Валентина Гринкевич
Варенье из лунного света

Глава 1.

1.

Лес был хорош. Отличный светлый сосновый лес, который укрывал своей прохладой от палящего солнца. Под ногами мягко пружинил мох, приятно пахло хвоей. Высоко в кронах щебетали птицы. Молодой человек периодически останавливался и задирал голову вверх, пытаясь их рассмотреть, но видел только ярко-синее летнее небо между веток. Изредка он проводил пальцами по коре деревьев, мимо которых проходил, ему нравился резкий пряный запах смолы.

Очень хотелось курить, но сигарет с собой не было. А если бы и были… Бабка учует, опять разозлится и весь мозг ему вынесет своими нравоучениями. Мол, настоящему чародею, а особенно в специализации зельеварения, курить нельзя ни в коем случае! Это забивает нюх и притупляет вкус. А сварить качественное зелье, полагаясь лишь на рецепт, – невозможно, его нужно нутром чуять… Бабка, конечно же, права, и раз он согласился у нее учиться, курить обязательно придется бросить. Но не все же сразу!

Внезапно сердце кольнула острая иголка тревоги. Чувства, без какого-либо даже слабого мысленного усилия с его стороны, на одних только рефлексах, обострились до предела.

Оборотень. Совсем рядом.

Молодой человек, скорее по привычке, чем по необходимости, глубоко втянул ноздрями воздух. Он знал, что чует оборотня не носом, а скорее кожей и внутренней сущностью. Тело напряглось, готовое в любую секунду кинуться в драку или в бегство, смотря по обстоятельствам.

Остановился, размышляя и анализируя свои ощущения: «Медведь. Взрослый, но не матерый. Не в ярости, скорее чем-то озабочен… Не один. Рядом кто-то еще. И чего ему приспичило днем перекидываться? Нет, это, конечно, возможно, но совершенно для их племени не свойственно».

Явной опасности молодой человек не чуял, но все же решил притаиться. Медведя он не видел, но точно знал, где тот находится: метрах в тридцати впереди.

Постояв немного, медленно и осторожно пошел вперед, поглядывая себе под ноги, чтобы случайно не наступить на трескучую ветку. По уму, конечно же, надо было немедленно повернуть назад и убираться прочь из этого леса. Но любопытство юности подгоняло его в спину и требовало пойти узнать: кто там рядом с медведем? Молодой человек принюхивался, прислушивался, но никак не мог квалифицировать неизвестного. С таким странным существом он сталкивался впервые. Решил, что взглянет незаметно только одним глазком, и сразу же уйдет.

Вот впереди поляна и характерный пень. В древесину глубоко воткнут обоюдоострый нож с костяной ручкой, через который оборачивался медведь. На поляне никого нет, оборотень где-то в лесу чуть дальше, его все еще не видно.

Сердце стучало громче и быстрее обычного. Тело активно вырабатывало адреналин, обостряя чувства до предела.

Оборотень и его спутник уже совсем близко.

Молодой человек пошел по краю поляны, скрываясь за деревьями и разросшимися кустами.

Вдруг сердце кольнуло второй иглой и намного больнее.

Человек. Девушка! Идет довольно быстро. Уже совсем рядом. Оглядывается по сторонам, но опасности явно не чувствует. Спокойно, почти расслабленно выходит на поляну. Увидела пень и нож, заинтересовалась. Пошла медленнее, склоняя голову набок, с любопытством его рассматривая. И тут же без колебаний протянула к нему руку с явным намерением… вытащить его из дерева.

Дура, что же ты делаешь?!!

Он метнулся к ней в один длинный, сразу на несколько метров, прыжок. Благо уровень адреналина в крови позволял такие манипуляции со своим телом и навалился на девушку, опрокидывая на землю. Неосознанно стараясь откинуть ее как можно дальше от ножа.

Удивленные глаза уставились ему лицо, в них мелькнул смертельный ужас. Девушка набрала в грудь воздуха, чтобы заорать. Благо страх перехватил дыхание, и в первую же секунду пронзительный визг не удался, а в следующую его ладонь плотно накрыла ей рот.

– Тихо. Успокойся. Я тебе ничего не сделаю, – зашептал он, стараясь чтобы голос звучал еле слышно, но в то же время спокойно и разборчиво.

– Здесь сейчас очень опасно. Рядом с этим ножом. Нам нужно как можно быстрее и как можно осторожнее убраться отсюда подальше.

Ее глаза смотрели на него в упор. Зрачки были по-прежнему максимально расширены, пульс зашкаливал, но паника потихоньку отступала.

– Я ничего тебе не сделаю, только не ори, –  повторил он. – Спокойно, не торопясь уходим в сторону деревни, к людям, к безопасности. Я тебя выведу. Ты мне веришь?

Пульс ее стал чуть выравниваться. Не сводя с него глаз, она кивнула.

– Я сейчас уберу руку, ты только не кричи. Хорошо?

Она еще раз кивнула.

– Вот и умница.

Он убрал руку с ее лица и все также шепотом спросил:

– Тебя как зовут?

– Маруся…

2.

Солнце, несмотря на раннее утро, заливало кухню ярким светом. Маруся вытерла пот со лба и заглянула в духовку. Коржи для «Наполеона» подрумянивались ровненько, нигде не пузырились.

Девушка удовлетворенно кивнула и опять погрузила руки в миску: вымешивать тесто для французских булок. Вообще-то для таких дел у нее была специальная тестомесильная машинка. Иначе в ее работе никак нельзя. Но вчера она сломалась. Маруся успела даже присмотреть в интернет-магазине новую, но сегодняшние заказы никто не отменял, поэтому приходилось все делать вручную.

Работа у нее была не очень прибыльная, но зато любимая – домашний кондитер. Больше всего Марусе нравилось печь хлеб. Для этих целей она даже недавно приобрела супернавороченную духовку. И та гордо сверкала хромированными поверхностями на Марусиной не очень современной кухне, демонстрируя через толстое жаропрочное стекло идеально ровные коржи. Конечно, на одном домашнем хлебе много не заработаешь, поэтому Маруся пекла на заказ торты и пирожные.

Сегодня к восьми утра требовалось приготовить десяток французских булок и столько же буханок финского ржаного. Рядом в супермаркете открылась торговая точка с домашней выпечкой, которая ежедневно брала ее хлеб на реализацию. Маруся, конечно, была не единственным их поставщиком, но для девушки это была значительная статья дохода.

Кроме того, к завтрашнему утру заказан пятикилограммовый торт «Наполеон», а к вечеру необходимо приготовить двадцать три кекса с кремом и малиной на чей-то юбилей. Кухонный комбайн сломался так некстати, а новый когда еще привезут…

Погода тоже совершенно не способствовала работе на кухне. Июль накрыл город жарким пуховым одеялом, под которым совершенно нечем дышать, можно только обильно потеть.

Маруся еще раз заглянула в духовку: коржи готовы. Отлично, пора вынимать и загружать заготовки для булок.

3.

На следующий день забирать заказанный «Наполеон» явился все тот же наглый молодой мужчина, только в этот раз без жены. Маруся еще три дня назад не знала, куда деваться от его масляного взгляда, который так и прилипал к ее длинным ногам в коротких джинсовых шортах. Зачем только она их надела? Да потому что лето, жара!

В первый раз он пришел вместе с женой заказывать торт на день рождения. Вернее, не так. Это она, полноватая яркая блондинка с командирским голосом, пришла заказывать торт и взяла с собой мужа.

Но создавалось впечатление, что присутствие жены его совершенно не смущало. Стоило только ей отвернуться, как мужчина кидал на Марусю плотоядные взгляды и загадочно улыбался. По правде сказать, он был даже симпатичным: высокий, широкоплечий, с модной бородкой. Моложе своей жены лет на пять. Вот только наглый без меры и очень развязный . Маруся терпеть таких не могла.

От его взглядов хотелось пойти укутаться с головы до ног в длинный махровый халат. Поэтому Маруся соглашалась на все их условия, стараясь не спорить, чтобы только они быстрее ушли. К счастью, блондинка с командирским голосом точно знала, что им нужно. Такие всегда знают,чего хотят. Например, везде таскать с собой на поводке молодого мужа- подкаблучника.

Женщина давала четкие инструкции по поводу крема, пропитки и украшения торта. Маруся все детально записывала в блокнот. Наконец, семейная пара оставила задаток и ушла. Девушка вздохнула с облегчением и понадеялась, что через несколько дней отдаст им торт и больше никогда не увидит.

Но, видимо, не с ее везением.

– Ну как наш тортик? Готов? – заходя на кухню в назначенное время спросил мужчина.

Его лицо расплывалось в довольной улыбке сытого кота. Он подошел к ней очень близко, гораздо ближе, чем предполагали Марусины личные границы.

Девушка вывернулась и открыла холодильник. Достала из него большую пластиковую упаковку, перевязанную красным бантом. Под прозрачным колпаком хорошо просматривался двухъярусный « Наполеон», украшенный миниатюрными живыми розами. Мужчина бросил взгляд на торт.

– Очень красивый! И свежий, и сладкий – прямо как вы! – сказал он бархатным голосом.

Опять подошел к ней вплотную и положил руки на столешницу так, чтобы ей некуда было деваться. Маруся стала терять терпение. Таких наглецов надо ставить на место.

Девушка подняла голову и посмотрела на него из-под ресниц влажными карими глазами. Потом ловко запрыгнула на стол, положила руки ему на шею и жарким голосом прошептала:

– Обычно… Я не сплю с клиентами. Но для Вас… Сделаю исключение.

И впилась поцелуем ему в рот, а через секунду изо всех сил укусила. Мужчина с визгом отскочил от нее.

– Ты дура, что ли? – спросил он ошарашенно, слизывая выступившую кровь с быстро опухающей губы.

Маруся протянула руку и достала из подставки с ножами самый большой тесак.

– Мужчина! Забирайте ваш торт и проваливайте, пока я милицию не вызвала. У меня сегодня совсем не то настроение…

Он кинул на стол конверт с деньгами, подхватил упакованный заказ и бормоча себе под нос «сумасшедшая идиотка…» быстро ретировался.

Маруся вытерла рот тыльной стороной ладони и подумала: «Хорошо хоть торт успела сфоткать для инстаграма. Он действительно получился очень красивым».

4.

Двадцать три кекса, или как сейчас модно говорить маффина, должны быть готовы к вечеру. Заготовки уже испечены и остывают в формочках, а вот для крема и украшения необходимы ягоды. Непросто ягоды, а именно малина. Свежая, крупная, самая отборная, иначе это будут обычные кексы, а не изысканный десерт, который требуется привередливому заказчику. Маруся открыла холодильник и критически осмотрела содержимое, сама не зная, что надеялась там увидеть. Конечно же, никаких ягод в нем нет и в помине. Надо ехать на рынок. Девушка посмотрела на часы:  уже поздновато, но может ей повезет.

В спальном районе, окруженный многоэтажками, чудом сохранился не снесённый маленький островок деревни. Всего десяток домов, но зато с садами и огородами, пусть и совсем крошечными. Скрываясь за сетчатым забором, увитым диким виноградом, под защитой вишневых и яблоневых деревьев,притаился старый кирпичный дом.

В этом доме жила когда-то Марусина бабушка, здесь же родилась и выросла ее мама, а затем и сама Маруся. Бабушка давно умерла. Марусины родители развелись, когда ей было четырнадцать. У отца давно другая семья, и в той семье у Маруси пять лет назад появилось два брата-близнеца. С отцом у Маруси сохранились хорошие дружеские отношения. Правда, в последнее время они общались все реже: у каждого свои дела и заботы. Мама два года назад уехала в Испанию строить личное счастье.

Таким образом, Маруся осталась единственной полноправной жительницей дома номер девять по улице Бабина Гора. Почему та получила такое название Маруся не знала. Никаких возвышенностей рядом не наблюдалось. А вот бабы имелись, впрочем, как и везде.

– Здравствуйте, Акулина Андреевна! – крикнула девушка соседке, выходя во двор.

Пожилая бабулька копошилась в огороде сразу за Марусиным забором.

Та подняла голову, приложила ладонь ко лбу, закрываясь от солнца, и посмотрела на Марусю.

– Добрый день, Машенька.

– Как здоровье ваше? Я на рынок еду. Что-нибудь купить?

– Нормально здоровье. На рынке не надо ничего, все внук привез, спасибо.

Маруся кивнула ей и пошла открывать ворота, освобождая проезд для своего автомобиля. Три года назад она стала счастливой обладательницей нового красного Рено и уже успела даже погасить за него кредит. Не без помощи родителей, конечно.

На заборе сидел соседский кот Пират и недовольно косился на нее одним глазом. Он был большой, черный и весь лоснился на солнце. Оба его оранжевых ока были на месте, а точнее на морде, но иногда спросонья он вот так грозно косился на окружающих, открывая почему-то только один глаз. Вторым, наверное, еще досматривал сны. За эту свою особенность кличку и получил.

Понимая, что спать спокойно уже не дадут, кот выгнул спину, потянулся и спрыгнул в родной огород под ноги хозяйке Акулине Андреевне.

5.

На рынке было душно и многолюдно. Повсюду на прилавках разложены ароматные дыни и арбузы, стоят ящики с разнообразными овощами. Разморенные на жаре женщины сбрызгивают водой свежую зелень и свои не очень свежие лица. Мужчины обмахиваются картонками, на которых черным фломастером выведены цены на «помидоры вкусные, сочные, дешевле нигде не найдешь!»

Но выбор ягод совсем не велик. Нужной Марусе малины не оказалось вовсе. Обойдя быстрым шагом все рыночные ряды, в который раз обругав себя за непредусмотрительность, девушка достала телефон, нашла в записной книжке нужный контакт и набрала номер.

У нее, как у профессионального кондитера конечно же были свои поставщики. Конечно, поставщики – это слишком громко сказано, назовем их – связи. Знакомые продавцы в кондитерских магазинах, коллеги по «цеху», с которыми можно обменяться заказами, информацией и редкими ингредиентами. Были у нее и контакты людей, собирающих и выращивающих ягоды на продажу.

В деревне недалеко от города жила одинокая пенсионерка Марина Степановна. Крупная женщина лет семидесяти выращивала на своем участке прекрасные сорта голубики, клубники и ежевики. А также в сезон собирала в лесу возле дома чернику, землянику и малину.

– Тёть Марина, здравствуйте! Узнали? Как ваши дела? … Подскажите, может у вас малина свежая есть? … Немного, литра два-три. Но чтобы красивая, крупная – десерт украсить. Только сегодня собрали? Чудесная новость! Я заеду через часик, даже раньше… Вы дома будете?.. До встречи, скоро увидимся!

Отлично. Кексы спасены – малина будет. Маруся кинула телефон в сумочку, поправила на носу солнцезащитные очки.

Ехать от города до нужной деревни километров десять, вряд ли больше. Дорога пролегала почти все время через лес, огибала круглое озерцо и рассекала деревню пополам, убегая дальше. Маруся добралась до места минут за двадцать. Яркие заборы и цветущие возле каждого дома клумбы придавали улице милый сельский колорит.

Маруся оставила машину под большим раскидистым кустом сирени. Вошла в калитку, прошла к дому по знакомой чисто выметенной дорожке и уперлась в висячий замок на входной двери.

Зачем она сказала Марине Степановне, что будет через час? Тетка пошла по своим делам, наверное. Теперь придется дожидаться ее на уличной лавочке минут сорок, не меньше.

Жара стояла невыносимая. Местные жители попрятались по домам. Улица совершенно пустынна, даже собаки не лают. Только лениво ковыряются в земле за забором куры и оглушающе стрекочут из высокой травы кузнечики.

Маруся достала телефон и еще раз набрала номер. «Телефон абонента выключен или находится…» черт знает где,– девушка знала, что связь здесь ловит плохо.

«Может пойти искупаться на озеро? Раз уж приехала. Или хоть посидеть у воды в тенечке?» Идея Марусе понравилась. Она нажала на ключе кнопку, закрывая машину, и направилась к озеру через лес.

Тропинка, протоптанная местными жителями, была чудо как хороша. Такая тенистая и прохладная, что девушка даже специально сбавила шаг, чтобы успеть ею насладиться. Углубившись в лес, увидела чуть в стороне от тропинки красные ягоды земляники. Маруся представила себе ее вкус и не смогла удержаться, свернула с тропинки  – собирать. Так, переходя от одного кустика к другому, сама не заметила, как тропка скрылась из виду, растаяв позади за кустами и соснами.

Остановилась, огляделась. Она не могла уйти далеко, поэтому решила не возвращаться на дорогу, а пойти  к озеру прямиком через лес. Девушка знала, что деревня совсем рядом и не боялась заблудиться …

Глава 2.

1.

Уходили с поляны осторожно, сначала ползком, стараясь не шуметь. У девчонки получалось плохо, двигалась неуклюже, но хорошо хоть кричать не стала и в точности исполняла все его указания. Вопросов не задавала.

Когда от злополучной поляны их отделял десяток метров и уже можно было укрыться за разросшимся малинником, молодой человек поднялся на ноги. Несколько секунд стоял прислушиваясь, затем знаком разрешил подняться своей спутнице. Чуть пригибаясь, быстрым шагом направился в сторону деревни. Махнул рукой Марусе, чтобы следовала за ним.

Вскоре, когда опасное место осталось далеко позади, он таиться перестал и пошел нормальным шагом. Искоса рассматривал девушку: невысокого роста, худенькая, волосы длинные темные, глаза карие, почти черные. Нос чуть облупился от солнца, кожа смуглая, веснушки если и есть, то под загаром их не видно.

Заметил, что девушка отдышалась, успокоилась и ускоряет шаг в попытке его догнать. Пришло время вопросов.

– Тебя как зовут? – задала она первый вопрос поравнявшись с ним.

– Ив.

Девушка удивленно наморщила лоб.

– Ив? Интересное имя, первый раз слышу.

– На самом деле меня зовут Иван. Но друзья называют Ив или Ива.

– А мы теперь друзья? – вскинула бровь Маруся.

Молодой человек хмыкнул. «Бойкая девчонка, такой пальцы в рот не клади. Как ей остальное объяснять? Ой, чувствую, проблем с ней не оберёшься. Жаль, у меня нет такого фонарика, стирающего память, как у Уилла Смита из «Людей в Черном», – мелькали у него в голове мысли одна за другой.

– Мы теперь больше чем друзья. Можешь называть меня Спаситель, – попытался отшутиться он.

– А вот с этого места поподробней. Чего ты на меня там на поляне кинулся? Это новый подкат такой? Чтобы познакомиться?

«А что ,мысль дельная, но вдруг она захочет на поляну вернуться? Или может недалеко здесь живет и в другое время на нож оборотня в лесу нечаянно набредет…»

– Ты, Маруся, девушка очень симпатичная и правильно подметила, что я человек неординарный, люблю нестандартные подходы к решению разного рода вопросов. Но дело не только в приятном знакомстве, – начал он. – В поселке, не в этом, но поблизости, недавно освободился из тюрьмы основатель религиозной секты. В той секте, сейчас уже не вспомню название, творилась дичь лютая: ритуалы, обряды, человеческие жертвоприношения. Их верховного гуру за это и посадили. Он, судя по всему, за столько лет в колонии не перевоспитался и опять за старое принялся. Так что если увидишь ножи такие в пнях или еще чего странного, лучше сразу беги без оглядки. Эти сектанты свидетелей не любят.

Он посмотрел на девушку, чтобы понять, какое впечатление на нее производят объяснения. Маруся чуть иронично улыбалась и недоверчиво смотрела ему в глаза.

– Серьезно что ли? Опасные сектанты? Впервые слышу.

– Ну так я же говорю, он раньше в тюрьме сидел, в округе тихо было. А ты местная? – решил он перевести разговор на более безопасную тему.

– Не совсем. Из города приехала.

– По лесу погулять?

– Ягод купить. На озеро пошла и как-то с тропинки, собирая землянику, незаметно в лес свернула. Еще и так далеко… Мы сколько уже прошли, а деревни все нет и нет. Мне казалось, я всего на пару метров только отклонилась.

«На пару метров? Ну-ну! Да тут без участия лесовика явно не обошлось. Вот только интересно, зачем он тебя в лес зазвал и к поляне этой вывел. Шутник такой местный? Или у него на тебя свои планы были? Надо бы разобраться, но так не хочется в местные разборки лезть… Какое мне до всего это дело? Надо у бабки расспросить, может у них тут так принято».

– Задумалась, наверное. Бывает, – вслух сказал он. – Я тоже из города. Сюда специально в лес приехал : бабуля просила определенные лекарственные травки поискать.

Про то, что помимо травок нужно было еще найти полкило маленьких крепких мухоморов со шляпкой определенного диаметра и двадцать грамм живых красных муравьев, он решил не упоминать.

– Ну вот и деревня. Дальше сама доберешься или проводить?

– Конечно доберусь! – улыбнулась Маруся. – Меня и сюда можно было не сопровождать, не маленькая уже. В этом лесу волков же нет.

«Волков нет, а медведь есть.»

– Вот и хорошо! Приятно было познакомиться! – помахал ей рукой Ив и не сводил  глаз пока не убедился, что девушка вышла из леса и возвращаться не намерена.

После развернулся и пошел обратно, сильно забирая вправо от той злополучной поляны. Мухоморы и муравьи сами себя не соберут.

Маруся вышла из леса в полном смятении чувств, так и не поняв, что с ней произошло и почему она в трех соснах заблудилась. Действительно ли у них тут сектанты чудят или этот парень просто над ней пошутил?

Там, в лесу на поляне, он совсем не выглядел шутником. Она видела в его глазах стопроцентную собранность и сосредоточенность и никакого флирта или смеха. Именно поэтому сразу же ему поверила, точно зная, что вот сейчас, в данную минуту ,нужно делать что говорят, а вопросы задавать после.

Пока они ползли, вжимая лица в мох, Маруся не чувствовала себя глупо. Кожей ощущала опасность, а затылком чей-то тяжелый взгляд. Было так страшно, что казалось, сердце не выдержит, а ноги ослабнут настолько, что невозможно будет даже шевелиться и придется покорно лежать, дожидаясь смерти и молиться, чтобы она была быстрой.

Сейчас на залитой солнцем деревенской улице, ощущения тревоги быстро ее покидало и произошедшее уже не казалось ей таким уж опасным. Внутренне она готова была признать, что парень просто ее разыграл и не делала этого из одного лишь упрямства и гордости.

«Спросить, что ли у Марины Степановны? Может она в курсе, что у них тут за лесные сектанты хозяйничают?» – на миг задумалась девушка. Но быстро выбросила эту мысль из головы: зачем выставлять себя дурой еще и перед ней? Хватит одного Ива.

2.

Солнце клонилось к закату, забирая с собой жару. Небо затягивали взбитые облака местами грязновато-серого цвета. Ива посмотрел на них с удовольствием, отмечая, что ночью скорее всего будет гроза. Ночной дождь снимет с него неприятную обязанность полива огорода в шесть утра, о которой его сразу же предупредила бабуля. Перспектива вставать ежедневно в такую рань его совершенно не радовала.

Он совсем недавно вернулся из леса, проплутав там еще часа три, не меньше. Как оказалось, найти нужные мухоморы – та еще задачка. А после с удовольствием искупался в озере. Холодная родниковая вода, питающая водоем, поделилась своей энергией и с ним.

Вернувшись в город, Ив зашел на кухню и выложил на стол два пакета с грибами: один с лисичками, другой с мухоморами. Потом достал из рюкзака пластиковый контейнер с муравьями. Посмотрел на них через прозрачный пластик. Крупные лесные муравьи вели себя беспокойно: активно ползали по стенам коробочки и друг по другу в поисках выхода. Муравьев было немного жаль.

– А вот это ты брось! Необоснованная жалость у зельевара не просто вредна, а иногда может быть даже опасна!

Бабулька зашла на кухню и сходу верно определила чувства, отразившиеся на лице внука.

– Банку поставь в нижний шкафчик, она должна храниться в темном месте не менее трех дней, но не более семи. Запоминай.

Молодой человек кивнул и поставил контейнер в указанное место.

– Так, сейчас посмотрим, что ты за грибы принес.

Бабулька открыла другой шкафчик, достала оттуда тонкие резиновые перчатки, натянула на руки и заглянула в пакет с мухоморами. Одобрительно поцокала языком, перебирая и ощупывая красные шляпки. Осталась довольна. Достала из духовки противень. Застелила его промасленной бумагой и любовно разложила на ней мухоморы.

– Противень поставь сверху на холодильник. Сейчас жарко, грибы и так высохнут. А это что у тебя тут? – заглянула в другой пакет, снимая перчатки и бросая их в мусорное ведро. – Лисички? Замочи, перемой и оставь в миске. На ужин с картошкой поджаришь.

– Я? – удивлению молодого человека не было предела. – Я никогда в жизни грибов не жарил. И вообще ничего кроме сосисок и яичницы не жарил. Бабуль, ты уверена, что это хорошая идея? Я, собственно говоря, не очень-то грибы люблю … Может давай их засушим, как мухоморы?

– Тогда просто картошки поджаришь, без грибов.

– Баб, а может лучше пиццу закажем? – он посмотрел на нее умоляюще. – А если честно, так я вообще не голодный.

Бабка смотрела на него удивленно и недоверчиво.

– Вообще готовить не умеешь? Совсем?

– Совсем… – обречено вздохнул он.

– Господи, за что мне все это на старость лет? – Бабулька картинно закатила глаза. – Зельевар обязан уметь готовить! Вернее, даже не так. Готовка еды – это побочный эффект. Если ты хочешь научиться смешивать ингредиенты так, чтобы из них получалось волшебное питье, способное изменить реальность, то смешать в нужных пропорциях грибы, сметану и соль, а затем продержать их в необходимой температуре достаточное время – это даже не навык, это знание на уровне рефлексов! Подумать не могла, что ты готовить не умеешь. Кулинария для тебя теперь основное занятие. Даже важнее, чем сбор и приготовление волшебных ингредиентов.

Ив смотрел на нее с ужасом. Неужели она это всерьез? Он понимал, что учеба будет совсем не такой, как ему мечталось. Но то, что она превратится в такую рутину, как уход за огородом или приготовление еды, он и подумать не мог. Что следующее? Закатка огурцов? Икра из кабачков?

Родился Ив в небольшой горной деревеньке в Карпатах. Волшебным даром в их семье обладал только дед. Он был довольно сильным ведьмаком, но сыну его способности не передались.

Отец Ива, обычный человек, женился на самой простой девушке родом из Беларуси. Они познакомились в юности, сейчас это даже смешно себе представить, на международном турнире по шашкам. Его мама приехала на соревнования представлять Беларусь. Турнир закончился, а взаимное очарование осталось.

После долгой переписки и нескольких летних встреч на Черном море мама вышла за него замуж и уехала жить в горную деревеньку к нему на родину.

Жили они ладно и счастливо, вот только детей долгое время не было… Мама родила его в тридцать шесть, довольно поздно по меркам их поселка. Дед, когда увидел внука, обрадовался безмерно и почти все время проводил с младенцем, а когда мальчик подрос – много времени посвятил его обучению.

От деда Ив узнал про магическую сторону нашего мира и про свои способности. А также про то, что его родная бабушка из Беларуси – знаменитая целительница.

Дед настаивал, что Иву необходимо получить сперва нормальное человеческое образование, пожить отдельно, обрести какие-то навыки самостоятельности. А после окончания университета в зависимости от его способностей, которые наиболее сильно проявятся в результате взросления и становления мальчика как личности, получить уже магическую специальность.

В результате увлечения то одним занятием, то другим интересы мальчика более-менее определились. Ив с хорошим проходным баллом поступил в Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова на факультет биологии.

Благополучно окончил его в этом году и по завету деда приехал на лето продолжать обучение у своей бабули-целительницы почти по той же специальности, но немного в другой плоскости. Пройдя семь кругов ада колдовского образования, Ива должен был стать зельеваром.

Бабуля была женщиной очень умной, опытной и обладала сильным даром. Знаний она могла передать ему достаточно, но сделать из него полноценного зельевара, конечно, не могла. Поэтому Ив с дедом рассматривали ее, как промежуточную, но тем не менее важную ступень в обретении им магической профессии.

Жила бабуля, как водится, в глухой провинции – Гродно. Так представлял себе Ив. После Москвы любому молодому человеку населенный пункт, насчитывающий менее миллиона человек, кажется жуткой дырой. Так вышло, что в детстве он никогда не был на маминой родине, бабушка приезжала с визитами сама.

Ив не роптал, знал для чего все нужно и приехал провести летние каникулы у бабушки с большим энтузиазмом. К тому же он ее очень любил. Да и она в своем единственном внуке души не чаяла.

3.

Ужин получился совсем поздним.

Во-первых, есть в жару никому не хотелось.

Во-вторых, навыки приготовления пищи оказалось получить не так легко. Если с лисичками было все более-менее просто: Ива полистал в гугле несколько рецептов, выделил основные схожие моменты, отметил некоторые понравившиеся ему нюансы и сложил у себя в голове собственный, почти идеальный, по его мнению, рецепт. То с картофелем возникли непредвиденные трудности.

– А где картошка, Ба?

– В огороде.

– В каком смысле? – осторожно спросил молодой человек, предчувствуя подвох.

– В прямом. Иди накопай. Лопата там возле забора.

– Много копать? – понимая неизбежность грядущего, спросил он.

– Да зачем же много? Сколько тут нам с тобой надо? Куста два-три, чтобы на завтра осталось, и хватит.

Ив вздохнул, но спорить не стал и направился в огород. Теоретически, как копать картошку, он знал. Хотя в их деревне, довольно высоко в горах, картошку никто не выращивал. Но Ива в далеком детстве родители несколько раз по осени брали помогать родственникам с уборкой урожая.

Последние годы учебы в Москве напрочь отбили у молодого человека охоту заниматься сельскохозяйственным трудом. Тем более таким примитивным.

Ну что же. Теперь придется приобщаться и, наоборот, выбивать из себя лопатой ценности, насажденные рафинированным столичным студенческим сообществом.

В огороде на грядке с картошкой было пыльно. Ив посмотрел на свои ноги в сланцах, одномоментно ставшие серыми. Хорошо ,хоть не догадался сунуться в огород в белых кедах.

Нашел рядок, с которого бабуля уже постепенно начала выкапывать молодые клубни, перехватил лопату поудобнее и почти уже вонзил ее острие в землю под желто-коричневую торчащую сухими ветками ботву…

– Не правильно ты, дядя Федор, лопату держишь… – раздался голос с ветки, растущей рядом с огородом яблони. Голос был негромким, мягким и слегка растягивал букву «р».

Молодой человек закатил глаза с выражением «вот только ваших непрошенных советов мне не хватало».

Кот, удобно устроившийся на толстой ветке не молодой уже яблони, лениво помахивал хвостом и косился на Ива одним глазом.

– Хочешь помочь? – спросил у него тот, протягивая лопату.

– Еще чего! – фыркнул кот.

– Вот и не мешай!

Ив с горем пополам накопал полведра картошки, кое-как ее помыл, поскреб и под одобрительные взгляды бабули вернулся в огород за укропом и зеленым луком.

Ужин был готов примерно через час. Под конец готовки Ив даже начал получать удовольствие от процесса. Кухню заполнили аппетитные запахи жаренного мяса, грибов и свежей зелени.

А ночью над городом разразилась гроза. Ив проснулся от оглушительных раскатов грома и громко стучащих в окно крупных капель дождя. Полежал несколько минут, улыбаясь от мысли, что утренний полив огорода отменяется. Дождь наконец-то смоет вездесущую пыль и принесет хоть немного прохлады в изнывающий от жары город. Комнату Ива периодически освещали короткие вспышки молний.

Молодому человеку очень захотелось выйти на веранду, чтобы надышаться этим прохладным влажным воздухом, насладиться шумом ливня. Он осторожно встал, прислушался внутренним чутьем к происходящему в доме. Тихо. Ив достал со дна сумки смятую пачку сигарет и зажигалку. Бесшумно, стараясь не скрипнуть половицами и не хлопнуть дверью, направился во двор.

Дождь шумел, барабанил каплями по крышам, умывал уставшие и пожелтевшие от жары растения, питал влагой сад.

Ив улыбнулся. Ему нравилась такая погода. Он всегда чувствовал свою связь с природой, а с растениями особенно. Сейчас ему казалось, что дождь поит не только их, но наполняет энергией и его тоже. Он чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету, присел на деревянную лавку под навесом и глубоко затянулся.

Через минуту молодой человек почувствовал, что он здесь не один. Дождь мешал сосредоточиться, размывал ощущения. Вроде бы кто-то стоит на крыльце соседнего дома. Темно, ничего не видно. С минуту Ив вглядывался в ту сторону, как вдруг молния располовинила небо, ярко осветив ночь. За забором стояла мокрая девушка и смотрела на него. Он сразу ее узнал : сегодняшняя лесная знакомая.

– Ив? Что ты тут делаешь? – удивленно спросила она.

Глава 3.

1.

Марусе не спалось. Гроза разошлась и громыхала над городом, будто в огромные погремушки великанов, ветер трепал кусты и деревья, ливень во всю мощь стучал по крыше и барабанил в окна.

Внезапно в голову девушке пришла мысль, что она не помнит, закрыты ли окна в машине, припаркованной во дворе. А если нет? Маруся ворочалась в постели и пыталась отмахнуться от этой мысли, как от назойливой мухи. Выходить под дождь очень не хотелось. Спустя минут десять она все же решительно села на кровати. Надо пойти проверить, иначе утром ее ожидает бассейн внутри салона, и тогда придется тратиться еще и на химчистку.

Маруся поднялась. В коридоре набросила куртку прямо на пижаму, всунула босые ноги в резиновые сапоги и вышла на крыльцо.

Остановилась под козырьком, разглядывая как пузырится от крупных капель лужа, не решаясь выбежать под холодный дождь. Ее зонт, как обычно, лежал в багажнике автомобиля. «Умнó», – в очередной раз обругала себя за недостаточную продуманность Маруся. Вообще-то, в такие моменты она часто думала о необходимости покупки нескольких зонтов: один маленький, чтобы помещался в сумку, другой оставлять в машине, а третий, огромный, держать в прихожей.

Думала об этом она только во время дождя, но когда на небе появлялось солнышко, тут же благополучно забывала о своих намерениях.

Вдруг девушка увидела на веранде соседского дома Акулины Андреевны странный огонек. Будто от сигареты. Показалось? Или там кто-то курит? Кто может курить ночью на веранде одинокой пенсионерки? Сама Акулина Андреевна? Бабулька – божий одуванчик. Совершенно невозможно. Тогда кто? Воры?

Девушка так удивилась, что забыла про дождь ,и направилась к забору посмотреть поближе. Сомнений не было: кто-то явно курил под навесом. Маруся подошла почти вплотную к их участку, когда яркая вспышка молнии осветила ночь и человека, сидящего с сигаретой.

Совершенно невероятно, но на веранде курил ее сегодняшний лесной знакомец.

– Ив? Что ты тут делаешь? – спросила она первое, что пришло ей в голову.

– Я тут живу, – удивленно ответил тот.

– Неправда, тут живет Акулина Андреевна.

– А теперь еще и я. Ее внук – Иван Мельников. А ты, я так понимаю, соседка?

– Соседка… Вот это совпадение! – ошарашенно произнесла девушка.

– Чего ты стоишь, мокнешь? Проходи к нам на веранду, до ворот ,правда, далеко бежать…

– Нет спасибо, уже поздно… – Маруся совершенно растерялась. – Я только машину проверить вышла. Спокойной ночи.

Кивнула ему и, осознав, что действительно уже вся насквозь вымокла, помчалась к машине, длинными прыжками перепрыгивая через лужи.

Окна в машине, конечно же, оказались закрыты.

Утром на небе не осталось и следа от грозы. Оно опять было голубым, а солнце опять жарило изо всех сил, стараясь побыстрее высушить следы ночного дождя.

Хлеб готов и сложен по корзинам остывать под белыми льняными полотенцами. Аромат его разносился по всему дому. В отдельной корзине лежали пирожки с малиной. Вчера в деревне она купила много ягод, хватило и на заказной десерт, и на сегодняшние пирожки.

Маруся допивала чай, задумчиво глядя в окно на соседский дом Акулины Андреевны.

Дома построили совсем рядом, всего в нескольких метрах друг от друга. Разделял их только невысокий сетчатый забор и разросшиеся кое-где с соседской стороны кусты черной смородины.

Маруся не помнила, чтобы к Акулине Андреевне приезжал кто-то из родственников. Девушка всегда поддерживала ее, считая одинокой. А у нее, поди ж ты, и дети есть, и даже внуки. Почему интересно Ив ни разу не приезжал к ней в гости, когда был маленьким?

Акулина Андреевна не то чтобы была замкнутой или необщительной, но всегда держалась чуть отстраненно. Она и на их улице ни с кем близко не дружила. Была вежлива, но не более того. Маруся иногда выполняла для нее мелкие поручения: купить что-то на рынке или куда-то подвезти. Но соседка даже в дом ее никогда не приглашала. Раньше Марусе не казалось это странным, она и сама не любила излишне тесных социальных связей, но сейчас задумалась.

Дом у соседки был двухэтажным, добротным. Небольшой сад и огород бабулька содержала сама; газон покосить или забор починить – нанимала работников. Со стороны производила впечатление женщины не бедствующей. А вот чем занималась? Ну сейчас она ,понятное дело, на пенсии. А в прошлом кем работала? Маруся только сейчас поняла, что ничегошеньки не знает про человека, возле которого прожила почти всю жизнь.

Еще иногда к Акулине Андреевне приходили посетители. Бывало, что с детьми. Раньше Маруся не задумывалась, кто они и для чего ходят. А сейчас стало интересно.

Девушка засунула в рот последний кусок булки с маслом, тщательно его пережевала, допила кофе и поставила кружку в раковину. Надо ехать в супермаркет отвозить хлеб, а потом уж возвращаться и приниматься за уборку перепачканной после приготовления хлеба кухни.

Подхватив в одну руку корзину с хлебом, в другую – с пирожками, понесла их во двор. И только подойдя к машине, поняла, что не взяла с собой ключи. Поставила корзины на капот еще мокрый от ночного дождя и вернулась в дом за ключами от машины и еще за двумя корзинами выпечки.

Еще на крыльце, щелкнув кнопкой центрального замка на ключах, Маруся обратила внимание, что за забором во дворе Акулины Андреевны напротив Марусиной машины стоят двое. Приблизившись, Маруся разглядела молодого парня и ребенка, мальчика лет семи-восьми. Мальчик плакал, а парень ему что-то говорил.

Маруся остановилась, прислушиваясь к разговору.

– Тиша, пойдем, это не наши пирожки. Как я могу взять их из-за забора, к тому же они чужие. Пойдем, я куплю тебе в магазине… Таких, каких захочешь. И еще конфет и шоколадку…

– Здравствуйте, – подала голос Маруся, обращаясь к ним. – Что у вас случилось? Может я смогу помочь?

Парень, который постарше, поднял голову. Марусю обжег взгляд черных внимательных глаз. Странный взгляд. Опасный. Как у дикого зверя. Или просто чересчур подозрительный? С лица Маруси пропала улыбка, она даже сделала полшага назад. Парень моргнул темными густыми ресницами, и наваждение спало.

– Доброе утро, – он слегка улыбнулся. – Ничего особенного не случилось. Мой младший брат почувствовал запах ваших пирожков и захотел таких же. Заедем на обратной дороге в магазин и купим.

– Как раз везу их в магазин, – засмеялась Маруся. – Зачем вам куда-то заезжать? Я вас угощу.

С этими словами девушка откинула край белого полотенца, достала из корзинки два румяных пирожка и протянула их через забор молодым людям.

Мальчишка вытер кулаком слезы и, подойдя вплотную к забору, забрал у нее сдобу.

– Спасибо большое, – сказал старший брат, а младший только кивнул и слабо улыбнулся.

Девушка загрузила корзины в машину и поехала в супермаркет отвозить товар. По пути у нее в голове постоянно крутились мысли о странных посетителях Акулины Андреевны.» Кто они такие? Тоже родственники? Или друзья Ива?»

2.

Михаил поднялся на крыльцо дома целительницы и в нерешительности остановился. Младший брат перестал хныкать, но и интереса к жизни, мелькнувшей минуту назад, когда незнакомая девушка протянула ему пирожок с малиной, на лице уже не наблюдалось. Опять все те же отрешенные глаза и совершенно равнодушное лицо.

В ответ на просьбу брата он безразлично отдал тому выпечку. Хотя минуту назад так ее просил, как будто жизни без нее не мыслил. Михаил был внутренне готов к тому, что брат не захочет отдавать ему пирожок, и его придется есть прямо здесь, на ступеньках дома. Но Тиша, получив желаемое, тут же потерял к нему всякий интерес. Хотя и это можно уже считать прогрессом. В последнее время мальчик вообще никаких желаний и эмоций не высказывал, равнодушно делал, что ему говорят. А если к нему никто не обращался, то сидел или лежал, безучастно глядя в одну точку. Смотреть на это не было никаких сил. Из некогда озорного и веселого мальчишки как будто разом кто-то выкачал жизненную энергию, лишил его не только радости, но и элементарного любопытства.

На расспросы родственников мальчик отвечал вяло, говорил, что чувствует себя хорошо, ничего не беспокоит и в целом он доволен жизнью.

Когда все это началось – никто точно не помнил. Изменения в его настроении не проявились как-то вдруг, а начались незаметно, с течением времени усиливаясь. Наверняка можно было только сказать, что в начале весны все еще соответствовало норме. А потом у мальчика появилась излишняя раздражительность и агрессивность. Достигнув пика, нервозность пошла на спад и за несколько недель сменилась почти полной апатией и безразличием.

Мальчика осматривали врачи, с ним беседовали психологи, но выявить причину никто из них не смог. Впрочем, на это изначально было мало надежды. Очевидно, что с Тишей творилась какая-то чертовщина.

Собственно говоря, именно поэтому они пришли к целительнице : выяснить, что с ним происходит.

Михаил бросил взгляд по сторонам, но увидел только косящегося на них одним глазом кота. Тот увидел, что пришедшие мнутся на пороге, поднялся на заборе на все четыре лапы, потянулся, выгнув спину дугой, и спрыгнул им под ноги.

Потерся о перила и мягким голосом, немного растягивая буку «ррр» произнес:

– Можете в звонок не звонить. Открррывайте дверь. Не заперррто…

Старший брат вздрогнул от неожиданности и удивления. Младший посмотрел на говорящего кота равнодушным взглядом.

Михаил решительно дернул на себя ручку входной двери. Действительно, чего уж мяться, все равно ведь приехали, не убегать же с порога, позвонив в дверь как дети.

В прихожей у целительницы было темно, пахло сушеными травами и медом. Михаил огляделся по сторонам, увидел повешенную на открытые вешалки верхнюю одежду, на полу стояло несколько пар обуви. Дверь из прихожей дальше в дом чуть приоткрыта, в эту щель проскользнул черный кот. Через нее же виднелся добротный дубовый пол, застеленный ковром. Значит, надо разуваться. Парень стащил с ног кроссовки и аккуратно поставил их возле двери. Дернул брата за руку, чтобы тот сделал тоже самое.

В их деревенском доме летом было не принято разуваться, за день сто раз сходишь с дома во двор и обратно, умаешься шнурки завязывать-развязывать. Только в дождливую погоду галоши на крыльце оставляли. Но тут , в городе, свои порядки.

Первый этаж в доме представлял собой одно сплошное помещение, разделенное посередине большой печью. Со стороны кухни – обычной духовкой, а с обратной стороны, где располагалась зона, которую можно была назвать гостинной, в печи был сделан камин. Так же мебелью было отделено пространство столовой. Там стоял большой деревянный стол, окруженный стульями с высокими резными спинками, и старинный буфет. Много места занимала широкая винтовая лестница на второй этаж, там, судя по всему, располагались спальни.

– Проходите, детки, не стесняйтесь, чего вы встали на пороге? – раздался голос из-за печки, а следом за голосом показалась хозяйка дома.

Аккуратная пожилая женщина в цветном летнем платье. Она не улыбалась, но говорила приветливо, осматривая посетителей цепким внимательным взглядом. Ее белый передник испачкан красными подтеками будто кровью. Руки она вытирала кухонным полотенцем, на котором тоже оставались красные разводы. Михаил непроизвольно напрягся и взял брата за руку. Женщина, проследив его взгляд, усмехнулась.

– Проходите на кухню. Я вот как раз вишенки от косточек чищу, варенье собираюсь варить, – женщина кивнула на стоящую на столе огромную миску, полную выпотрошенных, истекающих ярко-красным соком, ягод.

Михаил сглотнул. Нервы его натянулись, как струны. Он не чувствовал опасности прямо сейчас, но волны силы, исходящие от этой женщины, были столь велики, что это внушало уважение и заставляло быть настороже. Ведь их ,наверняка, можно развернуть как на благо, так и во вред.

Целительница, чувствуя его напряжение, вела себя подчеркнуто спокойно. Голос ее был приветливый и мягкий, движение плавные. Она не приближалась близко к гостям и смотрела на них со стороны, давая время привыкнуть, освоиться в новой обстановке.

– Как тебя зовут, мальчик? Может ты хочешь ягод? – обратилась она к младшему брату, заглядывая в лицо и пытаясь словить его взгляд.

Но мальчик стоял, не поднимая головы, разглядывал свои ноги. В отличие от брата он пришел сюда в сандалиях, поэтому его голые запыленные пальцы выглядели совершенно неуместно на пушистом светлом ковре.

– Его зовут Тихон, – ответил старший брат и слегка дернул младшего за руку, чтобы тот обратил внимание на обращенный к нему вопрос.

Мальчик поднял голову и его взгляд встретился со светло-голубыми, почти совсем прозрачными глазами пожилой женщины.

Между ними как будто возник электрический заряд огромной силы. Казалось, что прямо сейчас, вот здесь прямо в доме сверкнет грозовая молния или взорвется гулким раскатом гром.

3.

Ив возвращался домой злой и уставший. Злость его объяснялась в основном недостатком сна. Сегодня утром, как только взошло солнце, бабуля заглянула в его комнату со словами:

– Хватит спать, лежебока, зверобой сам себя не соберет!

Ив открыл один глаз. Протянул руку к тумбочке, взял лежащий там телефон и посмотрел на часы – 5:30. Он недоверчиво перевел взгляд на бабушку.

– Да-да, сила зверобоя увеличивается в полтора- два раза, если собирать его росным, сразу в первый час после рассвета.

Молодой человек с легким стоном сел на кровать, но спорить не посмел.

– Завтракать будешь?

– Нет, но кофе выпью.

Ив лег спать всего несколько часов назад и с удовольствием проспал бы до полудня. Видно зря он радовался ночной грозе. Полив огорода отменялся, но для него это не означало, что свободное время будет потрачено на отдых или безделье. Бабуля отыщет для него другое, не менее неприятное занятие. Ив вспомнил про грозу и поморщился. Ливень, наверняка, превратил поля в раскисшие болота, надо померять бабулины резиновые сапоги, вдруг они подойдут ему по размеру.

– Зверобой собирай в первую очередь, хоть бы и мокрый, бери много, полную сумку. Его цветы завсегда нужны и расходуются в больших количествах, – инструктировала его Акулина Андреевна, – а часам к девяти утра, как солнце траву высушит, во вторую сумку иван-чай бери. Но пока только листья, цветы позже собирать будем, пока не время

– Мне что, не менее трех часов по полям шастать? – не поверил Ив.

– А раньше ты вряд ли управишься. Как вторую сумку иван-чаем наполнишь, так и возвращайся.

Ив разбавил растворимый кофе молоком. Попробовал, поморщился. Вкус был отвратителен, особенно в сравнении с кофе, к которому он привык в московских кофейнях. Бабуля этот напиток не признавала вовсе и искренне не понимала, какая между сортами разница. Поэтому, готовясь к его приезду, взяла с полки магазина первый попавшийся, втайне надеясь, что он им вообще не пригодится.

Ив в три глотка без удовольствия , исключительно с целью проснуться, осушил кружку. Умылся ледяной водой, прогоняя остатки сна, и ушел собирать нужные растения. Благо, идти недалеко, полей с этой стороны города раскинулась великое множество, главное- выбирать те, что подальше от оживленных трасс и ферм.

На обратном пути собирался зайти в магазин купить банку нормального кофе, но ,окинув взглядом свои насквозь мокрые джинсы и присыпанную пыльцой футболку, решил сначала зайти домой оставить сумки и переодеться.

Возле дома увидел Марусю. Отступил на пару шагов в тень раскидистой липы и там остановился, ожидая пока девушка закроет ворота, сядет в свою яркую, как игрушечную, машинку и уедет. Показываться ей в таком непрезентабельном виде ему совершенно не хотелось. Машина уехала, Ив проводил ее взглядом и направился к дому.

Возле калитки остановился. Сердце кольнула игла тревоги. Огляделся по сторонам, прислушался к себе… Явной опасности не ощущалось. Поискал глазами кота, который летом почти всегда ошивался во дворе, греясь на солнышке, кота нигде не было. На крыльце Ив снял с плеч обе холщовые сумки, плотно набитые нужными травами, и повесил их на крючок, специально прибитый для этих целей под навесом.

Приоткрыв входную дверь, бесшумно проскользнул в прихожую. Остановился в темноте, прислушиваясь к доносимому из кухни разговору. В доме явно были посторонние. Негромко о чем-то разговаривали.

Игла вонзилась в сердце чуть глубже. Оборотни!

Глава 4.

1.

Михаил весь сжался, как пружина. Он очень переживал за брата и был готов действовать в любую секунду. Но целительница справилась сама. Разорвала зрительный контакт с мальчиком и отвернулась. Как показалось Михаилу, чтобы скрыть от них свое смятение и выровнять участившееся вдруг дыхание.

Женщина взяла со стола кувшин с водой и налила себе полный стакан. Обернулась на гостей.

– Пить хотите? Еще утро, жара пока не началась, но вы ведь с дороги…

Михаил отрицательно качнул головой, взглянул на брата, но тот уже опять уставился в пол, потеряв интерес к происходящему.

– Скажите, вы нам поможете? – спросил Михаил, собирая в вопрос остатки надежды.

Целительница поставила на место кувшин, сделала большой глоток воды и, поджав губы, смотрела на мальчика, явно что-то обдумывая.

Пауза затягивалась.

– Ну, или хотя бы скажете, что с ним? – продолжил он умоляюще.

– Пока не знаю, смогу ли помочь, потому что неизвестно, что это. Но попробую разобраться, – задумчиво ответила Акулина Андреевна. – Одно могу сказать: хворь эта не обычная человеческая, не стресс, не испуг…

– Порча? – перебил ее Михаил.

– Да что ж я тебе ясновидящая, по одному взгляду диагнозы ставить! Может и порча, – чуть раздраженно ответила целительница.

Женщина осмотрелась по сторонам, взяла деревянный стул, стоящий возле стены, поставила его напротив печки, развернув к ней спинкой. Открыла кухонный шкафчик, принялась доставать оттуда какие-то стеклянные баночки, бумажные пакеты и расставлять это все под окном на столешнице.

– Ив! Хватит в прихожей мяться, проходи сюда уже, у нас гости! – внезапно крикнула она, оборачиваясь на входную дверь.

Через несколько секунд дверь открылась, и в дом вошел чуть смущенный молодой человек. Михаил внимательно его рассмотрел, на будущее запоминая даже мелкие детали внешности. Михаил вообще всегда все делал очень тщательно. Вошедший был чуть выше среднего роста, худощавый, волосы русые, длинная челка прикрывает глаза, так что цвет их не разглядеть, лицо открытое, мимика подвижная, чуть ироничная. Одет странно: мокрые голубые джинсы с довольно сильными рваными прорехами, белая футболка чем-то испачкана, на ногах красные резиновые сапоги в цветочек.

– Доброе утро, – чуть неуверенно поздоровался молодой человек, – Ба, я зверобоя нарвал, сумки под навесом повесил.

– Хорошо. Иди в сухое переоденься и возвращайся сюда, будешь мне помогать.

Молодой человек, которого назвали странным именем Ив, поднялся на второй этаж, и опять Михаил принялся пристально наблюдать за действиями целительницы.

А та уже растирала в пальцах над ступкой какие-то цветочки и сухие листики. Поставила ковшик с водой кипятиться на газовую плиту и открывала по очереди все шуфлядки в поисках еще каких-то, ей одной ведомых, ингредиентов.

– Отпусти мальчонку, пусть на этот стул садится, – показала она Михаилу глазами на стул. – А сам иди вон на тот диван под окном, чтобы под ногами не путался. Да не бойся ты, ничего плохого я ему не сделаю.

Михаил подвел Тишу к стулу.

– Садись, братишка. Не бойся. Я тут совсем рядом буду, – сказал он ему успокаивающим голосом, но тот ,судя по всему, и не волновался. Ему было все равно.

Со второго этажа спустился парень. Сейчас на нем были одеты шорты и длинная красная футболка с какой-то надписью на незнакомом языке.

– Твой брат уже перекидывался хоть раз? – задала вопрос целительница Михаилу.

– Ну нет. Вы же видите, что он еще совсем ребенок.

– Мало ли, вдруг у него и в этом плане какие-нибудь отклонения. Я же должна спросить.

– Не ,у него никаких отклонений! – обиженно буркнул Михаил.

Обычно оборотни перекидываются первый раз после начала полового созревания. В тринадцать лет отец, или какой-нибудь значимый мужчина из родственников, дарит ребенку ритуальный нож. Проводится специальный обряд, после которого теоретически оборотень уже может перекидываться в своего тотемного зверя. Но на практике, действительно, бывало, по-разному.

Тем более у них с Тишей мама – обычная женщина, только отец – медведь. И мама очень надеялась, что и дети у них родятся без особенностей. С Тишей она до сих пор лелеет эту надежду. Но Михаил знал, что напрасно. Он чуял в брате звериную сущность. Нутром, кровью знал – если так можно выразиться. Но с мамой не спорил. Поэтому и водил Тихона по людским врачам – мама настаивала. А огорчать маму Михаил по своей воле никогда бы не стал. Ей и так по жизни доставалось порядком.

– Ив, где наша четверговая соль, что-то я найти не могу? – спросила целительница у парня, поочередно открывая все шкафчики подряд.

– Четверговая -это какая? Я еще не очень ориентируюсь, – виновато ответил он ей.

– В таком мешочке холщовом была, килограмма на два.

– Так ты ж ее вчера сама на печку закинула, подсушить, чтобы не слеживалась.

– Ах, точно, памяти уже совсем никакой…

Михаил вполуха слушал их разговоры, наблюдая за братом. Тот сидел на стуле, опустив голову, и все так же разглядывал пальцы своих ног.

На плите закипела вода в ковшике. Бабуля взяла глиняную плошку и несколько раз ополоснула ее кипятком. Потом высыпала в нее травы из ступки и дала в руки Иву.

Потянулась, взяла откуда-то сверху с печки мешок, видимо с той самой четверговой солью. Зачерпнула полную жменю, остальное поставила обратно. Часть соли высыпала в плошку с травами. Долила туда кипятка из ковшика и поставила в ногах у мальчика. Вместе с поднимающимся из миски паром по кухне быстро распространился запах мяты, мелиссы, полыни и чего-то еще, что Михаил не мог распознать, хотя обоняние у него было звериным. Наверное, такие травы в их лесу не росли.

Целительница стала ходить по кругу вокруг мальчика, нашептывая слова. Какие именно, разобрать не удавалась, даже с его чутким слухом. Не потому, что сказаны они были слишком тихо, скорее всего этот язык Михаил не знал. Периодически целительница останавливалась перед мальчиком и сыпала ему соль крест-накрест на плечи и за голову.

Потом внезапно остановилось прямо перед ним, присела и взяла его за правую руку. Михаил не успел даже дернуться в их сторону, как женщина молниеносным движением выхватила из кармана платья тонкую длинную иглу и уколола ей безымянный палец мальчика. Тот только слабо вскрикнул. Старший брат внимательно наблюдал за ними подобравшись, но целительница уже спрятала иголку обратно в карман и внимательно наблюдала за набухающей на пальце мальчика каплей крови. Потом перехватила его руку, перевернула и капля сорвалась прямо в миску с запаренными травами.

Сверкнула яркая вспышка ,и у Михаила заложило уши. Он не понял, что произошло, как будто беззвучно разорвался какой-то снаряд или лопнула струна… Целительница отшатнулась от Тиши. Она бы упала, но Ив, находящийся совсем рядом за спиной, успел ее подхватить. У Михаила потемнело в глазах ,и ему показалось, что на какое-то мгновенье он потерял сознание.

2.

Резко дернув головой, оборотень попытался вернуть себе ясность мыслей. Он протер глаза руками, поднялся и подошел к брату проверить все ли с тем в порядке. Мальчик сидел в той же позе и не выглядел пострадавшим, только проколотый палец засунул в рот.

– Что здесь происходит? С вами все хорошо? – обратился он к целительнице.

Та выглядела очень бледной и растерянной. Поджатые губы превратись в еле заметную ниточку. Женщина так и стояла перед мальчиком посреди кухни, поддерживаемая своим внуком.

– Со мной? – она обернулась на Михаила и негромко произнесла. – Да, со мной все в порядке.

– А с Тишей? – кивнул он головой на мальчика.

– С вашим братом сложнее… Не знаю, как вам объяснить. Я и сама не совсем понимаю. Он не болен. В привычном нам смысле. И это не порча. Тут что-то другое… Но вот что именно?

Целительница принялась ходить по кухне. Взяла в руки очки, висящие на тонкой цепочке у нее на груди, и принялась задумчиво покусывать дужку.

Михаил молча смотрел на нее в ожидании ответа.

– Это скорее похоже на проклятье, хотя структура немножко другая. Моих сил недостаточно, чтобы ухватить суть.

– Проклятье? Но кто мог проклясть ребенка? Да и за что?

– Проклятье не его, не на него завязано, похоже случайно зацепило… Хотя я вам и говорю, что это не совсем проклятье. Просто похоже.

– И что нам теперь делать?

– Даже не знаю. Я точно помочь не смогу… К сожалению.

– А кто сможет?

– Не знаю… Буду думать. А пока… Знаете что… Я могу дать вам амулет, который поможет немного приостановить негативное воздействие. Хотите?

– Вы еще спрашиваете! Конечно, хотим. Что за амулет?

– Это дело серьезное. Риск очень велик. Поэтому слушайте: мальчик должен будет постоянно носить на шее на цепочке инклюз. Постоянно. Днем и ночью.

– Что такое инклюз?

– Камень с каким-либо вкраплением внутри. В вашем случае это будет янтарь с застывшим паучком. Кроме того, в печке вашего дома… У вас же есть печка? – обернулась она на Михаила.

– Да, есть.

– Надо будет время от времени сжигать веточки можжевельника, калины и орешника.

– Хорошо, я запомню. Этого добра вокруг нашего хутора предостаточно. А за амулет придется заплатить? Он ведь, наверное, очень дорогой?

– Пока платить не надо. Просто вернете его, когда он больше не будет нужен. Заплатите только в случае, если потеряете или повредите.

– Хорошо. Понятно. Может еще что-то посоветуете?

– Обращайте внимание на то, на что он хоть как-то реагирует. Поощряйте любой интерес, любопытство… Вот чем он в последнее время интересовался?

– Прямо перед нашим приходом сюда он пирожков захотел с малиной. Вот буквально в вашем дворе. Соседка корзину с пирожками несла к машине.

– Маруська, что ли?

– Ну, наверное… я не спросил, как ее зовут.

– Это прекрасно! У Маруськи хлеб особенный. Она к тому же и на заказ печет. Поговорите с ней, может вашему брату еще что-нибудь у нее понравится. Если так, то покупайте и пусть ест.

– Хорошо. Я вас понял, – Михаил подошел к Тише и положил руку тому на плечо.

– А в целом я подумаю над вашей ситуацией. Если будут какие-то новости, я вам позвоню. Номер у меня записан. Если мальчику станет хуже, тоже обращайтесь сразу же.

– Сколько мы вам должны?

– Пока нисколько. Я ведь вам ничем не помогла.

– Ну как же… Вы потратили на нас время и еще дадите нам амулет.

– Не так уж много времени я на вас потратила, – улыбнулась им целительница. –Сейчас инклюз принесу.

Акулина Андреевна пошла на второй этаж. Михаил опять принялся рассматривать Ива. Они были примерно одного возраста. А вот по телосложению сильно различались. Михаил – высокий и широкоплечий, как и все в его роду. В отличие от зельевара волосы и глаза были у него почти угольно черные, кожа смуглая.

Акулина Андреевна вернулась, держа в руках цепочку с небольшим желтым камешком. Она подошла к Тише, ласково погладила его по голове и надела на него янтарную подвеску. Мальчик в ответ сказал: «Спасибо»,– и с интересом принялся разглядывать застывшего в смоле паучка.

Глядя на него, улыбнулся и Михаил.

– Вы на машине приехали? – поинтересовалась у них целительница.

– Нет, мы на электричке.

– Ив, будь добр, завези их домой, пожалуйста, – обратилась она к своему внуку. – Тут недалеко, километров двадцать всего в сторону Литвы. Мне нужно кое-что батюшке их передать. Довольно тяжелое, а мальчиков нагружать не хотелось бы.

– О, что вы, неудобно! Да и какой уже с меня мальчик? Мы сами доберемся и, все что нужно, завезем.

– Не спорь, пожалуйста, – спокойно, но твердо ответила ему Акулина Андреевна и так посмотрела, что у молодого человека сразу закончились аргументы.

Ив особо довольным не выглядел, но спорить с бабушкой не посмел.

– Подождите меня во дворе, – сказал он братьям. – Я возьму ключи от машины, бабушкину передачу и поедем.

Михаил еще раз поблагодарил целительницу, взял Тишу за руку, и они вышли во двор. Машина Ива стояла на улице перед воротами.

Как раз в тот момент, когда они выходили из калитки, подъехала красная машинка Маруси. Девушка оставила ее в густой тени липы, видимо, чтобы хоть как-то уберечь от беспощадного июльского солнца. Маруся вышла из машины сама, потом принялась выгружать пустые корзины.

Михаил смотрел на нее с удовольствием: девушка ему понравилась. Невысокая, но стройная и гибкая. Одета в объемную длинную футболку, которая почти полностью прикрывала короткие джинсовые шорты. Острые загорелые коленки… Целительница говорила, что хлеб у нее особенный. Будет ли удобно подойти и заговорить с ней? Девушка увидела их и улыбнулась.

– Как пирожок? Вкусный? – громко спросила она первая, избавляя Михаила от необходимости начинать беседу самому.

– Мы пока не пробовали, но я уверен, что Тише понравится. Он любит сладкое.

– Прекрасно его понимаю, сама очень люблю. Вчера вот шоколадный торт на заказ пекла, так жалко отдавать было, сама бы съела. Весь. Столовой ложкой, – пошутила она.

– Я хочу торт, – вдруг сказал мальчик.

Михаил удивленно на него посмотрел.

– Какой торт, Тиша?

– Шоколадный. На день рождения!

Михаил растерялся. У Тиши действительно совсем скоро будет день рождения. Праздновать собирались в конце недели узким семейным кругом. Торт, конечно, тоже всегда покупали. Но в магазине, самый обычный.

– Я могу испечь для тебя «Захер». Хочешь? – девушка уже подошла совсем близко и остановилась, заглядывая мальчику в глаза.

– Я не знаю, что такое «Захер».

– Это австрийский десерт. На мой взгляд, это самый шоколадный торт из всех известных мне десертов. Прямо шоколаднее некуда. Хочешь?

– Хочу, – мальчик кивнул и слабо улыбнулся.

Девушка обернулась на старшего брата.

– А когда у мальчика день рождения? Я действительно могу испечь для вас торт. Он обойдется чуть дороже магазинного, но зато будет значительно вкуснее и полезнее.

– День рождения у Тиши в субботу. Да, наверное, мы бы хотели заказать у вас торт. «Захер» ,или как вы говорите, я не очень в этом разбираюсь.

– Хорошо. А на сколько килограмм?

– Эммм… Немного не понимаю, о чем вы.

– Сколько человек будут торт есть? – широко улыбаясь, пояснила Маруся. У Михаила от ее улыбки немного путались мысли.

Он на минутку задумался, подсчитывая родственников и гостей.

– Я точно не знаю, человек восемь-десять.

– Понятно. Значит, полуторакилограммового точно хватит. А чем хотите украсить?

Девушка посмотрела в растерянные глаза братьев и улыбнулась.

– Хорошо, я сама что-нибудь придумаю. Сколько тебе исполнится? – она наклонилась, заглядывая в глаза мальчику.

– Девять.

– Отлично! Ты уже совсем взрослый. Я сделаю для тебя самый вкусный в мире шоколадный торт.

Девушка открыла сумку и достала оттуда яркий ламинированный буклетик.

– Вот, – она протянула его старшему брату. – Это мои контакты и рекламный проспект. Подумайте, посоветуйтесь и позвоните мне, если решитесь. Но доставки у меня пока нет, к сожалению. Торт придется забирать здесь. В пятницу вечером или в субботу утром. Если вас это устроит. Было очень приятно пообщаться. Жду вашего звонка.

Маруся в очередной раз приветливо улыбнулась Михаилу, потрепала по голове Тишу и, подхватив пустые корзины из-под хлеба, направилась к своему дому.

Михаил восхищенно смотрела ей вслед. Из калитки появился внук целительницы Ив, держа в руках пакет, в котором угадывались очертания трехлитровой банки.

– Ну что, поехали? – обратился он к братьям и щелкнул кнопкой на ключе, открывая центральный замок черного внедорожника.

– Что в пакете? – спросил Михаил, показывая на ношу в руках молодого человека.

– Трехлитровая банка меда. Бабуля сказала: нужно отцу твоему завезти.

– Она всерьез считает, что мы не смогли бы довезти банку с медом в руках на поезде? – удивленно спросил Михаил.

– Не знаю, – парень неопределенно пожал плечами, – у бабушки на все есть свои причины. Я предпочитаю не спорить. Сказала завезти, значит завезу. Загружайтесь, поехали.

Глава 5.

1.

В машине, уже успевшей нагреться на солнце, пахло пылью и горячей кожей. Ив сначала максимально открыл все окна, чтобы проветрить салон, а через пару минут поднял стекла и включил кондиционер. Буквально сразу же автомобиль наполнился прохладным воздухом, остужающим не только разгоряченное лицо, но и напряженные нервы.

Иву не понравилась бабушкина просьба подвезти оборотней домой. Не то чтобы он их боялся. Нет, страха не было совершенно. Наверняка эти двое – давние бабушкины знакомцы. Акулина Андреевна хорошо знала их отца, раз даже гостинец ему решила передать. Но Ивин дедушка накрепко вбил внуку с самого детства: хочешь спокойно жить – держись от магии подальше. В случаях, когда это невозможно, лучше не расслабляйся, рядом с магическими существами будь предельно внимателен.

Исходя из своей природы зельевар чувствовал не всякую магию. В амулетах и снадобьях – только очень сильную. Издалека мог распознать низших колдовских существ: домовых, дворовых, обычных бесов, копш, касн, прокленышей и всяких кладбищенских… С близкого расстояния – магов природных, наделенных даром от рождения: оборотней, ведьм, колдунов, вампиров. Плохо чуял пророков и прочих на них похожих, у кого дар проявлялся не постоянно, а активировался изредка при определенных условиях. Были ещё и обычные люди, наделенные каким-то конкретным колдовским умением, например, целительством, как его бабушка. Но определить таких, даже при близком контакте, Ив не мог вовсе.

Дорога стелилась горячим асфальтом прямо под колеса и уводила их из города в сторону приграничных лесов. Там он первый раз встретил Марусю, приехавшую в деревню за малиной, увидел перекинутого днем медведя… Ив покосился на сидящего рядом Михаила:» Уж не его ли? Может отца? Всякое бывает…»

– А вы сами в деревне живете? – спросил он у старшего брата, делая звук музыки тише.

– Ага, прям! Кто нам позволит в деревне поселиться? – фыркнул Михаил. – На хуторе мы живем, в лесу. Это километров пять от поселка. Но дом у нас большой. Там и сад, и огород, и малинник очень хороший вокруг. Сейчас как раз сезон. Можешь собрать ягод, если хочешь, и для себя, и для Акулины Андреевны…

– Ой, ну только не это, – отмахнулся Ив, – я сегодня с пяти утра зверобой собирал, боюсь, на малину не осталось уже ни сил, ни желания.

– Ну, как хочешь, мое дело предложить, – усмехнулся оборотень.

– А что, на хуторе в лесу жить не скучно? – продолжил расспросы зельевар у своего нового знакомого.

– Мне? Совершенно нет. Я лес люблю. А Тиша раньше заметно скучал. Он деревенскую школу посещает, когда на велосипеде ,а когда – пешком. Друзья у него, хоть и немногочисленные, все там. К нам ездить далеко, играть приезжали редко. А потом, когда вышку сотовой связи поблизости поставили и на хуторе интернет появился, так мы вообще все про скуку забыли. А сейчас вдруг Тише все стало безразлично. И на друзей внимание не обращает, и на видеоигры, и на маму с папой, – Михаил вздохнул и обернулся на младшего брата, который, свернувшись калачиком, спал на заднем сидении. Мальчика утомил ранний подъем и поездка в душной электричке.

Ив посмотрел на Михаила сочувствующе. Ему нравился этот высокий, широкоплечий парень с черными, как уголь, глазами. Импонировало, как тот искренне беспокоится за младшего брата. И сейчас, прислушиваясь к себе, зельевар ощущал не опасность, исходящую от молодого оборотня, а спокойную силу и уверенность.

– Миш, я тут не местный, ты покажешь, где дорога на хутор сворачивает?

– Конечно, покажу, это почти сразу за деревней. Большая развилка, не пропустишь.

Несколько минут ехали молча, потом оборотень спросил:

– Ты когда-нибудь пробовал десерты, которые твоя соседка готовит? Тиша захотел шоколадный торт на день рождения. А я никогда раньше у частных кондитеров выпечку не заказывал. Скажи мне, стоит за это деньги переплачивать или лучше обычный в магазине купить?

– Слушай, ну, я не знаю. Сам тут всего с неделю, как приехал. Марусины торты пока не пробовал. Но в Москве, где я учился, эта тема довольно популярна. Домашняя выпечка и правда намного вкуснее и полезнее магазинной.

– Хм… Может, стоит попробовать? Мне и Акулина Андреевна рекомендовала…

– Если бабушка советовала, значит, точно стоит попробовать! – засмеялся Ив. – Она просто так никого рекламировать не станет.

– Ага, тем более кулинарка – такая красотка!

Ив покосился на Михаила, почувствовав неожиданный укол ревности.

– Красотка… Надеюсь, и торты у нее такие же сладкие… – натянуто пошутил он в ответ и сам поморщился от того ,как пошло это прозвучало.

– Решено. Закажу брату на день рождения австрийский этот… «Захер». Тиша в последнее время совсем ни к чему интерес не проявляет и вдруг торт захотел. Сделаю для малявочки сюрприз.

Сразу за деревней, действительно, оказалась большая развилка. Трасса уносилась вперед в сторону Литвы, а второстепенная дорога поменьше, но тоже асфальтированная ,сворачивала в лес.

Буквально через километр показалось то самое родниковое озеро, в котором Ив купался день назад и лес, где он познакомился с Марусей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.