Вячеслав Дорошин
Наговорившись с тишиной… Избранное. Книга первая

© Дорошин В.В., 2022

© Наш мир, 2022

По чьей-то воле…

В ненастный вечер. У окна…

Она прекрасна в этой грусти –
такой нечаянно святой…

Ах, мне познать её покой,
познать бы…
Но она не впустит…

Я лишь вспугну.

За тишиной
таится бесподобный мир –
счастливый, странный, молчаливый…

Её глаза…
Неуловимо во взгляде что-то…
что влечёт
к самой душе…
свеченью…
миру…

О, как она сейчас красива!
И мир красив вокруг неё…

…ужавшийся на островке
той осени, что отживает
неизлечимыми дождями…

А капли стынут на стекле…

К зиме…
Всё близится к зиме:
стремленья, мысли, блики, сути…
терзаний вечных суета…

И лишь запомнится она –
наипрекраснейшая в грусти…
В ненастный вечер.
У окна.

/7.XI.2012 г./

Приходящая…

Приходящая ты…
Уходящая…
Как назвать, тебя, робко светящую?

Зацелована ветром
и…
осенью.
Веришь в небо – высокое, с просинью.
Закрываешь глаза от бессилия.
А глаза-то…
бездонно красивые!

Пальцы тонкие.
Вовсе не ломкие.
Привязали
как будто верёвками
к этой нежности да незавещанной.

Слишком горько любить эту женщину.

Слишком сладко быть с ней – зачарованным.
Уготована ночь.
Да не поровну
разделить нашу жизнь по росиночкам…
Уходить ведь своею тропиночкой
в непорочное утро туманное…

Ты прости, что я пью тебя, славная…
Да глоточки мои не размерены.
По доверию всё,
по доверию.
Да по жажде, что не утоляема…

Замечаю, как ты вся измаяна…

Провожаю до двери-калиточки.
Ни слезиночки нет.
Ни слезиночки.

Лишь глаза твои – синие-синие…
Да тропинка, покрытая инеем…

/22.XII.2012 г. /

По чьей-то воле

«Всё, всё происходит
В мире не так,
По чьей-то, неведомой нам, воле…»

/И. Тальков «Ты опоздала»/

Наверное, так просто написать
в твою до слёз доверчивую осень…

Запомнилось, как смотришь в небеса.
Задумчиво.
И откровенно
очень.
Запомнилось, как жмёшься ты к груди,
а я твоих волос вдыхаю запах.
И слов мне от волненья не найти…

Но ты же понимаешь всё.
Ведь правда?

Хорошая моя…
Ненастен день.
Из солнечных лучей, увы, не соткан.
Мне теплоты хватило бы твоей –
звучащей в тишине заветной ноткой…
Хватило бы молчания вдвоём
и пальцев чуть озябнувших сплетенья…
и тихого: «мы всё переживём…».

Ах, сколько же… той чистоты осенней!
в нас было…

…Также вертится земля.
И осень год от года только краше –
доверчивая, прежняя…
твоя…
не ставшая [по чьей-то воле] нашей…

Я не пишу.

/17.I.2013 г./

Два поворота ключа

Два поворота ключа.
И – захлестнувшая нежность.
То, что уже не сдержать,
то, что сильней наших «нет».

Сладкий духов аромат.
Сброшена на пол одежда.
И не затмит красоту даже погашенный свет.

Ты…
Многозвучье Тебя…

Времени неудержимость.
Сразу и не ощутишь неумолимость часов.

После…
Сто тысяч ночей, где ты мне даже не снилась.
И послевкусье тебя – с чьим-то на чашах весов…

Если я даже забыл, стены впитали твой запах.
Все отраженья твои память зеркал забрала.
Я беспристрастен уже…
Знаешь, а это ведь правда.
Хочется даже порой выбросить те зеркала.

…Два поворота ключа.
Дом принимает, как прежде.
Я для него всё, что есть,
даже когда сгоряча
хлопаю дверью, бегу от одиночества спешно…
Но возвращают домой
два поворота ключа…

Веришь? А я и не жду.
Сладостью самообмана
можно себя убедить, разубедившись во всём.

Два поворота ключа.
Сброшена на пол усталость.
Дальше что?

Здравствуй, Тоска,
мой захватившая дом…

/28.II.2013 г./

Девочка Боль

Девочка Боль, помани к себе нежно.
Сладкая…
ты же бываешь такой.

Падаю в мир, что по-прежнему снежный.
И прикасаюсь к тебе, несвятой.

Девочка Боль, я не узнан, но принят.
Медленно-медленно тает твой яд.

Привкусом,
запахом,
соком полыни
ты оживаешь, впуская меня.

Нет, в нас – не кровь.
Безрассудство по венам.

Девочка Боль, я немел от потерь.

Лучше уж так – откровенно и смело,
нежели лбом да в закрытую дверь
не достучаться, весь свет проклиная…
Не отпустить от себя память нег…

Там, за порогом притихшего рая
снова на землю спускается снег…

Сладкая…
Я и не думал, как просто
можно тобою заласканным стать.

Горькая…
Всё-таки время смеётся…

…и не даёт
по чуть-чуть
отвыкать…

/10.XII.2012 г./

Папа и мама не любят друг друга

Папа и мама не любят друг друга…
Детское сердце вдруг сжалось в комочек.

Вроде бы дома тепло и уютно,
только душа согреваться не хочет.

Вроде бы вместе, да что-то неладно.
Взгляды…
Они выдают ненароком.
Даже без слов всё предельно понятно,
но ничего не изменишь упрёком.

Тихая ненависть бродит средь комнат.
Даже ночами дыхание – рядом.
Всё здесь живёт по её лишь законам,
всё лишь её здесь пропитано ядом.
Папа и мама не любят друг друга.
А ведь когда-то светились от счастья…

Осень.
И в доме – ненастное утро.
Завтрак невкусен.

– Так, всё, собирайся! –
мама торопит /опять недовольна/.
Папа весь мрачный /мрачней не найдёте/.
Манная каша влетает в «помойку».
– Больше не буду готовить – не жрёте!

Если бы,
если б всё в миг изменилось!
Крепко зажмурить глаза и представить:
папа и мама сдаются на милость
радости, что вооот такаааая большая!

Солнечным днём /не в промозглую слякоть/
с ними идти и держать их за ручки.
Больше не мучиться, больше не плакать,
не натыкаться на взгляды-колючки…

Что-то должно измениться…
/наверно/.
Всё же наивно ребёнка сердечко.

Любит он вас – тех, с которыми скверно.
Даже ТАКИХ любит он

бесконечно…

/16, 20-21.IX.2013 г./

Сегодня ночью…

Войдёшь в мой дом и не закроешь дверь.
Вслед за тобой ворвётся запах мокрых листьев.

Дыханье осени под стать душе моей –
не обнадёживает, холодит лишь мысли.

Войдёшь ты в дом, насмешливо взглянув
на странный быт моей заброшенной квартиры.

Привык лелеять здесь я только тишину,
забытый напрочь вдохновенной сладкой лирой.

Войдёшь…

А знаешь, я ведь ждал тебя,
предчувствуя – всё именно так будет:
под монотонный хлюп осипшего дождя,
в какое-то из мрачных полнолуний.

Мне вымолить ещё бы день один…
Но понимаю, что он прожит будет также.

Есть Одиночество – мой бог, мой господин.
Есть я – в его безвременье попавший.

Коснёшься ледяной рукой своей.
В глазницах – пустота, но ты – красива…

Развеются листки календарей:
где лето? где весна?
Всё мчится мимо…

Лишь осень – эта гиблая пора
пред снежным, мир объявшим, избавленьем,
со мной ещё побудет до утра,
до самого
последнего
мгновенья.

И буду долго-долго я смотреть,
как растворяешься ты в утреннем тумане…

Сегодня ночью приходила Смерть –
убила осень.

Снег под утро выпал
ранний…

/30.IX.2013 г./

А будет ли лето?

Он обнимет тебя.
Он согреет тебя.
Он излечит от зимних недугов.
Обжигающий свет.
Исцеляющий свет.
Он, наверное, мог бы стать другом.

Ты касайся его.
Ты влюбляйся в него.
Ты тянись к нему всею душою.
Ослепляющий свет.
Нереальнейший свет.

Чуешь?
Это запахло весною.
После долгой зимы,
очень долгой зимы,
что ещё до конца не изжита,
ты поверь в этот свет,
ты прими этот свет –
он святой,
он почти как молитва…

Тянешь тонкие ручки,
а слёзы бегут –
то ль от боли они,
то ль от света…

Врач сказал как-то сухо:
– Дождёмся весну…
И подумал:
«А будет ли лето?..»

/10.III.2013 г./

Женщина с прошлым

Не первоцвет. Но и не вянущая роза.
Уже вкусившая все «прелести» любви…

У этой женщины так много было в прошлом.
Хотя всё главное – пожалуй, впереди…

Взгляд не уставший – он немного стал мудрее.
Слегка угас, но не сказать, что потускнел.
Не всё так гладко у неё, на самом деле…
А кто сказал, что грусть – её земной удел?

Она умеет быть приветливой, негордой.
Она умеет улыбаться и шутить.

Желает нравиться, отслеживает моды…
Да, обжигалась! Но не может не любить.

Принять её – такой, как есть, не каждый сможет.
Случайным ласкам не доверится легко.
Ведь не какая-то там женщина, а «с прошлым».
И это прошлое ей многое дало…

Не первый снег – давно сменились снегопады,
что укрывали от немыслимых обид.
Зима в душе – да разве ж ей такое надо?
Ведь сердце бьётся, даже если и болит…

На сто разлук одна единственная Встреча –
одна, способная всё в жизни изменить.
Не время лечит, а другое что-то лечит…
Вдох полной грудью – то, что даст ей дальше жить…

У этой женщины так много было в прошлом.
Хотя всё главное – конечно, впереди…

Понять её кому-то будет слишком сложно.
Но Кто-то встретится на жизненном пути…

Тот, Самый Главный, – кто и примет,
и простит…

По крайней мере, за былое не осудит.
Расчёт ли в том, – кто с кем, когда и для чего?
Осталось прошлое, оно – как книга судеб:
Святое что-то и… что колет под ребро…
Так было, есть и так всегда на свете будет.
И пусть однажды… просто станет ей… легко.

/26, 28.I.2014 г./

После развода

Её не заманишь простуженной лаской,
сочувственной скорбью и прочим «ля-ля».

Есть те, кто намного её в жизни счастлив.
И нет – тех, кого поглотила земля…

…Когда в её доме случается праздник,
приходят друзья и, конечно же… Он.
Счастливчик, что выжил в тот день смертной казни.
Клеймо: соглашенье обеих сторон.

«Остаться друзьями», стряхнув боль и слёзы,
как пепел.
Окурками – прошлые дни…
Приклеенный лоск на лице слишком розов.

– Ну, что ж… раз пришёл, не вопрос, – проходи…

…Чудеснейший вечер, стихи под гитару.
Друзья и подруги – как с ними легко!
Счастливые люди, семейные пары…

Её же семью обезглавил раскол…

И он перед нею – вот что притащился?
Не зря говорят: «уходя – уходи».
Есть сотни предлогов: вспылил, извинился…
Но после развода – какое «прости»?

– А жаль, что, ребятки, вы всё же расстались, –
любимою темой вновь кто-то вздохнёт.
Она промолчит, грусть утопит в бокале.
А он ухмыльнётся. И снова нальёт…
У них есть ребёнок – такая девчушка!
Единственной радостью полнится дом.

– Иди-ка, ложись, – поцелует в макушку. –
Уже слишком поздно…

А он же, а он
дождётся опять той удобной минуты,
когда ночь разгонит гостей по домам.

– И ты собирайся…
– А может, я… утром…

И – «преданный» взгляд. А когда предавал –
уже и не помнишь?

– Нет, я не оставлю…
И руки свои от меня убери!

– Я понял…

Уходит.
Как будто в печали.

«Другой стрёмной дуре на жалость дави…».

Закроется дверь.
Ни шагов, ни ухмылки.
Безжалостно всё эта ночь растворит.
К холодной стене прислонится затылком…

– Мам, снова ты плачешь?
– Нет, доченька… спи…

/2.II.2014 г./

Пуговка

– девичье, глупое –

Расстёгивал по пуговке,
а вот одну – сорвал.
В доверчивые губоньки
так страстно целовал.
Податливые ноженьки
умело разводил…

«Ах, что же это, что ж это?
Неужто полюбил?».

…И закатилась пуговка
куда-то под кровать.
«Не буду же, – подумала, –
её я поднимать…».

…А ночь хмельная, пряная
под утро и прошла…

Любовь же окаянная –
ему я не нужна!

Ушёл к другой девчоночке –
с ней также поиграть.

Ах, платьица, юбчоночки –
вас так легко снимать!

Но вспомнилась та пуговка,
и загрустилось вдруг.
Она тогда как будто бы
вела мою судьбу.

Сорвавшись в ночку тёмную
сказать хотела мне:
«Не верь ему, влюблённому, –
обманет на заре!»

Найду ту горемычную,
на кофточку пришью.
Недоброе и лишнее
от сердца отлучу.

Отныне буду чувствовать –
примета есть одна:
коль не сорвётся пуговка,
то милому нужна!

/28.VI.2015 г./

Ведьмовское. Вариация на тему

Стихи твои – яд.
Слова твои – скорбь.
Калиной горчат
да сорной травой.
Испить бы тебя –
да стылая муть.
А звёзды горят
в ночи –
не уснуть.
Судачит молва
/ах, злы языки/,
что сводишь с ума
у гиблой реки.
Отважится кто
и – камнем падёт.
И даже весной –
не сердце, а лёд.
Трава-лебеда
да маком печаль…
Утихнет сова.
Светла к утру даль.
За синей горой,
за чёрным ручьём
увижусь с тобой,
возьму за плечо…

Ах, мне бы в тот сон,
ах, мне бы в ту явь!
К лицу бы лицом –
всласть губы подставь.
Испить бы тебя
по капельке всю.
Пусть горечь, пусть яд –
в погибель мою.

Судачит молва,
трещат языки:
«Так ведьма она!
сердца рвёт в клочки…»

– Да кто вам сказал?!
Утихните все!
Такие глаза!
Какой же в них свет!

Прогнал от ворот,
укрыл ото всех…
Целует мой рот
рубцы на спине.
Два алых рубца –
заживших почти.
Да кем же была
ты раньше?

– Молчи!
Никто никогда
не должен то знать…
Пусть кличет толпа –
тому и бывать.
Стихи мои – яд,
слова мои – скорбь.
Но не для тебя
исполнится боль…

…Растаявший сон,
немая печаль.
Утихнувший стон.
И ты…
у плеча…

/5.I.2014 г. /

На Рождество. Анти-праздничное

Всё валится из рук с утра,
день обещает быть «чудесным».
Подружки примут на «ура»
/да подавитесь «доброй» вестью!/.
Все пальцы кофе обожгло
/ах, недотёпа-неумеха!/
И мази нет – ну, как назло.
Сегодня – точно не до смеха…

В троллейбусе народа – тьма
/зажали будто бы тисками/…

…Хреновая стоит зима –
как будто черти подгадали.
На Рождество +2…+3
по Цельсию.
И фиг вам – снега!
А слёзы душат изнутри.
В реальность – будто бы с разбега.

Как больно бьёт судьба подчас
Её, привыкшую быть сильной.
Но только лишь бы не сейчас,
не в эту тягостную зиму…
да в праздники, когда душе
вот-вот бы счастьем насладиться…

…Не хватит сотни ворожей –
всему нагаданному сбыться.

Любимый праздник отшумит,
подружки дощебечут сплетни.
И снова делать бодрый вид,
изображая «всех прелестней»?

А вечерами – в дом пустой,
где отрешённы даже стены…

ОН от Неё ушёл к другой –
от «дуры»…
безнадёжно верной…

/8.I.2014 г./

В несказанных словах

В несказанных словах – все правды и неправды,
бессилие страстей и опреснённость слёз…
Несказанность тех слов отложена на завтра.
А завтра… день другой, в котором их не ждёшь.

В несказанных словах живёт их очевидность,
что нас не допекла, казалось бы, ещё…
Несказанностью я пресёк твои обиды –
те новые, каким не продолжать бы счёт…

К несказанным словам порою больше веры –
они ведь то «чуть-чуть», что можно оправдать.
Я не договорил.
Но я закончил первым.
Не правда ли, сейчас свершилась благодать?

К несказанности слов хочу добавить время –
оно расставит все акценты по местам.
Однажды ты поймёшь, а я принять сумею:
в несказанных словах нет примиренья нам.

Прощаясь, ухожу – слова мои со мною.
Как хочешь, так трактуй…
А лучше – всё забудь.

Есть смысл не причинять паскудно лишней боли…
…и шанс – не пожалеть
о том когда-нибудь.

/6.IV.2014 г./

Не маясь

Какая же странная эта пора –
не осень, а дышится вновь листопадом…

Нет, я не спрошу, с кем была до утра.
Достаточно просто того, что ты рядом.
Достаточно взгляда, касания рук…
А запах волос твой вдыхал бы я вечно…

И даже не важно, кто он – новый друг…
Мне больше не хочется боли сердечной…

Душа не кричит… /или я вдруг оглох?/
Запоем не лечат сердечные раны.
Теперь «умиляюсь»: я больше не бог…
и даже с тобой мы уже не на равных…

Смиряются все. Чем я лучше других?

…А запах твой так же волнует, как раньше.

Не осень.
А город весь будто затих
в осеннем покое – вне суетной фальши…

Ты вскоре уйдёшь.
Мы с тобой во вчера
навеки такими, как были, остались…

И всё-таки странная это пора –
май-месяц, а я отпускаю…
Не маясь…

/19.IV.2014 г. /

Темнее ночь перед рассветом

«Темнее всего перед рассветом» /Б. Дизраэли/

Употребляется как формула утешения в тяжкий момент испытаний.

Темнее ночь перед рассветом,
когда уставшие глаза
не видят ни земли, ни неба…
А до утра – не полчаса.

И звёзды вроде также светят,
а может, даже ярче…
Но
на этом отрешённом свете,
как и на том – темно…

ТЕМНО.

Взор наполняется слезами,
и тяжелее на душе…

Всё, что случается не с нами,
мы пережили бы уже,
благополучно позабыли:
и свет – не свет, и тьма – не тьма.

Происходящее с другими –
всего лишь пища для ума.

А боль же – МНЕ, а не кому-то.
И ожидание, и плач…

– Лишь остаётся верить в чудо, –
вновь разведёт руками врач.

– А сам-то веришь ли ты в это,
что без конца другим твердишь?

– Темнее ночь перед рассветом…

– …и коридоров глубже тишь…

Махнув рукой и без нотаций,
списав на нервный всё симптом,
уходит…
Мне же оставаться
в том мире, где пока
ТЕМНО…

/9.IV.2014 г. /

Родного там нет

Не бывает родного там, где его нет.
И не те снова – мысли, слова…

Ни в моей, ни в твоей и ни в чьей-то вине,
что чужой человек предавал.

Это блажь, что нас любят, желают понять
те, кому мы отдать рады всё.

Не согревшись душой, обмануться опять…

Отгорит, порастёт всё быльём…

Слушай ночь.
И отмеривай, как стонет дождь,
разбиваясь на сотни частиц.
Это бьются обиды,
сомнения,
ложь…
Не твоя, а зеркальная жизнь!

Отпускай,
отрекайся,
нещадно гони,
задыхаясь от боли и слёз.
С горя локти кусай, но назад не зови –
не воспримет ЧУЖАЯ всерьёз…

…Помни только одно:
каждый новый рассвет
отдаляет ту страшную тьму,
когда стало понятно:
родного там нет,
да и места
тебе
самому…

/8.IX.2014 г./

Не твой маршрут

Попробуй сесть хоть раз не в свой маршрут
на первой же приметной остановке,
где в суете тебя не узнают
и дела никому нет до одёвки.
Ты пристальный не встретишь чей-то взгляд –
никто тут никого не замечает.
И также никому не будешь рад,
смотря в окно и попросту скучая.
Здесь будут те, с кем в жизни никогда
и ни за что бы ты не повстречался.
Маршрут не твой.
И не твоя судьба.
И ждут тебя не там, где оказался.

Как будто в неизвестность заглянул,
того, что не случилось бы, коснулся.
От перебора незнакомых струн
душой вздохнул,
а может, встрепенулся…
Причудливая, странная игра –
увидеть то, чего не ожидал ты.
Не тронута никем твоя струна:
кто ты? зачем? откуда? – не понятно.

Мальчишество…
А может быть, – тоска.
Желание сбежать за повседневность,
туда, где жизнь беспечна и легка…
и те, кто не мотает снова нервы…

Сажусь не в свой, а чей-нибудь маршрут.
И еду не в свою, а чью-то сторону.

Вновь обманусь на сколько-то минут…
Пока обратно не потянет.
К дому.

/16.VIII.2014 г./

Я буду играть для Тебя

Я буду играть для Тебя…

Мне хочется, чтобы ты знала:
все эти слова не нужны…
все лишние эти слова…
Пусть музыка в нас говорит…
За нас…
В этом сумраке зала,
где будто бы вечность назад я робко тебя целовал…

Я буду играть для Тебя…
Послушные клавиши тонут,
подушечки пальцев дрожат.
Волнение истинных нот…
И я бы не смог
здесь
сейчас
тебя удивлять по-другому,
с твоей воспарившей душой достигнув желанных высот…

Я буду играть для Тебя – среди этих пьющих и жрущих,
которым по кайфу музон под весь их поддатый галдёж…

А я же хмельной не с того…
Твой взгляд – бесконечно зовущий…

И я закрываю глаза…
А ты ко мне молча идёшь…

И вдруг все поймут, для кого рождалось заветное чудо.
И, может, склонится весь мир у ног твоих,
пусть и на миг.

Я буду играть для Тебя.
Твоею мелодией буду.

Слова не нужны.
Мы сейчас
вполне обойдёмся
без них.

/1.VI.2014 г./

Город всё знал

Город не ждал.
Я почувствовал сразу
/взгляд его улиц, усмешка огней/
то, что он вслух никогда и не скажет,
но что желал бы сказать только мне…

Город молчал, нагнетая враждебность
мелким дождём с перепадами в снег…

Я понимал, этот путь неизбежен.
Выехать в осень. Прибыть в декабре…

Что-то не так в этом городе.
Словно
он предрекал не печаль, а беду.

Мне бы сейчас быть как он – хладнокровным.
Но не в ладу я с собой.
Не в ладу.

Город всё знал.
Даже то, что в итоге
с нами случится – с тобой и со мной.
Я буду гнать вновь по скользкой дороге.
Встречка. Слепящие фары…
Отбой.
Ты ничего обо мне знать не будешь…

…Ночью – под окнами.
Снег по стеклу.

«Если уж дёрнуло, может, разбудишь?», –
внутренний голос дерзнул.

– Не могу!
Окна чужие. И ты там – чужая.
Может быть, с кем-то – таким же чужим.

Всё, не хочу!
По газам. Уезжаю.
Точно – как «дёрнуло»…
Блажь, миражи…

Город гнал прочь.

Мерзко, суетно, тяжко…
Что же, душа, ты изнылась опять?

Там, за спиной, день растаял вчерашний…
Новый же день – мне уже не начать.

Город всё знал…

/28, 29.XI.2014 г./

Безгрешно

Это безгрешно,
как ветра касанье –
просто дотронуться мыслями нежно
до твоих робких и тёплых признаний –
ими ты дышишь…
жива…
неизбежна…

Это безгрешно –
ловить сердцем трепет
за много-много шальных километров…
знать, что душа откровениям внемлет
и обнажает мою незаметно…

Это безгрешно –
дружить, не стараясь
переплести две судьбы воедино,
не предавая и не разрываясь
меж теми, кем мы по жизни любимы…

Это безгрешно –
на уровне вздоха
вдруг ощутить, что ты также вздохнула…
плакать безмолвно, когда тебе плохо,
не засыпать, если вновь не уснула…

Это безгрешно –
стихами живыми
перекликаться, весной наполняясь…
просто шепнуть в тишине твоё имя
ласково…
будто немного стесняясь…

Это безгрешно –
когда есть границы,
что преступить нам нельзя и на время…

Если же большее – лучше проститься.
Ведь, как и ты, я предать не посмею.

/22.XII.2014 г./

Дай ей пожить…

Дай ей пожить счастливо…

Не изводи звонками,
не обижай словами.
Ночью хмельной не рвись
в мир, что теперь красивый
после того, как стали,
с ней вы чужими стали…

Новым отсчётом – жизнь.
Дай ей побыть счастливой,
прежней не ведать боли.

Время залечит раны –
те, что душе нанёс.

Ты был её мужчиной,
всё в твоей было воле.
Только с тобой узнала
что она, кроме слёз?

Дай ей побыть счастливой,
нервы не рвать напрасно,
перечеркнуть все страхи,
веря в свой светлый день…

Больше не бьёшь – спасибо.
Больше не пьян – прекрасно.

Будто спустилась с плахи
в солнечный мир лучей.

Станет теперь любимой
кем-то другим – достойным.

Это тебе казалось:
вечным твой будет рай.

Дай ей пожить счастливо –
просто, легко, спокойно.

И не дави на жалость,
как ты умеешь…
ТВАРЬ…

/12.XII.2014 г. /

Ворожба

То ли ночь колдовская меня усмирила,
то ли ласка твоя, от которой хмельной…

«Полнолунье придаст ведьме бо́льшую силу.
Позабудешь и в мыслях жалеть о другой», –
говорила одна мне из сельских ведуний,
зная, что прикипел к тебе сердцем чумным.
«Бойся, парень, её в череде полнолуний.
Ну, а лучше молись всем на свете святым!
Чёрный глаз у неё – как бездоннейший омут.
Вижу, сохнешь по ней. Ворожба это всё.
На болоте, где черти поганые стонут,
схоронила от всех она сердце твоё…».

Что ни слово, то в дрожь – нагнетает старуха.
Или просто завидует счастью других?
Невдомёк ей, что нам не прожить друг без друга,
что любовь в нас кипит каждый истинный миг…

«Ворожба это всё – на свечах и на кро́ви.
Что душой завладела, тут ясно и так.
Приворотом чадит, а не пахнет любовью.
Подскажу, научу, а то сгинешь, дурак…».

Пусть дурак я. Но лучшей судьбы мне не надо.
И объятий твоих я не знал горячей.
А старуху послал… до ближайшего ада –
в то болото, где водится уйма чертей…

– Ты не верь никому. Слушай сердце, любимый, –
говорила ты после, порою ночной.

Чувство – будто всего аж до капли испила.
Иль тому полнолуние, скажут, виной?
…что тебе придаёт несказа́нную силу,
а меня же, напротив, лишает её…
Этой ночью хмельной упоённо любила…
Разве можно сказать: «ворожба это всё…»?

/3.I.2015 г. /

Ночное колдовское

О, ночи тёмной отрешенье,
мне не томи так жадно грудь!

Что при свече, в огне блаженном
я нагадала?
Стынет жуть.

Не он пришёл, явилось Нечто.
И жалок ныне мой покой.

Предстать же в платье подвенечном
мне грезилось ещё весной
пред ним – во снах, что слаще яви,
чтоб он поверил, он узнал…
И мой причудливый румянец
его бы в миг околдовал.

Мечталось быть мне мягче воска
и только лишь в его руках…

Но кем я стала?
Отголоском
тоскливой птицы в облаках…
росою поздней, не испитой,
несобранной пыльцой с цветка…
Я им не узнана, забыта.
И доля девичья горька.
Быть нежеланной хуже пытки
тому, чьим взором зажжена.
Не будет ждать он у калитки
и не проводит дотемна.

Чужого счастья пожелала,
поверила, что приручу.
В ночи свеча моя пылала.
Я колдовала на свечу.

Не он пришёл, а вскрылось Нечто.
И голос вторил в тишине:
«Из всех, что он отвергнет женщин,
больнее будет лишь тебе!
Уймись, бесстыжая, в пороке.
Не ворожи в ночи пустой.
Завещан Сокол темноокий,
нет, не тебе – Красе другой!».

И всё, что грёзами сгустилось,
ушло в предутренний туман.

Над ближним лесом птица взвилась
и полетела к небесам…

/16.XII.2015 г./

Откуп Небу

Уронила лоб в руки. Молчишь. Губы ищут покоя.
Муки сладкие, муки блаженные – пить бы да пить.

Не тебе, моя радость, за откуп тревожиться боле.
Самому б за тебя мне всю жизнь Небу откуп платить…

То ли слабость твоя, то ли мне дорогая услада?
То ли биться в поклон, то ль с коленей тебя поднимать?

Наглядеться нельзя. И нельзя мне без этого взгляда.
У даров, что бесценны, один лишь удел – принимать.
Принимать их, покуда желанны, души в них не чаять…

Шубу с плеч, чуть стыдясь, да задуть свет коптящей свечи.

Пустобрёха дворовая вновь за окошком залает.
Успокоит Семён её, слезет с горячей печи…

Ух, морозно на улице! Лихо февраль воеводит.
Не пускал бы тебя, так и грел… да к рукам приучал.
Если б только ты знала, как любо в моей несвободе,
то была бы давно ещё паче со мной горяча…

То ли сердце со стужи печёт, то ли жажда томленья?
То ли боль, то ли сласть?
То ль я пьяный и дюже чумной?

Не пущу никуда, ты сегодня моё откровенье!
И устам я твоим буду долго вверять непокой…

Ночь безлунная нынче, глухая, как ведьмина шалость.
Завывает метель, и ни зги не видать за окном.

Пёс умолк.
И Семёна-холопа сморила усталость.

Ты, царевна ночная, знать хочешь, что будет потом?

Кабаки позабудутся, пьяные рожи все скиснут.
Будем ночи свои во хмелю мы ином проводить…
Уронила лоб в руки.
Молчишь.
Рот в усталости стиснут.

Я готов за тебя Небу откуп отныне платить…

/15-16.II.2015 г./

Про галстук. Грустное

Справляться с галстуком так и не научился.
Скорей, запутаю, чем снова завяжу.
В моих руках он – непослушный и капризный.
И жаль, что я тебя уже не попрошу…

А ты умело с ним справляешься – в два счёта.
Точней, справлялась – здесь вернее будет так.

И он отброшен – с ним возиться неохота.
Но… без него уже не смотрится пиджак.

Рубашки ворот неприкаянно расстёгнут.
Спасёт ли дело освежающий парфюм?

А может, ну его – ко всем чертям, в болото?
И вслед за галстуком отброшен и костюм.

Попроще быть. Да и резон ли «рисоваться»?
Обычный свитер под любой прикид пойдёт.

Вздохну лишь, вспомнив про заботливые пальцы.
И про глаза, и про слова… про всё-про всё…

Опять яичница (немного?) подгорает.
Посуда в раковине свалена – гора…

На людях виду не подам – я аккуратен.
А дома сдал по всем статьям и «на ура».

Мне без тебя по-новой как-то не живётся.
И чаще стал ругать какую-то там мать.

Ты всё умела превосходно делать, Солнце.
И даже галстук этот грёбаный… снимать.

/5.XII.2015 г./

Так бывает…

Мы сбываемся чаще, чем нам предначертано
для других, чьи пытаемся души познать –
в одиночествах странных, горчащих рассветами…
чтобы снова в закатах своих догорать.

Принимая бессмысленность за невезение,
вновь спешим дать себе свой «единственный» шанс.
Но судьбу не обманешь шальным нетерпением.
У неё есть дежурный ответ: «НЕ СЕЙЧАС!».

Вроде был интерес до живого и вечного,
схожесть мыслей, желаний, а дальше … стена.

Даже если доступна сейчас эта женщина,
будет также желанна ли завтра она?
Даже если сегодня в мужчине нуждается,
это всё проходящее, если – не ОН.

Так бывает, такое порою случается…
А потом забывается, как страшный сон.

Послевкусие – стойкое и отрешённое.
Неродные – ни губы, ни взгляд, ни слова…

Стали кем-то неясными и мимолётными
эти ДВОЕ, которым не видно числа…

/10.VII.2015 г/

Сны вещие. Анна…

/К Анне Ахматовой/

Сны вещие – они с тобою, Анна.
Неумолимы, яростны…
близки…

Удушье невменяемой тоски…
Бесстрастье, сталь холодная капкана…
Отчаянье, сдавившее виски…

Строка, строка…
Чудесный дар строки…

Какое несравненное блаженство! –
подумают иные…

Всё не так.

Душа желает в чёрное одеться…
А сердце разрывается…

В слезах –
само жестокой участи проклятье,
увитая злой памятью судьба…

А шёлк того причудливого платья
подчёркивает – как же ты худа…

Оглохнуть – чтоб по-новому мир слышать.
Стать мученицей – на глазах у всех.

Но говорить застенчивее, тише…
Ведь не перекричать двадцатый век…

Как страшен суд немыслимых пророчеств
предчувствием сбывающихся бед…

О, Господи, не дай!..

Предрешено всё.
Неумолимость – вот Его ответ.

Смиряйся, поглощённая страданьем,
Изъеденная им до тошноты…
Оно во всём – в рыданиях, молчанье…
Оно во всём, – чего коснёшься ты!

Не всех несчастий мера постоянна…
Но кто бы знал, где истинный предел?

Сны вещие – твоё проклятье, Анна…
Как будто затянувшийся расстрел…

/10.VII.2012 г./

Разбитая вдребезги. Марина…

/К Марине Цветаевой/

«Я всегда разбивалась вдребезги, и все мои стихи – те самые серебряные, сердечные дребезги…» /М. Ц./

«…И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!»

/М. Ц., 3 мая 1913, Коктебель/

Случайный прохожий, ты вспомнишь ли имя,
которому литься бы сладостно с уст?
…и славное время, что неумолимо
злой рок обратил в безысходную грусть.

Марина…
Из сотен венозных сплетений
её – беспощадно и дерзко рвались.
За милым грехом всплеск живых искуплений –
из раны не кровь вытекала, а жизнь.

Душа обнажённая…
В этом – вся правда:
сегодня – отчаянье, завтра – восторг.
Но как же оно переменчиво – завтра!
Любовь?
Увлечение?
Или порок?

И так всякий раз.
Грань слепых помешательств –
казалось, вот-вот оно – произойдёт…
Любовь бы не выпустить ей из объятий,
нутром ощущая: за смертью черёд.

Марина…

И сладость, и жалость, и гордость…
Неистовость, сила природных стихий.
И как упоён неприкаянный голос,
похожий во всём на её же стихи!

Разбитая вдребезги.
Но не смертельно.
[пока не смертельно].
Но плач или смех
в душе отзывались вселенской метелью.

Прозябнувший город.
Заснеженный век…

Безумие.
Страх.
Беспросветность.
И дикость.

Кровавый террор…
Мир, сошедший с ума…

Стихов больше нет.
Нежность в сердце изжита.
И это – уже не она.
Неона…

Кто мог бы подумать – испита до донца.
Утратив величий былых торжество,
своей безрассудностью вдруг захлебнётся,
не став утешением ни для кого…

Случайный прохожий, топтавший с ней землю,
о, знал ли ты, чьи [!] это были следы?
…и ведал ли ты, вынимая из петли,
какой [!] нестерпимой коснулся беды?

Марина…

/23, 24.VI.2013 г./

Богу – Богово

«Кесарю кесарево, а Богу Богово» – старосл. «Воздатите кесарева кесареви и божия богови» – новозаветная фраза, цитируемая обычно по апостолу Матфею. /употребляется в узком, житейском смысле: каждому – своё, каждому – по заслугам/.

Да, Богу – Богово.
Непререкаемо.
Будто калёным железом – как встарь.

Буйные головы.
Непокаяние.

Что же ты медлишь, а, царь-государь?!

Крови за истину
пролито – страшно мне
даже представить,
не то, что сказать!

Аль не присытились божьей-то милостью,
псинами верными пялясь в глаза,
слуги твои, покамест окаянные?

Чуешь, дыхания напряжены?

Царь-государь, эти б сразу облаяли…
Эх, неравён час до горя-беды…

Бойся не тех, кто открыт и воинственен
/ибо не их подлость скрыта от глаз/.
Бойся всех льстивых да с чёрными мыслями –
именно льстивый и первым предаст.
Тихо в покоях.
Но в воздухе смутою
пахнет уже.
Аль не чувствуешь сам?

Царь-государь, время старою сукою
тошно скулит…
Ты же – веришь словам.
Милуешь тех, кому дыба – пристанище.
И бесконечно караешь иных –
сильных и дерзких.

Бескрайнее кладбище…
Слёзы и гнев – порожденье живых…

Страшно…
И дико.
С кем, царе, останешься?
Множество псов.
Но из них – ни один
раны твои не залижет.

В пожарище
вскоре толпа город твой превратит…

…На пепелище
пир злобы отпразднует
Тот, кто при жизни тебя возносил…

Да, Богу – Богово.
Этим всё сказано.

Будь же мудрее – не я ли просил?

/27.XII.2013 г./

Я позабыт

Я позабыт…

Пускай другие берега
Вам открывает ныне время-быстротечность.
Туманность памяти:
где радость, где беда –
уже не ощутить…

Прощайте, Нежность…

Немного истинности.
Блажь.
Слова – песок.
Просыпаны безумства-отреченья.

Нечаянность, скользнувшая меж строк,
падёт как шёлк на Ваши смуглые колени…

Я не ропщу.
Мы не клялись в святой любви
ни перед чем
и не скрепляли судьбы кровью.
Лишь отрывались так блаженно от земли,
как будто падать вниз действительно не больно.

Моё Блаженство, до какой такой звезды
не дотянулся я, отринув всё земное?
А голова кружилась не от высоты…

Но что для Неба могут значить эти двое?

Ни шелест слов, ни яркость снов – душа молчит.
Лишь только явственней все звуки во Вселенной.
Благословенна ночь.
Но холодно в ночи.
И где-то Вы – не для меня благословенны…

Я позабыт.
Уже иные берега
Вам открывает даль безоблачного утра,
где солнца свет растопит все кусочки льда
и снова нежность Вы подарите
кому-то…

/12-14.VII.2013 г./

Наши мысли слышны

Не напророчь.

Осторожнее!
Мысли
в час полнолуния дико томят.
Страхи сильнее.
Желания низки.
Ночь на тебя обращает свой взгляд…

Не оступись.

Свет ночных коридоров
мрачен и, кажется, неощутим…
Если боишься – замри.
Каждый шорох
в миг обращается эхом твоим…

Не обманись.

Холоднее не звёзды,
а расстояния в тысячи лет.
Хочется быть мне с тобою.
Но поздно.
Не потому, что меня больше нет.
А потому, что тебя не осталось
там, где уже никому не отдам…
Долго ещё обречённая жалость
будет за нами скулить по пятам…

Ближе к рассвету…

Свободе – спасибо.
Встретимся где-то за краем земли…

К ветру лицом
повернись.
Так красиво
волосы он развевает твои…

Не обнажить…
Лишь коснуться невольно
сердцем
твоей замолчавшей души…

Долгая ночь убивает не больно…

Не напророчь.
Наши мысли слышны…

/16.V.2014 г. /

Переночуешь у меня…

Переночуешь у меня, немая странница печали,
зашедшая на огонёк моей скучающей души.

Мы не из тех, чьи взгляды так друг друга трепетно искали
среди бесчисленных миров полночной сумрачной тиши,
где бесприютно иль тепло…
легко…
а может быть, надрывно…
Как много из того, что есть, судьбой отметится: «Прошло…».
А кто-то, думаю, живёт, как с приговором: «Это было…»,
надеясь, что прольётся свет через оконное стекло
воспоминаний дорогих – счастливых, добрых и сердечных…
Надеждой полнится душа, когда так хочется чудес…
Мы не из тех с тобой, кто жил, судьбу лелея бесконечно,
и не из тех, кому она возводит замки до небес…

И видно это нас роднит…
Ну, чем ещё с тобой похожи,
немая странница Печаль, зашедшая на огонёк?..

И ночь с тобой из тысяч тех, что раздавал неосторожно,
я никому бы подарить взамен такой уже не смог…

Остаться тайной для миров ночного города ты сможешь.
А мой же мир – сейчас он твой.
Узнаешь всё – как было, есть…
Не знаю, станем ли к утру друг другу чуточку дороже.
Но откровенен я с тобой.
А ты – со мной.
Сейчас и здесь.

Переночуешь у меня.
Других пускай одарит Радость
своим присутствием благим.
Желаю – и да будет так.
А я иного не хочу – твою бы только мудрость взгляда
и то, что нужно для души,
но что не скажешь
на словах.

/19.II.2016 г./

Из истинных моих утрат…

Из истинных моих утрат
дороже всех, пожалуй, – время…

И листопад, и снегопад,
спешащий в лето дождь весенний,
и блики солнца по утрам,
и ярких звёзд преобладанье…

Всё, что доверено ветрам –
их мимолётному касанью,
потеряно мной невзначай
по датам, шелестам и вздохам.

Не откровенен больше май,
и в октябре беззвучно плохо…

Каких заветных берегов
теперь касаются метели?

Мотив растаявших снегов
звучит капелями в апреле…

Так постепенно тает жизнь
по вздохам, шелестам, томленьям…
Цветастой яви миражи –
мои хмельные настроенья…

И загорчит былым вчера
то, что считалось сладким завтра…

Сентябрь.
Жёлтая листва.
И лето кончилось внезапно.

Не возвращается назад
всё, чем невольно отболели…

Из истинных моих утрат
дороже всех, я знаю, – Время…

/11,14.IX.2015 г./

Сполна

Жизнь учит тому, что всё здесь проходяще.
Как ни было б много тех дней и ночей:
спокойных, тоскливых, безумных, кричащих…
…они не изменят порядок вещей
того Бытия, что вовек беспристрастно
к печалям и радостям, воплям, мольбам
и может стать ядом, а может – лекарством
по воле судьбы – как покажется нам.

Покажется ль?

Каждому хочется верить
в счастливый исход, что спасёт, не предаст,
и неощутимее будут потери.
А если и быть им, то пусть не сейчас…

Наивные…

Сколько же блажи от страхов!
Их много, они доживают свой век
до срока, когда всё рассыплется прахом
и вымерзнут слёзы.
И снег, белый снег
укроет собою остывшую землю…

Не так ли порой умирают мечты?
А может быть, нет, – лишь затихли и дремлют?

И верю ли я в это, как веришь ты?

Да, время на всё одинаково смотрит.
Мгновенья, минуты… года – равный счёт
таким же мгновеньям, минутам…

Их облик
разнится, но сущность свою отживёт,
как ни было б до немоты одиноко,
иль радостно, иль безразлично уже…

Всё будет когда-нибудь слишком далёким,
а память скупой дорисует сюжет…

Жизнь учит тому, что всё здесь проходяще.
И прежнего нет, да и в будущем – мгла.
Одно лишь в цене – что зовём Настоящим.
Оно лишь одно достаётся…
Сполна.

/7, 9.X.2016 г./

Мой Свет

Мысленно

«только не вслух, пожалуйста» /Чёрным По Белому/

Только не вслух…
Нет…
Пожалуйста, мысленно…
Душу мою отразите в своей.
Осень во мне…
Безрассудна. Немыслима…
Свежесть листвы, как и шёлк простыней,
скомкана в тяжесть слепого забвения.
Жажда любви лишь тоскою горчит.
Я, как и Вы, отлучённый в безвременье,
волей-неволей, но делаю вид,
что у меня всё нормально, беспечен я…
Только б не вляпаться в слякоть молвы.
В мире одной лишь болею я Женщиной…
Имя Её?
Ну, конечно же – Вы.
Шёпотом…
Шорохом…
Незавершённостью…
Я прикоснусь к Вам. Почти наугад.
Ветром вплетусь в Ваши дивные волосы.
И увлеку.
За собой.
В листопад…
Сколько же нежности…
Просто бесчисленно
пало у ног облетевшей листвой.
Только не вслух…
Нет…
Пожалуйста… мысленно…
Заворожите своей тишиной…

/4.Х.2010 г./

Она умеет слушать дождь…

1

Она умеет слушать дождь
и понимает шёпот ветра…

…И отражаться незаметно
в зрачках, глядящих томно в ночь,
легко ей,
чувствующей сны,
где недосказанность реалий,
вплетаясь в сонмы ожиданий,
ждёт откровений, что нежны
и так волнительны…
Она
не прикасается, но манит:

– Почувствуй,
Вечность между нами –
так и не выпита до дна.

Глоток…

А может быть, поток
слияний наших с лунным светом…

Я верю ей – безумно, слепо…
А по-другому бы не смог.

2

Она разгадывает сны –
там, на излёте долгой ночи…
И рассказать мне что-то хочет,
но запрещают Свыше…
Мы
пока что учимся летать,
едва расправив руки-крылья,
поломанные прежней жизнью,
где нас забыла благодать…

Не выплакать всех горьких слёз –
она ночами только плачет…
Она…
так много в жизни значит…
И жаждется, чтоб всё сбылось…

Пусть не сегодня… не сейчас…

Но, Господи, дай эту милость!
Душа её с моей сроднилась –
Не отступила, не сдалась…

3

Душа её…
Она во мне
живёт с рождения… наверно…
Предназначенье сокровенно.
Всё остальное – чуждо…
вне…
…предела, грани…

Зло и ложь
мирами правят беззаветно…

…А ночь доносит шёпот ветра.
И осень льёт свой колкий дождь…

/8.Х.2011 г./

Лебединая наша…

«Вышло всё, как мы хотели,
И над улицей твоей
Этой ночью пролетели
Стаи белых лебедей.
Всё белым-бело в округе –
Каждый сбросил по перу.
О ночной ты пела вьюге
И смеялась поутру…»

/В. Коновалов «Лебединая зима»/

Этот город завьюжен метелями,
он почти что ослеп от снегов…
Укрываю тебя шалью-временем,
чтоб не взвыла душа в тон ветров.

Непохожая ты, беспокойная…
Что ж ты снова во мне так болишь?
Надрываешься вновь высотою ты,
да никак…
всё никак не взлетишь…

Лебедиными стаями маешься,
непокорностью бредишь назло…
Будто в сердце мне остро впиваешься
не стрелою, а белым пером…

Горемыка моя безутешная,
ты прости…
я не знаю, как жить…

…Этот город завьюжила снежная,
в белом танце сумев закружить…

А в душе гулко смех разливается.
Но глотая всё также слезу,
окликаю в порыве беспамятства
лебединую нашу…
весну…

/12.IX.2010 г. /

Если случится ночь…

«Иди ко мне.
Если случится ночь, мы не станем пить чай…»

/К. Кинчев «Ко мне»/

Если случится ночь
В городе листопада,
Не закрывай глаза.
Просто лети на свет –
Свет от ночной звезды.
Я где-то здесь. Я рядом.
Нежно коснусь душой
Через пространство лет.

Если бы мне прожить,
Нет, не одну, сто жизней,
Я бы тебе их все,
Ангел мой, посвятил.
Слёзы твои во мне,
Все до единой мысли.
Каждый твой выдох… вдох…
Будто с моим един.

Благословляю сны,
Где нас встречает Счастье,
Где я веду тебя
Вдоль Золотой Реки…
…Просто живи и знай:
Я неотъемлем, часть я
Нежной твоей души
Бедам всем вопреки.

Пусть откровенность звёзд
Станет тебе усладой.
Ангел мой на земле,
Я – твой небесный след…
…Если случится ночь
В городе листопада,
Не испугайся тьмы…

Просто иди
КО МНЕ…

/1.Х.2010 г./

Время полёта

Если спасёмся – спасёмся лишь вместе.
Если же сгинем… то сгинем вдвоём…

Снегом летящим кружим в поднебесье…
Снегом – над Вечностью, что познаём…

Несколько странное, но – наше время…
Чувствуй его. И меня.
Вот мы – здесь!

Я без тебя не могу… не умею…
Ты у меня – всё, что было…
что есть…
Незаменимая.
Каждым мгновеньем…
Каждым касанием нежным своим…
Существовать.
Нашим жить притяженьем…
Не позволяя вмешаться другим…

…Снегом парить. И слипаться… в полёте,
сути снежинок других вопреки.
Ангелы шепчут: «Вы не упадёте…».
Ветер подхватит…
За миг…
До земли…

Не разлетимся.
Единое что-то…
Силы Небесные… Ангелов свет…
Чувствуй меня. В наше время полёта.

Ночи блаженство…
Чарующий снег…

/9.XI.2010 г. / Ред. – 10.I.2019 г.

Тонкими гранями

Переплетаемся
тонкими гранями
где-то на уровне
снов и дыхания…
Чувствуй меня…
замирай,
засыпай…
Не отдавай только,
не отдавай…

…ветру, снегам,
безразличному холоду…
Слышишь?
Метель
загуляла по городу…
Ночи длинны,
слишком мало тепла…
Ты мне нужна…
Ты мне очень нужна!

Милая, нежная…
Самая светлая…
В ночь эту снежную
Ты – предрассветная
Радость моя…
Зацелованный рай…
Близко,
так близко…
Люблю очень…
Знай!

Переплетаемся
тонкими гранями
где-то на уровне
снов и дыхания…

…Всё замирает.
Вокруг – тишина…

Милая, нежная…
Доброго сна…

/5.XII.2010 г./

Будет сниться…

Есть продолжение твоей ладони – это я,
Припавший трепетно горячею щекой.
Прохлада пальцев как частичка января…
Но мне желается прохлады лишь такой.
В покое этом я невольно утону.
Нет ничего – ни слов, ни слёз, ни бед моих…
Склонишься ниже…
губы ласково…
ко лбу…
И наслаждением застынет этот миг.

В глаза посмотришь – до чего же хорошо!
Любимой взгляд…
Любимый взгляд…
Твой взгляд любим…

…А мне так хочется, чтоб снег всё шёл и шёл,
И я бы падал в неизбежность вместе с ним…

…В твою ладонь, в твою любовь… в саму тебя
Я падал… падал бы…
В блаженность волшебства,
Где будет сон… где будешь ты, где буду я…
И будет сниться эта добрая зима…

/26.XII.2010 г./

Мы затеряны

По губам твоим дико соскучиться
И в одну из остывших ночей
Вдруг сорваться, отринув разлучницу,
Седовласую бредню-метель,
В путь далёкий,
в твой мир заколдованный,
Что накрыла снегами зима…

…А над площадью старой дворцовою
В свете лунном блеснут купола.
Маяками дорогу осветят мне,
Чтоб не сбился я, не заплутал…
Как же страшно свирепствует ветер-то!
В буре снежной ничтожно я мал.

…Прорываться, забитый стихиями –
Через сон, через стон, через крик…
Выживать лишь одним твоим именем,
Заклинаньем твердя каждый миг…
Замерзать в ледяной безысходности,
Лишь бы только стремиться к ТЕБЕ!
Но, споткнувшись, сорваться вдруг в пропасть и
С воем ветра куда-то лететь…

…По тебе так безумно соскучиться
И проснуться средь ночи в слезах.
Это сон, наяву он не сбудется…
…Стрелки в доме на старых часах
Отмеряют безликий ход времени.
Только-только настала зима.

Но как будто в другом измерении
Мы затеряны – ОН и ОНА…

/2.XII.2010 г./

Будит утро

Милая…
Будит утро –
Бледный рассвет за окном.
Милая…
По минутам
К нам проливается в дом.
Милая…
Как же сладко
Ты на плече моём спишь.

Милая…
Так приятно
Слушать, как ты сопишь.
Милая…
Улыбаюсь.
Запах волос – родной.
Милая…
Наслаждаюсь
Близостью нашей с тобой…

Холодно зимним утром –
Жмёшься сквозь сон ко мне.
Хочется почему-то
Времени сбавить бег.
Хочется очень-очень
Нежность тебе дарить.
Милая…
Мало ночи –
Время в кольцо бы свить…
Чтобы так долго-долго
Греться в твоём тепле.
В мыслях просить у Бога
Счастья тебе и мне.
Если бы по крупицам
В руки его вложить…

Утром так сладко спишь ты,
Что я боюсь…
будить…

/7.XII.2010 г./

Не чужая

Не чужая, слышишь, НЕ ЧУЖАЯ!
Ты – МОЯ.
Мой мир, мой свет, мой бог…
Даже в мыслях грешных ты – святая!
Чистотой наполнен каждый вздох.
Не чужая!
Кто это придумал –
Разлучать две родственных души?
Расстоянье – не преграда судьбам,
Даже если в про́клятой глуши
Заблудились мы.
Снега и ветры
Занесли дороги, замели.
Знаю я, что есть на свете где-то
Та, кто мне признается в любви…
Та, которой также я отвечу
Чувствами, в которых фальши нет.

Я тебя найду, узнаю, встречу –
Даже через сотни тысяч лет!

…Есть Любовь. Она сильнее смерти.
Кто бы что сейчас ни говорил!
Просто в чистоту души вы верьте…
Господи, терпенья дай и сил!

…Не чужая, слышишь, НЕ ЧУЖАЯ!
Чувствуешь, горит во мне огонь?
Я душой своею согреваю…

Не чужой я, слышишь, НЕ ЧУЖОЙ!

/15.IX.2009 г./ Доп. – 4.ХI.2009 г.

Неделимая

Недолюбившая, недоласкавшая,
к сердцу так трепетно вздох мой прижавшая.
Прикосновения неощутившая,
но по глоточку меня же испившая…

Добрая, верная,
больше печальная,
что же ты рвёшься так в сердце отчаянно?!
Неокольцованной вольною птицею.
Разве свобода сравнится с темницею?

Но отвечала мне нежная, милая:
«Просто с тобой я уже НЕДЕЛИМАЯ!..».

/6.IX.2009 г./

Ты создана любить

Ты создана любить –
Неистово и смело,
Собой воспламенять
И жечь огнём очей.
И не остановить,
Когда ты захотела
Красиво соблазнять
Игрой своих страстей.

Ты создана страдать…
Пусть сладкой будет мука!
Ни боль, ни стыд, ни страх
Не смогут овладеть
В стремленье постигать
Нелёгкую науку
Любви.
И каждый шаг
Тебе преодолеть
Придётся наугад,
Но, ублажая вольность,
Ты выберешь своё –
И нежность, и порок.
О, как же жгуч твой взгляд,
Как неприкрыта томность!
В желанье быть с тобой
Склонюсь у милых ног…

…И не остановить,
Когда ты захотела
Красиво соблазнять
Игрой своих страстей.
Ты создана любить –
Неистово и смело…
А голову терять –
Мне суждено теперь…

/18.IX.2009 г./

Выстрадай меня

Выстрадай меня.
По слезе, по вздоху,
По словам любви, что порой горчат…
У тебя есть я – ты не одинока.
Просто на пути множество преград…

Выстрадай меня.
В холоде разлуки,
В пустоте минут, что бросают в дрожь…
Если есть любовь, значит, есть и муки –
И лишь только в них ты её поймёшь.
Выстрадай меня.
По случайным встречам,
По чужим рукам, что так горячи…
Если б не они – был ли я б отмечен?
Стал бы я дороже… если б не они?

Выстрадай меня.
В искренней печали,
В радужной мечте по грядущим дням…
Мы с тобой живём, стало быть, мечтаем –
Любящие мы
двое – ТЫ и Я.

Сколько будет мук – много ли, немного?
Лишь любовь одна – помнить надо, знать.
Выстрадай меня по слезе, по вздоху…

И договоримся: больше не страдать!;-)

/11.IX.2009 г. /

Мир для Двоих

«О, выключи свет!
Мы почувствуем друг друга в темноте…»

/И. Николаев «Выключи свет»/

Свет выключен – ты так хотела,
Немного смущаясь меня…

Касаньями пальцев по телу…

И близость живого огня
Двоих нас с тобой зачарует
И трепетно так опьянит…
Любимые губы целую,
И мне отвечают они…

Свет выключен,
но я на ощупь
Любуюсь твоей красотой…

Сравнится ли женщина ночью
С собою, но только дневной?

Движенья становятся мягче,
Желанья же чувственней в ней…
Чем ближе, тем жаждется дальше
Её постигать.
И смелей
Она пробуждает порывы
Страстей необузданных…
Но
По праву зовётся Любимой.
Любимым всё разрешено!

…Когда я в тебе растворяюсь,
Мне верится, Ты – моё ВСЁ!
В естественность эту влюбляюсь,
Как ты в совершенство моё,
Минуя рубеж невозврата,
Стон сладкий срывая на крик…

Любимая Женщина – свята,
Как свят этот Мир для Двоих!

/22.XII.2010 г./

Я верю тебе

Спасибо Тебе… Ты делаешь меня добрее…

Я верю тебе. Ты не сделаешь больно.
Душа моя, радость… чарующий свет…
От слёз твои щёки пропитаны солью…
Дай Бог, чтоб не литься слезам долго,
нет!
Я верю тебе.
Голос дрогнет, но также
Останется верным в горячности слов…
Такие слова, пусть жестокие даже
Не каждому выдержать…
Я же готов,
Бессмысленность, сладость иных отвергая,
Внимать…
Потому что я верю тебе!
Чужие облают, но, нет, не родная –
Она справедлива, пройдя по судьбе
С тобою и в горе, и в радости…
Слышишь,
Я ВЕРЮ ТЕБЕ! Этой верой живу.
Отстали паскудники – сплетни их тише.
А сколько их было уже на веку…

У сердца есть память. Та добрая память –
Она благодарна, ранима…
верна
Тому, что другим никогда не ослабить –
Заветной любви, что нам Богом дана!

Нас множество раз предавали, гнобили…
Прощала ты всех и учила прощать
Меня…
А ведь Правда – в прощенье, не в силе.
Я чувствую в этом души благодать.
Вживаюсь в тебя как в святую молитву,
Гордынею, злобой внутри ослабев.
Не страстью, не страхом гоним первобытным,
А нежностью путь пролагаю к тебе
Навстречу…
На нашу заветную встречу
Из сотен, из тысяч… на этой земле.
Я верю в ЛЮБОВЬ – свет её бесконечен…
Божественный Свет – он в тебе и во мне…

/16.VII.2010 г./

Ты вправе

Ты вправе судить обо мне по заслугам –
По взлётам, паденьям…
несмытым грехам…
Ты вправе назвать меня братом иль другом.
Я право такое даю тебе сам!

Ты вправе любить, как того пожелаешь –
Несмело, бесстыдно…
без втиснутых слов…
Мне важно, что ты в наслажденье кончаешь.
Без пика страстей, ну, какая любовь?

Ты вправе меня называть совершенством,
А также и в праве меня растоптать.
Всю боль от тебя я приму за блаженство.
Я тоже умею её причинять.

Ты вправе в любую минуту быть рядом,
И даже когда не хочу НИЧЕГО.
И я не скажу: «Прикасаться не надо!».

Тебе лишь единственной право дано
Быть Той, за кого я в долгу и в ответе
Пред Богом,
пред жизнью,
пред нашей судьбой.
И солнце моё для тебя только светит.

Ты вправе на это!
Пока я живой…

/18.II.2010 г./

Мне снилось небо на ладонях

«…Вдруг приходят сны о небе на руках,
Сны о тёплых берегах и странах…»

/А. Рыжов «Небо»/

Мне снилось небо на ладонях,
Я гладил чудо-облака…
И избавлял тебя от боли,
Сдавившей область у виска…
Вплетал лучи горячих пальцев
В сомнения твоих волос…

О, Дождь, прошу я, не сливайся
В один поток с ручьями слёз…
О, Ветер, сорванным дыханьем
Её бесстрастность оживи…
О, Небо, вечное созданье
Даруй завет святой любви…

Глаза открытые – широ́ты.
Бездонность их – мой непокой.
Хочу всегда быть рядом,
чтобы
Не омрачать твой взгляд тоской,
Моя нечаянная радость,
Однажды сбывшаяся жизнь…
Ты мне сегодня улыбалась…
Ты уносила снова ввысь…
Я избавлял тебя от боли,
Я чувствовал приливы сил…
Мне снилось небо на ладонях…
И я тебе… его… дарил…

/11.VII.2010 г./

В ночи

В ночи, когда воздух свежей и прохладней,
Я чувствую ближе твой запах родной…
Ты травами пахнешь…
дождём… и цветами…
В расстеленном ложе… под белой луной…
Я мысленно тел повторяю изгибы,
Пленяюсь безбрежьем душистых волос.
Дыхания ровного брежу мотивом,
Как будто бы в облако нежное врос…

…А где-то вдали полыхнуло зарницей.
Нахлынули тёплые ливни. Гроза.

…А мне бы покоем ещё насладиться,
Так ласково эти целуя глаза
В ночи…
За минутную блажь до рассвета,
За несколько кратких прерывистых снов…

Я слушаю дождь…
там… на улице… где-то…
Вдыхая твой запах… травы и цветов…

/12.VII.2010 г./

Ожившие ветры

«…Что скажешь о ней?
Что смотрела угрюмо, прищурив глаза –
За плечами гроза…»

/Ю. Шевчук «Ветры с тобой»/

За плечами – гроза
и неясная даль километров.
Если кто-то и прав, то, наверное, тот, кто в пути.
Крутят пыль под ногами беспечно ожившие ветры.
И глазами отмерян простор – горизонт впереди.

Горизонт впереди…
Он почти что, как наша надежда.
Я тянусь, приближаясь к тебе… приближая тебя…
А дорога – она, как и прежде, плетётся неспешно…
За плечами – гроза…
и прохладные капли дождя…

В мире много дорог, но одна только сблизит с тобою.
Заблудиться нельзя – это есть равносильно беде.
Я узнал о тебе и нарёк своей доброй Судьбою.
Ты моя, ты со мною… пускай ты ещё вдалеке…

…За плечами – гроза
и неясная даль километров.
Если кто-то и прав, то, наверное, тот, кто в пути.
Слышишь? Это поют, нас сближая, ожившие ветры…
Ты, пожалуйста, только иди… мне навстречу иди…

/28.XII.2010 г./

Я становлюсь самим собой

«Я становлюсь самим собой
с тобой.
Ты охраняешь от огня
меня.
В твоих глазах печаль добра,
В них спят усталые ветра…» /И. Тальков/

Я становлюсь самим собой,
Когда я чувствую тебя
Душою, сердцем – здесь, со мной,
Не изводя…
Не изведя
путями-тропами – во мрак,
где снова – бездна, пустота…
Когда со мною ты, всё так,
Как и должно быть.
Красота
В мой входит мир, где глыбы льдин
В своём бесцветии немы.
Тогда я знаю: не один,
Слагается святое МЫ.

Я становлюсь самим собой,
И нервам волю не даю.
Там, где-то стих последний бой…
А я же, выживший в бою,
В твоих руках,
в твоём тепле,
Глаза закрыв,
к груди приник…
Я становлюсь собой… в тебе.
И ощущаю нас, двоих…
Лишь здесь, в плену твоих волос,
Я обретаю свой покой.
И всё, что мучило, рвалось,
Слабеет под твоей рукой.
Я становлюсь самим собой
И только мысль: не отпусти…
Какой же сладостный покой!
И как умеешь ты…
спасти.

/14.XII.2010 г./

Единое Целое

«…я не скажу, что я принадлежу тебе только оттого, что мы давно стали единым целым…..»

/Леди Рассвет/

Проживаю тобой каждый день,
С благодарностью в сердце вбирая
Всякий лучик улыбки твоей…
По приметам, по жестам – Родная.

Проживаю тобой каждый миг,
Вновь летящий, но необходимый –
Для меня, для тебя.
Для двоих.
Из мгновений сложились – едины…
Из нежнейшего чувства любви…
Добрых слов – пусть простых, но желанных…
Я люблю откровенья твои.
Ты со мной, ты во мне – Постоянна.

Проживаю тобой каждый вдох –
Будь то страстным…
то робким, то смелым…
Это счастье, что Свыше дано,
Быть с тобою единственным целым!

/27.V.2010 г. /

Любить Тебя…

«Любить иных – тяжёлый крест,
А ты прекрасна без извилин,
И прелести твоей секрет
Разгадке жизни равносилен…»

Б. Пастернак, 1931

Любить Тебя – и боль, и наважденье,
И радость, и безмолвная печаль.
С Тобой – непроходящее волненье.
В Тебе – всей неизведанности даль.

Любить… И наслаждаться каждым мигом –
Быть рядом, быть Единственным Твоим.
Всё естество, наполненное криком –
Восторг души, что я Тобой любим!

Любить Тебя – сердечно, изумлённо
И музыкой святой воспринимать,
Ласкающей мой слух так упоённо…
Слеза моя, земная благодать…

В Тебе я нахожу на всё ответы.
И сколько б жизнь ни причинила зла,
С Тобой – мои закаты и рассветы…

Любить Тебя… как любят Небеса.

/14.V.2011 г. /

Осень для Двоих

Твоих волос коснулся дождь –
Осенний балагур-проказник.
Он целовал твоё лицо,
Да так, что растекалась тушь…
Ещё такой он тёплый – дождь.
Ещё как будто бы он дразнит.
И ранний листопад ещё
Не стал венцом для наших душ…

Моих волос коснулся дождь –
Я, как и ты, сейчас промокший.
Но на душе моей светло,
Я даже радуюсь дождю…
Какой он добрый – этот дождь.
И каплями струит по коже.
А я шепчу тебе одно –
О том, как я тебя люблю!

Да, эта осень – для двоих.
И так мне хочется, чтоб было
Побольше радостных минут.
Душа, я знаю, ты их ждёшь.
Сейчас мне дорог каждый миг,
Лишь только бы меня любила…
Послушай, строки-то живут:

«Твоих волос коснулся дождь…».

/8.Х.2009 г./

Ангелов нет на Земле…

Ангелов нет на Земле…
Всё это, милая, сказки…

Блажь по грядущей весне,
где солнца свет будет ласков…
где запах нежных цветов
нас умилит, очарует…

Ада пройдя семь кругов,
ночью короткой в июле
я окунусь в свежесть рос
и увлеку за собою…

Пряность травы
и волос…
И отступившие боли…

…Снег.
И всё тот же январь…
Оттепель.
Крупные хлопья…

Время – безбрежная даль,
непостижимость безмолвья…

Ангелы смотрят с небес
в этот рождественский вечер…
Хочется добрых чудес,
радости
по-человечьи…
Счастья тебе,
счастья мне…

Да, понимаю прекрасно:
ангелов нет на Земле…
Но
всё же верится
в сказку…

/6.I.2012 г./

На пути к Весне

Жить Тобою, быть в твоей весне…
Таять…
словно снег в апреле, таять…
Нет, не спать, но, как в чудесном сне,
Мир таким чарующим представить…

Знать Тебя – от утренней росы
До небес отмоленных закатом.
А в ночные тихие часы
Засыпать, так ласково обнятым….

Искренностью самых добрых чувств
Наслаждаться, мирно принимая
В дом входящую к нам радость…
или грусть…
Главное, что Ты со мной, Родная…

…Утро. Солнца свет слепит в окне,
Возвращая к будущему память…

Будущее… Путь к моей Весне…

Как же хочется
Скорее
Мне
Оттаять….

/18.II.2011 г. /

В твои колени упаду…

«Мужчина становится взрослым,
когда из сисек разных женщин
он выбирает колени Одной Единственной».
В твои колени упаду, в твои рассветы окунусь…

Я знаю, все пути ведут… к твоим коленям.
И в том не только эротичность томных нег,
А – покаянье, воскресение, прощенье…
И от безумий мой закончившийся бег.

Обнять, уткнуться в них и целовать безгрешно.
И чувствовать, как тает снег моей души,
Когда волос коснёшься ты – так мягко, нежно.
И слёзы радости безудержно душить
Начнут меня, переполняя край блаженства.
Я буду плакать, не стесняясь чистых слёз…
Моё лишь только бы не захлебнулось сердце,
Что вечность лет в твоё владение я нёс…

Самозабвенно, безрассудно, верно, слепо
Теперь доверюсь лишь тебе – ТЕБЕ ОДНОЙ.
В твои колени упаду, в твои рассветы…
И задышу преобразившей нас весной…

/23.III.2011 г./

Вечные

За ненастьями и за ве́трами,
За деревьями да раздетыми,
За снегами и за метелями
Да за мартовскими капелями

Наш мир…

За безумиями и страданиями,
За вернувшимися с юга стаями
Птиц, почуявших теплоту земли,
За пролившимся вновь лучом зари

Наш свет…

За бессонницей этих злых ночей
Да за стылостью проливных дождей,
За слезами, что все не высохли
Да за облетевшими листьями

Наш зов…

За туманами и за далями,
За тоскою и за отчаяньем,
За годами да за столетьями…

Если в нас – ЛЮБОВЬ,
то МЫ – вечные!

/6.I.2011 г./

Моя Любимая

Глаза голубые,
а волосы чёрные.
Знакомое имя,
а словно – по-новому…

Звучишь песней лета,
а – в ранней же осени…
В наряды одета
небесного с просинью…

Листвой околдуешь
как нежной загадкою…
Сладка в поцелуе –
малиново-мятная…

Проста в доброй ласке
открытой, доверчивой…
Зовущая в сказку
Любимая Женщина.
Земная Святыня,
что Свыше дарована…

Глаза голубые,
а волосы чёрные…

/23.I.2011 г. /

Так давно

Ты так давно со мной вдвоём не засыпала
Счастливой после нашей близости пьянящей.
Два тела страстных под покровом одеяла…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.