Crystal
Цитадель Бурь

Глава 1. Молодой господин из Арденхолда

Мужики, вышедшие с рассветом на поля, толпились вокруг молодого человека, сжавшегося на земле.

– Ты посмотри, живой? – полушепотом заговорил один, подталкивая другого вперед.

– Чудной он какой-то!

Суеверные мужики боялись подойти ближе. Мало того, что на молодом человеке не было одежды, так он к тому же был весь в крови.

Наконец решившись, один из них осторожно подошел к нему, и, склонившись, потряс за плечо.

Молодой человек вздрогнул от прикосновения, и крестьянин в страхе отскочил назад.

– Живой! – в ужасе зашептались мужики.

– Он ранен?

– Кого убил? Почему весь в крови?

Молодой человек уперся руками в землю и попытался подняться. Но это давалось ему с большим трудом. После недолгих попыток и не без помощи крестьян ему удалось сесть.

Пробормотав что-то похожее на "спасибо", молодой человек откинул назад слипшиеся от крови волосы.

Собравшиеся вокруг крестьяне испустили удивленный вздох. А тот мужик, который совсем недавно тормошил его за плечо, в ужасе вперемешку с неверием смотрел на свои руки, бормоча что-то вроде – "я бы не посмел, я не знал".

– Это он! – после недолгого молчания вновь зашептались они.

– Да, ты прав…

– Младший сын Великого Лорда. В Замке второй день все на ушах стоят из-за его исчезновения.

– Это точно он!

Крестьянин стал бледнее смерти. Его руки затряслись от страха. Товарищи смотрели на него с жалостью. Ведь дотронуться до тела благородного господина – это серьезное преступление, за которое его определенно лишат руки.

Крестьянин уже подумывал удариться в бега, как за его спиной раздался властный голос.

– Ну, чего встали, остолопы!? Хотите, чтобы молодой лорд простыл и захворал? Тогда вам точно головы не сносить. Быстро принесите, что-нибудь, чем можно укрыть господина. И отправьте гонца в Арденхолд.

Голос принадлежал высокому мужчине, лет тридцати. Одет он был по-простому – высокие сапоги, штаны из плотной ткани и длинная туника, подпоясанная широким кушаком.

И хотя крестьяне не знали его, слова незнакомца вывели их из оцепенения, и они тут же засуетились. Мужчина тем временем снял свой плащ и накинул его на плечи молодому человеку.

– С вами все хорошо? – участливо спросил он.

Молодой человек не нашелся, что ответить, не сводя с него глаз. Он совсем не понимал, как здесь оказался, кто все эти люди, суетящиеся вокруг него, кто этот незнакомец… да и кто он сам такой?! Его назвали молодым господином, лордом. Но ему это ни о чем не говорило. В голове царил полный хаос и молодой человек с трудом мог собрать обрывки воспоминаний в цельную картину.

И лишь намного позже, когда он увидел богатоодетого человека, приближающегося к нему, в памяти потихоньку начали всплывать отрывки воспоминаний. И первое из них было таким же ярким и болезненным, как и пинок этого господина, от которого молодой человек кубарем слетел со скамьи.

Впрочем, этого богача звали Арнан. Его имя ясно всплыло в голове… Арнан…

– Ах ты бесполезный выродок! – заорал Арнан. – Только и знаешь, как доставлять всем проблемы! Весь замок третий день на ушах стоит! Бесполезный! Бесполезный!

Выкрикивая ругательства, он продолжал избивать молодого человека, втаптывая его в грязь. Крестьяне со смесью ужаса и отвращения наблюдали за происходящим. По ним было заметно, что подобную сцену они видят уже не первый раз.

– Господин Арнан, прошу смилуйтесь, – невесть откуда взявшийся юноша как клещ вцепился в ноги Арнана. – Молодой хозяин не хотел ничего дурного. Пожалуйста!

– Не смей мешать мне, когда я поучаю своего младшего брата!

Арнан только замахнулся, чтобы отбросить паренька, как на его запястье легла чья-то рука, заставив его замереть от неожиданности.

– Милорд, – раздался нежный женский голос. – Думаю, вы уже достаточно наказали этого молодого человека.

Арнан окинул ее быстрым взглядом и, взвесив все за и против, решил пока что отступить. Он не собирался вступать в противостояние с Храмом Света. А судя по одежде этой женщины, она явно была одной из служительниц Бога Света.

– Прошу прощения, госпожа, за то что перед вашим нежным взглядом произошла эта нелицеприятная сцена, – склонив голову, промолвил он. – Благословите меня, госпожа.

– Да прибудет с тобой Свет нашего Господина, – благословила она, коснувшись пальцами его лба.

Крестьяне следом попадали на колени, моля о благословлении служительницы. Пока женщина и ее спутницы благословляли каждого крестьянина, Арнан, как благородный господин этих земель, все это время находился подле нее. Поэтому парнишке и сестрам-служительницам удалось увести молодого человека.

– Господин? Господин Амелл! Вы совсем не узнаете меня? – в который раз паренёк пытался добиться от него внятного ответа. – Это же я, Дункан, ваш верный слуга!

– Узнаю, – устало отмахнулся от него Амелл. – После ударов дорого брата у меня все в голове перемешалось. До сих пор голова кружится… Что?

Глаза Дункана округлились от удивления, когда господин назвал своего истязателя дорогим братом. Раньше только поносил его бранными словами. Да такими, что уши в трубочку сворачивались.

– Господин научился сарказму, – ухмыльнулся Дункан.

Амелл хотел было возразить, но передумал. Склонив голову, он окинул паренька оценивающим взглядом. Странно, но Дункан не производил впечатление слуги. Его вид, манеры, речь говорили об обратном.

– Прекрати эти кривляния, Дункан, – мрачным тоном произнес Амелл.

Глупое выражение исчезло с лица Дункана и он вмиг стал серьезным.

– Великий Лорд доверил мне твою защиту, а я упустил тебя из виду. Где ты пропадал три дня?

– Не помню, – пожал плечами Амелл. – Помню только, как очнулся в поле.

По правде, он и имени своего не помнил, до того момента пока Дункан не обратился к нему. Нехотя, но воспоминания понемногу возвращались к нему.

Меж тем, смочив лоскут белой ткани в теплой воде, Дункан принялся осторожно оттирать от крови и грязи лицо и тело Амелла. И чем дальше, тем более суровым становилось его лицо.

– На тебе совсем нет ран. Это не твоя кровь… Тогда чья? Чем ты все это время занимался?

– Не помню, – в который раз отвечал Амелл.

Он и сам не знал, чья кровь покрывала все его тело. Точно не его, Амелла. Если что и болело у него, так это следы от побоев Арнана. А так видимых ран не наблюдалось.

– Мне доверено защищать тебя, но я должен просто наблюдать, как Арнан и остальные постоянно издеваются над тобой, – продолжал Дункан. – Это неправильно… Останутся синяки.

– Ничего необычного. Я уже привык, – вырвалось у Амелла.

Он тут же пожалел о своих словах, заметив, как вмиг потемнело лицо Дункана. Память услужливо подкидывала ему обрывки воспоминаний из прошлого. Их с Дунканом связывала давняя дружба. Именно поэтому Великий Лорд, отец Амелла, назначил Дункана его личным защитником. Остальные откровенно недолюбливали незаконнорожденного потомка Великого Лорда, который к тому же был лишен родового дара – Искры. Другим словом был "бесполезным ничтожеством".

Амелла озарила внезапная мысль и он недолго думая выхватил меч из ножен Дункана.

– Что…

Дункан замолк на полуслове, увидев что Амелл рассматривает свое отражение на лезвии меча. Дункан не мог припомнить, чтобы Амелл когда-нибудь страдал нарциссизмом. Поэтому происходящее стало для него настоящим потрясением.

Амелл облегченно вздохнул. Да. Именно таким он себя представлял. Только вот из придуманного в голове образа сильно выбивались длинные и растрёпанные волосы.

Но это было ещё не всё. Амелл осторожно провел пальцами по коже от шеи до плеча. И это прикосновение отозвалось в нем болью и жуткими воспоминаниями.

– Должен был остаться след от укуса, – произнес он, задумчиво потирая место предполагаемого укуса.

Он был уверен, что вчера на него набросилось нечто и пыталось разорвать в клочья… или существу это все же удалось и кровь на теле Амелла принадлежала ему самому. Едва он попытался вспомнить произошедшее вчера, как голову пронзила острая боль.

– Амелл? Тебе все еще нехорошо? – в голосе Дункана слышалась тревога.

– Нет, уже прошло…

– Господин.

В сарай вошла одна из служительниц и слегка склонила голову в знак уважения. Хотя по всем правилам не обязана была это делать. Служители Бога Света, верховного божества, были особо почитаемы. В иерархии они стояли на одной ступени с лордами и высшей знатью, а архиепископ наравне с королями. Но по какой-то причине служительницы проявляли по отношению к Амеллу почтение.

– Эти одежды госпожа прислала для вас.

Передав свёрток с одеждой Дункану, служительница поспешила уйти.

К удивлению Амелла, одеяния, подобно тем, что носили сами служители Света, идеально подошли ему, словно действительно ему и предназначались.

Увидев Амелла в белых одеждах, символизирующих чистоту и непорочность, с вышитыми золотом символами Бога Света, Хозяина Солнца, Арнана охватила злость.

– Ты… ты… Да как ты посмел?! – задыхался он от негодования.

– Не гневайтесь, милорд, – мягкий голос жрицы свёл на нет весь гнев Арнана. – Разве эти одеяния не к лицу молодому господину Амеллу? Архиепископ лично приготовила их для него в качестве дара.

– И откуда же Архиепископ знает этого ба… Гхм моего дорогого младшего брата?

Вопрос Арнана был скорее обращён к Амеллу и он понятия не имел, как на него ответить. Он не знал никакого Архиепископа. Из всех присутствующих, кроме Арнана и Дункана, лишь лицо жрицы казалось ему смутно знакомым. Но он никак не мог припомнить, где мог ее видеть.

Жрица решила проигнорировать вопрос Арнана, лишь слегка улыбнулась. У Амелла возникло тревожное предчувствие, что его опять хотят втянуть в неприятности.

И как в воду глядел!

– Арнан, дорогой, какое счастье, что я догнала тебя! – раздался радостный голос милой на вид молодой особы.

Она не спеша подошла к ним и взяла Арнана под руку. Они оба перекинулись заговорческими взглядами.

Амелл скрипнул зубами от злости.

Только Богам ведомо какого труда Амеллу стоило сдержаться. Голос Найлы, а именно так звали невесту Арнана, ее вид вызывали во всем его теле дрожь. Ноги внезапно стали ватными, но Амелл приказал себе замереть, подобно каменному изваянию. Где-то внутри возникло навязчивое желание упасть ей в ноги и молить о прощении. Однако Амелл не поддался ему.

А память услужливо подкидывала ему новую порцию воспоминаний, о том как Найла постоянно измывалась над ним. Ей мало было доставать его днём, так она иногда заявлялась в его комнату ночью, окатывала ледяной водой, выгоняла его на холод или запирала в темнице замка. Если Арнан предпочитал просто избивать его до полусмерти, то пытки Найлы всегда были более изощрёнными. Порой создавалось впечатление, что она ненавидит его больше, чем родной брат. А может ей просто нравилось причинять боль.

Внезапно все эти чувства также резко исчезли, как и появились, а на лице Найлы отразилось непонимание.

Амелл склонил голову набок. В уголках его губ затаилась насмешливая улыбка. У него возникло стойкое ощущение, что все что он вспомнил происходило не с ним, а с другим человеком. Будто все его воспоминания были подделкой.

Найла резко вытянула руку и попыталась схватить Амелла, но тут же резко одернула ее, зашипев от боли.

– Это какой-то обман! Ты чист, непорочен?! Да я никогда не поверю в это! – разъярилась она.

– И тем не менее, – заговорила жрица. – Лишь человек чистый помыслами и душой может носить одеяния, благословленные самим Хозяином Солнца.

– Так это проверка?! – изумился Дункан. – А если бы…

– Молодой господин бы заживо сгорел, – подтвердила его догадку жрица.

Изумлен был не только Дункан, но и Арнан со своей невестой. Вот уж кому было сложно поверить в чистоту души Амелла.

– Хорошо, что молодой господин прошел проверку архиепископа, – продолжила жрица. – Он был избран для сегодняшнего ритуала подношения даров Богу Дождей.

Амелл не знал смеяться ему или плакать. С одной стороны, его забавляло злобное пыхтение Арнана и недовольное лицо его стервы-невесты. С другой стороны, они точно отыграются на нем, когда вернутся в замок. По взгляду Арнана было понятно, что сегодняшняя выходка Амелла не останется безнаказанной. Определенно, нет.

Вспомнить только какой скандал недавно учинила Найла, но была быстро поставлена на место Афиной, жрицей Бога Света. Афина вообще не церемонилась с ней, словно Найла была пустым местом. Однако с Арнаном вела себя уважительно.

К тому же беспокойство вызывал предстоящий ритуал подношений Богу Дождей. А о мотивах, по которым Амелл был выбран в качестве главного действующего лица обряда, стоило только догадываться.

– Могу я узнать, где вы взяли эту вещь?

Голос жрицы, сидевшей в экипаже напротив Амелла, вывел его из раздумий. Он опустил взгляд и понял, что она имеет в виду сложенный у него на коленях плащ.

– Он принадлежит моему благодетелю, – ответил Амелл.

Ну а как он мог ещё назвать того незнакомца? Если бы не он, то Аммелу ещё долго бы пришлось смущать своим видом крестьян. Взгляды Арнана и Найлы тут же будто приковало к плащу с замысловатыми узорами, едва видными из-за слоя пыли и грязи.

Наверное, этот незнакомец бывалый путешественник…

– Вам знакома эта вещь? – предположил Амелл.

– Не совсем, – в уголках губ Афины затаилась улыбка. – А вот письмена знакомы.

– Письмена? – удивился Амелл.

Присмотревшись, он и вправду заметил помимо узоров, тусклые письмена, украшавшие края плаща.

– Похоже, вам довелось повстречать одного из Мудрецов.

– Мудрец? Здесь? Что за глупость! – фыркнул Арнан.

– А кто они, Мудрецы? – всё же спросил Амелл.

– Учёные мужы и женщины, – ответила ему Афина. – Собиратели и хранители знаний. Насколько я знаю, на нашем континенте их всего десять.

Амелл улыбнулся сам себе. Его предположение отчасти оказалось верным. Только подумать – Мудрец! Не из-за этого ли Найла сейчас лопается от зависти?

Вскоре их экипаж остановился у дороги, ведущей к озеру. Не имея больше желания находиться рядом с Арнаном и его невестой, Амелл резво выскочил наружу. Это место показалось ему знакомым – огромное круглое, словно блюдце, озеро, окружённое высокими зелёными елями, отражающимися на гладкой поверхности воды.

– Мы часто сбегали сюда, будучи детьми, – тихо напомнил ему Дункан, бесшумно оказавшись рядом.

Амелл поверил ему на слово. Наверное, так оно и было. Но затаившаяся тоска в голосе Дункана насторожила Амелла. "Мы". Он явно имел ввиду не только их двоих.

– Что я должен делать? – спросил Амелл, как только жрица Афина поравнялась с ними.

– Почти ничего, – ответила она. – Вы должны войти в озеро с подношением. А мы вознесем молитвы Богу Дождя, чтобы он благословил эти земли.

Подношение представляло собой небольшой венок, сплетенный из различных цветов. Как объяснила Афина, каждый из них имел свое значение. Васильки как символ верности, лаванда как символ чистоты и свежести, которую с собой приносит весенний дождь, азалии, как источник энергии Созидания, фиалки как символ мудрости – каждая деталь этого пёстрого подношения несла свой смысл. По словам Афины, Бог Дождя является своим смертным последователям в облике молодого юноши голова которого увенчана таким вот венком.

Амеллу было как-то не по себе. Во всём этом действе ему предстояло сыграть божество. Теперь понятна реакция Арнана и Найлы.

Внезапно нахлынувшая тревога парализовала Амелла. Он стоял на берегу озера по щиколотку в воде и не мог заставить себя сдвинуться с места. Что-то внутри него всей своей сущностью противилось этому.

– Ваше волнение мне понятно, – Афина ободряюще похлопала его по плечу. – Принять участие в таком важном событии можно лишь раз в жизни.

– Действительно, – хмыкнул Амелл.

Уж не намекает ли она, что после обряда он лишится своей "чистоты"?

В теле внезапно появилась лёгкость, и он уверенно шагнул в воду. Определенно эта жрица что-то с ним сделала. Когда она прикоснулась к нему, Амелл почувствовал, как в его тело вливается теплая светлая энергия, подавляя холодную внутри него.

Войдя по колено в озеро, Амелл снял с головы венок и опустил его на воду.

"Богов нет" – вдруг отчетливо осознал он.

Амелл оглянулся. Все они – жрицы, крестьяне – напрасно преклоняют колени и молятся. Никто их не услышит, никто не ответит на их молитвы.

"Богов нет" – эта мысль была такой ясной, что Амелл даже не сомневался в её истинности.

Однако… Ещё минуту назад ясное небо внезапно разверзлось проливным дождем. И это было настоящим чудом. Амелл, закрыв глаза, поднял голову навстречу каплям дождя. Это не иллюзия. Дождь был настоящим.

А потом он услышал в голове голос.

"Цитадель Бурь… Цитадель Бурь."

Перед глазами молодого человека возникло озеро, похожее на это, но в центре него возвышалась древняя стела. И, казалось, этот голос доносился из неё. Кто-то настойчиво звал Амелла.

Амелл открыл глаза и взглянул в сторону Афины. Она смотрела прямо на него с сияющей на губах улыбкой. Кажется, Амелл начал догадываться что именно сейчас произошло, и кто такая на самом деле Афина.

Глава 2. Дорога на Арденхолд

Ранее…

Небо озарилось ослепительным алым огнем. Где-до далеко с печатью барьера Мертвых земель столкнулся метеорит. Земля задрожала.

В это время командир Кейн находился на смотровой вышке и наблюдал за происходящим. Тревожное предчувствие полностью захватило его. Неужели, то, чего они так опасались происходит снова?

– Мне доложить в Арденхолд? – осторожно спросил солдат. – Или Цитадель…

– К черту Цитадель Бурь, – рявкнул Кейн. – Сообщи Великому Лорду, что в Мертвые земли снова упал метеорит.

Уже третий за этот месяц. Выдержит ли печать? Этот метеорит показался Кейну другим, нежели предыдущие. И ударная волна от столкновения с барьером породила куда большие разрушения. Кажется, надвигается что-то зловещее. Как будто активности ведьминского Ковена им было мало.

Совет давно предупреждал, что если печать разрушится, то проклятие Эвиллора, древнего верховного эльфийского правителя, вырвется из Мертвых земель и накроет весь континент.

В прошлом магам с огромным трудом удалось сдержать тёмную энергию и возвести барьер вокруг Мёртвых земель, где раньше располагалась древня столица Империи эльфов. Но секрет его создания уже давно утерян, а большинство выдающихся магов были истреблены людьми. А те, что выжили точно не пойдут на жертву ради выживания человечества.

Одна надежда на силу рода Великого Лорда Айнела из Арденхолда и его потомков.

Здесь становилось опасно, поэтому командир Кейн принял решение вернуться на заставу у замка Арденхолд и всё же предупредить Цитадель Бурь. Ведь если произойдет то, чего он так опасается, крепость станет последним оплотом для тех, кто спасется…

***

Матриарх ведьминского Ковена тоже завороженно наблюдала за падающей звездой с не меньшей тревогой, чем Кейн. Черная Богиня предвидела, что однажды печать разрушится и мир вновь погрузится в Хаос, как много веков назад.

Похоже, время пришло. Ковен должен сыграть свою роль в грядущих событиях. Грядущий катаклизм – это шанс носителям силы Черной Богини вновь выйти из тени и возвыситься.

***

В это же время Предок покинул усыпальницу, в которой он покоился последние несколько веков. Это было довольно странным ощущением – вновь видеть, вдыхать свежий воздух, чувствовать свое тело. Он не знал сколько времени пролежал в саркофаге, пригвожденный к нему мечем, постоянно испытывая агонию без возможности освободиться или умереть. Это поистине было настоящим проклятием, на которое его обрекли близкие ему люди.

Предок улыбнулся и вскинув голову, посмотрел на небо. В это время ночное небо озарили огни от падающих огненных камней.

Черные метеориты? – мысленно изумился Предок. – Я всё ещё сплю или история повторяется?

В прошлом черные метеориты принесли с собой войны и чуму. Почти половина континента и населения были уничтожены этим бедствием, а земли превратились в бесплодные пустоши…

Сейчас…

Мысли о личности Афины всю дорогу до дома не давали Амеллу покоя. Разве это не очевидно, что Афина и есть тот самый архиепископ Церкви Бога Света?! Наверное, поэтому ее лицо показалось Амеллу знакомым. Но почему тогда Афина при встрече ничего не сказала? Должно быть, она скрывает свою личность…

На этом размышления Амелла были грубо прерваны. Раздалось ржание лошадей и следом едва не перевернулся их экипаж.

– Разбойники! – успел предупредить возничий, прежде чем стрела пронзила экипаж аккурат над головой Арнана.

Арнан и Дункан, не сговариваясь, выскочили наружу. Вскоре раздались звуки сражения.

– Они точно сами справятся? – неуверенно пробормотал Амелл. – Почему брат не взял с собой охрану?

– Потому что все наши люди были отправлены на поиски одного идиота, – ответила Найла, неприязненно посмотрев на него. – К тому же на землях Великого лорда не орудуют разбойники…

Последние слова она произнесла слишком уж неуверенно. Амелл просто не мог сидеть сложа руки, но что он мог сделать? Что он вообще может? Помолиться вместе с Афиной? Точно, раз с ними сама архиепископ то ничего плохо случиться не должно.

Когда звуки сражения стихли, Амелл осторожно выбрался из экипажа. Найла и жрица последовали за ним.

– Их было всего четверо? – удивилась Найла.

– Они бились как одержимые, – сплюнул Арнан. – Никогда не видел настолько диких людей.

– Не похожи они на диких. И на разбойников тоже, – произнес Амелл, склонившись над одним из поверженных разбойников. – Скорее… на крестьян.

– Много ты знаешь, щенок, – злобно рыкнул Арнан.

– Соглашусь с молодым господином, – вмешалась Афина. – На разбойников они не похожи. Посмотрите на их одежду. Да и оружия при них нет. Разве разбойники нападают на экипажи с голыми руками?

– А стрела? Кто-то же убил нашего возницу, хотите сказать не разбойники? – задал резонный вопрос Арнан.

Ни у кого не нашлось ответа. Могла ли это быть засада? Амелл не был уверен в этом – засада из безоружных крестьян выглядит слишком уж нелепо. Да и глупо рассчитывать, что четверо крестьян смогли бы совладать с Арнаном или Дунканом. Все же они с детства обучались искусству меча.

Но тогда откуда взялся стрелок? Убийца? И кого же он собирался убить? И что ему помешало? Сплошные вопросы и все без ответа. Трудно было поверить, что целью стрелка был лишь возница.

– Стреляли из леса, – заговорил Дункан. – Но судя по всему стрелок уже ушел.

– С чего ты так решил? – усомнилась Найла. – Может, он притаился и ждет удобного момента.

– Какого момента? Мы тут как на ладони – бери и стреляй в кого пожелаешь, – фыркнул Амелл, устав терпеть ее глупость. – Что-то спугнуло его, или он уже мертв.

– Я проверю, – вызвался Дункан.

– Я пойду с тобой, – последовал за ним Амелл, не имея желания оставаться в обществе брата и его невесты.

Останавливать их никто не стал. Арнан даже слова не сказал против, лишь сверлил спину Амелла злобным взглядом, пока он не скрылся в гуще леса.

– Думаю, кто-то хотел убить Арнана, – заговорил Амелл.

– С чего ты сделал такие выводы? – с подозрением спросил Дункан.

– Больше ничего другого не приходит в голову. Он наследник Великого Лорда, а Найла лишь пустышка, кому придет в голову нанимать убийцу, чтобы избавиться от нее? Проще отравить.

Дункан внезапно остановился, Амелл едва не врезался ему в спину.

– И с чего ты думаешь, что это был наемный убийца? – шепотом спросил его Дункан. Его рука осторожно легла на рукоять меча.

– В тот момент я почувствовал ауру убийства… Что случилось?

Амелл выглянул из-за спины Дункана. То, что предстало перед его глазами не поддавалось никакому объяснению. В десятке шагов от них лежал их незадачливый наемный убийца – Амелл сделал такой вывод по луку, лежащему недалеко от него. Над его телом склонился человек, видимо, один из крестьян. И то, что ужаснуло Амелла больше всего – он пожирал убийцу, отгрызая от него куски плоти.

– Так вот, что помешало стрелку, – тихо заключил Амелл.

Дункан недоверчиво покосился на него. По всем правилам его изнеженный господин уже должен был рухнуть без чувств или в ужасе орать на весь лес. А он тут хладнокровно делает выводы. И ведь ни намека на страх, Амелл лишь брезгливо сморщился.

Неужели, потеря памяти так меняет человека? – мысленно подивился Дункан.

Хоть существо и было занято трапезой, оно все же заметило непрошенных гостей. Точнее, уловило их запах. С резвостью дикой кошки, оно вскочило на ноги и кинулось на Дункана. Амелл мог лишь позавидовать реакции своего защитника. Он лишь сделал один шаг в сторону и взмахнул мечом, разрубив монстра пополам.

– Дункан, ты просто невероятен, – искренне восхитился Амелл. – Такие невероятные навыки. Очень похоже на стиль мечников Империи Аль'Раэль.

– Что ты сказал?! – Дункан изумленно посмотрел на него. – Откуда…

– Дункан, осторожнее! – прервал его Амелл, оттолкнув в сторону.

Существо, широко раскрыв пасть, пролетело между ними. Удивительно, но даже разрубленное пополам, оно было еще живо. Амелл каким-то чудом заметил, как эта тварь оттолкнулось руками от земли и бросилась на них. Лишившись нижней части своего тела, оно оставалось таким же резвым, вновь предприняв попытку наброситься на Дункана. Но он уже был готов к этому и одним ударом отсек существу голову.

– Что за мерзость такая? Оно еще живо? – удивился Амелл, заметив, что отрубленная голова продолжает клацать челюстью и жадно наблюдать за ними своими глазами, налитыми кровью.

– Наверное, какая-то черная магия, – заключил Дункан.

– Магия? Возможно ли, что… О, черт! Нам нужно вернуться. Остальные могут быть в опасности!

Но когда они вернулись к экипажу, то чего опасался Амелл уже свершилось. Найла, дрожа от ужаса, сидела на крыше экипажа с заплаканным лицом. А Арнан, тяжело дыша, стоял посреди кровавого месива из расчлененных тел крестьян. Видимо, выбившись из сил в ожесточенной схватке с монстрами, он рухнул на колени.

Амелл бросился к нему чтобы помочь, но Арнан грубо оттолкнул его.

– Как ты смеешь? – прошипел он. – Убери свои грязные руки, выродок.

Амелл отшатнулся. Представить сложно, откуда у Арнана было столько злобы и ненависти во взгляде. Что такого сделал Амелл, чтобы заслужить такое отношение?

– Что случилось? – спросил Амелл, взяв себя в руки. – Мы нашли стрелка, но он был уже мертв.

– Вскоре после того как вы ушли мертвые восстали и набросились на нас, – ответила ему Афина. – Хвала Светлому Владыке, что господин Арнан был с нами. По вашему взгляду, молодой господин, видно, что вы тоже повстречались с этими существами.

– Вы как всегда правы, – кивнул Амелл. – У вас есть предположение, что это такое? Эти монстры очень живучие.

Амелл не стал вдаваться в подробности того, как они справились с существом в лесу. Одно было ясно, что оно когда-то было человеком. И что-то повлияло на него, обратив в монстра.

– Я полагаю, что какое-то проклятие, – ответила Афина. – Эти люди соприкоснулись с тёмной энергией и обезумели, стали кровожадными. Посмотрите на их глаза. Они не просто налились кровью, они изменились… Очень похоже на одержимость, но я совсем не ощущаю в них демонической энергии. Возможно, стоит отправить останки в Цитадель Бурь, чтобы Придворный маг исследовал их…

– Да как вы можете так хладнокровно рассуждать об этом? – завизжала Найла. – Эти твари едва не разодрали нас! А ты стояла в стороне и наблюдала! Хотела, чтобы мы тут сдохли?!

Амелл вскинул голову, посмотрев на обезумевшую невесту брата. А он уже успел позабыть о ней, но разве эта припадочная даст о себе забыть? Надо отдать Афине должное она не и не собиралась оправдываться, просто проигнорировала Найлу.

– Почему они не нападали на вас? – спросил Арнан. – Будто они боялись вас.

Афина развела руками.

– Я жрица Бога Света. Существа тьмы чувствуют во мне угрозу.

Логично.

Амелл тоже заметил, что существо в лесу так же не нападало на него, а только на Дункана. Были ли тому священные одеяния, которые он носил? Амелл не знал. Оставалось лишь догадываться, а не было ли это спланировано самой госпожой Афиной?

А еще тот убийца. Амелл нащупал в кармане фигурную табличку, которую он незаметно подобрал с тела убийцы, пока Дункан пытался умертвить монстра.

Похоже, это знак Гильдии Убийц. Нужно будет осторожно разузнать об этом.

На данный момент Амелл не был уверен, кому сейчас можно доверять. И потеря памяти тут совсем не к месту. Если с Арнаном и его невестой все понятно – они оба люто ненавидят Амелла и очевидно попытаются превратить его жизнь в ад. То с Дунканом все было сложнее. Нет, Амелл не думал, что Дункан хочет его убить – хотел бы, сделал бы это еще в лесу, когда они были одни. Но он явно что-то скрывал.

Афина еще одна темная лошадка. Благочестивая дама. Она улыбается, ведет себя сдержанно и учтиво, но срывает от всех свою личность. И боги её знают, что ещё она скрывает и чего вообще добивается.

Но больше всего Амелла пугала неизвестность. Впереди маячил замок Великого Лорда, дом Амелла. А значит встреча с отцом и другими обитателями замка, о которых он ничего не помнил. Никто не даст гарантии, что они примут его с распростёртыми объятиями. Скорее всего дома Амелл столкнется со стеной неприязни и отвращения – ведь он позор семьи, бастард и бездарность, в котором нет того самого семейного дара – "Искры".

И Дункан как назло молчит. После событий в лесу он избегает взгляда и разговоров. Ему пришлось занять место возничего и Амелл решил присоседиться к нему, под предлогом, что дорогому братцу нужно больше места, чтобы отдохнуть. Выглядел Арнан действительно неважно, но на первый взгляд никаких ран не обнаружилось. Так что все успокоились и дали ему отдохнуть.

– Наверное, дома меня ждет выговор от отца, – Амелл решил зайти издалека.

– Еще какой, – хмыкнул Дункан. – Конечно, если милорд уже вернулся домой.

Какое облечение, – подумал Амелл. – Выходит, встречи с отцом можно избежать…

– Милорд был в отъезде, когда ты пропал, – продолжил Дункан. – Сомневаюсь, что кто-нибудь соизволил отправить гонца, чтобы сообщить о вашем исчезновении.

Было бы лучше, если бы ты просто исчез! Никчемный! Ты пустое место! Выродок, рожденный грязной служанкой! – прозвучал в голове чей-то голос.

Воспоминания вновь возвращались к Амеллу обрывками. Кажется, эти слова принадлежали Арнану. И высказал он их прилюдно. Возможно, поэтому никто не доложил Великому Лорду об исчезновении младшего сына, чтобы не бросить тень на Арнана… Это было лишь предположением Амелла. Истинной причины он не ведал.

– Я так часто убегаю из дома, что даже не стоит утруждаться и сообщать о моем исчезновении отцу? – спросил Амелл.

Дункан наконец соизволил посмотреть на него. В его взгляде читалось удивление.

– Ты часто творишь разные безумные вещи, но еще никогда бесследно не исчезал на три дня. Как бы к тебе не относились в замке, ты всё же сын Великого Лорда.

Больше Амелл ничего не спрашивал. Похоже, он не самый хороший человек. И отношение окружающих к нему вполне заслуженное.

– Та вещь, которую ты забрал с тела убийцы, отдай ее мне, – внезапно заговорил Дункан, после долгого молчания. – Я все разузнаю для тебя. Небезопасно разгуливать с ней в кармане.

Амелл едва не подпрыгнул на месте от неожиданности. Дункан все-таки заметил!

– Нет, – ответил Амелл.

Дункан не мог перестать думать о переменах, произошедших в Амелле, будто перед ним был совсем другой человек. Когда он так смело смотрел в глаза Арнану и Найле? Откуда в нем набралось столько дерзости? Или потеряв память, он забыл, какой страх испытывал перед ними? Забыл, что они с ним сделали? Дункану сложно было поверить, что подобное возможно забыть. Если даже в его памяти эти воспоминания будто клеймом были выжжены. Ведь он просто стоял и смотрел… Ничего не сделал…

С другой стороны, Дункан даже был рад его потери памяти. Даже в глубине души надеялся, что она никогда не вернется. Когда-то они были неразлучны, они росли втроём как братья, но Амелл прогнал Дункана. В тот день он был жестоким и циничным, наговорил Дункану всяких гадостей и велел больше никогда не показываться на глаза.

Но сегодня, когда они вновь встретились, Амелл вел себя как ни в чем не бывало. Конечно, потеря памяти – Дункан не переставал себе напоминать об этом. Но могла ли она так повлиять на характер? Взять хотя бы произошедшее в лесу. Амелл не испугался, хладнокровно рассуждал об убийце и даже не побоялся обыскать растерзанный труп.

Да и как смело он разговаривал с Арнаном и его бешеной невестой, которая только и забавляется тем, что стегает кнутом всех слуг в замке. Прежний Амелл никогда бы не решился на подобную дерзость, зная, что по возвращении они точно жестоко накажут его.

И сейчас, Амелл так категорично отказался отдать знак Гильдии убийц. Сплошные загадки. Но Дункан пообещал себе разгадать тайну Амелла…

Глава 3. Архиепископ

Элизабет начинала волноваться. От Гаррета уже третий день не было никаких вестей. Поэтому, когда он наконец вернулся, ввалившись в ее комнату в пьяном виде, она устроила ему настоящую выволочку.

Однако Гаррет и пары слов связать не мог. Оставалось только гадать, где он столько времени пропадал и почему вернулся в подобном виде? Элизабет не могла припомнить, когда он в последний раз так напивался. Никогда. Что же послужило этому причиной? Вменяемого ответа добиться от него было невозможно.

Вдоволь наворчавшись, она отправила его спать, а сама вернулась к своим исследованиям. Очередная зацепка оказалась пустышкой. Карта, за которую она отвалила уличному торгашу пятьдесят золотых (а на эти деньги она бы могла купить себе небольшой домик и жить несколько лет без забот), привела ее в небольшой склеп какого-то безымянного дворянина.

Попытка найти легендарную гробницу древнего и забытого героя вновь провалилась. Придворный маг уверял, что этот так называемый "герой", в далеком прошлом спасший мир от уничтожения, лишь миф. Но Элизабет верила, что он существовал на самом деле. И единственным ее доказательством был старый потрепанный дневник, найденный в архивах Цитадели Бурь.

В нём неизвестный странник описывал невероятные приключения со своими спутниками. Конечно, эта писанина могла показаться сборником сказок, но путешествуя Элизабет нашла немало доказательств того, что написанное в дневнике происходило на самом деле.

Гаррет единственный, кто помогал ей в этом деле. Остальные считали поиски мифической гробницы пустой тратой времени. Элизабет бросила взгляд на мирного сопящего спутника. А ведь это из-за него она заразилась поисками древнего героя. Хотела, чтобы у них было больше общего. А в итоге сама стала одержима идеей найти гробницу и реликвии, способные защитить ее дом.

Так за свои мыслями, она не заметила, как уснула, проснувшись когда Гаррет перенес её на кровать.

– Останься, – пробормотала она, обвив руками его шею. – Мы не виделись три дня.

– У меня еще остались здесь дела, прежде чем мы вернемся домой.

– Вернемся? – Элизабет широко раскрыла глаза, подскочив на кровати и едва не ударившись лбом о его подбородок. Сон как рукой сняло. – Нет, мы не можем сейчас вернуться.

– Почему? Последняя зацепка привела нас по ложному следу. Здесь больше нечего делать.

– У меня есть ещё одна, – улыбнулась она, – и на этот раз, я чувствую, верная. Я была в библиотеке Храма Знаний и местный архивариус сказал, что не так давно молодой господин Амелл из Арденхолда забрал у них одну очень занимательную книгу со старыми картами. Я хочу взглянуть на неё.

Брови Гаррета сошлись на переносице. По его лицу было видно, что он не одобряет эту затею.

– Нет, – отрезал он.

– Я чувствую, что эта зацепка точно приведет нас к гробнице героя.

– Нет, – повторил Гаррет. – Если они раскроют твою личность, то могут возникнуть проблемы. Великий Лорд Айнел не очень жалует твоего отца. Более того, он прямо выступает против него. Это может привести к конфликту.

– Как скажешь, – Элизабет решила сделать вид, что сдалась. Спорить с ним было бесполезно. Все равно она сделает по-своему. – Где ты пропадал? – решила она перевести тему.

– Проверял одну наводку, – пожал он плечами. – Ничего существенного.

– В каком-нибудь борделе? – Элизабет бросила на него презрительный взгляд. – И не думай отпираться. Ты был в стельку пьян и от тебя пахло другими женщинами!

– И не собирался.

Гаррет снял со спинки стула свою куртку и, накинув ее на плечо, вышел из комнаты.

– Кретин! – заорала Элизабет швырнув ему вдогонку подушку.

Глаза обжигали слёзы обиды. В последнее время их отношения охладели. Элизабет проклинала тот день, когда они вернулись в Цитадель Бурь. С того злосчастного дня всё пошло наперекосяк.

Амелл из Арденхолда. Он её последняя зацепка. Элизабет чувствовала, что это верное направление. Подскочив с кровати, она принялась быстро собирать вещи.

Пусть Гаррет и дальше упорствует. Кто он такой, чтобы указывать, что ей, Элизабет, делать?

Собравшись, Элизабет затушила свечу и покинула комнату.

***

Семейный ужин. То чего Амелл надеялся избежать. Он даже был готов понести наказание за то, что без предупреждения исчез на три дня, лишь бы сейчас оказаться подальше от своих так называемых "родственников".

Во главе стола восседал Великий лорд Айнел из Арденхолда. По правую руку от него гостья – Архиепископ Афина, по левую – его новая супруга. Дальше дети Великого лорда по старшинству. Амеллу досталось место в самом конце стола, а напротив него сел Дункан.

Почти все отпрыски лорда Айнела были от разных матерей. Кроме трех старших – у них была одна мать, остальные же были рождены от многочисленных любовниц и служанок. Амелл и сам был сыном одной из служанок, только вот в отличие от других бастардов ему не достался семейный волшебный дар.

Амелл больше всего боялся, что не узнает отца. Как бы он себе не пытался его представить в голове никак не складывался образ Великого Лорда. Но увидев его среди домочадцев, встречающих их экипаж, Амелл сразу же вспомнил его лицо.

Несмотря на то, что его лучшие годы остались позади, а на висках серебрилась седина, глаза Великого Лорда Айнела по-прежнему светились молодостью и силой.

Амелл то и дело украдкой бросал на него взгляд, чтобы запечатлеть в своей памяти каждую черту его лица. С Великим Лордом у него всегда были хорошие отношения.

– Ты так соскучился по мне, что теперь не можешь отвести взгляда? – пошутил над ним лорд Айнел. – Понимаю, я так редко бываю дома.

Амелл, смутившись, промолчал. Он устыдился, что посмел забыть лицо того человека, который вырастил его, дал крышу над головой. Наверное, поэтому Амелл терпел все обиды и унижения со стороны Арнана и его невесты – не хотел расстраивать лорда Айнела.

– В вашей семье такая теплая атмосфера, милорд, – улыбнувшись, произнесла Афина.

Амелл бросил в её сторону быстрый взгляд. В свете недавних событий её слова звучали насмешкой. В этом замке, похоже, только отец не знает, что на самом деле происходит между его детьми. Слуги предпочитают держать рот на замке, а сам Амелл никогда не наберется смелости рассказать обо всём отцу. Ему было стыдно, что он оказался не только лишенным дара, но и не способным защитить себя.

– И мне даже неловко спрашивать, – неуверенно продолжила она, или только сделала вид. – Я хотела попросить вас отдать вашего младшего сына послушником в монастырь при Храме Бога Света.

Великий Лорд удивленно посмотрел на неё. Арнан закашлялся, подавившись вином. Каким-то чудом Амеллу удалось сохранить бесстрастное выражение лица. Наверное, он единственный, кто в этот момент продолжал трапезу, пропустив мимо ушей слова архиепископа.

– С чего, Ваше высокопреосвященство, вы решили взять моего сына в послушники? – озадачено спросил лорд Айнел. – Он ещё слишком молод, чтобы отдавать себя в услужение вашему Богу.

Афина одарила его тёплой улыбкой.

– Милорд, это шанс для него чего-нибудь достичь в жизни. К тому же, я слышала, что юный господин не наделён даром. Но в нём я увидела чистую душу, – она пристально посмотрела на Амелла. Ему даже стало не по себе от её взгляда. – Ещё не запятнанную грехами и дурными помыслами.

"Искра" – тот самый дар, что передается в их семье всем потомкам без исключения. По сути, она не наделяет носителя никакими волшебными силами. Если верить легендам Искра была дарована первому Великому Лорду, прародителю, самим Верховным Божеством, Немусом Хранителем Врат. Им было предсказано, что однажды сила Искры откроет Врата и вернёт Древних, которые много тысячелетий назад покинули этот мир.

Носителя определяют ещё в раннем возрасте с помощью специального ритуала. Позже обладателя этого дара можно определить по слегка светящимся в темноте глазам.

Ещё в дороге Амелл заметил странный свет в глазах Арнана, но тогда не придал этому значения. Сейчас же, наблюдая за родственниками, собравшимися за столом, было понятно, что они все как один носители дара, Искры. Кроме него…

Амелл поймал себя на том, что не сводит взгляда с отца, ожидая его реакции на слова архиепископа. Согласится ли?

Айнел задумчиво кивнул, тоже обратив взгляд на сына. Арнан внезапно разразился истерическим смехом. Найла рядом с ним тоже едва сдерживалась.

– Это не о нашем младшем брате, – впервые за всё время подал голос самый старший из братьев, Эйран.

– Соглашусь с тобой, – поддержал его Арнан.

– Вы подвергаете сомнению мудрость моего господина? – вся благожелательность Афины мигом испарилась. – Я наместник моего господина на этой земле! Я его глас, сосуд его божественной силы. Кто вы такие, чтобы подвергать сомнению мои слова?

Амеллу стало по-настоящему страшно. Он почувствовал опасность, исходящую от Афины. Сила в ней действительно была божественной. И сейчас эта сила изливалась из неё, создавая настолько мощное давление, что все, кроме Великого Лорда, ощутили будто их сейчас раздавит.

– Полно вам, госпожа, – Айнел накрыл своей ладонью её руку. – Мои несмышленые сыновья не имели умысла оскорбить вас. Если честно ваши слова поразили даже меня. Амелл никогда не был образцом добродетели… Кхм… И как любой молодой человек в его возрасте…

– Милорд, – Афина удивленно вскинула брови. – Мои слова имели совсем другое значение. Так каково ваше решение? Подумайте хорошо, лорд Айнел.

– Тут и думать нечего, – ответил он. – Я не отдам своего сына в послушники.

По лицу Афины сложно было понять, но Амелл был уверен, что ответ ей явно не понравился. По какой-то причине она хотела забрать его в Цитадель Бурь.

Некогда давно существовала могущественная империя, но в результате переворота, она раскололась на семь отдельных государств, которыми правили Великие Лорды. Ныне из семи осталось только четыре. Королевство Арден, центром которой является одноименный древний город, бывшая столица империи. Арденхолд – земли Великого Лорда Айнела. Цитадель Бурь – неприступный бастион, одно из древних укреплений, построенных чтобы сдержать орды порождений Мрака. И Королевство Немар, одно из самых отдаленных, расположенных у Северного хребта, в землях, где царит вечный холод.

Что до остальных, они либо были полностью разрушены в результате междоусобных войн, либо поглощены более сильным государством – Арденом.

***

Вернувшись в свою комнату, Амелл устало рухнул на кровать. Сегодняшний день оказался чересчур длинным. Но забыться на мягкой и подогретой кровати ему не дал Дункан.

Открыв двустворчатое окно, он впустил в комнату прохладный ночной воздух. Затем взяв пару поленьев, подбросил их в очаг.

– Огонь должен гореть всю ночь, – напомнил он. – Так Тени не посмеют потревожить тебя.

Амелл перевернулся на бок, наблюдая за Дунканом. Тени – это наследие порождений Мрака. После их истребления их сущности, которые по какой-то причине не покинули этот мир, остались блуждать по земле. И в самый тёмный час они набираются достаточно сил, чтобы человеческий взгляд смог увидеть их. Большинство из них безобидны, но есть и более опасные и свирепые тени, которые могут напасть и даже навредить человеку. Поэтому единственное спасение от них – свет.

– Хочешь, сегодня я останусь с тобой? – спросил Дункан. – Посторожу, чтобы Арнан не побеспокоил тебя.

– Нет, – покачал головой Амелл. – Пока ее высокопреосвященство здесь, никто не посмеет причинить мне вред.

Они с Дунканом выросли вместе. В детстве их считали братьями, близнецами, из-за их похожести и того, что они родились в один день. И даже по сей день, незнакомцы часто принимают их за родных. Даже поговаривали, что Дункан ещё один бастард Великого Лорда.

Из-за того, что Амелл рано лишился матери, его кормилицей стала мать Дункана. А позже Великий Лорд назначил её няней Амеллу, а Дункана приставил к нему личным телохранителем.

– Тогда, доброй ночи.

– Доброй ночи, Дункан.

Однако уснуть ему не удалось. В голове роились разные мысли. Три дня. Амелл пропал на три дня – где он был все это время? Почему в его памяти сплошные тёмные пятна? Может, он был проклят?

Будто что-то вспомнив, Амелл скатился с кровати и принялся шарить под ней рукой. Пальцы коснулись неровности в полу. Амелл вдруг вспомнил, что у него под кроватью был тайник, куда он прятал самые ценные вещи. Еще до того, как он выудил из ниши старый фолиант в чёрном переплете, он понял, что это была за вещь – Гриммуар.

Книга заклинаний, подобна тем, которые писали маги, сохраняя на страницах гриммуара свои заклинания. Маги тратят годы своей жизни, чтобы отточить мастерство, но даже этого порой недостаточно, чтобы постичь высшую магию. Некоторые заклинания были настолько сложны, что требовали их безошибочного воспроизведения, что в пылу сражения было практически невозможно. Поэтому маги придумали лучший выход – записать заклинание в гриммуар.

Сидя у очага, Амелл листал гриммуар. Стоило бы ужаснуться, ведь он держал в руках книгу тёмной магии. Но внутреннее чутье подсказывало ему, что в руках его были вещи пострашнее и намного отвратительное, чем книга из человеческой кожи. Амелл даже подивился своей невозмутимости.

С другой стороны, ему хоть стала понятна причина потери памяти – черная магия. Какая уж тут чистота души с тёмным гриммуаром под подушкой? Амелл подумал, что он и, правда, не очень хороший человек. Неудивительно, что Арнан взорвался от смеха после слов Афины.

Интересно, а Дункан знает, что Амелл балуется колдовством? Вполне вероятно, раз ведет себя с ним так осторожно.

Несмотря на то, что память возвращалась, Амелл не ощущал эти воспоминания собственными. Будто они были и не его вовсе, а совсем другого человека, другого Амелла. И если поначалу воспоминания были яркими, насыщенные эмоциями и ощущениями, то теперь становились какими блеклыми и чужими. Даже в своей комнате он ощущал себя чужим…

Рано утром Амелл постучал в двери покоев Афины. Архиепископ была уже одета. Похоже, она собиралась отправиться в путь как можно раньше.

Её изучающий взгляд прошелся по молодому человеку, ненадолго задержался на белоснежных одеяниях, аккуратно сложенных у него на руках.

– Ваше высокопреосвященство, вы хорошо отдохнули? Вчера был довольно тяжелый день.

– Доброго утра, молодой господин. Я так понимаю вы здесь вовсе не справиться о моем самочувствии.

– Вы правы, – признался Амелл под её строгим взглядом. – Я понимаю, с моей стороны грубость возвращать ваш подарок, но я не достоин носить эти одеяния.

На лице женщины появилось сложное выражение. Она некоторое время молчала, прежде чем ответить ему.

– Я так не считаю. Но мне понятны причины, по которым вы отдаете их мне. И надеюсь, что однажды я вновь увижу вас в них. А пока, я сохраню их для вас.

– Благодарю, – коротко ответил Амелл.

Он понятия не имел, что Афина поняла о его причинах, но предпочел оставить всё как есть. Ему не хотелось портить отношения с архиепископом Бога Света. Но больше всего ему не хотелось прятаться за священными одеяниями от Арнана и Найлы. Возможно, настало время дать им отпор.

С этими мыслями спускаясь во внутренний двор, он столкнулся с Дунканом.

– Когда ещё увидишь тебя в такую рань, – пробормотал он.

– Дункан, – обрадовался Амелл. – Из окна я видел живописный лес к западу от замка. Похоже, что на краю леса есть старая часовня. Хочу сходить, посмотреть.

Дункан искоса посмотрел на него. Впервые Амелл так радуется их встрече. Но следующие его слова о часовне заставили Дункана замереть.

– Западный лес Заблудших душ? Не самое лучшее место для прогулок, – Дункан некоторое время колебался прежде, чем ответить. – Но ты ведь всё равно сделаешь по-своему? Я пойду с тобой, чтобы твоё отсутствие вновь не вызвало переполох в замке.

Глава 4. Лес Заблудших душ

С давних времен местные верили, что в чаще Леса Заблудших душ обитают духи. Они заманивают неосторожных путников, рискнувших приблизиться к сердцу леса, в ловушку, тем самым пополняя свои ряды новыми душами. Поговаривают, что те, кто осмелился войти вглубь леса так и не вернулись.

Существовала и другая версия, более правдоподобная – лес граничит с Мёртвыми землями, и тёмная энергия от упавшей звезды постепенно отравляет землю, убивая лес и живых существ. Эта теория подтверждалась тем, как быстро разрастались Мертвые земли. Амелл не исключал, что духи здесь тоже водятся.

Дункан вёл к Лесной заставе. С его слов, лучше пройти через заставу и предупредить местного командира. Тогда никто не станет поднимать панику, если они задержатся.

Всю дорогу Дункан был молчалив и чем-то недоволен. Амелл посчитал, что лучше не спрашивать о причине резкой перемены его настроения, едва он заговорил о лесе Заблудших душ.

Что же до самого Амелла, то его вело туда воспоминание о старой часовне на краю леса. Оно было таким ярким и сильным, что Амелл просто не смог проигнорировать его.

Солдаты на заставе посматривали на Амелла кто с любопытством, кто с насмешкой. Здесь все знали его. Удивительно, но никто даже не смотрел на него свысока или с неприязнью, не в пример обитателям замка – каждый считал своим долгом бросить неодобрительный взгляд вслед Амеллу. Здесь все приветствовали Амелла легким кивком головы.

– А, любитель побегать голышом по полям, наконец, соизволил навестить меня, – рассмеялся вышедший им навстречу мужчина, тут же заключив ничего не подозревающего Амелла в свои медвежьи объятия.

Поначалу Амелл растерялся, а потом вспомнил, что ему пытается сейчас переломать кости отец Дункана и по совместительству командир заставы.

– А ты окреп с нашей последней встречи, сынок, – с довольным видом подметил командир, отпустив Амелла.

– Прости, дядюшка, что совсем позабыл о тебе, – Амелл опустил взгляд. Он не виделся с Кейном с тех пор, как прогнал Дункана: – Мне нет прощения.

– Ладно-ладно, не вешай нос, – командир ободряюще похлопал его по плечу. – Старик на тебя не в обиде.

Амелл покосился на него. Этому старику было немного за сорок. К тому же он совсем не выглядел на свои года. Даже седины в волосах не заметно! Поэтому называть его стариком ни у кого язык не поворачивался.

– Отец, Амелл хочет прогуляться до старой часовни, – сказал Дункан. – Мы постараемся вернуться до темноты.

– Понимаю, – хмыкнул Кейн.

Чего он там понял, Амелл так и не узнал, потому как командир тут же увлек их к костру и для начала хорошо накормил, а потом еще долго объяснял, чтобы они долго не задерживались в лесу потому как в последнее время там неспокойно. Обитатели леса все чаще начали появляться на его окраинах.

– Дункан, и не забудь на обратном пути зайти к леснику и забрать у него травы для матушки! – прокричал им вслед Кейн.

Амелл не понимал, почему Дункан и его отец менялись в лице при упоминании старой часовни. Хотел спросить у самого Дункана, но он был до странного молчалив. За всю дорогу они и словом не обмолвились. Да и сам Амелл не знал, о чем с ним разговаривать.

Когда впереди показалась старая часовня, окруженная высокими деревьями, своими кронами почти скрывающими её, Амелл почувствовал, как грудь сдавило болью. Это роковое место навевало не самые приятные воспоминания.

Дункан, казалось, не замечал состояния Амелла, или просто вовсе не обращал на него внимания. Достав из заплечного мешка маленький венок из цветов, он направился к невысокому холму неподалеку, на котором возвышался могильный камень с выгравированными на нём именами.

Амелл на негнущихся ногах последовал за ним. Он уже понял, почему его так тянуло сюда. Знал, какое имя увидит на камне. Вспомнил того, кого не смел забывать…

– Рион, – произнёс Амелл, не узнавая своего голоса.

Его дрожащие пальцы коснулись надписи на могильном камне. Рион. Он был одним из них, родился в один день с Амеллом и Дунканом.

Дункан протянул ему венок.

– Я думал, ты забыл, какой сегодня день, – он внимательно посмотрел на Амелла. – Рион бы хотел, чтобы это сделал ты…

Не то чтобы Амелл не знал молитв, он просто никогда не молился и ни о чём не просил богов. Единственным его желанием было, чтобы Рион простил его.

Едва Амелл возложил венок на могильный камень, как на него подобно фурии налетела молодая девушка.

– Ты! Зачем ты пришел!? Своим присутствием ты оскверняешь его память!

– Мойра, ты перегибаешь палку, – осадил её Дункан.

Амелл во все глаза смотрел на девушку. Мойра была травницей и ученицей местной знахарки. Её с Амеллом связывали давние и сложные отношения. И, конечно же, в гибели Риона она винила Амелла. Он и сам себя в этом винил.

– Я вправе прийти, когда захочу, – спокойно произнес он. – Ты решила, что можешь меня остановить?

– Как обычно думаешь, что тебе всё позволено. А ты, Дункан? Почему ты до сих пор с ним? Разве он не вышвырнул тебя, как дворнягу? Где твоя гордость?!

– Не лезь не в своё дело, – помрачнев, ответил ей Амелл.

– Высокомерный ублюдок, – сплюнула Мойра, снова готовясь наброситься на него с кулаками.

– Остановитесь, вы оба! На вас отвратительно смотреть, – не выдержал Дункан. – Если хотите продолжить выяснять отношения между собой, то делайте это подальше отсюда.

– Прости, – извинился Амелл. – Ты прав.

Мойра промолчала. Она смотрела на Амелла со смесью подозрения и удивления. "Прости", " Ты прав" – Мойра никогда не слышала, чтобы подобные речи слетали с его губ. И, конечно же, невероятно, что они были обращены к Дункану. Это выглядело неправильно! Неправильный Амелл, который слушается Дункана. Неправильный Дункан, который смеет помыкать Амеллом. Неужели, мир перевернулся?!

Мойре пришлось смириться с присутствием Амелла. Дункан всегда был на его стороне, даже после того, как он собственными руками убил Риона. В тот день она искала их и когда нашла ее глазам предстала ужасающая картина, как Амелл убивает Риона.

Воздух разрезал пронзительный нечеловеческий крик. Над лесом полыхнули две вспышки молнии – одна алая, другая черная.

– Что это? – удивился Амелл.

– Может, одно из чудовищ, – лицо Мойры побелело. – В последнее время их стали видеть всё чаще.

– Надо уходить, – поторопил их Дункан. – Немедленно!

На обратном пути по дороге им повстречались два путника – молодой и постарше, возраста Кейна. Тот, что постарше сидел, привалившись к дереву. А молодой, одетый в длинные одеяния, хлопотал над ним, перевязывая ему руку.

– Добрые путники, вам нужна помощь? – спросил Дункан, когда они подошли ближе.

Молодой человек обернулся и окинул их осторожным взглядом. И, не увидев в них угрозы, приветственно кивнул головой.

– Доброй дороги, вам, – заговорил он. – Я Ниар, а это мой спутник Юнис. Мы держим путь в вольный город Аларим. Но по дороге на нас напал монстр, выпрыгнувший из леса.

Дункан пристально посмотрел на них. Амелл знал этот взгляд, и он не предвещал ничего хорошего. Сначала странные молнии над лесом, потом незнакомцы на дороге.

– Не похоже, что вашего друга ранил зверь, – заметил Дункан. – Больше похоже на удар молнии.

Молодой человек насторожился, а рука его раненного спутника легла на меч.

– Мы не желаем вам зла, – поспешил вмешаться Амелл, пока дело не дошло до кровопролития. – Мы живём мирной жизнью и гости из сурового Немарского королевства к нам не часто заглядывают.

– Как вы узнали? – удивился молодой человек.

Дункан покосился на Амелла – у него возник аналогичный вопрос.

– У вашего спутника на рукояти меча королевский герб Немара, – пояснил Амелл. – Вот я и заключил, что он, возможно из королевской гвардии, судя по качеству отделки рукояти. А вы, наверное, придворный маг, если судить по краю книги, торчащему из вашей поясной сумки. Если, конечно, вы не любитель почитать на ночь книгу, написанную на коже демона.

Дункану оставалось лишь позавидовать наблюдательности Амелла. Но если про королевский герб он был осведомлен – это входит в программу обучения молодого поколения высокородных семей, то откуда у Амелла познания о магических книгах?

– Вы очень наблюдательны, – покачал головой Ниар. – Если это возможно, мы хотели бы чтобы наши личности остались в тайне. Уверяю вас, мы никому не желаем зла.

Но, тем не менее, они нарушили древний договор и вторглись на чужую территорию. Ладно если бы они оба были из королевской гвардии, но придворным магам категорически запрещено пересекать границу чужого королевства без особого разрешения и согласования с Советом. А раз у них такового нет, значит, они здесь с тайной миссией.

– Благородные господа, – впервые заговорил Юнис. Ниар помог ему подняться на ноги. – Вижу вы люди хорошие. Мы не имеем права просить вас о помощи, но у нас нет выбора. Нам нужен проводник.

– Проводник? – переспросил Дункан.

– Да, тот, кто сможет провести нас через лес к руинам Лунного храма. Мы прибыли сюда с важной миссией, цель которой должна остаться тайной, – продолжил Юнис. – Ковен похитил… эм… мою невесту. Ей грозит смертельная опасность. Мы здесь чтобы спасти ее и вернуть домой.

– Мы согласны помочь вам, – вызвался Амелл.

– Нет, не согласны, – возразил Дункан. – Во-первых, в чаще леса очень опасно, тебе ли не знать, – с нажимом произнес он, – а во-вторых, скоро стемнеет.

– До храма час пути, мы успеем вернуться до того, как начнёт темнеть! Дункан, если ведьмы ведут её в Лунный храм, то явно не для осмотра местных красот! – настаивал Амелл.

Дункан не хотел уступать:

– Подумай сам. Это Ковен ведьм. Думаешь сможешь заболтать их? Или поразишь их своим интеллектом и наблюдательностью?

– Ведьм предоставьте мне, – вмешался в их спор Ниар. – Для этого я здесь. Доведите нас до храма, а дальше мы сами. Мы не хотим подвергать вас опасности.

– Только до храма, – сдался Дункан. – А потом мы уйдем. Я не хочу подвергать господина опасности.

– Тогда вперёд, я знаю короткий путь, – обрадовался Амелл, направившись в сторону леса.

Дункан покачал головой. Он начал догадываться – Амелл нарочно тянет с возвращением в замок. Госпожа Афина уехала ещё утром, а значит у Арнана и Найлы не осталось никаких препятствий. Они непременно захотят отомстить Амеллу за своё унижение. Дункан с силой стиснул ножны. Если они снова посмеют, то Дункан боялся, что больше не сможет безучастно смотреть…

– Как много вы знаете о магах? – заговорил Ниар, поравнявшись с Амеллом.

– Немного, – ответил Амелл. – Расскажите, каково это быть самым могущественным магом королевства? Правда, что преемнику даруют великую мощь?

– Даруют? – усмехнулся маг. Он оглянулся и, убедившись, что остальные немного отстали и не смогут их услышать, продолжил: – Когда приходит время придворному магу покинуть мир, Совет набирает новых претендентов и проводит для них испытание. Победитель получает силу и становится придворным магом.

– Звучит заманчиво.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.