Адельфина Призрачная
Жизнь для смерти. Дампир

Глава 1. Не по пути

«Зима.

Говорят, новый год дарит волшебное ожидание чуда. Ты достаешь чистый лист и начинаешь с самого начала. На бумаге нет записей, исправлений и помарок. Она совершенно белая.

Моя жизнь как этот лист. Я справилась. Сбежала из плена и нашла своего супруга живым. Это не значит, что прошлое отступило, но вместе мы справимся. Обязательно справимся ради нашего еще не рожденного сына».

Мир, пораженный эпидемией, разделился на два лагеря. Первый – вампиры, желающие подчинить себе всех и поставить на колени человечество; второй – выжившие, не пожелавшие сдаться.

В этой войне перевеса на стороне людей никогда не было. Однако планы клановых аристократов разрушились, когда бок о бок с выжившими встали вампиры. Те самые предатели, все еще способные к состраданию. Усугубили положение и молодые оборотни вместе с Предтеча, в существование которого многие зараженные не верят по сей день.

Тринадцатое января. Прошла неделя с тех пор, как я нашла Кристофера. За это время я практически не отходила от супруга. Вампир тяжело оправлялся от полученных травм.

Я всегда считала, что зараженные могут все. У них буквально на глазах заживали порезы, мелкие травмы, переломы. Но Кристофер умирал, и в этом случае вытащить аристократа с того света – все равно что совершить подвиг.

Марк Ноберг нашел оборотня Трэвиса и Кристофера едва живыми. Над обоими немало колдовал. Ученый смешивал травы, готовил порошки и давал их пациентам в качестве лекарства, приговаривая, что этот рецепт вытащит мертвого из могилы. Так оно и было. Оборотень поднялся первым, а вампиру потребовалось время.

В ту злополучную ночь, когда на нашу базу напали, основная часть вампиров находились далеко, на границах. Кристофер и его окружение за день до происшествия получили ложные вести о восстании у Кайла. Требовалось сосредоточить основные силы, включая поддержку оборотней, по периметру леса. Тем временем, казалось бы, защищенный лагерь оставался открытым для Галии. Горстка вампиров-защитников – не помеха для стремительной диверсии. Со стороны инцидент должен был выглядеть как нападение шайки Верховного вампира, и у них бы все получилось, если бы не единственный оставшийся на базе оборотень. По какой-то причине Трэвис не ушел с волками, как было задумано. Он был среди людей, первым заметил неладное и поднял тревогу, отчего внезапность плана Галии пошла прахом.

В неравный бой вступили бывшие отверженные падальщики и, как ни странно, Дик Ларс, который до последнего верил в истинность слов Галии о помощи отряду Кристофера. Вампир оказался своим среди чужих. Теперь он среди нас.

– Эми, тебе стоит больше времени уделять себе. Я уже в порядке.

Крис идет рядом. Это третий круг по территории в нашей дневной прогулке. Переломы уже почти зажили, но вампир все еще хромает.

– Ты зря считаешь, что я не уделяю себе времени. И пока ты не восстановишься, я буду следить за выполнением предписаний Марка. Если я ослаблю хватку, ты сразу ринешься в разведку вместе с Джоном.

Кристофер смеется, приобняв мое плечо. Яркое солнце слепит, и снег чуть подтаивает под ногами. Как будто вот-вот придет весна.

Как ни странно, наш быт в доме Предтечи организован как часы. Мы пользуемся системой взаимного донорства. В этом помогает Марк, хоть и осуждает частый взаимообмен.

– Сидеть на месте – скука смертная. За последние годы у меня не было возможности остановиться.

– Да, вот теперь ты меня понимаешь? Я просидела запертой в комнате большую часть нашей совместной жизни.

– На то были веские причины, Эми.

– Понимаю, но теперь точно все будет по-другому.

Вампир косится на мой незаметный под курткой живот. Пока он еще совсем небольшой. Но скоро все изменится.

– Не надо намеков, я все рассчитала. Клэр поможет с ребенком.

– Ты так говоришь, пока он не родился. А потом полюбишь настолько сильно, что не сможешь уходить далеко.

– На первом месте всегда мужчина, – протестую я. Кристофер смеется.

– Эми, я не хочу сажать тебя в клетку, даже в целях безопасности. Но тебе следует серьезнее отнестись к материнству.

Я качаю головой, сжав губы. Мне сложно принять будущую роль, а она неотвратимо двигается навстречу. С каждой неделей все быстрее.

Вдобавок у нас ничего нет ничего. Будущее туманно. Пусть и с приходом Предтечи набегов вампиров не случается. Но это временно. Еще бы они сунулись близко, когда вокруг дома бродят несколько десятков волков. Самая огромная стая, которую мне доводилось видеть.

– Пожалуйста, не нужно. У меня много времени, мы можем отложить разговор. Сейчас есть проблемы поважнее.

– Не избегай разговоров на эту тему, Эми.

Я даю согласие поговорить об этом позже и на какое-то время освобождаюсь от роли матери. Проблемами поважнее была неопределенность нашего будущего. Поселенцы ждут, когда Кристофер оправится окончательно. За неделю почти никто не упоминает Галию и ее связь с Кайлом.

Многим еще требуется время, чтобы оправиться от утраты. Погибли и люди, и вампиры. Такое легко не забывается.

Примерно в три дня нас ждали на общем сборе. Теперь он проводился в общей комнате, где мы живем на двухэтажных кроватях. Марк редко радует поселенцев своим присутствием, но сегодня особенный день.

Кристофер, хромая, проходит к своей кровати. Я помогаю ему присесть, а в комнате становится все больше людей и вампиров. Среди них я замечаю Лору. Зараженная больше не носит дорогие платья и модную одежду. Ей вынужденно пришлось сменить роскошь на комфорт. Но даже в броском наряде блондинка выглядит лучше всех присутствующих девушек. Ее армейские штаны черного цвета заправлены в кожаные сапоги, а верх утягивает сиреневого цвета кофточка. На губах темная помада, волосы собраны в тугой хвост.

Ее супруга нет. Джон все еще в лесах.

– Предтеча придет? – в комнату заходят братья Билл и Джо. Трэвис коротко свистит им, приглашая подойти и присесть рядом с ним.

– Сегодня решим, как быть дальше, – включается в разговор Дрейк. – Так что без Марка нам никак. Его мнение важно.

– А надо ли нам вообще куда-то идти? – спрашивает Клэр. Дрейк ее осаждает.

– Давайте не будем размышлять, надо или нет. Давно сказано, что в этом месте мы временно. Это бывший домик лесников, и здесь нет возможности отразить нападение.

– Но столько времени прошло. В прошлый раз вампиры долго не ждали.

– В этот раз они не понимают, с кем имеют дело, – шепчет Кристофер, и присутствующие затихают. Им нравится, когда лидер говорит. В последнее время мой супруг делает это редко. Он как будто несет на себе груз вины, переложив все управленческие решения на плечи Дрейка. – Когда Марк придет, дайте ему высказаться. Он хоть и кажется веселым добряком, но на деле человек умнейший. Предтеча должен поверить в нас как в группу, понять, что мы достойны его помощи.

– Достойны помощи? – повторяет Джина с нотками обиды. В этот момент в комнату входит Марк, и она затихает. Мужчина проходит вперед, гулко постукивая тяжелыми сапогами по половицам, скидывает рядом с печью поленья и обтирает руки о штаны. Его лицо выражает непонимание, озаряет улыбка.

– А вы все уже собрались? Один я опаздываю? Ладно, хорошо. Поговорим, —мужчина поправляет очки и осматривает присутствующих. – Я к вам с новостями. Жаль, здоровяка нет.

– Джон задержится.

– Спасибо, Лора. Что же, тогда приступим. Я долго думал, как поступить. Пока зима радует крепкими морозами, мы можем пробраться вперед по озерам. А если задержимся здесь на пару месяцев, утратим шанс. Плюс Эмили будет на сносях. Тебе в мае рожать? Да?

– Да, – подтверждаю я, чуть смутившись. Тема беременности вызывает у меня публичную непереносимость.

– Так вот, это опасно. Когда мама и дитя разделятся, агрессии со стороны кланов будет больше. Со временем они не побоятся меня найти и проверить, что за зверь такой – Предтеча. А я предпочел бы не видеть всех своих детей как можно дольше. Не с каждым отношения складываются нормально.

– Вы поможете нам уйти по озерам сейчас?

Предтеча смотрит на Криса и на какое-то время замолкает. Вместо ответа ученый переключается на поленья. Открывает крышку печи и закидывает туда пару штук.

– Если Отец поведет вас всех за собой, то станет заметным, – Трэвис отвечает вместо Марка. Он знает больше остальных. Между тремя оборотнями и Предтечей существует своя связь. К ним у Отца доверия больше. – Вам нужно покинуть дом самостоятельность.

– А что насчет оборотней? – настораживается Дрейк.

– Мои ребята останутся здесь, пока не соберем экспедицию в горы. Если бы я встретил вас там, то позволил бы остаться навсегда. Кристофер, а ты бы воплотил свою идею спасения человечества и фертильных пар.

– Предтеча, при всем уважении, ответственность за происходящее лежит и на ваших плечах.

– Кристофер, мальчик мой, я не отказываюсь от ответственности. Но не могу заплатить за это высокую цену. Я ведь ученый, а не воин. Моя забота – поиск вакцины. Вот что важно! Да, конечно, рождение дампира в какой-то мере усложняет это, как и появление оборотней. Но подобные нейтральные расы не так опасны, как жажда крови.

Марк глубоко вздыхает и присаживается рядом с Кристофером.

– Я должен остановить вирус. Но кочуя с десятком вампиров и людей, я никогда не смогу найти способ остановить катастрофу. Все труды пойдут насмарку. Вы должны понять меня. Выхода из ситуации не будет, если я останусь мертв.

– Я понимаю, – Крис тянет руку для рукопожатия. – Если мы сумеем выжить и потребуется место для поселения, примете нас в горах?

– Конечно, сынок. Там есть маленькая деревенька. Добраться только сложно. Вам придется ждать рождения ребенка и наступления тепла. Я приму всех, кто готов жить в мире.

– Договорились!

Мужчины пожимают друг другу руки, а Дрейк вновь выглядит недовольным. Потери не проходят незаметно для мужчины. Он ожидал защиты со стороны Марка, но Предтеча обычный человек. Он даже не вампир, а ученый. Все, что мы о нем знаем, – работал в престижной лаборатории и стал одним из причастных к распространению вируса. Марк единственный, кто выжил, и он пытается найти способ повернуть время вспять.

– Как поступим? – переспрашивает Дрейк.

– Будем готовить выход, – Кристофер вновь смотрит в сторону Марка. – Сколько времени у нас есть?

– Около месяца. Я не прогоню вас, но следует учитывать погодные условия и готовность кланов наступать. С востока постоянно приходят незнакомцы. Они ведут слежку. Сильно вы насолили вампирам.

– Это связано только с дампиром? – уточняет Джина, пытаясь зацепиться за корень проблемы. – Или мы разворошили осиное гнездо?

– Аристократы не прощают дерзости. Они хотят забрать свое и предупредить бунт. За каждым революционным отрядом кто-то да пойдет. И да, насчет дампиров, – спохватывается Марк, – Кристофер, после рождения ребенка нужно сделать серьезный выбор. Сам понимаешь, защищать сына и супругу ты не сможешь. Если Эми останется фертильной женщиной, ее попытаются забрать. Ее и сына.

– Я думал об этом. Предтеча, прошу, оставим этот разговор для приватной беседы.

– Побеседуем. Это твоя ответственность, Кристофер. Вижу, ты понимаешь меня и, надеюсь, сделаешь правильный выбор. Если сумеете добраться до гор – вопрос снят. Но, выживая среди кланов, рано или поздно придется идти на крайние меры.

Крайние меры. Я предполагаю, о чем говорит Марк, но не могу озвучить. Вероятно, Крис никогда бы не заговорил со мной об этом, если бы разговор вышел за границы приватности.

Сейчас я отмалчиваюсь, но ближе к вечеру решаюсь заговорить с мужем, отвлекая его от позднего сбора с Дрейком. Ребята размышляют, что делать дальше, но пока к единому выводу не приходят.

Мы выходим на крыльцо с кружкой горячего чая. На небе приветливо мерцают тысячи звезд, а вдалеке все еще горит полоса сумерек.

– Как ты? Разговор с Предтечей не дал повода для оптимистических надежд.

– Разве? А перспектива добраться до гор и поселиться там? Летом дорога станет доступна.

– Если мы не погибнем раньше, – я поджимаю губы и поднимаю глаза к небу. – От лагеря осталось несколько человек и всего горстка вампиров. Нам будет сложно себя защитить…

Кристофер улыбается, тянет меня к себе под плечо и касается губами холодного носа.

– Не сгущай краски. Понимаю твое беспокойство. Обычно мы стараемся приукрасить исход, но Предтеча говорит прямо. У него своя цель, а проблемы вампиров стоят на втором месте. Отец добр ко всем расам, кроме зараженных. Он забрал бы и тебя с малышом, не будь ты так нужна аристократам.

– Значит, Предтеча не любит своих детей?

Вампир смотрит в небо и глубоко вздыхает.

– Скорее стыдится. Он хотел вылечить человечество от рака. И ему удалось получить вакцину. Вот только мы уже знаем, что вакцина спрятана в крови вампира, а сам инфицированный склонен к убийствам. Такова расплата за бесценное открытие. Мы можем излечить людей от рака, но убиваем гораздо больше, чем сама болезнь.

– Фатально. Может Марк найдет способ помочь нам?

– Ты о вакцине? – Кристофер касается рукой моего подбородка, смотрит мне в глаза и наклоняется, мягко прикоснувшись к моим губам поцелуем.

– Это мечты. Мы приспособимся к жизни, которая у нас есть. Я задумал много хорошего. Надо только вырваться. Но для начала пообщаться с одним вампиром.

– С кем же?

– С Николасом.

Кристофер так уверенно озвучивает имя главы Южного клана, что меня это пугает.

– Твои раны едва затянулись. По всему телу шрамы, а ты хочешь снова пойти устанавливать дипломатию? Разве аристократы уже не показали, на что способны?

– Эми, ты такая суровая!

Кристофер смеется, а меня раздражает новая попытка проверить свое доверие кланам. Я отставляю кружку в сторону, встаю с места и собираюсь уйти, но супруг успевает подхватить меня за талию, при этом сам едва удерживается на ногах.

– Стой, не злись! Ты должна выслушать меня. Николас наша большая надежда. Дик общался с ним, и он знает, почему Галия попыталась скрыть от нас его отказ в операции спасения.

– Не хочу этого знать, – отвечаю я сурово, но уйти не могу. Из домика доносится смех. Наверное, внутри давно перестали общаться на тему отъезда.

– Ты будешь удивлена, поскольку Николас не просто вампир. Он фертильный.

Фертильный вампир обязательно связан с кем-то. Это должна быть девушка, не обращенная, человек. Я перестаю сопротивляться и внимательно смотрю в черные глаза вампира.

– Это правда? Почему его не тронули и как же тогда сила рода? Разве он не нашел девушку, связанную с ним?

– Нашел, – сухо отвечает Кристофер. – Но он не был в подчинении главы клана, а о своей особенности узнал гораздо позже. В то время идеей дампиров аристократы охвачены не были. В первые годы и кланов не существовало. Особенно в наших округах. Здесь буйствовала война за кровь, в которой и появились территориальные разделения. Когда же Николас почувствовал непреодолимую тягу к девушке, аристократ принял единственное верное для него решение.

– Решение в отношении девушки? – переспрашиваю я, догадываясь о двух вариантах исхода. Но озвучиваю первый, зная, что дампиров в южном клане нет. – Он убил ее?

Кристофер не скрывает усмешки, но крепче прижимает меня к себе, поглаживая волосы.

– Ты зря думаешь, что нас с тобой связывает чувство, способное допустить убийство. Нет, он не убил девушку. Но выбрал морально тяжелый путь.

– Значит, глава клана обратил ее?

– Да. Так Николас защитил ее от посягательств вампиров на дитя. Обойти его появление крайне сложно.

Однажды Предтеча говорил со мной на тему беременности. Он хотел знать, как развивается малыш, прописал питание, максимально полезное и доступное в условиях нашего существования, и рассказал о физиологической неизбежности зачатия. Я много размышляла о том, что мы с супругом сами пошли на такой шаг, а могли бы поискать современные способы защиты. Но, как оказалось, почти все доступные варианты предохранения плохо работают в случае с вампиром. Процент погрешности велик, и любая фертильная пара должна быть готова к беременности.

– Об этом говорил Предтеча, верно? Он предупреждает тебя о будущем. Возможно, у нас и правда не останется выбора.

Больше всего на свете я не хочу повторить судьбу супруга. Меня не заманить даже возможностью жить дольше, чем обычный человек. Жажда крови будет сильной, и никто не сможет предугадать, кем я стану.

– Эмили, об этом рано говорить. Такой вариант я не рассматриваю и сделаю все, чтобы мы к этому не пришли.

– Я не хочу пополнять ряды зараженных. Прости, если задеваю твои чувства, но мысль о постоянной тяге к крови меня пугает.

Кристофер крепче обнимает меня, и мы стоим так долгое время, пока мороз не заставляет сдаться.

Следующая пара дней проходит в постоянном согласовании дальнейших действий. Участие в них также принимает Дик. Его внешность окончательно не восстановилась. Половина лица обгорела в пожаре, который он же и учинил, чтобы предупредить группу в новогоднюю ночь. Чужак спас нас, сделал все, чтобы вампиры Галии не перерезали всех людей. Ожоги белыми уродливыми дорожками избороздили кожу Дика до самого лба. Верх вампир теперь прячет под шапкой. Но с каждым днем увечий становится меньше благодаря регенерации.

Решением совета без участия Предтечи стала попытка направить делегацию к Николасу. Запланировали ее на утро будущего дня. Выход в пять утра с небольшой стаей волков. Трое мужчин: Кристофер, Джон и Дик. Больше брать не собираются, чтобы оставаться максимально незаметными.

Утром дня выезда я просыпаюсь самой первой в полчетвертого. Большая комната наполнена звуками размеренного дыхания. Спят все, от людей до вампиров. Кто-то на верхней полке, кто-то на нижней, как я.

Кристофер и я занимаем одну кровать. Как только он почувствовал в себе силы, сразу предложил мне разместиться внизу, а сам занял место наверху.

Жизнь в доме Предтечи похожа на детский лагерь. В этой тесноте сложно укрыться друг от друга. Все как на ладони.

Кристофер не слышит, как я поднимаюсь. А может, только делает вид. В комнате темновато. Горят несколько свечей и заметен огонек из печи, пробирающийся через решетки дверцы.

Я ставлю чайник, заворачиваюсь в одеяло, обуваю теплые сапоги и выхожу на улицу. Там тишина. Повсюду лежат волки, и только вдалеке у ворот горят два огонька. Это часовые. Теперь их больше, чем раньше. Не все они заметны тем, кто хочет приблизится. Есть несколько укрытий, где заметить вампиров-постовых почти невозможно.

Не хочется отпускать Кристофера, но и уговорить его взять меня с собой не могу. Это опасно.

Свобода так близко, она вокруг, и в тоже время ее нет. Мы живем в горной местности, но расстояния слишком большие, а горы зимой опасны. Доберись мы туда сейчас, можем избежать преследования. Кому из вампиров нужна парочка фертильных и горстка людей, которые будут уединенно жить где-то далеко? Кайл и остальные опасаются бунтов. Если мы живем далеко от поселений, то и подстрекать никого не сможем.

Но я бы хотела этого. Хотела вернуть прежний мир, где главными проблемами были хорошая работа и оплата счетов.

Да, рутина, но быта не меньше. Думая об этом, я вспоминаю про чайник, возвращаюсь в дом и застаю Кристофера у печи. Он уже заваривает для меня травяной напиток.

Вампир улыбается мне и берет за руку, притянув к себе. Момент единения длится недолго, потому как Джон уже проснулся и норовит заявить о себе доброй шуткой.

Но он не успевает выдать новый перл – стук в дверь обрывает его задорный настрой, а заодно будит всех остальных. Гость не дожидается приглашения и распахивает дверь. Это Предтеча. Он в очках, густые темные волосы растрепаны, а поверх свитера наспех надет черный халат.

– Не разбудил? А, вы не спите? Тогда я останусь. Надо поговорить.

С разных сторон слышится недовольное бурчание, а Кристофер будто все игнорирует. Он пожимает руку мужчине.

– Доброго утра. Вообще так рано планировали подниматься только трое из нас.

– Да? Это я всех разбудил? Вот горе, – ученый любит пошутить. – Мне тут птичка нашептала по поводу вас, и я решил помочь.

– Это как? – интересуется Кристофер.

– Да все просто. Николас – вампир адекватный, он без проблем сам к нам приедет, стоит только попросить. И я попросил. Придется пожертвовать ради вашего блага своим приютом.

– Почему пожертвовать?

Марк отмахивается, приняв от меня кружку чая.

– Горячо, осторожно.

– Спасибо, Эмили, это очень кстати! Если раздобудешь еще пару лепешек, буду рад.

– У нас их полно. Конечно, угощайтесь!

Крупный мужчина усаживается за длинный стол. Народ вокруг постепенно поднимается с кроватей. Лениво, ведь время всего четыре. Почти ночь.

– Почему пожертвовать? – переспрашивает Марк. – Садись, Крис, поговорим. – Он указывает на лавку, и мой супруг присаживается. Я тоже, но поодаль от мужчин.

– Если о секретном месте знают не один, а уже целых два клана, то, считай, знают все.

– Что вы задумали?

– Я отправил Трэвиса с братьями еще вчера. Приведут они вашего Николаса. Мы виделись с ним раньше, примерно в то же время, как ты ко мне явился после своего обращения. Парень он надежный, но упрямый. Потолкуете в нейтральной зоне. Зачем тебе снова оставлять свою супругу и людей?

Кристофер кивает и соглашается на предложение Предтеча. Знаю, ему хочется отправиться в путь и сдвинуть с места зависшее дело. Но пойти против слова Марка он не может.

– Когда же он прибудет?

– Вечером третьего дня, если не ослушается. Дорога неблизкая.

– Мы будем готовы встретить его достойно, – включаюсь в беседу я. Предтеча смеется.

– Он здесь не остановится, что ты. Это аристократы.

Глава 2. Николас

– Думаешь, клан Николаса нам чем-нибудь поможет? – спрашивает Сара. Она так изменилась. Волосы отросли до плеч, а на голове девушка часто носила красную шапку. Сидит в ней и сейчас, чуть хлюпая носом от легкой простуды. Девчонка, которую я знала, очень повзрослела.

– Если быть честной, я не хочу связываться с кланами.

– Для чего тогда проводятся переговоры? Разве Кристофер не вынес урок?

Сара смотрит мне в глаза так пристально, что внутри все леденеет. Губы девушки чуть поджаты, в голосе слышится обида.

– В этот раз все будет по-другому. Предтеча поддержал ребят.

– Угу, – хмыкает девушка, – поддержал, потому что это самоубийство – пробираться по границам к Николасу. У него клан крошечный, в случае атаки не отобьются. Но, конечно, оборотней не жалко, их не тронут, да?

– К чему ты это?

Девчушка поднимается на ноги и едва сдерживается. Я стараюсь максимально спокойно реагировать на ее тревожность.

– Ты расстроишься, если я скажу прямо. Но я так устала молчать.

Я поднимаюсь вслед за ней, от холода спрятав руки в длинные рукава. Сара смотрит по сторонам, как будто проверяя, не слышит ли нас кто.

– Мне лучше знать правду, Сара. Какой бы она ни была.

– Ты и Кристофер, и эта твоя беременность… Мне жаль вас, но, Эми, это эгоистично. Если бы люди ушли без вас, у нас было бы больше шансов выжить.

– И ты ведь не одна так думаешь, верно? – совершенно спокойно переспрашиваю я, подойдя ближе. На глаза Сары от нервов выступают слезы. Она явно этого стыдится и быстро смахивает их ладонью.

– Нет, конечно, не одна. Так думают многие.

Это правда, которую я ожидаю. Правда, которая пугает и в то же время освобождает. Я не злюсь, не расстраиваюсь. Мне не нужно ничего доказывать Саре – она права. Границы мира расширились, и теперь девушке есть о ком волноваться. Ее отношения с Трэвисом развиваются, а угрозы жизни оборотня возросли.

– Я не виню тебя за правду, – отвечаю совершенно спокойно. – Понимаю. Я ожидала этого, не стану скрывать.

– И ты не злишься?

– За то, что ты сказала правду? Сара, я, как и ты, существую в новой реальности и вижу, что происходит. Я уважаю твое мнение и считаю, что нужно озвучить его остальным. Нельзя допустить, чтобы люди принимали решение против своей воли. – Я поджимаю губы, вспомнив диктатуру Кайла. – Иначе мы ничем не отличаемся от аристократов.

Сара меняется на глазах. Она выглядит испуганной и потерянной, хотя минуту назад в девушке кипел праведный гнев.

– Брось, Дрейк же так не считает. Он не поведет людей за собой. И вообще, я зря тебе это сказала.

Я останавливаю Сару и улыбаюсь, пытаясь сохранить между нами доверие, но наверняка выгляжу как безумная.

– Постой! Что ты? Мы же друзья, так? Я желаю тебе счастья и даже если нам приходится говорить друг другу такое, то это во благо.

– Не знаю, во благо ли…

– Неважно, что думает Дрейк. Сара, ты должна сказать! Если хочешь другого будущего, не перекладывай решение собственной судьбы в руки другого человека. Кристофер сам убежден, что вам нужна помощь. Если кто-то из людей думает иначе, об этом нужно сообщать.

С этими словами решимость Сары окончательно исчезает, а я все больше погружаюсь в размышления. Кто еще сомневается в выборе Кристофера? Мне бы разузнать это сейчас, но девушка быстро ретируется. Уходит и от ответов, и от меня. Тем временем вдалеке слышится вой, а значит, гости уже близко.

Тот самый Николас.

– Эй, Эми, – меня обнимают сзади за плечи, – я не хочу, чтобы Николас увидел тебя раньше времени. Побудешь с остальными в доме Предтечи?

Я оборачиваюсь и вижу черные глаза вампира. Он серьезен как никогда. Похоже, встреча с аристократом придает ему сил. Наконец-то можно вернуться к прежней активной жизни.

– Позволь мне сказать тебе кое-что?

– Если только быстро. Вампир уже рядом.

– Крис, не все рады дальнейшему совместному пути, понимаешь?

Супруг сводит брови и вопросительно смотрит на меня.

– Наша группа?

– Да, я о людях.

И он тут же меняется, как будто я говорю об очевидных вещах.

– Я знаю. Об этом не стоит переживать. Все уладится со временем. А теперь позволь я провожу тебя.

– Ладно.

Хотелось задать много вопросов, однако сейчас не время и не место.

Кристофер бережно берет меня за руку и ведет к соседней пристройке. Он выглядит спокойным, и мне самой становится легче. Вампир для меня настоящая опора. С ним многие проблемы отступают на второй план.

В комнате собрали почти всех членов группы от Лоры до Клэр, которая в последнее время занялась вязанием и стучит железными спицами днями напролет. Очевидно, ее это очень успокаивает.

– Уже приехал? – спрашивает седовласая женщина, когда супруг приводит меня в комнату. Кристофер хитро улыбается и кивает.

– Подъезжает. Мы слышали вой волков. Так что переговоры точно состоятся.

– Пусть так, мы мешать не будем.

– Благодарю, Клэр, – вампир пожимает руку и указывает в мою сторону. – Присмотрите за Эми и ее любопытством.

В ответ я только изображаю недовольство.

Да, я бы хотела присутствовать на переговорах, но мешать процессу не стану. Кристофер замечает мое недоумение, целует в лоб и спешно покидает нас. Однако, как только сани приближаются, мы почти всей группой стоим у окна в попытке разглядеть вампира. Особенно негодует Лора. Она наслышана о Николасе и страшно возмущена занесением ее персоны в черный список переговорщиков.

– Смотрите, да в нем метра два роста!

– Да, он выше Кристофера, – соглашаюсь я, упираясь лбом в стекло и прикрывая его с обеих сторон ладонями, чтобы хоть как-то разглядеть силуэт аристократа в темноте.

– И молодой такой!

– Как ты определила, Джина?

– В свете фонарей и определила. Вы видели его скулы? Ровные и гладкие!

Я улыбаюсь, наблюдая спор девушек. Похоже, появление еще одного молодого вампира не проходит формально. Аристократ вызывает романтический интерес у женской части группы.

Спустя пару часов, когда разговоры и пересуды стихают, к нам тихонько стучатся, и дверь гостям открывает Лора. В комнату входит миниатюрная брюнетка с кудрявыми волосами ниже плеч. У гостьи очень бледная кожа, черные глаза, и заметны слегка выступающие из-за алых губ клыки. Аристократка одета в голубое платье, виднеющееся из-под серого, расшитого серебряной нитью, пальто.

– Вы к нам? – с недоверием переспрашивает Лора, преградив ей путь. Из-за спины зараженной появляется Джон, и блондинка громко цыкает.

– Это Мила! – громко произносит вампир, приглашая девушку внутрь. – Она пришла к Эми, да и ко всем вам познакомиться.

Парень забывает о галантности и в какой-то момент пробирается вперед аристократки. Но гостью его поведение только радует. Девушка задорно смеется, даже несмотря на то что Лора недобро косится в ее сторону.

– Пахнешь странно!

– Добрый вечер! – Мила игнорирует замечание блондинки и сразу направляется в мою сторону. Я немного столбенею, хоть и понимаю, что гостья связана с Николасом и вряд ли она враг. Но доверие исчерпалось предательством Галии.

– Добрый вечер! Мы знакомы?

– Я Мила, супруга Николаса. У нас с вами много общего! Я очень хотела познакомиться лично с Эми и, – она окидывает взглядом комнату, уловив немало направленного на себя недовольства, – и-и-и с отважной группой! Вы настоящие герои. Правда-правда! Я наслышана о нападении в клане Галии и о том, как вы выбрались из переделки.

– Даже я мало знаю о спасении группы в ту ночь, – я отвечаю не очень дружелюбно. Все-таки Крис поступил правильно, что не пустил меня на собрание. – Мила, почему вы хотели со мной увидеться?

Девушка хихикает так, будто не замечает напряжения, и получает поддержку от Джона, рухнувшего на лавку за стол и опрокинувшего с десяток стаканов. Случайно, но грохот стоит на всю комнату.

– Я фертильная, как и ты! Та самая Мила. Думаю, Кристофер рассказывал вам мою историю?

Лучезарная улыбка, и я замечаю на себе удрученный взгляд Сары. Она стоит в углу и смотрит, будто волчонок.

– Приятно познакомиться, Мила. Я Эмили.

– Но она не может быть фертильной, – Джина не выдерживает первой, – она же вампир!

– Конечно, не могу. Я утратила свою особенность, – нисколько не растерявшись, гостья подходит к рыжеволосой. – Но фертильные всегда будут отличаться от остальных. Вы сказали верно, – Мила оборачивается к Лоре. – Я странно пахну? Как фертильная, только очень слабо, да?

– Что-то вроде того. Как сухой цветок, – блондинка складывает руки на груди, осматривая гостью надменным взглядом.

– И такой же бесполезный, вы хотели добавить?

Она снова хихикает, и во мне это тоже вызывает раздражение. Странное и необъяснимое предвзятое отношение к гостье свербит, гранича с чувством вины. Но позже я понимаю почему – Мила молода, хоть и выглядит взрослее своих лет. Ей всего семнадцать, и ведет она себя соответствующе.

– Простите, Мила, мы относимся ко всем гостям с подозрением. Поверьте, у нас есть на это весомые причины, – я своевременно перехватываю внимание гостьи, которая не прочь вступить в спор. – Так вы супруга Николаса и теперь аристократка, верно?

– Да, я заразилась, как и многие. Прошла жуткую агонию… Но Николас поступил так, чтобы сохранить свою семью и клан. Вам не за что извиняться, я была знакома с Галией. Она и ее супруг навещали нас после обращения. Надменная парочка и разговаривают так, будто вершат политические перевороты в размерах планеты. Наверняка в тот день они хотели убедиться в том, что я больше не человек! – Мила фыркает на последней фразе. Вокруг становится тихо, и я приглашаю девушку за стол, скинув с него ноги Джона. Когда мы садимся, обстановка делается куда приятнее. Девушка сбрасывает свое пальто, а рядом прибавляется людей, которые хотят присесть и послушать разговор.

– Они были вдвоем? И когда же Галия и Кайл навещали клан?

– Очень давно. Пару лет назад.

– Но Галия говорила, что они с мужем давно расстались, еще до катастрофы.

Мила перебивает меня смехом на полуслове.

– Если они и расходились, то давно, очень давно! Потом, насколько я знаю, Кайл пытался ее вернуть, но Галия хитрая особа, она поставила вампиру условие.

– Какое же?

– Хм… В то время как раз началась история с дампирами. Первый звоночек прилетел от Северного клана. Герман наткнулся на обращенного его аристократами вампира. Он странно пах, и этот запах исходил и от пленницы, девушки того несчастного. Так Герман стал наводить справки и узнал, что в дальних землях практикуют не только донорство от людей, но и получение новой расы. Детки вампиров! Представляешь, как он был удивлен, когда годы практик показали бесплодность аристократов?! А Галия вроде как сына потеряла от серьезной болезни. Вот она и загорелась мыслью свою длинную новую вампирскую жизнь украсить младенцами. Человеческих-то хочется сожрать, а эти такие ароматные и родные. От дампиров у всех вампиров едет крыша.

Мила с таким упоением говорит о событиях прошлого, что кажется, будто она купается во внимании. Аристократке нравится то, что мы слушаем ее открыв рот. Но я опасаюсь, что сейчас может прозвучать информация, которую не всем надо слышать. Как и вообще история с дампирами, которую я тщательно оберегаю.

– Галия поставила условия Кайлу? Значит, она потребовала дампира…

– Да. Поэтому Верховный рвал и метал, чтобы найти фертильную пару. Это хороший статус и возвращенная жена. А плюсом идет расширение территорий, а у Галии неплохой кусок владений на западе.

Долгое время я считала Галию просто предателем, одной из фигур в игре Верховного. На самом деле владелица Западного клана стоит над ним. Галия враг куда более опасный, чем сам Кайл. В ее руках он марионетка.

– Парочка вампиров обвели нас вокруг пальца.

– Еще как, – почти шепотом соглашается Мила, – Николас не мог предупредить твоего мужа. Они не были друзьями, и им не довелось видеться прежде. Вообще к гонцам Верховного мы всегда относились не очень, уж прости. А этот еще и фертильный. Себе дороже с такими связываться. Мой муж берег тайну своего положения и всегда отказывал в личной встрече. Кристофер мог все понять по запаху.

– Как у вас все сложно, – усмехается Джина. – Помешанность на фертильных выглядит как развлечение. Но из-за этого Эмили приходится постоянно прятаться. Что будет, когда…

– Ничего не будет, Джина! – я встаю из-за стола, не дав ей договорить. Я не уверена, что Мила не знает о моей беременности, под свободной кофтой она незаметна. Может, не стоит каждый раз говорить о ребенке так, будто это не секрет.

– Ты не понимаешь идеи создания нового мира. Люди не вечные. Когда они вымрут, следом уйдут и вампиры. Питания ведь не останется. И вот тогда дампиры создадут новый мир. Все возродится из пепла, понимаешь?

– Нет, не понимаю, – Джина встает из-за стола за мной, – бред какой-то. Вы строите новый мир, спокойно уничтожая старый.

– Ох, ты такая приземленная, – вздыхает Мила.

В этот момент в дверь снова стучатся, и молчавший весь разговор Джон громко приглашает войти. Он уже знает, кто там.

В светлую комнату входят двое. Мой высокий супруг и парень, который оказался чуть выше него, – Николас.

Вампир Южного клана холоден и сдержан. Мужчина медленно осматривает присутствующих взглядом своих черных глаз и вежливо здоровается. Бархатистый низкий голос льется, будто музыка.

– Николас, глава Южного клана.

– На самом деле, многим известно, что в Южном клане погодные условия суровее, чем в других, – поправляет Кристофера аристократ, как-то неловко улыбнувшись, – так что мы себя южанами не называем.

Вампиру на вид не больше двадцати семи лет. Он под два метра ростом, одет в красное пальто с черным воротом, в руках держит серебряную трость с черным вороном на рукоятке.

Его скулы, как заметила ранее Джина, прямые и выступающие вперед, придают лицу и греческому профилю особенную красоту. Из-за чуть опущенных век миндалевидные глаза кажутся уставшими и спокойными. Но это не так. Николас весь напряжен и как будто не дышит. Возможно, это вызвано голодом, и присутствие людей сбивает с толку, побуждая природные инстинкты проснуться.

– Мы не считаем вас загорелыми южанами. Разделение условно, – добавляет Кристофер смеясь и хлопает по плечу вампира. Тот как будто успокаивается и делает глубокий вздох. Но заметно, что ему все еще непросто.

– Мила, вы успели познакомиться с моей супругой?

– Да, мы поболтали и, возможно, я сказала лишнего. Теперь Эми будет о чем поразмышлять. Но мы ведь не прощаемся?

– Наверное, нет. Вы останетесь у нас? – я спрашиваю у Милы, при этом не в силах оторвать взгляда от Николаса. Не только из-за его голода, но еще из-за его красоты. Кристофер также это замечает, но подобное любование очень разбавляет напряженную атмосферу. Очень странно стоять в комнате с опасным голодным вампиром и понимать, что все девушки зачарованы им.

– Да, Эми, – вместо Милы мне отвечает супруг, – для гостей разобьют небольшой шатровый лагерь за территорией.

– Желательно, – невесело улыбнувшись, Николас будто смущается, – иначе я сойду с ума от запахов. Люди, оборотни… Гремучая смесь.

– К этому надо привыкать, – Лора подходит к мужчинам и оглядывает нас. – Я к этой шайке до сих пор принюхиваюсь.

– И, тем не менее, ты за нас готова драться.

Блондинка хочет мне возразить, но на ее алых губах предательски возникает улыбка, поборов холодность красивого лица.

– Что ж, пойдем, покажу вам временный приют?

Мы с Кристофером переглядываемся, и он едва заметно мотает головой, запретив мне идти провожать вампиров. Знаю, несмотря на дружелюбие, он сам озабочен голодом и неподготовленностью южан. Хотя по Миле не скажешь, что ей тяжело.

– Да, пожалуй.

Зараженная подходит к супругу, теряясь на его фоне. Они интересная пара. Холодный, будто статуя, Николас и миниатюрная, живая девушка. Аристократка будто огонек рядом с ним. Вампир прячет ее под свою руку, как птица под крыло своего птенца. Оба направляются на выход, попрощавшись с группой выживших. Перед уходом Кристофер встречается со мной взглядом и покидает дом.

Только спустя пару часов нам разрешают перемещаться по лагерю. Глубокая ночь, новолуние и черное небо.

Когда большая часть лагеря уже спит, я все еще не могу найти покоя. Есть время подумать о словах Сары, так и оставшейся тенью сегодняшнего вечера.

Кристофер улаживает последние дела, проверяет охрану и идет ко мне по белому снегу. Темную фигуру высокого мужчины я узнаю всегда. Он моя движущая сила против целого мира. Единственный, кто побуждает бороться и не сдаваться, даже в самые темные времена.

– Идем спать, Эмили, – тихо шепчет Кристофер, поцеловав меня в висок. Его ладонь касается моей щеки, и я прижимаюсь лицом к груди вампира. – Скоро все изменится.

Глава 3. Доверие

Утром следующего дня я поднимаюсь рано, но Кристофера уже не застаю. Со стороны поля, у большой сосны, разбит лагерь. Пара шатров, хотя гостей немного. Рядом с Николасом и Милой разместили нескольких вампиров, в том числе Дика. После происшествия на базе он берет на себя много дел, чтобы доказать свою преданность. И Крис ему верит.

А я пытаюсь учиться доверию. Из-за предательства Галии оно атрофировалось.

Жизнь идет в привычном режиме. Люди просыпаются, работают, топят печь, готовят еду. Несколько мужчин ходят к озеру с оборотнями, чтобы порыбачить. Рыбу морозят партиями, заготавливая к долгому переходу в холодное время. Часть улова коптят. Это единственный белок. Поймать другую живность не удается. В леса почти никто не ходит, кроме разведчиков. И то недалеко.

Мы знаем – враг не дремлет, и скоро смелости подступить к дому Предтечи у них будет гораздо больше.

Примерно к вечеру Кристофер, Дрейк, Николас и Предтеча уходят на совет в пристройку. В этот раз я решаюсь войти в самый разгар беседы, не в силах более оставаться в неведении.

Конечно же, привлекаю внимание всех собравшихся. Они замолкают разом, а Кристофер понимает меня без слов и не препятствует, а даже наоборот, способствует моему присутствию.

– Эми? Проходи, присаживайся с нами.

– Добрый вечер! – здоровается Предтеча. Он выглядит серьезным. В очках, волосы растрепаны, на плечи деловито накинут черный рабочий халат. – Как себя чувствуешь?

– Спасибо, хорошо, – я сажусь на лавку рядом с супругом, мельком встретившись взглядом с Николасом.

Сейчас вампир сидит без своего облачения. Одет в простой черный свитер, русые волосы убраны назад, а вчерашний голод отступил. Вампир выглядит спокойным, хоть и пристально изучает меня.

– Она ждет ребенка, – шепчет аристократ. От этого у меня по коже идут мурашки, но Кристофер кладет ладонь на мою руку и крепко сжимает в знак поддержки.

– Да, Эми беременна. Это причина, по которой мы решили просить твоей помощи.

– И не только по этой причине, Николас, – кашляет в руку Марк. – Я глубоко уважаю твое стремление хоть как-то повлиять на порядок, установленный вампирами. Но ты мне так и не признался – на каких условиях вы проводите донорское спонсирование питания клана?

Парень поджимает губы и заметно нервничает, опасаясь осуждения Предтечи. Вампир крутит в руках какую-то бумажку, в воцарившейся тишине фоном трещат поленья.

– Мила проводит прием крови каждый четверг. У нее есть сестринский диплом, и мы организуем сбор согласно расписанию. Не все группы идут навстречу, но мы практикуем вынужденные принудительные меры.

– Запугиваете, значит? А каким же образом сдавший кровь человек восстанавливается?

– Кровь сдают раз в месяц, как положено. Никому это не вредит.

Николас отвечает так, будто это нормально. И тут Марк буквально вспыхивает. Я впервые вижу, как здоровенный добряк превращается в злого великана. Мужчина громко ударяет кулаком по столу, так, что он сдвигается с места. Казалось бы, обычный человек, но вампиры бледнеют от его гнева. Все, включая Кристофера.

– Не вредит? Они недоедают, живут в постоянно холоде, часто болеют и сдают вам на потеху свою кровь! А вы что? Разве я не рассказывал, каким свойством обладает кровь зараженного?!

Я вижу, как Николас опускает глаза, а вместо него подключается Дик.

– Возможно, они не хотели рисковать, применяя массово вампирскую кровь?

– Рисковать чем? Опьянением группы на короткий срок? Так не надо поить кровью всех, давайте ее тем, кто проходит процедуру!

– Предтеча, люди не верят, что кровь не опасна. Они страшатся вируса, – как-то неубедительно отвечает Николас и в ответ слышит рычание мужчины.

– Глупости какие! Покажите на одном. Есть там больные? Кто-то при смерти? Старики? Кому нечего терять!

– Найдем.

– Давно должны были найти и решить этот вопрос, – Марк стихает и теперь обращается к Кристоферу, который все еще держит меня за руку. – Что делаем? Доверишься ему? Николас ошибается, но кто не делал ошибок? Ты сам недавно пошел на поводу у коварной аристократки.

Кристофер потирает переносицу, смотрит в глаза лидеру южного клана и шумно вздыхает. Он заметно напряжен, но никак не комментирует ситуацию с Галией.

– Никто не застрахован от ошибки. Но в данной ситуации я должен быть уверен, что предлагаю своим людям хороший вариант. Не в нашем положении выдвигать требования к тебе и твоему руководству, Николас, но сейчас мы находимся на одной стороне. Если вы готовы принять группу выживших на своей территории, то обязаны неукоснительно выполнять требования Предтечи. Допустимо только взаимное, а главное, добровольное донорство.

– Как они поверили тебе, Кристофер? – задается вопросом аристократ.

– Среди выживших была тяжелобольная женщина. Нам даже не требовалось делать это специально.

– Клэр, – подключаюсь я. – Крис действительно не настаивал на лечении. Мы предложили помощь. У нее был выбор.

– Выбор… А наши люди аристократов презирают, – с горечью произносит вампир. – В отличие от вас двоих, у меня не было своей группы, жаждущей увидеть зараженного после обращения в своих рядах. Я всегда преследовал мирные цели, но, как мы ни старались, прошлое не удалось забыть?, – Николас поправляет ворот свитера, будто одежда его вот-вот задушит. – Предтеча, я выполнил вашу просьбу так, как смог. Как мне завоевать доверие?

– Мы же можем организовать визит к южанам? – предлагает Дик. Марк тут же вскидывает руки.

– Не-ет, эта идея провальная с самого начала. Если Кристофер помчит вдоль территории, вас поймают. Мы это уже обсуждали, когда вы порывались ехать за Николасом.

– Так и не нужно, чтобы Крис ехал туда с Эми. Пусть едут люди. Есть Дрейк, есть та же Клэр, спасенная кровью вампира.

Дик непривычно эмоционален. И, к моему удивлению, Дрейк его активно поддерживает.

– Он прав, должно сработать! Клэр – живой пример чудодейственной силы вампирской крови.

– Я приму вашу делегацию, и, со своей стороны, мои люди обеспечат каждому безопасность. Если только вам удастся убедить людей и доказать, что это работает. Поверьте, я не сторонник насилия. Но голод вынуждает идти на крайние меры, пока люди сами не готовы доверять.

Кристофер протягивает мужчине руку, и тот пожимает ее в ответ.

– Все в порядке! Должно сработать. Мы поможем тебе, а ты нам.

– Буду рад, – соглашается Николас.

Тем временем Марк уже занят стопкой листков, которые только что достал из кармана, а теперь пытается разгладить. Мятые бумаги изрисованы картами и незнакомыми мне обозначениями. И, когда все замолкают, он замечает внимание к себе и протягивает каждому из присутствующих по листку. Всем, кроме меня. Но Кристофер берет меня за руку, притянув к себе, и делится картой. Хотя в ней я мало что в этом понимаю.

– Что здесь? – спрашиваю у супруга как можно тише.

– Карта с предстоящими маршрутами.

Я вижу много линий. Все они с сокращенными пояснениями, которые тоже требуется пояснять.

– Но почему так много?

– Потому что нам всем придется разделиться.

– Что?

Шепот, может, и тихий, но слышат нас все. Марк решает неделикатно указать на то, что слышит мои вопросы, и старается ответить на них самостоятельно.

– В горы пойдут далеко не все, и до летнего перехода остается еще очень много лун. Группе нужно осесть, освоить новую территорию. Для этого все желающие отправятся к южному клану. Николас и его ребята построят, как минимум, два постоянных приюта для людей.

– А те, кто не захотят идти к Николасу?

– Отправятся с вами через озеро и попытаются дожить до лета.

Вот почему Кристофер не был удивлен новости о желании людей отделиться от вампиров. Он знал, что зреет недовольство, искал выход и нашел его. В конце концов, лагерь под руководством Дрейка был вынужден покинуть Аэропорт из-за нас.

– Понимаю, – шепчу я, соглашаясь.

Кристофер пытается тут же меня успокоить.

– Эмили, в этот раз я не оставлю тебя. Мы будем вместе.

Вампир нарушает деловой стиль переговоров, поцеловав меня в висок и крепко обняв. Он как будто чувствует тревогу, зародившуюся внутри меня. В голове ворох мыслей – как же мы продержимся все это время в одиночку? Хотя и группа никогда не была панацеей. Так, только эфемерное ощущение защиты толпы, не более того.

– Мы справимся. Главное, чтобы у выживших был выбор. Многие устали от кочевого образа жизни и отсутствия перспектив.

– Умница, Эмили, – подбадривает меня Марк. – Так, а теперь пройдемся по картам. Синим указал маршрут через озеро. Лед сейчас толстый, опасности нет. Красным – запасной путь, на случай засады. Но по нему лучше не идти. Я не разведывал глубокие таежные леса в сторону гор. Вряд ли они проходимы.

– А зеленый? – указывает Дрейк.

– Это дорога к территориям Николаса. Но там еще есть и черные метки, – Предтеча приспускает очки, как-то странно посмотрев на Кристофера. А тот без слов понимает, на что намекает Предтеча.

– С черными метками я разберусь, – вампир сжимает в руках лист бумаги и подносит кулак к губам, погружаясь в раздумья. – Полагаете, много?..

– Там достаточно одиночек. Но ты сам должен знать, это до поры до времени. Правда, я не уверен до конца. Надо проверять, потому как оборотни в зачатке становления проявляют себя схожим с вами образом. Пока не доберешься до человека, не сможешь узнать, кто он такой.

– На это уйдет немало времени.

– Вот поэтому думай, надо оно тебе сейчас или нет? Жена беременна, дома нет. Ты не супергерой, чтобы всех спасать.

Кристофер снова вздыхает и соглашается с Марком. Мы все прекрасно понимаем, о чем говорят мужчины.

Когда заседание заканчивается, я выхожу из дома первой, следом Николас. Его шаги беззвучны, поэтому низкий голос из-за спины меня пугает.

– Эмили? Скажи мне, ты хотела этого?

Я оглядываюсь. Супруг за дверью о чем-то говорит с Предтечей, остальные тоже пока собираются. А Николас как будто сканирует меня, пытаясь получить ответ без слов.

– Разделиться с группой?

– Нет, – его скулы сводит, и вампир опускает взгляд на мой живот, который я постоянно прячу под одеждой, – зачатия дампира.

– Я не знаю, – признаюсь честно. – Так получилось, что мы пошли по пути, предложенному Верховным. Но это не значит, что сейчас я стала бы что-то менять, будь у меня возможность повернуть назад.

– Никогда не мечтал быть родителем, – аристократ запускает руки в карманы и поднимает глаза к темнеющему небу, – но сейчас, наблюдая за вами, я понимаю, что быть отцом это правильно. Жизнь так устроена, в существовании должен быть смысл. Я не нашел его в другом, все кажется пустым. И Милу заставил принять эту пустоту.

– Ты хотел ее защитить.

Вампир потирает глаза и плотно сжимает губы. Что происходит в душе аристократа, известно одному Богу. Но в спокойных глазах можно прочитать трагедию, и она перекликается с болью, которую я видела во взгляде Дрейка.

Борьба двух личностей. Романтика, готового все бросить, и сильного лидера, у которого нет права на ошибку.

– Мне пора. Был рад повидаться с беременной фертильной женщиной – первой, которую я встретил.

– Ох нет, не говори так. Это даже звучит как…

Он и сам смеется. Но так зажато и несколько неуверенно, будто не улыбался уже сотню лет.

– Не нужно этих ваших вампирских штучек. Я Эми, этого достаточно. А с интересом к ребенку притормози. У меня сформировалась новая устойчивая привычка заносить всех спрашивающих в список потенциально опасных знакомых.

Николас снова улыбается, уловив в моем голосе дружественную интонацию. Затем он отшучивается, но как-то неуклюже, и направляется в сторону шатров.

Аристократ мне симпатичен как друг или брат, которого у меня никогда не было. В его поведении и скромности таится что-то родное.

Близится ночь. За время жизни у Предтечи мы с Кристофером не имеем возможности часто оставаться наедине друг с другом, поэтому нередко проводим время на улице.

Сегодня в доме особенно шумно, потому я одна отправилась в небольшой хлев, где раньше хранилось сено для животных. Думала побыть одна перед сном и предстоящими событиями. Но за спиной скрипнула дверь и послышались шаги.

– Ты решила спрятаться?

Кристофер, подобно оборотням, не всегда надевал куртку. И сейчас он пришел за мной, одетый в тонкую кофту и штаны. Внимание привлекают ножны с кинжалами на поясе.

– Почему ты с оружием?

– Хотел поохотиться – видел птиц, – вампир присаживается на деревянную перегородку рядом со мной, – но потом заметил, что ты прячешься здесь.

– Ну да. Только никаких птиц не было. Ты видел голодных падальщиков, не из числа наших, да?

В ответ на упрек вампир обнимает меня за плечо, опустив глаза к животу.

– Волнуешься?

– Немного. Мы подходим к трем месяцам, и я не знаю, что будет дальше. Смогу ли я столько пройти…

Я чувствую, как вампир приподнимает край свитера и кладет теплую ладонь мне на живот, чтобы почувствовать малыша. И тот, как будто осознавая, что происходит что-то очень важное, откликается слабыми толчками. Это странное ощущение, очень непривычное, но безумно трогательное.

– Мы почти не говорили о случившемся, – шепчет Кристофер. Взгляд волчьих глаз вампира испытывающе пробирается в самую душу. – Ты затаила много обид и боли. Не хочешь разделить их со мной?

– У меня нет обид, Крис. Мне только страшно потерять тебя. Ведь я теряла уже дважды и, боюсь, третий раз будет фатальным… Ты не всесилен. Мы ищем зацепку, но что, если однажды не придет Предтеча или помощь извне, как случилось со мной в той машине? Кристофер, пока ты остаешься единственным способным защитить меня и ребенка, мы будем наполовину уязвимы.

Аристократ вымученно улыбается и убирает руку, прильнув к моему виску губами.

– Знаю, что ты задумала, но этого я не допущу. По крайней мере, пока у нас есть время побороться за другое будущее.

– Но ребенок родится, и…

– Когда родится, мы вернемся к этой теме, а пока постарайся довериться мне. В третий раз.

– Я доверяю тебе. Всегда доверяла…

– Вот и славно. Я очень люблю вас обоих.

Вампир наклоняется, прислонившись своим лбом к моему. Я в полной тишине почти слышу, как он улыбается, чувствую, как касается моих губ своими. Затем Крис чуть отстраняется, но я тянусь ближе к нему, сохраняя сладкое мгновение. Он прав. Мы справимся. Обязательно справимся.

Глава 4. Метели

Николас и Мила проводят с нами еще один день. Девушка активно общается с группой, рассказывает о своем доме, о клановых порядках и южных лесах. Территория Николаса значительно меньше Северной и Западной, но людей, решивших поселиться на южных землях, гораздо больше, чем выбравших соседние. Здесь реже случаются набеги падальщиков, которых активно отслеживают аристократы, и есть донорство.

К вечеру Дрейк и Клэр собираются в долгий путь. Им предстоит провести переговоры с лагерями, а нам – ожидать их благополучного возвращения.

Прямо перед отъездом я нахожу минутку и прошу Клэр быть осторожнее. Не сообщать лишней информации о войне с Кайлом и о моей беременности. Помимо женщины в комнате находится Джина. Она не обращает на нас внимания и заметно нервничает, кусая ногти на руках. На все мои вопросы девушка отвечает коротко и резко.

– Что происходит? – спрашиваю я тихо у Кристофера, когда тот заходит в комнату и принимается связывать пару баулов у печи. В них вещи, которые мы собрали в помощь выжившим с юга.

– Она хотела поехать с Дрейком.

Ахаю от удивления, на что вампир подносит палец к губам.

– Я не думала, что у них все серьезно.

– Не уверен, что причина только в нем, – шепчет супруг. Я оглядываюсь, но Джина нас не слышит. Она сидит в дальнем углу и смотрит на суету за окном. В комнату входит веселая компания, становится шумно.

– А что тогда ее так нервирует?

– Хочет найти место в клане, – Кристофер следом за мной аккуратно оборачивается назад, убедившись, что нас не слушают. – Здесь ее никто не обратит.

– Зачем она дает ложные надежды Дрейку?

Вампир сухо улыбается и перевязывает последний узел. Теперь все упаковано надежно.

– Так бывает. Одной рукой она держит его за ворот, а другой ищет вариант получше. Поэтому я не одобряю ее выезд в Южный клан. Нам сейчас не нужны проблемы.

– Не сейчас, так позже, – вздыхаю я, понимая, что Джину не остановить. – Может, лучше отпустить? Мы все имеем право выбирать.

Аристократ странно улыбается, тянется ко мне и целует в лоб. Затем без слов поднимает баулы и выносит на улицу. Там царит суета. Кажется, будто уезжают все, а не двое.

Кристофер не комментирует желание Джины стать аристократкой. Я понимаю причину. В ее желании и воле выбирать кроется наша проблема. Он не хочет, чтобы этот выбор был и у меня, потому как знает: я намекну о необходимости примкнуть к зараженным.

Скоро этому придет конец.

Да, никто никому не говорит официально о разделении группы, но каждый понимает, что ситуация меняется. Идти под началом Кристофера опасно. Людям незачем умирать ради нашего дитя. Теперь есть выход из ситуации, ведь мир вампиров существенно меняется. Это больше не клуб избранных, а зарождение новых сообществ, поселений и в будущем – городов.

Примерно к полуночи мы прощаемся с Николасом, его супругой Милой и нашими Клэр с Дрейком. Они отправляются в безлунную ночь, когда тяжелые тучи закрывают собой чистое небо, возвещая о предстоящей непогоде.

Часть волков сопроводит их до границ, а оборотни остаются на территории, несмотря на то, что луна еще молода и оборот случится нескоро.

– Берегите себя, – Кристофер хлопает по плечу Дрейка и крепко обнимает Клэр. – Мы ждем вашего возвращения через семь дней.

– Они вернутся, – отвечает Николас. – Ручаюсь за обоих собственной головой.

– Все под контролем, – подбадривает нас Дрейк. Он весел, хоть изредка и пробегается взглядом по толпе в поисках Джины. Но та предпочла не присутствовать, ровно как и Марк. Вот только Предтеча в принципе не проявляет сантиментов, пропадая в своей крохотной лаборатории.

– Уладим вопросы и вернемся. Вы тоже берегите себя. Время непростое.

Ко мне выходит Мила с распростертыми объятиями. С этой аристократкой мы не успели стать подругами, но и недоверия к ней у меня нет. Она сама будто дитя, пусть и хочет казаться намного старше своих лет.

– Приезжай в гости, когда малыш подрастет! Мы с мужем будем вам рады. Если захотите, можете остаться у нас!

– Мила! – резко одергивает ее Николас, опасаясь неловкого момента. Мы встречаемся с ним взглядом, и он без слов кивает, принося молчаливое извинение за очередной интерес к младенцу. – Нам пора!

Группа садится в сани, и волки воют, срываясь с места. Все четверо исчезают в ночной мгле, будто их никогда здесь не было.

Люди расходятся, отправляясь в темный дом. Ветер усиливается, и мороз забирается под куртку. Я сама замерзаю, но стою на месте. Кристофер рядом. Он видит сани, в отличие от меня, еще долго.

– Николас спрашивал про ребенка, – шепчу я и чувствую, что губы едва слушаются. Холодно. – Но у меня возникло странное чувство. Я должна испытывать к аристократам недоверие, но почему-то ощущаю нечто похожее на сестринскую любовь.

Кристофер берет меня за руку и подносит ее к губам, целуя, затем согревает мои кисти в своих ладонях.

– Ты замерзла, – шепчет вампир. – А твое отношение к Николасу связано с нашей общей особенностью. Фертильные словно одна семья. Но женщины испытывают теплые чувства к мужчинам, и наоборот.

– Это значит, что избранных пар на самом деле нет?

Я говорю это с опаской. Не хватало еще, чтобы супруг заподозрил меня в интересе к вампиру. Но Кристофер не находит в моих словах скрытого смысла. Он отвечает мне с улыбкой и иронией в голосе.

– Разве ты испытываешь к Николасу влечение?

– Что ты? – возмущаюсь в ответ. – Нет конечно!

– Вот видишь. Избранные пары существуют, и это неизменно, как бы мы ни пытались обмануться. А то, что ты чувствуешь, – это любовь, близкая к материнской или сестринско-братской. Подобные чувства я испытываю к Миле. Фертильные связаны, но мы не взаимозаменяемы.

Всплывает тема, которой я так долго не хотела касаться. Это вызывает во мне отвращение и боль. Как будто все случилось вчера и я вырвалась из рук настоящих маньяков.

– Галия хотела свести меня с мужчиной из Северного клана. Так они рассчитывали получать новых вампиров, ведь фертильная девушка умерла в родах.

– Она сказала тебе это?

– Нет, зараженная пыталась казаться другом, пока я забыла, кто я и откуда. А об этом мне сказала Приемница. Кайл страстно желает твоей смерти и придумал интересный эксперимент. Он решил перетасовать колоду и проявить в отношении меня насилие…

Кристофер молчит. Он только крепче сжимает мои руки и перебарывает внутренний гнев. В таком состоянии он похож на голодного зверя, готового к расправе.

– Если мы встретимся вновь, я убью его.

– Прости, я не хотела тебе говорить этого. В мире и так много ненависти, а я не хочу расправы. Просто надеюсь, нам не придется встречаться. Я молюсь только об одном – тихой жизни где-нибудь подальше отсюда.

– Так и будет, Эмили. Мы обязательно найдем свой дом.

Кристофер целует мои руки и тянет меня за собой к дому со словами: «Ты так простудишься». Я повинуюсь, тем более ветер становится все сильнее, и маленькие искры снега танцуют в воздухе, поднимаясь на многие метры в высоту.

Крис же больше ничего не говорит. Уже в доме вампир помогает мне раздеться, приносит ужин с общего стола к постели и находится рядом. Я ем овсяную кашу на воде, рассказываю истории из прошлого, а он все слушает, гладит мои волосы и погружается в свои мысли. Сейчас его глаза совсем черные, а кожа бледна. Возможно, голод, а быть может, ярость, задавленная усилием воли.

В эту ночь мы спим вместе на узкой кровати, и я, как никогда раньше, чувствую себя защищенной в крепких объятиях аристократа. Он проживает услышанное и наверняка испытывает ненависть хотя бы даже за вольность Кайла, за то, что тот допустил мысль о принуждении к браку с посторонним человеком его собственной супруги.

Утром ветер крепчает. За окном все белым-бело. Колючий снег бьет в стекло и кружится в адском танце. Температура значительно падает. С ночи к утру примерно до минус двадцати пяти. Печь едва справляется, чтобы сохранить тепло в огромной жилой комнате.

В этом снежном аду даже волки прижимаются к порогу дома целыми группами, чтобы укрыться от непогоды. Братья-оборотни то и дело выходят к ним, проверить, все ли в порядке. Между животными и ребятами существует прочный симбиоз, и они, как никто другой, понимают состояние стаи.

Сегодня особенно не повезло постовым. К охране территории допущены только вампиры, поскольку людям простоять в метель будет намного сложнее. Дик, Джон, Лора и несколько бывших падальщиков заняли свои позиции, пусть в метель разглядеть хоть что-то трудно.

А я все думаю о Клэр и Дрейке. Как они там? До клана не добраться за одну ночь. Значит, им придется пробираться в самую непогоду. Лишь бы все прошло хорошо…

Кристофер со вчерашнего вечера мрачнее тучи. Все чертит новые карты, а я не отхожу от окна. Примерно к девяти утра входная дверь с грохотом, будто с пинка, открывается. В комнату входит Предтеча. Весь в снегу, щеки красные, на усах и бородке собрались капли от талого снега. Мужчина приветствует всех и падает за стол к моему супруг.

– Возишься с картами?

– Этим я занимаюсь уже лет пять, – Кристофер пожимает Марку руку и пододвигает листы в сторону.

Предтеча снимает свою старенькую шапку, а привыкшие к головным уборам русые волосы ученого так и остаются прилипшими к голове. Марк чертыхается и взъерошивает их, проводя пальцами против роста. Но эти манипуляции мало помогают восстановить естественность прически.

– Погода беснуется не на шутку. Конец января. Февраль дышит в спину и тянет к озеру ветра.

– Меня это не огорчает. Так даже лучше. Пока видимость плохая, за нами не смогут наблюдать, – соглашается Кристофер.

Озвученная мысль нравится Марку. От откидывается на спинку лавки и вытягивает ноги вперед. Мужчина почти вдвое старше моего супруга и примерно вдвое крупнее. В последнее время ученый редко проявлял инициативу в разговорах, однако сегодня что-то меняется.

– Да, я тут посмотрел по приборам: так вот, вся эта чертовщина к вечеру не стихнет, – усмехается Предтеча. – Пару дней точно продует. Не думаешь, что это хорошая возможность ушмыгнуть незамеченными?

Не одна я удивляюсь услышанному. Затихают многие присутствующие. Жаль Джон и Лора на посту, иначе бы мужчина добавил свою шутку.

– В таком случае придется оставить здесь большую часть группы, – невесело добавляет Кристофер. – У меня нет гарантий с юга, вы сами это понимаете.

– Гарантий не будет, если их не дадут. После возвращения Дрейка шанс уйти незамеченными будет потерян. Ветра, конечно, будут весь февраль, но такую метель сам бог послал.

Предтеча запускает руку в карман и достает оттуда свернутый лист бумаги. Мужчина безуспешно пытается его расправить, а потом и вовсе кладет на стол как есть.

– Вот так было в том году. Видишь даты? Идти надо либо сейчас, либо в начале февраля, а там полная луна. Ты же помнишь о черных метках? Если это оборотни, то они ничего о себе не знают. Обращенные от гнева, голода и животного страха, новички будут бродить по лесу. С ними тебе придется туго, поэтому лучше проскочить в полнолуние.

– Полная луна в первых числах?

– Ага. И пару дней до этого опасность сохранится.

– Почему их стало так много? – подключаюсь я, присев рядом. Сегодня с утра у меня ужасно тянет живот, но я замалчиваю это и пеняю на погоду. Теперь же с ужасом представляю себе вынужденное скорое бегство. Если я озвучу свою проблему, то Предтеча может счесть это надуманным поводом для того, чтобы остаться.

– Кого? Оборотней?

– Эти точки, – я указываю на карту в руках вампира, – вы сказали, что там либо фертильные, либо оборотни.

Марк смотрит на меня и кашляет в ладонь. Похоже, я при всех озвучила лишнее. Выносить конфиденциальную информацию за пределы собрания у меня талант.

– Мой природный магнетизм срабатывает, – отшучивается ученый, – оборотней становится больше там, где есть я. Так устроена побочная система вируса. Ребята подсознательно ищут создателя, чтобы защитить.

– Создателя? Они что, тоже заражены?

За столом становится все больше людей. Трэвис с Сарой сидят на кровати неподалеку. Парень прожигает меня взглядом, смакуя мою реакцию. Да и по девушке заметно, что она в курсе.

До этого мне не приходилось спрашивать о происхождении вожаков стаи. Но теперь об оборотнях хотят знать все в этой комнате.

– Да не чтобы… Так не задумывалось. Тем более чтобы они обращались в волков, – сухо смеется Марк с досадой. – Лет десять назад мы изучали профилактику гриппа на мальчиках от пяти до двенадцати лет. Обычная вакцина, но с включенным элементом, созданным для повышения сопротивляемости иммунной системы. Исследования проводились в нескольких регионах и показали хорошие результаты. В проекте участвовали около сотни детей, а после он был закрыт. Инвесторы посчитали препарат коммерчески провальным, и тогда мы стали разрабатывать вакцины от серьезных болезней. Все, что связано с онкологией, прибыльно. Вектор был взят верно, и нас стали хорошо спонсировать. Представительства были открыты в четырех крупных странах. Исход вы знаете.

– Значит, вакцина, которую вы использовали на детях…

Марк кивает.

– Проявилась спустя десять лет. В структуре использовались компоненты, полученные из крови волка.

Я с трудом принимаю информацию об испытаниях на детях. Разве могли родители дать разрешение на такое? Вероятно, с моралью в прошлом у Предтечи были серьезные проблемы.

– Первые обороты, зафиксированные мной, случились еще до начала эпидемии. Мои племянники поочередно прошли становление. Трэвис первым, Билл и Джо уже после апокалипсиса. Так что пацаны мне племянники, а не сыновья. Но есть и другие. Первым делом ребятня, обозначенная точками, научится взаимодействовать с волками. Звери общаются с ними, представляете? А вот оборот – это уже опасная история. Представьте, что вы проснулись голодными и голыми посреди леса. В пасти острые зубы, а вместо рук – лапы.

– Ночной кошмар, – шепчу я с презрением к деятельности ученого.

– Именно. Хочу также отметить, что оборотень осознает происходящее только после третьего оборота. Поэтому не советую сталкиваться с новорожденными в лесу.

Кристофер складывает ладони перед собой и смотрит в окно. Наверняка он и раньше знал об оборотнях. Определенно, и о фертильных знает намного больше, чем я.

А кто такой сам Предтеча? Не похож он на слабого человека. И дело не только в его росте и крепком телосложении. Перед Марком трепещут вампиры, оборотни, люди… А враги не смеют даже на шаг подступиться к дому.

Неужели зараженные страшатся убить прародителя? Не поверю. Дело в другом.

– Вы проводили эксперименты даже на собственных племянниках? Ведь это ужасно… И вам не совестно?

– Совестно мне за многое, Эмили. Уже несколько лет я живу угрызениями и вопросами. Был бы жив кто из команды, чтобы разобраться, найти выход. Так нет, всех перебили наши же прекрасные создания. О своей вине и выпивке, которой глушил голоса, я могу рассказать много, но надо оно тебе, Эмили?

Марк смотрит мне в глаза, и я не знаю, что ответить. Во взгляде серых глаз ученого тоски и вины не замечаю, только уверенность. Он казался постоянно занятым, вечно суетливым и погруженным в свои дела мужичком. Казалось, ему некогда замечать мир вокруг и здраво оценивать обстановку. Но это не так. Добрый великан не мог прожить так долго в одиночку и даже под прикрытием оборотней остаться в тени (от врагов). Ученый куда прозорливее и сильнее, чем мы предполагаем.

– Нет, – соглашаюсь я, – не нужно, вы правы.

– Я не герой и не был им.

– Как и все мы, – соглашается Кристофер, все еще оставаясь отстраненным. – Значит, если решаемся остаться, то в первых числах месяца выйти не сможем, – вампир тяжело вздыхает и опускает руки на стол, – а также не получится уйти незамеченными. Зато я буду уверен, что с юга моих людей не поджидают неприятности.

– Так и есть. Уверяю тебя – отложив выход на месяц, мы не увидим улучшения ситуации. С каждой неделей Эми будет все тяжелее даваться любое перемещение.

– Но я не представляю, как мы справимся в такую бурю, – супруг смотрит на меня с сомнением. – С другой стороны, я всегда найду способ разбить лагерь.

– Возьми газовый обогреватель, поставите палатки. У меня в запасе остались баллоны, – засуетился Марк. – Костров не жгите, пока не уйдете на приличное расстояние.

– И вы рискнете пойти вдвоем? – не выдерживает молчания Джина. – Как быть тем, кто не хочет переселяться на юг?

Она не единственная, кто желает услышать ответ на этот вопрос. Я ожидала другого. Считала, что многие нас осуждают и хотят свободы. Но это не так. Люди верят Кристоферу. Они готовы отправиться за ним даже в снежный ад.

– Вы хотите идти? – тихо спрашивает вампир. – Я готов повести за собой часть группы, но вы должны понимать, что будет сложно. Очень сложно. Нас начнут искать, преследовать, и повернуть назад не получится. Вы должны знать, что без Предтечи ни один из ловчих не станет ждать в стороне, наблюдая. Они будут нападать.

Рыжеволосая женщина смеется в ответ.

– Как будто раньше было по-другому. Мы все умрем. Сейчас или позже, какая разница? Те, кто хочет пойти за вами, знают, на что соглашаются. Лично для меня лучше двигаться, чем продолжать существование, сидя на одном месте.

– Ты хочешь другого, Джина! – сухо цедит вампир. – Не надо метаться, если приняла решение. Пойдешь с нами – перечеркнешь свои цели.

Джина реагирует на слова Кристофера остро. Она ударяет ладонью по столу настолько резко, что я охаю от испуга. Такого я от нее не ожидала. Обстановка накаляется.

– Ничего ты не знаешь! Я много размышляла и отказалась от своей идеи. Это ошибка, мы все бываем в тупике. Я пойду с вами, и точка!

– Да, и мы, – доносится из-за спины вампира. Девушка с оборотнем поднимаются с кровати, направляясь к нам за стол, – идем с вами.

– Сара? Но ты ведь… – я удивлена. А та в ответ пожимает плечами, озарив нас детской улыбкой. Как в старые добрые времена. Почему-то захотелось ее отговорить, но теперь Сара не одна.

– Я тоже передумала, Эмили. Прости за то, что сказала тебе тогда.

– Билл и Джо останутся с отцом, – бодро заявляет Трэвис, – а мы сопроводим вас. Тебе надо быть в курсе. Я связался со стаей. Волки прошлись по территории Веласкес, и выяснилась одна неприятная подробность. Разделение клана Серебряного особняка развязало руки Кайлу.

– Рассказывай.

Трэвис откашливается, косо посмотрев в сторону мрачного вампира. Заметно, как чернеют глаза Кристофера – он напряжен и зол, но пытается сохранить холодность.

– Вампиры совершали набеги. Массово. Перебили тех, кто стал сопротивляться. Увели много пленных. Фактически ты спас жизни людей из приюта в Аэропорту.

– Кайл нарушает политику кланов, выстраиваемую в течение двух лет. Все это не к добру… – выдыхает Кристофер. – Неужели кланы не понимают, что рубят сук, на котором сидят?

– Он собирает армию и готовится расширять свои границы. Для этого нужны новобранцы, – Марк поднимается с места, подхватив свою шапку. – Пойдет на восточные неосвоенные земли, а это, друзья мои, здесь. Уходить надо, и как можно скорее.

– Хорошо. Выйдем на рассвете, – объявляет Кристофер. Он поднимается из-за стола и бегло оглядывает группу. – Кто готов пойти с нами, собирайтесь.

– Эми? – Ученый решил позаботиться обо мне перед расставанием. – Я соберу для тебя аптечку и кое-какие витамины. Принимай их, это важно для формирования здорового плода.

– Спасибо.

Вот и все. На этом заканчивается история нашей короткой счастливой жизни у Предтечи. Хотелось бы и дальше оставаться в доме, где я нашла покой и защиту. Но, видимо, нам не суждено быть счастливыми. Для этого требуется искупление. У меня свои грехи, у Кристофера другие. Мы все заложники новой реальности, в которой вынуждены скрываться. И ребенок, самый обычный для меня и столь ценный для безумных вампиров, еще нерожденным обречен на бегство.

К вечеру боль стихает, я все еще скрываю это от супруга и Предтечи. Прошло ведь, значит, все в порядке.

Страшно вынашивать дитя в таких условиях. Никто точно не может сказать, все ли в порядке. Правильно ли я питаюсь, достаточно ли гуляю и как вообще развивается малыш? Чтобы не сойти с ума, стараюсь не думать о деликатном положении, убеждая себя, что пока я такая же активная и мобильная, как и остальные девушки.

Глава 5. Разделение

Сутки уходят на сборы. Те, кто еще не определился, пребывали в сомнениях и думах. Остальные запасались едой, одеждой и водой. Те, кто остаются в доме, сдавали кровь для вампиров, отправляющихся в долгое путешествие, получая в обмен, как я ее называю, пьяную кровь зараженных.

Никто из нас не знает, сколько придется идти. Но я не оставляю надежду на то, что Кристофер знает конечную цель. Да, это не горы, где безопасно, о чем любит говорить Предтеча, но что-то точно есть. Иначе бы вампир не рискнул вести свою беременную супругу сквозь буран.

К шести вечера в дом возвращаются Лора и Джон. Оба активно спорят о том, как быть дальше. Блондинка давно устала от кочевого образа жизни, а Джон страстно убеждает ее отправиться с нами.

У них хотя бы есть выбор. А вот у Дика и падальщиков, примкнувших к нам, его нет. Они не могут уйти в клан Николаса, туда принимают только людей. Остаться голодать в поле также недопустимо. Нужно идти с нами.

После предательства Галии на базе в новогоднюю ночь выжило всего семеро примкнувших к нам вампиров-одиночек из двадцати трех. Каждый из зараженных доказал свою преданность, и в них больше никто не сомневается.

Что касается вампиров, оставивших клан Веласкес, сегодня они полны сомнений. С нами согласны идти только трое.

Как итог, утром с нами уйдут примерно десять вампиров, один оборотень и двенадцать человек из тридцати, включая меня. Отряд не настолько маленький, чтобы идти незаметно, но и недостаточно большой, чтобы защититься в случае нападения.

Мне долгое время казалось, что наша группа в разы меньше. Сказывались неустанные вахты у границ большого количества вампиров и людей.

Ночь с двадцать четвертого января на двадцать пятое проходит тихо. Мало кто может уснуть, слыша завывания метели и представляя, какие впереди ожидаются ночевки. Метель не успокаивается, а все больше злится, как и предсказывал Предтеча. Я лежу на боку, обнимая ладонью животик, который все больше округляется день ото дня, и смотрю, как белая мгла застилает черное небо.

Под одеялом и с теплой печью в доме мне все еще прохладно. Каково будет в палатке, даже с газовой горелкой? Как мы справимся?

Кристофер наверху. Он почти не шевелится, но точно не спит. Вот бы сейчас быть с ним рядом, наслаждаться своей беременностью и планировать будущее, как в нормальной семье. Мне хочется любить мужа и дарить свою нерастраченную нежность, а вместо этого вынуждена постоянно оглядываться по сторонам, ожидая нападения. Я очень устала.

Утро приходит неизбежно. Ровно в шесть звенит будильник, но люди не спят. Кто-то так и не смог погрузиться в сон.

Дежурные варят овсяные хлопья с соевым молоком, меня мучает утренний токсикоз, решивший вернуться. Прекрасно. От этого и куска хлеба в рот не могу положить, а силы нужны.

Предтеча еще раз измеряет мне давление и дает витамины. Я послушно выдерживаю все манипуляции. После завтрака и спешных банных процедур мы надеваем на себя много одежды, предпочитая ту, что с шерстью. Так теплее.

Еды также заготовлено много, но в этот раз у нас всего двое саней. Основное в рюкзаках, которые понесут вампиры.

Мы могли бы обойтись и одними санями, но это перестраховка. Кристофер уже поделил на отряд на две группы, определив, кто будет в какой. Это на случай, если нам придется разделяться.

Сегодня я вижу среди собирающих вещи женщин Лору. Она все же решилась выйти с нами. Но со мной не возится. Теперь я сама по себе, да и приличного гардероба давно нет.

Я не спрашиваю Лору, почему она решилась идти. И без этого ясно, что ей непросто. Наверняка зараженная уже трижды прокляла тот день, когда встала на сторону Кристофера. С ее тягой к роскоши бродить по лесам – настоящее испытание.

– Выходим через десять минут. Надевайте шарфы и балаклавы. На столе найдете маски и очки. Не пренебрегайте ими. Это защита от снега. Он режет глаза как стекло, мешает идти и будет сильно сбивать вас. Учитывайте, что сильный ветер будем затруднять нашу голосовую коммуникацию. Ориентируйтесь на сигналы руками, – Кристофер выходит вперед и привлекает внимание громкой речью. – На озере ситуация обстоит хуже. Здесь лес гасит метель, но там несколько километров ледяной пустыни, и ветер достигает своего пика. Обязательно надевайте непродуваемые штаны поверх теплых. До озера идем одной ходкой в сорок пять минут, затем приваливаем на десять и готовимся к длительному двухчасовому переходу по самой видимой части. Если кому-то потребуется помощь или станете отставать, сообщайте. На озере желательно не медлить. Замыкающим пойдут Лора и Джон, Трэвис, ты страхуешь середину, я возглавлю выход.

– Принято, – отвечает Трэвис. – С нами будет шесть волков.

– Хорошая новость, – Кристофер сжимает губы, поправляет перчатки и подходит ко мне, обернув теплый шарф на еще один оборот и подтянув выше к лицу. – Ты идешь со мной. Станешь отставать – сядешь в сани на вещи, поняла? Без возражений.

– Я смогу идти, все в порядке, – говорю я уверенно.

– Эми, я головой отвечаю за вас всех. Но ты главная мишень для Кайла. Ты должна слушаться меня во всем. Говорю сядь – ты садишься, говорю стой – стоишь, поняла?

Давно не слышала в свой адрес такой строгости, но спорить не хочу. Соглашаюсь, кивнув.

– Да, как ты скажешь, так и будет.

В следующее мгновение вампир будто бы автоматически прикасается к моему животу, а затем застегивает куртку, поправив ворот под объемным красным шарфом.

– Если мы разделимся, вторая группа пойдет за замыкающим. Это будет Джон или Трэвис. В первую группу входят только я, Эми, Дик и Джина. Все понятно? Споров не будет?

В тусклом свете свеч я вижу, что глаза вампира черны. Он предельно напряжен и серьезен, будто готовится к войне. Даже Предтеча молчит, оставаясь в стороне с теми, кто будет пребывать в теплом доме и дальше.

– И не вздумайте геройствовать, – вампир закидывает один из рюкзаков себе на плечи, открывает дверь и оборачивается ко всем. – Наша главная задача сегодня – выбраться живыми.

Мы выходим на улицу, ветер сразу обдает лицо. Еще темно, и так будет долго. Облака слишком низко, для того чтобы пропускать слабые солнечные лучи.

За уходящей группой выходят и остальные, чтобы попрощаться.

– Идите осторожно. При первой возможности отправиться в горы выдвигайтесь туда. Я буду ждать вас до ноября. Опоздаете – вряд ли нам удастся свидеться, – Марк пожимает руку Кристоферу. Тот понимающе качает головой и подтягивает меня к себе, будто ребенка. Видимо, я кажусь ему зазевавшейся. Такое возможно, беременность влияет на восприятие мира.

– Ждите до ноября. И спасибо за все. Берегите группу.

– Счастливого пути, сынок.

Кристофер обнимает высокого мужчину и хлопает по плечу. Следом оставшиеся члены группы подходят к нам попрощаться. Все как в тумане. Я сама мокрая от чьих-то слез, обнимаю всех поочередно, слышу добрые слова, а через мгновение нас строят в порядке, определенном лидером.

Как было обещано, Крис не спускает с меня глаз. Он ведет меня за собой, и первые шаги даются нам относительно легко.

Из-за ветродуя снег здесь не такой глубокий. По сторонам все еще есть лес, но редкий, а впереди поля и мелкий кустарник. На пути морена из мелких камней, но мы старательно ее обходим, чтобы ненароком не повредить ноги.

Я отказалась от балаклавы. В ней тяжело дышать. Шарф и очки прекрасно спасают от порывистого ветра. Говорить мы не можем, идем молча. Сорок пять минут до первой остановки беспрерывного молчания, в котором мы встречаемся в диалоге с самим собой. Нет ничего хуже этого. Я старательно избегаю мыслей. Мне страшно услышать правду, страшно погрузиться в ту темноту, что живет внутри. Ведь там нет света, только тревоги.

Шаг за шагом я стараюсь наступать ровно по следам Кристофера, но получается через раз. Он высокий, и шаг широкий, а я со своим средним ростом чуть больше метра шестидесяти едва ли могу так шагать. Но стараюсь.

Токсикоз отступил. На морозе и в пути мне будто становится лучше. Всегда считала, что должно быть наоборот. Однако утомляемость никто не отменял, и, когда Крис поднимает руку, указав на белеющую беспросветную мглу, я чувствую, что скоро рухну в снег.

– Мы добрались до озера. Остановимся здесь на пятнадцать минут, – командует Кристофер. С хвоста к нам подтягиваются Джон с Лорой, а также Трэвис. Дик тоже стоит рядом. Остальные бросают рюкзаки на снег и присаживаются. Крис подхватывает меня за руку и помогает устроиться в санях. Вампир снимает шапку, достает из своего рюкзака термос и протягивает мне горячего чая в колпачке. Ароматный дым сдувают порывы ветра, я сажусь спиной в направлении бурана, пытаясь хоть как-то этому противостоять. Небо светлеет.

– Эми, не замерзла?

– Все в порядке, – шепчу я, отпивая глоток, – не волнуйся обо мне.

Он без шапки, будто на улице весна, а не лютый ветер. Обхватывает мои руки ладонями и прижимается своим лбом к моему. Вампир смотрит мне в глаза, и я чувствую тепло. Настоящее тепло от его заботы.

– Потерпи, малыш, я нас вытащу. Обещаю.

– Знаю, Кристофер, – шепчу в ответ. – Я готова ко всему.

– Я люблю тебя.

Хочу сказать, что тоже, но Трэвис отвлекает вампира. Он настоятельно хлопает его по плечу, и Кристофер поднимается во весь рост.

– Вот, держи, здесь пара пакетов крови. Если разделимся, у тебя тоже должно быть питание.

– Не подумал об этом, – отвечает лидер и скромно прячет пакеты в рюкзак, будто стыдясь своей потребности. – Спасибо. Как настрой?

– Бывало и лучше. Люди не верят, что мы выберемся. Слышал, двое хотят повернуть.

– Понял тебя.

И тут Крис будто взрывается. Он громко привлекает внимание группы, многие из людей которой больше похожи на замерзающих воробушков, сидящих на своих сумках.

– Впереди озеро. Очень опасная часть пути, от которой зависит, выберемся мы или нет! Идти придется долго. Гарантий, что нас там не ждут, нет. Поэтому все, у кого возникли сомнения, – разворачивайтесь, пока не поздно. Всего час пути по свежим следам, и вы будете в тепле.

– Никто не хочет возвращаться, – отвечает одна из женщин, но мужчина рядом с ней отрицательно качает головой.

– Я вернусь.

– Возвращайся, Эд, – кивает Крис. – Кто-то еще? Подумайте хорошенько. Вас никто не осудит. Дальше пойдут только те, кто готов ко всему. И даже к смерти.

Последние слова звучат особенно остро и громко. Я бы подняла руку, если бы имела возможность.

Это возымело эффект. Вслед за Эдом встают еще две женщины. По итогу людей, включая меня, остается всего девять.

– Рон, сможешь сопроводить их к базе?

Юный вампир, один из несмирившихся, выходит вперед. Он выглядит озадаченным просьбой Кристофера.

– После оставайся с Предтечей или уходи к Южному клану. Ты молод и сможешь защитить выживших.

– Я могу помочь тебе, Крис.

Лидер улыбается, подходит ближе и взъерошивает волосы мальчишке. Рону не больше шестнадцати. Светлые волосы, вздернутый нос и много веснушек обрамляют по-детски пухлое лицо. Юноша нередко участвовал в вылазках, но Крис редко брал его на серьезные мероприятия. Он все еще ребенок, пусть и прошедший сложный путь.

– Ты нужен мне там, понимаешь? Трое людей без сопровождения могут попасть в беду. Я рассчитываю на тебя.

– Хорошо, – поджав губы, соглашается Рон, – я сделаю как просишь, но потом догоню вас.

– Мы будем слишком далеко. Встретимся в горах?

Юный вампир понимает, что выбора нет.

– Да, я все сделаю. Удачи вам. И тебе, Эми.

– Спасибо, Рон.

Трое уходят вместе с вампиром, а для нас начинается самый сложный переход. Ветер здесь и правда сильнее. При мощных порывах даже вздохнуть тяжело, уворачиваешься в сторону. Под ногами снег танцует волнами, а за спиной целая шеренга людей.

Даже зверю – а с нами идут шестеро волков – неприятна метель. Одно радует: если мы не видим, что впереди, значит, не видят и нас.

Час длится вечность. Я то и дело достаю из кармана свои самозаводные часы, проверяя ходку. Руки подмерзают, а Кристофер все чаще спрашивает меня, все ли в порядке. Пока держимся. Но уже ближе к середине озера становится особенно тяжело идти. Сдаваться не в моих правилах, да и сани полны вещей. Меньше всего в такую погоду я пожелала бы быть обременением.

Проходит час. Я начинаю отставать, но Крис притормаживает. Он не дает мне оказаться в середине. С хвоста доносится крик. Криса настойчиво пытается дозваться Джон, а потом и вовсе нарушает запрет лидера идти замыкающим. Вампир настойчиво пробирается вперед, затормозив Кристофера.

– Люди чертовски устали. Второй час в пути, давай привалим.

– Привалим сейчас и потеряем драгоценное время. Подбодри хвост, нам осталось еще минут сорок, и выберемся на берег. А там уже лес.

– И что за лесом?

Джон как будто и сам замерзает. Сейчас вампир выглядит не таким уверенным, как ранее. Зато Крис не теряет хватки. Периодически он осматривает белую мглу вокруг нас, как будто там есть кто-то еще. Видна только синяя полоса схода белого озера и белого неба. На первый взгляд, никакой опасности нет.

– Увидишь, – вампир поправляет рюкзак и поворачивается вперед. – Не время расслабляться.

Пожав плечами, я двигаюсь следом. Медленно, но верно преодолеваю путь, пока не проходит еще полчаса. Впереди показываются верхушки деревьев, и я даже опускаю пониже мокрый от дыхания шарф, потому как он закрывал лицо почти полностью, с глазами. Мы смогли! Сколько я слышала об этом озере и о том, насколько опасен путь, но на деле это всего лишь ледяная пустыня и ужасный ветер.

Как же я ошиблась… Кристофер резко останавливается, громко чертыхнувшись. Я оказываюсь за его спиной, как и остальные люди. Вампиры выступают вперед. В белой пустыне невозможно что-то разглядеть.

– Что там? – дергаю за рукав Криса.

– Трэвис? Это они?

– Да! – оборотень уже рядом, скидывает рюкзак и передает его вампиру. – Похоже, засекли нас под конец.

– Я ожидал этого. Помнишь договоренность? – сначала Крис обращается только к парню, а следом кричит остальным: – Все помнят, как мы разделяемся?

Внятно не отвечает никто. У меня все вопросы застывают в горле.

– Впереди группа вампиров. Чтобы оторваться, нам надо разделиться. Идете с Трэвисом, он все знает. Эми, Дик, Джина, вы со мной.

В следующее мгновение вампир вытаскивает из рюкзака странное устройство, обмотанное изолентой. Трэвис ему помогает, достает зажигалку, чтобы поджечь сверток. Фитиль длинный.

– Что происходит?

– Эми и все остальные. Слушайте внимательно. Сейчас разбираете свои вещи с саней, надеваете на плечи и по команде бежим. Большая группа за Трэвисом. Без вопросов! – Крис набрасывает на плечи рюкзак и хватает меня за руку. – Я подстрахую, если оступишься. Не оборачивайся назад и беги. Готова?

– Да.

– Все готовы?

К такому мало кто готов, но мы дали слово не возражать. Таков новый мир. Главный говорит идти, и мы идем, велит остаться – остаемся.

Сейчас Кристофер и Трэвис хотят подорвать озеро. Им помогает Дик. Он задерживается, в то время как мы делимся на две группы, одна из которых бежит с оборотнем к лесу, а наша – вперед. Так они отвлекают внимание от нас и путают следы вампирам. Мы разделимся. Скорее всего, надолго.

Я замечаю разведчиков, летящих в нашу сторону. Их немало, человек пятнадцать, – все зараженные. Сомнений нет.

Метель у берега впереди затихает, видимость становится лучше, и мы бежим вперед со всех ног. Группе Трэвиса придется дольше добираться до леса. Но это необходимая мера, план которой я видела еще на чертежах. Те самые полосы разного цвета, запасные варианты. Похоже, ребята заранее предугадали, что противоположный берег будет прослеживаться, потому как со стороны дома Предтечи и его волчьей стаи зараженные не рискуют появляться.

Кристофер пропускает меня вперед и постоянно подхватывает за ворот, направляя, но мне ужасно тяжело. Страх ожидания взрыва и контроль над каждым резким шагом заставляют сердце биться еще быстрее. Можно ли женщине на третьем месяце так бегать? Ощущение, будто я становлюсь стеклянной и любое неаккуратное движение приведет к неизбежной потере ребенка.

Как только пугающий вопрос возникает в голове, Кристофер, будто чувствуя угрозу, резко подхватывает меня на руки. В это же мгновение за спиной вампира я вижу взрыв. Вдалеке разрывается то самое устройство, которое вампир принес с собой.

Хлопок волной разносится по озеру, лед под ногами дрожит, трещины от образовавшегося провала бегут прямо перед нападающими. Несколько вампиров проваливаются в воду, остальные оказываются отрезанными от нас.

Опасность неминуемо движется и к нашей группе, но вода у берега основательно промерзла, сформировав твердый ледяной покров. Он не проваливается под ногами, а только пускает множество мелких расщелин внутри.

Нам удается сбежать, как и второй группе с Трэвисом во главе, все еще стремительно направляющейся к левому берегу.

– А-А-А-А-А! – кричит от восторга Джина. – Это не описать словами! Мы сделали их!

Кристофер поддерживает ликование, бережно опускает меня на ноги и крепко обнимает, позволив себе на короткое мгновение отвлечься.

– Эми, как самочувствие?

Я киваю. Все еще нет сил ответить, но я улыбаюсь, испытав эйфорию не меньше, чем остальные. Живот не тянет, даже холода уже не чувствую. Небо над нами светлеет. Буря отступает.

А вот и Дик. Он добегает до нас и сгибается пополам, чтобы отдышаться. На его лице почти не осталось следом от пожара, зато он снова активно принимает участие в опасных мероприятиях. Кристофер доверяет ему не меньше, чем Дрейку.

Нас четверо, и всем удалось добраться. Но радость победы длится недолго. Мы наблюдаем за цепочкой людей, оборотней и вампиров, отрезанных от нас, с другого берега. Им удается добежать до леса, но между нами не остается нормальной дороги. Лес отделен от нас рекой, разрушенным ледяным покровом и большим расстоянием, если попытаться дойти до них в обход. Трэвис, Сара, Джон, Лора, волки и люди теперь крохотные точки на белом полотне, уходящие в черную чащу темнеющего леса.

– Куда они пойдут? – спрашиваю я у супруга.

– Трэвис уведет их к заброшенной ферме. Я хотел переждать там, но теперь мы направимся в город.

– Впереди есть город?

– Да, – подключается Дик, – надо выбраться на шоссе, там полно заправок.

– И падальщиков. В крупном городе нет кланов, там царит самоуправство, – Кристофер нежно касается моей щеки тыльной стороной ладони, – и надежда.

Глава 6. Пригород

Никогда ранее мы не добирались до этих земель. Восточная часть всегда была дикой, а озеро казалось непреодолимым препятствием. По воде не пробраться, а берега уходят в густые леса и болота.

Нам давно следовало уйти в кочевой образ жизни и не связываться с кланами. Нас останавливал страх остаться голодными, а также потерять возможность добывать остатки провизии в магазинах местных мелких городков и поселков.

Кто бы мог предугадать, что родные места таят в себе наибольшую опасность?

Мы не знали о кланах, не знали о Предтече. Нападали в основном падальщики и ищейки. Те, кого похищали, не имели ни единого шанса рассказать, как все устроено, кто такие аристократы и почему они «аристократы». Осознав себя существами, зависимыми от людской крови, вампиры решили возвеличить себя над человечеством и себе подобными, что остаются одиночками. Аристократ – звучит благородно. Это не пиявка и не паразит, а кто-то достойный, избранный и великий.

Я иду рядом с Кристофером, не отставая ни на шаг. До сих пор не могу поверить, что мы разделились во второй раз. Сложно представить нас без Джона и Лоры, без Дрейка и других… За последний месяц я привыкла быть в обществе. Теперь только супруг, Джина и Дик. Мы отрезаны от всех.

Метель стихает, небо начинает тускнеть. На часах около четырех дня. Руки замерзли, а ногам тепло от постоянной ходьбы. Хочется перекусить, но пока позволяю себе только воду. Опасаюсь, что желудок не справится после нагрузок. Чем дальше, тем сложнее справляться с беременностью. Я будто сама себе не принадлежу. Но пока малыш в животе, у нас больше шансов выбраться.

Дик был прав – мы действительно выходим на дорогу. Понять, что это трасса, можно только по вырубленной просеке. Здесь давно никто не ездит. Снега по колено даже на дороге.

– Пройдем вперед? В паре километров отсюда должна быть заправка. В свое время я катался к озеру и постоянно заправлялся на местной колонке. Это на пути из города, так что мы ее точно не пропустили.

Дик выглядит оживленным. Оказывается, он городской, но история умалчивает о том, что привело его в клан Галии. Когда все началось, большинство людей искали приют среди природы.

– Открытый участок. Думаешь, не опрометчиво будет ночевать у них под носом?

– А что они видели, Крис?

– Группу до взрыва.

– Да, но не детально. Максимум взрыв и беглецов впереди. Так это была группа Трэвиса, как раз многочисленная и заметная. За ними и пойдут.

– Скорее всего.

– Волноваться не о чем. В отличие от нас, людям и оборотням ничего не угрожает. С ними стая.

Кристофер поджимает губы и как-то нехотя, но соглашается. Дик убедителен. Он лет на пятнадцать старше моего супруга. Зараженный всегда позитивен и не задается вопросом «почему», а говорит: «Как я могу это решить?» Человек дела, хоть и вампир.

– Мы идем к городу? – спрашиваю я Кристофера. Мужчина обнимает меня за плечи. Никто не торопится. Ветер окончательно стихает, уступив место тишине. Небо становится оранжевым.

– Да. Это единственное место, где мы сможем найти для тебя врача и переждать время беременности.

– Я думала, мы направимся к горам. Город кишит падальщиками!

– Кишит, ты права. Только он огромный и помимо зараженных там и людей немало. Если в своем регионе мы сделали все, чтобы не допустить наличия у кого-то оружия, то там не существует власти аристократов, а значит, и методов борьбы намного больше. Высокая численность населения работает против обращенных.

– Они защищаются запрещенными способами?

– Нет, но им все же удается найти огнестрел, пусть и немного. Как видишь, отсутствие оружия не помешало нам подорвать лед.

Супруг смеется. А я даже не думала об этом. Правда! Они ведь на озере использовали опасный прием. Вклад Кайла и Германа в утилизацию оружия оправдал себя не до конца.

– Где вы взяли взрывчатку?

– Предтеча написал рецептик, Трэвис ограбил пару домов, и мы соорудили смесь. Все просто.

Я закатываю глаза от удивления, Крис прижимает меня к себе и вдруг хмурит брови.

– Выглядишь уставшей. Как там малыш? Не беспокоит маму?

Я смущаюсь. К статусу «мамы» я пока не готова.

– Нет, нет… Не называй меня так, Крис, я пока чувствую себя в этой роли странно.... – изобразив практически открытое неприятие, я строю гримасу недовольства. – А с малышом все в порядке. Только я проголодалась и немного замерзла.

А еще утаила от него, как страшно было бежать по озеру от взрыва. Это ни с чем не сравнимое чувство опасности, когда ты думаешь, что еще шаг, – и там внутри оборвется маленькая жизнь.

– Потерпи, Эми. Осталось немного, и ты согреешься. Дальше будет лучше. Первый день всегда тяжелый.

– Знаю.

– Мы выбрались, это главное. Я думал о выходе из дома Предтечи, рассчитывал момент, но метель все решила за нас.

– Да, это был правильный шаг. Но, признаться, я думала, мы все сгинем. Такой ветер, был настоящий буран.

– Я говорил тебе, что я опытный проводник?

Крис наклоняется ко мне и целует холодные губы, на короткое мгновение продлив этот момент. Его глаза блестят, и я вспоминаю нашу первую встречу. В то время он казался мне таким же спокойным.

– Ты замерзла. Надо торопиться.

Так и есть. Холод беспощаден. Он пробирается под одежду и остается с тобой, как навязчивый друг. Бороться с ним можно только теплом и движением. Только вот сил остается все меньше. Благо, через четверть часа мы видим вдалеке синий домик. Совсем небольшой. Рядом, под крышей высокого резервуара, стоят заправочные колонки, и несколько старых авто ржавеют под снегом. Человеческих следов вокруг нет, только немногочисленные кабаньи и птичьи.

Стекла в здании разбиты, дверь открыта. Она слегка покосилась от времени и погодных условий. Похоже, когда-то давно заправочную станцию разорили, вытащили все, что можно съесть.

– Я же говорил, будет заправка! – Дик бежит вперед первым, разведывает обстановку. Следом Джина. Она с нами почти не разговаривает, но выглядит довольной оказанным ей Крисом доверием. Все-таки она единственная, кто попал в группу почти случайно.

– Что там? – спрашивает Крис. Он оставляет меня у дома, а сам направляется внутрь.

– Нормально. Немного приберем, и пойдет.

Немного прибрать это мягко сказано. Помещение завалено обертками от шоколада, разбитыми бутылками, вывороченной вместе с проводами кассой и другими приборами. Пол усеян мусором, а внутри кромешная темнота. Благо нет запаха и грязи. Это простое мародерство.

– Ого, вот это ты называешь немного? – не сдерживается Джина.

Крис смеется. Он выглядит счастливым от маленькой победы и скидывает рюкзак.

– На вас ужин, а мы с Диком разберем завалы и проложим пол фанерой. Вон как раз в углу есть листы, самое то. Сверху бросим спальники и повесим замок на дверь.

– Хорошо, – соглашаюсь я до того, как Джина возразит, – мы приготовим кашу на горелке.

Есть все равно только нам. Я достаю из рюкзака горелку, рисовую крупу и сухое сублимированное мясо. У нас остались еще полезные дары от Предтечи – чеснок и перец. Самое то в непогоду.

Как только Крис расчищает одну из комнат и бросает на пол лист фанеры, я устанавливаю горелку с баллоном и топлю снег. Питьевую воду мы экономим, используя любую другую. От огня исходит тепло, Джина и я греем руки и впервые молчим. В этом молчании скрыты тепло и покой. Мы выбрались, мы живы.

На ночь окна мы затягиваем полиэтиленовой пленкой со скотчем, а дверь потуже перевязываем веревкой изнутри.. От газовой горелки помещение быстро нагревается, и после ужина всех тянет в сон. Мы с Джиной сдаемся первыми, а мужчины еще какое-то время обсуждают план действий. Крис набрасывает новую карту, а Дик делится своими знаниями о пригороде. Оба ведут себя тихо.

Утром вставать очень сложно. Помещение немного остыло, наполнилось холодным воздухом, отчего изо рта идет пар.

Вампиры уже бодрствуют. Они сами готовят для нас завтрак и довольно активно пытаются растормошить меня и Джину.

– Боже, так хочется спать, – ворчу я, забравшись поглубже в спальник.

– Эми, уже рассвело. Пора, скоро выспишься вдоволь.

– А так хочется сейчас…

Слышу, как он тихо смеется, гладит мои волосы. Шапка, в которой я спала, куда-то подевалась. Веки над моими глазами настолько тяжелые, что кажется, будто они весят по килограмму. Я с трудом соглашаюсь с просьбой супруга и так же тяжело выбираюсь из спальника. Почти сразу мчусь на улицу, ведь ночью выбраться на мороз сложно, приходится терпеть. Не скажу, что это трудно. По крайней мере, пока нет живота.

За время жизни вне квартир мы привыкли к условиям похода. Это значит, что туалет всегда на улице, умывание снегом или родниковой водой, а еще вечно одна и та же одежда, хотя хотелось бы другого. Особенно после месяца жизни в комфорте, где можно было мыться подогретой в чане водой.

После я и Джина завтракаем кашей, пьем растворимый кофе из термоса с твердыми, как камень, крекерами, а затем собираемся в путь. Погода прекрасная, пригревает яркое солнце, но мороз все еще крепкий. Вдыхать ледяной воздух неприятно, но свет все же придает сил.

Группа выдвигается в девять. Впереди ходовой день.

По плану Дика проходим около пятнадцати километров, пропуская заправки и мелкие постройки. До города еще примерно половина нашего пути от Предтечи. Это немало.

Повторно ночуем мы уже не на заправке, а в каком-то заброшенном гараже. Внутри нет свалки, но присутствует характерный запах мазута. От него меня знатно подташнивает, но я умело скрываю свое состояние, чтобы не тревожить остальных. Помогает соль.

Еще одна ночь проходит тихо. Впереди день финишной прямой. Крис очень воодушевлен. Он торопит нас, взваливает на себя еще и рюкзак Джины, тем самым освободив ее от необходимости нести вещи. Теперь мы с ней на пару идем позади мужчин, перебирая снег ногами. Конец января. Второй день как погода радует. Февраль наверняка будет совсем другим.

Взобравшись на высокий холм, где в округе нет ни единого деревца, мы видим раскинувшийся в низине огромный серый город. Где-то впереди, за его чертой, небо будто сливается с землей. Снежные долины выглядят как бескрайнее море. У города нет леса, только степь. Здесь уже ветрено, да и мы как на ладони.

– Нам туда? – тихо спрашиваю я. Кристофер берет меня за руку и притягивает к себе, не отрывая взгляда от высоток вдалеке.

– Не совсем. Остановимся на несколько дней неподалеку от въезда, а утром мы с Диком отправимся на разведку. Для вас так будет безопаснее.

– Что-то не нравится мне этот план, – ворчит Джина. – Нас и так мало. Может, не будем разделяться?

– Посмотрим. В городе полно падальщиков. Почувствуют кровь – не оставят нас в покое.

– Нам не привыкать! – поддерживаю уже я, но мужчины на нас не реагируют.

К пяти часам мы находим небольшой домик – вернее, их там было около десяти, и все выглядели пустыми. Мужчины первыми проверяют все комнаты, начиная с холла.

Дом в два этажа выглядит давно покинутым владельцами. Кто-то перебил несколько окон, но большая их часть осталась нетронутой. У входа стоит большая будка с именем «Чак» на табличке. Видимо, раньше тут жила собака и зеленел пушистый газон. На яблоневом дереве виднеются вырезанные инициалы и сердечко.

Высокий забор покосился, входная дверь выцвела, а краска на дереве вспузырилась и потрескалась. Мы с Джиной дожидаемся команды Криса, затем входим. Обстановка приятная, хоть отовсюду и веет чем-то могильным. Небольшая прихожая, а впереди довольно просторная комната. Мы проходим сразу туда, минуя крохотную кухню, смежную с большой столовой. Здесь будто кладбище счастливой жизни. На стенах висят фотографии. Обои почернели снизу в углах, но выше рисунок сохранился – розовые бутоны и переплетение листьев на голубом фоне. Со второго этажа спускается довольный Дик. Мужчина не снимает шапку, длинные светлые волосы спутались в хвосте с правой стороны. От шрамов на лице не осталось и следа.

– Все чисто. Следов присутствия людей или вампиров нет. Мы можем заколотить окна и обжиться. Думаю, в гараже есть отопительная система. Этот дом сойдет на ближайшее время, пока будем вести поиски.

– Кого вы хотите найти? – спрашиваю я, устало упав на мягкий полосатый диван. Он весь в пятнах и отсырел за годы без людей.

– Группу людей, – Кристофер входит в зал и скидывает у кресла рюкзаки. – Предтеча сказал, что в городе орудует несколько организаций, но Альфа огромная, и она контролирует остальные.

– Ого. Но… Крис? Даже если вы их найдете, думаете, они поверят вампирам? Плюс у них может быть огнестрельное оружие!

– Для начала нам нужно просто найти их. Мы не станем рисковать. Я ведь не одиночка, чтобы подставляться, у меня семья.

– Помни об этом, когда решаешь рискнуть и выиграть. Мы оба должны думать о ребенке.

Вот оно: я становлюсь женой и матерью, запугиваю мужчину, чтобы он прислушался. Сама от себя не ожидала такого.

Но порицания работают. Крис соглашается, присев рядом со мной на убогий диван. Издалека доносится вопль Джины. Похоже, она увидела нечто мерзкое на кухне и, судя по звукам, это насекомое. Дик смеется и отправляется к ней на помощь. Оттуда же возвещает о том, что в доме есть вода.

– Снаружи стоит колодец с насосом. Электричества нет, но мы сможем набрать воду ведрами.

– А еще есть газовый баллон! Мы с плитой! – радостно визжит Джина.

– Значит, сможем помыться! – устало говорю я. Кристофер смотрит на меня и заботливо проводит ладонью по щеке. Сейчас он другой, как прежде. Снят огромный груз с плеч, ведь все присутствующие способны позаботиться о себе сами. Вампир больше не лидер. Он часть маленькой группы. Парень свободен.

– Темнеет, – шепчет он. – Эми, я должен проверить соседние дома. Нужно убедиться, что угрозы нет.

– Я помогу!

– Что ты? Оставайся. Я пройдусь быстро и незаметно. Скоро буду, вот увидишь. А пока можешь выбрать комнату. Наверху три спальни. Одна будет нашей.

– Какая роскошь.

– Одна постель на двоих. Не затеряться бы на ней с непривычки.

– Я прижмусь к тебе и сломаю планы затеряться, – смеюсь я.

Давненько у нас не было своей комнаты. Со времен жизни в Серебряном особняке, до того, как Кайл решил уничтожить клан. Это непривычно – оставаться один на один. Я чувствую легкое смущение. Черт побери, это странно.

Одна из спален оказалась детской, и входить туда морально тяжело. Повсюду детские рисунки, красивая девчачья кровать с бабочками. Вероятно, малышке было около восьми лет, не больше. На столе в пыли лежат тетрадки и рисунки. На одном из них женщина с длинными волосами и маленькая девочка, на другом девочка и мужчина в очках. Похоже, пара в разводе. Жаль.

Сколько этой девочке сейчас? Тринадцать? Уже почти девушка… Взрослеет в мире, построенном на выживании.

Я выхожу, оставив дверь открытой, и выбираю следующую комнату. Внутри двухместная широкая кровать, напротив комод, в котором лежат простыни, и кресло-мешок. В шкафу висят платья, почти все летние. Из зимнего нахожу свитера и обувь. Вот что может пригодится. Но размер обуви не мой.

Удивительно, что дом не разграблен. Как будто с тех пор, как его покинули, никто и близко к нему не подходил. Правда, стекла разбиты. Может, выносили еду?

Готовясь к ночи, я растягиваю веревку вдоль комнаты и вешаю простыни. Они немного залежались, но ароматизаторы не дали ткани испортиться.

Затем я скидываю старое постельное белье и собираю все в корзину, а следом настойчиво протираю от пыли почти всю мебель. Окна не трогаю. Они мутные от дождей и пыли, пусть такими и остаются.

Снизу доносится голос Криса, а также запахи еды. Наконец-то удается выкроить время, переодеться, и вот я уже спешу вниз в вязаном платье до колена и в теплых носках, но сталкиваюсь нос к носу с вампиром. Кристофер подхватывает меня на руки.

– Я включил газовое отопление, но дом не прогрелся. Ты уже раздета, я не одобряю!

– Да? Предпочитаешь видеть меня только в одежде? Не замечала за тобой такого в лесном домике!

Забыла, как умеют смущаться вампиры. Он замирает, а затем дает мне встать на ноги.

– Замечаю признаки улучшения, если ты начала шутить.

– Я рада, что мы в доме. Ты обещал, что будет хорошо, так и есть.

– Вот видишь, все меняется, – Крис целует меня в лоб и бережно обнимает. – Может, все-таки не будешь вредничать и оденешься теплее?

– Крис, батареи уже горячие, дом нагревается. Не стоит переживать, мне тепло. Я лучше пойду помогу Джине с ужином.

– Упрямая.

– Ничего не поделать.

– Хорошо, – сдается вампир, но все еще осматривает меня с недоверием, – только постарайтесь не зажигать свет на кухне, пока Дик не повесит шторы. Нам надо оставаться незамеченными.

– Конечно, я понимаю. А ты не забудь о своем питании. Знаю, там достаточно запасов, так что не вздумай экономить.

На мое требование Крис реагирует удивлением. Он будто пойман с поличным. Вампир вскидывает брови и поднимается в комнату, бросив: «Непременно». Веры в то, что мужчина последует совету, нет, но и проверять, питается вампир или нет, я не посмею. Это вторжение в личное, ведь для Кристофера тема крови до сих пор остается болезненной, даже несмотря на то, что она донорская.

Джина еще не переоделась, но успела скинуть куртку. Она гремит посудой и возится в нижних шкафах кухни, собирая мусор в один пакет. В комнате темновато, очень хочется зажечь свечи. Скоро такая возможность представится, ведь Дик уже трудится над большим окном с темным полотном. Осталось потерпеть еще немного, и можно приниматься за работу при свете. Будет уютнее.

– Что ты там делаешь, Джина?

– Ох, тут все разграбили! Вынесли до нас, но кое-что осталось: макароны, банка с фасолью и даже сахар. Посмотрим, чем еще можно поживиться в дальних шкафах, – кряхтит девушка, нырнув в следующий шкаф по пояс.

– А что с подвалом? Он тут есть?

– Есть, – отвечает Дик и забивает первый гвоздь в ткань над окном, – но там пусто и очень грязно. Сама туда не спускайся.

– Я думала, там могли оставить продукты. Что-нибудь длительного хранения. Может, овощи?

– Нет, пусто. Ты не переживай, завтра мы с Крисом раздобудем для вас провизии в местных магазинах. А пока вон в рюкзаках полно еды.

–Да, знаю.

Это скучно – доставать готовое из рюкзака. За время, пока пришлось кочевать и выживать, я научилась радоваться добытому трофею. Заберешься в пустующий дом и вроде все там до тебя давно растащили – но нет. Находишь тайник, где запрятаны консервы, конфеты и различная еда. Бывает, удается раздобыть хорошую обувь и одежду. А лекарства – это вообще золото. Особенно ценились различные средства гигиены, упрощающие жизнь женщинам.

В этом доме много мест для исследования, но усталость и голод дают о себе знать. Мне совсем не хочется разбирать шкафы и искать что-то полезное. Когда в доме становится еще теплее, я и вовсе чувствую, как глаза закрываются сами по себе.

– Готово! В гостиной я тоже прошелся, остались спальни наверху, – довольно заявляет Дик, оглядываясь на рыжеволосую девушку с любопытством. Джина уже выбралась из шкафа, и она поднимается на ноги и дает вампиру пять ладонью, отметив его труды.

– Кстати, Джина, ты где ночевать будешь? Там три комнаты, но одна детская, а вторую заняли Эми с Крисом. Осталась последняя.

– Смотря где будешь спать ты, Дик, – отвечает рыжеволосая.

Парочка как-то странно переглядывается, и тишина становится напряженной. Я чувствую, что, по-хорошему, мне бы выйти из кухни по своим делам, но побыть тактичной не успеваю.

– Пожалуй, я посплю в гостиной. Там есть диван, мне хватит, – поджимает губы Дик, кивает Джине и направляется в зал.

– Хорошо, – кричит девушка в спину вампиру, – я буду спать звездой на огромной кровати. А ты свои вещи можешь оставить у меня в комнате. Там есть куда их поставить, чтобы здесь не спотыкаться.

Он оборачивается, подмигивает и соглашается. Джина еще какое-то время смотрит в сторону скрывшегося за стеной Дика, а затем замечает мой пытливый взгляд.

– Что?

– Да ничего, просто мне казалось, ты и Дрейк…

– Я и Дрейк. Ага, конечно.

Джина закатывает глаза и поднимает пакет на стол. Внутри все, что удалось добыть из продуктов при расчистке шкафа.

– Я думала, вы вместе?

– Нет. Теперь точно нет. Я, конечно, хотела ответить на чувства Дрейка, но он мне все-таки друг, а не любовник. Чего-то не хватает, понимаешь?

– Любви?

– Страсти. Меня тянет к другой породе людей.

– К вампирам? К таким, как Джон и Дик?

– Да, подруга. Что-то не так?

Я пожимаю плечами. Мы уже говорим громче, и при необходимости Дик может нас слышать. Возможно, Джина даже не против этого.

– Нет, просто Дик лет на двадцать тебя старше.

– И что? Ты видела его? Высокий, подтянутый, глаза как уголь, а волосы светлые, как будто он норвежец! Дик шикарный мужчина, и раз уж я здесь и не фертильная, как ты, то буду с тем, с кем захочу.

– Да… Действительно, главное, что ты не фертильна для вампиров, – шепчу я. – Ты права, можешь быть с кем захочешь. Это твое право. Но ты должна пообещать мне, что, если мы встретим группу, ты не станешь снова держать при себе Дрейка. Не трави ему душу ложными надеждами. Он ведь бегает за тобой, как преданная собака. А все потому, что любит.

Джина отличный боец, разведчик, часть команды. Но в делах любви она такая же суровая. У нее все просто. Увидела, захотела – предложила и получила. Кто-то любит ее – плевать, его проблемы. Хочет понравиться – пусть крутится рядом в угоду ей. Девушка не понимает, что мучает человека.

Да, Кристофер изначально был прав, когда сказал мне о том, что этим двоим не суждено быть парой. Девушка с веснушками и зелеными глазами, с курносым носом и губами бантиком принадлежит в первую очередь себе. А остальным только позволяется любить ее.

Дик ей интересен потому, что он вампир, да еще и весьма уверенный в себе, не лишенный привлекательности зараженных.

– Хорошо, добрая ты наша, я скажу ему, что у нас не получится. Довольна?

– Вполне.

На этом и заканчиваем полемику. Я набираю воды из ведра, который только что принес Кристофер. Мужчины предлагают нам помощь, но мы отказываемся и готовим одни, закрывшись.

Джина отвлекает меня смешными рассказами из прошлого о неудачных свиданиях и бывших коротких отношениях. Оказывается, у этой пацанки в прошлом все было бурно. Она будто прошла огромный путь, хотя на момент начала эпидемии ей было чуть больше двадцати лет.

Мы отвариваем макароны, затем тушим их на сковородке с соевым мясом и приправами. Для десерта удается раздобыть немного муки, из которой мы сооружаем блинчики. Раскладываем еду по тарелкам и направляемся в гостиную. Мужчины постелили на диван добытый где-то плед, и теперь все выглядит вполне цивильно.

– Мы решили поужинать при вас, – сообщает Джина. – Вы же не испытываете желания есть обычную пищу? Если что, наготовили мы только на двоих.

Девушка окидывает меня взглядом, остановившись на округлившемся животике.

– Вернее, на троих. У тебя же там не двойня?

– Боже упаси, – открещиваюсь я, присаживаясь с ногами на диван в объятия Кристофера. Он сразу укрывает меня своей курткой.

Джина садится на спинку кресла, на котором сидит Дик. Девушка закидывает ногу на ногу и не сводит глаз с вампира, который находит ее поведение занятным.

Похоже, у этой пары все ладится. Настолько, насколько это возможно в нынешних условиях, и я не стану задавать вопросов. Дрейк хороший парень, но они с Джиной слишком разные. Он обязательно встретит ту самую.

Даже в такое время я не перестаю верить в счастье семейной жизни. Ведь сейчас у нас все хорошо.

Кристофер рядом, он обнимает меня, заботливо целует в макушку и почти не говорит о том, что завтра вновь отправится в путь.

Я не хочу думать о том, что мне вновь придется ждать. Сидеть у окна и думать, вернется он или нет?

Это тяжело.

Вечер проходит за приятными разговорами и воспоминаниями о прошлой жизни. Дик, оказывается, был знатным тусовщиком и автолюбителем, а Кристофер обожал лошадей, всю юность провел на конюшнях.

Джина преподавала историю искусств в колледже, а на досуге рисовала боди-арт в ночном клубе.

Прошлое кажется беззаботным. А было ведь время, когда мы считали, что у нас есть проблемы и многие из них не решаемы.

Настоящее научило нас ценить то, что имеем.

Перед сном я подогрела воды и смогла помыться. Нет ничего лучше этого! Особенно после долгого пути.

А после лечь в постель, где тебя ждут.

Кристофер обнимает меня со спины, целует в шею и шепчет: – Я люблю тебя, Эми.

Я молчу, сплетая пальцы наших рук у меня на животе, стараясь изо всех сил сберечь это мгновение, прочувствовать его и запомнить. Я хочу это помнить…

– Эми, все в порядке?

Киваю, улыбаюсь и оборачиваюсь к супругу. Губы Кристофера накрывают мои мягким, трепетным поцелуем. В теле просыпается легкость и непередаваемое чувство нежности, побуждающей доверять любимому человеку. Между нами нисколько не утихает эта странная тяга, которую сложно облечь в слово «любовь». Это нечто большее, гораздо прочнее, чем самое бесценное чувство в мире.

Вампир осторожничает со мной, но все же проявляет живой интерес и непреодолимое желание, подавляемое долгое время постоянным присутствием других людей в комнате. Но теперь мы одни, и в эту ночь близки так же, как когда-то в лесном домике…

Наутро Крис просыпается так рано, что сложно поверить в то, что за окном, где-то у линии горизонта, занимается заря. Мужчина сидит на краю кровати недвижимо, а я поднимаюсь следом и нежно оплетаю его плечи руками.

– Уже уходишь?

– Поспи, еще очень рано, – хрипло шепчет вампир, целуя мои руки. Я прикасаюсь в ответ губами к его шее и отрицаю.

– Не смогу уже. Но я знаю, что ты уйдешь, даже если буду умолять остаться. Поэтому придется отпустить тебя и вновь покорно ждать возвращения.

Тихий смех, больше похожий на выдох. Брюнет поднимается, надевает свои штаны, футболку и наклоняется ко мне, чтобы поцеловать.

– Мы проверим пригород. Нужно убедиться, что у здесь нет соседей. А вы побудьте внутри. Не выходите, хорошо?

– Я не выйду.

– Славно.

Так темно, а я вижу его улыбку. И глаза блестят в ночи, будто обладают отражающим свет эффектом.

– Если кто нагрянет, прячьтесь, поняла?

– Никто не нагрянет. Но если вдруг, я буду готова.

– Ты умница, Эмили.

После скорых сборов Дик и Кристофер оставляют нас одних. Вампиры отсутствуют почти до самого вечера вместо предполагаемых трех-четырех часов. Но я и сама изначально не поверила в байку об исследовании ближайших домов. Конечно нет. Вампиры направились в сторону города, туда, где все кишит. Вот та обстановка интересует их больше. А я сиди спокойно, прекрасно понимая, что у людей теперь есть оружие против зараженных…

– Поешь? – Джина ставит прямо передо мной тарелку с мюсли, разбавленными водой. – Может, ты и не хочешь, но маленькому дампиру скоро нечем будет питаться. Живот уже подрос.

– Да, – меланхолично отвечаю я. Тарелка с мюсли вызывает чувство тошноты. Живот снова тянет, и сейчас я понимаю, что это странный голод. Мне будто бы хочется вновь попробовать крови вампира. – У меня срок другой. Три месяца все равно что четыре с половиной.

– Не повезло тебе забеременеть, так еще и вынашивать не девять, а семь месяцев. В нашем случае это критично.

– Где же они? Солнце давно село, – проигнорировав слова Джины, я пытаюсь высмотреть за окном знакомые фигуры. – И вернутся ли сегодня вообще?

– Каждый раз чертовски бесит, правда? После того раза, когда ты свалилась в трубу, а Кристофера обратили, я перестала верить в слова «все будет хорошо», – пожимает плечами девушка. – Это похоже на заученную чушь, которой можно успокаивать наивных девочек.

– Да, ты права. После того дня вся жизнь перевернулась, – шепчу я, соглашаясь, – и я чертовски боюсь второго такого же дня.

– Такой день будет, – смеется Джина, указав на мой живот. – Дети все меняют.

– К этому я также не готова.

– А пора бы уже.

– Знаю. Может, следующие четыре месяца что-то изменят? Меня пугает реальность, в которую попадет младенец.

– Н-да… Хотя есть свои плюсы. К нашим годам твоя дочь или сын будет закаленным.

– Он дампир. Если ничего не изменится, за ним будут охотиться…

Подруга цыкает и направляется к комоду со свечами. Ставит пару банок и подносит спичку, но я вовремя ее торможу, отставив в сторону импровизированные подсвечники.

– С ума сошла? Нам нельзя зажигать свет при открытых окнах. Неизвестно, кто может быть снаружи.

– Тогда зашторим? Чего сидеть и гадать.

Нехотя, но я соглашаюсь. Закрытые окна давят и лишают меня возможности наблюдать. Джина этого и добивается. Теперь я не котенок у окна, а человек, взявший в руки книгу. Но за пару часов чтения в голове у меня остается очень мало информации. Вроде буквы, предложения, а что читаю – непонятно. Мысли о другом. Благо тот, о ком я думала, стучит в дверь.

Я сразу же бросаюсь на шею Кристоферу, но вампир успевает меня опередить, выставив руки и громко шикнув:

– Тише, тише, Эми, мне нужно переодеться.

– Это что, бензином так несет? – спрашивает Джина, окинув мужчин взглядом. – Где вас носило? Купались в цистерне?

– Скажем так, – Дик снимает с себя куртку и бросает у порога, – в трубе.

– Мы пытались отбить запах, только и всего. Бензин лучшее средство для этого.

– Ага, ни один вампир не учует деревенщин из аристократических кланов.

Да, воняет знатно. Я помогаю Кристоферу снять куртку и скидываю все в одно место, рядом с одеждой Дика.

– Это придется хорошо и долго простирывать.

– Да ладно, пару курток мы найдем. А это скинем в подвал, – отмахивается супруг и только после того, как снимает с себя всю верхнюю одежду, оставаясь в футболке и джинсах, обхватывает мое лицо ладонями, нежно целуя в губы.

– Ну как ты тут? Все в порядке?

– Да, со мной все хорошо, – пожимаю плечами. – Только в следующий раз предупреждай, что вернешься к ночи. Я страшно переживаю. После озера мне повсюду мерещатся тени.

– Не тревожься об этом, Эми, тут все чисто. Поселок пуст, следов вампиров нет. Как и волков.

– Значит, об оборотнях в этих землях не слышали?

– О них вообще мало кто слышал. Молодые волки крутятся рядом с Отцом. Даже Кайл не знал об их существовании. Стая сама по себе необоротная, это просто звери. А пацаны всегда при Марке.

– Действительно.

Значит, наши пути могут больше не пересечься, если мы не доберемся в горы. Я даже немного расстраиваюсь, но в суете некогда унывать. С приходом вампиров работы добавляется. Мужчины ставят греть побольше воды, чтобы смыть с себя запах бензина, а Джина даже порывается помочь отмыть Дика. На удивление, тот соглашается, торжественно вручая ей полотенце и шампунь. Парочка понимается наверх и закрывается.

Кристофер и я справляемся сами. Уже в постели я решаюсь заговорить с супругом.

– У меня проблема.

Я лежу на груди вампира, и он приобнимает меня крепче, мягко поглаживая плечо.

– Что-то с малышом?

– Живот тянет. Уже не в первый раз…

Кристофер приподнимается, не выпуская меня из объятий. В полутьме я замечаю тревогу в его глазах.

– Почему ты не говорила мне? Болит? Как твоя тошнота? Хочешь, дам тебе крови?

Я перехватываю его руки, притормозив поток своих мыслей.

– Кровь, да… о крови… Я думала, это ничего страшного, хотя потом стала волноваться. Но сегодня поняла, в чем дело.

Супруг внимательно ждет моего ответа, а я испытываю странное чувство. Как будто вину?

– У меня жажда. Я хочу крови вампиров…

Говорю, а из глаз слезы. Я тут же их утираю, но Кристофер перехватывает мои руки и наклоняется ко мне так близко, что дыхание обжигает кожу. Целует губы, шею, плечи. Я слышу суховатый шорох и чувствую, как к губам прикасается кожа, ощущаю влагу с солоноватым вкусом, а в следующее мгновение сдаюсь невероятной жажде, вцепившись в руку вампира. Мне так долго не хватало целебной крови, что сейчас я едва себя останавливаю, чтобы не казаться зверем. Удивительным образом это вызывает во мне странное желание делиться, и я беру в руки кинжал, которым воспользовался вампир. Быстро надрезаю запястье и предлагаю протянутую руку супругу…

Глаза привыкают к темноте. Я вижу, как лицо Кристофера меняется, становится хищно-привлекательным. Пьяная кровь вампира делает свое дело. Я ничего не боюсь.

– Я просил тебя не искушать меня… Я не могу сделать это с тобой.

– Но я хочу, – двигаюсь к нему ближе. – Мы не живем в мире нравов и морали. Мы живем в мире вампиров. Если я пробую твою кровь, ты должен взять мою.

Из груди Кристофера вырывается рычание, он валит меня на кровать и пробует кровь, разлившуюся дорожками по бледной коже. Вампир предельно осторожен, чтобы не допустить случайного заражения. Ему приходится всеми силами сдерживать сильнейшее желание прильнуть губами к месту пореза, сливаясь в единении страсти хищника и жертвы.

Теперь, испытывая жажду, я понимаю, насколько тяжело дается самоконтроль, когда желаемое так близко…

Все заканчивается, и мы ложимся на кровать, переплетаясь руками.

– Твоя кровь, – шепчет вампир, – она другая. В ней есть что-то пьянящее, будто в вине.

– Может, потому что ты влюблен? – шепчу я, улыбаясь. Мы встречаемся взглядами, и он касается рукой моей щеки.

– Эми, ты ослушалась меня и коварно соблазнила.

– Да, – шепчу я, – мне понравилось.

– Так больше нельзя. Опасно для твоего здоровья.

Кристофер всегда остается собой. Но я люблю моменты проявления его темной стороны. Той стороны, которой испугалась сама у себя, почувствовав жажду.

Возможно, ее тоже нужно принимать, с осторожностью и холодной головой? Это пригодится для обоих родителей всеми желанного дампира. Но говорить о своих коварных планах я не стала. Обняла Кристофера, прошептав: – Нам много чего нельзя. Но, Крис, мы ведь можем не успеть попробовать.

– Мы все успеем, – шепчет вампир, целуя меня в висок, – я позабочусь о тебе и о сыне.

– У нас будет сын?

Он не отвечает, молчанием подтвердив догадку.

Глава 7. Визит

С той ночи я твердо решаю бороться за свое будущее. Стать сильнее и увереннее, чем я есть. Возможно, стоило задуматься еще после событий на старом заводе, но после утраты Кристофера я как будто еще больше погрузилась в страхи. А позже и вовсе стала послушной. Словно спала и сейчас просыпаюсь, избавляясь от блоков. Я отчетливо понимаю, что несу ответственность за свою семью не меньше, чем Крис.

Посовещавшись с Диком и Джиной, мы решаем остаться в доме еще на неделю. Это даст возможность немного обжиться и обустроиться. Отдохнуть от вечных скитаний. Хотя бы ненадолго почувствовать себя обычной семьей.

Каждый вечер мужчины приносят с вылазок в город продукты, а вместе с ними и новости. Пока им удается засечь только небольшие группы падальщиков и единичных вампиров. А вот люди в округе так и не показываются. Местные оказываются куда хитрее, чем были мы сами. Наши лагеря всегда оставались на виду, но в городе выжившие предпочитают вести скрытный образ жизни. Горожане будто призраки, все о них говорят, но никто не видел.

Остается надеяться, что выжившие не вычислят вампиров до того, как мы обнаружим их. Это опасно.

Вот и приходит февраль с его сильнейшими ветрами. Погода ужасна, как и предрекал Предтеча. Представить, каково сейчас на озере, сложно. Там открытого пространства намного больше, чем в местных степях. Наверняка сугробы выросли в разы из-за постоянных снегопадов.

С появлением взаимного донорства в нашей маленькой семье отпала необходимость поиска доноров извне. Кристофер хоть и осторожничал, но доверял моему решению. Я знаю, ему это нравится, но у вампира высокий уровень ответственности и нравственности. Он долгое время избегал нашего симбиоза, пока я сама не настояла. Это неопасно, тем более благодаря целебной крови Криса я восстанавливалась довольно быстро.

С того вечера, когда оба вампира появились с запахом бензина, Дик и Джина неразлучны. Вампир ночует в ее комнате и, полагаю, в ее кровати. А судя по здоровому виду вампира, девушка делит с ним не только постель, но и кровь.

Я вопросов не задаю, но однажды утром Джина сама подсаживается ко мне с личным разговором. Мужчины как раз ушли на очередную разведку, оставив нас одних.

– Эми, скажи, почему ты не спрашиваешь о Дике? Наверняка же интересно!

Я улыбаюсь в ответ. Под завтрак говорить о личной жизни Джины? Что-то новенькое. Вообще мы редко откровенничаем. Между нами всегда присутствует странный барьер.

– Не хотела тебя смущать. Все ведь ясно и без вопросов. Вы целуетесь по углам, обнимаетесь, и Дик ночует у тебя. По-моему, все очевидно.

– Мы вроде как шифровались, – смеется девушка, закатив глаза, – плохо, наверное. Но раз так, то можно целоваться и при вас?

– Зачем шифроваться? Я не стала бы осуждать, ты знаешь, – я отставляю тарелку в сторону и пожимаю плечами. – Так у вас все серьезно?

– Серьезно, – кивает Джина. – Знаешь, Эми, он как-то встряхнул меня. Раньше я влюблялась, была страсть, постель и пустота. Не пробирало так, чтобы остаться. А здесь… Дик заботится обо мне, и он первый мужчина, который не говорит ничего о прошлом. Вот совсем! Ни о семье, ни о бывших женщинах. Я спрашиваю – почему нет? А он отвечает, что это теперь не имеет значения.

– Дик оберегает тебя. Красиво…

– Да, красиво. Только вот… – девушка заминается и потирает лоб. Она как-то виновато смотрит мне в глаза и продолжает тише, – должна тебе признаться кое в чем.

– В чем же?

– Хочу быть как они, Эми. Понимаешь?

– Как Кристофер и Дик? О, это не новость, – признаюсь я. Может быть, сухо, но притворяться, что идея мне нравится, не могу. – Супруг сказал мне. Да и я сама догадывалась, когда ты завела дружбу с Джоном.

– Да? Похоже, я как открытая книга…

– В таких вопросах да.

Джина закрывает лицо ладонями и шумно вздыхает.

– Но Дик на это не пойдет. Он категорически против. Поставил мне условие вчера в постели, что с ним я остаюсь собой. Вроде как отказываюсь от идеи ради любви – или же откажусь от любви ради идеи.

– А ты что решила? – спрашиваю я аккуратно. – Джина, вампиры мечтают о вакцине не случайно. Они испытывают ужасную жажду и всегда будут привязаны к необходимости питаться кровью людей. Прислушайся к нему. Дик не понаслышке знает, о чем говорит.

Джина печально вздыхает и опускает голову к рукам на столе. Ее мечта постоянно близко, но остается недосягаемой.

С одной стороны, ее желания вызывают у меня осуждение, но, с другой – я все чаще думаю о том, что сама могу столкнуться с проблемой обращения. Когда родится дитя, оставаться слабым человеком опасно. Я не обеспечу той защиты, которую даст вампир. Однако даже если я решусь на серьезный шаг, Кристофер ни за что не позволит мне заразиться…

Еще один день проходит тихо. Житейские заботы появляются сами собой. Джина успокаивается и занимается ремонтом походного оборудования. Точит ножи, перебирает одежду. Что требуется подшить – подшивает, а где подклеить, там работает специальный раствор.

Я тоже готовлюсь к пути. Да, неизвестно, когда мы покинем дом. Но это может случится внезапно.

Из первостепенных задач стоит подготовка пакетов с едой. Они должны быть в рюкзаках у выходов, чтобы в любой момент сподручно схватить ближайший. Собрала консервы, крупы, кое-что из макаронных изделий и пакетики с быстро завариваемыми супами. Гадость редкостная, но хорошо утоляет голод.

К вечеру возвращаются Дик и Крис. И вновь без особых новостей. Видели падальщиков, нашли немного еды и прошлись по новым кварталам. Значит, мы остаемся здесь еще на несколько дней.

Ужин проводим все вместе, а затем отправляемся спать. Все идет своим чередом, кроме одного: посреди ночи откуда-то снизу доносятся шорохи и скрип половиц. Сначала мне казалось, что это сон, но потом звуки приблизились, и меня обуял холод тревоги.

Я открываю глаза, поворачиваюсь к Кристоферу и замечаю, что он тоже замер. Он прислушивается, затем аккуратно приподнимается, бесшумно подтянув к себе пояс с кинжалами.

– Похоже, у нас гости, – шепчет вампир, указав в сторону шкафа. – Спрячься.

Моего ответа не требуется. Кристофер набрасывает на себя рубашку и подходит к двери, но как только приоткрывает ее, что-то щелкает.

– Тише, парень, тише! – звучит мужской голос. – Давай назад. Только без фокусов.

Кристофер делает шаг в сторону, и незнакомец, а вернее уже двое, открывают дверь нараспашку.

– Да тут еще одна, – незнакомец смотрит в мою сторону и обращается к соратнику за спиной. – Вырубим их тоже?

Мародер высокий, почти как Крис. На вид лет сорока пяти, но в темноте сложно разобрать. Сзади кто-то моложе и собраннее. Он хлопает первого по плечу, проходит вперед и кивает в мою сторону.

– Да погоди ты, Рей! Лучше погляди, тут девушка. Беременная девушка.

Вот что заставило Кристофера отступить. У рослого небритого брюнета в руках ружье. Похоже на охотничье. Обладая властью над вампиром, он не скрывает противной ухмылки.

– Эй, чего уставился? Бросай свои ножики, кровопийца!

– Этими ножиками, как ты их назвал, вампир за секунду перережет тебе горло, – смеется второй. Ему около тридцати. Лицо худое, а губы изогнуты бантиком, что придает улыбке ложное обаяние. Светлые волосы небрежно выпадают из-под шапки, а на шее виднеется темная татуировка. Цвет глаз не разобрать, темно.

Мужчина проходит вперед к вампиру, резко выхватывает у него пояс с кинжалами, а затем делает шаг в мою сторону. Кристофер тут же хватает незваного гостя за ворот, несмотря на угрозу выстрела от первого.

– Не подходи к ней, ясно?!

– Ох, да брось, не ревнуй, – вырывается блондин и отходит в сторону. Он явно испугался, но старается сохранить уверенность. – Я не сделаю твоей даме ничего дурного. Она же твоя, да? Конечно твоя, иначе вы бы не спали в одной постели.

Мужчина со стволом в руках ухмыляется, поддержав напарника.

– А вообще интересная штука, наша жизнь! Мы находим дом, где вампиры живут с людьми в гармонии и любви. Это как вообще? Мир сошел с ума или девчонки у вас в качестве развлечения?

– Чего вы хотите? – сухо переспрашивает Кристофер. – Мародерствуете?

– Зришь в корень, – улыбается блондин, присев на кровать спиной ко мне. Я делаю еще шаг назад, к окну. У подоконника стоит небольшая металлическая труба. Когда-то она служила гардиной, а теперь просто часть хлама, которым полнится дом. – Мы бродяги, искатели свободы, и очень любим играть в одну игру. Знаешь, как называется? Замочи вампира!

– И сколько замочили? – будто издевается Кристофер, улыбаясь оскалом. Он замечает, как я сжимаю за спиной в руках тяжелую трубу, готовая подхватить ее и нанести удар.

– Вам невыносима мысль о том, что кто-то может охотиться на кровососов, правда? – смеется блондин и оборачивается ко мне. – А этот проступающий живот – там, случаем, не полукровка? Я слышал, за ними гоняются такие, как вы. Хорошо платят, кстати. Значит, мы тут куш срубили?

– Эдди, давай продадим ребятенка за какой-нибудь особнячок с охраной и будем жить как у Христа за пазухой?

– Рэй фантазер, – хлопает себя по коленям охотник, – хотя продать дампира – идея хорошая. Не впервой с живностью водиться. Мы уже сплавили так в руки клановых оборотного пацана. Видали таких? Говорят, они с волками общаются?

– Общаются, – отвечает Кристофер. Вампир поджимает губы и смотрит так, что я все понимаю без слов. У нас есть всего один шанс выбраться. – А еще помнят своих обидчиков и любят рвать их на части, когда отыскивают. Нюх у оборотней отличный.

– Ты сейчас угрожаешь?

– Что ты, Эдди. До тебя оборотни добраться не успеют.

– Почему?

– Я убью тебя раньше.

Сигнал становится спусковым крючком, и я что есть сил замахиваюсь, ударив блондина по голове. Удар получается как по подушке, мне и самой становится не по себе. В этот момент Кристофер рывком руки отводит ствол ружья в сторону. Звучит выстрел. Дробь пробивает потолок. Рэй суетится, пытается перехватить оружие, но у него нет шансов противостоять зараженному. Сил человека не это не хватает. Крис рычит, хватает мародера за воротник и бросает в стену. От удара мужчина сразу обмякает, сползая к полу без сознания.

Эдди же стонет, сгорбившись у кровати. Он громко ругается, проклиная меня.

– Так, а с тобой что у нас? – супруг присаживается рядом с блондином, вырывает кабель от телефона и крепко стягивает обидчику руки за спиной. То же самое он делает с ногами, а после вставляет кляп в рот мародеру, чтобы тот не кричал.

– Эми, ты в порядке? Одевайся и спускайся вниз. Я пока проверю ребят.

Действую быстро и слаженно. Открываю шкаф, достаю оттуда заранее заготовленный рюкзак с одеждой и провизией, надеваю штаны, теплую кофту и куртку, а затем направляюсь к выходу.

– Эй, ты! – останавливает хриплый голос. Я не хочу, но решаю обернуться уже в дверях. – Ничего у вас не получится.

– Да? – я пожимаю плечами, наблюдая, как по шее обидчика стекает струя крови. Хорошо же я его приложила. – Я так не думаю. А вот вы зря зашли в этот дом.

Странное ощущение, когда впервые угрожаешь человеку. Когда знаешь, что, возможно, станешь причиной его гибели. Я не подаю вида, что тревожусь, но Кристофера не обмануть. Он встречает меня за дверью, резко хватает за плечо и притягивает к себе, целуя в висок. За его спиной дверь в комнату Джины. Она приоткрыта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.