# Малиновый бродяга

Анастасия Ивановна Шамко

Сергей уже привык к никчемной жизни. Он житель местной свалки, и горы мусора являются обыденным пейзажем из окна его хибары. Но однажды жизнь заядлого алкоголика круто меняется. Он обретает дар, который не позволяет оставаться прежним. К нему приходят видения, они не дают ему покоя. Красивая блондинка из Балашихи нуждается в его помощи. Ведь только он знает, что у неё на душе. Мужчина решает дать себе шанс на светлое будущее. Ему не вернуть прошлую роскошную жизнь на Рублёво-Успенском шоссе, но и остаться на свалке теперь не входит в его планы. Полный решимости, он отправляется в путь.Содержит нецензурную брань.

## Глава 1. Марина

Впервые это случилось, когда я в очередное утро перебирал остатки свежепривезенного мусора. Я решил сперва хорошенько позавтракать, а уж потом взяться за работу. Недавно я устроился к новому дилеру по кличке Морж, и он не давал мне спуску. Поэтому нужно было набраться сил. Я перебирал содержимое картонной коробки, это были остатки просроченных товаров из сетевого магазина. Вдруг, я увидел обрывок фотографии с изображением красивой женщины в светлом платье. Она была очень привлекательной, и мне захотелось забрать эту фотографию себе. Фото было разорвано, но было понятно, что ранее на нём также присутствовал мужчина. Часть его руки все еще обнимала женщину за талию. Я поднял фото и начал рассматривать. И тут произошло это.

Это непонятное ощущение. Жизнь женщины с фотографии пролетела у меня перед глазами как фильм в ускоренной версии. Теперь я точно знал, что ее зовут Марина. Она в разводе и у нее есть сын Данила. А ещё она в отчаянии. Я замер в недоумении.

– Что это было? Я же ничего о ней не знал!

А теперь, я не только знал о ней всё, но и чувствовал её боль и разочарование. Информационный поток о Марине и её жизни перебил мне весь аппетит.

Через полчаса мне надо было явиться на работу. Благо, моя работа окружала меня. Я уже восемь месяцев жил на свалке. Точнее, возле неё. И занимался сортировкой мусора. Трудился сдельно, сколько перебрал, столько и получил наличных. Специализировался на стекле. Конечно, на металле можно было больше выручить, но попасть на металл не так-то просто. На свалке есть свои правила, свои законы жизни. Ты либо им подчиняешься и живёшь спокойно, либо тебе здесь не место. Хотя, в обычной жизни любого человека все то же самое. Просто в другом свете.

Я не всегда был бомжом. Когда-то и у меня была довольно интересная и благополучная жизнь. Но в определенный момент всё изменилось. Изменилось не в мою пользу. Однако, сейчас не об этом. Марина и её история переполняли моё сознание. Я почувствовал головокружение и решил присесть. Необходимо было успокоить поток своих мыслей.

Марина, Марина, Марина… Она была хороша! Да и умна. Ей просто не везло с мужиками. Вот и в последний раз вышла промашка. Ныне она влюбилась в турка. А ведь до этого уже был итальянец. И она обещала себе не связываться с иностранцами. Но, как гласит известное умозаключение: «Не зарекайся!» И вот она опять влипла в курортный роман. Непонятно, что происходит с женщинами во время отдыха на море, но определенно, что-то магическое. Ибо, именно на побережье тёплых волн, проще всего их одурманить. Я и сам не раз пользовался силой моря и солнца. И конечно же денег. Да, когда-то и я наслаждался ласками загорелых красоток. И на такую, как Марина, я бы точно обратил внимание.

Она обладала очень выразительными чертами лица. Конечно, главным акцентом были её большие зелёные глаза, обрамленные, густыми от природы, ресницами. А загорелая кожа только подчеркивала их великолепное сияние. А чего стоила её улыбка. Не случайно, мужчины всегда обращали на неё внимание. Блондинка в самом сочном возрасте, когда женщина всё понимает о себе и о своём теле. Ей было тридцать лет. Я всегда симпатизировал девушкам этого возраста, с ними было о чём поговорить. В отличие от юных старлеток. Хотя, мои друзья больше предпочитали девиц до двадцати пяти. Друзья! Эх, да. Давно уже не вспоминал о них. Они остались там, в той другой жизни, где все окей и нет проблем. А сейчас мои друзья – это горы вонючего мусора, в которых мне необходимо разыскать стекло и сдать его дилеру.

В последнее время я изрядно пил, мне не хотелось видеть то, что окружает меня, не хотелось вдыхать этот вонючий воздух, не хотелось думать о том, как я до этого дошел. Пол дня я рылся в мусоре, а остальную половину пил. Я держался особняком от остальных, хоть это было и не просто. Видя, что одинокий бродяга попивает водку, местные обитатели так и норовили присоединиться. Мне не сразу удалось от них отбиться, но всё же это произошло. После стычки с одним из основных бомжей, всё как-то утряслось. Они меня недолюбливали, но не трогали. До этого непонятного озарения, я жил без каких-либо мыслей о будущем, да и о настоящем не парился. Жил и надеялся, что завтра не проснусь. Но теперь, мне стало интересно. Что за метаморфозы со мной творятся? Или я уже схожу с ума? Может белая горячка? Или нет? Стоило разобраться.

Итак, я понимал, что фотография, найденная мной, стала проводником в другой мир. Она рассказала мне всё о жизни молодой женщины, а самое главное, я не только узнал, но и почувствовал её переживания. Скажу вам честно, по жизни я не отличался эмпатией. Чувства других не слишком меня волновали. В детстве я рос в семье, где не было места любви, все были заняты своими делами, и видимо, это повлияло на мою холодность к окружающим. Даже мои женщины часто говорили мне, что я абсолютный эгоист. Но что поделать? Таким меня вырастили. Поэтому, этот неожиданный всплеск переживательных эмоций меня серьезно озадачил. Мне захотелось съездить к Марине и поддержать её. «Подожди! Стоп, стоп! Притормози коней! – подумал я. – Я же бомжара с алкогольным амбрэ. Какая еще поездка?» Я понимал, что мои желания абсурдны, и я никак не могу поехать к этой женщине. Но что-то новое внутри меня тащило мои ноги в сторону тех мест, где я давно уже не был.

Марина жила в Балашихе. С Балашихой меня ничего не связывало, чего не скажешь о Москве. Сколько всего было в Москве! Ох, вам не передать! Именно она стала отправной точкой в мир новых возможностей. Именно с неё и началась самая яркая часть моей молодости. Москва зажигает людей, и она же их топит в океане дерьма. Она даёт колоссальные возможности, и она же забирает последний шанс. Столь противоречивого города я не встречал в своей жизни. Я любил его и ненавидел, пытался забыть и искал повод вернуться. Наверное, это была своеобразная любовь, которую трудно передать словами, её можно только чувствовать.

Я был погружен в свои мысли, как вдруг услышал:

– Эй, ты почему не на работе? Как дела?

Это была Анита. Она иногда проводила со мной время. Мы пили вместе водку, а иногда я позволял ей остаться на ночь. Она отличалась от остальных тем, что выглядела достаточно неплохо для женщины, проживающей на свалке. Анита даже делала макияж каждый день. Можно сказать, она была королевой красоты на этом заброшенном клочке земли.

– Привет, Анита, – ответил я. – Я как раз собираюсь идти на работу.

Дама с розовыми губами была недовольна таким скудным ответом и, видимо, хотела ещё что-то добавить, но я решительно встал и отправился в сторону основного полигона. «Мне нужны деньги, – подумал я.– Я должен увидеть Марину. Я так решил». Это молниеносное решение закрепилось корнями в моём сознании, оно было окончательным.


Три недели я работал как проклятый. Все вырученные деньги я надежно откладывал. Мне хотелось побольше заработать. Местные смотрели на мои старания и уже начинали что-то затевать. Они понимали, что я сколотил неплохую сумму за этот период. Ведь бомжи не копят деньги, они их сразу тратят. А тут я – такой бизнесмен. Я понимал, что долго тянуть не стоит. Еще пару дней и пора отправляться в путь, иначе меня тут и грохнут за эти копейки. Раньше я мог позволить себе потратить такой бюджет за один присест на ужин. А сегодня, это был стартовый капитал на предстоящую поездку. Я уже точно знал, что поеду в Балашиху и даже спланировал маршрут. До назначенного города было около двухсот пятидесяти километров.

Я понимал, что сперва надо было привести себя в более-менее человеческий вид и уже договорился с бабулькой из поселка о бане. Я иногда ходил к ней париться. Примерно, раз в месяц я основательно мылся. Вот и в этот раз баба Зося обещала затопить баню. Денег она не брала, а давала мне небольшую работу взамен. Я рубил ей дрова, чинил крышу, косил траву, всё в таком духе. Добродушная старушка относилась ко мне с пониманием, и даже звала на зиму жить. Но я отказался. Благо, прошедшие морозы были не слишком сильными. Я перезимовал в доме возле полигона, который построил сам. Конечно, едва ли это можно было назвать домом, скорее шалашом. Но выжить в нём мне удалось.

Сейчас было тепло, начало августа. Курортный сезон для бомжей был открыт ещё с мая. Мы могли греться на солнышке и не бояться лютых ночей. Это было благодатное время, совсем не так как зимой. Ведь самой частой причиной смерти на свалке был не алкоголизм и не драка, а банальное обморожение. За холодный период я успел потерять здесь приятеля, он замёрз насмерть. Таковой была цена его беспечности. В тайне, я жалел, что это случилось не со мной. В тот период это было бы выходом из никчёмного существования. Теперь я взглянул на жизнь иначе. Маленький лучик смысла появился на горизонте. Он меня увлекал.

Три недели я не только работал, но и проверял свои новые суперспособности. Я искал возможность повторить озарение на других фотографиях. Это были снимки разных людей, вырезки из журналов и газет. Но ничего не происходило. Вспышек информационного потока больше не случалось. «Возможно это был какой-то разовый случай и больше такого не будет, – думал я, – видения не повторятся». Тогда я еще не знал, что видения будут иметь логическую закономерность. Но об этом не сейчас.

Итак, я работал, я бесконечно думал о Марине, я чувствовал ее страдания, я понимал, что должен ехать к ней. Мне казалось, что мой житейский опыт сможет помочь опечаленной девушке, ведь никакой поддержки в Балашихе у нее не было. Она была приезжей. Конечно, существовали коллеги по работе и пару местных ухажеров. Но разве могла она излить им душу? Блондинка работала в салоне красоты и девяносто процентов её коллег были женщины. Она поддерживала с ними приятельские отношения и даже делилась личным, но настоящих друзей там не было. Её единственная подруга детства жила в Беларуси и встречаться часто они не могли. Они созванивались по мере возможности, один-два раза в неделю. Конечно, этого было недостаточно. Родителей Марина похоронила два года назад, бывший муж уехал жить в Прагу, и они практически не общались. После развода Марина решила остаться в Балашихе, хоть сама была белоруской и могла вернуться на родину в родительскую квартиру. Однако, её заработок тут был значительно выше, чем в Гомеле. Поэтому выбирать не приходилось, надо было обеспечить будущее сына. Её бывший супруг оставил им простенькую двухкомнатную квартиру, на условии, что алименты он платить не будет. Марину абсолютно устраивала такая договоренность. И она с лёгкостью отпустила его в новый брак. Зеленоглазая красавица никогда не любила мужа по-настоящему, девушка была очарована им первое время. Но очарование продлилось недолго. Уже во время беременности она понимала, что чувства к нему куда-то улетучились. После рождения Данилки ситуация только ухудшилась. Когда сыну исполнилось два года они окончательно решили развестись. Никто не был обижен друг на друга, просто говорить было не о чем. Единственное, что их связывало – Данила.

Сейчас Марина находилась в депрессивном состоянии, которое накрывает нас в сложные моменты. Мне было очень знакомо это ощущение, однажды я тоже оказался наедине со своими переживаниями и не смог с ними справиться. Я начал закапывать себя сам, все глубже и глубже. Начал терять связь с реальностью, топить неудачу в алкоголе. Так, я за очень короткое время оказался без средств к существованию, а потом и без жилья. Возвращаться к отцу мне было стыдно, слишком много разногласий было между нами. К тому же мой непростой характер не позволял этого сделать. Своим возвращением я бы подтвердил извечные утверждения моего отца о том, что я не смогу жить в благополучном обществе, и в конце концов вернусь доживать свой век в родной посёлок. А я так не хотел.

Даже удивительно, насколько быстро я стал бездомным. Сначала я не смог справиться с депрессией, потом со своими работниками, потом деньги буквально начали уходить сквозь пальцы. Всё начало рушиться. Я потерял возможность платить за аренду моего жилья, машина стала дорогостоящим удовольствием. Нет, мир не настолько жесток. Некоторые знакомые мне люди, на первых порах, пытались помочь. Но, поскольку эйфория богатой жизни меня не отпускала, я слишком быстро спускал те деньги, которые мне давали. Все никак не мог понять, что к прежнему уровню будет очень сложно вернуться. Я хотел всё и сейчас. Признаюсь, моё бизнес-восхождение в те годы было результатом удачных обстоятельств. Я не шел к нему годами, как некоторые, и не прикладывал много усилий. Я просто оказался в нужное время, в нужном месте. Получил от фортуны судьбоносную встречу, которая перевернула унылый расклад моей жизни. Однако, я забыл, что фортуна дело временное, ею надо уметь пользоваться. Я не сумел.

В случае с Мариной, речь шла о фортуне немного другого русла. Она была очень привлекательной девушкой, которую ты замечаешь среди толпы. Причем, её замечали, как мужчины, так и женщины. Представительницы прекрасного пола сразу чувствовали запах соперницы, и это, нередко, становилось проблемой для зеленоглазой блондинки. Ее красота была оружием против её самой. При всех своих внешних данных Марине не фартило. Поклонников было достаточно. Но, по воле небес, мужчины, которых она выбирала сердцем, непременно оказывались либо обманщиками, либо предателями.

В этом году она отправилась на отдых в Турцию, чтобы погреться на солнышке и отвлечься от рутины. Блондинка совсем не думала о каких-либо романах, даже напротив, хотела побыть в уединении вместе с сыном. Девушка специально выбрала отель, направленный на семейный отдых. Она решила, что полностью отдаст себя морю, солнцу и сыну Даниле. Такое уединение продлилось недолго. Уже на второй вечер к ней начали набиваться новые знакомые, но Марина оставалась непоколебима в своих намерениях. Однако поклонники тоже не сдавались. Среди всех мужчин, зеленоглазая красавица отметила одного довольно скромного турка. Он был очень вежлив и аккуратен в своих действиях. Молодой человек имел обаятельную улыбку, а его рельефная фигура притягивала взгляды всех постояльцев. Однако, девушку очень смущала национальность потенциального ухажёра. Марина не раз слышала истории про курортные романы с турками, ничего хорошего они не сулили. По крайней мере она так считала. Конечно, молодая красавица немного соскучилась по свиданиям, на них она не ходила уже около полугода. История с итальянцем Винченцо оставила очень неприятное послевкусие, которое отбило всякое желание заводить знакомства. Поэтому она принципиально игнорировала всяческие новые отношения. Так сказать, держала оборону. Всё свое свободное время она старалась отдавать сыну. Вот и теперь, Марина приехала на море, чтобы провести время с Данилой. Однако, тот скромный турок оказался очень сообразительным мужчиной. Он понял, что славянскую красавицу так просто не возьмешь, и поменял свою стратегию. Теперь всё его обаяние было направлено на Данилу. Молодой человек много времени проводил у бассейна, там он и завоевал расположение ребёнка. Мальчик, которому так не хватало отцовского внимания, быстро привязался к веселому дяде, по имени Керем. С этих пор Керем стал постоянным спутником Марины и Данилы, и молодая женщина сама не заметила, как влюбилась по уши в харизматичного турка.

Вот, не могу не согласиться, что восточные мужчины умеют ухаживать за женщинами. Дорогие мои славяне, не в обиду сказано. Я сам никогда не делал каких-то особенных свиданий для моих подруг, не умею проявлять креатив в этой области. А ухаживать одновременно за женщиной и ее ребенком – это особый талант. У Керема такой талант-был. Он не притворялся, он действительно любил детей, и дети тянулись к нему. Данила был дружелюбным мальчиком, он легко шел на контакт с людьми. Он очень полюбил своего нового знакомого, даже, наверное, чересчур. Керем стал для него другом, с которым всегда было весело. Молодой человек никогда не ругал его, только иногда грозил указательным пальцем. Тут важно отметить, что Керем и не мог ругать мальчика, он знал на русском лишь несколько слов. С Мариной они общались на ломаном английском, ведь никто из них не владел им в достаточной степени. Ну и язык жестов никто не отменял.

В идиллии курортной жизни наши герои провели десять дней. Это были десять дней настоящего счастья. Весь день они проводили втроем, а ночи оставались только для взрослых. Марина спала по несколько часов за ночь и ей этого вполне хватало. Она не могла потратить на сон то драгоценное время, которое ей было предоставлено. Отдых превратился в маленькую жизнь, имеющую начало и конец.

В одно воскресное утро, она встала с постели и поняла, что пришла пора расставаться. Через час за ней должен был приехать автобус и отвезти в аэропорт. Слезы напрашивались еще со вчерашнего дня, но ей удавалось их сдержать. Теперь же, это было невозможно. Они Ниагарским водопадом струились из глаз. Девушке пришлось пройти под прохладный душ, чтобы успокоиться. Нельзя было показывать свою грусть сыну. Мальчик и так был без настроения, он тоже не хотел покидать это волшебное место. Единственным, кто держал лицо в этот день, был Керем. Он вел себя, как обычно, был милым и обходительным. Керем обещал, что совсем скоро он сам приедет к ним в гости и нет повода расстраиваться.

По возвращению в Балашиху, все для Марины стало черно-белым. Жизнь потеряла краски. Даже её симпатичная квартира, казалась ей унылой и безжизненной. Опять эти алкаши возле дома, да и погода встретила дождем и прохладой. Мерзость. Она часами могла рассматривать фотографии с отдыха, и с тоской вспоминать счастливые моменты. Связи с Керемом практически не было. Он извинялся и писал о том, что у него совсем мало свободного времени, так как его отпуск тоже закончился. Он предупреждал Марину, что работает в сфере строительства и находится на объекте по шестнадцать часов. Его бесконечная работа становилась преградой для нормального общения между возлюбленными. Девушка как могла, успокаивала себя, перечитывая любовные объяснения Керема. В них было столько нежности и тепла, что невозможно было усомниться в искренности чувств обаятельного турка. Изредка они разговаривали по видеосвязи. Для Марины это были долгожданные встречи, к которым она тщательно готовилась. Белокурая красавица со рвением учила английский язык в свободное время, ей так хотелось преодолеть языковой барьер. Керем по-прежнему обещал приехать, и женщина не могла дождаться этого момента.

Коллеги по работе были удивлены выбору Марины, они еще не успели отойти от истории с Винченцо, а тут уже Керем нарисовался. Многие из них негативно высказывались о перспективах молодой блондинки. Они не понимали, как, имея столько поклонников тут, она выбирает каких-то сомнительных «заморских принцев». Но Марина никого не слушала, она считала мнение коллег предвзятым и необоснованным. Она ждала Керема.

Спустя месяц довольно скудного общения, Керем полностью исчез. Не оставив никаких объяснений. Марина к этому времени совсем извелась. Она практически не ела, стала очень рассеянной, клиенты начали жаловаться на ее работу. Это не могло остаться незамеченным для вышестоящего руководства. Директор салона, в котором работала девушка, отправил ее в творческий отпуск, и настоятельно попросил вернуться в адекватном состоянии. Хуже всего, что Марина начала выпивать. Алкоголь стал её повседневным успокоительным. После очередного бокала вина в ход шел телефон. Она писала Керему злобные сообщения, но ответа не приходило. На следующий день она жалела о содеянном и писала сообщения с извинениями, а молодой человек по-прежнему оставался безмолвным. После нескольких дней обоюдного молчания, Марина начинала волноваться, вдруг с Керемом что-то случилось. Она металась из угла в угол в поисках решений. А вечером, когда очередная бутылка вина была освобождена от содержимого, блондинка вновь возвращалась к оскорбительным посланиям. Так повторялось снова и снова. Ей-богу, если бы у нее было достаточно денег, она бы поехала в Турцию и достала бы Керема из-под земли. Но стольких средств у нее не было. Единственное, что останавливало девушку от авантюрных планов, это ответственность за сына. Утешением вновь выступал стакан. Она старалась пить только когда малыш засыпал, но постепенно самоконтроль начинал давать сбои. Именно в этот непростой период, я нашел Маринину фотографию на свалке. Я понимал, что эта женщина нуждается в поддержке, пусть даже и бездомного. Все-таки я бомж не с рождения. Я как никто другой понимал чувства обессиленной женщины, они до боли были мне понятны.


В одно прекрасное летнее утро ко мне зашла Анита. Она была взволнована. Слегка поддатая особа дала мне понять, что местные ребятки намереваются меня пресануть. Им, видите ли, очень плохо спалось, зная, что я имею неплохую денежную заначку. Я не дурак, и мои сбережения были припрятаны в надежном месте. Но и местные бомжи были весьма сообразительны, хоть и ежедневно дурманили свой разум дешевым алкоголем. Мне не хотелось ощутить на себе все прелести местного садизма, о котором я уже слышал. В последнее время, мой образ жизни начал слишком заметно выделяться. Я и так был не особо любим здесь, но теперь бомжи явно были недовольны моим прояснившимся мировоззрением. Трезвенники тут долго не протягивали.

Я уже и сам понимал, что пора стартовать, но мне хотелось чуть больше денег. В данном случае, мне бы очень помог дополнительный капитал, который существовал в нашей общине, и был под запретом для всех. Вообще, воровать было не в моих правилах, но в этом случае, меня очень зацепило намерение бомжей устроить мне тёмную. Я понимал, что уходить надо сегодня. Поспешность моего отъезда разрушала намеченные планы, но перспектива быть избитым меня тоже не устраивала. Придется отправиться в путь грязным, ведь баня была назначена на завтра. Меня всегда бесило, когда все шло не так, как я хотел. Я очень злился на себя, что не имел запасного плана. Времени на раздумья не было, я решил пойти на крайность и прихватить деньги бомжей.

Как я уже писал ранее, бомжи не копят деньги, но есть лишь один случай, когда они вынуждены их откладывать. Еженедельно мы все сдавали определенную сумму в общак, как в школе, по списку. Причем, не важно, какой вид мусора ты сдавал, сумма была для всех одинаковой. И это было очень обидно, ведь уровень заработка был разным. Общаком заведовал Василий, он считался тут самым главным, что-то вроде вождя племени. Вася был зрелым мужиком, который неоднократно сидел на зоне и все стычки решал он. В самом начале моего пребывания на полигоне, он объяснил мне правила проживания и обязанности каждого бездомного. Они меня устраивали. В то время мне надо было где-то обосноваться, и я посчитал местное устройство довольно гуманным. Я не хочу жаловаться, здесь действительно было достаточно неплохо, большинство бродяг всё устраивало. Да, были свои моменты, но, в целом, жить можно было. Все отложенные деньги шли в карманы государственных блюстителей общественного порядка. Своевременная дань помогала бездомным жить спокойно, нас как будто никто не замечал. А нам только это и надо было.

Я знал, где находится тайник, куда складывались все деньги. Да и вообще, место знали почти все, но никто не смел туда лезть. Анита рассказывала мне, что однажды один смельчак украл оттуда несколько купюр, затем она показала мне овраг, в котором его похоронили. Тот чудак совершил кражу ради очередной бутылки, у меня же вопрос стоял иначе. В моей никчёмной жизни появился шанс на светлое будущее, последний шанс. И я не мог его упустить.

Деньги всегда были под охраной, правда, существовал один период, когда охрана становилась уязвимой. В интервале с десяти до одиннадцати утра все максимально были заняты на полигоне. В поселении оставался только охранник общака. Сегодня это был Витек. Все остальные отсутствовали, либо спали, после утреннего приема алкоголя. Именно в это время был мой единственный шанс. Витек был недалеким парнем, и едва ли представлял угрозу. Ко мне пришла идея напоить неопытного охранника. Я знал, что мне точно пригодится водка, которую я так и не смог выпить за последнее время. До реализации плана оставалось минут тридцать, за этот период, мне надо было еще раз продумать свои действия. Права на ошибку не было, если меня поймают, то живым уж точно не оставят.

Когда стрелка часов подобралась к десяти, я решил действовать. Я уже пробил местность, всё было по плану. Витек ковырялся возле костра, делая заготовки к обеду. В поселении остались только Кривой и Лариска, они пили до раннего утра и теперь дружно храпели. Я подошел к Витьку, и, долго не затягивая, предложил выпить водки. Парень явно растерялся, было видно, как он жадно смотрит на бутылку и о чём-то размышляет. Затем, он буквально выхватил спиртное из моих рук и сделал несколько больших глотков.

– С чего это такая щедрость? – спросил он у меня, не выпуская горючую смесь из рук.

– Сегодня у меня День Рождения, вот не с кем даже отметить, – ответил я. – Не стесняйся, мы раньше не сильно общались, но сегодня есть повод.

– Да, ты странный. Ни с кем не общаешься, – отозвался Витек, – эх, жгучая какая! Отвык я от водки уже.

Похоже, мой банальный аргумент сработал, парня совсем не смущало, что еще минуту назад, он собирался что-то готовить, а теперь все в одночасье было брошено. Алкоголь и сигареты были самыми востребованными продуктами на свалке, беспроигрышный вариант. За этот товар можно было многое получить. Вот и Витек попался на легкую приманку. Теперь оставалось дело техники. Я увлекал его диалогом и активно цитировал тосты. Парнишка с удовольствием меня в этом поддерживал. Моя бутылка была наполнена водой из-под колонки, поэтому мне приходилось притворяться, что я тоже пьянею. А Витек все пил и пил. Эх, и разморило недотепу! Так, за двадцать минут, мой собеседник приговорил одну бутылку собственноручно. Конечно, этого было недостаточно поэтому буквально сразу, была предложена еще одна бутылка. Витек не сопротивлялся. Спустя некоторое время, мой собутыльник начал терять связь с реальностью. Напоследок, он все же вспомнил о своих обязанностях и попросил меня присмотреть за общаком, чтобы никто ничего не взял. Я согласился.

Теперь мне оставалось быстро забрать деньги и бежать на всех скоростях. Я знал, что деньги лежат в сломанном холодильнике, в хибаре Василия. Не теряя времени, я отправился к установленному месту. Я никогда не был внутри этой лачуги, но сразу увидел два холодильника в полупустом пространстве. На один из них была накинута цепь с замком. Да, я ожидал чего-то похожего. Было бы странно рассчитывать, что деньги лежат в открытом доступе. Но цепь была уж очень массивной. Я проверил холодильник без цепи, он был пуст. Второй холодильник был очень туго обтянут металлической оковой, и замок висел достаточно увесистый. Да, с Витьком всё как-то проще было решить. У меня с собой был небольшой топор, но он по сравнению с цепью казался детской игрушкой. Бить таким топором эту цепь было бы абсолютно бессмысленно. Я впал в ступор, опять непредвиденные обстоятельства настигли меня. Взглянув на часы, стало понятно, времени оставалось совсем немного. С минуты на минуту кто-нибудь мог вернуться в поселение. Я решил отказаться от идеи рубить цепь, у меня не было времени и подходящего инструмента. Да и разводить шум было не в моих интересах. Я с разочарованием пошел к выходу. «Грабитель я, конечно, офигенный!» – промелькнула досадная мысль. Таким идиотом я давно себя не ощущал. Почти уже дойдя до выхода, я заметил связку ключей на кровати.

– Да, нет, такого не может быть, – непроизвольно прошептали мои губы, – Василий же не мог оставить ключи прям на самом видном месте.

В голове мелькнула надежда, я схватил ключи и лихорадочно начал подбирать подходящий. Уже на второй попытки замок поддался.

– Обалдеть! – не верил я своим глазам.

Быстрыми движениями мои руки освободили холодильник от оков, внутри лежал только один сверток. Я не стал его разматывать и быстро запихнул в рюкзак, еще пару минут ушло на возвращение цепи на место. Всё. Дело было сделано. А теперь бежать, бежать, бежать.

Выйдя из хибары Василия, я огляделся. Все оставалось как прежде, только вдали были слышны голоса возвращающихся поселенцев. Витек дремал на кресле, аккуратно подпирая себе голову. Я умеренным шагом направился навстречу группе бомжей, к моему сожалению, другого маршрута мне не представлялось. Сейчас самым главным было миновать их с непринужденным видом. От нервов я начал насвистывать какую-то песню, сердце стучало как бешеное. Во главе поселенцев шел Василий и с ухмылкой поглядывал на меня. Я боялся, что если они меня сейчас остановят, то мое нервозное поведение непременно меня выдаст. Я продолжал тихонько насвистывать и мысленно повторять мантры своего давнего знакомого: «В любой непонятной ситуации веди себя уверенно и никогда не ошибешься».

– Привет, одинокому волку. Что так поздно на работу плетешься? – обратился ко мне Василий. – Мы здесь пашем с самого утра. А он прогуливается как барин, да еще и насвистывает.

Остальные гулом начали поддакивать. Для этой шайки было характерно все повторять за главарём, конфликт мог возникнуть на ровном месте. Тем более, по последней информации меня как раз хотели отметелить.

– Приветствую, я вообще-то за сигаретами возвращался, трудно работать без перекура, – максимально ровным голосом произнес я, – вот, и вас могу угостить.

Василий с наглостью вырвал пачку сигарет из моих рук и со смехом сказал:

– Спасибо за подгон. Купишь себе новую, не бедный.

Стая бездомных медленно поплелась дальше. Я вздохнул с облегчением, пока угроза меня миновала. У меня был небольшой запас времени, пока Василий не заметит кражу. За этот период мне надо было быстро добраться до деревни, там меня ждала моя заначка. Я спрятал её возле сарая бабы Зоси. А дальше меня ждал путь в Балашиху и новая жизнь.

До участка бабы Зоси я добрался за считанные минуты, меня как будто несли невидимые гонцы. Так быстро я бегал только в девяностые, когда спасался от братков. Теперь же я был чуть постарше, чем в те лихие годы, но страх придал мне дополнительный ресурс, и я преодолел немалое расстояние просто молниеносно. Я быстро извлек свой денежный запас и побежал в сторону ближайшей автозаправки. У меня не было четкого плана, но я знал, что на той заправке, куда я направлялся, была возможность попасть в уборную. Вход был с обратной стороны, поэтому моё присутствие никому не помешало бы. По моему мнению, это было наилучшее место для придания себе более благородного вида. В моем рюкзаке было несколько предметов личной гигиены и сменная одежда. А главное, там были деньги.

Я не знал, как поступит Василий и его свора, когда обнаружат исчезновение денег. В любом случае задерживаться на заправке было опасно. На мою удачу, туалет был свободен. Я быстро влетел в него и начал своё преображение. Конечно, умывальник с холодной водой не смог заменить мне баню, но это тоже было неплохо. Все старые вещи я выбросил в мусор. Теперь я был одет в довольно приличный спортивный костюм и стеганую синюю жилетку, на голову я накинул кепку. Только обувь осталась старой, к сожалению, я не успел найти новой удобной обуви. Однако, мои старые кроссовки были достаточно неплохими, я редко надевал их на свалке, они смотрелись там нелепо. Эти кроссовки я принес из моей прошлой жизни, из-за них у меня были первые проблемы на полигоне. Тогда я сумел отстоять их. Теперь они были как нельзя кстати. Я надел их с особой ностальгией, это был самый первый подарок Алёны. Той невероятной женщины, которая стала моим проводником в мир состоятельных людей. Но времени на сантименты не было, я быстро сложил нужные вещи обратно в рюкзак и пересчитал свои финансы. Денег было достаточно, чтобы попробовать изменить мою убогую реальность.

Я вышел из уборной и огляделся, все выглядело обыденно и рутинно. Но мое сердце учащенно билось, я ощущал опасность. Василий мог отправиться в погоню за мной, поэтому чувство страха меня не покидало. Я начал судорожно перебирать варианты моих действий. Итак, сейчас я выглядел вполне прилично, думаю, даже не вонял. Я постарался максимально хорошо вымыть самые зловонные места, а после использовал дезодорант. В таком виде вполне можно было напроситься на автостоп. На данный момент мне был наиболее симпатичен именно этот вариант. Людей на заправке было немного. Я заметил женщину, выходящую из магазина с двумя большими пакетами угля. Она явно была недовольна такой ношей и нервно бурчала себе под нос какие-то проклятия. «А вот и мой шанс», – подумал я и быстро направился на помощь даме.

– Давайте я вам помогу, – сказал я, и по-хозяйски забрал у женщины пакеты. – Что же вы одна такую тяжесть тащите?

Женщина даже не успела опомниться, как я уже нес ее увесистую ношу. Было нетрудно догадаться к какой машине идти, неподалеку стояла подуставшая Тойота Королла с открытым багажником.

– Ой, мужчина, спасибо, – очень приветливо ответила женщина. – Как же мне повезло, встретить такого джентльмена на заправке!

Я улыбнулся и кинул взгляд на правую руку незнакомки, кольца не было. Это был очень неплохой сигнал, возможно она согласится меня подвезти.

– Может вы и шашлыки умеете жарить? – с легкой ухмылкой поинтересовалась моя собеседница.

– Конечно умею, – ответил я.

Не знаю, каким образом я заслужил благосклонность Вселенной, но сегодня она мне точно помогала. Сперва эти ключи от замка на кровати, после, встреча с Илоной. Да, кстати, об Илоне. Это была та сговорчивая женщина на Тойоте. Она оказалась очень доброжелательной и веселой, а самое главное, она с удовольствием пригласила меня на дачу к подруге. Вот так, без особых вопросов, просто взяла и предложила составить компанию. Дача ее приятельницы была в пятнадцати километрах от этой заправки, в селе со звучным названием Бородино. Я бы с удовольствием уехал и подальше от этих мест, но и такого расстояния было достаточно для начала. Не думаю, что Василий со своей бригадой поедет искать меня в Бородино. К тому же, вопрос с ночлегом тоже был решен. С каждым километром, я был все ближе и ближе к конечной цели.

По дороге в Бородино Илона вкратце рассказала о себе, оказалось, она работала в исправительной колонии этого поселка. А ее подруга, к которой мы ехали на дачу, раньше трудилась вместе с ней. Было заметно, что ей интересно увидеть мою реакцию на услышанное. Она хохотала, глядя на мое недоумевающее лицо.

– Вот так знакомство! – отметил я вслух.

Конечно, меня немного смущало место работы моей новой знакомой, но и я не отличался благородством. Я не стал говорить ей о том, что я в общем-то бомж, который только-только сбежал с помойки. Боюсь, её эта информация не обрадовала бы. Моя краткая легенда заключалась в том, что я автомеханик и еду на заработки в Москву. Эта версия вполне её устроила.

Илоне было сорок два года, и она никогда не была замужем, видимо, профессия контролера в исправительной колонии давала о себе знать. Она казалась вполне нормальной женщиной, с хорошим чувством юмора и невероятно заразительным смехом. Впереди меня ожидал очень занимательный вечер. Я уже чувствовал романтические настроения Илоны, и был готов принять ее симпатию.

Знакомство на даче оказалось очень даже душевным, подруга Илоны была полной её противоположностью. Немногословная и очень спокойная по натуре Оксана, с гостеприимством приняла меня к себе в гости. Она не ожидала увидеть на пороге дополнительного жильца, но быстро сориентировалась и организовала ещё одно спальное место для меня. Мне было очень приятно оказаться в теплом чистом доме, такого у меня давненько не было. Женщины оперативно начали накрывать на стол, а я отправился жарить шашлыки.

Стоя в легком дыму ароматного шашлыка, я вспомнил о Марине, я скучал по ней. Господи, какое безумие! Я скучал по женщине, с которой даже не был знаком. Ее белокурый облик стоял у меня перед глазами и как будто бы звал к себе. В суматохе сегодняшнего дня, я совсем перестал её чувствовать. Информационный поток о ней перестал поступать в мой разум, я совершенно не понимал, чем она сейчас занимается, что с Данилой, какая обстановка в доме. Я решил, что не мешало бы украдкой взглянуть на её фотографию, чтобы возобновить информацию. Да, я уже понял этот механизм. Видения приходили только когда я смотрел на фотографию, без неё никак.

Только сейчас я задумался о том, куда же я дел снимок Марины. Мой мозг начал прокручивать хронологию событий этого дня.

– Вот же проклятие! – выругался я.

Женщины с недоумением выглянули в окно. Я знаком дал понять, что все в порядке. Но в порядке ничего на самом деле не было, я в очередной раз разозлился на самого себя. Фотография Марины благополучно отправилась в мусор вместе с моими старыми вещами. Теперь связь с ней была утеряна.

Илона и Оксана с восторгом поедали приготовленный мною шашлык, а я с грустью думал о Марине. Каким же кретином надо было быть, чтобы так легкомысленно выбросить единственную связь с привлекательной блондинкой. Потеря фотографии дала мне понимание того, что я не просто озабочен ситуацией с Мариной, а попросту в нее влюблен. Наверное, влюбленный человек готов на самые невероятные поступки. В моем случае, это чувство явно шло мне на пользу, я как будто проснулся после долгой спячки и осознал ничтожность своего положения. Теперь во мне кипела какая-то гремучая смесь, которая давала мне энергию и огромное желание двигаться дальше. Мой мир перевернулся, перевернув и мое сознание. Ко мне вернулась та ребяческая уверенность в себе, которая бурлит в сердцах молодых парней, еще не знающих хитросплетений жизни. Какие-то абсолютно нетипичные мне чувства переполняли мою душу, я знал, что иду в правильном направлении и никто не мог меня остановить. Почему-то мне казалось, что Марина будет открыта к общению со мной. И контакт наладится довольно быстро. Сейчас я мог только предполагать это, но вскоре обязательно будет возможность проверить свои ощущения.

Илона нахмурила бровки, заметив мою задумчивость за столом.

– Милый, что-то ты загрустил и совсем забыл о наших бокалах!

Я оперативно откинул лирику на потом и подлил дамам вина.

– Извините за небольшую паузу. Итак, за замечательных женщин, которые так благородно приютили меня сегодня! – торжественно отрапортовал я, и поднял бокал с вишневым компотом.

После знакомства с фотографией Марины, меня воротило от алкоголя настолько сильно, насколько это было возможно. Даже запах вызывал у меня рвотные рефлексы. После многих лет чрезмерного употребления спиртного такая метаморфоза была очень удивительна. Но я воспринял это, в качестве побочного эффекта моего нового дара. К тому же, это только способствовало началу моей новой жизни.

Наш загородный ужин перевалил далеко за полночь. Я уже давно хотел пойти спать, но женщины не давали возможности этого сделать. Они откровенно признались мне, что я очень симпатичный и приятный собеседник, и что они давно такого не встречали. Илона, выпив достаточное количество домашнего вина, начала рассказывать о трудностях работы в исправительной колонии, о высокомерном отношении начальства, об интригах и сплетнях в трудовом коллективе. В этот момент, я увидел совсем другую Илону, шутки и смех ушли на второй план. То, что она поведала мне за ужином было ужасно. Я много раз слышал об эмоциональном выгорании на работе и даже сам через это проходил, но то было невидимой пылью по сравнению с проблемами одинокой женщины. Мне было очень жаль её, но я старался не показывать эмоций. Я просто обнял ее. Было очевидным, что сейчас такая поддержка являлась самой подходящей. Она со слезами на глазах, поддалась на мои проявления сочувствия и обняла в ответ. Мне стало очень приятно, что я могу кому-то помочь. Ранее такое милосердие было мне чуждо. Господи, да я не раз видел женские слезы, и они всегда вызывали только раздражение. Меня даже называли бездушным сухарём, теперь я больше походил на печеньку размокшую в чае. Но это уже никого не смущало.

Около трёх часов ночи мы все-таки закончили наши заседания. Перед тем, как отправиться спать, Илона призналась мне, что у нее были на меня другие планы, но наш душевный разговор так ее тронул, что теперь у нее были совсем иные настроения.

– Ты очень добрый и отзывчивый человек, – с грустью сказала она, – я вижу, что я не в твоем вкусе. Жаль конечно, опять повезет кому-то другому.

Илона поцеловала меня в губы и отправилась в свою комнату. А я не смог ничего ответить. Только мой внутренний голос отозвался где-то в глубине души: «Сергей, ты все делаешь правильно. Иди в том же направлении».

Утром меня разбудил замечательный аромат кофе и жареных яиц. Это было прекрасное солнечное утро в теплой постели. Оксана заглянула в комнату и пригласила на завтрак. На часах было около одиннадцати. «Эх, и разоспался я», – щелкнуло у меня в голове. Так долго я давно уже не спал, сон был настолько крепким и безмятежным, что я даже ни разу не проснулся среди ночи. В период проживания на свалке, мое утро всегда начиналось около семи, не мог спать дольше. А сегодня я спал так крепко, как в лучшие времена моей жизни.

Я быстренько оделся, заглянул в рюкзак, все было на месте. Не то, чтобы я не доверял женщинам, просто как-то машинально проверил свои сбережения. Когда я зашел в гостиную, дамы уже вовсю завтракали и обсуждали предстоящий день. Илона радушно предложила присесть возле неё.

– Доброе утро, Серёжа! Как спалось? Как настроение?

– Благодарю, спасительницы мои! Спалось как в раю! – ответил я, без каких-либо преувеличений.

Женщины довольно улыбнулись и начали посвящать меня в планы сегодняшнего дня. Часть этих планов была направлена на мою персону, но меня это никак не смущало. Мы еще вчера договорились с Оксаной, что я помогу ей с несколькими хозяйственными вопросами по дому. Где-то что-то надо было починить, что-то поменять и подкрутить. Ничего сложного, обычные мужские дела, с которыми женщина не слишком хорошо справлялась. Во второй половине дня, Илона согласилась подкинуть меня до маршрутки, которая следовала во Владимир. Мы сошлись во мнении, что это лучший маршрут для меня, к тому же Оксана договорилась со своей знакомой о моем проживании в хостеле в центре города. Женщины хорошо знали Владимир, и дали мне несколько дельных советов относительно проживания там. Город, с таким не малозначимым, для россиян названием, был следующим пунктом моей дислокации, и мне не терпелось с ним познакомиться.

За несколько часов моего труда на даче у Оксаны, я переделал все хозяйственные работы, которые она откладывала уже несколько лет. Её счастью не было предела. Она даже пыталась всунуть мне деньги за проделанный труд, но я, конечно же, не взял. В знак благодарности, она собрала мне внушительный кулек провизии. Это напомнило мне детство, когда бабушка собирала меня в турпоход с одноклассниками, она с такой же любовью и заботой заворачивала продукты в бумагу. Когда все сборы были окончены, мы втроем отправились на автостанцию. Во время нашей короткой дороги, в салоне автомобиля царила абсолютная тишина. Мне было как-то грустно прощаться с моими новыми подругами, но я понимал, что моя цель далеко не в этих краях, и где-то там, в Балашихе, есть та женщина, к которой меня невыносимо тянет.

Был теплый августовский вечер. Солнце потихоньку закатывалось за горизонт. Трое людей прощались возле маршрутки. Этими людьми были мы. Слов было совсем немного, атмосфера грусти, обволакивающая нашу троицу, была намного красноречивее нас. Ровно в 20:30 моя маршрутка осторожно покатилась в сторону намеченного города. Меня ждала новая страница моего спонтанного путешествия.

В десять вечера моя колесница прибыла в город Владимир. Я закинул рюкзак на плечи и отправился в хостел, где меня уже ждала моя койка. Оксана и Илона настолько подробно и четко описали мой маршрут, что я шел по городу с такой уверенностью, как будто был здесь уже тысячу раз. Буквально десять минут ходьбы, и порог моего сегодняшнего пристанища встретил меня радушным свечением таблички «Открыто». В фойе меня поприветствовала улыбчивая молодая особа, она без каких-либо оформлений и бюрократии направила меня в одну из комнат хостела. Комната была рассчитана на четверых человек, но кроме меня там никого не было. Это стало очень приятным сюрпризом. Администратор Маша пояснила, что буквально несколько часов назад хостел покинула большая группа спортсменов и теперь он был на половину пуст. Она предложила чистые полотенца, показала все удобства и любезно пожелала приятного отдыха. Мне в очередной раз повезло. Я отправился в горячий душ, а после улегся в чистую постель. На данном этапе, это был абсолютный максимум моего удовлетворения. Я кайфовал от того, что происходит со мной. В таком расположении духа уснуть было нетрудно.

Кайфовать пришлось не слишком долго, среди ночи меня разбудил, бодрящий как двойной эспрессо, сон. В нем меня жестоко избивали Василий и его команда, они требовали вернуть деньги. Я подскочил с кровати и на несколько минут просто завис в своих мыслях. К реальности меня вернула лёгкая прохлада в комнате. Я взглянул на часы, было 4.05 утра. Бодрящий ветерок из окна вновь загнал меня под одеяло, там я начал выстраивать план сегодняшних действий. «Слишком ты расслабился, Серёженька!» – вспомнилась мне фраза из прошлого. Я так и пролежал до семи утра в размышлениях и планах. Уснуть не удалось, зато несколько свежих идей посетили меня в этот ранний час.

Из хостела я вышел в восемь утра. Администратор Мария так и не взяла с меня денег за ночлег, оправдывая это четким наставлением Оксаны. Мои спасительницы Оксана и Илона заботились обо мне даже на расстоянии. Я не знал, чем заслужил такую опеку, но отвергать её было бы неразумно. «Дают – бери, бьют – беги», – всегда говорил мой отец. Я не видел его уже тысячу лет, только сейчас, я понял, насколько глупо было мое поведение все эти годы. Сегодня я спешил к женщине, которую совсем не знал, в то время как уже много лет не слышал ничего о своем отце. Жив ли он вообще? Как его здоровье? Все эти вопросы пришли ко мне только сейчас. В этот момент, я дал себе слово, что обязательно со всем этим разберусь, после встречи с Мариной. Всё же, я хотел довести до конца эту историю, с которой все и началось.

Первым делом, необходимо было восстановить хоть какую-нибудь связь с внешним миром. Я решил отправиться в интернет-кафе, которое видел неподалеку от вокзала, и собрать там необходимую информацию для дальнейших действий. В первую очередь хотелось ознакомиться с картой и прикинуть мой дальнейший маршрут. Далее меня интересовали благотворительные организации, которые зачастую помогали с временным жильем, работой и бесплатной юридической консультацией. Последним пунктом было установление локации местного рынка. Еще с давних времен, многие житейские вопросы можно было решить именно там. Конечно, понятие и сила рынка вымирали, их былая мощь оставалась позади. Однако, я точно знал, что там у меня гораздо больше шансов приобрести левую сим-карту, нежели в каком-то другом месте. За несколько часов, я собрал необходимый мне объём информации, теперь можно было двигаться дальше.

За час скитания на местном рынке, я не только приобрёл сим-карту с выгодным тарифом, но и стал обладателем неплохого смартфона. Моя жизнь в современном мире стала приобретать черты среднестатистического жителя России. Я был неплохо одет, вымыт и сыт, имел телефон с интернетом, хороший денежный запас. Первая ступень из пирамиды потребностей Маслоу практически была пройдена. Оставалось идти дальше.

Ещё утром, в интернет-кафе я посмотрел расписание автобусов до Балашихи, проблем добраться туда день в день не было. Теперь, когда у меня было средство связи и интернет, я мог спокойно отправляться на автостанцию. Еще один переезд отделял меня от установленной мною точки Б. От этих мыслей сердце начало учащенно биться. Я очень хотел увидеть Марину, и в то же время, оттягивал этот момент.

На автовокзале мною был приобретён билет на вечерний рейс. До отправления оставалось достаточно много времени, которое я решил скоротать в кафе неподалеку от станции. Я выбрал итальянскую пиццерию с уютной крытой террасой, где можно было спокойно разложить свои мысли по полочкам и сделать необходимые заметки. Всё кафе утопало в раскидистой зелени. Многочисленные горшки с цветами и карликовыми кустарниками создавали атмосферу уединённости. Это место было создано для приятных размышлений. Присев за самый дальний столик, подальше от всех, я заказал ароматный американо и небольшую пиццу пепперони. Мой заказ невольно вернул меня в прошлое. В те далекие времена, когда я еще работал на автомойке в Москве. Тогда я часто заказывал эту пиццу и кофе в кафе напротив работы. Это были времена, когда я уже более-менее встал на ноги. По крайней мере, мне тогда так казалось. Я считал, что если я могу позволить себе есть в кафе через день, то это уже большое достижение. В тот период я снимал квартиру вместе с напарником по работе, раз в неделю ходил в клуб и был абсолютно уверен, что это и есть предел мечтаний для юноши из периферии. После нескольких лет реального выживания в чужом городе, скитания по малооплачиваемым работам, тотальной экономии на всем, я был убеждён, что лучшего и быть не может. И вот, когда я был полностью удовлетворен своей жизнью, был неимоверно благодарен всевышнему, именно тогда судьба подкинула мне дровишек в огонь. Я познакомился с невероятной женщиной по имени Алёна, которая перевернула мой устаканившийся мир с ног на голову.

## Глава 2. Алёна

В мой мир Алёна вошла через порог автомойки «Искра». Как сейчас помню, был понедельник. Это был мой последний рабочий день, перед выходными. Я всегда старался работать на мойке в дни высокого спроса, а отгулы брал в будние. Вот и тогда, я дорабатывал последние часы и намеревался отправиться в бар после трудового дня. Хотел выпить пару бокалов пива, возможно кого-то склеить. Я спокойно домывал машину и был погружен в свои мысли, когда ко мне подбежал наш управляющий и суетливо приказал побыстрее заканчивать эту работу и скорее браться за новую. Я редко видел его таким взволнованным, поэтому быстро доделал все дела, и пошел встречать нового клиента. Тогда я впервые увидел Алёну. Она приехала на роскошном белом мерседесе, правда машина была изрядно запачкана, но даже под слоем грязи, автомобиль выглядел солидно. Она вышла из него в белой роскошной шубе, вся такая изящная и ароматная, что я потерял дар речи. Таких эффектных женщин, я видел, разве что, по телевизору. Она поздоровалась и строго продекламировала, что надо сделать с машиной и сколько у меня на это времени. Помню, как её взгляд быстро просканировал меня сверху донизу, а потом она сказала:

– Мальчик, я надеюсь ты умеешь работать с люксовыми автомобилями? Им нужен индивидуальный подход.

Не знаю почему, мне захотелось немного съязвить ей.

– Не волнуйтесь, подход я знаю. Ещё никто не жаловался.

Она слегка ухмыльнулась.

–Посмотрим.

Автоледи взяла свою сумочку и направилась в сторону управляющего, который уже ждал её возле своего кабинета. После её ухода, я еще долго чувствовал аромат духов, который медленно растворялся в воздухе.

Этот белый мерседес я мыл с особым энтузиазмом, не хотелось ударить в грязь лицом перед требовательной особой. Клиентка осталась довольна и лично вручила мне чаевые. Я никогда не стеснялся брать деньги от людей, но в этот раз, мне было почему-то очень неловко. Я быстро запихнул купюру в карман, даже не посмотрев её достоинство. После того как белый мерин скрылся за горизонтом, ко мне подошёл управляющий и с каменным лицом произнёс:

– Ты там смотри, не заглядывайся. Она замужем за крупным бизнесменом. Очень крупным.

Я промолчал. До конца рабочего дня, я только и думал о женщине в белой шубе. Украдкой, я услышал, что её зовут Алёна. Шеф звонил кому-то и хвастался редкой клиенткой. Фамилию я не разобрал, но вот имя уловил чётко. «Значит, Алёна, – подумал я, – красавица Алёна!» Мне хотелось как можно больше узнать о ней. Но особых возможностей я не имел. На дворе стоял 1998 год, и такого понятия, как «поискать инфу в интернете», в сознании постсоветского человека еще не было. В те времена, информацию получали от людей, а не из глобальной сети. Из рабочих никто толком не знал об Алёне, видимо, она давно тут не появлялась. Мой напарник работал здесь уже год, но ни разу не пересекался с ней. В общем, оставалось довольствоваться малым и надеяться, что эффектная брюнетка посетит нас ещё. Я не знаю, на что я рассчитывал тогда, скорее всего, ни на что. Но желание увидеть шикарную женщину еще раз, меня не покидало.

Шли дни и недели, Алёна не появлялась. И я почти уже начал про нее забывать. Но за несколько дней до Нового Года, она вновь оказалась у нас на пороге. В этот раз она приехала на черном мерседесе и в короткой шубке того же цвета.

– Видимо, под каждый автомобиль у неё своя шуба, – с улыбкой прошептал мне мой напарник.

Она вышла из автомобиля и как-то грустно поздоровалась со мной:

– Здравствуй, сделай как в прошлый раз.

Я принялся за работу, а сам всё кидал взгляд на кабинет управляющего, в котором она обосновалась. Дверь была слегка приоткрыта, и время от времени мне даже удавалось кое-что услышать. Сперва, я слышал только её голос, она вела эмоциональный монолог. После, было небольшое затишье, а затем выбежал шеф и отправил моего напарника за хорошим белым вином. Теперь я понял, что меня смутило в Алёне. Она была выпившая.

Алёна провела в кабинете с управляющим около двух часов. За это время, мой напарник бегал за выпивкой для них дважды. Я смог уловить краем уха несколько фраз красавицы. Из них я понял, что её муж попал в какой-то список и теперь ему грозят серьёзные проверки. Автоледи была крайне обеспокоена. Тем временем мой трудовой день уже подходил к концу, и я потихоньку начал собираться домой. Я уже практически вышел из здания, когда шеф остановил меня.

– Сергей, повремени. Надо завести девушку домой.

На пороге появилась Алёна и произнесла:

– Сергей, отвези меня домой.

Она сказала это так жалобно и нежно, как будто мы давным-давно знали друг друга. Конечно же я согласился.

Алёна плюхнулась на пассажирское сидение и начала что-то бормотать.

– Куда вас отвезти? – уточнил я.

– Подожди, я думаю, – отозвалась она, – за город не поедем. Там будут пробки в это время.

– За городом пробки? – усмехнулся я, – это где же вы живете?

– На Рублевке, мальчик мой, ты там наверняка ни разу не был. Раз не знаешь какой там аншлаг в это время. Правительственная трасса как-никак! – Алёна слегка раздраженно поправила свою шубку и продолжила, – поедем на Кутузовский проспект, знаешь, где это?

Я кивнул. После моего фиаско с этой Рублёвкой, я решил больше не умничать. Всю дорогу мы ехали молча. Вскоре красотка показала мне нужный поворот, и мы прибыли к необходимому нам дому. Она попросила помочь отнести её вещи в квартиру. Это показалось мне довольно странным, ведь из вещей был только небольшой бумажный пакет с какой-то одеждой. Я не стал возражать, мне хотелось как можно больше побыть с ней. Квартира была на третьем этаже, она открыла дверь и неоднозначно попросила зайти. Я проследовал за ней.

Квартира моей спутницы впечатлила меня с порога. Из достаточно стандартного сталинского подъезда, я попал в какой-то дворец с невероятными убранствами. Все было выдержано в бело-золотых тонах. Одна из стен была практически полностью покрыта живописью. Хоть я всегда был достаточно равнодушен к обстановке вокруг, ведь мое детство прошло в очень скромных условиях, но эта квартира просто перевернула мое сознание. Я впервые оказался в таких барских хоромах. Мне кажется, я даже приоткрыл рот. Алёна заметила мой ступор и усмехнулась.

– Эту квартиру Саня подарил мне после двух лет отношений. Саня – это мой муж. Сперва он снимал мне небольшую однушку в районе Замоскворечья. Да, веселые были времена!

Я не стал поддерживать диалог, просто поставил пакетик и сказал:

– Ну, я пойду. Хорошего вечера.

Я даже не расслышал её ответ, просто вылетел пулей из квартиры и все. Я помню, что в тот момент я осознал недостижимость этой женщины. Я был простым двадцатипятилетним мальчишкой с мелочью в кармане, да еще и с дырявым ботинком. Как назло, этот ботинок окончательно порвался именно сегодня. В этот момент я особенно остро почувствовал нашу с Алёной социальную разницу. А ещё, я почувствовал, что за эти пять лет в Москве я многое упустил, не смог правильно воспользоваться городом-миллионником.

В тот вечер что-то изменилось во мне. Я как будто, заглянул в другой мир и осознал свое ничтожное положение. А ещё я осознал, что у меня никогда не будет такой девушки как Алёна. Это злило и выводило меня из себя. До дома я решил прогуляться пешком, погода была достаточно приятная. Мне надо было проветрить свои мысли, и даже рваный ботинок меня не останавливал. Я так и поплелся по мерцающим предновогодним улицам, в каком-то затуманенном состоянии.

На пороге своей съёмной квартиры я оказался глубоко за полночь. Это была очень длинная прогулка и я не на шутку замерз. Мой напарник Вовка уже спал, поэтому наша холостяцкая обитель была полностью погружена во тьму. Я машинально включил свет в прихожей, небольшой потолочный светильник уныло покрыл комнату тусклым желтым свечением. Я осмотрелся вокруг, доныне хорошие условия для жизни, показались мне убогими и обшарпанными. В глаза бросились надорванные обои над потолком, а вешалка для одежды была похожа на горбатую старуху. Настроение ухудшилось еще больше. Я решил выпить. У меня в запасе давно стоял виски, который я берег на особый случай. Не было ни доли сомнения, что этот случай наступил.

Вспоминая этот вечер, я понимаю, что дело было не в роскоши и убранстве жилья. Дело было в женщине и её недостижимости. Очаровательная брюнетка слишком сильно меня зацепила, только до неё мне было как до космоса.

Опрокинув несколько порций чистого виски, я быстро охмелел. Затянувшаяся зимняя прогулка и отсутствие ужина давали о себе знать. Я решил отправиться в кровать, тем более, через несколько часов нужно было вставать на работу.

– Утро вечера мудренее, – пробухтел я сам себе и направился в прохладную постель.

Утро действительно придало мне новых сил. На удивление, я проснулся в приподнятом настроении и полный энтузиазма. То ли виски ещё не отпустил меня, то ли что-то еще, но я собирался на работу с особым рвением. В это утро я решил, что моя жизнь обязательно поменяется к лучшему, что я очень молод и всё впереди, а значит, и все дороги для меня открыты. Нужно только вовремя постучаться. Я решил не завтракать дома, а сделать это в кафе неподалёку от автомойки. Так сказать, зафиксировать свой статусный настрой с самого утра отменным кофе. Денег в кармане было не слишком много, но меня это не останавливало. Тем более, я был уверен, что обязательно заработаю в ближайшие дни. К Новому Году многие жители Москвы, да и не только, стремились отмыть свои машины. Это был определённый ритуал, как для женщин навести красоту перед праздниками. Клиенты с лёгкостью расставались со своими деньгами и не скупились на чаевые. Можно было быстро и хорошо заработать.

В то утро, я впервые мысленно поднял свою планку желаний. Отныне я решил, что меня не устраивает мой предыдущий уровень дохода. Мне непременно надо было больше. К таким мыслям, я пришел благодаря Алёне. Если её муж смог заработать, значит и я могу попробовать. Ранее у меня не было этого маленького шила в заднице, которое неустанно сверлит тебя потихоньку, напоминая о себе. Оно появилось в то самое утро и надолго застряло во мне. Шило было заточено лишь под одну тему, имя которой – деньги. Тот день я отчётливо помню, это был день моего перерождения. В хорошую ли сторону было это перерождение? Затрудняюсь ответить. Оно дало мне много ярких моментов, но, безусловно, многое испортило во мне.

Последние дни 1998 года я полностью посвятил работе. Шеф был очень рад моему стремлению поработать тридцать первого декабря в полную смену, таких желающих больше не было. Все работали до пяти вечера, я же решил остаться до девяти. Мне некуда было спешить, мой напарник Вовка обещал взять на себя организацию новогоднего стола, гости должны были объявиться не раньше десяти вечера, а я терпеть не мог ожидания. Поэтому, проще всего для меня было работать до упора. Шеф уже составил плотную запись на вечер, так что скучать мне точно не грозило.

Это удивительное явление, с какой скоростью человек может одеваться, когда уходит с работы. Ровно в пять вечера мое рабочее место просто вымерло. Все настолько быстро убежали, что я даже не успел сказать: «С Наступающим!» «Ну и ладно, – подумал я, – увидимся в следующем году!» Я включил себе радио, и прикинул фронт работы. На очереди у меня было еще три машины, все они принадлежали одному банкиру. Водитель любезно предоставил мне ключи от авто, а сам слился на несколько часов по делам. Работать без клиентов над душой было моим любимым делом, я сделал музыку громче и принялся за работу.

Мой увлеченный труд прервал какой-то грохот. Сделав музыку тише, я понял, что кто-то стучит в дверь автомойки. Я заглянул в небольшое окошко в двери, там стоял мужчина.

– Мы уже никого не берём на сегодня, – сказал я ему, слегка приоткрыв дверь.

– Здравствуйте, а Малиновый Сергей здесь работает?

Меня аж передёрнуло. Крупный мужчина в спортивном костюме и чёрной дублёнке назвал мою фамилию и имя. Прилив недоумения и волнения в одном флаконе достиг моего мозга, за доли секунд я прокрутил последние месяцы своей жизни и не смог вспомнить ничего криминального.

– Молодой человек, вы в порядке? – незнакомец обратился ко мне еще раз, – так вы знаете Сергея Малинового или нет?

Я ещё немного помедлил, но всё же признался:

– Это я.

– Вам посылка, – с облегчением сказал мужчина. Он передал мне пакет и тут же исчез.

«Вот так чудеса! – подумал я, – какая еще посылка!» Задавать вопросы было уже некому, мужчина так быстро исчез из поля зрения, что я стал остерегаться этого неожиданного послания. Сам по себе пакет был довольно легким, я решил немедленно проверить его содержимое. Внутри была коробка от обуви, обычная ничем не примечательная чёрная коробка, без каких-либо опознавательных знаков. Открыв её, я увидел очень необычные, странные и в то же время красивые кроссовки. Они имели нетипичный для того времени вид, такие кроссовки я ни у кого не видел. На стельках большими буквами красовалась надпись «Gucci», а маленькая открытка сбоку, давала ответ на то, кто был отправителем данного подарка.

«Привет, Сергей. Прими эти кроссовки в знак благодарности за мою благополучную доставку домой. Носи с удовольствием. Алёна». Такие слова были написаны аккуратным почерком в открытке. Я просто обалдел. Мне было приятно и стыдно одновременно. Приятно за её заботу, стыдно за те рваные ботинки. Было наивно полагать, что она не заметит такой дыры на обуви. Конечно же, она всё заметила. Это был очень неожиданный поступок от девушки, которая практически меня не знала. Я предположил, что, возможно, тоже симпатичен ей, иначе к чему этот подарок? Мне захотелось поскорее встретиться с ней, посмотреть в эти большие медово-карие глаза и возможно увидеть в них какие-то ответы для себя. Но это было абсолютно невозможно. Меня ожидала недоделанная работа, да, и где бы я искал Алёну сегодня? Где она сейчас? На Кутузовском или Рублёвке? А может у кого-нибудь в гостях или вообще уехала из страны? Единственное, что было доступно в этот момент, так это её подарок. Я решил немедленно его примерить.

Удивительно, как точно Алёна угадала размер моей ноги, кроссовки сидели идеально. Я ещё раз отметил для себя, что она просто невероятная. Своим жестом она выбила меня из равновесия на всё оставшееся время.

Придя домой, я не стал показывать свою обновку напарнику. «Расскажу в другой раз», – подумал я и аккуратно погрузил чёрную коробку в шкаф. С минуты на минуту должны были прийти гости и мне надо было привести себя в порядок. Вовка уже давно хотел познакомить меня с какой-то девушкой, которая активно мною интересовалась. Сегодня у меня не было шансов отвертеться от этого знакомства. Праздничного настроения особо не было, однако, сам праздник никто не отменял. Новый Год всегда был моим любимым торжеством, впереди было два выходных, а значит надо было отдыхать.

Новогоднюю ночь я провел в компании весёлых и жизнерадостных друзей. Мы пили шампанское, пели песни, танцевали. Девушки организовали забавные конкурсы с желаниями, одна из них загадала провести это утро со мной наедине. Я не стал сопротивляться. Мне хотелось отвлечься от мыслей об Алёне, которые не покидали меня на протяжении вечера.

Первое утро 99-ого я встретил в объятьях симпатичной брюнетки, жаль это была не Алёна.


Мой трудовой год начался достаточно удачно. Шеф оценил мое рвение к работе и назначил администратором автомойки, теперь у меня был только один выходной в неделю и самый высокий процент оплаты. Можно сказать, я стал правой рукой управляющего. Это был мой первый профессиональный шаг вперёд. В личной жизни тоже произошли небольшие изменения. Та девушка, с которой я провел первое утро года, все чаще и чаще стала появляться у меня на пороге. Её звали Катя. Она была студенткой МГУ и к тому же коренной москвичкой. Это меня не сильно интересовало, ведь планов на неё я не имел. Чего нельзя было сказать о ней. Она посещала нашу холостяцкую обитель по всяким разным поводам: то каблук сломала неподалёку от нас, то воды дома нет, то просто пришла угостить пирожками. Конечно же я видел её отношение ко мне, она явно была влюблена. Ответить ей тем же, я не мог. Она знала об этом, но всё равно упорно продолжала преследовать меня. Раздражения в её сторону у меня не было, она умела балансировать между навязчивостью и умением держать дистанцию. Так и протекала наша жизнь неделя за неделей.

Одним морозным зимним утром Катя нашла мою чёрную коробку с кроссовками. Пока я был в душе, она успела изучить её содержимое. Записку, которая также лежала в коробке, она предоставила мне во время завтрака.

– Что это за Алёна, которая дарит тебе такие подарки? – спросила она у меня с недовольным видом.

Она явно ожидала от меня каких-то оправданий, но своим поступком вызвала у меня только агрессию.

– Ты кто такая, чтобы задавать мне подобные вопросы? – ответил я, закипая от злости всё больше и больше.

Катя с испугом посмотрела в мои глаза.

– Никто, – слёзы одна за другой побежали по её раскрасневшимся щёчкам. Она спокойна встала из-за стола и удалилась.

– Не стоило рыться в моих вещах, – прорычал я ей вслед.

Эта ситуация настолько меня взбесила, что я ещё долго не мог успокоиться. Катя, сама того не зная, «открыла ящик Пандоры» и незамедлительно ощутила последствия этого шага на себе. Именно этот момент дал мне чёткое осознание, что все наши встречи необходимо прекращать. Молодая студентка слишком сильно укоренилась в моём доме, до этого никто так часто здесь не находился. Не стоило вообще позволять ей так приближаться к себе. Я был зол, мои личные границы были нарушены, и в этом я винил только себя. Отныне я решил, что пребывание женщин в моём доме будет значительно урезано. Я не хотел повторения подобных ситуаций

– Оправдываться я буду только перед любимой женщиной, – проговорил как мантру я сам себе.

Тогда меня абсолютно не волновали чувства Кати, я просто вычеркнул её из своего ежедневного распорядка дня. Работа и деньги – вот что интересовало меня на данном этапе жизни. Да, и кое-кто еще. Красивая и недостижимая Алёна. Я был одержим ею, думал о ней постоянно. Сравнивал других женщин и понимал, что они и ногтя её не стоят. Во мне кипела какая-то внутренняя лава, которую я всеми возможными путями сдерживал в себе, не давая вырваться наружу. Я очень хотел увидеться с Алёной, но она не появлялась у нас уже больше месяца. Несколько раз я прогуливался возле её дома на Кутузовском проспекте, высматривал свет в окнах. Но все мои старания были тщетны, в квартире не было даже намёка на чьё-то присутствие.