# Следы с того света

Артемий К.

В тихом, блаженном городке Морета никогда не происходило по-настоящему громких событий. До сего дня! Совершено ограбление банка, и подумать только, преступник – всамделишный некромант! Такое непростое дело не по зубам местной полиции, да и браться за него капитан не хочет. Тогда бывалый детектив Беркли решает пойти наперекор начальству и обращается за помощью к своему родичу – чародею Кларию, в тайне ото всех практикующему некромантию. Вскоре к магу присоединяется бойкая и находчивая журналистка Ирис, жаждущая докопаться до правды. Вместе им предстоит раскрыть таинственное дело, уготовившее немало опасностей и приключений.

## Глава первая – «Необычный похититель»

Сладостный аромат пончиков разносился по улочке. Лёгкий утренний ветерок преподнёс его первым путникам зародившегося дня, рисуя в голове притягательный образ обжаренных колечек в сахарной пудре. Искушению было просто невозможно не поддаться, и мэссѐр Бѐркли, разумеется, поддался. Впрочем, не будь здесь чарующего аромата, детектив всё равно бы зашёл в пекарню, как делал каждое утро на протяжении последних десяти лет.

Торопливой походкой идя по брусчатке, Беркли всматривался вдаль. Около заветной двери пекарни не виднелось очереди – добрый знак. Значится, первая, самая свежая порция лакомства достанется именно ему.

Подойдя к прозрачной дверце, детектив бережно распахнул её и зашёл в заведение. Внутри стоял ещё более сладостный аромат. Свежевыпеченный хлеб, румяные утренние булочки, вкуснейшие пирожные, сытные пирожки и, конечно же, заветные пончики.

– Мэссер Беркли, доброе утро! – поздоровался пришедший из кухни на звук колокольчика хозяин.

– Мэссер Гуаданьѝно, рад вас видеть! – ответил детектив, приподняв рукой серую шляпу и расплывшись в улыбке.

Улыбка Беркли могла бы в пух и прах разгромить любых конкурентов на каком-нибудь конкурсе очаровательных улыбок. Некоторые бы сказали, что такой очаровательной улыбке он обязан своим обаятельным, немного пухлым щекам, мягким скулам и аккуратным белым зубам, однако дело было совсем не в них. Главным украшением, как улыбки, так и всего лица мэссера Беркли, являлись глаза. Яркие, совсем не потускневшие с возрастом голубые глаза, вызывающие непроизвольные ассоциации с дружелюбным домашним котом.

Ассоциацию поддерживала и фигура детектива. Он отнюдь не был толст, но всё же полноват. Виновниками сего обстоятельства приходились те самые пончики, к которым он пристрастился почти сразу же, как только они с супругой переехали в новую страну.

Конечно, мадо̀нна Беркли периодически ворчала на мужа, доказывая, что в употреблении лакомства стоило бы знать меру или вовсе от него отказаться. Однако делала она это исключительно для формы, чтобы казаться более серьёзной и современной замужней женщиной среди своих подруг. Беркли в свою очередь всегда смиренно и почтительно кивал, будто благодаря за заботу, а затем издавал глубокомысленный хмык, показывая таким образом, что непременно примет обеспокоенность супруги к сведению. А спустя день вновь совершал привычный визит в пекарню. Данное мероприятие приносило ему столь несказанное душевное удовольствие, что он совершенно не мог от него отказаться, а мадонна Беркли, видя приподнятое настроение мужа, сочетающееся с остатками сахарной пудры под усами, прощала его и радовалась, что супруг нашёл отдушину, отвлекающую его от тягот работы.

– Сегодня как обычно? – выдернул Беркли из раздумий мэссер Гуаданьино.

– Да, будьте любезны, две штучки, пожалуйста. Луѝза приболела? – поинтересовался детектив, обводя помещение взглядом в поисках помощницы владельца.

– Увы, да. Простыла, когда навещала мать. Обещалась выйти на работу на следующей неделе. Мне теперь предстоит научиться самому управляться с кассой.

– Уверен, если вы можете создавать столь невероятные шедевры из теста, то и с сим хитроумным аппаратом управитесь в два счёта. – Наградив пекаря ещё одной обворожительной улыбкой, Беркли принял пакет с пончиками и благодарственно кивнул. – Благодарю!


Наспех вытерев губы салфеткой, мэссер Беркли выкинул пакет из-под пончиков в урну и зашёл в полицейское управление. Раскланявшись с дежурным и поприветствовав спешащих на службу патрульных, детектив поднялся на третий этаж. По обыкновению утреннего часа здесь царило спокойствие. Несколько прибывших раньше детективов болтали о повседневных делах, допивая кофе, секретарь сидела за своим столом, раскладывая бумаги по стопкам, а консультант-чародей со скучающим видом листал цветастую брошюру.

Бежевые стены с небольшими деревянными вставками и зеленоватого цвета столы поддерживали атмосферу спокойствия.

Пройдя к своему столу, Беркли снял шляпу и скинул пальто. Не успел он их повесить, как мирную обстановку неожиданно прервала распахнувшаяся дверь капитанского кабинета.

– Беркли, А̀дэл, ко мне!

Мэссер Беркли тихо пробурчал в свои светлые усы старомодное ругательство и, оставив верхнюю одежду на стуле, направился в кабинет. За ним вальяжно последовал чародей, всем видом показывая, что тоже не рассчитывал получить задание прямо с самого утра.

Молодой парень, недавно выпустившийся из академии и попавший на службу в полицию не по своему выбору, а по велению имеющего соответствующие связи отца, вообще не любил задания от начальства. Все свои дела Адэл всегда старался завершить поскорее, не вникая в суть и не изучая детали. Таким способом он демонстрировал своё неудовольствие относительно выбранной родителем судьбы. Чародей даже не стал носить значок полицейского управления, хотя тот бы весьма эффектно смотрелся на его тёмно-синей мантии.

К счастью, Морѐта являлась тихим и мирным городком. Преступления с магическим следом здесь почти никогда не случались.

В кабинете капитана полиции ощущалась прохлада. Почти в любую погоду, уж тем более в царившее нынче начало осени, строгий начальник держал приоткрытым одно из окон. Свежий воздух помогал ему сохранять ясность ума и боевой настрой – так пояснял сию привычку племянник командира. Сам капитан никогда не разговаривал с подчинёнными на житейские темы и, разумеется, не пояснял своих повседневных привычек.

– Мэссеры, есть дело для вас двоих. Поступило заявление от гражданки по фамилии Кэмп. Вчера кто-то снял все деньги со счёта её почившего два дня назад мужа. В банке ей заявили, что деньги снял сам Кэмп. Очевидно, преступник прикинулся им, воспользовавшись или гримом, или магией. Надлежит проверить обе версии. Отправляйтесь в Злото-Банк и узнайте все подробности. Я уже направил туда нескольких полицьо̀тто.

– Ваше благородие, – использовав максимально неуместное обращение, подал голос Адэл. – До Злото-Банка здесь далековато.

– Можете поймать экипаж, один на двоих. Сохраните талон и потом отдайте дежурному, вам выдадут возмещённые, – со сдержанным недовольством ответил капитан на жирный намёк.

– Мы всё поняли, отправляемся на место! – Решив предотвратить нежелательное развитие беседы, Беркли энергично распахнул дверь и кивком пригласил чародея на выход. – До свидания, капитан!

Поездка до банка прошла в тишине. Молодой консультант флегматично смотрел в окно, где неторопливо проплывали городские виды. Несмотря на свою малость, а может и благодаря ей, Морета являлась весьма красивым городом. Изящные домики светлых тонов, не превышающие пяти этажей. Яркие и разномастные лавочки с удивительно разнообразной палитрой товаров. Просторные парки и аккуратные аллеи. Поразительного архитектурного исполнения фонтан. Многие красоты могли порадовать глаз и согреть душу в этом городе, однако Адэла они оставляли абсолютно безучастным.

Беркли, в отличие от спутника, вообще не смотрел в окно. Прикрыв глаза, детектив позволил стуку копыт заполнить свои мысли и погрузился в некое подобие медитации. Необходимость расследовать дело вместе с Адэлом ему совершенно не нравилась. Кроме того, что молодой человек был крайне беспечным сотрудником, его раздражало, какое впечатление тот складывал у людей о чародеях.

Самому Беркли магия очень нравилась. Он видел в ней возможности для удивительного роста цивилизации. Конечно, достижения современной науки, вроде телефонов, фотокамер и самодвижущихся повозок, о которых только и говорила молодёжь в последнее время, тоже производили на него впечатление, и их вклад в прогресс Беркли ценил не меньше. Но именно магия завораживала его и представлялась наилучшей возможностью для воплощения самых смелых фантазий человечества в реальность. Однако для этого потребно, чтобы у людей складывалось хорошее мнение о чародеях, чему категорически не способствовали разгильдяи вроде Вѝртура Адэла.

Прибыв к банку, Беркли мигом почувствовал в воздухе напряжение. Около солидного входа с чёрно-золотыми массивными дверями стоял подтянутый парень в полицейской форме, пристально зыркая на всех входящих и выходящих. Некоторые не обращали на него внимания, но другие примечали столь пристальный интерес. Одни тушевались, вторые просто прибавляли шаг, третьи тихо негодовали себе под нос, а четвёртые, словно решая поиграть в гляделки, начинали не менее пристально смотреть на полицьотто. Последние буквально раззадоривали служителя закона, и он провожал их особенно долгими взглядами.

Провожая ещё одного оппонента по гляделкам, парень приметил прибывшего Беркли и тут же выпрямился по стойке смирно.

– Детектив! Директор банка уже ожидает вас. Мы записали его показания, но не стали полноценно допрашивать без вас.

– Вольно, сынок! Правильно сделали. – Беркли мягко улыбнулся, поправляя шляпу. – Пойду, побеседую с ним. Виртур, поищи следы магии. Постарайся не привлекать излишнего внимания, но ищи тщательно. Ты меня понял?

– Конечно, босс. Всё сделаем в лучшем виде, – наигранно улыбаясь, ответил чародей, попутно похрустывая пальцами в бархатных перчатках. На тощем лице и в недовольных карих глазах явственно прочиталось желание поскорее отделаться от задания.

Поняв, что большего от него не добиться, Беркли недовольно мотнул головой и зашёл в банк.

Внутри оказалось немногим больше полудюжины человек. Три клиента, два сотрудника, пытающийся пройти за служебное ограждение курьер и останавливающий его полицьотто. Задержав взгляд на последней парочке, Беркли деловито втянул носом воздух и направился к одному из сотрудников банка. Тоненький мужчина как раз закончил обслуживать клиентку и убирал в недра стола финансовые документы.

– Добрый день, я детектив Беркли! Где мне найти директора?

– Он в кабинете, это на втором этаже, – настолько быстро, будто он заготавливал ответ уже порядочное количество времени, воскликнул клерк.

– Благодарю! – Учтиво приподняв шляпу, Беркли направился к лестнице.

Народу на втором этаже оказалось почти столько же, что и на первом, однако здесь было куда оживлённее. Между кабинетами постоянно сновали секретари, нося с собой документы и сплетни. Неординарное ограбление всколыхнуло людской интерес, разгоняя серую будничную рутину.

В Морете редко происходили громкие события: местным сплетникам приходилось довольствоваться или слухами, привезёнными из столицы, или мелкими происшествиями, вроде семейных ссор и интрижек горожан с актёрами и актрисами из периодически заезжающей на гастроли труппы. Посему столь интригующая тема, как ограбление, которое вдобавок мог совершить чародей, стала ярчайшим событием для любителей почесать языком.

Проходя мимо одного из кабинетов, Беркли уловил обрывки возмущённого спора. Судя по услышанному, в банк прибыл страховой агент мадонны Кэмп и решительно добивался причитающихся выплат у заместителя директора. Диалог ходил по кругу, не меняясь уже долгое время. Представитель банка не желал уплачивать должное до завершения расследования, а страховой агент пытался сломить защиту собеседника, припоминая разные цветастые прецеденты из судебной практики.

Пройдя дальше по коридору с серыми стенами, Беркли увидел впереди кабинет директора, возле которого стоял охранник. Крупный мужчина во все глаза глядел на приближающегося детектива, силясь угадать, кем тот являлся.

«Похоже, проныры уже порядком надоели директору, и он решил отгородиться от них сим мо̀лодцом». – С укрытой усами лёгкой улыбкой подумал про себя Беркли, нащупывая в кармане серого пальто удостоверение.

– Добрый день, я детектив Беркли. Директор у себя?

– Добрый день, – растягивая гласные, проворчал рослый охранник, всматриваясь в показанное удостоверение. – У себя.

Изобразив серьёзную мину, покрыв верхнею губою нижнюю, мо̀лодец громогласно постучал в дверь и заглянул внутрь.

– Мэссер Феннѐти, к вам тут детектив.

– Да-да! Пропусти его, Диѐго!

Охранник шире распахнул дверь кабинета и кивком пригласил Беркли пройти внутрь. Детектив, изобразив учтивый поклон головы, проследовал в просторный, но заставленный чрезмерным количеством мебели светлый кабинет и закрыл за собой дверь.

– Здравствуйте, детектив, присаживайтесь! – спешно поприветствовал гостя директор банка, пытаясь незаметно убрать в ящик стола открытую бутылку виски.

– Здравствуйте! Я детектив Беркли! – Из раза в раз представляться уже порядком надоело, но что поделать. Нельзя же поступаться приличиями.

Сняв шляпу, детектив присел на стул перед столом и с дополнительным любезным кивком заговорил:

– Мои люди сказали, что уже взяли у вас показания, но я бы хотел всё услышать ещё раз.

– Да тут нечего особо слышать, – в расстроенных чувствах буркнул загорелый директор в чёрном презентабельном костюме немалой цены. – Вчера за час до закрытия к нам зашла мадонна Кэмп. Хотела взять ссуду, чтобы оплатить похороны мужа. В качестве гаранта платёжеспособности она предоставила документ из нашего же банка о наличии денег на счёте её покойного супруга, которые она затем, разумеется, унаследует. Клерк проверил баланс счёта Кэмпа и обнаружил, что денег на счёте нет. Согласно журналу их утром того же дня снял сам Кэмп. У него с собой был паспорт, да и подпись на бумаге совпала. Об его смерти-то пока не особо распространялись, вот никто и не заметил подвоха. – Директор издал нервный смешок. – Вы не слышали? У Кэмпа отказало сердце, когда он с приятелем выпил лишнего. Такой пристойный человек и такая непристойная смерть. Стыдоба!

– Мне безмерно жаль бедного мэссера Кэмпа, однако я бы хотел дослушать об ограблении, чтобы скорее поймать преступника, – учтиво, но в то же время решительно, остановил уход беседы в сторону Беркли.

– Ну да, ну да, – сконфуженно буркнул директор. – Больше и нечего-то особо рассказывать. Вначале мадонна Кэмп нашим заявлениям не поверила, а затем пошла в полицию. Утром приехали ваши люди.

– Понятно. Значится, кто-то прикинулся мэссером Кэмпом.

– Не кто-то, подлый чародей. Колдун мерзкий. Вам ваши люди разве не сказали? – Банкир внезапно воодушевился. Будто весь разговор ждал, пока беседа свернёт к этой теме. – Полгода назад я установил противоволшебный кристалл. Это такой прибор, из самой столицы привёз я его, он определяет присутствие магии и выжигает на бумажке, когда её почуял. Вот, смотрите.

С особенно горделивым выражением лица директор достал из кармана ключ, отпер один из ящиков стола и извлёк на свет кусок плотной бумаги. Посреди листа красовались чёрные выжженные цифры: «10:06».

– Я каждое утро лично проверяю часы около кристалла, чтобы правильно шли. Вечером лично забираю бумагу, чтобы узнать, не посещали ли банк чародеи.

– Не доверяете чародеям? – недовольно глянув на собеседника, поинтересовался Беркли.

– Да как же им можно доверять? Творят неведомо что и непонятно как…

– Именно в это самое время в банк приходил человек, представившийся Кэмпом? Интересно, – вновь возвращая беседу в нужное русло, перебил детектив. – Я должен забрать эту бумагу. Это теперь улика.

– Пожалуйста! Вы только поймайте его поскорее! – без возражений отдав бумагу и даже выделив для неё солидную кожаную папку, воскликнул банкир.

– Непременно, – задумчиво пробормотал Беркли, медленно вставая и обводя взглядом кабинет на прощание. – Не припомните, сколько денег было на счёте?

– На счёте Кэмпа? – Директор призадумался, с полминуты потирая пальцы рук друг о друга. – Семьсот двадцать два ло̀рика.

– Ясно. Благодарю за сотрудничество!

Беркли учтиво поклонился и решительно вышел за дверь.


– Что скажешь?

Беркли сверлил Адэла деловитым взглядом. Чародей держал в руках ту самую бумажку с выжженными цифрами, прищурливо приглядываясь.

Они стояли в нескольких метрах от входа в банк. Здесь их бы не услышали любопытные уши. Прохожих на улице почти не имелось, а полицьотто Беркли отправил за экипажем. Подслушать беседу могли лишь каменные стены, тротуар да стоявший поблизости уличный фонарь.

– И без этой бумажонки понятно, что здесь применяли магию. Аура до сих пор не развеялась. Но будет ещё одним доказательством. В остальном всё так, как предположил начальник, – возвращая улику, протянул чародей. – Кто-то создал иллюзию Кэпа…

– Кэмпа.

– Да-да, Кэмпа. Кто-то наложил на себя его иллюзию и снял деньги. Такие ограбления часто проворачивают.

– А с паспортом?

– Тоже, наверняка, иллюзия. Преступник мог на почте или ещё где в его паспорт заглянуть. Паспорт же куче людей показывают.

– А как быть с подписью? Преступник должен был и её где-то подсмотреть. И ещё номер счёта узнать, и ещё много чего.

– Ну, подготовился он, что с того? – Адэл недовольно нахмурился.

– А то, что на счету было всего семьсот двадцать два лорика. Если этот чародей такой ловкий, мог бы узнать данные тех, у кого на счету более внушительная сумма.

– Да кто его знает, босс. Может, он думал, что там больше, или вообще собирался ещё и другие счета обокрасть. Вдруг послезавтра нам позвонят и скажут, что в Ванто̀ве тоже обчистили счёт какого-нибудь покойника.

– О том и речь. – Беркли понизил голос и оттащил собеседника ещё дальше от входа. – Что если это некромант сделал?

– Босс, да вы чего? Некромантия так крепко порицается, что этих безумцев почти не встретишь. Не станет же такой редкий тип грабить счета в мелких городах, – удивлённо уставившись на напряжённое лицо детектива, сказал Адэл.

– Не станет? Может, и не станет. – Беркли задумчиво посмотрел вдаль и протянул чародею папку с уликой. – Знаешь, поезжай-ка ты в управление и напиши рапорт. Мне надо по делам съездить.

– Куда это вы, босс? – заинтригованно поинтересовался Адэл.

– А ты как думаешь? За пончиками, разумеется. – Миловидно улыбнувшись, Беркли зашагал в противоположный конец улицы.

## Глава вторая – «Хлопоты»

Из кухни раздался громогласный недовольный визг. Пузатый чайник отчаянно голосил и испускал пар, призывая своего владельца наконец снять его с огня. К счастью, тот появился буквально через минуту.

Влетев на кухню, Кла̀рий спешно схватился за деревянную ручку и отставил чайник в сторону, второй рукой выключив газовую плиту. Тут же лицо парня исказила недовольная гримаса. Причиной тому стала мучившая с самого утра тошнота, доставляющая особый дискомфорт во время резких движений.

– Лучше бы заговор прочитал, балда, – проворчал чародей, опёршись рукой о стол и бросив взгляд на сидящую в углу сухопутную черепаху.

Та пространно смотрела на хозяина, медленно пережёвывая салатный лист. Черепаха по имени Селѐста давно привыкла к причитаниям, рассуждениям, восклицаниям, шуткам и прочим заявлениям Клария, которые тот направлял к ней, дабы создать иллюзию, будто не говорит сам с собой, подобно какому-нибудь чудаковатому волшебнику, а беседует с любимым питомцем. В иной день чародей даже озвучивал за неё ответы, делая при этом карикатурный и оттого невероятно забавный заторможенный тон.

Прошла пара секунд, тошнота вновь отступила. Вчера в потёмках Кларий здорово приложился спиной и, чтобы унять боль, принял целебное снадобье. Вот только варить их он умел плохо и, видимо, что-то напутал. Пробудившись после набросившегося из кружки со снадобьем сна, чародей моментально почувствовал тошноту. Пока Кларию удавалось перебивать её, в основном благодаря спокойному сидению в мягком кресле и периодическому потреблению несладкого чая с крекерами. Наудачу со всеми заказами на изготовление амулетов он управился к вчерашнему обеду и сегодня мог позволить себе отдохнуть.

Налив новую чашку чая, Кларий прошёл в библиотеку и осторожно сел в кресло. Сделав солидный глоток, чародей откинулся на спинку и уставился на своё размытое отражение в зеркальной дверце шкафа с магическими цепочками.

На него устало смотрела пара покрасневших зелёных глаз, особенно выделяющихся на побледневшем лице. Вкупе с растрёпанными, начавшими засаливаться и сигнализировать о необходимости принять душ тёмными волосами они делали вид совершенно болезненным.

Угрюмо фыркнув, Кларий сделал ещё один глоток чая и закрыл глаза. Мысли моментально улетели в облака, поймав мечтательное настроение.

Как только тошнота пройдёт, а она должна будет пройти часа через три, хорошо бы съездить в центр города. Пройтись по Багряному парку, заглянуть в книжную лавку и к вечеру зайти в «Ма̀рси, Марси и Уо̀тто», дабы отпраздновать завершение дневной голодовки отменно прожаренным стейком. Последняя мечта сталась особенно притягательной и вызвала на лице чародея блаженную улыбку. Оставалось лишь дорисовать в воображении бокал умопомрачительного красного вина.

Полёт фантазии неожиданно оборвал громкий дверной звонок.

– Кому я сейчас сдался? – раздражённо спросил самого себя Кларий, неторопливо вставая и подвязывая халат поясом.

Продвигаясь по коридору к входной двери, чародей отчаянно искал глазами пристойного вида одежду. Встречать нежданного гостя в драном халате не имелось никакого желания. Кларий весьма щепетильно относился к своей репутации среди соседей, к чему его отдельно обязывало одно непростое обстоятельство.

Увы, поискам было не суждено увенчаться успехом. Бордовую мантию он так и не почистил от грязи после ночной вылазки, зелёная куда-то запропастилась ещё два дня назад, а серебристая покоилась в шкафу спальни на втором этаже.

Цепляясь за последнюю возможность добавить облику благопристойности, Кларий пробормотал маскирующее заклинание, на время превратившее плачевного вида халат в новый, словно купленный не позднее вчерашнего дня. Бегло глянув на «обновлённое» одеяние, он остался доволен и приблизился к двери.

Глянув в дверной глазок, Кларий просиял и ловким чародейским щелчком отменил только что наложенное заклинание. Надобности в нём совершенно не было.

– Дядя Беркли! – настолько радостно, насколько позволяло текущее самочувствие, воскликнул Кларий, распахнув дверь.

На самом деле стоящий на пороге мэссер Беркли не являлся его настоящим дядей. Чародей приходился детективу, как говорится, седьмой водой на киселе. Сын троюродной сестры мужа сестры супруги Беркли. Однако судьба сложилась так, что детектив стал самым близким и заботливым для Клария родственником, поэтому тот называл его дядей, для пущей вежливости всегда прибавлял к обращению фамилию, а не имя.

– Кларий! Как поживаешь? Приболел? – обняв родича, поинтересовался детектив и внимательно присмотрелся к бледной физиономии.

– Неважно себя чувствую, немного намудрил с одним снадобьем. К вечеру должно пройти. Заходи!

– Прости, что я с пустыми руками. Не было времени забежать в пекарню, – с виноватым видом пробормотал Беркли, проходя внутрь и тщательнейшим образом вытирая туфли о половичок.

– Пустое. Хочешь чаю? Чайник как раз вскипел.

– Не откажусь.

Устроившись на двухместном кожаном диване с чашкой своего излюбленного ароматного красного чая, Беркли сделал небольшой глоток и перевёл взгляд на вернувшегося в кресло Клария. Чародей всё ещё был бледен, даже болезнен, однако стал выглядеть немного лучше, чем на пороге дома. Приход любимого родича приободрил, подняв боевой дух.

Задумчиво проследив, как Кларий откусил половинку крекера, Беркли набрал воздуха в грудь и завязал разговор:

– Спасибо за чай! Я, на самом деле, заехал к тебе по делу. Мне нужен совет.

– По поводу магии? Спрашивай, я всегда рад удружить! – осторожно кивнув, отозвался откинувшись на спинку кресла чародей.

– Мне нужен совет по той самой магии, – изобразив на лице несколько странную, но невероятно выразительную гримасу уточнил детектив.

– По той самой? По некромантии? – Кларий подался вперёд и перешёл на заговорщицкий шёпот.

– Да.

Как только ответ сорвался с губ Беркли, чародей вскочил с кресла, позабыв о тошноте, и бросился к окну. Осторожно отодвинув штору, Кларий пристально посмотрел на соседские дома.

Только осмотрев каждый уголок садов и прилегающих дорожек, чародей немного успокоился. Отойдя от окна, он вернулся в кресло, однако откидываться на спинку уже не стал. Поставив локти на колени, сплетя вместе пальцы и положив на них голову, Кларий внимательно уставился на Беркли.

– Все твои соседи сейчас или на работе, или обедают. Под окнами точно никто не шастает, – попытался успокоить родича детектив.

– Думаю, да. Но проверить никогда не помешает.

– Прости, что приходится тебя беспокоить, но об… об этой теме мне больше не у кого узнать.

– Да ладно уж, я всё понимаю. Если уродился с таким даром, то он всю жизнь будет жалить тебя в счастливое место, – недовольно пробурчал Кларий, бросив ещё пару пристальных взглядов на окно. – Эх, нет, чтобы во всём разобраться. Люди сразу начинают твердить: «неестественно», «небогоугодно»… фи! – Чародей повёл носом так, будто ему подсунули невообразимо омерзительное нечто. – Так что у тебя за дело?

– Ограбление. В банк пришёл покойный и снял все деньги со своего счёта. Наш консультант утверждает, что кто-то просто воспользовался иллюзией, но меня тут что-то беспокоит. Пришедший в банк и все данные знал, и паспорт у него был, и подпись он правильную оставил.

– Давно умер владелец того счёта?

– Два дня назад.

– Ну, тогда «н» всё объясняет. Подпись сделалась по мышечной памяти, а данные о счёте ещё не улетучились из мозга. По ним же могли подделать паспорт иллюзией. Наверное, поэтому ваш консультант на неё думает.

– Да он просто лентяй и простофиля, этот Виртур. Только бы ничего не делать. Вот стал бы ты нашим консультантом, это было бы совсем другое дело, – мечтательно протянул Беркли, отхлёбывая чая.

– Ты уж прости, дядя, но ото всех остальных служителей закона, кроме тебя, я предпочитаю держаться подальше. Спокойно делаю амулетики на заказ, сохраняю отменную репутацию, даже остаётся немного времени, чтобы свой природный дар изучать.

– Конечно-конечно, для тебя осторожность должна быть первее всего. Это я так, замечтался об идеальном мире. – Беркли встрепенулся, интенсивно закивав в знак полного согласия. – В общем, не мог бы ты, не знаю, что-нибудь наколдовать и узнать, не использовали ли кто-нибудь «н» в последнее время в нашей округе?

– Наверное, мог бы. Уверен, где-нибудь про такое написано, да и я сам что-нибудь придумать сумею. С радостью помогу тебе, – впервые за день немного расслабившись, уверенно заявил Кларий.

## Глава третья – «Подмога»

Из пробирки резко вылетело облако чёрного дыма. Отпрянув назад, Кларий торопливо замахал руками, отгоняя плотные клубы от своего носа. Увы, это не особенно помогло, и чародей поспешил открыть окно, чтобы устранить угрозу. Облако не только начало распространяться по комнате, но и стало издавать противный тяжёлый запах.

Разложенный на столе трактат гласил, что запах должен был быть нефтяным. Кларий никогда не нюхал нефть, но посчитал, что сей пренеприятный запах походит на неё.

Подождав несколько минут, пока в комнате станет легче дышаться, чародей закрыл окно и поспешил на всякий случай осмотреть книжные шкафы. По правде говоря, настоящей надобности в этом не имелось. Прекрасно зная, что периодически, а то и регулярно будет проводить в библиотеке магические ритуалы, Кларий приобретал шкафы исключительно со стеклянными дверцами. Благодаря сей предосторожности книги были надёжно защищены от паров, дымов, осадков, брызг и прочих неприятных, но порой необходимых производных чародейских занятий.

Убедившись, что ничего не пострадало, Кларий взял из небольшой фарфоровой вазы с крышечкой морковную палочку и плюхнулся на диван.

– Да, Селеста, дядя оказался прав, – задумчиво глянув на неспешно бредущую через комнату черепаху, протянул Кларий. – Правда, не уверен, что это хорошие новости, – заключил чародей, с громким хрустом откусывая палочку.

Обнаружение следов некромантии взволновало его, хотя в возбуждённом состоянии он пребывал с самого утра. Сегодня Кларий ощущал себя самым настоящим шпионом, о которых так красочно и увлекательно писали в детективных романах. Между прочим, его самоощущение было недалеко от правды.

Вчера вечером Кларий отправился в город и скупил все местные газеты, коих в Морете выпускалось всего-то две. Внимательнейшим образом изучив каждую страницу, он нашёл некролог почившего мэссера Кэмпа, заодно выяснив, где и когда состоится прощальная церемония по нему. Последующим, а именно сегодняшним утром, чародей облачился в свой самый траурный, хоть, к его сожалению, и не самый презентабельный, костюм, после чего отправился на церемонию.

Что именно сказать родным и близким безвременно почившего, Кларий толком не придумал, да это оказалось и не нужно. Особых вопросов ему никто задавать не стал. Лишь один мужчина начал было выспрашивать, но мигом отстал, получив ответ, что они изредка пересекались с Кэмпом по работе. Усопший служил на железнодорожной станции и виделся со множеством людей.

Выслушав без интереса проповедь, Кларий дождался момента, когда к гробу стали подходить близкие. Пристроившись за ними, чародей изобразил на лице весьма убедительную скорбь и, задержавшись около покойного, незаметно оторвал у того волос. На сём «миссия» завершилась, и новоявленный шпион поспешил в свой дом на окраине города, вежливо откланявшись с поминок.

Вернувшись, Кларий незамедлительно приступил к анализирующему ритуалу, наградившему его положительным результатом в виде малоприятного облака чёрного дыма. Таким образом факт применения к телу мэссера Кэмпа некромантии подтвердился.

– Да, дела, – покончив с палочкой и глянув на хвост удаляющейся черепахи, протянул Кларий. – Весьма неожиданно, что в наших краях появился ещё один такой, как я. Интересно, зачем он это делает? Почему именно здесь? Откуда он вообще взялся?

Поразмышлять над ответами чародей не успел: в дверь неожиданно позвонили.

Резво встав с дивана, Кларий посмотрелся в зеркало. Цвет лица стал естественным, волосы являлись воплощением свежести, почищенная бордовая мантия идеально сидела на тощей фигуре, которой он тем не менее был вполне-вполне доволен. Ведь какого ещё телосложения должен быть некромант?

Бросив последний взгляд, Кларий удовлетворённо кивнул. В таком виде самое то встречать гостей. Хотя вполне возможно, это снова Беркли, и в особенно презентабельном виде нет никакой нужды.

Обойдя остановившуюся посреди коридора по неведомой прихоти черепаху, Кларий подоспел к двери и заглянул в глазок. Стоящий на пороге однозначно не являлся Беркли. Однако, кто же это именно, чародей сказать не мог. Лишь то, что это девушка.

Особа отвернулась от двери, рассматривая округу. В глазок виднелась только копна рыжих волос.

«Наверное, амулет заказать хочет. Или вообще торговка», – предположил про себя Кларий, изобразил доброжелательную улыбку и отворил дверь.

Стоявшая на пороге девушка моментально развернулась, превращая свои пышные волосы в ослепляющую рыжиной карусель. На её покрытом лёгкими веснушками лице властвовало сосредоточенное, но достаточно дружелюбное выражение. На мгновение встретившись с ней взглядом, Кларий собрался поздороваться, однако тут особа сделала решительный шаг вперёд и протянула руку.

– Ты Кларий? Рада познакомиться! Я Ѝрис! Как цветок. Да, знаю, о чём ты подумал, ирисы вообще-то фиолетовые, но моя мама была ботаником и выращивала оранжевые ирисы. Так что Ирис.

– Привет, – потерянно отозвался Кларий.

Чародей застыл, взяв Ирис за протянутую руку и не зная, пожать её или поцеловать. Выбрать правильный ответ гостья не дала ему времени, видимо решив, что просто взять её руку будет более чем достаточно для приветствия. Лучезарно улыбнувшись, Ирис переступила порог.

Проследив взглядом за разлетающимися рыжими локонами и воздушной серебристой накидкой на плечах, Кларий машинально закрыл дверь, лишь затем, наконец, придя в себя.

– Подожди, а ты кто?

– Ирис. Дядя Беркли тебя не предупредил?

– Беркли твой дядя?

– Нет, на самом деле нет. Я просто его так называю. Я внучка его бывшего капитана. Он сказал, что тебе может потребоваться помощь в расследовании. Я репортёр, – продолжала тараторить Ирис, бегая глазами по Кларию. К счастью, идеальная дикция делала даже столь быструю речь полностью понятной.

– Он попросил тебя помочь мне с расследованием? У него что, другие дела? – всё ещё не до конца понимая мотив внезапного визита, уточнил Кларий.

– Так, похоже, ты вообще ещё ничего не слышал. Я думала, Беркли к тебе заезжал утром.

– Я отлучался по делам.

– Понятно. Ну, в общем, дело обстоит так.

Поставив на располагавшийся поблизости комод сумочку и повесив на вешалку накидку, Ирис завела энергичный рассказ.


***


Расплатившись с возницей, мэссер Беркли закрыл дверь повозки и направился к полицейскому управлению. К вечеру набежали тучи, предостерегающие жителей города о приближающемся дожде. Однако детектива перспектива ненастья совершенно не удручала. Визит к Кларию подарил воодушевляющую надежду на раскрытие запутанного дела и арест истинного преступника.

Несмотря на все тяготы, порой душевные, а порой банально бюрократические, Беркли искренне любил своё дело. Прежде всего за возможность восстанавливать справедливость. Именно поэтому он пошёл в полицейскую академию и не сворачивал с выбранного пути уже треть столетия.

Пребывая в бодром расположении духа, детектив зашёл в управление, обменялся повторным приветствием с дежурным и поднялся на свой этаж. К удивлению, народа здесь почти не оказалось. За своими столами сидели всего два детектива. Все остальные куда-то отлучились. Повесив пальто и шляпу на вешалку в углу, Беркли подошёл к кабинету капитана и, не приметив нигде секретаря, постучал. Молниеносно из-за двери раздалось грозное: «Войдите».

– Добрый вечер, капитан!

– Беркли, ты как раз вовремя. У меня есть для тебя дело, – деловито провозгласил сидящий за столом начальник.

– Но ведь у меня уже есть дело. Ограбление банка.

– Это уже не наша забота. Я прочёл рапорт Адэла, кражу совершил иллюзионист. Я созвонился со столичным департаментом чародейских инцидентов. Они берут дело себе, через неделю приедет их инспектор.

– Мэссер, так нельзя! – слишком громко и слишком резко для властвовавшей в кабинете обстановки запротестовал Беркли.

– Это ещё почему? – грозным жестом отложив ручку и исподлобья посмотрев на подчинённого, вопросил капитан.

– Департамент будет возиться слишком долго. Мы же можем раскрыть дело быстро, ведь мы уже на месте и ресурсов у нас хватает.

– Такие воры всегда залегают на дно после кражи. Спешка тут не к чему. Да и с иллюзионистами их люди лучше управляются. У нас есть другие заботы.

– А что если это не простой иллюзионист? – не сдавался детектив.

– Беркли! Ты не чародей, ты детектив. Адэл представил отчёт, он совпадает с показаниями директора банка. Случаи кражи с использованием иллюзий не редкость. Всё полностью соответствует характеру таких преступлений. Так что брось это дело. Это приказ!

Беркли картинно выпрямился и расправил плечи. Бурлившее в нём негодование имело столько разных составляющих, что мысли никак не могли остановиться на чём-то одном. Ленивый Виртур, как всегда хотевший побыстрее избавиться от работы и этим заваливший дело. Узколобый капитан, сводящий всё к статистике и правилам. Полицейская бюрократия, велящая сразу перекладывать ответственность на другие органы правопорядка, как только в документах появляется слово «магия». И многое, многое другое вертелось в голове Беркли, норовя попасть на язык. Однако детектив сдержался. У него вдруг созрел план, как не провалить дело, и он решил этим планом непременно воспользоваться.

Дослушав капитана с обворожительной улыбкой и узнав, что ближайшие две недели ему предстоит с группой патрульных оберегать приезжающего в город члена Синьорѝи, Беркли учтиво поблагодарил за оказанное доверие, после чего покинул кабинет начальника. Бережно прикрыв за собой дверь, детектив схватил с вешалки верхнюю одежду и поспешил на улицу, чтобы ещё до сумерек успеть поймать карету и заехать к Ирис – начинающему репортёру, обладающей, по его скромному мнению, одним из самых цепких умов в городе.


***


– Вот такие крендельки. Его отстранили, так что он попросил меня помочь тебе с расследованием.

– Ну дела! – Присвистнул Кларий, потирая нос. – У тебя точно нет других дел? На работе тебя не хватятся?

– Нет, – неожиданно грубо ответила Ирис.

– Прости. Если я тебя чем-то оскорбил…

– Нет-нет, всё в порядке. Это ты меня прости. – Репортёр стушевалась и потупила глаза. – Ты не виноват. Просто… обычно я обозреваю всякие общественные мероприятия, но в город приезжает член Синьории, и мне как единственной девушке в редакции не доверили столь важное событие. Отправили в отпуск. Ближайшие две недели я полностью свободна.

– Это несправедливо! Просто возмутительно! Мне очень жаль. – Распалившись, Кларий шагнул к Ирис, но в последний момент застыл, не зная, стоит ли обнять её за плечи или нет.

Ирис уловила его движение и незаметно усмехнулась под нос.

– С этим уже ничего не поделаешь, такие порядки. Зато я смогу помочь тебе с расследованием для дяди Беркли.

– И то верно.

Согласившись, Кларий поймал себя на том, что не отрываясь следит за движениями Ирис. Пересказывая историю с Беркли, а затем рассказывая о своём замшелом начальстве, она то немного похрустывала фалангами, то вертела в руках собственные локоны, то потирала кольцо на пальце. Похоже, её мысли убегали так далеко вперёд, что ей требовалось чем-то занять руки, дабы не заскучать. Данная особенность показалась Кларию столь милой и забавной, что он невольно начал следить за каждым движением гостьи.

– Итак, что я должна знать? – громко спросила Ирис, желая вернуть ушедшего куда-то в себя собеседника на землю.

– Так… – протянул Кларий, наконец отвлекаясь от вертлявых рук девушки и собираясь с мыслями. – Что именно поведал тебе Беркли?

– Что ограбление банка мог совершить некромант, а ты как талантливый чародей можешь его выследить.

– Всё верно, – несколько самодовольно заявил Кларий, довольно улыбаясь.

В глубине души он понимал, что Беркли мог назвать его «талантливым» просто из любви, но слышать о собственной славной репутации всё равно было приятно.

– Мне уже удалось кое-что выяснить. Ограбление действительно совершил некромант. Пойдём в библиотеку, я расскажу тебе всё, что узнал.

Рассказ обо всех произведённых изысканиях занял у Клария больше времени, чем рассчитывалось. Приходилось тщательно подбирать слова, во-первых, не нагружая Ирис сложными академическими магическими терминами, во-вторых, никоим образом не намекая на свои собственные способности некроманта. Репортёр слушала очень внимательно, притом ни разу не перебив и даже ничего не уточнив. Последнее особенно удивило Клария, так что он решил справиться, всё ли она правильно поняла.

– Если у тебя есть какие-то вопросы, я могу объяснить подробнее.

– Не-а, я всё прекрасно поняла. – Слегка улыбнувшись, Ирис достала из сумочки блокнот с ручкой.

– Ты разбираешься в магии?

– Нет, но тут, вроде бы, ничего сложного. Касательно выводов я тебе полностью доверяю. За тебя, как говорится, поручился надёжный источник.

– Хорошо, – не зная, что ещё сказать, поддакнул Кларий. – Вот только, к сожалению, больше у меня идей нет. Ума не приложу, как нам дальше вести расследование без Беркли, – насупился чародей, присаживаясь к Ирис на диван.

– Справимся! Две головы лучше, чем одна, – бросив подбадривающий взгляд на образовавшегося напарника, воскликнула девушка и открыла блокнот. – Я тоже собрала кое-какую информацию, когда узнала, что ограбление мог совершить некромант. Например, я узнала, в каком морге находилось тело Кэмпа до отправки в похоронное бюро. Как думаешь, этот некромант там совершил своё… дело?

– Скорее всего. Там ему было бы проще всего. Я так думаю, – молниеносно добавил Кларий, придавая лицу и голосу неуверенность.

– Отлично! Давай наведаемся туда. Я наплету патологоанатому, что беру интервью у особо уважаемых жителей нашего города, а ты в это время проберёшься в морг и поищешь следы магии. Ты же так сумеешь?

– Да, без проблем. Но как я скрытно проберусь в морг?

– Не надо скрытно. Скажем, что ты мой охранник. Мол, после инцидента в банке к репортёрам на всякий случай приставили чародеев. Патологоанатом, наверняка, уже слышал об ограблении. Да и твой наряд не заставит его усомниться, – бросив несколько ироничный взгляд на бордовую мантию, сказала Ирис.

– Тебе что, не нравится? По-моему, отличная мантия, – проследив за её взглядом, недовольно заявил Кларий.

– Не спорю, отличная мантия. Для чародея. – Ирис игриво усмехнулась и встала с дивана. – Ну, всё, пора в путь!

## Глава четвёртая – «Подсказка»

– Добрый день!

Распахнув дверь своего кабинета, главный и старейший патологоанатом Мореты доктор Пасслѐр громогласно поздоровался, расплывшись в добродушной улыбке.

То был невероятно высокий мужчина. Его рост составлял чуть меньше двух метров, а, может быть, и все два метра. Данная особенность стала визитной карточкой Пасслера. Она же сталась единственной чертой, которую о нём все запоминали. Все прочие элементы внешности моментально улетучивались из памяти, стоило отвести взгляд. Небольшие глаза, не то голубого, не то серого цвета. Аккуратные, притом невыразительные черты лица. Равно такая же, как и у тысяч других людей мимика. Коротко подстриженные русые волосы. Скрывающий не худую и не толстую фигуру белый халат, надетый поверх белой рубашки и чёрных брюк. Абсолютно ничто во внешности доктора Пасслера, кроме уже упомянутого выдающегося роста, не привлекало к себе внимания.

Приёмная патологоанатома странным образом копировала облик своего хозяина. Высокие потолки и широкие окна делали и без того просторное помещение ещё свободнее, а вот какая там стояла мебель – этого никто вспомнить толком не мог. Какие-то стульчики, какие-то лампы, какой-то столик… всё было столь обыденным и типичным, что никак не могло укорениться в памяти нечастых посетителей.

– Здравствуйте! – миловидно улыбнувшись, ответила на приветствие Ирис и встала со стула.

Примеру напарницы торопливо последовал Кларий, до этого задумавшийся о предстоящих магических изысканиях и совершенно выпавший из реальности. Затея с проникновением в морг настораживала и даже тяготила чародея. Нужно незаметно найти помещение для хранения тел, незаметно найти какие-то полезные для расследования улики, незаметно применять магию… слишком много «незаметно». Конечно, постыдный в глазах общественности дар некроманта научил Клария быть скрытным и осторожным, однако сейчас предстояло использовать умение скрываться на полную. Безопасно применить запретную магию в столь экстремальных условиях задачка непростая. Ведь если кто-то узнает…. Ух, об этом Кларий и думать боялся.

– Синьорѝна Каттарину̀сси! Очень рад вашему визиту! Неожиданный сюрприз, но, смею заметить, приятный, – сделав изысканный поклон головы, заговорил доктор Пасслер. – А ваш спутник…

– Это Кларий, мой телохранитель. После того инцидента в банке редакция решила приставить к репортёрам чародеев на всякий случай. Только об этом пока стараются не распространяться. Вы меня понимаете? – понизив голос и немного втянув голову в плечи, с намёком прошептала Ирис.

– Конечно-конечно. Не волнуйтесь, от меня никто ничего не узнает, – просияв от возможности стать в некотором роде избранным и хранить ото всех интригующую тайну, ответил Пасслер.

– Отлично! Итак, давайте перейдём к интервью. Мне не терпится узнать вашу историю.

– Разумеется, пройдёмте в мой кабинет, заодно взглянете на мой диплом с отличием, – галантно распахивая дверь перед Ирис, пригласил доктор. – Молодой человек, вам, наверное…

– Я подожду здесь или вообще на улице, не спешите, – стараясь изобразить скуку и по возможности прикрываясь высоким стоячим воротом мантии, заявил Кларий, поворачиваясь к коридору.

– Чудесно! – Бросив одобрительный взгляд на напарника, Ирис решительно зашла в кабинет патологоанатома.

Лакированная светлая дверь с лёгким скрипом закрылась, и Кларий остался предоставлен самому себе. Как и планировалось.

Выйдя в коридор, чародей медленно направился к лестнице, прислушиваясь, нет ли кого поблизости. Пока дела складывались наилучшим образом.

В городе имелось два морга, из-за своего местоположения получившие в народе прозвания «Северный» и «Южный». Первый представлял собой солидное, впечатляющее здание, носящее также и академический характер. Туда часто направляли студентов или интернов на практику, периодически приезжали биологи из других городов, порой даже случались симпозиумы медиков со всего юга страны. Посему туда попадали тела далеко не всех скончавшихся в Морете, а только тех, чьи смерти имели хоть что-то необычное. Кончина мэссера Кэмпа такой не являлась, так что его тело направили в тихий и малолюдный «Южный» морг.

Работали в нём всего несколько человек. Прежде всего, доктор Пасслер. Назначение он себе выбил, рьяно утверждая, что толпы и шум мешают ему писать книгу. Справедливости ради стоит проговориться, что книгу уважаемый врач писал уже более девяти лет и так и не закончил. Из чего можно сделать неутешительный, но меткий вывод: многолюдность далеко не главная проблема Пасслера в создании научного труда.

Кроме патологоанатома, в южном морге работало несколько фельдшеров, считающих тишину и спокойствие высочайшим наслаждением, да парочка представителей обслуживающего персонала.

«Никого. Мне сегодня везёт!» – радостно заключил про себя Кларий, посмотрев через перила лестницы вверх и вниз.

Чародей быстро и максимально тихо спустился на нижний этаж, где разумнее всего искать холодильные камеры. Оказавшись в плохо освещённом коридоре, он вначале запнулся, не зная, куда идти дальше, но вскоре приметил в дальнем углу указатель.

– Значит… – едва различимым шёпотом пробормотал себе под нос Кларий, читая надписи на табличках.

Во всём разобравшись и собравшись двинуться в нужном направлении, чародей вдруг услышал из-за угла приближающиеся шаги. Застыв в ужасе, Кларий принялся спешно искать глазами, куда бы спрятаться.

Единственным вариантом была кладовка с частично прозрачной дверью. Не лучшее место, но выбирать не приходилось. Пулей метнувшись к спасительной комнате, Кларий едва успел заскочить внутрь и осторожно прикрыть за собой дверь.

Для надёжности закрыв рот рукой, он издал тихий облегчённый вздох. Преждевременный.

Шаги стали более отчётливыми и неумолимо приближались. Неизвестный шёл именно к этой кладовке.

«Проклятье!» – злостно выругался про себя Кларий.

Спрятаться здесь было негде, а преломлять свет и становиться невидимым он научился лишь с большим трудом. Сейчас совсем не имелось времени на подобные трудоёмкие чары.

Бешено вертя головой и уже не понимая, стучат ли это шаги или колотится его собственное сердце, Кларий наконец нашёл решение. Молниеносно взмахнув руками, чародей прошептал заклятье левитации и взмыл в воздух. Торопясь, как только можно, Кларий подлетел к верхнему углу кладовки прямо над дверью и сгруппировался в комочек. В следующее мгновение дверь распахнулась.

Внутрь медленно зашёл уборщик в летах. К неимоверной удаче, мужчина смотрел себе под ноги. Сделав парочку мелких шагов внутрь, он словно приценился к стоящим у стены швабрам. Выбрав ту, что стояла подальше, уборщик взял её и совершенно неожиданно залихватски повертел в руках. Ухмыльнувшись, мужчина подхватил с полки коробку с чистящим порошком и вышел за дверь.

«Какие жизнерадостные люди здесь работают. И почему мой наставник всегда твердил, что работа с неживыми – это повод всё время быть хмурым?» – задался мысленным вопросом Кларий, вслушиваясь в удаляющиеся шаги и медленно приземляясь на пол.

Остальной путь прошёл без осложнений. На мгновение остановившись около двери, ведущей к комнате с холодильными камерами, Кларий прикинул план примерных действий и зашёл внутрь.

Для непривычного человека здешняя обстановка показалась бы гнетущей или даже пугающей. Гробовая тишина, висящее в воздухе ощущение смерти, щипающая кожу холодом минусовая температура – обстановка имела все шансы вызвать желание поскорее уйти. Но не у Клария.

За годы обучения в академии, разумеется, тайного, ибо даже там подростков с даром к некромантии пестовали в режиме абсолютной секретности, и годы последующей личной, вновь совершенно секретной, практики Кларий привык к ощущению витающей поблизости смерти. Только холод его раздражал. Кларий любил тепло и уют. Посему был особенно благодарен изготовителям чародейских мантий за выбираемые материалы. Ни на что другое он бы не променял эти чудесные, словно по-домашнему согревающие одеяния. Да и смотрелись они невероятно элегантно.

«Почему Ирис не оценила эту мантию?» – вдруг поймал пространный вопрос в своих мыслях чародей.

«Так, стоп! Нужно делом заняться», – осадил себя Кларий.

Осмотревшись, он заметил на стене журнал, где понадеялся найти хотя бы краткие сведения о лежащих в камерах телах. Сей надежде было суждено оправдаться. Журнал действительно содержал общие сводки, среди которых самым ценным оказались даты смерти покойных.

«Так-с, если Кэмп умер двадцатого… а этот… нет, может лучше… вот! Мне сегодня везёт. Главное, чтоб потом крупно не неповезло», – с саркастичным смешком, заключил про себя Кларий.

В морге имелось тело, привезённое днём ранее, чем совершилось ограбление в банке. Для некромантской проверки просто идеальный вариант.

Найдя по номерам на дверцах нужный труп, Кларий бросил задумчивый взгляд на дверь комнаты и ради предосторожности запер её при помощи заклинания. Теперь даже если бы кто-то попытался войти, ему пришлось бы ломать замок, а за это время вполне можно успеть стать невидимым.

Оказавшись в безопасности, Кларий немного приободрился и выкатил из холодильной камеры тело.

Тощеватое, бледное, с умиротворённым выражением на лице. Кларий не успел прочесть, от чего скончался этот человек, но выглядел он обретшим покой.

– Надеюсь, вы не мучились, – вымолвил Кларий, снимая перчатку и проводя тыльной стороной руки по лбу усопшего.

Несмотря на продолжительную, можно даже сказать обширную, практику, Кларий редко применял некромантию к телам погибших людей. Намного чаще он работал с животными или просто связывался с душами людей без привязки к трупам. Работа с самими телами была явлением редким, так как поднимала до максимума градус опасности оказаться раскрытым.

Хотя, конечно, существовали некроманты, в частности академический наставник Клария, настолько часто совершающие колдовство с трупами, что для них оно стало обыденностью. Словно запись в блокноте сделать или посылку на почте получить. Но Кларий по сей день считал применение некромантии к телам людей чем-то вроде таинства и всегда старался обращаться с ними почтительно.

Поверхностным объяснением сей привычки было желание не обижать души покойных, однако в глубине собственной души чародей знал истинную причину и изредка себе в ней признавался. Прошедшим через вуаль глубоко безразлично, как обстоят дела с их телами (кроме некоторых чрезмерно щепетильных особ). Чародей соблюдал приличия и придерживался атмосферы некоего таинства ради самого себя. Чтобы всегда знать, что он не превратился в одного из тех, из-за кого некромантии так боялись. В того, кто воспринимает смерть и погибших людей как расходный материал, сто̀ящий не больше пыли на дороге.

Посмотрев несколько мгновений на лицо усопшего, Кларий попытался прощупать местную ауру. Подозрения подтвердились: здесь творили магию. Сильную магию. Но никакой конкретной информации аура предоставить не могла. Как Кларий и ожидал.

Угрюмо вздохнув, чародей достал из кармана мантии флакон с утренней росой, закапал пару капель в рот покойного и начал колдовать.

– Агула̀т камало̀ нез. День третий прибывает, день седьмой ещё не наступает. Марло̀ унѐг зо̀-ло̀фф. Вуаль не пройдена до конца, вернись к нам в час сего дня. Агула̀т кво̀од, – сочетая заклинание на языке древних магов и призыв на обыденном языке, произнёс Кларий.

По затылку пробежал едва уловимый ветерок и послышался тоненький скрип, словно где-то далеко приотворили крошечную дверцу. Чары сработали.

Внезапно труп распахнул глаза. Без заминок, без подготовки – просто взял и открыл. Повернув голову на бок, покойный вперил взор в Клария. Обычно душам требовалось немного времени, чтобы освоиться во вновь обретённом теле. Однако покойный вдруг решительно привстал.

– Здравствуй, Искра! – сбивающим с толку будничным голосом поздоровался оживший мертвец.

– Искра? А, ну, да, вы видите магов искрящимися. Здравствуй, добрый дух! – нашёлся Кларий и завязал беседу: – Прости, что призвал тебя обратно в мир живых. Мне очень нужна помощь.

– Замечательно! Весьма-весьма своевременно. Я как раз ещё уйти не успел. И мне тоже нужна помощь, – продолжая вести себя так, будто вёл типичный разговор в очереди или поезде, декламировал покойный.

– Конечно, буду рад услужить. – Кларий покосился на дверь, истово уповая, чтобы никто не услышал голоса.

– Когда я был ещё живым стариной Леона̀рдо, по соседству со мной жил подлец по фамилии Кастрака̀ни. Ох, форменный негодяй! Всегда специально заливал мой газон, так ещё и его кусты…. Искра, ты что, спешишь куда-то? – поинтересовался усопший, приметив, как собеседник косится на входную дверь.

– Признаться откровенно, немного спешу. Я веду расследование.

– Как интересно. Что же, кто я такой, чтобы задерживать правосудие? В общем, суть дела в следующем. Порой в сердцах я этому подлецу кричал, что после смерти мой дух будет преследовать его. Но у меня почему-то не получается. Всё это так сложно. – Покойный насупился, скрестив руки под грудью. – Не мог бы ты что-нибудь придумать?

– Пожалуй, мог, – задумчиво протянул Кларий. – Я могу призвать ваш дух прямо у него на участке, и вы вдоволь напугаете его, пока не придёт седьмой день.

– Договорились! – восторженно воскликнул усопший. – Ну, держись, Кастракани! Теперь мы узнаем, у кого половицы не так положены! – воинственно вскинув кулак, провозгласил оживший мертвец. – Ой, тебе же помощь была нужна. Чем подсобить?

– Когда ваше тело привезли в морг, вы же ещё чувствовали связь с ним? – заранее зная ответ, уточнил чародей.

– Да, странное ощущение. Словно ты ногу отлежал. Она как будто есть, и как будто нет. Вот прям то же самое, только со всем телом. Жуть!

– В последующую ночь вы не почувствовали чего-нибудь необычного? Не ушедшие души очень чувствительны к магии.

– А как же, почувствовал! Что-то такое яркое, сильное, резкое. Как волной ударило. Словно в море входишь. И я ещё, вроде как, видел что-то.

– Великолепно! Что вы видели? – не заметив, как от восторга повысил голос, воскликнул Кларий.

– Такой вроде свет. Даже святящийся символ.

Кларий почувствовал укол недовольства. Как же он не догадался прихватить с собой блокнот или бумажку, или ещё что-нибудь.

Обведя помещение взглядом и не увидев пишущих предметов, чародей недовольно мотнул головой и вернулся к беседе.

– Можете описать этот символ?

– Ну, такой вроде четырёхконечной звезды с тоненькими лучиками, – напрягая память и задумчиво обхватывая подбородок, сказал покойный. – И ещё в центре что-то было. Навроде двух полумесяцев.

Кларий мысленно нарисовал образ, но всё ещё не был уверен. Шепнув на пальцы заклинание, он быстро нарисовал в воздухе огненный символ.

– Такой символ?

– Почти. Только эти полумесяцы были спиной друг к другу.

– Такой? – Кларий нарисовал новый символ.

– Во! Да, такой. Прямо помню, как эта штука сверкала, будто перед самыми глазами.

– Значит, использовался амулет. Причём это старинный амулет, – пробормотал Кларий, снимая эффект заклинания с пальцев. – Спасибо вам, вы очень помогли.

– Да не за что, мне не трудно. Только ты помни про уговор, – деловито указав бледным пальцем, заявил усопший.

– Конечно-конечно. Займусь сегодня же вечером. По какому адресу живёт ваш сосед?

– Улица Бонляпа̀та, дом 5.

– Хорошо, а теперь пора…

– Витто̀рио, это ты там? – вдруг раздался голос в коридоре.

– Проклятье, нас услышали, – перейдя на шёпот, выругался Кларий. – Скорее ложитесь обратно, я нейтрализую заклинание.

Оживший мертвец покорно кивнул и быстро улёгся обратно.

– Пока, Искра. Помни про уговор.

– Да-да-да. Талу̀га ро. Ветер повёрнут вспять, и жизнь завершается опять. Ку̀го-ло̀ш, – заверительно кивнув на прощание подсобившему человеку, чародей принялся творить обращающее заклинание.

Стоило отменяющим чарам подействовать, в коридоре стали различаться приближающиеся шаги. Времени оставалось неприлично мало.

Стараясь вести себя максимально тихо, Кларий закрыл холодильную камеру и отскочил в дальний угол. Нужно было срочно преломить свет.

«Ненавижу физические чары», – про себя проворчал Кларий, делая руками нужные знаки.

Вдруг ручку двери кто-то дёрнул, однако она не поддалась. Заклинание надёжно работало.

– Ау, там кто-то есть? – Раздался из-за двери вопрос. Ручка вновь начала дёргаться.

Кларий испуганно уставился на дверь, продолжая неотрывно колдовать. Прошло мгновение, второе, третье – и свет вокруг тела чародея наконец поддался. Кларий сделался невидимым.

Облегчённо опустив руки, он позволил себе улыбнуться и безмолвно расколдовал дверь. Сию секунду та отворилась, внутрь зашёл грузный фельдшер.

– Странно, – пробормотал мужчина, осмотрев комнату и даже заглянув за дверь. – Кажись, замок заклинило. Попрошу Луѝджи посмотреть, – пробубнил он и удалился восвояси.


***


– Получился отличный материал! Спасибо вам за такую историю! – лучезарно улыбаясь, воскликнула Ирис, выходя из кабинета доктора Пасслера.

– Мне было приятно поделиться ею. Не подскажете, в каком номере она выйдет? – словно невзначай спросил патологоанатом.

– Пока не могу точно сказать. В город прибывает важный политик и много полос будет посвящено его визиту. Но я приложу все усилия, чтобы редактор как можно скорее взял ваше интервью в номер, – изображая невероятно извиняющееся лицо, отозвалась Ирис.

– Да, я слышал. Член Синьории, – недовольно забурчал Пасслер. – В любом случае, буду следить за всеми свежими номерами.

– Благодарю! Спасибо, что выбираете «Вестник Мореты»! Пойдём, Кларий, – убрав блокнот, бросила репортёр мирно ожидающему в приёмной напарнику и направилась к выходу.

Чародей торопливо встал, кивнул на прощание доктору Пасслеру и поспешил за Ирис.

Весь путь до выхода они проделали молча. Только оказавшись на улице и отойдя метров на двадцать, Ирис принялась в своей манере тараторить:

– Что узнал? Нашёл следы магии? Это был некромант?

– Кое-что узнал, – боязливо оглядываясь, подтвердил Кларий.

На улице стояла ясная и тёплая погода, но людей почти не было. Хотя, кто захочет гулять возле морга?

– Здесь точно применяли магию. Использовали амулет. Я о таких слышал, это весьма редкая штука.

– Так это был некромант?

– Скорее всего, но, возможно, и нет. Амулет призывает некромантские силы, однако им мог воспользоваться любой маг.

– Блин. – Ирис недовольно фыркнула, начав накручивать на палец локон рыжих волос. – Ладно, зато в деле продвинулись. Что нам теперь делать с этой информацией об амулете?

– Мне нужно провести… уточнить кое-что. Нужно в книги заглянуть, – начал увиливать Кларий, надеясь, что напарница ничего не заподозрит. – Давай я пока делами займусь, а мы встретимся завтра утром и обсудим план действий. Ты знаешь кафе «Марси, Марси и Уотто»?

– Пару раз проходила мимо, но не бывала. У них подают банановые оладьи?

– Банановые оладьи? Без понятия, – задумчиво почесав скулу, ответил Кларий. – Думаю, мы договоримся. Марси может сварганить любой десерт.

– Хорошо. Тогда занимайся своими делами, встретимся там завтра за завтраком. В десять?

– В десять. Постараюсь прийти с хорошими вестями. Пока!

– Пока!

Кларий на мгновение стушевался, но затем всё же обнял Ирис на прощание. Девушка явно заметила его смущение и даже отчётливо усмехнулась, однако ничего не сказала.

## Глава пятая – «Ночные приключения»

Часы пробили одиннадцать вечера. Оторвав голову от книги, Кларий осознал, что засиделся дольше запланированного.

Выскочив из-за стола, чародей резво схватил дорожную сумку и принялся складывать в её потайное отделение необходимые для призыва атрибуты. К неожиданности, они оказались разбросаны по всему дому. Тёмный кристалл нашёлся под диваном, подгорная соль так вообще покоилась в холодильнике рядом с горчицей.

– Вот что значит, давно духов не призывал, – проворчал Кларий, с трудом собрав всё нужное. Плотно закрыв потайное отделение, он набросал сверху брошюр, цепочек и подобной лабуды. – Посторожи. – Оставив сумку на попечение Селесты, чародей взбежал по лестнице на второй этаж.

Черепаха медленно подняла взгляд на лестницу, где скрылся хозяин, затем столь же медленно посмотрела на доверенную ей сумку и улеглась обратно спать. Очень вряд ли, чтобы в библиотеку Клария поздним вечером пробрался грезящий об этой сумочке злоумышленник, так что Селеста могла с чистой совестью придаваться сну. Вот только чародей вновь её разбудил.

Торопливо спустившись вниз, Кларий глянул в зеркало, поправил ворот чёрной дорожной мантии с капюшоном и схватил сумку.

– Не скучай, буду поздно! – крикнул на прощание чародей, выбегая в коридор.

Черепаха вновь разлепила глаза, проводила хозяина недовольным взглядом и неспешно двинулась на кухню. Туда, где её никто бы не донимал.

На улице стояла по-осеннему прохладная погода. Из-за хмурых туч изредка выглядывала луна, одиноко светящая на беззвёздном небе. Небольшой ветерок разбрасывал по улочке собранные дворником в аккуратные кучки опавшие листья. Над сим пейзажем властвовал тихий безлюдный вечер.

Пригород Мореты отличался абсолютным спокойствием и умиротворённым нравом своих жителей. Те же, кто любил покутить, были вынуждены отправляться в центр города. В округе совершенно не имелось увеселительных заведений.

Энергично дойдя до конца улицы, Кларий заприметил повозку. Лошадь лениво брела вперёд, возница полудремал. До конца смены оставалось всего ничего, да и кому здесь могла понадобиться повозка в такой час? Оказалось, одному спешащему чародею.

– Добрый вечер! Свободно? – сбавив шаг, задал бессмысленный, однако предписанный учтивостью вопрос Кларий.

– Добрый вечер! Конечно, залезайте. – Усатый извозчик встрепенулся, разлепляя глаза. – Куда едем?

– Зимнеморский бульвар.

– Это мы быстро домчимся! – воодушевлённо воскликнул окончательно отогнавший дрёму усач и щёлкнул кнутом.

Когда повозка тронулась, возница решил глянуть на своего пассажира. Задержав на мгновение взгляд на чёрном капюшоне, он хмыкнул, да ничего так и не сказал. Через мгновение его лицо уже вернулось к расслабленному, беззаботному выражению.

Конечно, чародеи – народ не типичный, но в окрестностях их насчитывалось десятка два-три, посему каждый раз удивляться их присутствию было накладно для нервной системы. Извозчик же крайне берёг свои нервы.

Домчались до адреса поистине быстро. Уже через пятнадцать минут повозка повернула на бульвар и сбавила темп. Пока они добирались, тучи стали ещё гуще, лишив луну всякой возможности освещать округу. Но если в пригороде это было всамделишней проблемой (не для тех, кто, как Кларий, хотел скрыться, разумеется), то в центральных районах битву с тьмой держали уличные фонари. Вытянутые, тоненькие, все без исключения одинаковые они освещали улочки тёплыми лучами света. Чему были несказанно рады прогуливающиеся парочки и засидевшиеся в гостях горожане.

– Где остановить?

– Давайте прямо тут, мне как раз рядом будет.

– Хорошо. – Усач остановил коня, попутно разминая затёкшие плечи. – Пять лориков.

Кларий протянул пару трёшек, мотком головы отказался от сдачи и соскочил на мостовую. Стоило ему отойти всего на пару шагов, к повозке подоспела импозантная чета. Пока возница доказывал, что час уже поздний и ехать в пригород ему совершенно не с руки (делал он это исключительно чтобы увеличить размер чаевых, и в любом раскладе собирался поехать на обозначенный адрес), чародей энергично зашагал по бульвару.

До нужной улицы ему было идти минут десять, причём срезая через переулки. Кларий побоялся называть извозчику нужный адрес или даже ближайший к нему. Зачем лишний раз рисковать репутацией? Вдруг этот Кастракани раздует скандал и поднимет бучу в городе. А тут возница может вспомнить, что подвозил чародея до дома сего гражданина в тот самый злополучный день и час. Нет уж, так рисковать совсем не стоит.

Выждав, пока сзади послышится звук удаляющихся копыт, а сидящая на лавочке парочка полностью утонет в объятиях друг друга, Кларий заскочил в переулок. Стоявшая в нём кромешная тьма полностью скрывала облачённого в чёрную мантию путника. Однако для надёжности чародей натянул капюшон пониже, а ворот – повыше.

Обычно Кларий творил некромантию у себя на заднем дворе или в соседнем лесу, но никак не в одном из городских районов.

«Что-то я становлюсь сорвиголовой. Ну, ничего, это ради Беркли. Если он хочет, чтобы я поймал подлеца, то я непременно поймаю. Они его, вишь, ещё и отстранили, хотя он единственный делать дело пытается. Почему дядя вообще там до сих пор работает? Стал бы частным детективом, помогал бы людям без бюрократии и опостылевшего консультанта».

Думая о том о сём, Кларий добрался до нужного места. Улица Бонляпата формально относилась к центральной части города, однако была в нём самым спокойным, почти спальным районом. Даже тот факт, что здесь располагались лишь жилые домики и ни одного многоквартирного здания, намекал на тихий характер места.

Осмотревшись по сторонам, Кларий задумался, не воспользоваться ли невидимостью. Однако опасности нигде ни виднелось, так что он решил сохранить силы. Скоро они понадобятся. Причём немалые.

Стараясь держаться в тени деревьев, Кларий прошёл мимо пятого дома, слегка замедлив шаг. Небольшой заборчик метром в вышину, пышные ежевичные кусты, не горящий ни в одном из окон свет: ситуация для проникновения – лучше не придумаешь!

Оценив обстановку, Кларий прошёл дальше. Свернул за угол и ушёл в тень. Постояв там несколько мгновений и ещё раз тщательно осмотрев округу на предмет отсутствия прохожих, чародей энергично направился к заднему двору нужного дома.

Лихо перемахнул через забор, пригнувшись прошёл за кустами. На ветках не висело ни одной ягоды. Только к лучшему. Не хватало ещё раззадоривать аппетит сладкими ароматами. К тому же на пустой желудок.

Задний двор на участке почти отсутствовал. Имелась лишь небольшая полоса давно не стриженого газона и несколько небольших пихт, заслоняющих соседний участок. Возможно, именно из-за подобной скудности единственное выходящее сюда окно было плотно зашторено. Чем тут любоваться?

Присев на холодную землю, Кларий поёжился и принялся извлекать из потайного отделения сумки всё необходимое. Впервые за весь вечер полностью затянутое тучами небо помешало ему. Чародей хорошо видел в темноте, но всё же не настолько. На заднем дворе стояла кромешная тьма хоть глаз коли. Однако создавать магический свет Кларий не рискнул.

Врыв в землю тёмный кристалл до половины и сделав вокруг маленький овал из особых компонентов, чародей окропил свои пальцы соком паслёна. Теперь предстояло самое опасное. Заклятье требовалось произносить вслух, чтобы вибрация голоса дошла до лежащего на кристалле волоса, удачно взятого с покойного в морге.

Боязливо осмотревшись по сторонам, Кларий согнулся, как только мог, и, почти касаясь губами кристалла, начал шептать.

Первый стих, затем второй, затем снова первый, потом третий… главное не сбиться. Сбиться страшнее всего, даже притом, что нужные слова накрепко засели в подкорке и вообще не имели шанса улетучиться. Бесконечное повторение и проверки, приходящиеся на совершенно разное, порой непредсказуемое время, не прошли даром. Из Клария сделали профессионального, умелого и выдающегося некроманта. Только уверенность в себе временами подводила.

Настал черёд седьмого стиха. Последнее слово сорвалось с уст, и сию секунду послышался знакомый скрип. Из надломившегося тёмного кристалла вылетело полупрозрачное бесформенное облако. Несколько мгновений оно изменялось и вращалось невообразимыми образами, пока не обратилось в призрака покойного.

Повертев головой, потусторонний визитёр расплылся в улыбке. Похоже, он ждал этого момента весь день. Встретившись взглядом с Кларием – единственным, кто его видел, призрак Леонардо благодарственно кивнул и с ехидной гримасой устремился в дом мэссера Кастракани.


Кларий спешно уходил прочь от улицы Бонляпата. Когда он тщательно прибрался и затолкал свой арсенал обратно в потайное отделение сумки, из дома уже начали раздаваться скрипы и испуганные возгласы: «Кто здесь?». Обычно призраки не сразу понимали, как именно влиять на материальный мир, но не в этом случае. Желание насолить ненавистному соседу словно подсказывало возвращённому что делать.

Саркастично ухмыльнувшись, представляя, что будет твориться в доме на протяжении последующих дней, Кларий поспешил удалиться. Сейчас совсем не время оказываться где-то поблизости.

Пересёкши переулок, чародей вышел на соседнюю улицу. Теперь оставалось только найти повозку. В нынешний час это уже не так-то просто.

«Похоже, придётся до самого парка тащиться», – печально заключил про себя Кларий, не видя ни одного экипажа.

В ночное время количество возчиков в городе сокращалось раза в три. Всё объяснялось отсутствием спроса и нежеланием скупых владельцев компаний платить излишних денег своим сотрудникам. Частных же извозчиков в Морете не имелось. А когда такие появлялись, крупные дельцы быстро убеждали их перейти к ним под крыло.

Дойдя до конца мощёной серой брусчаткой полосы улицы, Кларий стал прикидывать, куда бы лучше свернуть: направо или налево. С одной стороны парк, с другой рынок. Оба варианта хороши.

Вдруг сзади раздался возглас:

– Мэссер, простите!

По лицу Клария пробежал испуг. На лбу проступила испарина, глаза забегали из стороны в сторону. Нужно было срочно соображать, что делать, но кровь предательски отлила от мозга к ногам, как бы намекая своему обладателю: «Давай убежим».

Втянув прохладный ночной воздух, Кларий постарался сохранить здравомыслие. Проигнорировав внутренний призыв бежать, он решительно свернул налево.

– Мэссер, подождите! – Моментально раздалось вслед.

В голове стало постукивать. Или, может, это случало в сердце? Разобрать Кларий не мог.

Он знал только, что на его лбу разлился целый водопад, а руки сделались холодными, как у мертвеца. Хорошо хоть ноги пока не подводили. Оставалось лишь прибавлять шаг.

Сзади вновь послышался оклик, дополнившийся топотом шагов. Ещё мгновение, и неведомая персона свернёт вслед за Кларием. Тогда просто игнорировать уже не получится.

Внезапно чародею подвернулась милость удачи в виде тёмного переулочка. Спешно свернув, Кларий уткнул лицо в капюшон и затаился в чёрной, словно бездна, тени.

«Может, зря я вообще беспокоюсь? Ну, окликнул кто-то. Вдруг это просто прохожий? Хотя нет, зачем прохожему за мной идти? Вдруг я что-то выронил? Тоже вряд ли. Сумка накрепко застёгнута. Нетушки, ни один благонамеренный человек не станет в полуночный час на тёмной улице приставать к незнакомым людям. Пережду! Не к лицу мне попусту рисковать, тем более, когда всё дело уже сделано»

Несмотря на вроде окончательное и словно бы даже твёрдое решение, мысли продолжали скакать в голове. Вечер так хорошо начался. Без подозрений приехал в город и быстро пришёл куда надо. Безо всяких проблем и неурядиц провёл ритуал. Даже скрылся легко. Теперь же кто-то пристал! Зачем? Что он замышляет? Вдруг хотел обокрасть?

От последней мысли живот предательски скрутило. Кларий покрепче сжал ручку дорожной сумки. Замедлив дыхание, он принялся выжидать, пока на улице снова не станет тихо.

После того, как тень скрыла Клария от посторонних глаз, по ночной улице прокатилось ещё два оклика. Но после того, что последовало за ними, они казались уже не такими страшными. Два грубых мужских голоса начали переговариваться. Беседовали негромко и вдалеке. Слова, увы, не разобрать. Затем эти два подозрительных типа ещё немного походи туда-сюда. Один даже шмыгнул прямо мимо Клария. Если бы чародей не вжался в стену и не был облачён в абсолютно чёрный наряд, его бы наверняка заметили. К счастью, повезло.

Шаги удалились, голоса стихли. На улице вновь властвовала ночная тишина. Для подстраховки Кларий выждал ещё пару минут и только затем осторожно отвернул лицо от капюшона.

Столь долгое смотрение в темноту обострило и без того острое зрение. Однако поблизости никого не виднелось. Чародей позволил себе облегчённо выдохнуть. Негромко, конечно. Так, для самоуспокоения. Никто не отреагировал.

«Хорошо», – заключил Кларий, выходя из тени.

Одёрнув полы мантии и повертев затёкшей шеей, он шагнул на улицу.

Стоило сделать всего один шаг, выйти из безопасного, обволакивающего тьмой переулка, и по голове с силой стукнули. Мир перед глазами поплыл и утратил очертания. Кларий без чувств рухнул на жёсткую холодную брусчатку.

## Глава шестая – «Что здесь происходит?»

В дверь истошно позвонили. Первый звоночек был тихим, едва уловимым. Второй уже звучал так, будто у звонившего случился минимум пожар.

Вставший с постели ещё после первого звонка мэссер Беркли заторопился. Ступая по коридору и накидывая поверх пижамы голубой халат, он стал различать за входной дверью причитания и возню.

Наспех затянувшись поясом, глянул в глазок. Картина на пороге оказалась столь неожиданной, что Беркли вначале отпрянул на шаг назад. Пару раз моргнув просыпающимися глазами, детектив оправился и распахнул дверь.

– Детектив, простите, что…

– Дядя Беркли!

Перебивший полицьотто Кларий стоял в наручниках. На лице бедолаги застыл коктейль из недовольства, испуга и усталости. Глаза были красными и злющими. Совершенно не свойственное им выражение. Полы чёрной мантии покрывала грязь. Похоже, чародея тащили по улице под руки. Стоявший рядом служитель закона для пущей строгости держал схваченного за плечи, а его напарник тыкал в бок дубинкой.

– Кларий? Что здесь творится? – непонимающе уставившись на троицу, как-то даже по-детски вопросил Беркли.

– Детектив, этот человек действительно ваш племянник? – сурово поинтересовался хмурый полицьотто.

– Конечно.

– Я же вам говорил, – буркнул Кларий, попытавшись отпихнуть от себя мужчин в форме.

– Мы поймали его, когда он рыскал по городу и пытался от нас скрыться.

– Я не рыскал и не скрывался.

– Вы скрылись от нас в переулке.

– Я думал, вы собираетесь меня ограбить. Нечего к прохожим приставать!

– Вы выглядели подозрительно и несли с собой сумку…

– Там просто вещи для амулетов, я был у заказчика!

– Мы выполняли свою работу.

– Так и выполняли бы свою работу, а меня…

– Мэссеры! – прервал перепалку Беркли, тяжело вздохнув и потерев лоб рукой. – Спасибо, что выполняете свой долг, но мой племянник человек благонадёжный. Можете снять с него наручники и отпустить.

Почти не скрывая недовольства, полицьотто сняли с задержанного наручники и отступили на шаг назад.

– Так-то, – тихо огрызнулся Кларий, потирая кисти рук.

Задрав голову, чародей собрался ещё что-то сказать, но Беркли взял его за локоть и потянул в дом.

– Ещё раз спасибо за службу, приятного вечера! – обворожительно улыбаясь, распрощался детектив со служителями закона и закрыл дверь.

Несколько минут в прихожей стояла тишина. Кларий недовольно потирал следы от наручников и смущённо смотрел на Беркли. Тот, в свою очередь, неуверенно косился на родича, не зная, как начать беседу.

Наконец детектив подобрал удачные слова, но вдруг с ведущей на второй этаж лестницы послышался заспанный женский голос:

– Дорогой, кто это был?

– Не переживай, птичка моя. Это просто Кларий. Он принёс документы в управление, и патрульные направили его сюда. Иди спать, я скоро приду, – настолько сладкоголосо, что из слов запросто можно было сварить желе, отозвался Беркли.

Супруга пробормотала в ответ нечто сонное и пошла почивать. Разобрать, что именно она произнесла, было абсолютно невозможно, однако Беркли расплылся в улыбке и согласительно кивнул. Похоже, он сумел понять ответ, даже не услышав его.

– Прости, что потащил полицьотто сюда, да ещё и так громко позвонил. Просто я боялся, что они начнут тщательно обыскивать сумку, а первый звонок они сделали слишком тихий, и ещё…

– Ничего страшного. – Беркли обернулся, расплывшись в добродушной улыбке. – Пойдём на кухню. Тебе бы умыться, выпить тёплого чаю и спать.

Совет Беркли как всегда оказался именно тем, что нужно в данную минуту. Затолкав грязную одежду в сумку, Кларий принялся умываться тёплой водой из кухонной раковины.

Согревающая и успокаивающая она смывала с лица пот, а следом словно вымывала из головы все негативные мысли. Каждое новое касание умиротворяющей воды делало произошедшие неприятности незначительными мелочами, о которых не стоило и беспокоиться.

«Сглупил, конечно». – Промелькнул в голове призрак таящей мысли. – «Мог хотя бы обернуться и посмотреть, кто там. Да какая уже разница? Закончилось всё хорошо, это главное».

Как только Кларий выключил воду, на кухню зашёл Беркли. Сейчас он выглядел намного бодрее и собраннее. От былой заспанности не осталось и следа. Протянув чародею зелёную клетчатую пижаму, детектив ловким движением снял с огня чайник, уже вот-вот собирающийся заголосить.

Кухня в доме имелась весьма просторная, что удачно подстраивалось под фигуру владельца. Несмотря на работу в полиции и другие разнообразные дела, Беркли проводил здесь почти столько же времени, что и его супруга. Раскладывание свежекупленных продуктов, помощь в приготовлении ужинов и перекусов, заваривание вечернего травяного чая, тайные визиты к холодильнику… поводов заглядывать находилось много, и Беркли ориентировался здесь столь хорошо, что легко мог передвигаться с закрытыми глазами.

Клария же всегда сбивало с толку местное обилие разнообразных полочек, шкафчиков, тумбочек, мешочков и прочего. Со стороны мебель выглядела невероятно красиво и уютно. Качественное светлое дерево и кремовая плитка в сочетании с изящными узорами завораживали взгляд, но вот найти здесь хоть что-то чародей считал совершенно невозможным. Кухня у него дома представляла собой воплощение минимализма, что он считал главным её достоинством. Сходу можно найти всё нужное. Красивости пусть останутся в библиотеке и спальне. Кухня для дела, а не для любования. В сём принципе Кларий был твёрд, пусть и придерживался его один единственный во всём районе.

– Спасибо, – поблагодарил Кларий за пижаму и чай, присаживаясь к столу.

Мягкая ткань ласкала кожу, хоть и была по меркам чародея не достаточно согревающей. К счастью, с этой задачей прекрасно справлялся ароматный травяной чай. Поднимающийся из фарфоровой чашки пар так и манил скорее сделать глоток.

– Ну, рассказывай. Делом занимался или просто гулял?

– Делом. Ограбление расследовал. Мы с Ирис отлично продвигаемся.

– Прекрасно! Я знал, что она тебе подсобит. Вместе вы наверняка быстро управитесь.

– Да, она просто умница. Почему ты раньше нас не познакомил? – постаравшись, чтобы вопрос не прозвучал обиженно, поинтересовался Кларий.

– Даже не знаю, я как-то не задумывался, – на мгновение потерявшись, пробормотал Беркли. – Она всегда работой занята, а ты вроде как исследованиями. Я не думал, что у вас двоих сейчас есть время…. Так, как дело продвигается? – делая совершенно некартинный хлюп чаем, сменил тему детектив.

– Неплохо. У нас есть зацепка. Мы выяснили, что Кэмпа воскресили при помощи особого амулета, – притворившись, что не заметил игнорирования вопроса, с усмешкой продолжил Кларий.

– Значится, его правда «н» вернула?

– Сложно сказать. Таким амулетом мог воспользоваться любой маг. Но владеющему «н» было бы легче его использовать.

– Как всё запутано. Не удивлён, что наши не захотели с делом возиться. Представляешь, Виртур сегодня вообще на работу решил не ходить. Мол, в город приезжает видная персона, так зачем сейчас консультант в управлении? Слава богу, хоть тут капитан повёл себя как надо. Притащил лентяя в управление, всыпал взбучку и оставил на ночь дежурить, – с ехидным, как у кота, выражением заявил Беркли.

– Чудаковатая у тебя работа.

– О да! Всегда подвох там, где не ждёшь. И лентяи всякие. Что будете делать с Ирис дальше?

– Мы завтра встретимся и наметим план действий. Нужно узнать, откуда этот негодяй мог добыть амулет.

– Правильно-правильно, верное решение. Молодцы! Ну, раз завтра тебе предстоит ответственный день, пора ложиться спать. Я постелю на диване.

– Спасибо, не нужно. Я сам справлюсь. – Запротестовал чародей, проворно вскакивая на ноги. – Я и так уже вас перебудил. Ложись спать, я сам постелю. Гостевой комплект в угловой тумбочке?

– Да, как всегда.

– Спасибо! Прости, что из-за меня тебе пришлось врать.

– Не волнуйся, завтра я рассказу птичке всю правду. Просто не хотел волновать её такими подробностями на ночь глядя.

– Хорошо! Спокойной ночи!

– Спокойной ночи!

## Глава седьмая – «Приятного аппетита!»

«Да скачи же ты быстрее, животное!»

Силы сдерживать грубые мысли у Клария уже закончились. Хорошо, что ещё вслух пока не высказался.

Лошадь тащилась невероятно медленно, а болтливый рыжий кучер вообще не обращал на это внимания. Его полностью поглощал разговор, который тот продолжал вести, даже несмотря на откровенную пассивность пассажира.

Не слушал возницу Кларий с самого начала, а вот от учтивого поддакивания отказался уже после того, как стрелка часов показала «09:35». До встречи с Ирис оставалось менее получаса. Конечно, доехать до места вовремя точно успеется, но вот хватит ли времени переговорить с Марси насчёт банановых оладий – большой вопрос.

На первых порах утро у Клария задалось. Не считая нещадного солнца, разбудившего своими пронырливыми лучами (сам виноват, надо окна плотнее зашторивать), всё складывалось отлично. Чародей быстро переоделся и умылся, вежливо распрощался с родственниками и отправился домой. Пожилой извозчик, судя по манерам бывший военный моряк, в один миг домчал до дома и даже от чаевых настойчиво отказался.

Переступив порог, Кларий продолжил плыть по полосе удачи. Изящная серебристая мантия висела в шкафу идеально выглаженной, а Селеста сумела добраться до ящика с салатом, и кормить её не было нужды.

Надёжно спрятав магические принадлежности, Кларий тщательнейше почистил зубы. Утром он, разумеется, наложил на них чистящее заклинание, но пренебрегать гигиеной последнее дело. Уповать на одну магию здесь негоже.

Управившись с делами, Кларий вышел из дома, и тут-то полоса везения закончилась.

«Когда уже эти умники доизобретут свой автомобиль? Вот тогда можно будет ездить быстро и без проблем. Хотя…. Что если у всех будут автомобили, и на улице не будет хватать места? Да нет, бред какой-то. Мы наверняка что-нибудь придумаем».

Задумавшись о потенциальном светлом будущем, Кларий стал глядеть на проплывающие мимо домики. Такие уютные и изящные. Спокойная и милая Морета, как всегда, очаровывала своими видами. Чудесный город, сумевший не превратиться в унылое захолустье, несмотря на всю свою умиротворённость. В Морете имелся оживлённый рынок, книжная лавка с редкими товарами, уважаемое учёное медицинское сообщество, заезжающая театральная труппа и многое другое. Да, городок небольшой, но живой. Самый настоящий кладезь жизни.

«Зачем вообще кому-то совершать ограбление здесь?»

Внезапный вопрос поворотил мысли Клария к расследованию ограбления. Им с Ирис предстояло додуматься, откуда преступник взял амулет. Причём амулет весьма редкий. Все просмотренные книги говорили, что на континенте таких осталось всего несколько штук.

«С чего обладателю такой вещи становиться вором? А вдруг он не её обладатель? Вдруг амулет он тоже украл?»

Череда вопросов неожиданно подбросила Кларию догадку. Самый разумный и одновременно простой для проверки вариант, откуда злоумышленник взял амулет. Просияв, чародей захотел скорее поделиться догадкой с Ирис. К счастью, повозка наконец-то доехала до кафе.

Заплатив вознице без единой монетки на чай, само собой, Кларий поспешил ко входу. Болтливый извозчик проводил чародея недовольным взглядом и даже тихо шепнул ругательство. Он-то считал, что развлекает пассажиров своими речами, и они должны это оценить. Звонкой монетой оценить. Ему на беду, Кларий был не тем случаем.

«Марси, Марси и Уотто» находилось в нетипичном для кафе месте, поэтому особо оживлённо здесь не бывало. Однако и безвестность заведению не грозила. Причин тому имелось три.

Во-первых, Марси – самый оригинальный и отзывчивый повар в городе. Придуманные ею блюда сочетали в себе простоту, привлекательность и уют. Они не вызывали бурю вкусовых чувств во рту, зато притягивали и уговаривали тихо, без спешки доесть каждый кусочек. Трапеза здесь всегда создавала атмосферу неги, помогая забыть о докучливых проблемах и погрузиться в сладостные думы. Однако и про изыски Марси не забывала. Если гость хотел нечто такое, чего в меню не предлагалось, то она всегда была готова исполнить просьбу и придумать новинку. Именно данной чертой намеревался сегодня воспользоваться Кларий.

Второй причиной успешности заведения являлась Марси, то есть Марси номер два. Школьная подруга первой Марси, чьё знакомство завязалось на почве одного имени. Девушка являлась единственным барменом в округе женского пола. Хотя некоторые утверждали, что она одна такая во всей стране. Изначально имея отличие ото всех своих коллег, Марси решила пойти ещё дальше и наполнила меню кафе своими оригинальными напитками. Некоторые не приживались, некоторые приживались, но их рецепт быстро разгадывали и начинали копировать, а вот третьи пока так никто и не раскусил. К одному из таких относился знаменитый «Утренний пони», порцию которого Кларий намеревался осушить до дна и заказать вторую.

Третьей причиной успешности заведения являлся Уотто. Живой и вертлявый, в тоже время собранный и презентабельный. Никто точно не знал, сколько ему лет. Порой казалось, что не больше тридцати, а порой, что не меньше пятидесяти. Мужчина умел одновременно оставаться открытым и общительным, о себе притом почти ничего не рассказывая. Он занимался в кафе деловой частью. Закупки, финансы, бумаги – всё то, без чего не выстроить успешный бизнес. В своей вотчине он был так же хорош, как Марси в приготовлении блюд и Марси в создании напитков. Втроём они быстро превратили «Марси, Марси и Уотто» из незаметного кафе на окраине в изумительное заведение с набором верных постоянных клиентов.

– Доброе утро, Марси! Можешь позвать Марси? – поздоровался Кларий уже чувствуя, как разжигающие аппетит ароматы будоражат воображение.

– Привет! Конечно, – награждая чародея лучезарной улыбкой, отозвалась бармен и скрылась в дверях кухни.

Кларий прошёл по залу, учтиво кивнул знакомому посетителю и присел за свой любимый дальний столик. Вместо стульев у него стояли мягкие кожаные диванчики. Мебель уже немного просела, но через месяц, самое позднее два, Уотто отдаст её в ремонт, и всё будет как новое.

От основной части кафе дальний столик скрывала барная стойка с одной стороны и декоративная статуя слоника с другой. Притом отсюда можно было разглядеть вход. Если выбрать нужный диванчик, что Кларий как раз и сделал.

– 09:56. Успел всё-таки, – тихо пробормотал чародей, глянув на часы.

– Привет, Кларий! – раздался приближающийся мелодичный голос.

Высокая, круглолицая, но стройная повар приветливо улыбнулась, подходя к столику. Кларий молниеносно привстал и приобнял её. Вернувшись в Морету после учёбы, чародей застал кафе в период первых месяцев после открытия. Сюда он заглянул, не имея финансовой возможности посещать самые популярные заведения, а готовить самостоятельно ленясь. После первого же посещения Кларий стал постоянным клиентом и с тех пор хорошо познакомился со всеми тремя владельцами.

– Привет! Я хотел попросить об услуге. Ко мне сейчас придёт девушка…

– У-у-у, девушка. Нашёл себе подружку?

– Нет, она просто друг. Мы вместе работаем, – проворчал Кларий, садясь обратно и косясь на вход.

– Ага, просто друг. Симпатичная?

– Какое это имеет значение, мы же просто…

– Значит, симпатичная. – Марси усмехнулась.

– Ладно, симпатичная. Просто чудесная, если хочешь знать.

– Конечно, хочу. Нельзя же потом пересказывать сплетни, упуская такие важные детали.

– Марси!

– Шучу, не волнуйся. – Повар вновь усмехнулась, подмигивая Кларию. – Хочешь заказать для неё что-то особенное?

– Да, она любит банановые оладьи.

– Банановые оладья… Слышала про них. На любителя, но если убавить сиропа и добавить… сделаем. Что-нибудь ещё, раз уж я здесь?

– Мне пару свиных колбасок, булочку с кунжутом и какой-нибудь простой салат. Ой, вот она идёт! – воскликнул Кларий, увидев взявшуюся за ручку прозрачной двери Ирис. – Пришли к нам потом официантку, хорошо?

– Агась. Удачи со свиданием!

– Это не свидание, – цыкнул вслед уходящей Марси чародей, но та его уже не слышала.

Ирис бойко зашла внутрь, ответила на приветствие бармена и, найдя глазами Клария, направилась к нему. Она вновь была облачена в жакет, на сей раз бежевый. Похоже, большая часть её гардероба состояла именно из них. Пышная рыжая шевелюра свободно разлетались, а кудри немного подпрыгивали в такт походке. На лице Ирис сохранилась привычная задумчивость, дополняемая немного приподнятыми уголками рта, словно репортёр наслаждалась пришедшей в голову мыслью.

– Привет! – первой поздоровалась она и уселась напротив, не успел Кларий как собирался встать.

– Привет! Отлично выглядишь, – завязал беседу чародей, скрыто недовольствуя, что не успел поприветствовать напарницу как полагается.

– Спасибо! Ты тоже, классная мантия.

– Тебе нравится? Это моя любимая.

– Да, очень «магическая». – Ирис ухмыльнулась, откидываясь на спинку дивана. – Уютное заведение. Чем здесь угощают?

– Почти всем. Здесь лучшая кухня в городе. Я уже заказал тебе банановые оладьи.

– Так они здесь есть? Отлично! Ты давно пришёл? Долго ждал?

– Нет, совсем чуть-чуть, ты вовремя. Как добралась?

Ответить Ирис не успела. Бойкой походкой к ним подошла официантка, неся в руках два меню и миниатюрную вазу с розочкой. На лице девушки горел лёгкий игривый огонёк.

«Неужели Марси уже всем растрепала?» – вспыхнул в мыслях Клария обречённый вопрос.

– Доброе утро! Что-нибудь сразу закажете?

– Мне капучино.

– Мне Утренний пони. О еде я уже договорился с Марси.

– Хорошо, всё скоро будет.

– Утренний пони? – с любопытством спросила Ирис, стоило официантке уйти.

– Это местный оригинальный напиток. Без понятия, из чего он, но почти уверен, что в основе сливки и мёд.

– Звучит интересно, нужно будет попробовать. Ты здесь постоянный клиент?

– Да, каждую неделю захожу.

– Похоже, официантка на тебя запала.

– Что? С чего ты взяла?

– Она принесла тебе розу.

– Ах, это. Нет, это просто… Марси решила… это такое утреннее украшение, чтобы цветочный аромат зарядил положительными эмоциями на день. Такие всем ставят.

– Ясно, – протянула Ирис, бросив взгляд на столики других гостей. Никаких цветов там и в помине не стояло. – Что нашёл в книгах? – наградив Клария ироничной улыбкой, перешла к делу репортёр.

– Да, ограбление, – с трудом отводя взгляд от лица Ирис, попытался сконцентрировать мысли на деле чародей. – В общем, Кэмпа вернули с помощью старинного амулета Ночного квадранта. Их осталось мало, очень мало.

– Значит, у грабителя есть редкий магический амулет. Интересно, – достав из сумки блокнот и начав делать быстрые записи, пробормотала Ирис.

– Я думаю, он его украл. Подобные сейчас сложно найти.

– Где его можно было украсть?

– Самый простой вариант – в академии, где я учился. Веспересѝдус.

– Хорошо. Другие варианты есть?

– Теоретически да, но мы не сможем их просто так проверить. Кроме того, до Веспересидуса отсюда всего три часа на поезде, а до других добираться намного дольше.

– Значит, отправимся туда и выясним, не пропадал ли амулет. У тебя есть план действий?

– Для начала спросим у архивариуса. Она очень отзывчивый человек, сразу мне расскажет.

– Повезло, что чародеи такие болтуны.

– Далеко не все мы болтуны. Просто она хороший человек, да и я был там прилежным студентом, – нахохливший, проворчал Кларий.

– Не обижайся, я просто пошутила. – Ирис миловидно улыбнулась и поправила рыжие локоны. – Вот и наш завтрак!

– Специальный заказ для наших дорогих гостей. Кларий ради вас расстарался. Милашка, не правда ли?

– Кх-кх, уходи, кх-кх, – стараясь замаскировать слова кашлем, буркнул на официантку Кларий.

– Приятного аппетита! – громче, чем хотелось бы чародею, усмехнулась та и удалилась.

– Я смотрю, у тебя тут весёлые друзья, – с самой ироничной из сегодняшних улыбок проронила Ирис. – Пора пробовать! – не дав Кларию ответить, провозгласила она и вооружилась вилкой.

Как только в ход пошли столовые приборы, разговор ушёл от дел и понёсся по обычным будничным мелочам.

Обсудив излишне прохладную погоду и непонятно зачем начатый в Багряном парке ремонт, вдоволь нашутившись над усами дяди Беркли и его коллегами, обменявшись книжными предпочтениями, напарники перешли к историям о своей работе. «Волшебный» эффект блюд Марси работал без промаха. Хотелось, растягивая удовольствие, без спешки доесть каждый кусочек и предаться неге.

Поджаренные до хрустящей корочки свиные колбаски таили в себе ароматные специи, навевающие воспоминания о душистом лете. Тёплая мягкая булочка разливала по телу ощущение утреннего томления. Лёгкий салат, радующий гостя палитрой из огурчиков, морковки, салатных листьев и толики трав, заряжал силами и тонизировал мозг.

О напитках и говорить не стоило! Вторая порция Утреннего пони улетучилась почти столь же быстро, что и первая. От третьей Кларий отказался лишь из-за обилия съеденного, хотя вкусовые рецепторы продолжали требовать добавки. Ирис получила не меньшее наслаждение от завтрака и уже после пары укусов решила примкнуть к числу постоянных клиентов заведения. Идеально сваренный капучино в подогретой тацце с узором в виде дерева дополнил любимое блюдо и привёл в полный восторг.

Банановые оладьи здесь готовили совершенно не так, как в других кафе города. Ирис была готова поклясться, что здешние самые лучшие. Соединяясь с мелкодроблёными, не до конца опознанными, орехами, корица придавала блюду особый вкус, рисующий в голове картины прогулки по парку. Сладкий, но не приторный сироп делал вкус значительно ярче, притом не перебивая ни один из компонентов.

– Да, здесь действительно лучшая кухня в городе! – Всё, что смогла произнести Ирис, покончив с завтраком.

## Глава восьмая – «В дорогу»

Гвалт и топот заполонили вокзал. Люди громогласно переговаривались, поднимались на перрон, толпились около касс и спорили о времени прибытия поездов. В последнем случае парочка молодых парней даже затеяла между собой ставки: приедет ли десятичасовой вовремя или нет. Где-то вдалеке слышалась канючившая ватага детей, явно не желающая отправляться в путь. Хотя уловить их причитания было не просто из-за уверенно марширующего эскадрона носильщиков, везущего с собой грохочущие тележки с багажом. Погожий день, пришедшийся на первый выходной, подстегнул жителей города посетить дальнюю родню, съездить прогуляться в столицу или подышать горным воздухом. Вокзал был забит народом. И Ирис это нравилось.

Утром ей пришлось встать раньше привычного. День намечался трудный и длинный. Вначале предстояло одеться по погоде, а какая погода бывала близ Веспересидуса она не представляла. На все расспросы Кларий отвечал: «Обычная».

Расправившись с тостом и допив кофе, Ирис решила более не гадать и воспринять заявление напарника буквально. Одевшись в свой самый «обычный» наряд, состоящий из светлой блузки, изумрудного жакета и юбки в тон, она поспешила в редакцию. Интервью доктора Пасслера было вычитано и приведено к общему стилю газеты. Бери да печатай. Однако редактор, наверняка, будет другого мнения. Поэтому Ирис решила выехать пораньше, чтобы хватило времени на уговоры.

Переступив порог одновременно раздражающей и ставшей родной конторы, Ирис направилась прямиком к кабинету начальника. Любезнее обычного ответив на избитые комплименты коллег и подсунув секретарю редактора помаду, которую та давно клянчила одолжить, она без очереди заскочила в кабинет. Вслед послышались возмущённые возгласы коллег, но их быстро приструнила довольная обновой секретарь.

– Каттаринусси? Ты что здесь делаешь? – отрываясь от работы и поправляя сползшие очки, вопросил редактор.

– Здравствуйте! У меня отличный материал появился. – Миловидно улыбаясь, Ирис достала из сумки машинописные листы.

– Какой ещё материал? Ты сейчас вообще-то должна находиться в отпуске.

Редактор ворчал. Впрочем, не сильнее обычного. При этом он откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. Такую позу начальник принимал каждый раз, когда собирался кого-то выслушать. Ирис хорошо изучила его повадки. Выучить алгоритмы чьего-то поведения, особенно того, от кого зависит твой заработок, она считала отличной стратегией.

«Похоже, материала сегодня не хватает, раз меня ещё не выставили», – не подавая виду, заключила про себя Ирис.

– Я вчера пересеклась с доктором Пасслером и взяла у него небольшое интервью. Так, история его жизни, пара вопросов о работе и нашем городе.

– У Пасслера? Патологоанатома? – Редактор продолжал ворчать, в тоже время сделав жест рукой, чтобы репортёр передала ему материал.

– О его работе патологоанатома там почти ничего нет. В основном об уровне медицины и его научном труде, который он всё пишет. Я отредактировала, чтобы людям было всё понятно и ничего не шокировало.

– Печатно! – Вынес позитивный вердикт редактор, просмотрев текст по диагонали. По тону и выражению лица было никак не сказать, что вердикт носил положительный характер, но являлся он именно таковым. – В номере как раз есть свободное место. Когда вернёшься из отпуска, получишь дополнительные десять лориков. А теперь дуй в отпуск!

– Спасибо, мэссер!

Миссия выполнена, а большего и не надо. По крайней мере, сейчас.

Спешно покинув редакцию в надежде избежать расспросов от коллег, чего, увы, полностью не получилось, Ирис отправилась на вокзал. Подъехав к многолюдному бурлящему зданию, она наконец-то полноценно почувствовала себя в своей тарелке.

«Людские муравейники», как про себя называла подобные скопления Ирис, были ей по душе и заряжали энергией. Побывав в самом сердце подобного сборища, девушка всегда находила в себе новые силы. Открывала второе дыхание.

«Надеюсь, Кларий уже купил билеты», – задумалась Ирис, проходя через стеклянные двери вокзала.

Напарника нигде не было видно. Ни у касс, ни у киосков. Даже в небольшой зоне ожидания. Внутри вообще не виднелось никого, кого можно было принять за чародея. Время отправления нужного поезда тем часом приближалось. Ещё раз повертев головой во все стороны, Ирис двинулась на перрон.

«Наверное, он там от толпы прячется», – заключила про себя репортёр, поднимаясь по лестнице.

Стеснительность и неуверенность напарника невероятно забавляли Ирис. Она до сих пор не могла взять в толк, как можно буквально держать в собственных руках такое могущество и одновременно так тушеваться при обыденных делах. Она, будучи вооружённой одним лишь блокнотом (хотя сегодня и не только им), чувствовала себя куда более уверенной в любых ситуациях.

«Лучше потом извиниться, чем вообще ничего не добиться», – сей девиз вёл Ирис по жизни, ведь что рифмуется, то правда.

Придумала она его ещё в детстве, когда занималась своим первым расследованием. В ту девятилетнюю пору малютка Ирис сумела раскрыть первое «преступление»: пропажу журналов с соседского крыльца. Похитителем оказался живущий в конце улицы мальчишка Гэ̀ри, одногодка самой Ирис. И пусть в итоге девчушке пришлось извиняться перед парой соседей за потоптанные цветы, пропажу журналов она раскрыла, и виновник понёс заслуженное наказание в виде нагоняя от родителей и домашнего ареста на всё лето. С того случая Ирис блюла свой принцип, ставший для неё ещё более священным после получения работы в газете.