# Сны апельсинового дерева

Н. Середа

История начинается как сказка времен Карло Гоцци, продолжается приключениями в Москве, завершается… но нет, не скажу чем. Думаю, этот калейдоскоп событий будет интересен читателям 10-14 лет.

Глава 1. Сказка


Почтенный венецианский купец синьор Панталоне только что отобедал в своем доме с видом на Гранд-канал. Слуга поставил на стол вазу с фруктами. Старик взял апельсин тонкими бледными пальцами. Послышалась мелодия, как будто внутри фрукта сидел маленький шарманщик. Апельсин раскрылся. Среди двенадцати янтарных долек проросло маленькое деревце. На его золотых ветвях сверкали искрами изумрудные листья. В кроне появились маленькие жемчужинки флердоранжа, которые немедленно сменились яркими плодами из желтого топаза. Плоды и листья тут же облетели, золотые ветви стали тусклыми, словно закоптились, деревце почернело и рассыпалось в прах. Музыка стихла, апельсин закрылся. Синьор Панталоне держал на ладони изящный механизм, столь искусно покрытый оранжевой эмалью, что никто не отличил бы его от обычного апельсина.

– Кто тот мастер, который сотворил этот шедевр? – воскликнул Панталоне. – Я отдам ему в жены свою дочь, прекрасную Клариче!

«И сделаю на его таланте состояние», – добавил про себя старый венецианский лис.

Опросили слугу, который принес с кухни блюдо, всех поваров, кухарок и поварят на кухне, всех крестьян, работавших в тот день в саду. Но никто не видел никаких апельсинов, кроме настоящих, свежих и сочных, только что снятых с дерева.

Между тем перед обедом Арлекин, слуга некого Флориндо, заходил навестить свою приятельницу Коломбину, служанку Клариче. Они поболтали о том о сем, и Арлекин передал от своего господина для Клариче апельсин. Это было немного странно, но Коломбина согласилась вручить послание – Арлекин уверил ее, что апельсин не простой.

Однако по дороге в покои хозяйки Коломбина заглянула на кухню перекусить. Там она положила апельсин на стол. А уходя, забрала. Но положила она один апельсин, а забрала другой, самый обычный. Так волшебный апельсин попал в общую вазу.

Клариче, получив апельсин, веселилась:

– Как, ты говоришь, зовут господина твоего приятеля? Флориндо? Это очень смело с его стороны – в качестве знакомства передать мне апельсин, зная, что у нас с батюшкой самые знаменитые апельсиновые сады во всей Венеции. Апельсин. Нет. Это даже мило и трогательно. – Клариче держала подарок на раскрытой ладони и улыбалась. Вообще, она была живой и веселой. Совсем не такой, как синьор Панталоне, который радовался только вещам, приносящим выгоду.

Тем временем Панталоне решил во что бы то ни стало доискаться, откуда в вазу с фруктами попала такая изящная вещица. Он обратился к помощи своей давней знакомой – колдуньи Морганы, которую пригласил в гости, и как бы невзначай рассказал ей историю с необычным фруктом.

– Ах, синьора Моргана, если бы я мог знать, кто из венецианцев так искусен в ювелирном деле или так сказочно богат, я сделал бы его своим зятем. Может быть, это доктор Грациано или нотариус Тарталья – мои старинные приятели еще с времен бурной юности? Как я был бы счастлив, выдав дочь за достойного человека.

Колдунья достала гадальные карты и разложила их на кипарисовом столике. Некоторое время она смотрела на расклад, потом жестом пригласила собеседника подойти:

– Нет, уважаемый Панталоне. Этот человек не из Вашего круга. Взгляните!

Панталоне приблизился. Рисунки на картах ожили. Вот Флориндо дает апельсин крестьянину, на поля которого напала засуха. Крестьянин благодарит. В этот момент апельсин выпрыгивает из его руки вверх, и тут же начинается гроза с проливным дождем.

Вот на другой карте сапожник, которого по дороге на рынок ограбили разбойники. Ему пришлось вернуться к жене и детям без гроша. Не успела жена набрать воздуху, чтобы как следует отчитать неудачника мужа, тот достал из кармана и положил на стол апельсин, полученный от Флориндо. Вмиг вместо апельсина на столе появилась скатерть, приборы и роскошный обед.

Каждый получал от апельсина то, что ему было больше всего нужно в этот момент.

– Да он же разбазаривает богатство! – вскричал Панталоне, как будто это был уже его зять и его богатство.

– Такой уж человек, – Моргана собрала карты и, попрощавшись с хозяином, вышла на улицу.

По совпадению в это самое время служанка Морганы Смеральдина подъезжала на повозке, запряженной мулом, к дому Флориндо. Обладатель апельсинового дерева с волшебными плодами не был сказочным богачом. Он выращивал саженцы для парков и оранжерей. Смеральдина приехала, чтобы забрать цветы и деревья для украшения внутреннего дворика замка Морганы.

Самого Флориндо дома не было. На крыльце шутили и смеялись Арлекин и Коломбина. Смеральдина показала на саженцы, собранные Флориндо для отправки, Арлекин и Коломбина стали грузить их в повозку. Они бережно выносили кадку за кадкой, аккуратно крепили их на повозке веревками и совсем не заметили, как случайно погрузили и волшебное дерево, которое стояло тут же у входа в дом. Когда последний саженец был погружен и закреплен, Смеральдина тронула с места и вскоре скрылась за поворотом.

Флориндо вернулся домой и обнаружил пропажу. Арлекин и Коломбина догадались о своей ошибке и бросились догонять повозку Смеральдины. А Флориндо сел на крыльцо и загрустил. Он знал, что разыскать замок Морганы не так-то просто. Колдунья Моргана жила в горах у затерянного озера. Никто не знал, сколько ей лет и как давно она там поселилась. Как будто она жила там всегда, была частью этой природы.

Коломбина и Арлекин долго шли по горной дороге. Наконец впереди показались башни. Призрачный замок-мираж высился над озером в легкой дымке тумана. Он подрагивал и колебался в потоках воздуха, словно был отражением в водной глади. Несколько разных по высоте четырехугольных башен с бойницами вместо окон и зубцами на верхней площадке были соединены галереями, устроенными по верху крепостной стены. В центральной мощной башне были редкие небольшие окна. На самой верхней ее точке красовался штандарт, но его трудно было рассмотреть, потому что ветра не было. Вместе с замком плыли и подрагивали в воздухе кипарисы, розовые кусты, павлины, прогуливающиеся на лужайке в небольшом уютном внутреннем дворике сурового замка.

В жилых комнатах на стенах были развешены драпировки богатых тканей, со вкусом подобрана мебель темного дерева, украшенная резьбой. Везде расставлены вазы с цветами и фруктами, кувшины с чистой родниковой водой. Было немного мрачновато из-за небольших окон и прохладно из-за толстых каменных стен, но запах кофе и корицы смешивался с ароматом цветущего апельсинового дерева и создавал уют.

Моргана сидела в кресле у высокого узкого окна. В руках у нее была маленькая фарфоровая чашечка с кофе. «Вот и волшебное апельсиновое дерево Флориндо теперь здесь», – рассуждала колдунья. – «Вещи находят меня сами. Этот столик, на котором искусно изображены птички и цветы, он когда-то принадлежал одному людоеду. А это венецианское зеркало – одному… Впрочем, неважно. Интересно, почему Флориндо решил отдать это дерево? Надо будет на досуге узнать».

– Смеральдина! Отправляйся в город. Заберешь мой заказ из ювелирной лавки. Потом пойдешь на площадь Сан-Марко, послушаешь, что говорят. Да, и не забудь цветы. В вазах всегда должны быть свежие цветы, не вынуждай меня напоминать. Ступай.

Служанка сделала реверанс и поторопилась уйти.

А на горной дороге Арлекин и Коломбина некоторое время завороженно смотрели на светло-серые стены замка, потом, вспомнив зачем они здесь, двинулись вперед. Но вот странное дело: они шли уже довольно долго, а замок не приближался. Он был совсем недалеко. Можно было различить отдельные камни в кладке стен. Но до замка нельзя было дойти.

Коломбина устала и опустилась на траву.

– Ой-ой! – Успел отпрыгнуть кто-то небольшой с того места, где она села.

– Извините, – сказала Коломбина и увидела перед собой маленького человечка в парике с буклями, красном кафтане и штанах. Белоснежный воротник жабо, черные лаковые туфли. Человечек снял черную треуголку с белым кантом и учтиво поклонился.

– Видите ли, синьора, – сказал он, поправляя пенсне, – замок удаляется, когда идешь к нему, и приближается, когда идешь от него. Это ведь замок-мираж, замок-призрак.

– Полно Вам, какая же я синьора, – смутилась Коломбина. – Но откуда Вы знаете про замок?

– Дело в том, что я, некоторым образом, автор этой сказки.

– То есть если мы пойдем прочь от замка, мы сможем прийти к нему? – вступил в разговор Арлекин.

– Да, синьоры. Только нужно идти, не оглядываясь.

– А как мы сможем узнать, что пришли, если мы не будем оглядываться? Так и в ров с водой можно угодить, когда мост поднят.

– Ну вы, главное, идите. И тогда придете, – сказал автор уклончиво, а про себя добавил: «Я и сам еще не придумал как».

Арлекин и Коломбина повернулись спиной к замку, взялись за руки и решительно двинулись в обратный путь. Они не могли этого видеть, но действительно становились все ближе к замку.

Тем временем колдунья отставила кофейную чашку. «Пора!» – произнесла она вслух и быстро прошла через комнаты. Ее шаги по каменным плитам гулко звучали под высокими сводами. В самой дальней комнате Моргана остановилась, прошептала какие-то слова, повернулась вокруг себя, взмахнула руками и исчезла. В зеркале отразилась стремительно пролетевшая черная птица. Вместе с Морганой исчезла вся обстановка замка. Отражение большой хищной птицы промелькнуло в озерной глади у замка. Но самой птицы над озером не было. Замок еще постоял немного и тихо растаял в воздухе.

Арлекин и Коломбина продолжали идти по дороге, взявшись за руки и пытаясь почувствовать, не пришли ли они к воротам замка. Тут их обогнал все тот же маленький человечек:

– Стойте! Стойте. – Он запыхался от бега и голос его был прерывистым. – Замка здесь… больше нет… Моргана, она… С ней всегда так… Только сочинишь сказку… Настоящую венецианскую сказку, где колдунья живет в красивом замке у озера… А она: раз – и нет никакого замка.

– Как нет? Почему нет? – удивилась Коломбина.

– Я всего лишь маленький автор. Кто я такой, чтобы Моргана играла по моим правилам? Она даже и не знает, что я тут сказку пишу.

– А нам что теперь делать? – спросила Коломбина. – Нам нужно вернуть волшебное дерево Флориндо.

Маленький человечек задумался, потом улыбнулся и извлек из-за спины что-то вроде подзорной трубы.

– Это калейдоскоп, – сказал он, очень довольный своей придумкой. – Вообще-то, его еще не изобрели. Изобретут в 19 веке. Но раз уж у нас тут такие дела: миражи, перемещения в пространстве и времени… Кстати. Представляете, на прошлой неделе Моргана прибыла сюда из Парижа на автомобиле. То-то шороху было в округе. Один охотник случайно забрел в наши места. До сих пор в таверне рассказывает, как видел диковинного зверя. Но это я отвлекся. Значит, так. Вам нужно выручить апельсин. Каждый из вас должен смотреть в этот волшебный калейдоскоп и думать, как хочет оказаться рядом с апельсиновым деревом. И не обращайте внимания на то, что все будет кружиться и меняться.

Коломбина осторожно взяла трубу и начала думать о волшебном апельсиновом дереве, рядом с которым она хотела бы оказаться:

– Волшебное апельсиновое дерево. Волшебное апельсиновое… дерево. У-ух! Все мелькает! Волшебное… дерево… апельсин… дерево… дерево… Ого-го! Де… ре… во… Ой-ой-ой, как быстро! Де…


– Митя, сколько можно сидеть в планшете! – В гостиную вошла мама. – Лучше помоги мне разобрать елку. Столько дел, ничего не успеваю! Тебе уже 10 лет. А все ветер в голове, никакой помощи.

Микки Маус на мамином розовом спортивном костюме задорно улыбался, отчего мама казалась еще более хмурой. После рождения младшего брата она перебралась в детскую, а Мите пришлось переместиться в гостиную. Тут и диван удобный, и сама комната просторная, но это не своя комната, где можно устраивать уютные закутки, переставлять мебель и вешать на стену любимые картинки. Это общая комната, где принимают гостей, где мама решает, как будет все устроено.

Митя послушно положил планшет на стол и посмотрел на елку. Чем-то она напоминала драгоценное деревце из сказки, которую он только что читал. Но слишком яркая, слишком блестящая, слишком… Все слишком. 31 декабря этого совсем не было видно. А теперь нарядная елка стояла на журнальном столике в углу комнаты, как дама, которая пришла в вечернем наряде на общее собрание жильцов подъезда.

В гостиной стоял белый стол, окруженный серыми стульями с высокими мягкими спинками. Над столом низко спускались два светильника с большими плафонами. Ближе к окну расположился простой серый диван с прямоугольными подушками. Над диваном на белой стене в тонких рамах висели постеры, а на противоположной стене – большой телевизор. На дубовом полу лежал белый ковер с длинным ворсом. Вся обстановка была очень простая. И тут – елка.

«Каждый раз мы отмечаем Новый год, ждем его», – думал Митя. – «Год – это оборот Земли вокруг Солнца. Земля делает круг. Папа говорит, их были уже миллиарды».

Именно в эту минуту у грота Растрелли по глади Лефортовского пруда пронеслась тень большой птицы. Мгновенье, и птица пролетела вдоль Яузы к Москве-реке. Но на это никто в городе не обратил внимания.

А Митя продолжал грустно рассуждать, глядя на елку: «И главное, нет и не бывает никаких новогодних чудес. Я так надеялся. Но снова подарок с конфетами и вафлями на школьной елке, теплые носки от бабушки, наушники от родителей. В этом году даже снега еще не было.

А в жизни все одно и то же. Младший брат пускает пузыри из слюней, и все восхищаются. А я учусь на пятерки, хожу на рисование, гуляю с братом в коляске, пылесо… пы-ле-со-шу. И меня как будто нет. Интересно, если я в один прекрасный день перестану все это делать, кто-нибудь заметит? Эх. Конечно, заметят. Ну и ладно. Елка!»

– Большие шарики, маленькие шарики. – Мама снимала игрушки, а Митя укладывал их в коробки. – Мишура, фигурки: снегурочка, птичка, тигренок, космонавт. Это старая игрушка, еще бабушкина. Часы, апельсин, Коломбина. Постой. Разве у нас была такая Коломбина? – Мама держала в руках фигурку девушки в ярком пышном платье, изящных туфельках и небольшой треуголке.

– Нет. Я такую не помню.

– Может, кто-то из гостей принес? – сказала мама, передавая фигурку Мите, который уложил ее между синтепоновыми снежками.

В дверь позвонили. В комнате проснулся и заплакал малыш. Мама заговорила быстро:

– Так. Митя, открой дверь. Это уборка. Я заказала. Елку, иголки. Закончи тут с игрушками. Помоги, покажи, шевелись. – Последние слова донеслись уже из детской комнаты.

На пороге стояла девушка точь-в-точь как фигурка Коломбины.

– Уборку заказывали? – спросила она, потряхивая шваброй и пластиковым чемоданчиком в подтверждение своей готовности. Клининг, ну?

– Заказывали, – неуверенно сказал Митя, оглядываясь в поисках поддержки. Поддержки не было. Митя попятился.

– Ну, слышал? Шевелись, – сказала Коломбина, удивляясь, что легко говорит на другом языке. – Мне некогда.

Митя пошел в гостиную, приглашая Коломбину идти следом. «Интересно, что она скажет, когда увидит свой елочноигрушечный двойник?» – думал он. Но игрушки в коробке не оказалось. А живая Коломбина ловко управилась с остатками «дождика», упаковала елку в мусорный пакет, оглядела слой иголок и конфетти на полу. Не прошло и десяти минут, как в гостиной не было и следа новогодних праздников.

Коломбина заканчивала протирать зеркало. Полюбовалась собой. И неожиданно увидела в зеркале за своей спиной Моргану. Оглянулась – никого сзади нет.

Моргана протянула ей из-за плеча записку и растаяла.

– Так. Все. Некогда мне. У меня еще куча дел на сегодня. Коломбина открыла пластиковый чемоданчик, небрежно сгребла в него со стола щетки, тряпочки, флаконы, щелкнула замками, резко повернулась, еще раз бросила взгляд в зеркало. В отражении больше не было ничего необычного. И она поспешила к выходу. Как только Митя закрыл входную дверь на замок, из детской послышалось:

– Митя! Иди разогрей себе суп. И котлету с макаронами.

– Ма, я не хочу есть.

– Обязательно поешь, тебе же на рисование идти. Ну что ты как маленький! Мало мне одного младенца. Пожалей меня, пообедай, пожалуйста.

Митя покорно поплелся на кухню. «Суп. Котлета. Когда я вырасту, я буду есть сначала конфеты, потом котлеты. И вообще. Захочу – не стану обедать вовсе».

Пока суп разогревался в микроволновке, Митя вернулся в гостиную за планшетом. Очень уж было интересно, что там в сказке дальше. Эту сказку написал папа для литературного конкурса. Вчера он ее закончил и дал Мите почитать.

«Где же планшет? Я же его оставил здесь, на столе. Я точно помню. Неужели эта странная домработница смахнула его в свой чемоданчик вместе со щетками и сметками? Не может быть! И все-таки да. А как же папа? Он говорил, что прием работ на конкурс заканчивается завтра», – целый рой мыслей стремительно пронесся в Митиной голове.

– Ты уже обедаешь? Тебе скоро выходить. Наденешь черные брюки. И рубашку я там приготовила. Слышишь, что я говорю, Митя?


Глава 2. Коломбина соглашается помочь Моргане

Когда Коломбина закрутилась в вихре узоров калейдоскопа, она думала о дереве и очнулась стеклянной фигуркой на елке. Огляделась – нигде нет кадки с апельсином. Неужели калейдоскоп неправильно понял ее? Единственное дерево здесь – новогодняя елка. И что теперь?

Она не успела подумать «что теперь», как оказалась на месте работницы клининга, которая уже подходила к двери. А эта работница внезапно обнаружилась в отпуске в Италии. Она всем рассказывала, что выиграла путевку в новогоднюю лотерею и обязательно поедет смотреть Венецию и озеро Комо. Но главное ― она совсем не помнила, как выиграла. Впрочем, это ее не огорчало.

Теперь Коломбина со шваброй и пластиковым чемоданчиком в руках выскочила из подъезда на улицу и остановилась в нерешительности. Машины, светофоры, непривычно одетые люди. Она достала записку, которую получила у зеркала: «3000 шагов прямо. Иди и не сворачивай. Бежевый дом с грифонами на карнизах». В это время кто-то аккуратно положил ей на плечи длинный серый пуховик. Коломбина обернулась ― никого. Было действительно холодно. Она решительно продела руки в рукава и двинулась вперед. Когда считаешь шаги, не так отвлекаешься на всякое вокруг.


Зеркала, стеклянные вазы, павлиньи перья, парча, бархат, гобелены на стенах. Вся обстановка в зале с высокими потолками была та же, что и в замке Морганы. Все это оказалось здесь, когда большая птица, пролетев от Москвы-реки через Зарядье, села на крышу дома и сложила крылья. Птица тут же исчезла, а колдунья Моргана появилась в центре зала. За окнами на карнизах встрепенулись симурги, грифоны, львиные морды, маски. Они как будто внезапно проснулись, но, зевнув, заснули снова. Интерьер, как и положено миражу, слегка покачивался в воздухе.

В темно-зеленом платье из богатой ткани, в чалме с павлиньим пером, закрепленным брошью с крупным изумрудом, Моргана в задумчивости ходила по огромному залу, периодически пропадая и появляясь в противоположном углу, у окна или в дверях. В конце концов Моргана опустилась в глубокое кресло и сидела там некоторое время неподвижно. Комната постепенно наполнилась туманом. В тумане поплыли парусники, маски, тайные знаки, заклинания, песочные часы, пустыня с миражами.

Раздался звонок в дверь. Моргана сделала знак рукой – туман рассеялся, входная дверь с тихим скрипом отворилась. На пороге стояла Коломбина. Она нерешительно вошла.

– Здравствуйте.

Моргана продолжала сидеть в кресле, положив руки на подлокотники. Она не повернула даже головы в сторону Коломбины.

– Меня не интересует, по какой причине ты опоздала. И я не собираюсь слушать тебя. Ты опоздала на десять минут и, следовательно, на уборку я отвожу не час, а пятьдесят минут.

Коломбина удивилась. Ведь она не опаздывала хотя бы по той причине, что не знала, к которому часу ее ждут. Но тут в глубине зала тихонько зашелестело апельсиновое дерево, то самое волшебное дерево Флориндо. Коломбина сочла за благо не спорить и поторопилась начать работу. Из пластикового чемоданчика были выложены флаконы, губки, тряпки, планшет… Планшет? Как он тут оказался? Но было совершенно некогда. Рассердить Моргану означало упустить свой шанс.