Рина Райт
Драма по классике

Пролог

Я не здесь.

Это происходит не со мной. Это всё сон. Проснусь и ещё посмеюсь над этой картинкой.

Но сильный толчок в спину даёт ощущение, что это происходит на самом деле.

– Держите её, – приказывает одна из моих одноклассниц, и меня тут же хватают за руки с обеих сторон.

Это лишнее, я бы всё равно не смогла от них убежать. Они пришли за мной толпой.

– Отстаньте от меня! Я вам ничего не сделала!

Ко мне вплотную подходит моя одноклассница, её красивое лицо перекошено яростью, и она шипит на меня, словно дикая кошка:

– Ещё как сделала, и ты об этом сейчас очень пожалеешь.

Я сглатываю, но подбородок стараюсь держать прямо.

Их больше шести человек, они окружили меня, пытаясь надавить не только физически, но и морально.

Они меня не сломают.

Надо держаться, не показывать свой страх.

Кожа от пронизывающего зимнего ветра покрывается мурашками, и меня начинает потряхивать уже не только от дикого холода, но и от неизвестности.

На мне лишь тонкая белая блузка без рукавов и кюлоты, а на дворе декабрьский вечер. Скоро и зуб на зуб не попадёт.

Сходила, называется, на новогоднюю школьную дискотеку.

Девчонки вытащили меня из школы на улицу без верхней одежды. Увели за угол здания, где почти никто никогда не ходит.

Идеальное место. Ещё и темень кругом.

Меня некому спасти. От этой мысли мне становится ещё более дурно.

Что они задумали?

Запугать?

Отлично! Супер!

У них получилось.

– Отпустите меня, – прошу спокойно.

– Отпустим, но сперва ты кое-что скажешь мне.

– Что? – Переминаюсь с ноги на ногу, пытаясь хоть немного согреться.

И тут она достает из своего рюкзака ножницы, и мне становится действительно страшно. Она точно ненормальная.

– Ты совсем больная?! Не подходи ко мне! – Пытаюсь сделать шаг назад, но девчонки держат крепко, не дают сдвинуться с места.

Блондинка подходит ко мне вплотную и начинает срезать пуговицы с моей рубашки. Одну за другой.

Я дёргаюсь, пытаюсь увернуться, но проигрываю. Моя блузка нараспашку, кожу живота и груди тут же пронизывает колючий мороз.

– Какой милый топик, – обманчиво ласково мурлычет одноклассница, – а теперь слушай и запоминай. – Она достает свой мобильник и наводит камеру на меня. –  Повторяй: “Я никто. И звать меня никак. Я невидимка, и я больше никогда не посмотрю на твоего парня”. Повторяй!

А я не могу вымолвить и слова. Одинокая слеза скатывается по щеке. Чувствую себя опустошённой и опозоренной.

Это видео увидит вся школа.

И он тоже его увидит!

Но какая уже разница, если я для него никто? Зачем я только влюбилась в чужого парня? Но ведь глупому девичьему сердцу не прикажешь, кого любить.

Хотя если его подружка здесь, значит не всё у них гладко. Неужели я та самая чёрная кошка, что пробежала между ними?

Это вселяет в меня надежду, и я отрицательно мотаю головой.

– Не хочешь по-хорошему, значит, нерусь, будет по-плохому. – Подходит вплотную, щёлкая ножницами перед моим лицом. – Давненько я не практиковалась в парикмахерском искусстве. Да, девчат?

Девчонки мерзко хихикают, и мне они сейчас настолько омерзительны, что я бы сама им всем их космы поотрывала.

Втягиваю ртом морозный воздух и дёргаюсь в последний раз, уже зная наперед: просто так они меня не отпустят.

Я перешла дорогу “королеве” класса.

Глава 1

За месяц до действий в прологе. 

Дина

Звонок уже прозвенел, когда я зашла в кабинет. Мне не хотелось опаздывать на урок в новом классе, новой школе и новом для меня городе, но мои хотелки директор школы не учёл. Гаврилов Михаил Александрович пожелал сам сопроводить меня на новое место учёбы. И вот почти полный класс подростков уставился на меня как на заморскую диковинку.

– Ребята, представляю вам вашу новую одноклассницу Динару. Она переехала к нам из Казани. Прошу любить и жаловать.

Я скромно взмахиваю рукой ребятам и киваю молодой учительнице экономики, что стоит возле учительского стола. Директор удовлетворённо кивает, мол, дело сделано, можно и отчалить.

– Проходи, – указывает педагог на свободную четвёртую парту в среднем ряду, – меня зовут Екатерина Васильевна. С ребятами познакомишься уже после урока.

Пока иду по проходу, в мою спину со всех сторон летят шепотки:

– Татарка! Чернявка! Где твоё монгольское иго? – обидные слова, словно мелкие косточки, выпущенные из рогатки, попадают точно в цель.

И даже думать не нужно, чтобы понять: их мишень я, новенькая класса – Динара Ибрагимова.

Мои одноклассники встречают меня отнюдь не с распростёртыми объятиями. Да уж.

– Эй ты! Ты по-русски вообще понимаешь? – хохоча на весь класс, выкрикивает рыжий парень, имени которого я ещё не знаю.

Куда я попала? Это случаем не начальные классы?

– Крылов, а ну угомонись. Михаил Александрович, думаю, недалеко ещё ушёл, отправлю догонять.

– Всё, молчу, молчу. – Парень по фамилии Крылов утыкается в тетрадь и начинает усердно писать.

Мама говорила, что лучший ответ на хамское отношение – это игнор. Поэтому я собираю все свои силы и всё терпение, на которое способна, чтобы не ответить той же монетой. Не от большого ума все эти колкости.

Да они меня даже не знают.

Понятное дело, что приход новенькой одиннадцатиклассницы во второй четверти обескуражил ребят. Учебный год давно начался, а тут я.

Да ещё и отличаюсь от них. Моя внешность не то чтобы броская и вычурная, я просто немного отличаюсь от своих новых одноклассников. Я смуглокожая брюнетка с длинными густыми волосами.

Мы же многонациональное государство, и в моей прошлой школе на такое никто даже внимания не обращал. И для нас фраза “Мир, дружба, жвачка” была обыденным приветствием. А тут, в столице, преследование по национальному признаку какое-то.

Странно, жестоко, непонятно.

– Может, вы уже угомонитесь и отстанете? – Подскакиваю с места, как только раздаётся звонок с урока и учитель покидает класс.

Крылов ржёт как конь, но, слава богу, больше не удостаивает меня своими глупыми вопросами. Схватив  рюкзак, он первым покидает класс. Решаю последовать его примеру, ведь после первого урока перемена всего пять минут, поэтому я спешу на третий этаж, где расположен кабинет физики.

В этот раз я успеваю до звонка. Одноклассники помалкивают, и я этому несказанно рада.

Сажусь за ту же парту, достаю учебник, тетрадь, пенал и как примерная ученица ожидаю начало урока. Интересно, я не отстаю в программе?

С шумом в класс входит компания ребят, которых не было на первом уроке. Среди них я вижу рыжего Крылова и его.

Ярослава Королёва. Моего первого друга в этой школе, с которым мы познакомились на прошлой неделе.

Приветливо машу ему рукой и улыбаюсь. Я так рада, что мы будем учиться в одном классе. Но моя улыбка тает оттого, как парень смотрит на меня. Хмурясь и даже не кивнув, он отворачивается, обнимая за плечи блондинку. Они вместе садятся за вторую парту третьего ряда.

Что это значит?

Почему он сделал вид, что мы незнакомы?

Всё из-за той блондинки?

Она его девушка?

Ничего не понимаю!

Неожиданный звонок приводит меня в чувство и выталкивает из оцепенения. Только сейчас замечаю, что со мной сидит рыженькая девчонка. Она тоже пришла с Ярославом.

– Ну привет, новенькая, – усмехается девушка, – слышала, мой брат встретил тебя не очень радушно.

– Не только он. А что, Крылов твой брат? – не могу сдержать удивления.

Девушка очень симпатичная, с россыпью веснушек на лице и стильным каре. Она выглядит немного иначе, нежели её брат. Лишь цвет волос, возможно, выдаёт их родство. И она определённо нравится мне больше его.

– Ага, двойняшки мы. Я Настя.

– Динара. Можно просто Дина.

– Давай не робей, Дина, иначе съедят тебя живьём, даже косточек не оставят.

– Постараюсь, – пытаюсь улыбнуться. – А как зовут учителя, кстати?

В класс как раз входит молодой педагог, и я замечаю, как все девочки подбираются и поправляют одежду и волосы.

– Артемий Александрович, – шепчет Настя, и я ей благодарно киваю.

Перевожу взгляд на молодого мужчину и с любопытством рассматриваю. А он симпатичный. Коротко стриженный брюнет с аккуратной бородкой, на вид не больше двадцати пяти. Видимо, сразу после университета пришёл работать в школу. Он хмурится, оглядывая класс, видно, что ему нелестны эти жадные взгляды учениц, но, наткнувшись на мой, он удивлённо приподнимает бровь.

– Садитесь, класс. Новенькая?

Киваю и остаюсь стоять, а весь класс смотрит на меня в недоумении.

“Что?” – так и хочется их спросить. Это же обычное уважение к педагогу – отвечать на вопросы стоя.

– Я Динара Ибрагимова. И я буду сдавать ЕГЭ по физике, – отчитываюсь, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

– Хорошо, Динара. Можешь присесть, а после уроков подойди ко мне, обсудим с тобой подготовку к экзамену. И, Королёв, тебя это тоже касается. Я уже и не рассчитывал, что в 11-м “А” кто-то ещё осмелится. – Поднимается на трибуну, настраивает экран и проектор. – А это будет интересно, – размышляет вслух. – Итак, – опирается на стол и обводит класс взглядом, – тема сегодняшнего урока “Световые волны”.

Облегчённо вздыхаю: этот раздел я уже прошла в прошлой школе.

Не могу не посмотреть на Ярослава, и он на меня, видимо, тоже. Наши взгляды встречаются, и в его глазах горит совсем не дружеский блеск. Не выдержав его колючего внимания, чуть поворачиваюсь в сторону и натыкаюсь на ещё более злой взгляд его подружки.

Ревнивая она у него.

Глава 2

Знаете, у меня большая семья. Бабушки там, дедушки, тёти, дяди, двоюродные и троюродные братья, сёстры. Но в то же время моя семья очень маленькая: только мама и я. Наш папа ушёл от нас, когда мне было лет шесть, я ещё в школу не ходила. Воспоминания о нём уже не имеют ярких красок, лишь смазанная картинка: как он, смеясь, после детского садика сажал меня к себе на плечи, и я звонко хохотала, ведь выше меня никого не было, и мы были одним целым.

После его ухода в нашем доме стало тише, мама ни с кем новых отношений не строила, ну или я просто этого не видела. Больше десяти лет мы были дуэтом. Когда же маме предложили перевод в головной офис, а вместе с ним и переезд в столицу, я поддержала её, впрочем, как и всегда.

Переезд всегда сложен, тем более в другой город. Такое ощущение, что отрубили какую-то часть твоего тела, а какую именно – неясно. Кажется, что чего-то всё время недостаёт, а понять так и не удаётся. Странное состояние, но его просто нужно принять как данность и найти плюсы.

И я их нашла.

Первый плюс – это элитная школа, образование в которой ценят столичные вузы.

Второй – это университет. Учиться в МГУ, наверное, мечтает каждый коренной житель, а уж те, кто “понаехали”, и подавно. Я не исключение. Но я буду рада и другим вариантам.

И третий плюс – это мой отец. Он живёт здесь, и я давно мечтала встретиться с ним и поговорить. Для меня это важно. Мне необходимо, чтобы детская обида, которая глубоко сидит во мне, наконец-то сошла на нет. Кто-то же должен совершить взрослый поступок. Пускай это буду я. Плевать даже на то, что ему все эти годы было не до меня. У отца была новая семья и новые дети.

Я нашла своего отца, Ибрагимова Дамира, через социальные сети его младшего сына Марселя. Оказывается, что есть и старший сын – Марс, который старше меня на три года. Интересно, он мне родной по папе или нет? Я не исключаю и такого варианта. Как встретиться с отцом, я ещё не решила, спешка ни к чему, раз уж мы тут надолго.

Привыкнуть к новому месту сложно. И мой новый класс всё усложняет. Сейчас идёт только третий урок, а мне уже дико одиноко. В Казани остались все мои друзья, и я очень скучаю по своему дружному классу, своим подругам. Сейчас, глядя на своих новых одноклассников, я не вижу ни капли заинтересованности. У них уже свой слаженный коллектив, в который они не стремятся впускать новых членов. Они всем своим видом демонстрируют, что я изгой.

Настя оказалась неплохой девчонкой, но легкомысленной по отношению к учебе. После физики она сбежала с уроков, заявив, что есть дела поважнее. С собой не позвала. Я бы и не пошла, конечно. Не в первый день уж точно.

Моя мама Ляйсан воспитывала меня в строгости. Пока уроки не сделаю, никаких гулянок и социальных сетей. Она против ранних отношений. Поэтому к моим семнадцати годам у меня ещё не было серьёзных отношений. Так, нелепые дружеские прогулки, не более.

И именно поэтому столичный мальчик Ярик немного вскружил мне голову при первой нашей встрече.

Оставшиеся два урока стараюсь на Королёва не заглядываться, но это очень трудно сделать. Он притягивает к себе взгляды всех, словно магнит. Он привлекательный и высокомерный. Если отвечает кому-то, то кажется, будто он тем самым делает одолжение. Но при всей своей видимой важности, он умеет шутить и улыбается с этой милой ямочкой на левой щеке, и мне хочется верить, что всё это его высокомерие напускное.

На последнем уроке – литературе – нам дают задание прочитать отрывок из пьесы Максима Горького “На дне”, чтобы после обсудить основную философскую мысль, нужна ли ложь во спасение и как научиться управлять своей судьбой. Вопросы актуальные во все времена.

Мне кажется, все должны уткнуться в свои книги, но в меня летят записки.

Разворачиваю и читаю первую.

“Вали откуда приперлась!”

Остальные, не читая, закидываю в рюкзак, чтобы после уроков выкинуть все сразу в урну.

Чувствую, как начинает гореть правая сторона лица, как будто кто-то смотрит на меня. Поднимаю глаза и снова натыкаюсь на его взгляд. Он смотрит на меня так же, как на физике. Колюче и холодно.

Набираюсь смелости и нагло приподнимаю бровь, мол, что уставился, на что Ярослав прищуривается и резко отворачивается.

Какой ты настоящий, Королёв? Неужели сейчас?

При первой нашей встрече, он просил называть его Яриком.

Может, у него есть брат-близнец с таким же именем, что маловероятно, или у него память короткая, как у рыбки, раз он забыл о нашем общении до того, как я зашла в этот выпускной класс.

Мы познакомились на прошлой неделе. Ярослав – сын маминого нового начальника. Меня оформили в школу с понедельника, поэтому в обеденный перерыв прошлой пятницы я приехала к маме в офис, чтобы передать флешку, забытую ей дома, без которой она не могла обойтись оставшийся рабочий день.

По стечению обстоятельств в офис заехал и Ярослав к своему отцу. Мамин босс, Владимир Сергеевич Королёв, предложил своему сыну провести мне небольшую экскурсию по Измайловскому району. Я, конечно же, отказалась, на что наши родители лишь отмахнулись.

– У Ярослава наверняка есть дела поважнее, чем тратить время на меня. – Мне было неловко смотреть на красивого высокого юношу.

– Нет проблем, па. Дина, я с удовольствием покажу тебе классные места, – парень улыбнулся, и озорной блеск его глаз и ямочка на левой щеке меня убедили.

Ярослав яркой славянской внешности, светловолосый, со стильной причёской и светлыми глазами. А ещё эта ямочка, что придаёт его лицу мальчишеского задора. Он был стильно одет: чёрные брюки, тёмное пальто и коричневый шарф, обмотанный поверх воротника. Модник. Рядом с ним я в своём спортивном дутом жёлтом демисезонном пуховике смотрелась комично. Но парень был так мил со мной, что я откинула эту мысль.

Казань никогда не казалась мне маленьким городом, но она, конечно, не идёт ни в какое сравнение со столицей. Тут совсем другая жизнь. Кипящая. Наполненная яркими красками. Это пугает и будоражит.

Ярик предложил прогуляться по парку, что занимал большую часть района, много шутил, рассказывал про своих друзей и школу. Оказалось, мы будем учиться в одной школе, но в одном ли классе, было ещё не ясно. Я очень надеялась, что в одном. Мне хотелось, чтобы в первый учебный день в новой школе у меня был друг.

А когда неожиданно Ярик меня поцеловал и тут же признался, что просто не удержался, так я ему понравилась, моё девичье сердечко готово было выпрыгнуть из груди. Так сильно оно билось.

Это не был мой первый поцелуй, но по эмоциям перечеркнул все предыдущие. Мне казалось, что меня впереди ждёт что-то невероятное.

А что же сейчас?

Сейчас Ярик делает вид, что я ему неинтересна. Что мы даже незнакомы! И у него есть девушка!

Симпатичная блондинка с длинными прямыми волосами, что собраны в два хвоста, сидит с ним за одной партой. Катя Волкова. Так её окликнул кто-то. Она всё время ластится к Ярославу, заигрывает, а он обнимает её на переменах и целует в губы при всех.

Ну как так-то?

Зачем он тогда флиртовал со мной? И целовал? Играл?

Почему он не попросил прекратить этот ужасный стёб? Ведь и дураку ясно, что одно его слово – и всё прекратится. Но он этого слова не сказал.

Сколько так будет продолжаться?

После звонка собираю рюкзак и иду в кабинет физики, кожей ощущаю, как горит мой затылок. Знаю, что Ярослав идёт за мной на достаточном расстоянии, но я чувствую его прожигающий взгляд. Держусь из последних сил, чтобы не обернуться и не спросить, почему он так себя ведёт.

Так и не решившись, захожу в кабинет, где нас ждёт Артемий Александрович.

– Динара, Ярослав. Вот вам несколько вариантов тестов, хочу выявить ваши пробелы, – протягивает нам несколько листов. – До конца недели прошу выполнить. В пятницу после уроков факультатив.

– Я не могу, у меня тренировка, – подаёт голос Королёв.

– Тогда придётся успеть к четвергу.

Ярослав кивает, и мне приходится согласиться на четверг.

– Можете идти, – отпускает нас Артемий Александрович взмахом руки.

– До свидания, – произношу и первой покидаю класс, но успеваю сделать всего несколько шагов по коридору, как Королёв дёргает меня за локоть и тащит в сторону лестницы.

За поворотом никого нет, парень толкает меня к стене и нависает надо мной, опираясь правой рукой возле лица.

Не могу и слова вымолвить. Он подавляет своей энергетикой.

– Слушай сюда, новенькая. – И меня передёргивает от его интонации. Что успело случиться за выходные, что он ведет себя как мудак? – Между нами ничего не было.

– Почему? – Из последних сил пытаясь остановить подступающие слёзы.

Его слова как последний гвоздь в мой закрытый гроб. Целый день терпела нападки сверстников. Это забрало немало усилий. Сил держать лицо почти не осталось. И Ярослав только добивает меня своими словами. Только бы не расплакаться! Он не должен видеть мои слёзы!

– Что почему? – с ленцой переспрашивает, а после ухмыляется и смотрит на меня сверху вниз, словно увидел букашку. – Забудь, что было в пятницу.

– Но…

– Никаких “но”, чернявая! Даже не смотри в мою сторону! – Перебрасывает рюкзак через плечо и спешит покинуть уединённый закуток коридора.

– Но поцелуй? – тихо договариваю не озвученный мной вопрос в уходящую спину. – Ну и иди к чёрту!

Глава 3

До возвращения мамы с работы ещё несколько часов, и я уже знаю, о чём будет её первый вопрос: как прошёл мой первый учебный день в новой школе.

Только что ей ответить?

Понимаю, врать нехорошо, но и расстраивать маму тоже не хочу. Лучший вариант – просто немного недоговорить. Может, завтра всё будет иначе?

Сомневаюсь, конечно, но мыслить позитивно всё-таки хочется. Мне учиться в этой школе и в этом классе ещё полгода, поэтому нужно настроиться на то, что всё будет хо-ро-шо.

Приготовив рюкзак к новому учебному дню, иду на кухню, из холодильника беру питьевой клубничный йогурт. Этого мне будет достаточно до маминого возвращения.

Отпиваю йогурт прямо через горлышко и начинаю смотреть сторис своих подписок в инстаграме. Бывший одноклассник Сёма Комолов зависал вчера со своей девушкой в “Макдаке”. От фотки картошки фри во рту собралось немного слюны. Давненько я не ела такой вреднятины. Для “Макдака” нужна компания, а у меня её сейчас нет. С тоской смотрю на свой йогурт.

Сегодня я не обедала в школьной столовой, у меня был с собой шоколадный батончик и банан. Этого мне хватило, чтобы не сидеть одной среди шумного зала. Надеюсь, завтра Настя Крылова порадует меня своей компанией.

Вообще, я коммуникабельная девушка, легко иду на контакт, знакомлюсь, но не первой. Для меня проявить инициативу некомфортно. Знаю, надо перебороть свою скованность. Этим завтра и займусь. Подойду к кому-нибудь из одноклассников и заведу разговор. Раз не хотят сами идти на контакт, значит это сделаю я.

Мне ведь ещё предстоит встреча с папой. Как я планирую начать разговор с ним, когда мы не виделись больше десяти лет? Значит, решено. Потренируюсь сперва на одноклассниках. Хватит прятаться в свой панцирь.

В следующей сторис видео моей подруги Алисы Мамонтовой. Она в новом платье кружится перед зеркалом в режиме бумеранг.  Красотка. Ей очень идёт это милое синее платье-трапеция. Реагирую на сторис подруги смайликами “огонь”, и она тут же пишет сообщение в директ.

“Привет, Ди! Как тебе новая школа? Уже нашла себе парня?“

В этом вся Алиса. Всё время подкалывает тем, что у меня нет парня, при этом сама меняет их чуть ли не каждый месяц. Но меня это никогда не обижало, ведь я знаю, что Мамонтова меня любит. Скучаю по ней. Жуть как.

“Привет, Мамонт! Скучаю)”

Мелькающие точки показывают, что подруга уже строчит ответ. Судя по текущим секундам, там, видимо, целое сочинение о том, как она по мне тоскует.

“И я скучаю! Сегодня на физре пришлось работать в паре с Трусовой! Ты прикинь! Она же меня чуть не раздавила, когда сидела на моих ногах, пока я пыталась отжиматься)))”

Не сдерживаю смешка. Просто у Лены Трусовой очень объёмная пятая точка, и все из-за этого над ней подтрунивают. Не со зла, а так, по-доброму. Вообще, у Лены красивая фигура, с ярко выраженными бёдрами, а Алиса у нас миниатюрная.

“Не раздавила ведь)))”

“Не вижу ответа про парня…”

На выходных мы с мамой были заняты обустройством нашей небольшой двушки. Разбирали вещи по новым местам с самого утра и до позднего вечера. Когда ночью моя голова касалась подушки, я тут же засыпала. Поэтому подруга даже в ус не дует, что я тут уже успела побывать на воздушном замке, с которого сегодня пришлось плюхнуться на землю.

Будь он неладен, этот Королёв!

“Всё сложно, Алис”

“Рассказывай!”

И я нажимаю иконку камеры. Хочу услышать звонкий голос подруги.

– Привет, – улыбаюсь Алиске.

– Привет-привет! – Подруга заваливается на свою постель и вытягивает руку над головой. – Давай колись. Всё так плохо?

Тяжело выдыхаю. Проживать снова свои эмоции от первого дня в школе сложнее, чем я думала. Но мне нужно выговориться. Пусть это будет Алиса, а не мама. Я знаю, Мамонтова меня поймёт, как никто другой.

Это сейчас мы подруги не разлей вода, а были времена, когда мы готовы были прибить друг друга. До седьмого класса мы учились в параллели: я в “В”, а Алиса в “Б”. И мы были конкурентами на всех конкурсах, соревнованиях и олимпиадах. На всех!

Мы были как кошка с собакой. Вечно ругаясь и споря, кто лучше. Дошло почти до потасовки.

Из-за стула! Представляете?

Из-за простого школьного стула! Вот умора сейчас это вспоминать.

В школе проходила конференция, где ученики готовили презентации, каждый по своей теме. Нас было человек десять, и приглашали в класс по одному. В коридоре стояло несколько стульев, чтобы можно было посидеть в ожидании. Мы с Мамонтовой нацелились на один и тот же стул, так как он единственный был целым, без всяких сколов, гладенький, покрытый лаком, остальные же были сколоты по краям, из-за чего девичьи капронки вечно были в зацепках. Это в лучшем случае, в худшем по ногам расползались длинные стрелки.

Никто из нас не хотел уступать, мы подняли такой ор, что на шум вышла наша завуч. Услышав причину склоки, она рассмеялась, после чего сказала нам сидеть на одном стуле, пока она не вернётся за нами.

И мы как две дурочки сидели вдвоём на одном целом стуле. Сначала пыхтели, затем я не выдержала и засмеялась, а Алиса меня поддержала. Мы, как и было велено, отсидели на нём до прихода завуча. Когда в восьмом классе Алиса перевелась к нам, мы продолжили нашу традицию иногда сидеть на одном стуле и за одной партой. Злосчастный предмет мебели сделал нас лучшими подругами.

Сейчас я бы уступила стул подруге без промедления, впрочем, как и она.

Алиса приподнимает бровь, и я начинаю говорить. Рассказываю всё: про знакомство с Королёвым в прошлую пятницу, про грубые приветствия одноклассников, про дебильные записки и про то, что Ярослав сказал мне после уроков.

Алиса хмурится с каждой новой фразой, но не перебивает. Когда я выдыхаюсь и замолкаю, прорывает уже её:

– Ди! Не позволяй так с собой обращаться! Ты умница и красавица. А этот Королёв полный придурок. Нормальный парень так себя не будет вести. Плюнь на него, пусть он на тебя не смотрит, а не ты.

– Спасибо за слова поддержки.

– Пф-ф, скажешь тоже. Была б я рядом, вот тогда оказала бы поддержку, – улыбается грустно. – Дина, главное, нос не вешай. Один день не показатель.

– Ты права. Что это я скисла?

– Давай не кисни, на радуге зависни, – в своей манере смеётся Мамонтова, и я, заряжаясь её смехом, поддерживаю.

– Рука затекла, – стонет подруга, и я Машу ей йогуртом.

– Пока, Мамонт! Нашим привет от меня.

– Окей, пока. Пиши.

Я киваю и отключаюсь.

Полегчало ли мне после разговора с подругой? И да, и нет. С одной стороны, я понимаю, что всё в моих силах, но с другой – я не знаю, чего ожидать от нового коллектива. И это неведение меня тревожит и пугает.

К маминому возвращению я увлечена чтением той самой пьесы, которую мы начали на уроке литературы. Мама, видя моё занятие, не пристает с вопросами. Разогревает нам ужин, но поесть вместе нам не суждено: звонок телефона отрывает её от еды, и она покидает кухню, решая какие-то рабочие моменты.

Я в одиночестве доедаю картофельное пюре с гуляшом, мою за собой посуду и ухожу в свою комнату.

Моя новая комната совсем крошка. Кровать полуторка, небольшой угловой шкаф и письменный стол у окна. Обои светлые, поэтому стены не давят. Комнате не хватает жизни. Скоро я это изменю. Вдохну уют.

Через пару недель уже можно будет украсить комнату гирляндами с прищепками и моими любимыми фотографиями.

Включаю ноутбук и загружаю свою страницу ВКонтакте. На стене Алисы висит наша новая клёвая совместная фотка, которой у меня нет. Хочу её скачать, чтобы затем распечатать. Перед тем как зайти на страницу подруги, замечаю новые оповещения.

Одна заявка в друзья.

И одно сообщение.

Открываю его первым.

“Остерегайся волков”

Отправитель – великий ученый, аватарка – его забавная и самая запоминающаяся фотокарточка, на которой он показывает язык.

Глава 4

– Динара! Вставай! Опоздаешь же в школу! – простреливают мамины слова сквозь сон.

Комната наполняется ярким сиянием светодиодной лампы, что тянется вдоль всей стены. Жмурюсь. Не хочу пробуждаться. Хочу обратно в царство Морфея.

– Не хочу… – Натягиваю одеяло на голову и прикрываю глаза.

Ещё минутку полежу, всего минутку…

– Динара! – мамин голос совсем рядом, а через мгновение она уже сдирает с меня одеяло. – Время! – стучит пальцем по своим наручным часам и качает головой.

Сажусь в кровати и тру глаза.

Ненавижу ранние подъёмы!

Мама уже собранная и накрашенная. В сером брючном костюме. Она менеджер нефтегазовых проектов. Работа у неё сложная и ответственная. Но она у меня такая умная и пробивная, что её заметили в головном офисе и пригласили в столицу.

И вот мы тут живем уже почти неделю.

– Доброе утро, эни, – ласково произношу и выдавливаю сонную улыбку, разглядывая уже собранную маму.

Мы с ней похожи. У меня такие же тёмные глаза и волосы. Только у неё длина чуть ниже плеч, когда мои достают почти копчика.

Ну и в силу своего малого возраста я стройна, а у мамы есть немного лишних кило, которые её нисколько не портят. Она очень красивая даже для своих сорока.

Мама ещё больше лохматит мои волосы и, удовлетворенная тем, что я приняла сидячее положение, уходит на кухню готовить для нас завтрак.

В будние дни это её обязанность, в выходные – моя. Равноправное разделение.

Слышу, как она включает чайник и гремит посудой.

Со стоном отчаяния падаю обратно на подушку.

Ну почему я сова?

Вечно допоздна не могу уснуть, а поутру не могу разлепить глаза. Вчера долго лежала без сна и, глядя в потолок, думала о сообщении от научного фейка.

Я ничего не ответила на это предупреждение. Я и так знаю, что сейчас выступаю в роли бедной овечки, а все остальные серые волки.

Другой вопрос: кто скрывается за фоткой Альберта Эйнштейна?

Почему именно физик?

Это намёк или просто глупое совпадение?

Ну какое совпадение может быть, если весь класс в курсе, что я выбрала физику для сдачи экзамена?

Была ещё мысль, что это недоброжелатель, а вовсе не защитник, и тем самым он лишь запугивает.

– Завтрак, дочь!

Подскакиваю, выкидывая все мысли из головы, и как метеор несусь в ванную.

Мама выглядывает в коридор и смеётся надо мной. Конечно, такая кобылка уже выросла, а веду себя иногда как ясельный ребёнок.

А мне что? Мне ничего.

Я такая, какая есть. Хочу горевать – плачу, хочу радоваться – смеюсь. Хочу быть метеором – быстро умываюсь прохладной водой, чищу зубы, наношу тушь на ресницы, стягиваю волосы в небрежный пучок и бегу обратно в комнату.

Формы в новой школе как таковой нет, но у меня ещё с прошлой осталось несколько комплектов. Выбор останавливаю на тёмно-синей юбке с запахом и белой водолазке.

Прохожусь расческой по всей длине волос и направляюсь на кухню.

– Мы вчера даже не поговорили, – сразу начинает мама, как только я захожу.

Кухня у нас тоже мелкая, но нам вдвоём не тесно.

– Я всё понимаю, мам. – Отпиваю из кружки кофе, закидываю в рот ломтик сыра, и с полным ртом продолжаю: – У тебя работа.

– Прожуй, кулёма.

Киваю и быстро работаю челюстью, уже морально готовясь к допросу с пристрастием.

– Как первый день в школе?

Сглатываю и смотрю на свою кружку с кофе. Если подниму глаза на маму, она всё поймет.

– Да нормально, мам. Школа как школа. – Скрываюсь за кружкой, когда отпиваю очередной глоток. Кофе немного остыл.

– А ребята? Владимир Сергеевич мне вчера сообщил, что вы с Ярославом будете учиться в одном классе.

Не думала, что начальнику мамы интересно, с кем учится его сын.

– Угу, – киваю. – Всё норм, – повторяюсь и подскакиваю со стула. – Спасибо, мамуль, за завтрак, – чмокаю в щёку, – мне пора бежать, не хочу опаздывать.

Вообще не люблю это дело. Опоздания.

– До вечера, – кивает и отворачивается к раковине.

Ей уже тоже пора собираться. Хорошо, что она не стала выпытывать, что значит моё “норм”.

В моём понимании это просто никак.

– Вечером задержусь, не теряй, – кричит с кухни.

– Окей, мам. Всё, я убежала.

Бросаю последний взгляд в зеркало в прихожей и удовлетворённо киваю своему отражению. Красное пальто до колен, в тон ему милый беретик и чёрные полусапожки на среднем каблуке.

Многие знакомые мне девочки критикуют свою внешность, и я не исключение. Хотя я стараюсь не зацикливаться на недостатках, а просто пытаюсь скрывать их.

Но сегодня я себе нравлюсь. Моя самооценка поднимается, и я с более или менее лёгким сердцем иду на занятия.

Моя новая школа находится в двух кварталах от нашей корпоративной квартиры. Если перевести это на время, то путь составляет не более пятнадцати минут. Медленным шагом. Сейчас на часах 7:35.

Я буду вовремя.

Чтобы не нагнетать себе напряжение перед вторым днём в новой школе, включаю в телефоне блютус к наушникам – и вот я уже вышагиваю под ритмичные современные песни. Под очередной хит Гагариной понимаю, что улыбаюсь прохожим, и некоторые даже отвечают мне ответной улыбкой.

Возможно, Москва не такая и суровая. И тут есть люди, которые готовы притормозить на улице и улыбнуться чистому небу. А возможно, я чертовски заблуждаюсь.

К школе подхожу бодрой походкой, постукивая каблуками по ещё не заснеженному асфальту. Зима не спешит в этом году.

Под ногами вьются начальные классы со своими огромными портфелями. Да эти чемоданы за спинами порой больше самих ребят. Мне их даже жаль. Кажется, мой портфель в начальной школе был поменьше.

Когда от входа в здание меня отделяет последняя ступенька крыльца, я чувствую толчок в спину и, цепляясь носком за металлический уголок, лечу вперёд, успевая лишь вытянуть руки перед собой.

А-а-а-ауч! Как больно!

Только бы сдержать слёзы боли.

Второй день начался просто класс! Он уже превзошёл первый по очкам в несколько раз. И счёт вновь не в мою пользу.

Я уже начинаю ненавидеть эту школу и этих придурков, что снимают, как я поднимаюсь и пытаюсь проковылять к входной двери.

Колготки на правой коленке разодраны, под ней багровеет синяк. Кожа, соприкоснувшаяся с бетоном, пульсирует болью. Я поворачиваю голову в направлении смешков и, не дав себе ни секунды на размышления и обдумывание возможныых последствий, выкидываю правую руку в сторону компашки из моего класса и показываю средний палец.

Их вытянутые мины навсегда останутся в моей памяти.

Глава 5

– Я знала, что найду тебя здесь! – Влетает в женский туалет Настя. – Привет, Красная Шапочка.

– Видела моё жалкое падение? – Начинаю стягивать разодранные капронки.

– Ага, видео уже набрало сотни просмотров, – смеётся Крылова, а я недоуменно смотрю на неё.

– Что смешного, Насть? – не могу сдержать раздражения.

– А то, что ты молодец. Твой жест – просто эпик вин*, как вишенка на торте, ответ всем зазнайкам.

– Можно подумать, ты не одна из них. – Прохожу мимо девушки и выкидываю колготки в урну.

– Что? Да как ты могла такое подумать! Да, мой брат Даня ещё тот придурок, но я не с ними.

Мне отрадно это слышать. Но нервное возбуждение ещё не сошло на нет.

– На видео видно, кто меня толкнул? И куда оно вообще залито?

– Нет, только как ты падаешь. А видео залито в группу “Подслушано” нашей школы.

Звенит звонок на первый урок, я хмурюсь, так как не успела обработать рану.

– Ладно, проехали. Пойдём.

Первым уроком у нас сегодня алгебра. Как и со всеми точными науками, у меня нет с ней проблем.

Крылова садится со мной. Похоже, у меня появилась подруга в этом улье. Учитель ещё не пришёл, и половина класса уставилась в свои мобильники. По тому, как они бросают ухмылки и смешки в мою сторону, понимаю – они смотрят то самое видео.

Ярик ничего не смотрит, он сидит с такой прямой спиной, будто проглотил кол. Он напряжён, даже когда на его шее виснет Волкова. Ведёт плечом и скидывает её руки, девица обиженно надувает губки, а после смотрит на меня.

А я что? Выдерживаю её злобный взгляд.

– Держи. – Перевожу глаза с Волковой на Крылову и смотрю на предмет, что она мне протягивает. Это пластырь.

– Спасибо! – Принимаю сразу, отрываю липкую ленту и наклеиваю на разбитую коленку.

– Пустяки, – бросает девушка и принимается что-то набрасывать в своём скетчбуке.

Отрешённо наблюдаю за тем, как она рисует какой-то узор, добавляет к нему ещё несколько линий, и по контурам выходит, что это лисичка. Мило.

Настя мне ещё вчера понравилась, а сегодня я готова её расцеловать за поддержку. То, что она называет пустяком, для меня – забота. И пусть мы ещё мало знакомы, я постараюсь отплатить девушке той же монетой, той же добротой.

В класс влетает учительница, немолодая – на вид за пятьдесят, с очень строгим выражением лица. На ней костюм светло-коричневого цвета. Пиджак и прямая юбка чуть ниже колен. Закрытые туфли на низком каблуке. Волосы собраны в высокий зализанный пучок.

– Галина Ильинична та ещё грымза, – шепотом объясняет мне Настя, и я кошусь на учительницу.

Она выдаёт всем тесты для самостоятельной работы и, когда видит меня, уточняет, проходила ли я тему проверочной в прошлой школе. Оказывается, что нет.

Учительница хмурится.

– Так, ясно. В отстающих, значит. Это плохо, – хмурится ещё сильнее. – Как ты собираешься догонять материал, милочка?

– Самостоятельно, – произношу неуверенно и добавляю: – Или попрошу маму найти репетитора.

– Я могу помочь Динаре, – подаёт голос моя соседка по парте, и по тому, как на неё зыркает учительница, я понимаю, что это было глупое предложение.

– Анастасия, я вообще удивлена, что вы сегодня соизволили осчастливить мой урок своим присутствием. И, если мне не изменяет память, вы еле наскребли на карандашную тройку за первую четверть. Ну какой из вас помощник?

Настя хмыкает и снова начинает что-то рисовать уже на полях своей тетради. Творческая личность моя новая подруга, ей не до точных наук. Она, скорее всего, гуманитарий и занимается в какой-нибудь художественной школе.

– Хорошо. Решено, – учительница хлопает в ладони, тем самым прерывая поток моих мыслей о подруге, и я смотрю на Галину Ильиничну.

Что она там решила?

– Королёв, подтянешь новенькую по материалу, который она не знает, и я не дам ход докладной на тебя за твой проступок.

Ярослав даже не смотрит на неё, молчит.

– Почему сразу Ярик? – подаёт голос Волкова.

– Может, потому, что в этом классе только у Королёва есть мозги?! – повышает голос учительница и тут же подходит к его парте. – Не слышу согласия, Ярослав. Или мне всё-таки дать ход докладной?

Что он сделал, раз учительница может так просто манипулировать им как марионеткой? Я не хочу, чтобы Ярик занимался со мной, не после того, что он вчера мне сказал.

– Галина Ильинична, это лишнее, правда. Я сама смогу.

Учительница смотрит на меня, но кладёт руку на плечо Ярослава, и я вижу, как она его сжимает. Парень продолжает смотреть перед собой, а потом произносит то, отчего моё сердце пускается вскачь, то ударяясь в грудину, то ухая в низ живота:

– Я с удовольствием помогу новенькой догнать школьную программу.

Чёрт!

Надеюсь, я это произнесла не вслух?

Тогда почему все уставились на меня....

Дайте мне сил дожить до конца этого урока.

_____

Эпик вин* – эпическая победа

Глава 6

Я всегда любила школу. Она для меня была не только кладезем новых знаний, но и источником вдохновения, желания доказать себе, что я могу что-то большее. А ещё школа смогла подарить мне хороших друзей и кучу счастливых моментов. По крайней мере, так было раньше.

Сейчас, в новой школе, я испытываю пока лишь неловкое чувство тревоги. Мне кажется, стоит отвернуться, как мне в спину могут кинуть учебник. Ужасное ощущение. Несмотря на то что рядом со мной Крылова, я не могу избавиться от неприятного холодка, бегающего по позвоночнику.

После быстрого перекуса у нас сдвоенная физкультура с параллельным классом.

У Насти освобождение от физры, и она сразу уходит в тренерскую, там она будет заниматься с теоретическим материалом.

В женской раздевалке совсем мало места. Девочки толкаются, но вроде как по-дружески. Переодеваюсь почти мгновенно, без колготок это получается вдвое быстрее. Водолазку заменяю белой футболкой, а юбку – чёрными легинсами. Белые кроссовки завершают мой образ. Волосы решаю собрать в высокий хвост уже в спортзале.

Мужская раздевалка расположена через две двери от нашей, и оттуда уже начали выходить одноклассники.

Звягинцев Костя, ещё один парень из компании Королёва и Крылова, при виде меня присвистывает. Не могу сдержаться и закатываю глаза. Костя бабник, как я уже успела понять. На переменах он каждый раз зажимает новую девчонку, а они, нет чтобы отпихнуть парня, хихикают как дурочки. Он симпатичный высокий брюнет, но это не даёт ему права так обращаться с девушками. Мне никогда не нравились такие парни, неудивительно, что я его считаю павлином. Следом за Звягинцевым идёт Королёв, окидывая меня равнодушным взглядом.

Мне сложно перестроиться. Ярослав мне понравился, и я думала, что у нас это взаимно, а всё оказалось лишь дурацкой игрой.

– Чё встала посреди коридора? – Толчок в бок, и мимо меня проносится Волкова.

От тычка моя резинка-пружинка вылетает из рук, и я трачу несколько секунд на то, чтобы поднять свою вещь, а когда принимаю вертикальное положение, Волкова с Королёвым всё ещё стоят в коридоре. Девушка берёт Ярика под руку, приподнимается на носочки и шепчет ему что-то на ухо, на что парень улыбается, при этом не отводит от меня своего прямого взгляда. Эта улыбка похожа на гримасу. Отворачиваюсь и утыкаюсь твердую грудь.

– Привет, Чернявая. Мы вчера так и не поболтали. Может, наверстаем упущенное?

Поднимаю голову и смотрю на ухмылку Крылова Данилы.

– Как-нибудь в другой раз, – произношу с натянутой улыбкой, отодвигаюсь от брата Насти, но он снова преграждает мне путь.

– Не так быстро, Динарочка.

– Что тебе нужно? – вскидываю голову, встречаясь с озорным блеском в глазах Крылова. Что задумал этот рыжий жук? – У нас урок уже начался.

– Короче, сегодня после занятий мы собираемся в сквере за школой. Приходи. Проведём для тебя обряд посвящения.

Брови сходятся на переносице. Мне не нравится эта идея, о чём я решаю сразу сказать:

– Не думаю, что мне это нужно, Даня.

– Это был не вопрос, Ибрагимова. Не придёшь, тебе же будет хуже.

– Это угроза?

– Предупреждение, крошка.

– Отстань от неё, – неожиданно рядом с нами оказывается Ярослав. Я и не заметила, когда он успел подойти.

– Ты же сам говорил… – начинает Настин брат.

Ярик смотрит на меня, а затем переводит взгляд на друга, и они несколько секунд сверлят глазами друг друга. Что это значит, чёрт возьми?

– В другой раз, – бросает Крылов и быстрым шагом уходит в спортивный зал.

В недоумении смотрю на Королёва, но он молчит.

– Ярик, ты идёшь? – окликает парня его девушка.

Ярослав кивает Волковой, после чего разворачивается ко мне всем корпусом и, наклоняется к самому уху, отчего мои колени начинают подрагивать. Как он это делает?

– После уроков. В библиотеке. Занятия алгеброй. Не опаздывай. – Я тупо смотрю на то, как его рука тянется к моим волосам, но в последний момент он отдёргивает ладонь и прячет её в кармане спортивных брюк.

Слова застряли где-то в районе желудка. Пока я размышляю, стоит ли его поблагодарить за то, что вмешался, Ярик уже почти скрывается за дверями спортзала, но затем оборачивается и произносит что-то ещё. Что именно, я расслышать не могу из-за гула голосов вышедших из раздевалки одноклассниц.

Ещё до того, как я собираюсь переспросить, парень исчезает за дверью. Ладно, спрошу после уроков в библиотеке. Не забыть бы только.

Физкультура проходит на удивление спокойно. Всё как обычно: разминка, бег вокруг зала, отжимания и пресс. На оценку сдаём прыжки в длину. С этим у меня проблем нет, получив свою твёрдую пятёрку, возвращаюсь в женскую раздевалку.

Там стягиваю с себя футболку, хочу протереть тело влажными салфетками, но в рюкзаке их не оказывается. Хотя я прекрасно помню, что они были в боковом кармашке, когда я покидала раздевалку.

– Девочки, никто не брал мои влажные салфетки? – оглядываюсь на одноклассниц.

– Ты нас сейчас обвинила в воровстве? – вопрос с наездом от Кати Волковой даже не сюрприз для меня.

У меня такое чувство, что она специально нарывается на открытый конфликт.

– Нет, я просто спросила.

– Ах, ты просто спросила, – тянет девушка. – А мне показалось совсем другое. Да, девочки?

Одноклассницы молчат. И я понятия не имею, что это значит. На чьей они стороне.

– Забыли, – бросаю через плечо и пытаюсь натянуть водолазку на вспотевшее тело. На спине, как обычно, ткань застревает.

– Как у тебя, новенькая, всё просто, – не унимается Катя. – Сперва обвиняешь, а потом просто “забыли”! А я, к примеру, не страдаю плохой памятью.

– Что тебе от меня надо? – психуя, разворачиваюсь к Волковой, пытаясь одной рукой расправить чёртову водолазку на спине.

– Чтобы ты не забывала, кто ты такая.

Меня никогда не примут в этой школе. Пока здесь главенствует эта королева, мне не дадут спокойно жить.

Я молчу. Что бы я сейчас ни сказала, она повернёт мои слова против меня. Поэтому решаю просто отмолчаться.

Дверь в раздевалку распахивается, и я лицезрю рыжеволосую голову свой спасительницы.

– Дина, ты там скоро?

Запихиваю кроссовки в рюкзак, забрасываю его на плечо и покидаю женский улей.

– Ты вовремя, – говорю Насте и выдыхаю.

Похоже, я не дышала. Думала, что девица в любой момент может на меня наброситься.

– Что случилось?

– Ничего, слава богу.

Настя смотрит на меня с подозрением, но вопросов не задает, и я, чтобы не развивать дальше данную тему, спрашиваю:

– А где в нашей школе “святая святых”?

– Что? Туалет? – не понимает, о чём я.

– Библиотека, дурында, – хихикаю, – Странно, что я ещё вчера там не побывала.

– Дин, ты как Гермиона Грейнджер, ей-богу.

– А ты тогда Рон Уизли, со твоим-то отношением к учебе.

– Отлично подмечено! – Встряхивает своими рыжими волосами одноклассница, и мы смеёмся в голос.

Неужели так будет продолжаться весь учебный год? Чёрные полосы будут сменять белые, и наоборот?

Глава 7

После уроков, как и было оговорено, прихожу в библиотеку. Открываю учебник алгебры и просматриваю темы, которые в моей школе я ещё не прошла, а в новой уже пропустила.

Школу в Казани я, наверное, всегда буду считать своей, ведь именно там я проучилась предыдущие десять лет, а в этой всего каких-то два дня. Капля в океане времени. Если быть честной, я пока не могу назвать эту школу своей и даже не думаю, что буду готова прийти на встречу выпускников спустя десять лет.

Может, я рано ставлю крест, но ничего с собой поделать не могу. Слишком видна разница. И мне трудно представить, что что-то может измениться и я вдруг стану своей в стенах этой школы.

Для того чтобы стать своей, как мне кажется, необходимо всего лишь следовать простым правилам:

1) не нарываться;

2) спокойно реагировать на нападки;

3) не отвечать на агрессию той же монетой;

4) быть вежливой;

5) не пялиться на Королёва.

Всё ясно и понятно. Но, пожалуй, я не смогу следовать своему списку правил, а если быть конкретней, то это касается последнего пункта. Я не могу на него не пялиться, пока он направляется в мою сторону, обходя парты.

Ярослав ловит мой взгляд. Поздно уже отворачиваться, поэтому просто жду, когда он подойдёт.

– Привет, – не знаю, что ещё сказать. Не на опоздание же его пятнадцатиминутное указывать.

– Виделись же, – усмехается парень и с шумом отодвигает для себя стул. Морщусь от противного скрежета ножек по полу.

Он садится, вальяжно откидываясь на спинку стула, и вытягивает ноги вперёд, нечаянно или специально – этого я не знаю – задевает мои ступни. Я резко отвожу их в сторону. Ярослав рассматривает меня, словно впервые видит. От его взгляда мурашки бегут по коже, а на руках поднимаются волоски, слава небесам, что на мне длинные рукава и он этого не видит.

Но я-то это чувствую. А ещё дрожь во всём теле от его присутствия.

Ярослав – очень красивый юноша. И я не могу забыть тот поцелуй. Чего не скажешь о парне. Он ясно дал понять, что не желает о нём вспоминать и хочет, чтобы и я забыла. Но разве такое можно забыть?

Он продолжает меня рассматривать, и я, пользуясь случаем, следую его примеру, что-то мне подсказывает – сейчас можно. Другой возможности может больше не представиться.

Ярослав наклоняет голову набок, и его удлинённая челка падает на правую сторону, чуть закрывая глаз, его ноздри раздуваются, будто он пытается уловить мой запах через разделяющий на стол. Надеюсь, от меня не воняет после занятий физкультурой, я привела себя в порядок – Настя поделилась со мной своими влажными салфетками.

У Королёва ярко выраженные скулы, прямой нос и идеальной формы губы. По мне, он похож на юного Брэда Питта. Ну или я просто ему льщу, так как я без ума от голливудского актера.

Одноклассник сглатывает, и я как заворожённая наблюдаю за движением его кадыка.

– Послушай, – начинаю первой, нет сил выдерживать его пытливый взгляд и любоваться его холодной красотой.

– Я здесь не по своей воле, Ди-на-ра, – выделяет моё имя по слогам, – и я от своих вчерашних слов не отказываюсь. В библиотеке мы занимаемся после уроков. Столько, сколько необходимо тебе, чтобы догнать нашу программу, – делает паузу и прищуривается, – в остальное время нам не следует дружить.

Дружить? Слово-то какое подобрал.

– Зачем ты тогда сегодня заступился за меня?

– Не задавай глупых вопросов, Ди-на-ро-чка. И давай начнём уже.

Динарочка? В смысле? Они что, с Крыловым сговорились?

Поворачиваю к нему учебник и тычу в последнюю пройденную мной тему.

– Это последнее, что я изучила.

Ярослав быстро перелистывает страницы вперёд, определяя масштаб работы. По его лицу понимаю, что он начинает злиться.

– Ваш учитель что, улитка? – скорее всего, это был риторический вопрос, и я просто веду плечом, мол, без понятия.

Ярослав достаёт свою тетрадь по алгебре. А из другой тетради выдирает двойной листок. Какое кощунство! Мог бы и у меня спросить. Но бог с ним, с листком. Его тетрадь, пусть делает с ней что хочет. Просто вторая тетрадь выглядит уж больно тоненькой, будто парень проделывает с ней такое не впервые.

А дальше мы уходим в тему “Определение производной”. У меня математический склад ума, и я легко усваиваю материал, к тому же теперь понимаю: Галина Ильинична была права, когда сказала, что у Королёва есть мозги. Он реально умный парень. Из Ярослава вышел бы хороший педагог.

Я записываю всё, что он показывает на своем листе, прорешиваю его примеры, и он остается доволен.

– На сегодня всё. – Складывает свои вещи в рюкзак, задевая мою ручку.

Я словно замедленной съемке наблюдаю, как моя шариковая ручка катится по поверхности стола, а затем падает вниз. Моя реакция только тут даёт о себе знать, и я наклоняюсь под парту.

Моя ручка валяется у ног Королёва, и ему было бы проще поднять её, но он и не думает мне помогать. Я тянусь за ней и слышу громкий смех со стороны входа в библиотеку. Когда вылезаю из-под стола, в дверях никого нет.

Странно.

Ярослав поднимается со стула, и, закинув рюкзак на плечо, уходит, даже не прощаясь.

Смотря в спину парня, вспоминаю, что хотела спросить о его словах перед уроком физкультуры.

– Ярослав, – окликаю парня.

Он тормозит и поворачивается ко мне вполоборота, вопросительно приподнимая бровь.

– Я не расслышала, что ты сказал мне перед физкультурой. Можешь повторить?

– Это уже неважно, Ди-на-ра, – бросает напоследок, отворачивается и покидает библиотеку.

Я ещё пару минут сижу в прострации. Что бы это ни было, мне кажется, когда-нибудь я это узнаю.

Глава 8

После школы не хочу идти сразу домой, поэтому решаю погулять по району, благо погода позволяет.

На крыльце никого нет: уроки у второй смены уже начались, а первая давно разошлась. С Ярославом мы занимались больше часа, хотя мне показалось, что совсем недолго. За любимым делом время всегда пролетает незаметно.

Осеннее солнышко почти не греет, но светит ярко. Листья давно уже опали и коричневым пластом лежат на земле. Асфальт сухой, и это для меня самое приятное. Не люблю осеннюю слякоть после дождей. А сейчас градусов десять тепла, и я ловлю себя на мысли, что улыбаюсь.

Я вообще люблю улыбаться.

Мне кажется, что улыбкой можно растопить любую печаль. Улыбка с утра даёт заряд положительных эмоций на весь день, а перед сном обещает, что завтра будет ещё один замечательный день.

Для меня улыбаться без причины это совсем не признак дурачины. А кто так говорит, сам дурачок.

Дойдя до сквера, нахожу пустующую скамейку, присаживаюсь и пролистываю пальцем по сенсору сотового новостную ленту инстаграма. Резко приходит мысль попытаться найти личную страницу Марса. В аккаунте Марселя нахожу два фото, на которых есть старший брат. Неудачные. На одном он размазан, на другом – стоит боком. Но подпись указывает, что это точно Марс.

Когда в друзьях младшего сводного брата нахожу страницу старшего, немного охреневаю. В хорошем смысле этого слова. На аве он совсем другой. Красивый. Взрослый. Мне хочется смеяться в голос от глупой мысли, что я против того, чтобы этот брюнет был моим братом, пусть даже сводным.

Я приглядываюсь внимательнее, пытаясь уловить в нём черты своего отца, но по фото сложно судить. Хочу увидеть парня вживую. И такой случай может представиться уже сегодня вечером.

Вот это везение!

Оказывается, старший сын моего отца играет в кавер-группе, и сегодня у них будет небольшое выступление в кафе “Новое место”. Гуглю адрес, и мне снова везет: оно совсем недалеко от нас, каких-то восемь остановок на метро. Это фигня. Начало в восемь. То есть я вернусь домой ближе к одиннадцати.

Для такого мероприятия мне необходима компания. В голову приходит только одна кандидатура, но, прежде чем приглашать Крылову, звоню маме.

– Привет, Дин. Уже дома? – бодро отвечает она.

Мама у меня строгая, и я неожиданно тушуюсь: а вдруг она не отпустит? Говорить истинную причину мне ещё страшнее.

– Нет ещё, решила немного прогуляться в сквере, погода чудесная.

– Да, милая, погода сегодня прекрасная. В окно видела, – смеётся.

– Я хотела у тебя сегодня отпроситься, – начинаю издалека.

– Куда? – мамин голос наполняется стальными нотками.

– В кафе с одноклассницей. Концерт небольшой. К одиннадцати обещаю вернуться, – выпаливаю последнее быстро.

Мама молчит, и я начинаю беспокоиться, что она может отказать. От нервного возбуждения я поднимаюсь со скамьи и начинаю ходить из стороны в сторону.

– Динара, я не знаю даже.

– Мам, я буду не одна.

– С девочкой, которую я не знаю. Может, вам компанию составит Ярослав?

Вот это мама загнула. Но я же и не говорила, что мы с ним никакие не друзья.

– Я не знаю, у него могут быть свои планы, – стараюсь, чтобы голос звучал легко. – И мальчики обычно не любят такую музыку.

– Хорошо.

Я на мгновение замираю, чтобы потом невысоко подпрыгнуть на месте.

– Спасибо, мамочка!

– Динара, только уроки сделай.

– Конечно-конечно!

– И адрес кафе этого скинь на всякий случай, и телефон чтобы был заряжен.

– Всё-всё будет. Не переживай. Я же взрослая девочка.

Мама вздыхает.

– Это и пугает, дочь.  Ладно. До вечера.

– Пока мам, и спасибо.

Отключаюсь и сразу пишу сообщение Насте.

“Мне нужна твоя компания на вечер”

Прикрепляю ссылку на мероприятие и жду ответа.

Никогда так не волновалась в ожидании. Хотя, если быть честной, то я могу и одна пойти, просто идти в новое место без компании не совсем комфортно. Днем такое для меня вполне легко, а вот вечером уже немного другое.

“Я буду, только поеду после художки, поэтому встретимся сразу там”

Удача сегодня на моей стороне.

“Супер! До вечера.”

“Окей”

В предвкушении классного вечера спешу домой, ведь помимо уроков мне необходимо ещё прорешать несколько тестов по физике. Не хочу оставлять всё на последний вечер.

Постукивая каблуками по асфальту, направляя курс в сторону дома, прокручиваю возможные варианты нашего знакомства с Марсом.

Представиться сразу дочерью Ибрагимова Дамира не кажется мне хорошей идеей. Но тянуть тоже нельзя.

Палка о двух концах.

Решаю действовать по обстоятельствам.

Ведь мне сегодня так везёт.

***

На учебу я трачу меньше времени, чем на сборы. Типичная девушка.

Перебрала весь шкаф с одеждой дважды, но так и не смогла определиться с выбором. Мне ничего не нравится. Падаю на постель лицом в подушку и стону. Переворачиваюсь на спину и сдуваю волосы, что упали на лицо. Хочу ещё раз одним глазком полюбоваться Марсом. Открыть его страницу не успеваю, моё внимание перетягивает входящее сообщение от Альберта Эйнштейна.

“Привет”

И это всё? Хлопаю ресницами и решаю, начинать ли диалог с фейком, но любопытство и интрига побеждают.

“Привет. Мы знакомы?”

Мой собеседник онлайн, и я вижу, что он или она печатает текст.

“Можно и так сказать…”

Это не ответ!

“А если конкретнее? Ты из моего нового класса?”

А что тянуть? Не люблю я эти тайные переписки.

“Предпочту оставить эту информацию при себе”

Мои пальцы летают по буквам.

“Какие цели ты преследуешь, общаясь со мной?

Собеседник молчит. Проходит минута, две, а затем приходит ответ, который ставит меня в тупик.

“Хочу, чтобы ты в меня влюбилась”

“В фейк?”

В моих мыслях вопрос сочится сарказмом.

“В образ.”

Чего? Блин, он меня что, за дуру держит?

“Ладно, посмеялись, и хватит.”

“Куда-то спешишь?”

“Да”

“Надеюсь, это не свидание”

“Надейся…”

Смотрю на время и подрываюсь с постели.

– Чёрт-чёрт-чёрт!

Я точно опоздаю. Как я так могла отвлечься? Откуда только на мою голову свалился этот Эйнштейн? Мозг мне тут пудрит.

Натягиваю узкие тёмно-синие джинсы, чёрную майку, поверх надеваю серую фланелевую рубашку с рукавом три четверти. По волосам пробегаюсь расческой, а на губы наношу клубничный блеск.

Берет, пальто, полусапожки, сумочка. Всё готово.

На этом моё везение заканчивается.

Я по невнимательности сажусь не на ту ветку, понимаю это, проехав две остановки, приходится быстро искать в картах путь к отступлению. Вся эта катавасия по лабиринтам столичного метрополитена заканчивается моим проигрышем и опозданием к началу концерта.

Запыхавшаяся, наверняка с красными щеками и горящими глазами, я вваливаюсь в тёплое помещение кафешки.

Здесь очень даже ничего. Уютно. Всё в серо-красных тонах под старый Лондон. Столики небольшие. Вдоль стен столики с диванчиками, а со стороны окон – со стульями. Есть место для танцев и невысокая небольшая сцена, на которой уже играет кавер-группа “Green dream”*. Всего их трое: клавишник, вокалист-солист и мой Марс – гитарист. Они исполняют кавер на песню Radioactive Imagine Dragons.

Мне кажется, я не дышу. Замерла на месте и не могу отвести взгляда от названого брата. Я впитываю в себя как губка все эмоции и ощущения, что он вызывает у меня в этот момент, первую нашу встречу.

Восторг, предвкушение, удивление и желание подойти ближе. Услышать его голос, почувствовать запах и усмирить табун мурашек на своём теле. Теперь, когда я вижу его, мои щёки горят ещё больше, и я не знаю, нормально ли так реагировать на парня. У меня такое впервые. А если всё-таки он мне брат по крови, то это даже в мыслях звучит ужасно.

Божечки, во что я вляпалась?

– Добрый вечер! – От неожиданности я вздрагиваю и смотрю на подошедшую ко мне девушку. – Вы одна? У вас столик зарезервирован?

Как я могла забыть про такую элементарщину? Такое чувство, что не осень в моей голове, а весна.

– Нет, не бронировала столик. Но меня ждут. – По крайней мере, я на это надеюсь.

Быстро пробегаюсь глазами по посетителям кафе и замечаю рыжую макушку своей подруги.

– Вот за тем столиком, – указываю на самый дальний столик от нас и самый ближний к группе.

– Приятного вечера, – улыбается мне девушка, и я отвечаю ей тем же.

Направляюсь в сторону столика, где сидит Настя.

– Прости, опоздала. В метро запуталась, – со смешком начинаю я и тут же проглатываю слова.

Настя сидит за столиком не одна.

________

*“Green dream” – Зелёная мечта.

Глава 9

Мне бы отмереть и уже сказать что-нибудь, но я словно язык проглотила. Перевожу удивлённый взгляд с Насти на Ярослава, который развалился на диванчике полулежа – понятно, почему я его сразу не увидела, и обратно. Я знала, что они дружат, но не думала, что она пригласит его. Решила нас так сдружить?

Как же глупо.

Настя мне улыбается и двигается, приглашая занять место рядом с ней. Я ни за что не села бы рядом с Королёвым.

Ярослав не реагирует, вообще делает вид, что меня не видит.

Ну и фиг с ним.

– Зачем ты позвала его? – спрашиваю Настю тихо.

Она улыбается печально, мол, извини.

– Меня родаки за прогулы наказали, но отпустили под присмотром Даньки.

О, боги! Ещё и Даниил тут!

– И где он? – оборачиваюсь в поисках брата подруги.

– Клеит девушку за столиком у окна, – смеясь отвечает Настя и показывает рукой в том направлении.

Теперь я тоже вижу симпатичного рыжего парня, вовсю флиртующего с тремя девушками. Ему не много? Он ловит мой взгляд и подмигивает. Ещё один бабник. А ведь только утром хотел мне устроить какое-то посвящение. Так и пахнет лицемерием.

– А этот что тут валяется? – киваю на Королёва.

Интересно, почему он сидит тут, а не с Крыловым и девушками? Непохоже на то, что ему приятно находиться в нашей компании. Хотя он и не показывает виду. Он просто слушает группу, с прищуром попивая какой-то коктейль, изредка бросая взгляд на свой мобильник.

Настя пожимает плечами.

– Кстати, группа классная. Откуда ты о них узнала?

Снова смотрю на парней на сцене и не могу подавить улыбку, глядя на Марса в момент, когда он начинает петь. Его приятный голос обволакивает теплом, но по коже бегут мурашки. Это так странно. Мне хочется подойти ближе, чтобы его голос прошёл через меня. Вживую он ещё красивее. Разве парни имеют право быть такими симпатичными? На нём чёрные брюки и водолазка под горло, волосы стильно уложены. И он взрослый. От него невозможно отвести глаза.

Марс, будто почувствовав мой заинтересованный взгляд, ловит его и быстро подмигивает. Моё сердце замирает, а затем бьётся о грудину с такой силой, что мне кажется, он может это услышать.

– Ого! Вы знакомы, что ли? – продолжает допытываться Крылова.

А я смакую этот момент. Наш первый момент. Он ещё не знает меня, но он меня заметил. Лишь бы в банальные фанатки не записал. Хотя какая разница, если это поможет мне познакомиться с ним ближе. Ведь он первоначально мой мостик к папе.

Перевожу дыхание и пытаюсь успокоить возбуждённое состояние.

– Впервые их слышу, если честно, – признаюсь Насте.

Не знаю, признаваться ли однокласснице, что один из участников группы, возможно, мой брат.

– Значит, у тебя чуйка, Дина. Они клёвые.

Парни из группы реально здорово поют. Теперь обращаю внимание и на двоих других. Они все в чёрном. Клавишник такой же высокий, как Марс, только коротко стриженный, и реальный цвет волос сходу не понять. А вот солист невысокий – он, наверное, на голову ниже парней, платиновый блондин, смазливой такой внешности, но его голос низкий, с приятной хрипотцой.

– Я хочу познакомиться с гитаристом. – И в этот момент звучат первые аккорды одной самых красивых песен группы Limp Bizkit – Behind blue eyes.

– Губа не дура, – смеётся Настя, а Ярослав садится прямо и оказывается напротив меня, резко отвожу взгляд на сцену и хмыкаю однокласснице.

Не время сейчас рассказывать, всё потом.

Ярослав встаёт из-за столика и закрывает мне обзор на группу.

– Вам взять что-нибудь?

– Мне повторить, – Крылова поднимает свой почти пустой стакан с колой.

Ярослав ожидающе смотрит на меня.

Сказать, что я шокирована, – ничего не сказать. Сам же себе противоречит. Но, пока я у себя в голове пытаюсь понять смысл его поступков, слов и действий, Ярослав приподнимает бровь, ожидая моего ответа.

– Спрайт с лимоном, пожалуйста, – мямлю.

Одноклассник кивает и уходит в сторону бара, а я пытаюсь прийти в себя. Ну вот как он это делает? Одно слово, и я становлюсь мямлей, словно желе. Бесхребетной. Он делает меня слабее, чем я есть на самом деле. Мне не нравится это чувство. От слова совсем.

– Ты же завтра придёшь в школу? – Поворачиваюсь к подруге.

– Угу, – кивает Настя и наводит камеру на парней. – Прямой эфир хочу запустить, – комментирует свои действия девушка и начинает крутить мобильником по всему залу, захватывая и группу, и меня в том числе.

Я улыбаюсь, откидываюсь на спинку диванчика и отдаюсь вечеру. Ярослав ставит перед нами наши напитки и уходит к другу за столик у окна. Мне сразу становится легче дышать. Мы с Настюхой подпеваем популярным песням, чокаемся газировкой и селфимся на память. Я отлично провожу время в компании своей новой подруги. Настя не похожа на Алису, по которой я очень скучаю, но и с ней я легко нахожу общие темы. Оказывается, Крылова в прошлом танцевала, как и я. Мы договариваемся, что как-нибудь на выходных сходим в танцевальный паб. В этот момент мне кажется, что моя жизнь в Москве налаживается.

В десять, когда парни финалят песней Dance Monkey, сидеть на месте уже просто невозможно – мы с Настей встаем и начинаем танцевать около нашего столика. Крылова хороша в танце, и я ей не уступаю. Мы гармонично двигаемся и подпеваем парням. А ещё смеёмся и улыбаемся. Отличная точка вечера.

Но потом я понимаю, что так и не сделала того, ради чего пришла.

– Насть, мне нужно отойти, – говорю подруге. Она согласно кивает и идёт в сторону Дани и Ярика, наверняка сказать, чтобы они сворачивали свой вечер.

Мои ладони потеют, сердце в грудине снова бьётся как сумасшедшее, а щёки покрывает предательский алый румянец. Я подхожу к сцене сбоку и напряженно наблюдаю, как парни собирают свои инструменты. Марс замечает меня и удивлённо смотрит. Я переминаюсь с ноги на ногу. Без понятия, как начать разговор. Он делает шаг в мою сторону, и я чуть не отступаю назад от неожиданности.

– Привет, – просто бросает он, – понравилось выступление?

– Привет, – сглатываю и выдавливаю улыбку. Как же это сложно, оказывается, – очень. Вы круто пели! – а вот говорить правду легко, так как я действительно считаю, что они талантливые ребята.

– Мы знакомы? – Марс наклоняет голову и разглядывает меня с открытым интересом. – Кажешься знакомой.

Я отрицательно мотаю головой.

– Нет, незнакомы ещё.

– Марс, – бросает парень.

Как же легко он заводит знакомства.

– Дина.

– Очень приятно, Дина, – улыбается Марс.

Я киваю и улыбаюсь в ответ.

– Нам пора, – раздаётся рядом, и я вздрагиваю от такого резкого голоса Ярослава и от того, как близко он стоит ко мне.

Что он себе возомнил! Не хочу никуда с ним идти!

– Нам тоже пора, Дина, – говорит Марс, проходя мимо. Мне приходится поднять голову, настолько он высокий.

Я молча киваю, парень проходит рядом, а потом оборачивается и, смотря на меня, произносит то, от чего мои щеки становятся ещё пунцовее, если такое возможно:

– В субботу мы играем снова. Приходи, – подмигивает и, не дожидаясь ответа, скрывается за дверью служебного помещения.

Готова раскрыть крылья и взлететь, но тёмный взгляд Королёва, его напряжённые скулы, губы, что собрались в тонкую линию, не дают этого сделать. Он лишь одним своим присутствием обрубает их. Он злится. Вот только почему?

Вот какого чёрта? У него же есть его Катя. Какое ему вообще дело до меня?

И тут же начинаю злиться в ответ. Злость делает меня сильнее рядом с ним, и у меня появляется стержень. Злобно зыркнув на парня и пихнув его плечом, иду на выход, где нас и вправду уже ждут Настя с Даней.

– Что так долго? – нудит Даниил, на что я решаю даже не отвечать.

На улице нас, оказывается, ожидает чёрная иномарка с водителем, которую послал за сыном отец Королёва.

Что за барские замашки?

– На метро не комильфо уже? – бросаю Ярославу, когда он слегка подталкивает меня в сторону пассажирского сиденья.

– Просто не привыкай, Ди-на-ра.

Вот ещё!

Глава 10

– Татарка, а ты не перепутала случаем школу с борделем? – на весь класс произносит Волкова.

Занятия ещё не начались, и некоторые парты пусты. Видимо, опаздывать к первому уроку в этой школе считается нормой.

Ни Королёва, ни Крыловых в классе ещё нет.

Остальные ребята резко притихли, но пару смешков я всё-таки слышу.

Пропускаю мимо ушей её обращение ко мне по национальности. Чёрт с ней. Не обращаться же к ней в ответ: “Эй, русская!”

Бред же.

– О чём ты? – поворачиваюсь к Кате.

Девушка сегодня выглядит немного растрёпанной, волосы слегка выбились из хвоста, а рубашка та же, что и вчера. Её глаза блестят неприятным блеском. Она что-то задумала, и интуиция подсказывает, что мне это точно не понравится.

Я не понимаю, к чему она клонит, и у меня даже нет предположений. Я совсем не знаю Волкову и не думаю, что хотела бы узнать ближе.

– Возможно, в прошлой твоей школе это норма, но не в нашей, – продолжает девушка. – После урока я доложу о твоём низком поведении Гаврилову, – последние слова она произносит с противной улыбочкой и обмахиваясь какой-то фотографией.

Я сижу через две парты от Кати, ещё и в другом ряду, поэтому с такого расстояния мне не видно, что на ней запечатлено.

Но в том, что это связано со мной, у меня уже нет никаких сомнений.

Я поднимаюсь со своего места, делаю пару шагов к её парте и останавливаюсь, так как в класс вваливается моя вчерашняя компания: Ярослав и Настя с братом. Королёв оказывается возле Волковой раньше меня. Девушка бледнеет моментально. Видно, что она не ожидала его появления на первом уроке.

– Яр, ты же сказал, что только ко второму придёшь.

– Как видишь, успел. Что у тебя там? – указывает подбородком на фото в её руках.

– Ничего интересного, – быстро отводит руку за спину, но Королёв быстрее и руки у него длиннее.

Он забирает фото у своей подружки, и я хочу тоже посмотреть, что там, но, когда делаю шаг к нему, он уже рвёт фотокарточку на мелкие кусочки, после чего убирает их в карман брюк.

– Что там было? – спрашиваю Ярослава, но он не смотрит на меня и не отвечает.

Он снова злится, я видела его таким вчера, только в этот раз его злость направлена не на меня, а на его девушку.

– Поговорим после, – бросает Кате, разворачивается и садится рядом с Крыловым.

Всё внимание Волковой на Ярославе.

В класс входит учитель химии, и я быстро возвращаюсь за нашу с Настей парту.

– Скандалы, интриги, расследования, – шепчет мне одноклассница.

– Что-то типа того.

– Ясно всё, – кивает и начинает что-то рисовать в своём скетчбуке.

Как у неё всё просто. Мне бы её спокойствие.

До конца уроков с Волковой стараюсь больше не сталкиваться, да и вообще не смотреть в её сторону, как и в сторону Королёва. А вот она смотрит на меня внимательно, это я знаю точно.  Да и Настя подтверждает мои догадки.

На последнем уроке Королёв передает мне свою тетрадь по алгебре, в которой записка о том, чтобы следующую тему я попыталась разобрать самостоятельно, так как сегодня он не может остаться после уроков. Не знаю, что у него за причины, да и знать не хочу. Сама разберусь. Как и планировала изначально.

Кстати, почерк у Ярослава читаемый, что большая редкость для парней.

Настя после школы сразу убегает по своим делам, а меня всю дорогу до поворота провожает взглядом девушка Ярослава.

Она от меня не отстанет. Так и будет цеплять, пока не увидит, что я больше не представляю угрозы для их с Королёвым отношений.

Я не хочу больше никаких проблем. Я на самом деле постараюсь как можно меньше контактировать с Ярославом, тем более он и сам этого хочет.

Гулять после школы сегодня нет никакого желания, температура резко упала и поднялся сильный холодный ветер. Да и уроков задали прилично. А ещё надо разобраться в алгебре и порешать оставшиеся тесты по физике.

Спешу домой. Ни пальто, ни шарф с беретом не спасают от пронизывающего и колючего ветра. Ёжусь и ускоряю шаг. За пару сотен метров от дома решаю сократить путь через дворы.

Минуя небольшую арку, неожиданно замираю на месте. Не хочу, чтобы меня заметили. Совсем не планировала стать свидетельницей этой странной встречи.

Королёв стоит возле чёрного внедорожника и разговаривает с мужчиной кавказской национальности. Мужчина взрослый, старше тридцати точно, с густой бородой средней длины. Он весь в чёрном. И Ярослав рядом с ним выглядит совсем мальчишкой, тогда как по сравнению с одноклассниками он смотрится на пару лет старше остальных.

Мой одноклассник передаёт какой-то пакет мужчине. Тот, в свою очередь, заглядывает в него и произносит что-то, хмурясь.  После чего Ярослав снимает свои наручные часы и отдаёт их тоже.

Пока одноклассник меня не заметил, ныряю обратно в арку. Зная наперёд: парню не понравилось бы то, что я стала свидетелем данной сцены.

Куда ты вляпался, Ярослав?

Глава 11

Сосредоточиться на домашнем задании никак не удаётся, я то и дело мысленно возвращаюсь к Ярославу и к тому, как он разорвал фото.

Если на том фото была я, с какой стати Королёв так разозлился? Что там было? Почему он даже отсел от Волковой к Дане?

Я совсем не понимаю парня и его отношение ко мне.

Мне раз и навсегда следует перестать даже думать о нём, легче станет всем.

Мне, ему и ей.

Тоже мне любовный треугольник нашёлся.

Лучше от геометрии перейду к физике.

Решив пару заданий, я снова отвлекаюсь от учёбы. Меня распирает любопытство, что за встреча была у Королёва с тем взрослым мужчиной и почему он отдал свои часы? Что он натворил, и за что ему приходится расплачиваться своими вещами?

Яр просил держаться от него подальше, но мы то и дело сталкиваемся не только в школе, хотя там никак этого не избежать, всё-таки в одном классе учимся, но и за её пределами. Хотела бы я уже не думать о нём, но не могу.

Ведь не могла же я влюбиться?

Это глупо!

Тем более если я влюблена в Ярослава, то как тогда объяснить мои мурашки и учащённое дыхание при первой встрече с Марсом?

Не могу же я быть увлечена сразу двумя парнями?

Или могу?

Не о том я думаю. Вот совсем не о том. У меня выпускной год, надо об учёбе думать, об экзаменах и поступлении, а не о мальчиках.

Это всё Мамонтова! Да, именно она. Все уши мне прожужжала за последние два года о том, как классно иметь парня и что мне давно пора.

А как понять, что уже пора?

За мной ухаживали парни, но дальше нескольких прогулок и пары поцелуев не заходило. Я не хотела продолжать с ними гулять. Мои бабочки в животе не порхали. У меня и сейчас нет этого ощущения.

Может, это всё выдумки? Или, может, я неправильная?

Хватаюсь за голову и крепко зажмуриваюсь.

Хватит думать о всякой ерунде!

Кое-как собрав все свои силы, прорешиваю оставшиеся тесты по физике, и приступаю к изучению тетради Ярослава.

Физика, алгебра… и мои мысли снова о нём!

Да сколько можно?!

Такое ощущение, что моя жизнь вертится только вокруг этого парня.

Сколько ни пытаюсь, но сосредоточиться на формулах не получается, я сбиваюсь на его почерке, в памяти сразу воспроизводится его лицо. И это жутко отвлекает. Захлопываю тетрадь и включаю ноутбук. Лучше посмотрю теорию в электронном учебнике.

К счастью, работая с теорией из интернета, я наконец-то концентрируюсь и полностью погружаюсь в учёбу. Даже не замечаю, как на улице темнеет, а я всё ещё сижу в своей комнате без света.

– Привет, дочь. Ты чего в потёмках? – Мама щёлкает выключателем, и я жмурюсь от яркого света.

– Увлеклась немного, мам. Привет! – Оборачиваюсь и тут же вдыхаю мамин аромат, когда она приобнимает меня за плечи.

От неё веет лавандовым кондиционером и духами от “Шанель”. Мама целует меня в макушку и гладит по плечам. Люблю такие наши моменты.

– Как вчера погуляли?

– Хорошо. Мне понравилось. В субботу хотела бы ещё сходить.

Тут мама хмурится.

– А не слишком ли часто, Динара?

– На моей учёбе это никак не скажется. И ты же хотела, чтобы я как можно быстрее адаптировалась здесь. Вот я и адаптируюсь, – развожу руки в стороны и улыбаюсь.

– Смотри у меня, дочь, – строго произносит, но глаза её блестят озорством.

Знает же, что я у неё умница и благоразумница, но всё равно беспокоится.

– Может, в воскресенье съездим в центр, погуляем, – предлагаю и сама уже мысленно гуляю по Красной площади.

Я видела центр столицы лишь проездом, а так манит погулять по Красной площади и набережным, посетить храм Василия Блаженного, а ещё обязательно ГУМ. Знаю, для одного дня это много, но мне так хочется сейчас всё и сразу.

– Ещё не знаю, возможно нужно будет выйти на работу в воскресенье. Но это будет известно только к концу недели.

Я печально вздыхаю.

– У тебя же есть подруга, одноклассница. Как её зовут, кстати?

– Настя. Настя Крылова. Она занимается в художественной школе. Хорошая девушка.

– Рада слышать, что ты уже нашла себе подругу. Пойдём ужинать.

– Сейчас, только соберу рюкзак на завтра.

Ужин проходит легко. Мама интересуется тем, что я планирую посмотреть в выходные. И я рассказываю обо всех своих хотелках. Она заливается смехом.

– Давай не всё сразу. – Разливает кипяток, а я опускаю пакетик своего любимого малинового чая в кружку и наблюдаю, как вода становится ярко-алой.

– Окей. – Отпиваю глоток вкуснейшего чая и замечаю, что в моём телефоне, что лежит на столе рядом с вазочкой мёда, высвечивается уведомление о входящем сообщении.

Может, это Алиса или Настя? Но я ошибаюсь в своих предположениях – сообщение от моего Эйнштейна.

“…и всё-таки надеюсь, что вчера у тебя было не свидание…”

– Спасибо, мамуль, за ужин. Я к себе. Посуду оставь, я позже всё помою.

Мама кивает, а я беру кружку и спешу к себе в комнату.

Думаю пару секунд над ответом, а он уже присылает новое.

“Не хочу знать. Решено. Чем занимаешься?”

Какой резкий переход, неожиданно. Поэтому я немного в ступоре.

“Ну же, не молчи, вижу же, что читаешь)))”

Ещё и насмехается.

“Вчера круто провела вечер! Сегодня уже не так весело, уроки.”

“А что так? Не любишь учиться?”

Я люблю учиться, но когда обстановка располагает. А я вот уже три дня словно на пороховой бочке, которая в любой момент может взорваться. Одно моё неверное слово или действие – и бам! Всё время в напряжении. Это утомляет.

“Не в этом дело.”

“Волков боишься?”

“А может, ты и есть тот самый серый волк?..”

Ответа нет ни через минуту, ни через час. Ни спустя ещё пару часов, когда я проверяю сообщения уже перед сном.

Глава 12

– Ибрагимова! – слышу свою фамилию не совсем чётко, словно кто-то меня окликнул издалека. – Совесть имей! – звук удара где-то совсем рядом.

Удивлённо распахиваю глаза и поднимаю голову с парты. Я что, уснула?

Боже!

На меня уставился весь класс, включая нашу учительницу биологии Стафееву Стеллу Валерьевну.

– Простите, – произношу хрипло, протираю лицо рукой, смахивая остатки дремоты.

Ну как я умудрилась? Да всё потому, что вчера ко мне пришла бессонница. Я ворочалась почти всю ночь, а когда уснула, тут же прозвенел будильник. Спать хотелось ужасно. Первый урок – геометрию – я ещё стойко отсидела, а вот на биологии мой организм дал сбой.

Учительница прожигает меня свои свирепым взглядом, видимо решая, как со мной поступить: наказать за непочтительное отношение к её предмету или просто сделать замечание.

Волкова хмыкает, Данька еле сдерживает смех, Королёв уткнулся в свой учебник. Настя, сидящая рядом, притихла. Мне кажется, она серьёзно взялась за учёбу, видимо дома у неё был основательный разговор с родителями по поводу её пофигистического отношения к занятиям.

– Если в твоей предыдущей школе спать на уроках было нормой, то у нас такое не пройдёт, – строго произносит Стелла Валерьевна.

– Больше не повторится, – произношу твёрдо, а у самой ладони взмокли, и я незаметно пытаюсь обтереть их под партой о юбку.

В горле ком встаёт, а по позвоночнику бежит холодок. Я же так не хотела снова оказаться в центре внимания.

– Ты уж постарайся, – качает головой учительница, уходя обратно к доске. – Продолжим урок.

Поворачиваюсь к Насте и тихо спрашиваю:

– Почему не разбудила?

– Ты была лицом к окну, я думала, что просто прилегла, – виновато отвечает Крылова.

– Много пропустила? – Заглядываю в тетрадь одноклассницы и вижу там лишь одни мелкие рисунки.

Настя неисправима, у меня это вызывает лишь улыбку, на что девушка пожимает плечами.

Остаток биологии я пытаюсь бодрствовать, но даётся мне это с небывалым трудом.

Следующим уроком у нас физика. Я и забыла, какой эффект вызывает у моих одноклассниц наш учитель – Артемий Александрович.

Он сегодня в голубой рубашке, рукава закатаны почти до локтя, открывая его жилистые руки. Самая верхняя пуговица расстёгнута, и он выглядит очень расслабленным и довольным, пока Соколова Вера не начинает открыто с ним флиртовать. Со стороны это выглядит ужасно.

Не спорю, Вера симпатичная девушка: она высокая, стройная с прямыми длинными тёмными волосами, и они у неё так блестят, будто она их чем-то смазала. А ещё на её рубашке вульгарный вырез, а её ноги почему-то в проходе. Мне стыдно за её поведение. Она же школьница!

И мне кажется, что молодому учителю тоже стыдно за поведение ученицы, но, поджав губы, он берёт мел и пишет на доске условия задачи.

– Итак, на прошлом уроке мы изучили тему “Световые волны”, сегодня я проверю, как вы дома повторили материал. Предлагаю решить несложную задачу.

Он уже записал всё на доске, но разворачивается к нам лицом и зачитывает условия:

– Найдите показатель преломления рубина, если предельный угол полного отражения для рубина равен тридцати четырём градусам.

Артемий Александрович обводит весь класс взглядом, ни на ком конкретно не задерживаясь.

– Даю десять минут на решение.

Я примерную задачу разбирала как раз вчера, поэтому мне хватает пары минут.

Готово. Поднимаю руку.

– Да, Динара.

– Я решила.

Учитель довольно улыбается и кивает.

– Ещё кто-то решил?

У всего класса головы опущены в тетради, все усиленно делают вид, что думают над решением, и лишь Ярослав вальяжно откинулся на спинку стула и смотрит на доску. Уверена, он тоже уже решил.

– Выскочка, – прилетает с соседнего ряда. Оборачиваюсь и ловлю злой взгляд Тани Ушаковой, подружки Волковой.

– Татьяна, вы решили?

– Нет, – отвечает учителю и косится на меня.

Сама виновата, никто её за язык не тянул.

– К доске выходи, Татьяна. Будем решать вместе.

Таня кидает на меня очередной злой взгляд исподлобья и направляется к доске, а Артемий Александрович подходит ко мне и разворачивает мою тетрадь к себе. Быстро кивает и лишь губами произносит:

– Правильно, молодец.

От похвалы учителя у меня за спиной раскрываются крылья. На уроке физики мне пока что комфортнее всего. Во-первых, я люблю этот предмет, а во-вторых, из-за учителя. Он мне нравится. И не так, как большинству моих одноклассниц, а просто как человек и педагог.

Ушакова не может понять смысла формул, она путается и пишет всё неверно, в её спину летят подколы, что она “тупая как пробка”. Оказывается, в этом классе такое в норме: поддерживать в подобном русле своих одноклассников.

Девушка психует и убегает из кабинета. Катя выскакивает за ней.

– Даниил, твоя очередь воевать с формулами.

К моему удивлению, Крылов смело подрывается с места и быстро пишет верное решение.

– Сам решил или у друга посмотрел? – интересуется учитель.

– Обижаете, Артемий Александрович. Вчера весь вечер с учебником в обнимку. Сестра, подтверди! – окликает Настю.

Та отмахивается от брата как от назойливой мухи.

– Садись на место, Даниил.

Далее урок проходит спокойно, девочки в класс не возвращаются, и их вещи собирает Соколова. Странно, не видела, чтобы они общались.

На большой перемене мы с Настей идём в школьную столовую. Я беру себе чай и пиццу, а подруга блинчики с какао. После четвёртого урока придётся пообедать ещё вторым, сегодня факультатив по физике.

– Пойду возьму себе ещё повидло к блинчикам. – Настя поднимается из-за стола и оставляет меня в одиночестве.

В столовой кипит жизнь. Гул голосов перемешивается со звуками приборов, стучащих по тарелкам.

Ещё до того, как они подходят ко мне, я ощущаю пробегающий по коже неприятный холодок. Волкова, Ушакова и Соколова выстроились в линию напротив моего стола.

– Проблемы? – приподнимаю бровь и окидываю взглядом одноклассниц по очереди.

Не знаю, что на меня нашло, но я не собираюсь быть жертвой и забиваться в уголок только оттого, что кому-то не нравлюсь. Не хотела быть дерзкой, но с этими девчонками, походу, только так и нужно.

– Проблемы будут у тебя, новенькая, – Вера перебрасывает свои блестящие волосы через плечо и усмехается.

Запугать хотят, значит.

Я им как кость в горле.

– Угрожаете?

– А ты просто бойся и не высовывайся. – Упирается двумя руками в стол Катя, а после произносит уже на тон тише: – Будешь мышью, дадим тебе доучиться до выпускного, а нет – пеняй на себя.

Ответить ничего не успеваю, так как ненормальная Ушакова хватает мой стакан с чаем и резким движением выплескивает его на меня. От неожиданности я подскакиваю, запинаюсь о свой же стул и падаю на пол. Чай стекает по лицу, шее и груди.

Он горячий и липкий.

Мне больно. От неудачного падения, от горячего чая и от унижения.

– Не нарывайся, выскочка, – шипит на меня Таня.

Взгляд у нее бешеный, её трясет от ярости, что я ещё спокойна, а не бьюсь в истерике, как это было с ней на уроке физики.

Моё спокойствие напускное, внутри же всё дрожит от обиды и жалости к самой себе. Я не такая, как они, не смогу напасть в ответ. Но я могу показать, что меня не сломать обидными словами или вот такими варварскими действиями.

Пытаюсь изо всех сил сдержать подступающие слёзы, они не дождутся их от меня. Внешне я буду скалой. Сжимая кулаки и впиваясь ногтями в кожу, терплю ноющую боль на покрасневшей коже.

Выровняв дыхание, поднимаю взгляд на одноклассниц, но их уже нет рядом. Оглядываюсь по сторонам, на меня бросает короткие взгляды всего парочка пятиклашек, остальные же продолжают обедать как ни в чем не бывало.

– Дина! – Подлетает ко мне Настя. – Кто это тебя? – она хватает салфетки и промокает мои лицо и одежду.

Смотрю за спину Насти и ловлю ожидающее лицо Волковой. Я не хочу, чтобы так продолжалось дальше, поэтому мотаю головой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.