Дмитрий Морфеев
Хозяйка приюта

Глава 1. Мисс Редфелс

– Эй, новенький, просыпайся!

Томас с трудом открыл глаза, с удивлением обнаружив рядом незнакомую девочку.

– Ты кто?

– Кессиди, – невозмутимо ответила она.

– И как ты попала к нам в дом?

– Так же, как и все. Меня нашла мисс Редфелс.

Том огляделся вокруг и понял, что ошибся. Такой комнаты в доме его семьи никогда не было. У противоположной стены стояли еще две кровати, уже идеально заправленные. Том вспомнил, что потерял своих сопровождающих из виду вчера на ярмарке. Но о дальнейших событиях память предательски умалчивала.

– Кто такая мисс Редфелс? И где мои родители?

– Мисс заботится о нас, а еще ищет наших родных. Да что рассказывать, сам скоро все увидишь! Нам надо поторопиться – завтрак вот-вот начнется. Мисс не терпит опозданий.

Томасу ничего не оставалось, как наскоро облачиться в приготовленную ему одежду и последовать за девочкой.

Они успели вбежать в столовую и смешаться с другими ребятами, носящими такую же серую форму, за мгновение до прихода загадочной мисс. За столом разом все стихли, в зале же заметно посветлело, как только она вошла.

Это была статная молодая дама в закрытом зеленом платье с высоким воротом, подчеркивающим изящество шеи. Томас еще мало понимал в женщинах, но даже ребенку была очевидна ее красота: густые каштановые локоны, белоснежная кожа, выразительные черты лица.

Стоило ей подойти к высокому резному стулу во главе стола, отличному от всех остальных стульев в столовой, как все мальчики поднялись со своих мест, молча приветствуя эту таинственную госпожу, словно взрослые джентльмены. Том успел повторить за другими.

– Спасибо, Уильям, – дама кивнула в сторону мальчика, что придвинул за ней стул, достойный императрицы.

Голос ее звучал ласково и доброжелательно, но чувствовалась в нем и скрытая сила. За столом мисс Редфелс держалась строго, иногда проявляя заботу о ком-нибудь из присутствующих.

Томас все не мог приступить к трапезе, украдкой осматривая обстановку и окружающих. Мисс обращала на себя особое внимание. Она казалась прекрасной, но что-то неуловимое проскальзывало в ее натуре. Благодаря природной наблюдательности мальчик наконец приблизился к разгадке. Всем своим видом мисс будто давала понять, как велика пропасть между ней и всеми остальными. А предметы вокруг только усиливали это впечатление: помпезный трон, фарфор с золотыми узорами и живительно-изумрудный цвет платья; все это слишком контрастировало с простыми стульями, с белой посудой без росписи и со светло-серой формой воспитанников. Конечно, эти отличия можно было списать на признак огромного уважения или на обыкновенную иерархию. Но чрезмерная выраженность этого неравенства не давала Томасу покоя. Ему почему-то показалось, словно мисс Редфелс возвышается не только над ними, детьми, как старшая, как преподаватель, а как будто она немыслимым образом возносится над всем миром. Том смутился: впервые он никак не мог объяснить собственные ощущения.

Когда девочка, прислуживавшая в то утро за столом, наполнила чашку с золотым ободком ароматным чаем, в глазах госпожи сверкнуло надменное удовольствие. Том это заметил, но, к несчастью, мисс Редфелс тут же поймала его взгляд.

– Кессиди, – произнесла она, растянув губы в улыбке, не обещавшей ничего хорошего, – кажется, ты забыла напомнить новенькому правила поведения за столом.

– Простите, мисс. На это совсем не хватило времени, – девочка понуро опустила голову.

– Она не виновата, – вмешался Томас, желая хоть как-то исправить положение. – Что до этикета, полагаю, я и так с ним знаком.

В глазах красивой госпожи запылали опасные огоньки. Мальчику даже сделалось дурно.

– Правило первое: не перебивать, когда говорят старшие! – тщательно выговаривая каждый слог, произнесла мисс Редфелс. – Правило второе: всякому благочестивому ребенку за столом надлежит заниматься своей порцией, а не глазеть по сторонам! Ты же благочестивый мальчик, Томас?

Том ощутил давящую безвыходность. От него ждали один единственный ответ, и о возражениях не могло быть и речи.

– Да, мисс. Простите, – мальчик смиренно опустил взгляд в тарелку, уподобившись остальным.

– Прекрасно, что ты схватываешь на лету, – голос мисс Редфелс обрел прежнюю мягкость.

В тот день Томас более не рискнул искать приключений на свою голову, стараясь никак не выделяться. Поэтому он даже не спросил мисс Редфелс о своих родителях и о том, как попал в приют. Более того, первое впечатление, произведенное блистательной госпожой, породило в его голове мысль о побеге. Но сперва Том решил получше разведать обстановку.

Когда за окном уже было ничего не разглядеть, кроме тусклых фонарей вдоль мостовой, в столовой снова возникло какое-то оживление. Дети толпились вокруг удивительной мраморной чаши, черпали серебряным половником странный отвар и наполняли им свои фарфоровые кружечки.

– Что это такое? – не сумев скрыть подозрения в голосе, спросил Томас у Кесс.

– Молоко от кошмаров, – с видом полной осведомленности ответила та, что негласно опекала новенького. – Попробуй – и увидишь такие яркие сны, каких не видел никогда прежде.

Девочка помогла Тому наполнить чашку. Белая субстанция источала горьковатый цветочный аромат и не вызывала у мальчика никакого доверия. Он припомнил слова своего дяди, занимающегося врачеванием: «Запомни, Томас: никогда не принимай лекарства, состав которых тебе не знаком, если на то нет особой надобности». Но по лицу Кесс Том понял, что и здесь у него нет права выбора.

Он сделал настолько маленький глоток, насколько смог, и сразу поморщился.

– Горько, да? – засмеялась Кессиди. – Ничего, в первый раз всегда так… А потом тебе даже понравится!

Том с тревогой дождался удобного момента, когда никто не смотрел в его сторону, и быстро вылил содержимое чашки в огромный горшок, служивший прибежищем пальме.

***

Ночью мальчика разбудил шорох на другой стороне комнаты.

Лежа на боку, Томас смог разглядеть, как кто-то стащил спящего Уильяма с кровати на длинное покрывало, и медленно поволок в коридор.

Том застыл от страха, не в силах пошевелиться. В грозившей опасности он почему-то ничуть не сомневался. Но что было делать? Будить детей, выпивших цветочное варево, казалось ему занятием бесполезным. Обратиться к мисс Редфелс выглядело еще более безумной затеей, да он и не знал еще, в какой части дома она обитает. Оставался единственный выход – искать помощи вне приюта, на улице.

Сложно было решиться высунуть нос в коридор, но, сделав первый шаг, мальчик убедился, что вокруг стоит непроницаемая тишина. Это немного придало ему сил. Прокравшись, будто преступник, на первый этаж, он устремился к парадным дверям. На удивление, они оказались незапертыми.

Стоило Томасу оказаться на свежем воздухе, как он пулей вылетел со двора на мостовую.

Мальчик долго бежал от фонаря к фонарю, не узнавая местности. Вскоре его дыхание сбилось, а в боку закололо. Но куда более значительные трудности занимали мысли Тома. На улице ему не встретилось ни единой души: ни констебля, ни бродяги, ни компании джентльменов, поздно возвращавшихся с затянувшегося приема. Стучать в дома он не решался, поэтому продолжал свой путь в надежде все-таки наткнуться на кого-нибудь.

Обессилев от своих скитаний, Том решил искать место для привала. Тут ему улыбнулась удача: он пробрался в подвал какого-то дома через приоткрытое окно.

В подвале пахло затхлостью, но было тепло и сухо. Поэтому, повалившись на мягкую ветошь, мальчик быстро уснул.

***

– Новенький, просыпайся! Ну что ты будешь делать? Снова из-за тебя мы можем опоздать на завтрак!

Том распахнул глаза и снова увидел лицо Кессиди, чего никак не ожидал. Воспоминания о ночных происшествиях лишили его всякой возможности отвечать на суетливые причитания девочки.

В столовой Томас искал Уильяма среди присутствующих. Он уже успел придумать себе рациональную версию, что все ночные приключения могли просто присниться ему. Но для подкрепления такого объяснения требовалось увидеть соседа по комнате, однако последнего не было среди ребят. Его стул остался пустым.

Том в смятении смотрел на кашу в своей тарелке. Когда он наконец поднял взгляд, то первым, что бросилось ему в глаза, было растение с понурыми листьями. Еще вчера пальма дышала свежестью, а сегодня выглядела заболевшей.

– Томас, дорогой, как тебе спалось на новом месте? – внезапно раздался нежный голос мисс Редфелс.

У мальчика чуть сердце не выскочило из груди, но, собрав остатки самообладания, он посмотрел на хозяйку приюта.

Сегодня она была еще прекраснее, чем прежде. Щеки приобрели здоровый румянец, черные глаза блестели.

– Прекрасно, мисс Редфелс, – как можно спокойнее ответил Том. – У меня тоже есть к вам вопрос. Могу я его задать?

– Конечно, – засияла мисс, польщенная вежливостью мальчика. – Спрашивай, не стесняйся.

– Где Уильям? – Томас отважился заглянуть госпоже прямо в глаза.

– Ах, ты еще не слышал? – ответила она как ни в чем не бывало. – Его забрали родители.

– Простите, мисс, но когда? Я совсем не успел с ним попрощаться.

– Увы, прощание было невозможно, ведь его родители достигли нашего приюта глубокой ночью, когда вы все, мои дорогие крошки, крепко спали, как и надлежит послушным детям.

На последних словах мисс Редфелс сделала едва заметный акцент. Том сообразил, что сегодня ему более не положено ни о чем спрашивать.

– Наш Уилли… – сладко вздохнула мисс через некоторое время. – Как же нам всем будет его не хватать, – с этими словами она поправила белоснежные перчатки и продолжила пить чай.

Глава 2. Тень

Первая совместная прогулка Тома с другими воспитанниками состоялась лишь на второй день его пребывания. В тот день, когда он впервые очнулся в приюте, погода стояла скверная, поэтому детей не выпустили за порог. Предстоящую вылазку Томас воспринял с большим энтузиазмом. В дневном освещении он надеялся разглядеть окружение. Однако воодушевление мальчика испарилось, стоило ему оказаться на улице.

Внутренний двор приюта со всех сторон был окружен высокими мрачными стенами. Ни ворот, ни арок. Никаких выходов, кроме единственных дверей, через которые зашли дети.

Томас с тревогой огляделся по сторонам. Он вдруг почувствовал себя узником. Стоя здесь, в красивом закрытом дворе приюта, ему никак не удавалось отделаться от ощущения, что все обитатели отрезаны от внешнего мира. Его тяготил спонтанный отъезд Уилли, а версия мисс Редфелс совсем не вызывала доверия. Тому показалось, что темные стены сужаются, стремясь заслонить собой небо. Пусть условия в приюте были далеки от арестантских, эта изоляция пугала Тома.

Во дворе был разбит садик и устроена небольшая площадка для игр, стояли деревянные качели и горка.

Темные окна отражали полуденные лучи. Внезапно на втором этаже мелькнула тень. Томас это заметил.

– Эй, новенький, айда с нами! – окликнул кто-то Тома.

Томас вовремя среагировал, поймав брошенный ему мяч. Дома у мальчика редко появлялась компания для игр. Потому он быстро переключился, отбросив на время смутные тревоги.

Звонок развеял мимолетное забвение. Игра тут же прекратилась, и дети один за другим устремились к дверям. Томас шел последним. Перед тем как войти под своды приюта, он обернулся и еще раз осмотрел пустынный двор, бросив взгляд на странное окно. Тень снова была там. На этот раз она не исчезла сразу, будто давая понять, что она реальна и внимательно наблюдает за всем, что происходит.

Томас отвернулся и поспешил за другими воспитанниками. Его переполняли мысли, но мальчику не с кем было ими поделиться. Чья эта могла быть тень? В приюте Том не видел никого, кроме детей и мисс Редфелс. Но учительница находилась в классной комнате и дала звонок перед появлением тени в другой части здания. А что, если обладатель тени имеет отношение к исчезновению Уилли?

Весь оставшийся день Том не находил покоя. Каждую перемену он как бы невзначай подходил к окнам. В тех, что выходили на улицу, он надеялся увидеть экипажи или прохожих, но всякий раз мостовая была тиха и безлюдна. В окна, выходившие в глухой закрытый двор, мальчик поглядывал украдкой. С одной стороны, он хотел поймать тень взглядом, а с другой – боялся этого.

Вечером, подготовившись ко сну, Томас в одиночестве возвращался в спальни. Вдруг он услышал скрип половиц. Обернувшись, мальчик заметил силуэт, промелькнувший в конце темного коридора. У Тома перехватило дыхание. Это был его шанс. Он знал, что не уснет, если хотя бы не попытается что-то выяснить. Превозмогая страх, Том последовал за тенью.

Томас долго бродил по коридорам приюта, словно неприкаянное привидение. Иногда снова слышался скрип половиц, но мальчик все никак не мог никого нагнать. Во время этой затянувшейся прогулки Том осознал, что приют намного больше внутри, чем снаружи. Бесконечному коридору не было конца. С каждой минутой мальчику становилось все страшнее, что он не только ничего не узнает о тени, но и не сможет найти дорогу назад.

Вновь послышались чьи-то шаги. На этот раз Том резко выскочил из-за угла, намереваясь наконец поймать тень. Вместо этого Том столкнулся с другим мальчишкой, держащим в руках огарок свечи. Долговязого звали Джек. Он был выше Томаса на голову и часто хмурился.

– Почему ты здесь после отбоя? – прогудел Джек, нахмурившись сильнее обычного.

– А ты?

– За тобой приглядываю!

– Не стоило.

– Разве? Чего ты здесь вынюхиваешь?!

– Я заблудился.

– Ага, рассказывай. Пойдешь со мной! – Джек попытался схватить Тома за шиворот, но тот увернулся.

– Никуда я с тобой не пойду.

Том хотел было дать деру, но не успел. Джек набросился на него с кулаками. Огарок свечи полетел на пол и угас. Томасу еще не приходилось драться. Оборонялся он храбро, но не слишком умело. Соперник превосходил его в мастерстве. Драка, скорее всего, закончилась бы для Тома плачевно, если бы вновь не раздался шум приближающихся шагов.

Джек резко отступил и скрылся. Томас, лежавший на полу, успел только поднять глаза. Тень, та самая тень нависла прямо над ним!

Том дернулся и собирался последовать примеру Джека, но тут в свете свечи разглядел золотую оправу очков, белый чепчик и накрахмаленный фартук.

– М-мисс? – испуганно спросил мальчик.

Дама ничего не ответила, а лишь протянула руку, чтобы помочь Тому подняться на ноги. Ухватившись за теплую маленькую ладонь незнакомки, мальчик убедился, что перед ним точно не сумрачное видение.

Жестом пригласив Томаса следовать за собой, дама развернулась и, прихрамывая, направилась вперед по коридору. Прихватив с собой огарок, брошенный Джеком, Том принял безмолвное приглашение.

Вскоре они оказались в причудливой маленькой комнатке. Причудливой оттого, что комнатка эта была полна старых игрушек, да и все в ней казалось игрушечным: маленькая кроватка с кучей подушечек разных размеров, сложенных пирамидкой; низкий столик, миниатюрная софа в стиле рококо и такое же креслице… Впрочем, параметры комнатки вполне соответствовали своей приземистой хозяйке.

Незнакомка помогла Тому обработать свежие синяки и ссадины мятной мазью, напоила мальчика молоком (не цветочным, а самым обыкновенным), и угостила кусочком рахат-лукума.

Перед тем, как покинуть это необычное место, Томас подошел к окну. Оно выходило во двор.

– Это были вы? Днем, во время прогулки. Вы смотрели на нас через окно? – осторожно спросил он.

Дама кивнула и огоньки от светильника шевельнулись в затемненных стеклах ее очков.

– Как вас зовут?

Дама подвела мальчика к низенькому шкафчику, полки которого были заполнены игрушками, статуэтками и всяческими безделушками. В числе этих богатств стояла шкатулка-рояль. «Милая Нэн», – было выгравировано на корпусе.

– Нэн, – прочитал мальчик. – А я Том. Приятно познакомиться.

После того как знакомство состоялось, Нэн проводила Тома до комнат воспитанников. Оказавшись в отведенной ему постели, мальчик мгновенно уснул.

Глава 3. Негласные правила

На другой день Том то и дело поглядывал по сторонам, в надежде мельком заметить накрахмаленный фартук, однако новая знакомая не появлялась. Мальчик гнал от себя мысль о том, что видел Нэн и ее комнатушку во сне, а не наяву.

Улучив момент, когда классная комната почти опустела, Томас подошел к парте всезнающей особы с косичками.

– Ты знаешь, где мисс Нэнси?

– Кто? – удивилась Кессиди, подняв голову от книги.

– Мисс Нэнси. Невысокая дама в очках и чепце.

– А-а, няня. Значит, ты ее видел, – произнесла Кесс таким тоном, словно в произошедшем было что-то необычное.

– Ну да, – в замешательстве подтвердил Том.

– Удивительно, что тебе удалось увидеть ее так скоро. Некоторые не замечают няню неделями.

– Почему?

– Она – невидимка, хоть и всегда рядом. Кто, по-твоему, стирает и готовит?

– Я об этом не задумывался.

– То-то же. Это все Нэн. Она хорошая и успевает кучу дел. Без нее наш привычный распорядок был бы невозможен.

– Но как при этом ей удается оставаться незаметной?

– Не знаю, – пожала плечами Кесс. – Такой уж она человек.

– Как я могу с ней поговорить?

– Никак. Она немая.

– Ну а увидеть?

– Ничего не выйдет, пока она сама не решит тебе показаться. Обычно няня контактирует только с дежурными. И вот еще что, Том… – Кессиди вдруг стала серьезной. – Даже если ты снова увидишь Нэн, не стоит во всеуслышание говорить о ней. Это что-то вроде негласного правила.

– Что за глупость?

– Откуда мне знать? Это не я придумала. Просто имей в виду.

Томас задумался над словами Кессиди. На первый взгляд, Нэн будто вовсе не существовало, но следы ее присутствия можно было обнаружить по всему приюту. Полы в спальнях, гостиной и столовой всегда были чистыми. В шкафах лежали выстиранные и выглаженные комплекты белья и одежды. В назначенные часы на кухне всегда стояла приготовленная еда, а дежурным оставалось только подать ее на стол. Камин в гостиной оказывался уже растопленным всякий раз, когда это требовалось.

– Кесс, а как ты оказалась в приюте? – вдруг спросил Том.

Он до сих пор не смог припомнить, как сам здесь очутился. Томас никогда прежде не замечал за собой провалов в памяти, и этот пробел ему сильно досаждал.

– Кажется, я уже говорила, что меня нашла мисс.

– Да, но как получилось, что ты потерялась?

– Ты ведь знаешь, что от любопытства кошка сдохла? – в голосе Кесс проскочили высокомерные нотки.

– Но все выяснив, она воскресла¹, – не растерялся Том.

– Во-первых, у кошек девять жизней, а у тебя нет. А во-вторых, это еще одно негласное правило. Большинство предпочитает не распространятся о таких подробностях, чтобы не тосковать лишний раз, – договорив, Кессиди заметно помрачнела, задумавшись о чем-то своем.

Видя состояние, в которое погрузилась Кесс, Тому стало стыдно, что он затронул эту тему. Он извинился и поспешил занять свое место, ведь прозвенел звонок.

Глава 4. Буря

Сильный порыв ветра расплел одну из кос Кессиди и, подхватив серую ленту, поднял ее высоко-высоко, а затем унес прочь.

– Ветер переменился, – негромко заметила Кесс, задрав голову к внезапно потемневшему небу.

– Все в дом, – строго сказала мисс Редфелс, появившись в дверях.

Учительница казалась обеспокоенной. Для Тома было в новинку, что мисс вышла за ними во двор. Обычно она давала звонок из классной комнаты.

– Ступайте в класс и возьмите все необходимое для самостоятельной работы, а затем спускайтесь в малую гостиную, – распорядилась мисс.

Не прошло и пятнадцати минут, как все воспитанники уже сидели в комнате, в которой Том не бывал прежде.

Малая гостиная оказалась уменьшенной копией большой гостиной, но за бархатными портьерами не было окон, за исключением одного единственного узкого витражного оконца. В остальном – все те же деревянные панели и зеленые обои с цветочным орнаментом; те же диванчики и кресла, кофейные столики, книжные шкафы; тот же камин и клавикорд.

– Почему мы здесь? – тихонько спросил Том у Кесс.

– Мы всегда приходим сюда во время бурь. Однажды ветер был такой силы, что треснули стекла в классной комнате. Здесь безопаснее.

С заданием Томас справился быстро. Уроки пока давались ему легко, так как все то, что только начинали проходить другие воспитанники, Том уже освоил дома.

Мальчик бесцельно разглядывал все вокруг, раздумывая, чем бы еще себя занять. Взгляд Томаса упал на Джека. Тот занял самое удобное, по мнению Тома, место для выполнения домашней работы – за письменным столом. Остальные дети ютились за низкими столиками, неизбежно задевая друг друга локтями и постоянно рискуя разлить чернила или поставить где-нибудь кляксу.

После ночной стычки в коридоре ребята не обмолвились и словом. Джек вел себя как ни в чем не бывало, не обращая на Тома никакого внимания. Тому тоже не очень-то хотелось налаживать связь с этим хмурым типом. Однако сейчас от грозного вида Джека не осталось и следа. Мальчишка выглядел чрезвычайно озадаченным. Сгорбившись над тетрадью, он то и дело потирал свой широкий лоб. Том догадался, что у Джека возникли трудности с одной из задач.

Вспомнив слова своего дяди о том, что первое впечатление порой бывает обманчивым, Том подошел к письменному столу.

– Тебе помочь?

– С чего ты взял, что мне нужна твоя помощь?

– Вот тут неверно, – спокойно заметил Том, заглянув в тетрадь Джека. – Давай подскажу.

Томас взял карандаш и исправил ошибку в примере.

– Спасибо, – пробормотал Джек и, благодаря замечанию Тома, быстро подправил оставшиеся примеры. – Но не думай, что мы теперь друзья.

– Мне хватит и того, что мы не враги.

– А ты не слоняйся больше после отбоя, – шепнул Джек.

– Ты ведь не рассказал об этом мисс. Не хотел, чтобы тоже попало?

– Просто я не доносчик. Но с нарушением правил мириться не буду. Понял?

– Не совсем. Почему тебя так волнует их соблюдение?

– Не хочу, чтобы мисс Редфелс разочаровалась в нас. Да не смотри ты так! Я знаю, что тебе здесь не нравится. Но вот что я тебе скажу: наш приют – достойное место, и мы должны быть благодарны мисс за то, что она содержит нас тут задаром, кормит, учит и одевает. Хочешь – беги, только не тяни за собой остальных.

Томас недоумевал. Что за жизнь была у Джека прежде, если он боготворит мисс Редфелс?

– Ты помнишь, как здесь оказался? – с опаской спросил Том, нарушив негласное правило.

– Конечно. Мисс появилась на пороге работного дома, где я прозябал, и предложила пойти с ней. И я пошел. Ты знаешь, что такое работный дом?

– Да.

– Ни черта ты не знаешь! Это очень паршивое место, где к людям относятся хуже, чем к скоту. Поверь мне.

Джек был прав. Томас почти ничего не знал о работных домах, кроме того, что там живут бедняки, которым больше некуда пойти.

Том вспомнил, как однажды они с дядей искали некоего джентльмена и зашли в замызганный паб на пристани. Внутри стоял такой смрад, что у Тома заслезились глаза. Неисправный дымоход и опасность удушья ничуть не пугали завсегдатаев этого заведения. Большие темные фигуры восседали за липкими столами и стучали кружками, в то время как маленькие тени метались у самого пола. Томас пригляделся и понял, что под столами ползали тощие мальчишки, собиравшие окурки.

– Не найдется ли пары пенсов у юного мастера? – спросил один из оборванцев, заметив Томаса.

Том пока не носил при себе денег.

– Тогда, может, платок?

– Вряд ли он поможет тебе очиститься, – всмотревшись в чумазое лицо мальчишки, ответил Том.

– Не поможет, зато обернется добрым ужином, а если повезет, то не одним.

Том поинтересовался, когда его собеседник ел в последний раз.

– Не помню, – мальчишка простодушно пожал плечами. – Наверное, вчера утром.

Тогда Томас достал из кармана свой белоснежный носовой платок и отдал его незнакомцу. Оборванец осыпал Тома благодарностями и скрылся в клубах дыма. Том знал, что может понести наказание за потерю платка, но не смог поступить иначе.

Воспоминания Тома прервал шум распахнувшегося окна. Мощный вихрь принес опавшие листья и устроил переполох в комнате. Джек первым оказался у окошка и с трудом закрыл его.

– Сильная гадина, – хмыкнул Джек. – Все беснуется!

– Ты о ветре? – удивился Томас.

– Нет, о Черной Шейле.

Глава 5. Черная Шейла

– Ты что же, не слышал о Черной Шейле?

– Джек, не называй ее имя вслух! – вмешалась Аллин – самая младшая из воспитанниц.

– Не бойся, – Кесс успокаивающе погладила Аллин по голове, – ей сюда не пробраться.

– Вы что же, все в нее верите? – воскликнул изумленный Томас.

Упоминание о Черной Шейле вдруг вызвало всеобщее оживление. Дети позабыли про заданные уроки и принялись наперебой рассказывать страшные истории. В этом шуме было сложно что-либо разобрать.

– Тихо вы! – остановил всех Джек. – Давайте по очереди! Сейчас я расскажу про Шейлу, а после каждый желающий сможет дополнить мой рассказ.

– Почему это ты первый?!

– Потому что я самый высокий! Понятно?

Общество в малой гостиной решило принять аргумент Джека, и тот начал свой рассказ:

– Черная Шейла – старая жуткая ведьма. Говорят, она пришла на туманные острова еще во времена друидов. Когда-то ее звали иначе, но уже никто и не вспомнит того имени. Ее прозвали Черной, потому что она умеет превращаться в черную сову. Когда на землю приходят западные ветра, Черная Шейла выбирается из своего логова и нападает на детей. А если долго стоит безветрие, то ведьма сама может вызвать бурю.

Я знал одного старьевщика по имени Грег. Он появлялся со своей тележкой на улице только в полный штиль. Стоило подуть хотя бы легкому ветерку, как старик бежал домой со всех ног. Как-то я спросил его, в чем причина. «Никогда не знаешь, что принесет ветер», – ответил Грег и рассказал мне историю, которая приключилась с ним, когда он был мальчишкой.

Однажды Грег пошел в лес за хворостом. На обратном пути внезапно поднялся ветер – настолько сильный, что Грег едва держался на ногах. Жестокий вихрь выбил из рук путника связку прутьев и сорвал шляпу с его головы. Вдруг раздался чудовищный крик, а потом в потемневшем небе появилась черная птица. Она набросилась на Грега, вцепилась ему в голову и принялась клевать! Шейла убила бы бедолагу, если бы на помощь ему не подоспел монах, возвращавшийся в свой монастырь по той же дороге. Монах отогнал ведьму божьим словом. Но Черная Шейла успела оттяпать у бедняги один глаз. С тех пор Грег всегда носил повязку и не высовывался в ветреную погоду. Так-то!

Стоило Джеку закончить рассказ, как свет замерцал и угас. Гостиная погрузилась в полумрак.

– Что это? – испуганно прошептала Аллин.

– Это Черная Шейла пришла за тобой! – злорадно расхохотались проказливые двойняшки Роб и Мэри.

Вдруг лязгнула оконная рама, и звякнул витраж. Крупная черная птица влетела в комнату вместе с сильным порывом ветра. С жутким воплем она метнулась в сторону Кессиди. Девочка вскрикнула. Тут мелькнуло еще одно черное пятно. Существо сбило птицу, не дав ей добраться до Кесс.

Черные создания сцепились в яростной схватке. Послышались дикие рыки, крики, хлопки. Перья и клочки шерсти поблескивали в тусклом свете, отлетая в разные стороны.

Том сдернул плотную скатерть со столика и набросил на обезумевших зверей. Птица вырвалась первой, откинув ткань могучими крыльями. Вспорхнула и вылетела в окно. Кошка выскочила следом за ней – и все закончилось.

– Это все вы! – всхлипнув, Аллин указала на двойняшек. – Вы призвали ведьму!

– Никого мы не призывали! – хором ответили Роб и Мэри, прижавшись друг к другу.

Двойняшки сами тряслись от страха.

– Нужно позвать мисс Редфелс! – воскликнула Мэри.

– Правильно! – поддержал сестру Роб.

– Эй, постойте! – окликнул их Джек.

Но двойняшки уже подскочили к выходу. Мэри опустила ручку, дверь не поддалась.

– Никак.

– Дай я! – оттолкнув сестру в сторону, Роб сам подергал за ручку.

– Убедился? Заперто!

В это время Том отыскал увесистый канделябр с футляром для спичек. Он зажег свечи и взял одну из них в руки.

В гостиной воцарилась суматоха: кто-то плакал, кто-то прятался под столом, кто-то наматывал круги. Двойняшки спорили с Аллин, выясняя, кто виноват в появлении существ и как теперь объяснить мисс Редфелс, кто разбил окно. Джек безуспешно пытался всех успокоить.

Кессиди, обычно опекавшая остальных, сейчас сидела неподвижно и молчала. Откинувшись на спинку дивана, она смотрела прямо перед собой.

– Что с тобой, Кесс? – обеспокоенно спросил Том, приблизившись.

Свет свечи упал на побледневшее личико, подчеркнув выступившие круги под глазами.

– Это все испуг. Ничего, пройдет, – слабо отозвалась девочка. – Мне бы только глоточек молока…

– Дверь закрыта, но я что-нибудь придумаю!

– Не нужно. Няня уже все принесла.

– А? – Том оглянулся.

Нэн поблизости не наблюдалось. Том не слышал ни шагов, ни того, как открывались и закрывались двери. Но тележка с посудой и выпечкой, появившаяся у входа, указывала на то, что няня побывала здесь.

«И все-таки, как Нэн это удается?» – подумал Томас, вдыхая аромат яблочного пирога.

***

Поужинав, дети немного успокоились. Споры и хныканья прекратились. Ветер за окном стих, и только разбитый витраж напоминал о странном происшествии.

Томас держал в руках чашку с молоком от кошмаров, раздумывая, куда бы на этот раз вылить ненавистный отвар.

Дверь в гостиную со скрипом отворилась. В чернеющем проеме стояла мисс Редфелс, закутанная в пушистую темную шаль до самого пола.

– Все выпили свое молоко?

– Да, – хором ответили дети, дружно подняв чашки вверх дном.

Только Томас стоял неподвижно. Его чашка была полна молока. Он не смог бы повторить за всеми, не пролив напиток. Мысленно проклиная еще одно негласное правило, Том надеялся, что при таком слабом освещении учительница ничего не заметит. К несчастью, она заметила.

– А ты, Томас?

Тому показалось, что в интонации мисс промелькнуло что-то зловещее. Мальчик сообразил, что ему несдобровать, если он сейчас же не проглотит свою порцию.

Глубоко вздохнув, Томас залпом осушил чашку и поднял ее также, как все остальные.

– Вот и славно. Надеюсь, впредь ты будешь делать это без моей просьбы. Ведь так?

Этот последний вопрос мисс Редфелс задала как будто нарочно, чтобы убедиться, что Томас проглотил отвар. Ее лицо скрывала темнота, но Том чувствовал, что она пронзает его взглядом.

– Да, мисс.

***

Прихватив с собой тетрадь и карандаш, Томас забрался в постель. Он сделал запись и задумался. Том ругал себя за то, что не осмелился хоть что-нибудь спросить у мисс Редфелс. Хотя бы о том, откуда в приюте взялась черная кошка… А впрочем, наверняка учительница не поверила бы его рассказу. Взрослые никогда не верят детям, когда случается что-то чудесатое. Так пишут в книгах.

Мальчик хотел написать что-то еще, но мысли его путались, а глаза слипались. Томас отложил карандаш и крепко уснул.

***

Наутро Томас проснулся обеспокоенным. Он резко сел, уронив тетрадь на пол. Мальчик склонился, чтобы поднять вещь, и выхватил взглядом единственную надпись на открывшейся странице: «Кошка сражалась с совой во время бури».

Томас нахмурился. Он узнал свой почерк, но совсем не помнил к чему написал это. Какая еще кошка?

– Эй, Джек, – начал Том, видя, что сосед тоже проснулся, – что вчера случилось во время бури?

– А ты уже забыл? – хмыкнул Джек. – Напугал я всех россказнями про Черную Шейлу, – он зевнул, потягиваясь. – Еще и окно разбилось от ветра, а все подумали, будто это ведьма натворила.

– А тот старьевщик… Грег…. Он правда ее видел? – вдруг спросил Том, припомнив страшный рассказ.

– Кто знает? Но глаз он где-то потерял – это точно.

Глава 6. Странный подарок

– Сегодня будет самостоятельная работа в библиотеке, – оповестила всех Кессиди.

– А где мисс Редфелс? – спросил Том негромко.

На завтраке учительницы не было, но все вели себя как ни в чем не бывало и не упоминали об этом вслух.

– Она нездорова, – ответив, Кесс закашлялась.

Девочка сама выглядела неважно: ясные глаза поблекли, с фарфоровых щек пропал легкий румянец.

– Тебе тоже нехорошо? Может стоило остаться в постели? – заботливо уточнил Том.

– Я уже отпросилась у мисс, поэтому не пойду с вами.

***

– Здорово, что нас отправили в библиотеку! У меня как раз выпал зуб! – радостно воскликнула Мэри, когда все шли по коридору.

– Повезло, – хмуро отозвался Роб, словно недовольный тем, что зуб выпал не у него. – И что ты попросишь?

– Я еще не придумала. Вот ты бы чего попросил, Том?

– Попросил? У кого? – удивился Томас.

– Как у кого?! – Мэри уставилась на Тома с таким видом, будто тот не умел считать до ста. – У маленького народца!

– Разве они живут в библиотеке?

– Ну конечно! Где они только не живут, – хихикнула Мэри.

– Хочешь сказать, что в обмен на зуб они могут что-то принести? – сообразил Томас.

– Разумеется! Мы уже несколько раз такое проделывали. Правда, Роб?

– Ага. Иногда они приносят монеты, иногда орехи, иногда сласти.

– Да, да! А иногда даже то, что попросишь! – просияла Мэри. – Так что бы ты загадал?

Томас пожал плечами. Разумеется, как всякий ребенок с туманных островов, он слышал о маленьком народце, однако никогда не воспринимал эти сказки всерьез.

Уже в библиотеке Тома вдруг осенило: он же мог сообщить мисс почтовый адрес своих родных! Мальчик положил перед собой чистый лист с намерением написать его, но замер в нерешительности.

Номера домов, названия улиц путались у него в голове. Как такое могло произойти? Том был уверен, что совсем недавно мог без труда назвать не только точный адрес отчего дома, но и адрес дядиной квартиры и еще десяток адресов родственников и друзей семьи.

Дядя! Дядя работает в больнице! Том быстро записал: «Приют Св. Георгия. Доктор Эдвард Доу».

Оставалось только попросить мисс Редфелс отправить письмо в лечебницу, и тогда Том сможет вернуться домой.

– Ну Роб! – захныкала Мэри, пытаясь заглянуть в тетрадь брата. – Дай посмотреть! Я не понимаю!

– Потрудись подумать сама!

Роб вскочил и убежал за другой стол, подальше от Мэри.

– Предатель! – крикнула Мэри ему вслед. – Вот попрошу народец принести мне другого брата! Посмотрим, как ты тогда запоешь!

– Хочешь, я тебе помогу? – Том сел на место Роба.

– Ты? Ты дашь мне переписать? – заулыбалась Мэри.

– Нет, – спокойно ответил Том, – я подскажу, чтобы ты решила сама. Если продолжишь списывать у Роба, то так и не научишься.

– Математика – это для мальчишек! – всплеснула руками Мэри.

– Разве мисс Редфелс мальчишка? – улыбнулся Том.

– Нет. Она самая настоящая леди.

– Ну раз самая настоящая леди умеет решать задачи, почему бы и тебе не попробовать?

– Ладно, – неохотно согласилась Мэри.

***

– Получилось! – Мэри захлопала в ладоши. – Ты – чудо, Том! Ты уже можешь быть учителем!

– Я рад, что смог помочь, – скромно отозвался мальчик.

– Теперь мне не придется клянчить у Роба. Спасибо! Спасибо! Спасибо тебе! – Мэри крепко обняла Тома. Мальчик, не привыкший к такому проявлению чувств, даже смутился.

– А знаешь… Раз ты помог мне, то вот! – Мэри вдруг вытащила из кармана носовой платок и положила его на стол.

– Что это?

– Зуб, – заговорщически прошептала Мэри, приподняв край платка. – Можешь попросить чего-нибудь у маленького народца.

– Даже не знаю… – растерялся Том.

– Если решишься, то сделай так. Приди сюда, как стемнеет. Но так, чтобы никто не видел. Возьми любимую книгу, ну или хотя бы ту, которую читал, и положи туда зуб. Потом можешь прошептать над книгой свое пожелание. Если ничего не загадаешь, то, скорее всего, получишь пару монет. После этого уходи, не оглядываясь. Оглянешься – все насмарку! Понял?

– Кажется, да.

– Уже на следующий день вместо зуба будет лежать подарок. Главное, не забудь название книги.

Томас кивнул.

– Лучше выбери книгу днем, чтобы не пришлось искать ее в темноте по всем полкам. И хорошо подумай, что загадать. Вряд ли они принесут что-то крупнее того, что может уместиться в книге.

***

Из вежливости Томас принял странный подарок Мэри. Но мальчика волновало дело куда поважнее, чем подношение маленькому народцу. Он решил поговорить с мисс Редфелс по поводу письма.

С одной стороны, Тому было неловко беспокоить мисс во время болезни. С другой, он не мог сидеть сложа руки, ведь родные наверняка его ищут и очень волнуются.

Вдохнув в грудь побольше воздуха, Томас постучал в дверь мисс Редфелс. Ответа не последовало, но через несколько секунд послышались медленные шаги.

Дверь отворилась.

На пороге возникла мисс Редфелс, вновь укутанная в длинную шаль. Увидев ее мертвенно бледное лицо, Томас вздрогнул. Ему даже показалось, что учительница выглядит много старше, чем обычно. На лбу появились складки, а в уголках глаз и вокруг рта выступила паутинка.

– Простите, что беспокою, – нерешительно начал Том, но, посмотрев в глаза мисс, замолк.

Мальчика вдруг охватил необъяснимый ужас. Ему захотелось убежать прочь – как можно дальше от этой двери, от этого тяжелого взгляда.

В глазах мисс Редфелс таилось что-то нечеловеческое. Что-то темное, ненормальное.

– Вот, – Том протянул сложенный листок, стараясь унять дрожь.

Она приняла бумагу молча. И вновь уставилась на Тома, как пантера на детеныша косули.

– Я записал название лечебницы, где работает мой дядя. И его имя.

Мисс Редфелс не проронила ни слова. Она не сводила с Томаса своих страшных глаз.

– Я подумал, что вы могли бы написать туда. Если вас это не затруднит…

– Ты не помнишь, как попал сюда? – наконец, произнесла мисс стальным тоном.

– Нет, мисс. Я надеялся, что вы мне объясните…

– Тут нечего объяснять. О некоторых вещах лучше не вспоминать.

Том не мог с этим согласиться. Он хотел вспомнить. Но понял, что мисс Редфелс ничего не расскажет. И ему очень не хотелось злить ее расспросами.

– Так вы напишете моему дяде? – робко спросил Том.

– Я попробую. Но не могу ничего обещать.

– Спасибо, мисс.

– Надеюсь, ты не будешь принимать спонтанных решений, Том.

– Спонтанных решений, мисс?

– Ты ведь ничего не знаешь о жизни на улице. Спроси как-нибудь Джека, каково ему было, – с этими словами мисс захлопнула дверь перед носом Тома.

Мальчик застыл в оцепенении.

Она знала! Знала, что он хочет бежать! О чем ей еще известно?! О неудавшейся попытке побега? О прогулках после отбоя?

Томас схватился за голову. Здесь, в приюте, явно было что-то не так! И Том вознамерился выяснить, что именно. Вот только где искать ответы?

Тут Том нащупал в кармане подарок Мэри.

«Может, они подскажут?» – подумал мальчик.

Глава 7. Между строк

Дождавшись, пока все уснут, Томас выскользнул в коридор.

Мальчик прихватил с собой огарок свечи, но не зажег его. На пути в библиотеку было достаточно окон, а свет луны в ту ночь был особенно ярок.

Ночью облик приюта всегда менялся. С наступлением темноты проступали все особенно мрачные черты, которые не заметишь в дневном освещении. От этой перемены Томасу всегда становилось не по себе. Мальчик шел на цыпочках, постоянно прислушиваясь, но коридор, казалось, сам пребывал в глубоком сне.

Массивная библиотечная дверь протяжно скрипнула. Томас вздрогнул и юркнул внутрь. Здесь тоже было тихо. Пахло старой и новой бумагой, типографской краской и чем-то еще. Том подумал, что это аромат бесчисленных историй, спящих на страницах книг.

Чиркнула спичка. Тусклый огонек в руках Тома не мог развеять густую темноту. Благо Томас, послушавшись совета Мэри, заранее выбрал книгу и запомнил ее местоположение. На ощупь добравшись до нужной полки, мальчик осветил корешки книг.

«The Adventures of Oliver Twist – Dickens»², – сверкнули золоченые буквы на одной из книг.

Поставив свечу на стол, Том достал книгу и распахнул ее. Вытряхнув молочный зуб Мэри из платка, мальчик склонился над книгой и прошептал:

– Желаю знать, что скрыто в этом доме. Где мне искать?

Произнеся слова, Томас осторожно закрыл книгу и поставил ее обратно на полку. Развернувшись, мальчик уже собирался уходить, как вдруг застыл на месте. Ему почудился какой-то шорох в дальнем конце библиотеки. Схватив свечу, Том устремился к выходу, не оглядываясь.

Оказавшись в коридоре, он услышал другой звук. Это скрипели половицы от чьих-то шагов. Отступать было некуда: за большими дверями по-прежнему шуршали, поэтому о возвращении в библиотеку не могло быть и речи. Томас почувствовал себя в западне. Затушив свечу, мальчик вжался в глубокий дверной проем, надеясь слиться с темнотой.

Мимо проплыла белая ночная сорочка. Том прищурился и различил густые волнистые волосы, как на картинах прерафаэлитов. Такой шевелюрой обладала только одна из воспитанниц.

– Джейн, – прошептал Томас.

Девочка, казалось, вовсе не слышала его.

– Дже-е-ейн! – позвал Том чуть громче, но она не откликнулась.

«Да что это с ней?» – подумал он.

Мальчик догнал молчунью, заглянул ей в лицо и вздрогнул: глаза Джейн были приоткрыты, за длинными ресницами скрывался остекленевший взгляд.

Том ни разу в жизни не видел, чтобы кто-то ходил во сне, но слышал, что сомнамбул нельзя будить. Он тихонько потянул Джейн за край рукава, надеясь сменить направление ее движения, но тут девочка заговорила:

– Нет-нет, Майлз! Нам нужно идти! Нас зовут!

– Нам нужно обратно! – Том попытался развернуть Джейн за плечи.

– Нет! – девочка оттолкнула Тома. – Плохой! Плохой Майлз!

Томас и глазом моргнуть не успел, как ночная сорочка исчезла за поворотом.

– Джейн! Постой! – воскликнул Том вполголоса.

Он уже хотел броситься следом за Джейн, как вдруг чья-то теплая мягкая ладонь опустилась ему на плечо.

Сердце Тома чуть не выпрыгнуло из груди. Обернувшись, в свете чужой свечи он увидел уже знакомую золотую оправу очков.

– Нэн! – выдохнул Томас. – Джейн! Она куда-то уходит! Нужно ее остановить! Если мисс поймает ее после отбоя, ничего хорошего не жди!

Нэн приложила палец к своим тонким губам, призывая Тома к тишине.

Томас замолк, вопросительно глядя на няню. Нэн указала рукой в обратную сторону.

– Я должен вернуться в спальню?

Нэн кивнула.

– Но как же Джейн?

Нэн приложила руку к груди.

– Вы приглядите за ней?

Нэн вновь кивнула, на этот раз как-то неуверенно.

– Может, все-таки пойдем вместе?

Няня взволнованно замотала головой, вновь указывая в сторону спален. Сейчас она сама казалась ребенком.

– Хорошо, я вернусь, – согласился Том.

Нэн опустила ладонь ему на макушку.

Тому совсем не хотелось доставлять Нэн лишние хлопоты. Мальчик почти ничего не знал о няне, но почему-то доверился ей. Было что-то в этой кроткой маленькой даме, что позволило Тому проникнуться к ней с первой встречи.

– Спокойной ночи, Нэн, – прошептал Томас, прежде чем уйти.

Оказавшись в своей постели, Том долго не мог уснуть. Он все прислушивался и прислушивался, не возвращаются ли Нэн с Джейн обратно. Томаса терзало смутное беспокойство, которое он не в силах был объяснить. Он все думал о Джейн, о том, кто такой этот Майлз, и о том, кто же их звал. Однако усталость все-таки взяла верх, и Томас сам не заметил, как заснул.

***

Наутро Тома разбудил звонкий голосок Мэри.

– Роб! Роооб! – не унималась шумная двойняшка, тряся брата за плечо. – Погляди! Погляди, что нам оставила Джейн!

– Отстань! – сонно отозвался Роб. – Дай поспать! И вообще-то, это не девчачья спальня. Проваливай!

– Ой, подумаешь! – надувшись, Мэри сложила руки на груди.

– В чем дело? – спросил Томас, протерев глаза.

– А, Том! Я пришла показать Робу, какой альбом оставила мне Джейн перед отъездом.

– Перед отъездом?! – сонливость Тома как рукой сняло.

– Ну да, – удивленно откликнулась Мэри.

– Когда?! Когда это случилось?!

– Рано утром.

– Ты видела, как Джейн уезжала?

– Нет. Когда я проснулась, на моей кровати лежал ее альбом для растений. А внутри записка: «Для Мэри». Очень жаль, что Джейн пришлось уехать, не попрощавшись. Наверняка мисс запретила ей нас будить.

Слова Мэри повергли Томаса в глубокие раздумья. Еще один воспитанник внезапно покинул приют. Неужели Том зря доверился Нэн? Или здесь дело в чем-то другом?

– Кстати, Томас… Ты ходил в библиотеку?

Вопрос Мэри вернул Тома в реальность.

Томас вскочил с кровати и, не потрудившись обуться, в одной ночной сорочке понесся в библиотеку. Ему нужны были ответы, и он зацепился за эту сомнительную идею с подношением маленькому народцу, как за спасительную соломинку.

Добравшись до полки с «Оливером Твистом», Том открыл книгу на странице, где оставил зуб. Внутри ничего не было.

Том задрожал – то ли от холода, то ли от досады. Быть может, Мэри просто подшутила над ним?

– Ну что? – из-за угла высунулась запыхавшаяся Мэри, увязавшаяся вслед за Томом. – Что они принесли?

– Ничего, – Том показал девочке книгу.

– Не может быть, – озадаченно проговорила Мэри. – У нас с Робом всегда срабатывало. Ты точно сделал все так, как я тебе рассказывала?

– Точно.

– И не оборачивался?

Томас отрицательно покачал головой.

– Странно… – задумалась Мэри. – Обычно они приносят хоть что-то, даже если не могут исполнить пожелание. Ты загадал что-то конкретное?

Томас не ответил, не желая распространяться о своем желании. Он пролистал всю книгу и тут наткнулся на страницу, заложенную дубовым листом.

– Ну вот! – воскликнула Мэри, схватив лист в руки. – Я же говорила, что они существуют!

Том не разделял радости Мэри. Он не листал книгу прежде и не был уверен, что лист не оставил кто-нибудь из читавших.

– Может он волшебный? – улыбнулась Мэри, разглядывая сухой листочек со всех сторон.

– Сомневаюсь, – хмуро ответил Томас, все еще глядя в книгу. – На вид – самый обычный лист.

– Ну это уже что-то, – Мэри успокаивающе похлопала Тома по плечу. – Не расстраивайся. Если у тебя выпадет зуб, сможешь попробовать снова.

Пробежавшись глазами по тексту, Том уже собирался закрыть книгу, как вдруг обратил внимание, что одно слово было подчеркнуто. Кто-то намеренно провел по бумаге ногтем, оставив едва различимые черточки под словом «подвал».

Том не смог сохранить непроницаемый вид. Глаза его расширились, а уголок губ чуть подскочил вверх.

– Что? Что там? – заметив реакцию Тома, Мэри заглянула ему через плечо. – Подвал? Что это значит?

Томас только пожал плечами. Он понял, что слово было подчеркнуто не просто так, но не собирался посвящать в это Мэри.

– Какая-то нелепица, – усмехнулась Мэри. – Только не вздумай бежать в подвал! Всем известно, что маленький народец обожает подшучивать над людьми. Наверняка они только и ждут, чтобы ты купился. У нас в приюте самый скучный подвал на свете: только уголь, дрова и холод. Еще простудишься!

– Не побегу, – успокоил Том Мэри.

«По крайней мере, сейчас», – продолжил он про себя.

Глава 8. Доктор Доу

– Назовите ваше имя.

– Доу. Эдвард Доу.

– Возраст?

– Двадцать восемь.

– Род деятельности?

– Ars medicina³.

Детектив всмотрелся в лицо доктора, омраченное печатью тревоги. Судя по воспаленным глазам и темнеющим пятнам под ними, мистер Доу не спал уже много часов, однако взгляд его, полный смирения, был ясным.

Семейство Доу было весьма известно в городе тем, что подавляющее большинство его представителей строили политическую карьеру. Медицину же такие люди считали занятием, не слишком достойным их высокого положения. Эти обстоятельства выделяли мистера Эдварда Доу и, по мнению детектива, говорили в его пользу. Нужно было обладать немалой стойкостью и смелостью, чтобы противостоять всей семье в выборе своего поприща. А значит, преданность делу можно было считать самой что ни на есть искренней.

– Как зовут пропавшего? – детектив уже и так знал ответ из вчерашнего сухого отчета сослуживцев, однако правила требовали спросить еще раз.

– Томас Доу. Он мой племянник. Мальчик десяти лет.

– Итак, вы утверждаете, что мальчика похитили. Это так?

– Да, сэр.

– Почему вы в этом уверены?

– Я сам видел похитителя. Вернее сказать, похитительницу. Да-да, сэр, вы не ослышались. И особенно странно, что эта женщина – не какая-нибудь лишившаяся рассудка несчастная бездомная, а самая настоящая леди! Я сознаю, что при нынешнем состоянии мои слова могут показаться вам фантазиями подавленного родственника, но прошу вас, выслушайте мой рассказ. Надеюсь, что мои точные описания убедят вас в правдивости произошедшего. А после судите, как вам подскажет ваша профессиональная интуиция и совесть.

Как и многие люди его профессии, детектив умел распознавать ложь. На вранье у него было особое чутье. В поведении и словах доктора он не почувствовал фальши, лишь только тревогу за судьбу пропавшего.

Доктор набрал в легкие побольше воздуха и начал:

– Вчера около семи вечера мы с Томасом и двумя леди отправились на ярмарку, что на Вердж-стрит. Имена дам вы наверняка можете увидеть в отчете ваших коллег, но я повторю их вновь: это миссис Элен Келли и мисс Лорэн Уолтер.

Прежде чем продолжить рассказ, позволю себе уточнить, что Том – крайне разумный ребенок для своего возраста. Ранее я часто брал его с собой на различные прогулки, и он всегда вел себя как подобает сыну джентльмена, поэтому я готов поручиться, что сбежать сам из шалости или в силу каких-либо других причин он не мог.

Погуляв меж рядов, мы забрели в Восточный павильон. Томасу очень понравился прилавок японского торговца, и мы остановились, чтобы поглядеть на диковинные безделушки. Вскоре внимание дам привлекли веера китайской работы, потому мы отошли от лавки японца на несколько ярдов. Я был уверен, что Томас следует за нами, но, обернувшись, обнаружил, что его нет рядом. Я тут же посмотрел вокруг и увидел, что Том все еще подле японской лавки. Рядом с ним стояла незнакомая мне стройная дама, одетая в модное платье, с зонтиком и в перчатках. Закатное солнце светило мне прямо в глаза, сэр, поэтому описать незнакомку точнее я не смогу. Мне показалось, что они о чем-то беседовали – Том и та дама. Сам не знаю почему, но эта картина вызвала во мне беспокойство. Я поспешил в их сторону, даже не успев сказать что-либо своим спутницам. Но когда я пробрался сквозь толпу зевак к лавке японца, Томаса и незнакомки уже и след простыл… Не знаю, что это было, сэр. Будто они просто испарились.

Детектив внимательно выслушал мистера Доу и задал еще ряд вопросов, сделав порядочно заметок в своем блокноте. Благодаря показаниям доктора в запутанном расследовании кое-что начинало проясняться.

В окрестностях уже пропало несколько детей, но все случаи тщательно скрывались от прессы, дабы не вызвать панику и не мешать следствию.

Перед уходом доктор вдруг остановился и как-то странно посмотрел на детектива, что даже последнему не удалось разгадать значение этого взгляда.

– Позвольте вопрос, сэр.

– Я слушаю.

– Ваша работа может пагубно воздействовать на нервную систему, – заметил мистер Доу сдержанным тоном. – Скажите, вас не мучают кошмары?

– Меня? – усмехнулся детектив. – Никогда! – соврал он.

– Благодарю, – понимающе кивнул доктор, – и надеюсь, вы не оскорблены. Чисто профессиональный интерес.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Полный вариант английской пословицы: «Curiosity killed the cat, but satisfaction brought it back» («Любопытство сгубило кошку, но, удовлетворив его, она воскресла»).

Вернуться

2

«Приключения Оливера Твиста – Диккенс» (англ.).

Вернуться

3

Искусство исцеления (лат.).

Вернуться