снова к нему в постель прыгнешь?

– Следи за своим языком, – процедила сквозь зубы леди.

– А то что? – прищурился Вуф. – Натравишь на меня своего щеночка.

Вуф резко развернулся и направился в трюм.

– Прошу, пойми меня, – почти крикнула она вслед.

Мужчина замер, но не обернулся.

– Глупо было ожидать чего-то другого. Что я тут вообще делаю? Сам не пойму, – сказал он дрожащим голосом и скрылся в трюме.

– Я просто запуталась, – прошептала она, но Вуф уже не слышал.

Неолия не хотела причинять ему боль, но еще сильнее не хотела причинять боль супругу и отцу своего будущего ребенка. Гектор не смотрел на нее, да и ей самой было стыдно поднять взор на мужа.

Он давно все понял. Леди Форейн чувствовала себя полной дурой. После известия о гибели отца Неолия чувствовала на своих плечах ответственность за судьбу королевства. Ее легкомысленное поведение никак не вязалось с ролью главы государства. Она корила себя за поспешные решения.

Когда обернувшийся зверем Гектор, разорвал на части Феликса, она перестала верить, что в ее муже осталось что-то от человека. Неолия перестала верить в него, а в Вуфе увидела мужчину, способного защитить ее и прийти на помощь. Неолия совершила ошибку. Гектор смог справиться с монстром внутри себя. Но сможет ли он совладать с гневом и ревностью? Ответа на этот вопрос леди не знала, но продолжать отношения с Вуфом не могла. Гектор был не только ее мужем, но и любимым мужчиной.

– Леди Форейн, мы вас заждались, – вскинул руки Дерек, как только девушка вошла.

Лорд Тихого Прибоя сидел по правую руку от тучного мужчины, терзающего зубами бедро индейки. Конопатый капитан Эдвин был хохмачом и добряком. Но когда он открывал рот, его хриплый раскатистый бас заставлял сердца и ноги матросов двигаться быстрее.

Гектора за столом не было. Тарелка перед Вуфом пустовала. Эстернас скромно пережевывал лист зеленого салата.

– Прошу, присядьте, – указал на свободный стул Дерек. В его глубокой тарелке плавала рыбья голова. – Только прошу вас, не рассуждайте много о политике и дворцовых интригах. От таких разговоров у нашего капитана пропадает аппетит.

– Он у меня итак пропал напрочь, – Эдвин, обгладывая кость, покосился на лорда. – Не надо быть шибко умным, чтоб понимать: везешь кучку лордов на полусгнившем торговом суденышке, значит, жди беды.

– Эх, Эдвин, старый бармалей, – Дерек потрепал его по плечу. – Ты и не такие грузы перевозил, так что с кучкой лордов как-нибудь справишься.

Капитан сделал большой глоток вина и громко сглотнул.

– Леди Форейн, позвольте предложить вам индейку. Она немного пересушена, но вполне съедобна, – Дерек протянул Неолии блюдо с птицей. – Мы здесь обходимся без слуг, так что справляемся, как можем. Меньше народа, быстрее ход. Верно, Эдвин?

– Да, милорд, – закивал капитан. – Если Ликос будет благосклонен, прибудем дня через два.

– Вот и прекрасно.

Неловкое молчание нарушал только скрежет столовых приборов о посуду. Дерек допивал остатки супа прямо из тарелки.

– Друзья мои, – лорд вскочил на ноги, как только звонко опустил блюдо на стол. – Ночь у нас была насыщенная. Предлагаю всем немного отдохнуть. Леди Форейн, вам, как самой прекрасной и единственной даме на корабле, капитан любезно уступил свою каюту, вместе с супругом, само собой. Кажется, Гектор, уже отдыхает. Тяжело ему в последнее время, как я слышал. Ну а все прочие, равно как и я, устроимся с матросами в каюте по соседству. Прошу меня простить, я пойду спать.

Дерек покинул каюту. Вуф швырнул вилку на стол и последовал за ним.

– Пойду, посмотрю, как там дела наверху, – буркнул Эдвин и с трудом вышел из каюты, задевая стены и стулья огромным животом.

Неолия и Эстернас остались одни. Она давно хотела поговорить с эльфом.

– Эстернас, я бы хотела узнать побольше о твоем народе, – начала она. – Как вы жили все это время? Что ждет нас на Лузеринге? О нашем приезде предупреждены?

Эльф отложил вилку и развернулся к девушке.

– Зачем вам это знать, миледи? – натянуто спросил он.

– Нам предстоят переговоры. Мне важно понимать, к чему готовиться, – не понимая вопроса, ответила она.

– Вам нет места на этой встрече. Вы женщина и если на равных с мужчиной не держите меч, то и говорить на равных с мужчиной не можете. И даже короткая стрижка здесь не поможет, – взгляд Эстернаса источал презрение. – Разговаривать позволено вашему лорду, или вашему дружку, если сможет. Вам же положено молчать и стоять в сторонке с опущенной головкой.

Эльф вышел. У Неолии от злости сжались кулаки. Она с силой ударила по столу и руку пронзила боль. Слезы были уже совсем близко, но девушка проглотила их и осушила кубок вина.

Дверь в каюту капитана с укором смотрела на нее и ждала. Неолии нисколько не хотелось сейчас разговаривать с мужем, но ей очень хотелось спать. Неслышным шагом леди подошла и открыла дверь, та предательски заскрипела.

Ее муж лежал в дорожном камзоле на кровати и спал. Наверное, Гектор не хотел засыпать, но усталость оказалась сильнее. Леди Форейн сотни раз видела его спящим, но сейчас он показался ей особенно красивым. Неолия укрыла мужа одеялом, небрежно брошенным на прикроватной тумбочке, и прилегла рядом. Из глаз ее ручьями текли слезы. Чувство вины перемешалось со страхом и любовью. Неолия не могла понять, чего в ней больше. Она провалилась в сон, понятия не имея, что делать, когда проснется.

За окном светало, а значит, леди Форейн проспала всю ночь. Гектора рядом не было. Одеяло, которым она укрыла супруга, валялось на полу. Неолии не хотелось покидать каюту. В углу у окна стоял деревянный манекен для отработки ударов, покрытый множеством рубцов. Неолия взяла в руки меч, оставленный Гектором, и встала в исходную позицию.

Глава 4

– То есть как это нас не касается? – кричала Валанес. – Ты ведь видела то же самое. Мы все видели.

– Это проблемы людей. Вот пусть они с этим и разбираются, – невозмутимо сказала Лоренса.

– Нет, молю тебя, не говори так. Ты не можешь так думать. Для нас этот ужас был лишь видением, а для них это станет явью. Все те, кого мы видели и тысячи других, погибнут в страшных муках.

– Это проблемы людей, – повторила Лоренса.

– Сестры со мной согласны, – не отступала Валанес. – Мы намерены узнать, что все это значит и как этого избежать.

– Что ты видела? – Лоренса спокойно ожидала ответа.

– Как и все, – глаза юной гианы мгновенно увлажнились. – Смерть повсюду. Волшебные существа истребляют людей, издеваются над ними и убивают.

– Может, люди сами виноваты? Они оттеснили нас из своих земель. Вполне естественно, что существа атаковали в ответ.

– Лоренса, я нечасто общаюсь с кем-то помимо сестер, да и в ратном деле мало смыслю… – нахмурила брови Валанес, – но существа ненавидят друг друга. Они скорее перебьют себе подобных, чем соберутся для атаки на людские города.

Лоренса задумалась.

– Мы должны помочь, – умоляюще обратилась к ней младшая сестра.

– Почему?

– Потому что можем! Потому что мы старше и мудрее. Мы сильнее, в конце концов.

– Но Валанес, мы не знаем, когда это случится. Может быть, города людей уже пылают огнем.

Глаза юной гианы наполнились страхом.

– У нас совсем мало времени. Прошу тебя.

«Я не выдержу, если еще раз увижу этот ужас», – подумала она и мысль сестры гулкой болью пронзила сердце Лоренсы.

Их духовная связь была сильна, и они без труда могли передавать мысли друг другу. Валанес захотела, чтобы старшая сестра ее услышала. Может, юная гиана устала от сотрясания воздуха, а может, надеялась, что без слов ее лучше поймут.

– Собери всех, попробуем понять причины, – после недолгого молчания согласилась Лоренса.

Гиана сидела у зеркала в своих покоях. Она была одета в блестящие тряпки. Волосы затянуты в тугую прическу. Лоренсе хотелось как можно скорее сорвать с себя все это. Стены замка давили, мешая мыслить.

С тех пор как принцу перестали давать соломоновскую дрянь, мальчику стало лучше. Диккорд все чаще открывал глаза, даже пытался улыбаться. Гиана проводила с ним много времени, разговаривала. Пока это все, что она могла сделать.

Саламон до сих пор не вернулся в замок. Лоренса мечтала разорвать его на части при первой же встрече, что бы там ни говорил сэр Четырехпалый. Нужно выходить мальчика и бежать как можно дальше.

Внезапно ей стало холодно. Как на дне океана или в подземной пещере. Вокруг темнота. Перед глазами всплыло лицо девушки, освещенное сверкающей дымкой. Лоренса помнила ее еще ребенком. Это была Неолия, дочь короля. Но в ее облике что-то изменилось: короткая стрижка, отрешенный взгляд и мертвенно-бледное лицо. Неолия молниеносно обнажила меч с широким лезвием и вонзила его в мерцающую дымку.

Гиане уже не раз являлось это видение. Ничего нового. Бесполезное повторение одной и той же сцены. Хорошо хоть видение Амадона в огне больше ее не посещало. Значит, что-то действительно удалось изменить.

Внезапно виски гианы будто пронзил холодный металл. От боли потемнело в глазах. Давно Он с ней не разговаривал.

– Что ты видела? – раздался хриплый голос в голове.

Он тек по ее венам ледяным потоком, проникая в самые глубины сознания. Лоренса спрятала свои настоящие мысли и медленно подобрала ответ:

– Все так же, никаких новых деталей, – честно ответила она.

– Скоро проблему устранят. Как мальчик?

– Лежит, – не слукавила гиана.

– Береги его, – едва слышно проговорил голос в голове. – Мне скоро понадобится его жизнь.

Лоренса не смогла этого вынести. Она знала принца с самого детства. Королева Селина заботилась о ребенке только на глазах у короля и подданных, но Лоренсе он был дорог. Юн, невинен, невероятно добр и чист. Мысли метались, как пойманный в капкан зверь.

– Нет, – шепнуло ее подсознание где-то на самом тихом дне, но он услышал.

– Лоренса, дитя, Саламон за тобой не усмотрел.

Гиана поджала губы, но спорить бесполезно. Она была как раскрытая книга. Он ушел. Мгновенно. Боль стихла и кровь в жилах гианы снова стала теплой.

Сестры сели в круг, их руки соединились. Гианы были одними из первых существ на земле. Идеальные и тонко чувствующие. Они всегда точно знали, в какой стороне север, когда изменится погода и где именно следует посадить саженец. Сестры закрыли глаза. Они знали, что стоит только прислушаться к миру, и он сам все расскажет. Полную тишину вокруг нарушало лишь пение птиц и журчание ручья неподалеку. Когда гианы открыли глаза, они знали, куда идти. Огромная сила шла со стороны гор. С такой мощью они еще не сталкивались.

– Нам там делать нечего, – отрезала Лоренса.

– Ты старшая и, безусловно, самая мудрая, – начала Валанес. – Но ты не можешь указывать нам, что делать.

Юная гиана встала с места, остальные проследовали за ней. Старшая сестра осталась в одиночестве.

– Мы даже не знаем точно, что там. Как ты можешь вести их за собой? – Лоренса преследовала по пятам собирающуюся в дорогу молодую сестру.

– Сидя здесь, большего не узнаешь, а время может быть безвозвратно упущено, – ответила ей через плечо Валанес.

– Может, люди заслужили такой участи? Они столетия преследовали всех, кто от них отличается длиной ушей или количеством конечностей.

Валанес посмотрела на сестру, будто видела ее впервые.

– А тот мальчик тоже заслужил? Может, это он обрезал эльфам уши на городских площадях? Или его мать отрубала хвосты русалкам? Или, может, та обесчещенная девочка поджигала фей на полях ургел?

Лоренса со вздохом опустила глаза, не зная, что ответить.

– Я не узнаю тебя, сестра, – покачала головой молодая гиана. – Ты первая из нас, ты лучшая. И должна возглавлять поход.

– Слишком многое мне пришлось видеть за долгую жизнь.

– Мы должны изменить это видение. Если оно явится снова, я просто не вынесу, – глаза Валанес наполнились слезами. Лоренса обняла сестру за плечи. – Пойдем с нами, Лоренса, прошу тебя, помоги.

Старшая гиана молча кивнула, поняв, как важно это для ее племени.

Они шли через Лес до гор. Волшебные существа с почтением обходили стороной отряд гиан. Лоренса не раз пыталась вызвать видение, желая узнать, чем закончится их вылазка, но видела лишь Вершину Векового Холода. Именно там сестры почувствовали сосредоточение невероятной силы.

Самая высокая точка всего королевства круглый год была покрыта снегом. Страшно даже представить, что их там ждет. Любая из гиан способна разорвать человека на части голыми руками. Но у сестер не получалось предвидеть, что ждет их на вершине. Это мог быть вовсе не человек. За вечность своей жизни Лоренса не чувствовала такой мощи. Она не могла знать, как закончится их путешествие, но предчувствия были самые скверные.

Глава 5

Леди Форейн поняла, что за окном потемнело, только когда силуэт манекена стал едва различим на фоне морского пейзажа. Пот стекал по лбу, тело приятно ныло от усталости. Она решила, что пора умыться и лечь спать. Гектор не заходил. За весь день к ней вообще никто не зашел. Неолия накинула на плечи дорожный плащ, зажгла масляный светильник и вышла из каюты.

По темным коридорам она осторожно двигалась к палубе и прислушивалась к тишине. Лишь половицы под ногами иногда поскрипывали. Огонь дрожал в лампе. Матросские каюты были пусты. Не было слышно ни храпа, ни ругани, ни звона стаканов. Эти звуки были музыкой корабельного трюма. Сейчас их сменила звонкая тишина. Неолии даже казалось, что она слышит, как морские волны бьются о корабль.

Погода портилась, и небо затягивали темные тучи. Начинался дождь. Неолия увидела капитана, крепко сжимающего штурвал. Она подошла ближе и осторожно окликнула его, но мужчина не ответил. Девушка заглянула в лицо Эдвину и отпрянула. Глаза его были чернее туч, застилающих небо.

– Капитан… – Неолия потрепала его по плечу.

Эдвин продолжал смотреть вдаль и едва заметно шевелить губами. Девушка прислушалась.

– Как красиво. Как красиво, – шептал он.

Леди отошла от него и осмотрелась. На мостике стояла толпа мужчин. Неолия уняла дрожь в руках, крепче сжала светильник и направилась к ним. Со спины узнала Гектора и, моля богов о милосердии, заглянула в лицо мужа. Глаза его были темны, как и у капитана. На мгновение перед Неолией вновь возникла темница и страшный зверь, разорвавший на части Феликса. Она потрясла головой, и видение пропало. Это была другая тьма, не та, что поглощала его каждое полнолуние. Гектор что-то шептал.

– Как красиво, – услышала Неолия приблизившись.

Все мужчины замерли в том же странном трансе и все шептали. Лишь Вуфа и Дерека в толпе не было. Девушка попятилась назад, не понимая, что происходит.

– Нет, обман. Все обман, – чей-то шепот нарушал общий гул.

Неолия осмотрелась и увидела лорда Тихого Прибоя. Юноша лежал на палубе у правого борта, обхватив голову руками.

– Лорд Дерек, – Неолия подбежала к нему и увидела чистоту в глазах. – Что здесь происходит?

– Все обман, – шептал он. Внезапно глаза его заволокло черным туманом, юноша шумно заглотил воздух. – Как красиво, – протянул он. Затем очи лорда снова прояснились. – Нет, все обман, – выкрикнул юный правитель Тихого Предела.

– Дерек, что происходит? Что с вами? – леди Форейн трясла его за плечи, но лорд лишь сильнее сдавливал виски. – Во имя Нэфэса, куда мы плывем? – кричала Неолия.

– Вестник, – ответил Дерек. Его кристально чистый взгляд был устремлен в небо, но затем снова затуманился.

Леди Форейн подняла глаза и заметила среди туч Вестник Севера, самую яркую звезду на небе, указывающую дорогу путникам. Вестник сиял по правую руку, значит, они движутся на восток. Что на востоке? На сухопутных картах – ничего. Морские она не видела. Девушка рванула в каюту капитана.

Стол Эдвина был завален картами и исписанными кусками пергамента. Корабль покачивало в беспокойном море. Масляная лампа со звоном опустилась на гладкую поверхность столешницы. В мерцающем свете девушка судорожно перебирала бумаги. Письма, путеводные журналы, списки провизий. Вот и карты! Несколько подробных изображений моря. На каждом запечатлена отдельная его часть. Вот Тихий Предел – начальная точка их путешествия. А вот остров Лузеринг, куда держат путь. Неизвестно, когда корабль отклонился от курса.

Море на востоке было вполне безопасным, разве что одинокая безымянная скала возвышалась среди спокойных вод. Странно было даже представить, что в огромном море они могут наткнуться на это единственное препятствие. Но в последнее время происходило много необъяснимых вещей.

Леди Форейн поднялась на палубу и подошла к носу корабля. Все мужчины по-прежнему шептали о невероятной красоте. Девушка всмотрелась в темный пейзаж и в ужасе кинулась к капитану.

– Капитан, на нашем пути скала! – закричала она, но мужчина не реагировал.

Леди била его по щекам, но Эдвин все так же крепко сжимал штурвал и невидящим взглядом смотрел вдаль. Неолия заметила кинжал на поясе капитана и вытащила его.

– Простите, Эдвин, – прошептала девушка и ударила мужчину по голове рукояткой.

Капитан пошатнулся и грузным мешком упал на палубу. Леди Форейн аккуратно перешагнула через него и крепко ухватила штурвал. Резкий поворот руля развернул корабль, но скала была уже слишком близко. Правый борт стремительно приближался к преграде, возникшей на пути. В тот же миг до слуха Неолии донеслось тонкое пение. Слова были неразборчивы, но женские голоса переливались в завораживающую мелодию.

Неолия огляделась, пытаясь понять, откуда доносится звук, и обомлела. На скалах сидели странные существа. Девушка видела их раньше только в книжках со сказками. Их бледная кожа светилась в сумерках. Обольстительные тела утопали в морской пене, струящейся с волос. Пенный поток обволакивал прелести и стекал вниз, к щупальцам. Элодии. Даже в сказаниях эти существа встречались крайне редко. Они не появлялись на свет естественным путем. Считалось, что богиня дикой природы Драмира таким извращенным способом карала русалок, согрешивших с человеком и предавших свою истинную природу. Вместо лиц, у них были сгустки темноты, напоминающие воронки. Чернота стремилась вглубь, всасывая воздух вокруг и создавая чарующую песню. Элодии с наслаждением покачивались в такт мелодии. Крохотное судно ударилось о скалы и разлетелось в щепки. Неолия едва успела набрать воздух, прежде чем вода поглотила ее.

Вокруг было темно. Как тогда, в реке. В прошлый раз он успел ее спасти. Схватить за руку и вытащить на берег. В этот раз суша была далеко, да и вряд ли он сможет найти ее в непроглядно темной воде.

Тьма вокруг сомкнулась и невозможно было понять где верх, а где низ. Она не видела даже собственных рук. Леди не знала куда плыть. Легкие сдавливало. Воздух заканчивался. Сил больше не было. Она очень устала. Затем были губы. Холодные губы прильнули к ее рту и вдохнули жизнь.

Глава 6

– Расскажи мне еще раз, что именно произошло тогда? – малышка Аврора почти уснула и Лира решила, что это неплохая возможность узнать подробности ночного происшествия в Мертвой Пустоши.

– Меня позвала моя подруга, – ответила девочка сонным голосом.

– Подруга?

– Да, ее зовут Мати, и она часто улыбается, – едва слышно пробормотал ребенок, укутываясь в легкое одеяло.

– Доброй ночи, Аврора, – Лира погладила ребенка по голове и улыбнулась.

– Мати говорит, что Дункан не тронет маму. Его можно отпускать, – зевая сказала Аврора.

– Откуда Мати это знать? – спросила рыжая.

– Она многое знает.

– Может, она знает, когда вернется наша Главная Дочь?

– Завтра спрошу, Мати уже уснула. Она ведь знала, что Дункан не тронет маму, тогда, в пустыне. Может, и это знает. Доброй ночи, Лира.

– Доброй ночи, Аврора.

Город Матери спал. Лишь постовые присматривали за покоем его жителей. Аврора ничего не знала о Дункане. Мать заботливо берегла ее от взрослых разговоров и потрясений. Но у Лиры складывалось впечатление, что эта маленькая девочка понимает гораздо больше, чем может объяснить. Леди Грентсби приблизилась к шатру.

– Она уснула? – спросила Эвелина.

– Да, только что, – ответила Лира.

– Спасибо, что сменила меня.

– Матерям тоже порой нужен отдых.

– Знаешь, я ведь раньше никому ее не доверяла, – с улыбкой заметила Эвелина, – но ты так здорово нашла к ней подход.

– Аврора прекрасный ребенок. Доброй ночи, миледи, – девушка откланялась.

Стражники около палатки с пленником доложили, что лорд все еще отказывается от еды. Лира заглянула внутрь. Дункан спал сидя, веревки крепко удерживали его на столбе. Завтра должна вернуться Мелинда и состоится Совет. Там решится судьба буйного лорда.

Девушке совсем не хотелось спать. Встречи с малышкой Авророй напоминали ей собственное детство. Родителей Лира потеряла примерно в возрасте юной леди, которая сейчас мирно спала в палатке. Мертвая Пустошь сначала забрала отца девушки. Позже Богиня призвала к себе и мать. Та погибла в бою, как и положено Дочери Великой Матери. Девочка осталась одна. Тогда Мелинда взяла ее к себе.

Своих детей у воительницы не было, и Лира заменила главе города дочь. Но в ее обращении не было материнского тепла. Мелинда лишь чувствовала свою ответственность и требовала от девочки беспрекословного послушания. Стараясь угодить ей, Лира стала искусным воином, прилежно изучала древнюю магию.

Сейчас девушка ждала возвращения Главной Дочери. У нее накопилось слишком много вопросов. Лира хотела спросить позволения оставить Город Матери и отправиться за отрядом. Лунному лорду нужна была ее помощь.

Еще она хотела показать Мелинде Аврору, ведь девочка явно обладала некой скрытой силой. Малышка оказалась здесь не просто так. Лира видела в ней очень большой потенциал и Мелинда должна была что-то об этом знать.

Юной воительнице казалось, что приемная мать знает все. Та всегда принимала верные решения, ее вели мудрость и интуиция. Не зря она стояла во главе дочерей.

Статус главы города не передавался по наследству. Его можно было получить лишь путем честных выборов. Много лет назад за Мелинду единогласно проголосовали все жители Города Матери. С тех пор вопрос переизбрания не поднимался. Главная Дочь прекрасно справлялась с возложенными на нее обязанностями.

Помимо Главы, был Совет, на котором решались спорные вопросы. Его участником мог стать любой житель Города Матери, проживший в нем более десяти лет. Совет собирался раз в месяц для обсуждения текущих вопросов. Главная Дочь обладала полномочиями созвать внеочередное заседание. Любые изменения в законах должны были быть оправданы Советом и Главой города.

Лунный свет нежно разливался по бесконечной пустыне, окружающей Город Матери. Лира стояла посреди города и вспоминала, сколько раз им приходилось отстаивать эти земли. Эта территория была самой значимой во всем королевстве. Она находилась на Тропе Путников – единственной дороге, соединяющей земли людей с Диким Краем. Порой Лире казалось, что Богиня знала о предстоящей многовековой ссоре своих детей и нашла способ расставить их по углам, защитив друг от друга. Люди не подозревали о том, что за Мертвой Пустошью есть жизнь.

Но она была. За сухой пустыней раскинулись обитаемые земли, называемые Диким Краем. Место, где волшебные существа могли не бояться гнета людского. Случайные путники иногда захаживали в леса и поднимались в горы, но ни один непосвященный человек еще не пересекал Мертвую Пустошь.

В Дикий Край приходили те, кто искал новой жизни. Люди, связавшие себя с волшебным миром или волшебные существа, уставшие жить в страхе. Добраться туда можно было только одной дорогой – Тропой Путников. Остальные земли находились под властью Духов Пустоши. Все, кто пытался преодолеть пустыню обходными путями, пропадали навеки.

Город Матери стоял на Тропе Путников с незапамятных времен. Воительницы охраняли дорогу и придерживались нейтралитета. Их задачей было не пропускать шпионов и разный сброд. Главная Дочь одобряла каждого пришедшего. Люди, как правило, несли золото, ведь они ценили его больше всего. Казна Города Матери была до отказа набита монетами. Но чтобы обеспечить жителей провиантом, необходимо было собирать целый поход. Поэтому воительницы гораздо больше радовались зерну или вяленому мясу.

На Тропе Путников с восточной стороны появилось несколько всадников. Лира вместе с дозорными напряженно наблюдала приближение темных фигур. Когда силуэты стали различимы, сердце у Лиры приятно екнуло. Мелинда смогла вернуться раньше.

Впереди прочих шла темноволосая женщина на тонконогом поджаром жеребце. Длинный изогнутый клинок висел в ножнах на поясе, лук висел на спине. Угловатое лицо было покрыто дорожной пылью.

– Как вижу, твоя поездка завершилась хорошо, – поравнявшись с Лирой, обратилась к ней Мелинда.

– Да, нам многое нужно обсудить, – ответила рыжая.

– Надеюсь, это может подождать до завтра. У меня были тяжелые переговоры со скорпионами. Все вопросы можно обсудить на Совете, – Главная Дочь спешилась и отдала поводья подошедшей дозорной.

– О чем можно вести переговоры со скорпионами? – изумленно спросила Лира.

– Не могу и не хочу сейчас об этом говорить. Завтра состоится Совет и все обсудим, – Мелинда развернулась и пошла к шатрам.

Глава 7

Принц начал приходить в себя. Он часто открывал свои невероятно голубые глаза и смотрел в окно. Улыбался, когда с ним разговаривали, только сам пока не мог сказать ни слова. Лоренсе приходилось решать ряд государственных дел, принимать просящих и подписывать важные бумаги. Гиана действительно старалась вникать в суть вопросов, понимая возложенную на нее ответственность. Хотя все это и казалось ужасно скучным. Люди и так мало живут, зачем обременять свой короткий век таким количеством законов и правил? Королева изучала приказы, выпытывала у советников значение незнакомых слов и лишь вникнув во все нюансы, ставила свою подпись на документе.

Про Саламона все еще ничего не было слышно, но гиана решила пока об этом не волноваться. Она ждала, когда принц придет в себя и достаточно окрепнет. После этого его можно будет вывезти и спрятать. Опасения за жизнь мальчика – единственное, что еще держало гиану в людском замке. Жажда мести была чужда ее природе. Лишь свобода манила Лоренсу. Ей претили эти стены и потолки. Было тесно и нечем дышать. Дурацкие королевские платья и замысловатые прически казались смешными. Лоренса твердо решила, как только принц встанет на ноги, они уйдут. Тогда пусть сами разбираются со своими указами.

Она сидела у кровати Диккорда. Глаза мальчика с надеждой смотрели в небо, а вот на Лоренсу с подозрением. Она не знала, о чем разговаривать с принцем. И что гиана могла сказать? Что она выкинула его отца из окна, и его мозги забрызгали весь внутренний дворик? Или что его беременная сестра в бегах с мужем-оборотнем? Лоренса ненавидела себя за то, что ей приходилось делать по указу Саламона. Хорошо, что она тогда выпила из Озера Былого и не помнила своей сути, иначе бы просто сошла с ума. Королева молча гладила принца по голове.

Отряд подошел к подножью Вершины Векового Холода через три луны после начала путешествия. Сестры торопились, они не знали, сколько времени у них есть. Гианы шли в тишине, любуясь незнакомыми ранее местами. Порой им не нужно было разговаривать, сестры буквально слышали мысли друг друга.

Они расположились на ночлег у Вершины Векового Холода, решив оставить восхождение на завтра. Неподалеку была пещера, но лесные духи предпочитали звездное небо над головой, сырому камню. Покрытый снегом пик горы терялся в густых облаках.

– Лоренса, мы ведь неизвестно сколько будем добираться до пика? – робко заметила Валанес, гладя распустившийся цветок ургелы.

– Следовало все обдумать, прежде чем отправляться неведомо куда, – уколола ее старшая гиана. – Теперь остается только решать на месте. Об этом подумаем завтра. Нам нужно отдохнуть.

Сестры крепко уснули. Все кроме Лоренсы. С тех пор как их отряд углубился в хитросплетение горных троп, ее не покидало странное чувство. Похоже, за ними кто-то следил. Несколько раз гиана могла поклясться, что слышала неподалеку шорох сухих листьев и треск веток. Конечно, это могли быть просто звери, но предчувствие редко подводило Лоренсу. Она не чувствовала опасности от их преследователя. Угроза, исходившая от Вершины Векового Холода, затмевала все ощущения.

Гиана прилегла на траву и притворилась спящей. От ближайшего белокора медленно и осторожно отделилась тень. Сквозь полуоткрытые веки Лоренса смогла распознать ночного гостя. Это существо было ей известно. Одето оно было в изношенные до дыр лохмотья. Гость шел, озираясь по сторонам, боясь разбудить спящих сестер. Он подошел ближе к лагерю гиан и поднял с земли одну из дорожных сумок.

– Если тебе что-то нужно, мог бы просто попросить, – Лоренса поднялась с земли и расправила плечи.

Сестры начали открывать глаза. Ночной гость затравленно замер на месте и сжался.

– Вот урод, ужас какой! – закричала Валанес и сморщилась от отвращения. – Пошел вон отсюда, на тебя смотреть невозможно!

Существо едва слышно захныкало. Оно было похоже на человека, но выглядело уродливо. Кожа будто после пожара, уши скомканы, глаза несуразно выпучены.

– Я не узнаю тебя, сестра, – спокойно обратилась Лоренса к Валанес. – Это баггейн. Он часть мира, такая же, как ты и я. Такая же, как цветы, запах которых ты так любишь. Как солнце и луна, освещающие все вокруг. Друг мой, если ты голоден, мы можем накормить тебя.

Баггейн непонимающе рассматривал лица гиан.

– Но, Лоренса, он смердит как дохлый кентавр! – не унималась Валанес. – Его вид оскорбляет мой взор.

– А твое поведение оскорбляет наш род! – старшая гиана повысила голос. – Поразительно, как избирательна может быть твоя любовь к творениям мира, сестра.

Валанес молча скривила губы.

– Ты голоден? – повторила Лоренса, обращаясь к баггейну.

– Я… Простите, – хриплый голос ночного гостя дрожал. – Я видел у вас сушеные сливы из южных лесов. Здесь такие не растут. А я уже давно отсюда никуда не хожу.

– Они в моей сумке, – улыбнулась Лоренса и протянула сухофрукты баггейну.

Тот взял сливы и неумело улыбнулся, обнажив ряды гнилых клыков. Гианы зашептались.

– Сестры мои, – обратилась к ним Лоренса. – Я займу нашего гостя, вы можете спокойно отдыхать.

Старшая гиана подкинула несколько веток в догорающий костер и знаком пригласила баггейна присесть.

– Я Лоренса. А как тебя зовут? – спросила она.

– К сожалению, у меня нет имени, – ответило существо, опустив взгляд на сливы в своих несуразно больших руках.

– Ты ешь-ешь, не стесняйся. Как это так, нет имени?

– Имя нужно, чтобы окликнуть кого-то, обратиться или позвать. Когда живешь один, имя не нужно, – пожал плечами баггейн.

– Почему же ты живешь один? – спросила гиана, хотя уже знала ответ.

– Посмотри на меня, Лоренса.

– Я смотрю на тебя.

– Я уродлив и воняю, как полусгнившая корова. Кто захочет меня подозвать? Наверное, я последний из своего рода. Прочих перерезали. Может, и правильно сделали. Мы можем жить, только забирая жизнь у других. Это мерзко. Но разве одиночество и пустота в сердце не хуже? – баггейн уставился в пламя.

Лоренса не нашлась что ответить.

– Спасибо за гостеприимство. Я пойду, – гость встал.

– Ты знаешь эти места? – гиана хотела чем-то помочь ему.

– Да, я много лет здесь прячусь.

– Нам нужно на Вершину. Ты мог бы нас проводить?

– На Вершину Векового Холода? – баггейн нахмурил густые брови.

– Да, на самый пик.

– Не уверен, что смогу проводить до самой верхушки. Так далеко я не поднимался, но сделаю что смогу.

– Спасибо, – улыбнулась Лоренса. Она знала, их проводник понимал, что в его услугах не нуждаются, но очень рад был оказаться полезным.

– Спасибо тебе, – глаза баггейна светились от счастья. – А твои подруги не будут против?

– Сестер оставь мне.

Глава 8

Лира так и не смогла уснуть ночью. Слишком много переживаний вертелось в голове. С первыми лучами солнца она вышла из шатра и помогла в организации Совета. Многого не требовалось. Здание ратуши было единственным в Городе Матери, что можно было назвать строением. Стены его были свиты из прутьев и лишь сверху покрывались тканями. В особо жаркие дни на заседаниях Совета покрытие приподнимали, облегчая пребывание внутри.

На слушаниях могли присутствовать все желающие. Дочерей у Великой Матери было не так много, как хотелось бы лидерам поселения. Не более пятидесяти. Иногда кто-то приводил в город мужчин, но жизнь в пустыне или ее Духи, быстро изводили сильных мужей. Они уходили или погибали.

К полудню здание ратуши заполнили все дочери, кроме постовых. Большой круг в центре составляли Старшие. Их традиционно было семеро. Среди старших сидела Главная Дочь. Решения открыто обсуждались, каждый мог высказаться. Однако последнее слово было за Мелиндой.

В первых рядах жителей сидела Эвелина с дочерью на руках. Аврора играла с фигуркой лошадки и что-то бормотала себе под нос, а ее мать с восхищением рассматривала воинственных женщин вокруг. Лира стояла в углу.

– Светлого дня вам, дочери Великой Матери и гости нашего славного города, – начала Мелинда. Она выглядела уставшей. – Мы начнем с обсуждения текущих вопросов, в котором могут участвовать все желающие.

Белокурая женщина по правую руку от Главной Дочери взяла слово:

– На территории города находится лорд королевства людей. Его, вместе с супругой и дочерью, привела Лира по просьбе Маргариты – герцогини, с которой мы давно в дружеских отношениях. О лорде нам ничего не сообщали, но по дороге он вел себя недостойно, грубо обошелся со своей женщиной и сопротивлялся при задержании.

– Лира, что ты можешь сказать касательно этого мужчины? У нас не так много людей, чтобы еще и пленников держать, – обратилась Мелинда к рыжей.

– Лорд Дункан в порыве гнева напал на свою жену, однако, леди Эвелина попросила меня пощадить его, – рыжая медленно двигалась между стоящих женщин к центру ратуши. – Насколько мне известно, ее решение не переменилось.

– Эвелина – это должно быть вы, – Мелинда обратилась с леди Грентсби. – Рада приветствовать вас в Городе Матери. Простили ли вы супруга и можете быть уверены, что он не опасен для вас и других жителей города?

Эвелина на мгновение опустила глаза. Аврора умоляюще посмотрела на Лиру.

– Моему супругу пришлось многое пережить. Ему нужно какое-то время, чтобы прийти в себя, – начала женщина медленно. – Он никогда не был грубым или жестоким по отношению ко мне.

– Кхм… Хорошо, – кивнула Мелинда. – После окончания заседания, мужчина будет выпущен на волю. Если Лира готова взять полную ответственность за него.

Взгляды присутствующих обратились к рыжей. Лира молча кивнула.

– Прекрасно, – хлопнула в ладоши Главная Дочь. – Следующий вопрос о союзе со скорпионами.

В зале резко поднялся гул.

– Они убийцы! Они обманщики! – послышалось с разных сторон.

– Во имя Великой Матери дайте мне закончить! – повысила голос Мелинда. Голоса вокруг смолкли, и Главная Дочь продолжила:

– Лидер скорпионов предлагает заключить кратковременный союз. Им необходимо отвоевать у стаи мантикор, которые гнездятся на востоке, часть территории. Стая небольшая, однако потери скорпионов могут быть значительными. Они просят нашей помощи. Взамен предоставят нам сотню мешков круп и полсотни лошадей. Я слушаю вас, дочери Великой Матери.

– Им нельзя верить! – неожиданно громко выкрикнула Лира.

– Верно, их репутация вызывает много сомнений. Однако, наши склады почти опустели. Тропой Путников пользуются все реже. Если так пойдет дальше, мы просто умрем от голода, – не поведя бровью, ответила Мелинда. – Мы хорошие воины и если удастся, на таких союзах можно неплохо запастись припасами.

– Ты хочешь превратить Дочерей Великой Матери в наемников! – крикнул кто-то.

– Я хочу, чтобы Дочери Великой Матери остались живы! – голос Главной Дочери тоже сорвался на крик. Шепот и крики вмиг смолкли. В полной тишине она снова заговорила:

– Мне самой не нравится такая идея, но это обеспечит нам выживание. Я изучала складской архив. Нам не кажется, что мы голодаем. Так и есть. От года к году запасы провизии сокращаются, потому что меньше становится путников. Волшебный и людской миры все реже контактируют. Поймите, я первая брошусь в гущу боя, но не смогу справится одна. Мне нужна ваша помощь. Это важно для всех нас. Я прошу вашей поддержки, иначе мы просто вымрем. Какая польза будет от нас мертвых?

Жители города шепотом обсуждали слова Мелинды. Слово взяла сидевшая рядом с ней светловолосая женщина.

– Я также участвовала в переговорах со скорпионами. Места, о которых говорили эти кочующие варвары, мне знакомы. Их лидер уверяет, что хочет привести свое племя к новой жизни, хочет основать поселение на этой территории. Скалистая местность вокруг зеленого оазиса. Это рискованно, но я склонна поддержать Мелинду. Иного пути сейчас нет.

– Как насчет земледелия? Или охоты? Часть дочерей может удаляться и возвращаться с припасами, – предложила Лира.

– Нас и так слишком мало, – покачала головой Главная Дочь. – У кого еще есть вопросы или предложения? – ответом ей была тишина, и Мелинда продолжила: – В таком случае будем голосовать. Поверить не могу, что говорю это. Кто за союз со скорпионами?

Главная Дочь подняла руку, все члены Совета последовали ее примеру. Лира сжала губы. Она была против этой идеи, как и многие другие Дочери.

– Вопрос решен. Но мы возьмем только добровольцев. Я не вправе просить вас рисковать жизнью. Итак, есть ли еще что-то, что требует обсуждения на собрании? – сказала Мелинда, когда результат голосования был ясен.

– Да, – Лира выступила вперед. – Да, есть.

– Мы слушаем тебя, – сказала белокурая Дочь из Совета.

Рыжая подошла к Эвелине и протянула руку Авроре.

– Вы позволите? – спросила она у леди Грентсби.

– Лира, что происходит? – спросила женщина в ответ.

– Не беспокойтесь. Я просто хочу показать вашу дочь Совету.

Аврора схватила руку девушки и сама повела ее в центр Ратуши.

– Иви, – окликнула их вслед Эвелина, но встать с места не решилась.

Девочка вытащила Лиру на середину круга, уселась на песок и продолжила игру. Собравшиеся с интересом наблюдали за происходящим.

– Я…я хотела обратить внимание Совета на этого ребенка, – взгляды присутствующих были устремлены на них. Лира растерянно опустила глаза и замолчала.

– Тебе это удалось, мы все смотрим не отрывая глаз, как она возится с лошадкой. К чему все это, Лира? – голос Мелинды казался еще более усталым.

– Я думаю она Голос, – рыжая с вызовом посмотрела на Главную Дочь.

В ратуше стало тихо. Мелинда с интересом посмотрела на Аврору и спросила:

– Почему ты пришла к такому выводу?

– Я сразу почувствовала в ней сильный стержень. Она очень развита для своего возраста. И потом, было несколько случаев… Девочка рассказывала про голос, зовущий ее из Пустоши, и она оказала влияние на взрослого мужчину. Он подчинился ее словам… – голос Лиры становился все менее уверенным.

– Ты пользуешься особой благосклонностью Великой Матери. Сила Богини течет сквозь тебя свободным потоком. Лира, ты творишь чудеса, описанные в древних текстах. И тем не менее ты не Голос. Мы ждем его появления много столетий. Не стоит торопиться с подобными выводами, – белокурая женщина около Мелинды говорила спокойно и почти отстраненно. – Этот ребенок даже не был рожден под небом Великой Матери.

– Небо Великой Матери повсюду, – возразила рыжая.

– Она не одна из нас и не может быть Голосом, – отрезала Мелинда.

– Но нигде не сказано, что… – начала Лира.

– Я тоже думала, что нашла Голос, но ошиблась, – прошептала Главная Дочь и с упреком посмотрела на Лиру.

– Никто не виноват в твоей ошибке, – также тихо сказала та и отнесла Аврору матери.

Лира ловила на себе презрительные взгляды. После Совета к ней подошла Эвелина.

– Что все это значит? Что еще за голос? – резко спросила она.

– Мы верим, что однажды родится ребенок, способный говорить голосом нашей Матери. Ей будет доступна вся ее сила и мудрость. С ее приходом в королевство вернется вера в Великую Мать, – спокойно отвела рыжая.

– И ты думаешь, что это моя дочь? – леди скрестила руки.

– Вы поймете это. В своей время, – Лира развернулась, заканчивая разговор.

– Моя мать узнает об этом. Держись от нас подальше! – бросила ей вслед Эвелина.

– Ага…

Двое стражников охраняли палатку с лордом Грентсби. Лира обратилась к ним со словами:

– Можете быть свободны. По распоряжению Мелинды, он теперь сугубо моя головная боль.

Мужчина дремал, когда рыжая распахнула шторы палатки и вытащила нож из сапога.

– Проснись и пой, Дункан! Мы с тобой теперь дружить будем.

Лорд распахнул глаза и с опаской уставился на оружие в руках рыжей.

– Я бы давно тебя прирезала, но скажи спасибо своей жене. Ты все еще жив, только благодаря ей, – Лира разрезала путы у него за спиной. – Будешь ходить за мной как послушная собачонка. Веди себя хорошо. Малейшая промашка, и я тебя сначала серьезно покалечу, а после убью. Ты выиграл второй шанс, не профукай его, буйный лорд.

Мужчина с трудом встал на ноги. Лира вышла из палатки следом за ним. Неподалеку играли дети. Аврора сидела от них в стороне. Девочка что-то рисовала палкой на песке и громко смеялась.

Глава 9

Спаситель подхватил ее сзади и потащил на поверхность. Неолия не видела его лица. Что-то коснулось ног, и она опустила взгляд. В темной воде мерцал рыбий хвост. Ночной воздух ворвался в легкие. Вокруг плавали обломки корабля.

– Гектор, – прошептала леди, ища глазами мужа.

– Я не покажусь людям, тем более мужчинам, – раздался нежный голос над ухом. – Задержи дыхание и расслабься.

Едва девушка успела набрать воздуха, как снова погрузилась в воду. Ее тащили все глубже и глубже под воду. Уши заложило. Из глубин сознания поднимался страх. Но голос спасительницы был очень знаком, будто Неолия знала его всю жизнь.

Они опускались на самое дно. Вокруг было темно. Холодные и теплые потоки сменяли друг друга. Воздух в легких уже заканчивался, когда они нырнули под каменные своды морской пещеры и оказались в огромном гроте. Неолия жадно вдохнула сырой прохладный воздух и осмотрелась. Стайки серебристых рыбок светились в воде как светлячки, отчего море озарялось мягким волшебным светом. На краях грота сидели русалки и бездумно шлепали по воде хвостами. Длинные волосы спадали на отливающие мраморной белизной груди, рыбьи хвосты мерцали в полутьме. Морские девы с любопытством смотрели на неожиданную гостью.

– Ты так выросла, – услышала леди голос спасительницы и обернулась.

Неолия замерла, едва не позабыв шевелить ногами, чтобы удержаться на поверхности.

– Мама, – выдохнула она.

Елизавета Серемон улыбнулась дочери.

– Идем сюда, – русалка подплыла к краю грота и помогла дочери подняться.

Они сели рядом и обнялись. Неолия плакала.

– Я думала, что ты умерла, – не отпуская мать, сказала она.

– Почти… Дай взглянуть на тебя, – леди Серемон убрала волосы с лица дочери. – Ну вот, еще больше стала похожа на отца.

– Мама, что произошло? – прервала ее Неолия.

– Меня утащили они, – Елизавета указала на русалок.

– И ты вот так спокойно проводишь с ними теперь время?

– Они не отличаются сообразительностью. Только и знают, что собирать блестящие побрякушки, да ракушки обсасывать, – русалки мирно болтали хвостами в воде. – Им дали приказ утопить меня. Но русалки сочли, что я слишком красива и пожалели. Сделали одной из них. Все это время их пощада казалась мне больше проклятием, чем благодатью. До тех пор, пока меня не потянуло к той скале, – голос Елизаветы стал тише. – Даже не знаю почему, но мне просто захотелось сегодня поплавать близ Пика Сирен и вот… Я нашла тебя, – женщина погладила дочь по щеке.

– Как тебя вернуть? Должен быть способ!

– Мне он неведом. Морские существа не очень разговорчивы… Лучше расскажи, как дела дома. Прошло столько лет. Как мой муж? А мой маленький сын? Как у тебя дела? Ты стала настоящей леди.

– Дома все хорошо. Я вышла замуж за лорда Последнего Предела, мы счастливы и правим Югом. Ждем ребенка, – Неолия говорила медленно, старательно подбирая слова и не отводя взгляда от матери. – Дикки взрослый не по годам и учится у отца искусству управления государством. Ну а твой супруг безутешен в своей утрате. Он по-прежнему горюет и часто посещает твою гробницу.

Елизавета крепко обняла дочь, по щекам которой вновь побежали слезы. Неолия уже не знала отчего плачет, то ли от радости встречи с матерью, то ли от стыда за свою ложь. Но рассказать правду о смерти мужа и болезни сына она просто не смогла.

– Как я рада за тебя! Если замерзнешь, здесь есть теплое течение, с краю грота. А можешь остаться. Я узнаю, как тебе тоже стать русалкой. В море очень красиво, – мать взяла леди за руки и сильно сжала.

Одна из русалок нырнула в воду, окатив их холодной водой. Та, что осталась сидеть на камнях, громко засмеялась.

– Мама, мне нужно на поверхность. Я хочу родить ребенка, а не метать икру, – Неолия освободила руки.

– Так скоро. Останься со мной ненадолго, – Елизавета умоляюще посмотрела на дочь.

– Я беременна, мама, и, мне думается, что длительное пребывание в воде не пойдет на пользу. Я приду за тобой, найду способ тебя вернуть.

– Не знаю, можно ли вернуть меня на сушу, но очень хотелось бы увидеть внуков, – мать поцеловала дочь в щеку. – Знаю, что ты прекрасно плаваешь, но тем не менее провожу тебя к берегу.

Неолия преодолела расстояние от грота без посторонней помощи. Светало.

– Далеко отсюда до Пика Сирен? – спросила она поднявшуюся на поверхность мать.

– Не очень, но я туда не поплыву.

– Но почему? Мама, на корабле был мой муж.

– Мы не показываемся людям. Я много нового узнала о них, пока жила под водой.

– Можешь не плыть со мной, просто объясни, как туда добраться.

– Ты готова рисковать собой ради него? – подняла брови русалка.

– Он бы рискнул, – уверенно ответила леди Форейн.

– Хорошо, но только я буду держаться в стороне. Такие здесь правила. До сих пор не понимаю, почему элодии так открыто атаковали ваш корабль.

– А почему они вообще нападают на мореплавателей?

– Развлекаются. Сильные мужи испытывают возбуждение от их пения и просто не могут трезво мыслить. Они будто ощущают себя в женщине в самый пик наслаждения. Сопротивляться может только тот, кто не познал женской любви. Поэтому на нас их чары не действуют.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.