Маргарита Борисова
Синий омут свободы

Глава 1

-Ты уволен. Окончательный расчет получишь завтра. Можешь быть свободен, – сказала я своим фирменным тоном с металлическими нотками, который выработала специально для общения с провинившимися подчиненными. За последний месяц эту фразу я озвучила трижды, что неудивительно – в большом коллективе текучка кадров просто неизбежна. Каждый раз я с интересом наблюдаю за реакцией сотрудников, уведомленных об увольнении: уборщица Нина, на прошлой неделе явившаяся на работу в нетрезвом состоянии, разрыдалась горькими слезами; автомеханик Николай Петрович, умыкнувший с работы пару канистр с трансмиссионным маслом, обозвал меня жадной стервой и едва не кинулся в драку. А сегодня бухгалтер Артем с трясущимися губами слезно умоляет дать ему еще один шанс:

– Ангелина Юрьевна, у меня ведь трое детей… как я без работы… Я больше никогда не допущу такую ошибку, клянусь. Простите меня…

Я давно придерживаюсь мнения, что жалость и чрезмерная эмпатия к сотрудниками – проявления слабости руководителя, которая неизменно приводит к дискредитации его авторитета в рабочем коллективе. Щуплый бухгалтер Артем, верой и правдой служивший в моей компании на протяжении почти пяти лет, выглядит в данный момент настолько жалким, что в глубине души я бы хотела простить ему его оплошность, принесшую моей фирме неслабый финансовый убыток. Но, увы, дело не в деньгах – ошибка в договоре с важным клиентом едва не подорвала безупречную репутацию моего детища – автосалона премиум-класса «МаксАвто», – которая неразрывно связана с моим именем. Рисковать своим блестящим реноме, нарабатываемым годами, по вине невнимательного сотрудника – роскошь, которую я не могу и не хочу себе позволять.

– Артем, будь добр, не задерживай меня, – я стараюсь говорить уверенно, но не слишком грубо. – Наш диалог окончен, и мое решение обсуждению не подлежит.

Я вижу, что Артем готов расплакаться, и с отвращением перевожу взгляд на монитор своего ноутбука. Открываю внутренний мессенджер компании, и пишу главному специалисту расчетной группы: «Ольга, подготовьте, пожалуйста, окончательный расчет для Артема Голубева. Он уволен сегодняшним числом. И накиньте ему пару сотен рублей в качестве премии за выслугу. Спасибо».

Трое детей, однушка в ипотеке и неработающая жена в бесконечном декрете – это настоящий ад для любого мужчины, трудящегося за зарплату, и я это прекрасно понимаю. К тому же, какой бы хладнокровной я ни была, когда дело касается бизнеса, мне все же не хочется, чтобы меня проклинала целая семья из пяти человек, пока горе-бухгалтер будет искать новую работу.

Меня зовут Максимова Ангелина Юрьевна, мне 38 лет, и я вдова. Компанию «МаксАвто», занимающуюся продажей автомобилей бизнес и премиум-классов, я унаследовала после смерти мужа шесть лет назад. Подчиненные за спиной называют меня Дьяволиной, и как бы мне ни хотелось сказать, что совершенно не заслуженно, не буду отрицать, что я очень жёсткий и требовательный руководитель. Трудно оставаться нежной кисейной барышней, когда ты в одиночку управляешь бизнесом с коллективом численностью более двухсот человек, да еще и совершенно не женской сферы, с годовым оборотом под полмиллиарда рублей. За последние шесть лет в конкурентном бизнесе я отрастила себе не просто стальные, а титановые яйца, и порой мне кажется, что все окружающие слышат звон из-под моей узкой юбки, когда я уверенной походкой иду вдоль рядов сияющих автомобилей в своем автосалоне.

Мы с моим ныне покойным мужем Вадимом – умным и предприимчивым парнем – познакомились еще студенчестве, будучи одногруппниками, и всю свою молодость потратили на построение с нуля целой империи в сфере продаж автомобилей. Начав с маленькой площадки под открытым небом, куда мы принимали на комиссионную продажу проржавевшие Лады и двадцатилетние иномарки, за десяток лет мы добились того, что в нашем автосалоне – огромном боксе с панорамным зеркальным остеклением и суперсовременной охранной системой – перестали даже случайно появляться автомобили дешевле трех миллионов рублей. Мне было 32, когда я, наконец, выдохнула, решив, что наш семейный бизнес вполне успешен и уже не требует моего участия 24/7, и задумалась о рождении ребенка, но вскоре, вместо новостей о беременности, мы узнали о том, что Вадим болен. Внезапно обнаруженная онкология желудка съела его за пару месяцев.

Следующие два года после смерти мужа я провела будто в кошмарном сне. Именно погружение в работу с головой помогло мне не сойти с ума от горя внезапной потери. Таким образом, за шесть лет упорного труда в одиночку я не только сохранила наш созданный по крупицам семейный бизнес, но и значительно его приумножила: к автосалону добавилась станция техобслуживания и диагностики, современная автомойка на шесть постов и профессиональный детейлинг-центр. Уверена, Вадим невероятно гордился бы мной.

Четыре года назад, поддавшись на давление друзей и родителей, я попыталась снова ходить на свидания. Большинство из них были откровенно неудачным, но пара все-таки завершились не слишком фееричным сексом подшофе – на трезвую голову я бы точно на него не решилась. После испытанного дискомфорта в процессе и разочарования после него я обстригла свои длинные русые волосы в короткий боб и выкрасила в медно-рыжий цвет. И больше ни разу не впустила ни одного мужчину ни в свое тело, ни в дом, ни в сердце. В близком мужском окружении у меня остались только старый друг Никита, с которым мы выросли в одном дворе и учились в одном классе, и не менее старый пес немецкой овчарки по кличке Гром, которого завел муж за три года до смерти.

Вадим всегда мечтал о собаке, и когда его знакомый полицейский кинолог предложил ему щенка от обученной служебной овчарки, его положительный ответ не заставил себя ждать. Привезя однажды вечером домой маленький черно-коричневый комок шерсти с черными, как пуговки, глазами и треугольными ушками, Вадим взялся за строительство просторного вольера. Мы назвали пса Гром – созвучно названию специального подразделения, в котором всю жизнь служила его мать.

Из окна гостиной нашего дома я с умилением наблюдала, как Вадим увлеченно пилит и сверлит деревянный каркас, стараясь сделать территорию нашего питомца максимально комфортной. Гром все это время весело скакал вокруг моего мужа, и он то и дело отвлекался на игры со щенком, не в силах противостоять заразительному собачьему задору.

Они стали настоящими друзьями: приезжая домой, Вадим в первую очередь бросался обнимать своего любимца. Когда Вадима не стало, Грому исполнилось три года. Целый месяц после смерти хозяина пес почти не ел и неподвижно лежал в своем вольере. Ежедневно я заходила к нему и объясняла, что нам-то нужно жить дальше, бороться и преодолевать эту боль. Ради Вадима, который нас безумно любил и не желал бы того, чтобы мы умирали от разъедающей душу тоски. И со временем мы с Громом, действительно, общими усилиями смогли выбраться из ямы скорби и депрессии, привязавшись друг к другу еще сильнее.

Глава 2

Июнь – мертвый сезон в продажах. Вместо того, чтобы озаботиться покупкой нового автомобиля, люди отправляются на моря и курорты, что странно – у потенциальных клиентов моего автосалона отпуск на море может быть в любое время года. Но, тем не менее, чем жарче становится на улице, тем меньше людей приходят в наш роскошный выставочный зал.

Казалось бы, продавать автомобили премиум класса это далеко не то же самое, что, например, держать точку «Фрукты/овощи» на рынке, но сезонность бизнеса в обоих случаях очень заметна: почти все лето менеджеры по продажам изнывают от тоски, продавая всего по 15-20 машин в месяц, в отличие от остальных сезонов, когда ежедневно из ворот нашего салона уезжает минимум по два-три авто. Размеренный темп работы неизбежно откладывает свой отпечаток и на мой режим жизни: летом я могу себе позволить приезжать в офис к десяти утра, а уезжать уже в пять часов вечера. По сравнению с привычным 12-часовым графиком без выходных и праздников это почти самый настоящий отдых, а не труд.

Сегодня после работы я, как и всегда, решила заехать в свой любимый торговый центр, расположенный на проспекте по пути домой. На первом этаже в нем располагается большой и почти всегда пустой супермаркет, в котором я затариваюсь продуктами и вином на неделю. Единственное, что меня раздражает в этом торговом центре – это то, что парковка находится через дорогу от здания. Какой идиот мог придумать такое неудобное проектное решение?

Сложив в два пакета продукты, пару бутылок «Мартини Асти», туалетную бумагу, порошок и чистящие средства, я направилась к своей Ауди, стоящей на парковке. Шпильки моих лакированных нюдовых лодочек от Джимми Чу, поскрипывая, с каждым шагом врезались в размякший от жары асфальт, когда я почувствовала, что ручки одного из пакетов предательски растягиваются. Наступив на разметку пешеходного перехода, я решила ускориться, чтобы успеть добежать до машины, пока чертовы ручки совсем не оторвались, но… мой план с треском провалился. Резкий хриплый хруст снизу – и все содержимое одного из пакетов эффектно рассыпалось по проезжей части прямо перед любезно пропускавшем меня автомобилем. Кинувшись к пакету, я оступилась, и уронила еще и свою дамскую сумочку, разметав и ее содержимое по асфальту. Боже, какая неловкость! Я присела на корточки, придерживая разрез узкой юбки, и начала торопливыми движениями собирать свои покупки хотя бы просто в кучу – пакет с оторванной ручкой уже не мог выполнять свою функцию. Машины начали сигналить и со свистом объезжать меня, неуклюже склонившуюся над россыпью цветных упаковок.

Вдруг краем глаза я увидела, что у тротуара остановился ярко-красный спортбайк, обозначив свое появление громким рыком выхлопа. Водитель поднялся с мотоцикла, снял перчатки, шлем, и оставшись в экипировке и балаклаве, скрывающей все лицо, кроме глаз, направился ко мне. Молча он присел на корточки рядом со мной, и взяв из моих рук пакет с оторванной ручкой, ловко завязал ее узлом и начал складывать в него мои покупки. На мгновение я потеряла счет времени, рассеяно наблюдая за его движениями, не в силах отвести взгляд от его огромных ладоней с выступающими венами. На кистях и даже длинных широких пальцах с красивыми ногтями видны черные татуировки – какие-то этнические узоры, которые так и хочется внимательно рассмотреть. Когда до меня донесся аромат свежего парфюма моего спасителя, приправленный нотками бензина и кожи его экипировочной куртки, я совсем потерялась, ощущая, как бешено стучит сердце. Свобода и чистый секс – вот чем пахнут мужчины с татуировками, гоняющие на спорт-байках, и это невозможно не ощутить всем своим телом.

Из размышлений меня вырвал раздраженный звук автомобильного клаксона, и парень, не долго думая, показал водителю, объезжающему нас с недовольным лицом, очень красноречивый «фак». Я слегка смутилась – этот тип явно не из тех, кто будет церемониться, так что мне нужно свалить из поля его зрения как можно скорее.

Когда мы синхронно поднялись и отошли с дороги на тротуар, оказалось, что даже на высоких каблуках уровень моих глаз едва достает до его широкой груди. Боже, он что, приехал на своем байке прямиком из скандинавской мифологии?

– Спасибо, – коротко поблагодарила я и взяла из больших горячих ладоней свои многострадальные пакеты.

– Подвезти тебя, малышка? – заговорил байкер низким баритоном, от которого побежали бы мурашки по коже у любой женщины, обладающей слухом. В синих глазах моего случайного собеседника, обрамлённых вырезом балаклавы, явно читались смешинки. Просканировать незнакомца профессионально проницательным взглядом не составило для меня труда: ясный взор без «гусиных лапок» вокруг глаз, молодой голос и шея, покрытая рисунками, как и кисти рук, свежий аромат от разгоряченного тела. Этому парню от силы лет 25, не больше. И он называет меня «малышкой»?! Конечно, я выгляжу немного моложе своих лет: иначе и быть не может, когда твой лучший друг – врач-косметолог и владелец клиники эстетической медицины. Мои миниатюрное стройное тело и ухоженное лицо, благодаря регулярным инвестициям, запросто могут ввести в заблуждение насчет возраста, но подобное обращение для женщины моего статуса – это уж слишком. Изо всех сил сдерживая накатившее недовольство, я спокойно ответила, кивнув в сторону своей сияющей Ауди на парковке:

– Я предпочитаю четыре колеса. Спасибо за помощь, – и уже собралась идти, но парень продолжил:

– Спасибо это слишком много. Достаточно будет твоего имени и номера, малышка. Диктуй, – байкер невозмутимо достал из заднего кармана джинсов свой айфон и вопросительно взглянул на меня, покручивая его в татуированных руках.

Злость и возмущение мгновенно разлились по моим венам раскалённой лавой. Больше ни слова я не намерена слышать от этого самоуверенного наглеца.

– Послушай, парень, я оценила твою самоуверенность, но ты ведь не думаешь всерьез, что такая женщина как я, может быть заинтересована в знакомстве с тобой? Расписные под хохлому придурки на байках уже лет двадцать, как не в моем вкусе, – с победным выражением лица я развернулась на каблуках, и даже успела сделать пару шатких шагов в сторону машины, как за спиной послышалось:

– Если так сильно задирать нос, то можно упустить из виду кое-что важное, – усмешка в его голосе начала меня дико раздражать. Я остановилась, поставила пакеты на асфальт и развернулась на каблуках. Все мое нутро сделало кульбит, когда я увидела, что парень крутит в своих медвежьих ладонях мой – МОЙ! – айфон. Очевидно, что он поднял его, когда из моей сумочки вывалилось все ее содержимое.

Сделав два стремительных шага в его сторону, я кинулась, чтобы выхватить из его рук свой телефон, но он резко поднял его над головой, лишая меня даже малейшего шанса дотянуться до цели. Я подпрыгнула, насколько это позволяли мне туфли на высоких шпильках и узкая юбка с разрезом, оперевшись на крепкое плечо байкера, но тщетно. Он лишь рассмеялся, прошептав бархатистым голосом мне прямо на ухо:

– Детка, держи себя в руках, люди смотрят.

Я торопливо одернула юбку и осмотрелась: прохожие с улыбками наблюдали за комичной картиной: рыжеволосая пигалица на двенадцатисантиметровых шпильках прыгает вокруг огромного широкоплечего байкера в кожаной экипировке, словно смешная карманная собачонка, жаждущая получить лакомство.

– Немедленно отдай мне телефон. В нем вся моя жизнь, – злобно прошипела я.

– Значит, твоя жизнь в моих руках, – вкрадчивым голосом ответил явно улыбающийся незнакомец, – но я с радостью обменяю эту трубку на твой номер телефона.

Я ощутила, как паника начинает сковывать мое тело: если этот чертов шутник что-нибудь сделает с мои телефоном, я потеряю все: важные контакты по бизнесу, договоры, банковские мобильные приложения… От одной только мысли об этом по телу пробежали мурашки, и я решила сменить тактику:

– Слушай, ладно, пошутили, и хватит. А теперь давай ты оставишь свои приколы для игривых ровесниц, а взрослой тетеньке пора ехать заниматься своими взрослыми делами…, – заговорила я притворно добреньким голоском, чтобы усыпить его бдительность, и снова попыталась резко схватить телефон. Но байкер опять успел быстро убрать его за спину, и я лишь больно впечаталась в его торс, обтянутый кожаным материалом экипировки.

– Взрослые дела вроде употребления «Мартини Асти» в одиночестве? – спросил он, и, должна признать, это был меткий подкол. Именно этим я и собиралась заняться сегодня вечером.

– Дай мне свой номер, – снова потребовал мой спаситель, от которого уже хотелось спасаться.

– И не надейся, – парировала я.

– Что ж, в таком случае, я вынужден откланяться, – сказал он, и подойдя к своему байку, начал медленно натягивать мотоциклетные перчатки.

– Ты же понимаешь, что это грабеж? Я позвоню в полицию, и тебя задержат на первом же перекрёстке, – я с уверенным видом сложила руки на груди, но мой разбушевавшийся пульс был оглушительно громким.

– Тогда тебе нужно найти ближайший таксофон, малышка, – подмигнув, парень надел шлем и сел на байк.

С растерянностью я наблюдала, как он поехал по дороге прочь, увозя с собой мой айфон в неизвестном направлении. Спохватившись, я быстро – насколько могла – подбежала к машине, закинула на заднее сидение два своих пакета и села за руль. Выехав с парковки, я нажала на газ, чтобы как можно скорее догнать стремительно удаляющийся из поля зрения красный спортбайк. Ехать пришлось намного быстрее, чем я привыкла, на скорости перестраиваясь между рядами. От волнения мои ладони, крепко сжимающие руль, моментально вспотели. Поравнявшись через три перекрестка на светофоре с мотоциклистом, я открыла окно и крикнула ему:

– Слушай, чувак, прости, что нагрубила. Прошу тебя, верни мою трубку. Пожалуйста!

Парень, повернув голову, только жестами показал сначала «телефон» – оттопырив от приложенного к шлему кулака большой палец и мизинец, а потом «порисовав»

в воздухе пальцем. Его упорство уже вывело меня из себя. Закатив глаза, я дрожащими руками нарыла в бардачке свою визитку и протянула ему в открытое окно. Парень взял ее, рассмотрел, и только после этого достал из нагрудного кармана куртки мой айфон и протянул мне. Уже загорелся зеленый сигнал светофора, когда он одобрительно похлопал ладонью по капоту моей тачки, и с глухим рыком сорвался с места. Сзади посигналили, и прийдя в себя, я тоже нажала на газ, чтобы развернуться на ближайшем перекрестке.

Глава 3

Весь вечер дома я никак не могла отделаться от странного чувства мурашек, периодически пробегающих по телу: таких сильных эмоций я не испытывала уже давным-давно. Даже ворочая многомиллионными сделками на работе, я и бровью не веду. А этот нахальный парень на мотоцикле за десять минут заставил меня испытать целый спектр самых разных чувств. Синие глаза, обрамленные густыми темные ресницами, никак не хотели покидать мой мозг.

– Интересно, какие у него губы? – задумчиво спросила я, но Гром лишь молча наклонил голову, глядя на меня черными глазами. – Хотя плевать мне на это, давай не будем о нем говорить, – предложила я, и пес согласно завилял хвостом. Тратить свой эмоциональный и умственный ресурсы, прокручивая в голове образ самоуверенного незнакомца, слишком глупо для такой, как я.

Около десяти вечера телефон зазвонил. Мы со старым другом Никитой созваниваемся почти каждый день, и видимся стабильно раз в неделю. Никита – мой ровесник, владелец клиники эстетической медицины, волей судьбы ни разу не «попавшийся» в серьезные отношения. Окружающие считают, что ему просто еще не повезло встретить женщину своей мечты, жениться и завести детей. Но я-то знаю, что каждый раз с упрямым постоянством он выбирает девушек, не слишком настроенных на серьезные отношения: обязательно модельной внешности, на двадцать сантиметров выше, на столько же лет моложе и глупее на целую ступень эволюции.

– Что нового, старушка? – послышался в трубке знакомый звонкий голос.

– Ты не поверишь… Меня сегодня пытался склеить байкер, – улыбнулась я.

– Да ладно?! – голос Никиты поднялся на тон выше, – а ты что?

– Пришлось дать ему свою визитку, но если и позвонит, трубку не возьму, – призналась я.

– Расскажи, какой он…. Как зовут? – не унимался друг, явно вдохновленный моей короткой историей и жаждущий подробностей.

– Не знаю… Но он точно моложе меня лет на пятнадцать.

– Это же просто шикарно! Глаза?

– Синие.

– Рост?

– Примерно метр девяносто пять.

– Как пахнет?

– Боже, я его не нюхала…

– Говори.

– Приятно пахнет…

– Сексуальный?

– Даже слишком.

– Так значит, скоро твое воздержание длиною в вечность наконец-то закончится?

– Ни в коем случае, – без тени сомнения ответила я, стараясь вытряхнуть из головы картинки сильных татуированных рук на моем миниатюрном теле, неуместно всплывшие в воображении. Секс с таким парнем – как прыжок с парашютом – наверняка, подарил бы кучу незабываемых впечатлений, не будь я такой трусихой. Но, увы, в моей жизни нет места ни для того, ни для другого.

– Линочка, дорогая… – продолжил друг, – за четыре года без мужика твоя вагина уже, наверняка, покрылась мхом и пылью, как самое заброшенное место на земле. И ты откажешь этому молодому, страстному парню, который возжелал войти в твой дремучий лес?

Я рассмеялась: Никита всегда умудряется подобрать самые красноречивые эпитеты, когда речь заходит о моей интимной жизни, точнее, об ее отсутствии.

– Ты же знаешь, я давно не интересуюсь подобными вещами. Секс для молодежи, а я уже слишком стара для этого потного занятия, повышающего давление и пульс, – улыбнулась я.

– Ты безнадежна, – констатировал Никита. – Кстати, старушка, ты помнишь, что завтра я приглашен на вечеринку, и ты идешь со мной?

Я вздохнула. Моя надежда на то, что Никита забыл о нашей договорённости двухнедельной давности, растаяла, как дым. Одна только мысль о походе в ночной клуб заставила меня поежиться.

– Никит, ну ты же в курсе, как я ненавижу подобные мероприятия, – заныла я. – Если бы не работа, я бы вообще не выходила с территории своего дома.

– В курсе, но мне нужна спутница… там все будут с женами, а я снова один.

– Я уже устала быть твоей твоей декоративной девушкой, – с напускной обидой заявила я. Такова моя судьба: быть вечной узницей френдзоны этого красавчика, который воспринимает меня исключительно как сестру.

– Это плата за твое двадцатилетнее личико в тридцать восемь, дорогуша, – в шутку парировал Никита. – Если откажешься, то придется тебе искать другого косметолога и нового друга… А с учетом твоей социопатии шансы на это очень малы. Так и помрешь в одиночестве в своем доме, и твоя собака обглодает твои косточки…

– Ладно-ладно, хватит. Хорошо, я пойду с тобой! – сдалась я.

– Отлично. Заеду завтра в девять. До встречи, дорогуша, – попрощался Никита повеселевшим голосом.

Глава 4

Следующим утром, едва я только вошла в свой автосалон и со стуком каблуков зашагала в направлении своего кабинета, расположенного на втором этаже, ко мне подскочила Юля – моя ассистентка: ответственная и исполнительная миниатюрная брюнетка.

– Доброе утро, Ангелина Юрьевна. Кофе? – защебетала она своим высоким звонким голосом, засеменив вслед за мной.

– Нет, спасибо. Какие новости? – ответила я, не сбавляя шага.

– Уволенный бухгалтер Голубев вчера пытался проникнуть в салон в нетрезвом состоянии… Кричал неприличные слова про вас… Охрана его прогнала.

Я вздохнула: хорошо, что я его уволила. Мужчина, который так бурно реагирует на всего лишь потерю работы, не вызывает во мне никаких чувств, кроме презрения. Слабак и нюня с синдромом жертвы.

– Что с продажами?

– Вчера уехал бирюзовый Порше Кайен. С самого утра в зале уже потенциальные клиенты. Осматриваются. Менеджер уже работает с ними.

– Спасибо, Юля, работаем, – поблагодарила я и направилась в центр торгового зала: обычно клиентам очень приятно, когда поприветствовать их я выхожу лично, тем более, что в нашем провинциальном городе Н. я достаточно известный в кругах состоятельных людей персонаж.

Подойдя со спины к высокому подтянутому мужчине, внимательно осматривающему новый перламутрово-белый Лексус RX350, я вежливо заговорила:

– Добрый день. Отличный выбор.

В салоне, за рулем, уже сидел молоденький мальчишка.

Мужчина обернулся, и внимательно взглянув в мое лицо голубыми глазами, воскликнул:

– Ангелина?! Это ты? Ну надо же, совсем не изменилась, – покупатель растянул губы в широкой улыбке, обнажив идеальный ряд белых зубов.

В симпатичном строгом лице, чуть тронутым мелкими морщинками, свидетельствующими о среднем возрасте своего обладателя, я узнала Игоря Лаврентьева. Когда я училась на первом курсе университета, он заканчивал аспирантуру и преподавал в нашей группе что-то вроде «Введения в котлостроение». Высокий, голубоглазый, красивый и молодой, в отличие от остальных преподавателей кафедры, он не на шутку будоражил сердца немногочисленных девчонок-первокурсниц нашего технического факультета. Мне он тоже нравился, но, видимо, статус преподавателя не позволил ему перейти к более близкому общению со своей студенткой, хотя я отчетливо видела его взаимный интерес. По моим расчетам, ему сейчас лет 45, и, должна признать, он прекрасно выглядит: подтянутый, стильно одетый и лощеный как все, у кого есть деньги. Игорь как раз из той категории мужчин, которых возраст только украшает, добавляя харизмы и импозантности.

– Очень жаль, ведь я трачу немалые деньги, чтобы похорошеть, – улыбнулась я. – Рада тебя видеть, Игорь. Как живешь?

– Вот, приехали с младшим сыном выбрать ему подарок. Сегодня ему исполняется восемнадцать, – Игорь кивнул на тощего длинновязого мальчишку, с горящими глазами нарезающего круги вокруг наполированного Лексуса стоимостью почти в пять миллионов рублей.

– Достойный подарок на совершеннолетие, – одобрительно улыбнулась я. Ну надо-же, просто классика жанра: папаша, который, наверняка, давно ушел из семьи, готов тратить огромные деньги на подарки сыну, с детства обделённому его вниманием, чтобы избавиться от гнетущего чувства вины.

– Как ты? – спросил Игорь, внимательно осмотрев меня с ног до головы.

– Как видишь, все прекрасно. Цвету, – ответила я.

– Это точно… Слышал, что ты овдовела несколько лет назад… Соболезную, – с напускной скорбью в глазах продолжил Игорь. Он ведь даже не был знаком с моим мужем, откуда столько страдания в лице?

– Благодарю. Я уже шесть лет, как вдова, так что все в порядке. Перестрадала.

– А я уже пятнадцать, как в разводе, – с виноватым видом закончил Игорь. Что ж, мои догадки подтвердились.

Из-за моей спины к Игорю подскочил менеджер с документами на машину, и я, спешно попрощавшись, направилась к лестнице, ведущей в мой кабинет. Уже в дверях меня окликнул Игорь, стоящий внизу:

– Ангелина, постой, – запыхавшись, догоняя меня, заговорил он. – Я подумал, что мы могли бы как-нибудь встретиться, поужинать вместе… поболтать о жизни. Что скажешь?

Мой мозг мгновенно проанализировал претендента в кавалеры: симпатичный, в хорошей физической форме, подходит по возрасту, явно не нищий альфонс… Такой мужчина годится для отношений куда лучше, чем нахальный байкер, лица которого я даже не видела целиком.

– С удовольствием. Попроси мою личную визитку у менеджера, – ответила я, и Игорь, расплывшись в улыбке, победно хлопнул в ладоши.

– Я буду ждать нашей встречи, – крикнул он, когда я уже закрывала дверь в свой кабинет.

Глава 5

Вечером, преодолевая собственный внутренний протест, я начала-таки сборы в ночной клуб. Подводить Никиту не хотелось, ведь я знаю, что он, наверняка, будет выглядеть просто шикарно. Я надела короткое черное платье на одно плечо, босоножки на высоких шпильках, а короткие медно-рыжие волосы завила в легкую волну. На губы нанесла ярко-алую помаду: все равно поцелуи мне сегодня не светят. Как, впрочем, и каждый вечер на протяжении нескольких прошедших лет.

Сев в такси к Никите, я обомлела: он выглядел так, будто сошел со страниц модного журнала или сайта мужского эскорта: черный костюм со слегка расстегнутой белой рубашкой, уложенные на бок волосы и тонкий аромат неприлично притягательного парфюма заставили бы меня отдаться ему прямо на заднем сидении такси, будь он хотя бы немного заинтересован во мне, как в женщине.

– Ты шикарно выглядишь…, – сказала я с искренним восхищением.

– Спасибо, ты еще шикарнее, – улыбнулся он.

Что ж, может быть, эта вечеринка окажется не такой дерьмовой, как я ожидаю?

– Напомни, чей день рождения мы едем отмечать? – спросила я, когда мы выехали из коттеджного поселка, в котором я живу.

– Моего приятеля из гольф-клуба.

– И какой подарок ты ему сделаешь?

– Операцию по увеличению ягодиц его жены. Он сам это попросил.

От изумления я подняла брови – богачи совсем потеряли связь с реальностью, если уже дарят друг другу на юбилеи хирургические боди-модификации жен.

– А она сама-то не против? – удивилась я.

– Понятия не имею, – ответил Никита, поправляя запонки на белоснежной рубашке. – Под наркозом еще никто не сопротивлялся, – пошутил он, и я рассмеялась, невольно поймав себя на досадной мысли: ну почему такой красивый, успешный мужчина с отличным чувством юмора совершенно не интересуется мной, как женщиной? Если бы мы с ним не выросли в одном дворе с самого рождения, и он мог относиться ко мне иначе, я была бы первой претенденткой на его руку, сердце и внушительный – не сомневаюсь – член, но, увы, судьба распорядилась иначе.

Клуб «Гараж» – самое модное и популярное место среди состоятельных людей нашего города Н. На парковке перед клубом всегда стоят только дорогие машины, явно намекающие на уровень благосостояния гостей. Внутри играет качественная музыка, почти все столики отделены друг от друга перегородками, а огромный танцпол сияет разноцветными огнями суперсовременной осветительной аппаратуры.

Компания во главе с именинником, в которой мы оказались – сплошь богачи и самопровозглашенные «хозяева жизни», с соответствующим выражением собственного превосходства на лицах, обездвиженных регулярными инъекциями ботокса. Женщины в нашей компании вообще больше напоминают резиновых Зин, что меня немало удивило: мне казалось, что огромные гиалуроновые губы, наращенные ресницы, достающие до бровей, и круглые шарики-импланты под растянутой кожей груди уже давно остались в стыдном бьюти-прошлом. Но, видимо, предпочтения успешных и богатых мужчин вот уже двадцать лет остаются неизменными.

Все разговоры в компании этих людей – именитых врачей, бизнесменов и политиков местного уровня – сводятся к деньгам, точнее, их увлеченным рассказам о том, как они их зарабатывают и тратят. Зарабатывают и тратят. Три коктейля спустя мне уже хотелось заткнуть уши салфетками, чтобы только не слышать монотонного бреда этих самодовольных людей. Похлопав Никиту по плечу, я вышла на танцпол в толпу людей, и отдавшись зажигательным ритмам музыки, начала танцевать. Ноги слегка дрожали – то ли от выпитых коктейлей, то ли от высоких шпилек, – но я продолжала двигаться, наслаждаясь глубокими басами. И только липкое ощущение того, что кто-то пристально меня рассматривает, не давало полностью расслабиться. Оглядевшись по сторонам, я заметила, что смуглый, темноволосый мужчина с густой бородой неотрывно смотрит на меня, сканируя черным взглядом каждый миллиметр моего тела под шелковым платьем. Мне стало настолько не по себе, что по телу побежали мурашки, и спустя пару песен я решила уйти обратно к нашему столу. Но едва только сделав шаг, я почувствовала, как тяжёлые теплые ладони со спины опустились на мои плечи и негрубо, но крепко их сжали.

– Ну здравствуй, Ангелина Юрьевна, – горячий шепот знакомого голоса над моим ухом заставил все волоски на моем теле встать дыбом. Я перевела взгляд на кисти рук, сжимающих мои плечи над локтями, и замерла: черные этнические рисунки на фалангах пальцев были мне явно знакомы. Резко развернувшись, я уперлась взглядом в мужское лицо с синими глазами. Черт, да он в сто раз красивее, чем я могла себе представить: прямой нос, четко очерченные полные губы, короткая стрижка темных волос и недельная щетина на щеках и подбородке. Одетый в простые синие джинсы и облегающую чёрную футболку, уже знакомый мне байкер возвышался надо мной, словно небоскрёб над нищим. Крепкие бугристые мышцы обеих рук полностью, от самых кистей, покрыты черными татуировкам, уходящими под короткие рукава обтягивающей футболки. Мое сердце застучало так бешено, будто я увидела нечто пугающее своей невероятной мощью и опасностью. Глядя своими смеющимися синими глазами прямо в мои, широко распахнутые от неожиданности, парень сделал шаг ко мне, и я попятилась назад. Четыре неуверенных шага задним ходом под гнетом его стремительного наступления, и я уткнулась ягодицами в высокий стул, стоящий у барной стойки. Ловким движением парень подхватил меня за талию, и словно не ощущая веса моего тела, усадил меня на стул, а сам навис сверху, ограничив мои возможность моего движения двумя руками, оперевшись на барную стойку по обе стороны от меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.