# Тайна Императорского дома. Книга первая. Фантастическая сага «Воины света». Трилогия третья «Противостояние»

Ирина Жалейко

Когда-то очень давно один народ был разделён огромными галактическими расстояниями, но необдуманный поступок принцессы Снижны соединил их вновь. И она нашла потерянную дочь главы Императорского дома.Всё смешалось: волхвы, ведуны, шаманы, пифии. Они говорят о реке жизни разными словами, используя её силу. Найдут ли они общий язык? Вернут ли они законную наследницу Императорского дома домой, если им противостоит грозный противник, а на их пути стоит Пустошь Предтечей?

Дизайнер обложки Евгения Курачёва


© Ирина Жалейко, 2025

© Евгения Курачёва, дизайн обложки, 2025


ISBN 978-5-0056-7950-5 (т. 1)

ISBN 978-5-0056-7951-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Предыстория

От автора: вот и воссоединились герои двух трилогий «Путь домой», где описана жизнь Дарьяны с самого её рождения, и «Императорский дом» о жизни её родителей Ульвбьёрна и Тиры.

Выдержки из голографического послания к Снижне главы Императорского дома Ульвбьёрна из плена:

«– Привет, сестрёнка. Если ты смотришь моё сообщение, это значит то, что одно из колец достигло тебя, а все мои труды были не напрасны. Знай, что мы с Тирой живы. Пока.

Удо тяжело вздохнул.

– Нас захватили в плен драгонды и доставили на неизвестную мне планету. Теперь я знаю, что это земля Вожака вожаков[1] драгондов… С нами в плен также попали члены моей личной гвардии, которые оставались в живых на тот момент. Хотя тогда мы больше походили на покойников. <…> Их было двенадцать. Двенадцать моих верных товарищей. Моих братьев. Среди них был и Бернард. А потом…

Удо пытался сдержать слёзы.

– А потом драгонды пытали меня, Снижна. Лучше бы они резали меня живьём и ели мою плоть. Но нет, они заставляли меня смотреть, как поедают их. Моих гвардейцев. Сестрёнка, тебе в детстве довелось видеть их короткое пиршество, но ты не представляешь, на что способен вожак драгондов. Воины императорского флота умеют терпеть боль. Это часть спецподготовки бойца. Я и мои гвардейцы способны вынести боль во много раз большую, чем обычный воин. Но то, что с ними творили у меня на глазах…

Удо поднял лицо к верху и взял себя в руки, а затем продолжил.

– Это был ад для моих бойцов. Это был ад и для меня. Если я закрывал глаза, то вожак продлевали их агонию, заставляя меня опять смотреть на эти зверства. Сколько раз я пытался прорваться к ним на помощь. Сколько раз боль сковывала меня, и я выл от бессилия помочь своим братьям. Снижна, ты не представляешь, какая это пытка видеть смерть друзей и не иметь возможности им помочь. Ты думаешь, что это длилось день, два, месяц? Нет, сестрёнка. Это длилось двенадцать лет. Драгонды ничего мне не предлагали. Ничего не требовали и не отвечали на мои вопросы. Они просто выводили меня из камеры и заставляли видеть страдания моих гвардейцев одиннадцать раз в течение этих двенадцати лет. А в перерывах между этим адом я был наедине с собой. Напоследок они оставили Бернарда. Он стал мне больше, чем помощник. Он был моим старшим братом. Я плакал, не скрывая слёз. Бернард ни разу не застонал и не произнёс ни одного слова. Я попытался к нему прорваться. Я сражался и падал. От ран, от боли в ошейнике, от мук моей души при виде его растерзанного тела. Я падал и вновь вставал. Я не считал, скольких драгондов при этом убил. И хотя их было очень много, но я добрался до Бернарда и услышал его последние слова, которые он сказал именно для меня. А потом он умер, сжимая мою ладонь. И тогда я напал на вожака, в результате чего получил серьёзную рану и потерял сознание. Снижна, Бернард был величайшим человеком, которого я знаю. Мой верный друг, а я ничем не смог ему помочь.

Удо старался не заплакать, произнося последние слова, но по его щеке предательски скатилась слеза. Он спрятал лицо в ладони, успокаиваясь, а затем опять продолжил.

– А ещё через год, сестрёнка, они привели в зал Тиру. <…> Она не узнала меня.

Тут Удо не выдержал и заплакал. Он закрыл глаза, подняв лицо вверх, и постарался взять себя в руки, а затем вытер слёзы и продолжил. <…>

– Не знаю, что бы я сделал, выведи они мою дочь или тебя, сестрёнка. Я даже не хочу это представлять. В тот миг я был рад, что не забрал с собой Дарьяну. Я дал нашей малютке шанс выжить вне этого ада. И вот перед моими глазами стояла Тира… Теперь я понимаю, почему жену главы Императорского дома охраняют тщательнее его самого. Почему отец не расставался с нашей матерью и брал её почти во все полёты с собой. Потому что это самая большая наша слабость, Снижна. Мы с Тирой не просто два человека, нет. Мы – единое целое. Убить жену главы Императорского дома, это всё равно, что живьём вырвать ему самому сердце из груди. Я просто не буду способен дышать без своей Тиры. Снижна, ты не поверишь, но я убил множество драгондов, пытаясь добраться до неё. Несмотря на их чёртов ошейник. Несмотря на боль, что практически скрутила меня мгновенно. Несмотря на мои скованные наручниками руки. Однако в этот раз драгонды хорошо подготовились. Охранников было очень много, а боль ошейника ещё сильнее. Не знаю, сколько времени это длилось. Час, два, может, больше. Моя жена стояла такая близкая и такая далёкая от меня. И я не смог добраться до неё. До моей Тиры. <…> И вот тогда впервые сам Вожак вожаков драгондов сделал мне предложение: или я помогаю им, или я сейчас увижу ещё одно кровавое пиршество. А затем уточнил, что способен продлевать агонию людей во время трапезы на несколько недель. И оставил выбор за мной.

Удо тяжело вздохнул.

– Меня практически сломали в тот момент, сестрёнка. Я стал работать на Вожака вожаков. Я чинил их приборы. Я делал новое оружие. Я улучшал защиту их кораблей, встраивая в них свои приборы, которые передают зашифрованный мною сигнал. Теперь множество кораблей флота драгондов можно будет отследить на тьетоконе[2]. Поверь мне, сестрёнка, всё это время я вёл свою невидимую войну с драгондами в тылу врага. Моё оружие очень часто потом давало сбой, взрывая их корабли. И я надеюсь, что таким образом уничтожил множество вожаков драгондов. Но они об этом не знают. Эти кольца я делаю не для них. Да, они выполняют свою функцию хорошо. Но так я пытаюсь передать на нашу сторону рубежа послание для тебя. Потому что рано или поздно, но эти мародёры наткнутся на человека, которого не сможет обмануть мой прибор. Я его специально так спроектировал. Он несёт в себе сигнал для всех воинов Света. Для всех, кто способен чувствовать, как мы с тобой, сестрёнка. Я понимаю, что это мизерная надежда. Но я живу ею. И ещё меньше шансов у меня на то, что ты возьмёшь это кольцо в свою руку. Но механизм включения записи сработает только на нашу с тобой ДНК. Есть вероятность того, что кольцо сработает даже на наследников первой ветки великого Торгнира. Это увеличивает шансы, что послание достигнет тебя.

Удо тяжело вздохнул.

– Снижна, у нас родилась дочь. Мы назвали её Дарьяной, что означает мужественная. Это правильное для неё имя. И я действительно унёс нашу малютку от Тиры и положил на крыльцо дома в деревне, название которого тебе ни о чём не скажет. На планете, забытой всеми богами.

Удо опять замолчал на несколько секунд, закрыв глаза. Затем он тяжело вздохнул и продолжил говорить.

– У меня не было другого выбора спасти дочь. Потому что, улетев с той планеты, мы попали в ловушку сразу же после первого прыжка. На нас набросили огромные сети, Снижна. Я избегал драгондов долгое время, но на тот момент мои силы и возможности уже были слишком малы.

Удо замолчал на пару секунд, потерев переносицу пальцами и пытаясь успокоиться.

– Я пишу тебе это послание не для того, чтобы ты ринулась спасать нас с Тирой. Я прошу тебя лишь найти нашу дочь Дарьяну и вернуть её домой. <…> Я очень хорошо представляю себе, Снижна, что за решение рождается у тебя в голове сейчас. Вначале ты полетишь на эту чёртову планету, чтобы отыскать Дарьяну и тьетоконе, а потом ринешься спасать нас с Тирой. Не делай этого, сестрёнка. Наша с Тирой жизнь не стоит всех потерь, которые будут на этой дороге. Я прошу тебя лишь об одном: найди нашу дочь и верни её домой на Сканду к родным. Верни принцессу Дарьяну к своему народу. Она не должна жить с осознанием того, что её бросили родители. Она не должна жить сиротой. Ведь она – наша с Тирой дочь и законная наследница Императорского дома. Пусть правит мудро до моего, я очень на это надеюсь, возвращения. Когда найдёшь Дарьяну, сестрёнка, скажи ей, как сильно мы с Тирой любим её. <…>

Удо опять вздохнул, замолчав на некоторое время.

– Принцесса и великая шаманка народа Императорского дома Снижна, как глава и верховный главнокомандующий, я приказываю тебе не спасать нас. Но я знаю, что ты не послушаешься меня. Тебя легко просчитать. И если ты всё-таки рискнёшь это сделать, то спланировать операцию должен гениальный тактик и стратег, который уже не раз учувствовал в сражениях и бывал на стороне Мрака. <…> Необходимо настроить тьетоконе так, чтобы он пробился сквозь защиту, которую мне пришлось установить на этой планете. Иначе ты никогда не сможешь отследить моё месторасположение. <…> И тут нужен человек, способный понять и постараться обойти защиту. <…>

Я не сдался, сестрёнка, и планирую свой побег. Да, это мизерный шанс оптимиста-идиота, как бы сказал Бернард. Но Вожак вожаков драгондов уверен, что на меня подействовали их препараты, которые они добавляли мне в еду. Он верит, что я служу им верой и правдой. Поэтому могу беспрепятственно планировать свой побег. Хотя понятия не имею, сколько лет это займёт. Вожак вожаков также убеждён, что я виню тебя в положении Тиры и хочу убить своими собственными руками. И если ты всё же пересечёшь рубеж, то попав в плен, тебя доставят ко мне. Таковы были мои условия, помимо жизни моей жены. И поверь, у этих тварей есть свой кодекс чести, который они никогда не нарушат. И ни один волос не упадёт с твоей головы на территории Мрака, потому что ты уже моя пленница.

Удо ласково усмехнулся.

– Только так я смогу спасти тебе жизнь, сестрёнка, если ты всё же ринешься сюда. Я не буду говорить тебе: «Прощай». Я скажу тебе: «До свидания». Я буду продолжать записывать новые послания для тебя, отмечая точную дату возрастом моей дочери и повторяя основную часть.

На сегодня Дарьяне исполнилось пятнадцать стандартных галактических года.

Удо выключил запись».

На лицах собравшихся людей в штабе отчётливо читалось желание схватиться за оружие и тут же лететь на спасение главы Ульвбьёрна и его жены Тиры. Снижна вопросительно уставилась на Радомира, по её щекам текли слёзы. Дарьяна смотрела на мужа заплаканными глазами. Градимир что-то сосредоточенно набирал на своём компьютере. Остальные взгляды присутствующих вопросительно устремились на воеводу. Радомир застыл, обдумывая свои слова».


Так закончились первые две трилогии моей саги «Воины Света», а теперь начинается её новая глава: третья трилогия «Противостояние».

## Пролог

> Никогда нельзя заменить близких тебе людей, ушедших из жизни, но можно встретить других, кто будет с тобой рядом до конца.

> Ирина Жалейко.

Мир видений


– В зеркале жизни прошлое, настоящее и будущее соединены воедино. Тут не существует времени. Оно здесь не течёт и не меняется. Что есть настоящее? Один миг. Что есть будущее? Бесконечное число лет. А что есть прошлое? Память наших мгновений. Но что есть эти мгновения? И есть ли они вообще?


***


– Уходим в сторону Пустоши Предтечей[3]. План прыжка уже у вас, – голос Градимира…

– Вы там все в своём уме?


Дневник Снижны-Айны


Я не знаю, что такое любовь. Но, наверное, она уже живёт в моём сердце к человеку, который избегает меня до сих пор.

## Глава 1

Мир видений


Вокруг меня всё размыто. Я вижу какие-то образы людей, но они мне незнакомы. Передо мной находится камень. Странный камень, переливающийся разными цветами, на котором выбиты символы. Однако я не могу их рассмотреть. Туман мешает мне это сделать. Рядом с собой я ощущаю присутствие Радомира. Он подходит ко мне сзади и обнимает, прижимая к себе. В этот момент туман накрывает меня с головой.

…

Меня отрывает от Радомира, и я лечу в бесконечную пропасть.

…

Я пытаюсь позвать мужа, но на меня опять накатывает боль тишины.

– Не—е—ет!!! – кричу я, озираясь вокруг в попытке найти Радомира.


***


– Не—е—ет!!! – Дарьяна села на кровати и тяжело задышала.

– Что случилось, родная? – Радомир прижал к себе жену, которая была вся в холодном поту. – Новые видения, да? – он нежно погладил её по волосам.

– Я так больше не могу, лю́бый. Я так больше не могу, – Дарьяна заплакала навзрыд, прячась в объятьях своего мужа, её колотила мелкая дрожь.

– Это твой дар, душа моя. И ты никогда не станешь другой. В этом ты пошла в свою мать Тиру. Теперь мы это точно знаем, – грустно улыбнулся Радомир.

– Мы же полетим их спасать? Да?

– Кого их, Дарьянушка?

– Сам знаешь кого, – буркнула Дарьяна, пытаясь отстраниться от мужа, но Радомир ещё крепче прижал её к себе.

– Ты вскакиваешь в страхе посреди ночи от очередного видения и при этом хочешь отправиться к чёрту на кулички в новое пекло сломя голову, – усмехнулся Радомир, не отпуская жену от себя. – Ты в этом очень похожа на свою тётку Снижну.

– Представляешь каково им в плену у Вожака вожаков драгондов? – шёпотом произнесла Дарьяна. – Что чувствует сейчас Ульвбьёрн? А Тира? Она заблудилась в своём видении. Мне бы не захотелось там застрять. И никто не может ей сейчас помочь. Никто! – Дарьяна посмотрела мужу в глаза. – Их нужно вытащить из той тюрьмы. А моё сегодняшнее видение… – она тяжело вздохнула. – В нём я опять тебя потеряла, Радомир. Я не могу так больше. Я устала.

– Поэтому предлагаю нам с тобой лететь домой на нашу родную землю. Там все будут только рады, если мы осядем домом. Я стану пахать землю, ты будешь вышивать мне рубашки. Детишек родим. Твои родители будут этой новости рады не меньше моих. Ведь так, родная?

– Но мои родители – это не мои родители, – Дарьяна отвела взгляд в сторону. – И моя родная планета это не Мидгард[4] и не наша с тобой земля. Моя родина – это Сканда[5]. Ведь так получается? А Ульвбьёрн и Тира… – она вздохнула. – И я…

– И ты? – усмехнулся Радомир, ослабляя руки, и внимательно посмотрел на жену.

– Всё так сложно, Радомир! – в сердцах воскликнула Дарьяна, ударив по подушке кулаком. – А ты даже не разговариваешь со мной на эту тему. И у меня есть ощущение, что ты совсем не хочешь лететь их спасать. После сообщения Ульвбьёрна в штабе ты так никому ничего и не сказал. Даже мне. Ответь сейчас на этот вопрос хотя бы мне, – она умоляюще посмотрела на мужа своими серо-стальными глазами.

– На какой вопрос, лю́бая? – Радомир сделал вид, что не понял.

– Мы ведь полетим спасать моих родителей?

– Твои родители, которых знаю я, живы и здоровы. И мы к ним сейчас летим, – усмехнулся Радомир, увидев ошарашенный взгляд Дарьяны. – Ведь ты так и не назвала Тиру своей матерью, а Ульвбьёрна – отцом, – с упрёком произнёс он.

– Это так сложно, лю́бый, – тяжело вздохнула Дарьяна.

– На тебя за последние несколько лет свалилось столько всего, душа моя. Родиться сиротой, потом вспомнить меня и своих родителей, а теперь узнать других. Не забывай, что в этот мир твоя душа пришла во второй раз ради меня. Ради нашей любви. И ты точно дочь главы Императорского дома и его жены. Ты бы видела сейчас свой взгляд, родная. Это глаза Ульвбьёрна, а волосы, – он провёл руками по её голове. – Этот русый цвет, который я так люблю. Он отливает сталью при луне и золотом на солнце. Это волосы твоей матери Тиры. Вспомни голограмму, что показала твоя тётка Снижна.

– Я это понимаю, родной. Но я жила бо́льшую часть жизни в уверенности, что меня бросили настоящие родители, выкинув из своей жизни, – она тяжело вздохнула. – Я считала себя ненужной им. Я даже не пыталась их искать на Мидгарде. Зачем? У меня был Учитель. Он стал мне отцом. Потом я вспомнила тебя и свою прошлую жизнь, вновь обретя и семью, и родной дом, и родителей, братьев и сестёр, а теперь… – Дарьяна замолчала на несколько секунд. – Я оказалась наследной принцессой Императорского дома. У меня появилась тётка Снижна, душа которой холодна как лёд севера. По её словам, я вышла замуж за тебя, нарушив все их законы. И теперь смело могу носить титул неудавшейся наследницы огромной Империи.

– Жалеешь о своём выборе? – улыбнулся Радомир.

– Дать бы тебе по шее за такие слова, – Дарьяна нахмурилась и скрестила руки на груди. – Я словно попала в чью-то дурную сказку, где кто-то со мной ведёт нечестную игру. А теперь меня снова накрывают волной новые видения, – она пыталась не заплакать. – Зачем мне всё это?

– Мне сложно ответить на этот вопрос, родная. Кто-то сверху прописал нам дорогу жизни. И наша с тобой не усеяна лепестками роз, потому что мы имеем душу воина: ты и я. Но раз ты не считаешь вновь обретённую семью Императорского дома своей, тогда мы никуда не летим и спасать никого не будем, – словно констатировал факт Радомир.

– Но они меня не бросили, а пытались спасти, оставив на пороге дома в той глухой деревне, – Дарьяна всё же заплакала. – И им там плохо! – она отодвинулась от мужа и заглянула в его синие как озёра глаза.

– Кому им? – опять уточнил Радомир.

Дарьяна что-то хотела сказать, но вместо этого гневно махнула рукой и вскочила с кровати, а затем быстро скрылась в душе. Радомир даже не попытался её удержать, задумчиво посмотрев вслед. Включив воду, она пыталась совладать и со своими чувствами, и бушующим ураганом в душе, и с мыслями, что будоражили её ум последние дни. Холодно—горячо. Холодно—горячо. Но Дарьяна словно не замечала контрастной воды. Её разум не знал покоя ни днём, ни ночью во снах. Она чувствовала себя измотанной, как никогда раньше. Душевная борьба изводила её. Кого теперь считать своими родителями, а кого нет? И нужно ли выбирать? Дарьяна вздохнула и увеличила разницу в контрасте воды.

С каждой минутой боевая вайтмара[6] воеводы Радомира приближались к его родной планете с двумя солнцами, а Дарьяна не знала, как сказать своим родным, что нашла настоящих родителей. И по своему рождению является принцессой Императорского дома, а они всего лишь отголоски её прошлого. Она так и не смогла поговорить об этом даже со своей сестрой Жданой, которая летела с ней на этом же корабле. И как ей было заговорить на эту тему с остальными членами её первой семьи? Дарьяна выла под струями воды, стараясь взять себя в руки.

Разговор со Снижной в штабе, так или иначе, задел каждого, кто там был. Поэтому тему главы Императорского дома Ульвбьёрна и его жены Тиры избегали все. Даже Переслав замкнулся в себе, вообще отказываясь общаться с кем-либо. Он перестал ходить в столовую, кушая на зелёном уровне или в своих комнатах. Еду ему приносил сын Лучезар, а иногда поникшая Ждана. В некогда весёлых глазах Переслава словно потух огонь. Радомир уходил от любых вопросов новой спасательной экспедиции, приказав возвращаться домой. Он занимался повседневными делами дружины, как будто ничего не изменилось, и нет никаких проблем. Градимир ходил злым последние несколько дней, огрызаясь на все вопросы. К нему стали обращаться лишь в случае крайней необходимости, избегая попадаться ему под горячую руку.

Вот и Дарьяна сегодня не сдержалась. Она попыталась взять себя в руки и отогнать дурные мысли, но контрастный душ ей не помогал.

– Не убегай от меня никогда, душа моя. Я – твой муж, а не враг, – заходя в ванную, сказал Радомир. – Ты теперь не принадлежишь семье своих родителей на моей земле, – воевода выключил душ. – Ты также не принадлежишь и семье Императорского дома. Ты – моя жена. И я ввёл тебя в свой дом и свою семью. И прими тот факт, что у тебя теперь есть два отца и две матери. В первой жизни тебя родители вырастили и воспитали, а я полюбил всей душой свою Дарьяну – воительницу Света. А благодаря отцу Ульвбьёрну и матери Тире, ты вернулась ко мне из мира мёртвых. И ты стала не просто вещуньей, но и волховательницей[7]. И всё это благодаря вторым родителям. Они заслуживают твоей любви, Дарьянушка. Наследная ты у нас теперь принцесса или нет. Какая разница? Забудь эту чушь, что тебе наговорила Снижна. Я люблю тебя такой, какая ты есть, и всегда буду тебе опорой в этой жизни во всём, родная моя. Иди ко мне, – Радомир с жаром поцеловал Дарьяну, та ответила ему со всей страстью.

Они слились в единое целое, а весь мир перестал существовать для них. С каждой минутой вайтмара приближались к земле двух солнц, летя сквозь космическое пространство. Но это было для них сейчас неважно. Важна была только их любовь.

Спустя время они лежали в постели, но сон никак к ним не шёл. Радомир смотрел в потолок и молчал. Дарьяна расположилась у него на груди и периодически вздыхала. Каждый думал о своём.

– Их нужно спасти, Радомир, – первой не выдержав тишины своих мыслей, опять заплакала Дарьяна.

– Ты так и не сказала мне: кого их? – укоризненно произнёс воевода.

– Моих родителей: отца Ульвбьёрна и мать Тиру! – выпалила Дарьяна. – Я нужна им, понимаешь? – приподнявшись на локте, она заглянула мужу в глаза.

– Понимаю, родная, – усмехнулся Радомир. – Так что конкретно ты видела сегодня во сне? – он опять ушёл от ответа.

Дарьяна пересказала своё видение. Этот странный камень она видела уже не в первый раз, но сегодня он разлучил её с мужем. Радомир ничем не выказал своих эмоций, лишь нежно поцеловал свою жену, а затем прижал к себе со всей силы.

– Никто не отнимет тебя у меня, лю́бая. Это не смогла сделать даже смерть, а значит, ничто в этом мире не способно разлучить нас, – нежно произнёс он.

– Ты так и не ответил на мой вопрос, Радомир, – Дарьяна опять отстранилась и в упор посмотрела на мужа. – Не молчи, я прошу тебя.

– Мы пока не знаем, что означают твои видения в этот раз. И что это за камень. И куда опять занесёт нас твоё видение. Я могу сказать сейчас только одно, что хочу спасти твоих родителей из лап драгондов не меньше тебя. Но пойми, это не произойдёт ни завтра, ни послезавтра, ни в ближайшие месяцы. И я очень прошу тебя пока не мучить меня этим вопросом, родная. Дай мне время всё обдумать и хотя бы самому крепко встать на ноги. Моё тело всё ещё слабо. Ты же знаешь, что мне сильно досталось в этот раз. А теперь давай ещё поспим немного, – Радомир закрыл глаза.

– Отдыхай, любимый, – Дарьяна опять прилегла ему на грудь и попыталась заснуть.

Вайтмара с огромной скоростью летела сквозь космическое пространство, делая прыжок за прыжком и приближаясь к родной планете Радомира. Даромысл, капитан корабля, проложил кратчайший путь домой. Команда несла стандартную вахту. Мечислав, доверенный советник воеводы, практически в приказном порядке велел Радомиру восстанавливать силы и приводить свои мысли и эмоции в порядок. Белозар, главный ведун дружины, поддержал это решение, пригрозив вообще запереть воеводу в его спальне, если тот не будет отдыхать. Градимир с головой ушёл в проверку всех технических систем, чтобы отвлечь себя от темы Дарьяниных родителей и её тётки, доведя вайтмару практически до идеального состояния. Корабль Снижны был размещён в один из ангаров, а её саму устроили в комнатах на уровне воеводы, правда, очень далеко расположенных от его личных помещений.

Радомир слушал спокойное дыхание своей жены. Он не спал, вспоминая и анализируя всё, что произошло тогда в штабе. После того, как голограмма Ульвбьёрна на записи с кольца закончила говорить, все посмотрели на него, а он на свою жену. Дарьяна плакала, не скрывая своих слёз. Воевода взял жену за руку и сжал её ладонь. Повисла пугающая тишина. Переслав хотел что-то сказать, но Градимир неожиданно для всех забрал кольцо у Снижны и со словами «как я не подумал об этом раньше» вложил его в руку Дарьяны. Голограмма заговорила вновь.

– Вот мы и доказали, воевода, что Дарьяна – дочь главы Ульвбьёрна, – только и произнёс он, быстро забрав у неё кольцо, понимая, что второй раз эту речь не выдержит никто из находящихся в штабе.

– Вы обязаны помочь мне спасти брата! – вскрикнула Снижна, вскакивая на ноги.

– Вот прям так и обязаны? – зло ответил Переслав.

– Не тебе решать, – гневно произнесла принцесса.

– Да—а—а? А я уверен, что решать точно не тебе, ваше важное высочество Императорского дома. Я – доверенный советник воеводы Радомира. И решать именно нам с ним на военном совете. И чтобы ты понимала всё до конца, я – муж родной сестры Дарьяны. И я такой же член её семьи, как и ты, – жёстко осадил её Переслав.

– У моего брата не было других детей, а вся ваша история – выдумка! – закричала Снижна, гневно размахивая руками. – А если это так, то получается, что теперь я являюсь наследной принцессой Императорского дома, потому что Дарьяна вышла замуж, даже не получив благословение ни у своих родителей, ни у богов, а её семейный союз не является ни законным, ни наследным. И командую тут я! По одной простой причине: на данный момент я возглавляю Империю моего брата. Поэтому я приказываю вам доставить меня на Сканду немедленно.

– Ты как хочешь, дру́же, а я устал от твоей родственницы, – Переслав резко встал и быстрыми шагами направился прочь из штаба.

– Летим домой, отдыхаем и приходим все в себя. У нас был слишком тяжёлый поход, – заговорил Радомир, Снижна попыталась что-то сказать, но он остановил её движением руки. – Твой брат Ульвбьёрн достоин уважения. Это сильный духом человек. И я верю в то, что именно он – отец моей жены. Но командую тут я. И точно так же, как и твой брат в вашей Империи, являюсь верховным главнокомандующим всех воинов Света на нашем рубеже с Мраком. И сейчас нам всем просто необходимо успокоиться и прийти в себя, после всего услышанного и увиденного. Ты должна понять, Снижна, мы все здесь тебе не враги, но такие решения как спасательная операция, да ещё в глубоком тылу на стороне Мрака, не принимаются скоропалительно. И как бы ты сейчас не хотела отправиться к себе на Сканду, я не могу тебе позволить сделать это в одиночку. Ты летишь с нами, и точка. Мы придумаем, как доставить тебя домой целой и невредимой. Что касается спасения Ульвбьёрна, то я всё обдумаю и сообщу всем моё решение позже, – после этого Радомир встал и направился вместе с Дарьяной к выходу, но Снижна преградила им дорогу, шагнув сквозь темноту.

– Отдайте мне тьетоконе, перстень Ульвбьёрна и мой корабль. И вы никогда меня больше не увидите. И не нужна моему брату такая дочь. Если не удастся спасти Ульвбьёрна силами императорского флота, то я выйду замуж за наследника второй линии Торгнира и продолжу род своего отца в наследном союзе, а всех вас сотру из своей памяти навсегда, – зло прошипела Снижна.

– Спи, – сказал Радомир, быстрым движением правой руки коснувшись лба Снижны, и успел подхватить её на руки, прежде чем она упала на пол. – Белозар, отнеси её в свободные комнаты на моём уровне и приставь к ней двух своих ведунов. Градимир, перекрой возможность перехода по вайтмаре для неё. Чтобы я даже не слышал, что она шагает по моему кораблю, как в парке на прогулке. Даромысл, Мечислав, мы летим домой, – сказал воевода, те лишь молча кивнули воеводе. – Родная, нам нужно поговорить наедине, – Радомир взял Дарьяну за руку и вышел из штаба.

Снижна пришла в себя, лёжа в постели под тёплым одеялом. Первое, что она попыталась сделать, это шагнуть сквозь темноту на свой корабль, но не смогла. Она подошла к огромному окну и попыталась взять себя в руки. Рагнар был прав, она порой сперва делает что-то, а затем думает. Принцесса понимала, что наговорила кучу нелицеприятных слов дочери своего брата и её мужу, о которых сейчас жалела. Снижна не была пленницей, но по вайтмаре её постоянно сопровождали два ведуна из группы Белозара. Они всюду ходили следом за ней, но принцесса не видела в них угрозу. Охранники были высокого роста, светлокожие, синеглазые. У одного на голове были заплетены рыжие косички викингов, и чем-то напоминал ей дядю Хаука. Второй повязал свои русые волосы в хвост, который спускался чуть ниже плеча, как это делали гвардейцы Ульвбьёрна. У обоих ведунов была небольшая, ухоженная борода. Они оба были молоды, но принцесса привыкла, что возраст человека по внешнему виду определить очень сложно. Ведь у народа Императорского дома стареть тела начинали только после тысячи лет жизни. И если бы не одежда охранников, то можно было подумать, что она ходит по дворцу на Сканде в сопровождении гвардейцев.

Принцесса обратила внимание, что люди из команды этого боевого корабля не носили форму. Воины были одеты по-разному, словно жили обычной жизнью, а не состояли в дружине Радомира. Вышивки на их одеждах ей также ни о чём не говорили. Единственное, в чём убедилась Снижна, что вся команда Радомира были людьми из народа Императорского дома. Их реки жизни не вызывали у неё никаких сомнений. Ведь именно из этой части галактики несколько миллионов лет назад и улетел её предок, великий Торгнир. Принцесса понимала, что её племянница Дарьяна не нарушила традиции своего народа, выйдя замуж за Радомира. Но от этой мысли ей не стало легче. Она всё ещё злилась на всех за своё заточение.

Охранники показали Снижне зелёный уровень, где она могла проводить свободное время. Принцесса была ошарашена, увидев его в первый раз. Ничего подобного не было ни на одном корабле Империи. Озёра, реки, водопады, леса, небольшие горы, птицы и животные. Снижна будто попала на настоящую планету. Солнце восходило и заходило, порой прячась в облаках, когда шёл дождь. В ночное время восходило две луны, светили звёзды. Снижне нравилось тут бывать. Однажды принцесса попросила показать ей место, где можно тренироваться. Охранники с радостью сделали это, предложив себя в партнёры. Она тут же согласилась, убедившись, что те не только обладали возможностями шаманов народа Айны, но и даже в чём-то превосходили их. Охранники называли себя ведунами, а значит, древние знания её народа ими не были утрачены и развивались долгое время.

Снижна часто вспоминала глаза своей племянницы. В них она видела своего брата. Переливы реки жизни Дарьяны были огромной силы сродни Удо. Но вот воевода Радомир. Такого принцесса не встречала никогда. Она не видела его реку жизни вообще, как ни старалась это сделать. Та была словно закрыта туманной дымкой. Но при этом Снижна ощущала огромную мощь, сокрытую в его теле. Радомир был словно ходячим источником самой жизни. Радомир с Дарьяной обменивались потоками энергии друг с другом постоянно, Снижна обратила на это внимание ещё в штабе. Принцесса видела такое сильное энергетическое единение тел семейной пары только один раз: у своего брата Удо и его жены Тиры. А это значило, что любовь Радомира с Дарьяной была невероятно сильной. Принцесса была уверена, что они точно бы прошли свадебный обряд народа Айны.

Снижна уже успела остыть и попыталась пообщаться со своей племянницей и её мужем, но ей в этом было вежливо отказано. Все контакты с другими людьми на вайтмаре, кроме ведунов, для принцессы были крайне ограничены. Хотя передвигаться по кораблю в сопровождении охраны Снижне не запрещалось, но чаще всего она демонстративно запиралась в своей комнате, отказываясь порой кушать. Она несколько раз в день уходила в тишину, но ничего к ней не приходило. Это была самая настоящая, пугающая и звенящая тишина. Словно все боги разом отвернулись от принцессы, отказываясь говорить с ней. Снижна всё ещё старалась уложить в своей голове рассказ Радомира о том, что Дарьяна пришла в этот мир во второй раз, и теперь считает своими родителями других людей. Принцесса понимала, что своим поведением разругалась именно с теми людьми, которые могли ей помочь в спасении Удо с Тирой из лап драгондов. И теперь лихорадочно думала, как их расположить к себе.


Дневник Снижны—Айны


Я попросила у своих охранников тетрадку и ручку. Я пишу этот дневник, потому что никто со мной на всём этом огромном корабле не хочет ни о чём разговаривать, а мне нужно выговориться.

Дни проходят за днями. Теперь я кушаю за одним столом с воинами воеводы Радомира. Со мной вежливо здороваются и искренне улыбаются, но никто не общается. Они или не понимают моего языка, или не хотят это показывать, потому что мои охранники с лёгкостью разговаривают со мной. Повсюду я вижу настоящих воинов Света. Каждый из них обладает невероятной силой реки жизни. Оказывается, что среди них есть ведуны и волхвы. Такие почти забытые слова из прошлого моего народа Императорского дома. Двое из них приставлены ко мне в качестве охраны. Они добры со мной. Их зовут: Славияр и Трислав. А самый главный у них Белозар. Он несколько раз заходил ко мне сам, проверяя здоровье и интересуясь, не нуждаюсь ли я в чём. Я отмахиваюсь от любой помощи, всё ещё злясь за своё заточение, хотя очень нуждаюсь в свежей одежде и своих вещах.

После моего плена прошло пять дней. Мы летим на планету двух солнц, родину Дарьяны из первой жизни. Мне, похоже, предстоит встретиться с другой её семьёй. При одной только мысли об этом я начинаю плакать. Удо с Тирой так ждали рождение Дарьяны, но из-за Сигурта и Тормода она стала чужой нам всем. И дело не в том, что моя племянница выросла вдали от Сканды, а в том, что у неё есть другой дом. И других людей она считает отцом с матерью. А я… А я только подлила масла в этот огонь, увеличив пропасть между нами. Я это понимаю и пытаюсь сейчас всё исправить. Но Дарьяна и Радомир по-прежнему отказываются со мной встречаться.

От безысходности я попросила отвести меня к Градимиру. Этот человек… У меня такое чувство, что он невзлюбил меня ещё до моего знакомства с Радомиром и Дарьяной. Хотя поначалу был со мной очень вежливым, относясь ко мне с теплотой и пониманием. Градимир приходил ко мне, чтобы обучиться моему языку и пообщаться. Как только его переводчик заработал, я спросила его, где находится Удо. Он ответил, что не знаком с таким человеком. Тогда я попыталась объяснить ему всё насчёт своей семьи. О том, что я наследная принцесса и великая шаманка Императорского дома, а мой брат Ульвбьёрн – глава огромной Империи. Но он только развёл руками. Никто на этом корабле не знал ни о нашем существовании, ни о какой Империи. И хотя Градимир был предельно терпелив со мной, но я была несдержанна, обвинив членов их команды в смерти брата. Ведь я вела на них охоту длительное время и считала всех людей этого корабля врагами. На этом терпение Градимира и закончилось. Он разгневался и сказал, что им не важны мои звания и титулы, и объяснил мне, что все люди этого корабля – воины Света. И никто из них никогда не причинит мне вред. И уж тем более никто не убивал моего брата.

Я потребовала проводить меня к его командиру, но Градимир ответил, что всему своё время, и мне нужно набраться терпения. Вот тогда в сердцах я и наговорила в его адрес кучу нелицеприятных слов, а в конце сказала, что теперь знаю, из-за чего мой предок великий Торгнир покинул этот рукав галактики много миллионов лет назад. Из-за злых и бездушных людей. После этих слов Градимир стал белее полотна, а затем, не попрощавшись, вышел из моей комнаты. Больше он ко мне не приходил. В следующий раз я с ним уже встретились в штабе воеводы Радомира, где Градимир подарил мне надежду, что Удо с Тирой всё ещё живы и их можно спасти. Может, поэтому на днях я попросила своих охранников отвести меня именно к нему?

Я описываю эту встречу, едва сдерживая слёзы.

– Зачем вы привели её ко мне в лабораторию? – гневно свёл брови Градимир при одном только моём появлении.

– Можно с тобой поговорить наедине? – вежливо попросила я.

Градимир пригласил меня пройти с ним. Его тёмно-русые волосы были схвачены в пучок на макушке, а остальная часть ниспадала на плечи густыми локонами. Роста он был высокого, почти как мой брат. Очень серьёзный противник, я оценила его силы ещё в первую нашу встречу. Его река жизни поражала своей мощью, но поток будто спал. Этот человек словно отказался от своей силы сознательно.

Проследовав по коридору, Градимир завёл меня в маленькую комнату, попросив охранников побыть снаружи. Он усадил меня за стол, налил чая и сел напротив, скрестив руки на груди. Чёрные, как крыло ворона, брови и ресницы выделяли на его белоснежной коже невероятно зелёные глаза, которые будто прожигали меня насквозь. В них не было теплоты. Борода, которая больше походила на трёхдневную небритость, обрамляла его красивые черты лица. Что-то в его внешности угадывалось до боли знакомым, будто я его уже встречала не раз. Взглянув на Градимира, я невольно подумала, что передо мной сейчас сидит Удо. Однако смотрит на меня не с любовью, а с неприязнью.

– Что ты хотела спросить у меня, Айна? – прервал он мои наблюдения за ним.

Я вздрогнула при звуке этого имени.

– Почему ты зовёшь меня Айной? Ведь меня зовут Снижна, – уточнила я для порядка.

– Я хорошо это помню. Твоё имя такое же холодное, как и ты сама. Оно мне не нравится. И я не стану звать тебя ни Снижной, ни принцессой, ни вашим высочество, ни ещё как-то иначе. И никто на этом корабле не будет этого делать. Ты должна это понять, Айна, – сказал Градимир почти спокойным голосом. – Ты умудрилась поссориться со всеми нами одним махом, – я не очень поняла, что такое «махом». – Я не отдам тебе ни тьетоконе, ни перстень. Даже не проси. А на свой корабль ты попадёшь, только переступив через мой холодный труп.

– Но без тьетоконе я не спасу своего брата, понимаешь, Градимир? – чуть не плача, спросила я у него тогда.

– Я всё понимаю, Айна. Но и с ним ты не сможешь найти своего брата. Без меня тебе не справиться с этим прибором, – он встал со своего места и подошёл к окну во всю стену.

– А разве ты мне хочешь помочь? – я удивлённо уставилась на его спину.

– Ты такая ещё маленькая, Айна, – тяжело вздохнул Градимир, стоя ко мне боком и вглядываясь в звёзды. – И рассуждаешь как глупый ребёнок. Говоришь, что тебе чуть больше ваших стандартных семидесяти лет. Мне уже, выходит, стукнуло по меркам твоего народа почти сто восемьдесят. Я видел эту жизнь во всех её красках. А Радомир перенёс столько, что не под силу выдержать большинству людей, которых я знаю. Даже твоя племянница Дарьяна пережила много бед за свой короткий век, что и не рассказать. Она – моя названая сестра[8], чтобы ты знала, а Радомир – мой кровный брат[9]. Ты потеряла лишь одного своего друга Андриуса, который всё ещё приходит к тебе в твоей тишине. А я терял своих друзей в боях десятками, а Радомир сотнями. И никто из них к нам не приходит в минуты тишины. И ты никогда не теряла любимого человека, с которым готова была провести остаток своей жизни! – крикнул Градимир в сердцах, затем тяжело вздохнул и посмотрел на меня. – А Радомир верил и ждал почти сто лет, что его Дарьяна вернётся с того света. Лучше тебе не знать, через что он прошёл за эти годы. Сколько недоверия со стороны даже близких ему людей пришлось вытерпеть. А ты просто капризная девчонка с манией величия, Айна. За непродолжительное время нашего знакомства я успел устать от твоих имён. Великая шаманка, принцесса и наследница опять же великого Императорского дома, которая должна продолжить род Торгнира, не менее великого, вступив в наследный семейный союз, лишь только потому, что Дарьяна выбрала в мужья не того! – гневно произнёс он. – Как ты вообще могла им такое сказать?! Твоя племянница вышла замуж по велению своего сердца, а твой брат Ульвбьёрн, если ты хорошо слушала запись, благословил любой выбор дочери. Дарьяна вообще росла на богом забытой планете с уверенностью, что она – круглая сирота, а родители выкинули её на помойку своей жизни. И только сейчас она узнала, что это неправда. Однако, нравится тебе это или нет, у неё есть и другая семья. Молчи! – гневно сказал Градимир, увидев мою попытку заговорить. – Что ты можешь знать про утрату? Ты не потеряла брата. Он жив. А на этом корабле все теряли родных им людей. Все! В том числе и я. И поверь, лучше тебе не испытать таких чувств. Но через какую бы потерю кто-либо из нас не прошёл, мы помогаем друг другу справиться с любой болью. И мы протянули тебе руку помощи. Но вместо того, чтобы принять её, ты оттолкнула нас! – он потёр переносицу, пытаясь успокоиться и взять себя в руки, и тяжело вздохнул.

– Мне очень стыдно за свои слова. Я их сказала сердцем, а не умом, – я подошла к нему, так и не притронувшись к чаю. – Так вы теперь мне не поможете спасти брата?

– Ты оскорбила всех нас! Ты не имела на это права! – он прожигал меня своим колючим взглядом. – Что касается спасения Ульвбьёрна, – Градимир на несколько секунд закрыл глаза. – Я попытаюсь настроить тьетоконе на поиск твоего брата, но только Радомиру решать, кидаться в эту авантюру или нет, – он показал рукой на окно. – Посмотри туда. Ты хотя бы представляешь, что твой брат может находиться в самой дальней точке от рубежа? В такой дыре, что на этом пути могут погибнуть сотни тысяч людей? Это ты понимаешь?

– Но он там, в плену у драгондов, столько лет. Он там страдает. Его мучают каждый день. Ты же всё видел сам. И Тира. Она заблудилась в своём разуме. Ей смогут помочь Пифии, как сделали это с дядей Хауком. Их нужно спасти, Градимир. И мне в этом нужна ваша помощь, – я старалась не заплакать.

– Это я понимаю, но сейчас менее всего готов работать с тобой. Знаешь, я бы вообще предпочёл тебя больше никогда не видеть, – Градимир почему-то опять тяжело вздохнул. – Но твой брат не должен страдать из-за твоего вздорного характера. И ты права, Айна. Сердцем и я понимаю, что Ульвбьёрна с Тирой нужно вытаскивать из этого ада, но я ума не приложу, как это осуществить. Перво-наперво нужно настроить тьетоконе так, чтобы он нашёл их. И ты мне будешь нужна, чтобы помочь до конца разобраться со всеми возможностями этого прибора. Но очень тебя прошу не приходить ко мне до тех пор, пока я не успокоюсь достаточно для того, чтобы видеть тебя, – и направился к выходу, даже не взглянув на меня.

– Почему ты не хочешь видеть меня, ведь я же сейчас извинилась перед тобой? – крикнула я ему вдогонку.

– За что именно? – холодно уточнил он, остановившись, но не повернув ко мне головы.

– За всё, что наговорила тебе и твоим друзьям, – я всё же заплакала. – Прости меня, если больно задела своими словами лично тебя. Ты нужен мне, Градимир, чтобы спасти родителей Дарьяны. Ты же назвался её братом, а значит, должен понимать, как это важно не только для меня, – он обернулся и пристально посмотрел мне в глаза.

– Всё гораздо сложнее, чем ты думаешь, Айна. Я многое понимаю и чувствую, именно поэтому сделаю всё, что в моих силах, – ответил Градимир и быстро вышел за дверь.

В комнату тут же вошли мои охранники, а я опустилась на стул и заплакала. Славияр подал мне чай, а Трислав погладил по голове, шепча мне успокоительные слова. Наверное, они всё же воздействовали на меня своей рекой жизни, потому что спустя несколько минут я успокоилась. Но оставшись с собой наедине, я проревела всю ночь в слезах от беспомощности что-то изменить. От беспомощности что-то исправить. От невозможности вернуться домой и спасти Удо. Я не уверена, что дядя Хаук согласится бросить все силы императорского флота на спасение брата. Градимир прав, сколько жертв может оказаться на этом пути. Я надеюсь, что Рагнар в данном вопросе будет на моей стороне. Хотя я и в этом могу ошибаться.

## Глава 2

Мир видений


Я вижу тени людей. Их много. Они словно ведут спор друг с другом, размахивая руками. Один человек поворачивает ко мне голову. Я не могу рассмотреть его лицо. Лишь размытый образ.

– Андриус, помоги мне! Ты же обещал! – кричу я в том направлении.

Одна тень направляется ко мне и создаёт огонь, а затем уходит. Из-за пламени я не вижу ничего, что происходит с другой стороны. Я стараюсь не плакать, но боль рвёт моё сердце.

– Ты обещал, – шепчу я, глядя сквозь огонь. – Ты обещал.

Я вижу, как кто-то идёт ко мне. На душе становится спокойно.

– Ты нужен мне, Андриус, – шепчу я, пытаясь рассмотреть лицо идущего. – Как мне убедить этих людей помочь спасти брата? Как? Я даже не уверена, что дядя Хаук согласится на военную операцию по его спасению. Я одна на этом пути.

– Айна, Айна, – услышала я укоризненный голос Андриуса. – Вокруг тебя сейчас столько родных людей, готовых помочь.

– Я чужая для них, Андриус, – всхлипнула я. – Мне страшно. Почему мне так страшно сейчас? Объясни, прошу.

– Глупая, глупая девочка Айна. Это страх одиночества, – я попыталась рассмотреть своего друга сквозь огонь, но он не показался. – А почему ты решила, что они все ненавидят тебя?! – воскликнул Андриус, а затем тяжело вздохнул. – Ты нужна ему даже больше, чем он тебе… – он резко замолчал.

– Кому нужна? Брату? – не поняла я, а затем услышала удаляющиеся шаги Андриуса. – Не уходи, не поговорив со мной! – гневно крикнула я в сторону пламени. – Я так одинока, Андриус. Так одинока. Тормод лгал мне. Дядя Сигурт замыслил убить нас с Удо. Мой брат с Тирой живы, но находятся в плену. И я боюсь, что больше никогда их не увижу. В моём сердце пустота, Андриус! Она пугает меня. Поговори со мной, – взмолилась я.

– Эх, Айна, Айна, – Андриус опять вернулся к огню, но я так и не смогла рассмотреть его самого. – Сейчас ты решила, что вокруг тебя одни враги. Однако дорога твоего безрассудства привела тебя к Дарьяне. Она ведь дочь твоего брата Ульвбьёрна. Она и есть твоя семья. А что сделала ты? Почему ты так повела себя с этими людьми? Помнишь, что ты наговорила Дарьяне?

– Я помню, Андриус, – вздрогнула я от его упрёков, словно от пощёчины. – И мне стыдно за свои слова. Но я до сих пор не воспринимаю никого из них членом своей семьи. Ни Дарьяну, ни её мужа, не говоря уже про остальных. Может, я хочу спасти своего брата именно потому, что он самый близкий для меня человек? Самый родной? И кроме него у меня никого нет?

– Нет, Айна. Самый родной для тебя человек – это не Удо, а тот, кто предназначен тебе судьбой.

– О ком ты говоришь, Андриус? – не поняла я.

– Глупая девочка Айна, ты умудрилась разозлить не только людей, – Андриус ушёл от ответа. – Думаешь, что эта тишина давит на тебя своим безмолвием просто так? Я едва прорвался к тебе, – он тяжело вздохнул. – Ты действительно ведёшь себя со всеми словно маленький и очень капризный ребёнок. Тебе пора уже повзрослеть, Айна. Оглянись вокруг себя, – Андриус почти вышел из тени ко мне, и я увидела его лицо. – Ведь он уже…

Вдруг чья-то рука махнула в направлении огня. Пламя погасло, а меня выкинуло из тишины.


***


Снижна лежала на кровати и плакала уже несколько часов подряд. Она отказалась от завтрака и обеда. Трислав, сменивший Славияра на посту этим утром, попытался пообщаться с принцессой, но она отпихнула его от себя, пообещав сломать руки, если тот попробует ещё хоть раз до неё дотронуться. Ведун тяжело вздохнул и вышел из комнаты. Спустя время дверь отварилась.

– Уходи, Трислав. Я не буду кушать, пить чай или с кем-то разговаривать, – зло произнесла Снижна.

– Я хочу предложить тебе пойти на зелёный уровень, принцесса Снижна, – услышала она женский голос и посмотрела на вошедшую.

– Ты кто? – Снижна села на кровати.

– Меня зовут Ждана. Наверное, называть себя родной сестрой Дарьяны я имею права не так много, по твоему мнению, но всё же. Когда-то она нянчила меня на своих руках, – Ждана присела на краешек кровати. – Тебе нужно выговориться точно так же, как и мне, – улыбнулась она. – Знаешь, даже мой муж не хочет со мной говорить на эту тему. Дарьяна растеряна. Нам всем тяжело. И мне в том числе. Пойдём на зелёный уровень. Я хочу тебе кое-что показать и рассказать. У тебя есть вопросы. И у меня они есть. Ты согласна поговорить со мной, принцесса Снижна?

– Они все прогнали меня от себя.

– Кто они? – удивлённо переспросила Ждана.

– Боги, – всхлипнула Снижна и опять заплакала.

Ждана обняла принцессу, прижав к себе, и стала гладить её по голове. Она не пыталась сказать Снижне какие-то успокоительные слова. Она даже не знала, что нужно говорить в такой ситуации. Ей самой приходилось сейчас нелегко.

– Пойдём со мной. Верь мне, Снижна. Можно же тебя называть без твоего титула? – уточнила Ждана на всякий случай.

– Всё своё детство я даже не знала, что являюсь принцессой Императорского дома. Я выросла вдали от Сканды, как и Дарьяна. В этом мы с ней похожи. Поэтому я не против, чтобы меня называли просто по имени, – вздохнула Снижна. – А что ты хочешь мне показать? – принцесса вытерла слёзы.

– На зелёном уровне есть одно место, которое является личным пространством Радомира и Дарьяны. Там я смогу рассказать тебе про их сложную и запутанную судьбу, про наших с ней родителей. А ты мне расскажешь про её отца Ульвбьёрна и мать Тиру. Пойдём со мной, – она взяла Снижну за руку.

– А они не будут против? – Ждана увидела испуг в глазах принцессы.

– Нет. Радомир знает, что я приведу тебя в их уголок. Он сам предложил мне поговорить с тобой именно там.

Они отправились вместе на зелёный уровень в сопровождении Трислава. Придя на место, Ждана попросила ведуна не ходить за ними. Он сказал, что будет поблизости, и присел на камень возле родника, который впадал в озеро. Ждана же со Снижной отправились дальше по лесной тропинке. Вскоре им открылась потрясающая картина. Красивая поляна на берегу лесного озера, раскидистое дерево и пещера в небольшой горе.

– Эта поляна, – вздохнула Ждана, обводя рукой всё открывшееся пространство – Это часть прошлой, первой жизни Дарьяны. Давай присядем и поговорим.

Снижна лишь кивнула в ответ, увидев небольшой столик под деревом, накрытый на двоих. Там стояли блюда с пирогами, булочками и чаем. Принцесса без сил опустилась на стул, не пытаясь притронуться к еде. Ждана налила чай и взяла в руку пирожок, подав Снижне пример. А затем она стала рассказать о первой жизни Дарьяны. О том, как её убили, но перед смертью она пообещала Радомиру прийти в этот мир во второй раз. А он верил ей и ждал. Временами отчаявшись, а временами с новой надеждой глядя в будущее. Ждана при этом не скрывала своих слёз. Она рассказала всё о своей семье. Как нелегко приходилось им всем. О родителях Радомира: князе Светозаре и княжне Ладомире. О том, как Радомир встретил Дарьяну на Мидгарде. Снижна не перебивала её, не задавала никаких вопросов, пытаясь себе представить всю эту историю.

– Душа воина – это сильная душа, – сказала задумчиво Снижна, отпив из чашки остывший чай. – Бабушка Ритва говорила, что такое возможно. В истории народа Айны был однажды похожий случай. Но он осталась лишь в легендах, поэтому многие про него забыли, а некоторые не верят, что это было на самом деле. Получается, что душа Дарьяны могла возродиться только у семейной пары, любовь которой сильнее самой смерти. Река жизни которых имеет невероятную силу. И такими являются мой брат Удо и его жена Тира, – она посмотрела на Ждану.

– Переслав уже пересказал мне разговор в штабе. Я знаю о записи твоего брата. Но я прошу тебя сейчас поведать мне про самих Ульвбьёрна и Тиру. Про их любовь. Что они за люди?

Снижна постаралась рассказать про своего брата всё. Про его ум и силу. Про его отвагу, а порой и безрассудство, когда дело касалось народа Императорского дома. Про его встречу с Тирой. Про нелёгкий путь их взаимоотношений. Сейчас плакала Снижна.

– Теперь ты понимаешь, что мой брат – невероятный человек. И его Тира. Она такая хрупкая и такая сильная. А сейчас они у этих монстров, Ждана, – принцесса посмотрела на неё заплаканными глазами. – Настоящие родители нашей с тобой Дарьяны, они там, – она махнула в сторону. – В этом аду плена. Ты только представь десятки лет такой жизни. А Тира… – Снижна вздохнула. – Она заблудилась в мире своих видений. Я видела, что драгонды сделали с дядей Хауком. Палачи Пифий с моей бабушкой Ритвой чуть вывели его из этого состояния. И Тира сейчас даже не живёт. Она… – принцесса не выдержала и заплакала навзрыд. – Они так ждали рождение Дарьяны. Ты не представляешь, как они её любили. И всё же Тира отправилась с мужем в этот полёт, зная, что им придётся оставить её на чужой планете.

– Знаешь, воины Радомира не совсем обычные даже среди нашего народа, Снижна, – Ждана взяла принцессу за руку и крепко сжала, увидев её вопросительный взгляд. – Они все потеряли кого-то из своих близких. У каждого на этом корабле есть личная трагедия утраты. У каждого. И все до одного могут тебе поведать свою историю боли. И поверь, все люди на этой вайтмаре тебя понимают.

– Но не хотят общаться после моих слов в штабе, – вздохнула Снижна.

– Есть такое дело. Ты умудрилась задеть каждого за живое. Даже меня, хотя я не была на том совете. Предлагаю начать заново твоё знакомство со всеми нами, – ласково улыбнулась Ждана. – Пойдём, я познакомлю тебя со своим мужем и сыном. Мы сами только что были спасены из плена, поэтому сейчас летим втроём на боевой вайтмаре Радомира.

– Поэтому вы были на стороне Мрака?

– Да, Снижна. Мой муж Переслав – друг Радомира.

– Ты поведёшь меня сейчас знакомить с Переславом? – принцесса с волнением посмотрела на Ждану. – Он не будет со мной разговаривать.

– Ещё как будет. Не бойся, – ласково сказала Ждана. – Он ждёт нас. Пойдём.

Снижна безропотно последовала за Жданой в сопровождении Трислава. Спустя время они пошли к Переславу, который решил поудить рыбу с сыном на другом берегу озера.

В это же время, Радомир отправился на техническую палубу, оставив Дарьяну на попечение её командира Ратмира. Тот решил сегодня погонять команду охраны на тренировочных боях. Дарьяна с радостью согласилась. Её эмоциям нужен был выход. А что может быть лучше, чем сражение с врагами, пусть и на тренировочной площадке?

– Ты, как я посмотрю, вообще решил не отдыхать, Градимир? Скоро вайтмара будет блестеть лучше, чем в самом начале своего выпуска со стапелей[10], – улыбнувшись другу, вошёл в лабораторию Радомир.

Градимир мрачно посмотрел на воеводу, не произнеся ни слова, и опять уткнулся в изображение каких-то графиков и голограмм. Радомир подошёл к окну, игнорируя холодный взгляд друга, и застыл, глядя на звёзды.

– Ну, говори, что хотел? – проворчал Градимир, оторвавшись от своих компьютеров.

– Как ты думаешь, у нас есть шанс это сделать? – вздохнул Радомир. – Спасти их?

– Это ты спрашиваешь у меня? – удивился Градимир. – Это же ты у нас гений тактики и стратегии.

– Не списывай себя со счетов, дру́же. Не получится. Ведь это ты у нас тот самый гений-изобретатель, который может заставить работать эту странную штуку под названием тьетоконе. Да и мне без тебя не справиться, – воевода продолжал смотреть в окно.

– Чтобы заставить эту штуку работать много ума не нужно. А вот сделать несколько таких приборов, тут придётся поломать голову. Мысли, конечно же, есть, но… – Градимир замолчал.

– Но? – уточнил Радомир, посмотрев на друга.

– Придётся сделать кровопускание Дарьяне, – серьёзно произнёс Градимир, заметив, как взгляд Радомира стал ледяным. – Ну, или твоей новоявленной родственнице. Правда, тебе придётся её держать за руки, пока я ей вскрою вены, – холодно произнёс он, но не выдержал и засмеялся. – Успокойся, дру́же, не нужна мне их кровь, – Градимир встал и подошёл к окну. – Лететь туда на одном корабле не получится, поэтому нужно много приборов. А месторасположение твоего тестя мы рано или поздно найдём, тут не сомневайся. Дай только добраться до лаборатории на моей родной планете. Потому что все мои попытки пока не принесли никаких результатов. Мне нужны помощники посерьёзнее нашей команды техников. Надежда на Везнича. Мы с ним точно что-нибудь да придумаем. Так что обнаружение месторасположения Ульвбьёрна – это лишь вопрос времени. Главное, чтобы у нас были нужные карты с территории Мрака, а то может получиться задачка с двумя неизвестными.

– Справишься один без Снижны? – уточнил Радомир.

– Пока мне хватит помощи Дарьяны, но в дальнейшем мне понадобится не только Снижна, но и мастера по металлу народа Айны. А также наработки Ульвбьёрна в его лаборатории на Сканде. Поэтому, прежде чем ринуться в бой, нужно отвезти Айну назад домой. Наладить врата междумирья[11], чтобы иметь возможность быстро перемещаться между двумя рукавами галактики.

– Да, – задумчиво сказал Радомир. – А также необходимо наладить хорошие отношения с верховным главнокомандующим Императорского дома Хауком, чтобы иметь поддержку их флота. Это будет нелёгкой задачкой. Объединиться, продумать план спасения Ульвбьёрна и его жены. Но ты прав, вначале нужно туда долететь. А почему ты так упорно зовёшь Снижну именем Айна?

– Ваша великая принцесса белая, как снег в горах, её волосы переливаются холодом, как лёд под лучами солнца, голубые глаза колючие, как морозное небо. А это имя окончательно делает из неё бездушную богиню Марену[12]. Не буду я её так называть и всё тут. Давай закроем эту тему.

– Как скажешь, дру́же, – усмехнулся Радомир. – Пересечь такое огромное пространство, чтобы попасть на Сканду. Так далеко от дома ты точно ещё не залетал.

– Да—а—а, – с наслаждением поддакнул Градимир. – Но давно мечтал. Представляешь, мы будем пролетать мимо Пустоши Предтечей. Столько баек и легенд ходит про это место, – восторженно произнёс он. – Я даже хотел там побывать, когда улетел со своей земли странствовать.

– Что помешало? – весело уточнил Радомир.

– Авантюристы, которые туда летают, закончились, – засмеялся Градимир в ответ.

– Да и мы будем там пролётом на расстоянии нескольких прыжков. Так что не уговаривай туда залететь на денёк. Может, как-нибудь в другой раз. Но для начала нужно подружиться со Снижной, – сказал Радомир. – Сейчас Ждана с ней общается по моей просьбе. Растапливает лёд, так сказать. Потом будет наша очередь. Переслав предложил устроить совместный пикник на берегу озера. Так что закругляйся, через пару часов нас там ждут.

– Без меня, Радомир, – Градимир резко развернулся и пошёл к своим компьютерам.

– Стоит ли так болезненно реагировать на слова испуганной девушки, которая считала всех нас врагами, дру́жа? – попенял Радомир. – Рано или поздно тебе всё равно придётся с ней работать.

– Я сказал, что не сейчас, – жёстко повторил Градимир, уткнувшись в голограмму какого-то механизма.

– Ей тяжело, Градимир, поверь. Нам не легче, я не спорю. Но мы же с тобой уже взрослые парни, – попытался пошутить воевода. – А она – девушка с разбитым сердцем, которая потеряла своего родного брата, получив нож предательства в спину от родного дяди и человека, которого считала своим женихом. Она сейчас не капризная. Ей страшно. Я это ощущаю очень сильно. И она боится не нас. Она боится той пустоты в своём сердце. У неё много родных и близких ей людей, но при этом она очень одинока среди них. Словно потерявшийся ребёнок в лесу, где вокруг лишь звери, холод и страх, – Радомир положил руку на плечо другу. – И нам нужно быть мужчинами в этой ситуации, а не капризными мальчишками.

– Я не капризничаю, – вздохнул Градимир. – И я понимаю, о чём ты говоришь. Ты прав, ей нужна не только наша рука помощи, но и крепкое мужское плечо. Но я не готов к общению с Айной сейчас, Радомир. Мне нужно упорядочить свои мысли в голове. Дай мне время.

– Как скажешь, дру́жа. Сообщи мне, когда будешь готов с ней общаться, – сказал Радомир и, попрощавшись, вышел из лаборатории.

Градимир тупо уставился на свои руки, которые слегка тряслись. Спустя пару минут он вывел голограмму Снижны в центр лаборатории, подошёл и пристально посмотрел на неё. Белоснежная кожа, голубые глаза, бело-золотистые волосы, заплетённые в косу, чуть приподнятый кончик носа, стройное тело. Брови принцессы были нахмурены, а выражение лица гневное. Градимир тяжело вздохнул, а затем резким движением руки сменил голограмму на другое изображение. Это была и Снижна, и нет одновременно. Всё те же голубые глаза на белоснежной коже и слегка вздёрнутый нос. Тот же рост и стройное тело, правда, не в костюме шаманки, а в облегающем платье чуть ниже колена. У этой девушки были тёмно-русые волосы и практически одинаковые черты лица со Снижной. Но, в отличие от принцессы, на лице этой голограммы сияла ласковая улыбка.

– Моя Айна, – тихо прошептал Градимир и погладил девушку по щеке, а из его глаз потекли слёзы. – Ты – это не она, – и без сил опустил руку, голограмма при этом исчезла.


Дневник Снижны—Айны


Полёт до земли Радомира занял несколько недель. За это время я помирилась со всеми. Почти со всеми. Градимир по-прежнему избегает меня. После разговора с ним я его больше не видела ни разу. Но мне сейчас было не до этого.

Я заново знакомлюсь с дочерью своего брата и её первой семьёй. Я пишу эти слова, а сама ещё не до конца в них верю. Точнее верю, но как сложно это принять. Я бы назвала всю эту историю сказкой. Я так хочу поговорить на эту тему с бабушкой Ритвой и Пифиями. Они столько всего знают. Но они там, а я тут. Очень далеко от территории народа Императорского дома.

Как ни странно, но лёд моего недоверия к этим людям растопил Переслав. Сразу после разговора на поляне Ждана привела меня на другой берег озера. Там её муж и сын Лучезар, сидя на камне с удочками, ловили рыбу. Увидев меня, Переслав грустно улыбнулся. Я застыла, боясь подходить к этому человеку.

– Ваше высочество принцесса Снижна, – Переслав демонстративно склонил голову. – Простите, что я сижу, а вы стоите, – съязвил он, за что получил лёгкую затрещину по голове от своей жены.

– Прекращай, Переслав, – сказала Ждана, поцеловав его в щёку. – Не обращай внимания на эти слова, Снижна. Мой муж просто неумело пошутил.

Я стояла, не понимая, как себя вести с Переславом. Ведь я и его умудрилась вывести из себя так, что до сих пор помню, как он зло на меня смотрел в штабе, а затем практически сбежал оттуда. После рассказа Жданы, я знала, насколько он дружен с Радомиром и Дарьяной. И его реакция на мои слова о них стала мне до конца понятна. Я бы также не вынесла оскорблений в адрес Удо и Тиры.

– Эй, принцесса, а ты рыбу ловить умеешь? – улыбнулся Переслав, передавая свою удочку жене и прерывая мои размышления. – Замени меня пока, лю́бая, – а сам подошёл ко мне.

В этот раз я с интересом рассматривала его. У Переслава были светло-зелёные глаза, задорная улыбка и прямые волосы соломенного цвета. Он был пониже Радомира, но выше меня ростом, наверное, с дядю Хаука. Я увидела веснушки на его лице, словно солнце нарисовало рыжие точки на его белой коже. Его волосы были завязаны в аккуратный хвост, но несколько непослушных прядей падали на лицо, от чего его взгляд выглядел задорно, как у юноши-подростка.

– Ты не ответила на вопрос, принцесса. Можно я буду тебя так звать? – Переслав подмигнул мне, заметив, что я смутилась от его слов. – Ведь именно ты у нас теперь наследная принцесса Империи, а не наша Дарьяна.

– Переслав, – сказала укоризненно Ждана.

– Я пошутил. Знаешь, давай закопаем топор войны и познакомимся заново, – сказал он, протягивая мне руку. – Меня зовут Переслав.

Я не поняла, какое отношение имеет топор к окончанию войны, но пожала его ладонь в ответ.

– Можешь меня звать просто Снижна, – сказала я, невольно улыбнувшись в ответ его открытой улыбке. – И я всегда была и остаюсь наследной принцессой, но не Империи, а народа Императорского дома, – смущённо поправила я. – И замужество Дарьяны на это никак не влияет. Это записано в Имперском своде.

– Вот заодно объяснишь мне, в чём разница между Императорским домом и Империей. И Имперский свод процитируешь. Но мне действительно нравится называть тебя принцессой. Если ты всё же не против?

– Нет, я не против, Переслав.

– Вот и хорошо. А я не только друг, но и доверенный советник Радомира, – улыбнулся Переслав.

– А ты объяснишь мне, что такое доверенный советник?

– Разумеется, принцесса. Нам о многом нужно поговорить. Но для начала познакомься с моим младшим сыном Лучезаром. Он у нас со Жданой седьмой по счёту, – Переслав показал рукой на юношу. – Мы как раз летели к его невесте, когда попали в плен.

– У вас семеро детей? – переспросила я.

– Да, – радостно произнёс Переслав. – Но я мечтаю о своей принцессе. Дочку хочу, а жена мне всё сыновей рожает.

– Сам воюет вдали от дома, а чуть что, так сразу жена виновата. Вот я тебе, – Ждана помахала в сторону мужа кулачком. – От рук отбился совсем. По скалке, видно, соскучился.

– Ты – моя богиня. И я твоей скалки не боюсь, – подмигнул Переслав Ждане. – Сын, подойди к нам.

Лучезар был как две капли воды похож на отца. Прямые волосы соломенного цвета, сине-зелёные глаза, задорные веснушки на носу. Высокий и статный. Он поздоровался со мной. Я сказала, что рада нашему знакомству. Лучезар искренне заулыбался мне в ответ, сказав, что также рад познакомиться с настоящей принцессой. Его солнечная улыбка делала этого юношу похожим на Ждану. Лучезар отправился помогать матери, которая чуть удерживала две удочки в руках, оставив меня со своим отцом наедине.

– Вот и познакомились, принцесса, – Переслав обнял меня, я прижалась к этому незнакомцу, как маленький ребёнок к родному человеку.

– Прости меня, Переслав, если я чем-то обидела тебя. Мне так стыдно за своё поведение в штабе. Я сама не понимаю, что на меня нашло. Я гонялась за вами, как за врагами, а встретила друзей. Но не сразу поняла это.

– Всё сложно, да, принцесса? – весело спросил Переслав. – Плен брата, драгонды, предательство. Ты узнала, что Дарьяна считает себя членом другой семьи. Но всё наладится. А сейчас, принцесса, пойдём рыбу ловить.

Мы устроились на берегу озера. Переслав вручил мне удочку. Так они называли странную палку с тонкой, но очень прочной ниткой. Народ Айны ловил рыбу иначе. Её просто загоняли в сети мастера моря, воздействуя на неё силой мысли. Я показала им, как это делается. Переслав держал ведро, в которое стала заплывать рыба, и припевал.

– Раз рыбёшка, два рыбёшка, заплывай в моё лукошко, – считал вслух Переслав, Лучезар пытался при этом не захохотать, а Ждана не сдерживалась и звонко смеялась. – Скучно ты рыбу ловишь, принцесса, – Переслав выкинул всю рыбу обратно в озеро. – Так у нас почти все могут. Даже я, если постараюсь. Смотри, как нужно это делать.

Он стал учить меня ловить рыбу удочкой, удивляясь, что народ Императорского дома не знает про настоящую рыбалку ничего. Переслав уточнил у меня, как наши люди ловят рыбу. Я задумалась. Во дворце мне не доводилось заниматься рыбалкой. Мне даже стало интересно, а действительно, как ловит рыбу мой народ? Я так была занята организацией школ шаманов, что многое упустила вокруг себя. Мой брат с лёгкостью бы ответил на этот вопрос. Он столько всего знал, а я не всегда уделяла внимание таким вопросам.

Мы сидели на берегу озера и весело разговаривали на разные темы. В компании этих людей мне стало легче. Я почувствовала, как страх отпускает меня. Порой я смеялась над шуткам Переслава до колик в животе. Лучезар показывал мне, как закидывать удочку. Я пару раз зацепила волосы, кофту, а потом крючок застрял в кустах. В конечном итоге Лучезар забрал у меня удочку, дав взамен сачок. Когда он поймал рыбу, а я попыталась подцепить, то упустила её. Тогда Переслав констатировал факт, что рыбак из меня как из коровы балерина. Мы все одновременно вопросительно уставили на него. И он стал объяснять всем нам, что такое балерина и балет, а потом показал корову, танцующую балет. Мы просто покатились со смеха. В их компании время летело быстро, рыбы в ведре становилось больше.

– А у тебя есть изображение Ульвбьёрна и Тиры? – неожиданно для всех спросила Ждана, я удивилась её вопросу. – Даже самой странно задать такой вопрос, – улыбнулась она. – Но я бы хотела взглянуть на родителей моей сестры и не сестры одновременно.

– Конечно же есть, они на моём корабле. Но меня туда не пускает Градимир. Он сказал, что я попаду туда только через его труп, – я грустно вздохнула. – Так что я вам не смогу ничего показать.

– Ну, я бы не был так в этом уверен, – мы услышали голос Радомира за спиной и вместе повернулись в ту сторону.

Там стоял улыбающийся Радомир и держал за руку Дарьяну. Я вскочила на ноги.

– А вот и опоздавшие. Думал, что уже без вас будем рыбу запекать, – сказал Переслав. – А где Градимир? – но в ответ Радомир лишь отрицательно покачал головой, а я вздохнула. – Принцесса, а может, тебе на корабле нужны какие-то вещи? – меня отвлёк его вопрос. – Одежда, например?

Я замялась под взглядами присутствующих.

– Не бойся меня, Снижна, – улыбнулся Радомир. – Ты попадёшь на свой корабль, и я думаю, что мы при этом оставим Градимира в живых. Но он точно не позволит твоему кораблю взлететь без моего разрешения. Можешь мне поверить на слово и не пытаться сбежать от нас на нём. Давай лучше мириться. Мы – твои сородичи[13], а не враги.

– Мне так стыдно за все мои слова, – я посмотрела на Радомира, а затем на Дарьяну. – Но я… Мне…

– И мне, – усмехнулась Дарьяна, подходя ко мне, и обняла. – Нам обеим было нелегко при первом знакомстве, тётя Снижна. Но мы их обязательно спасём. Моих родителей, – мы не выдержали и заплакали.

– Это что ещё за дождь во внеурочный час? – услышали мы голос Переслава. – Его никто не заказывал. А ну, марш всем женщинам рыбу чистить, – приказал он.

– Вот я тебе сейчас почищу рыбу, – пригрозила ему Ждана, встав руки в боки. – Ишь, раскомандовался он тут.

– Душа моя, мужское дело рыбу добыть, а бабское дело её зажарить, – он засмеялся, увернувшись от рыболовного сачка в руках жены. – Я добыл, – он показал на ведро. – Пора вам чистить.

– Вот я тебе сейчас покажу, кому что положено. И ты почувствуешь, кто тут главный, – не успокаивалась Ждана. – Сейчас я восстановлю справедливость этого мира.

Она стала носиться за мужем по поляне, пока тот не поймал её, отобрав сачок, и крепко поцеловал.

– Ради тебя, душа моя, я готов перечистить всю рыбу мира, – Переслав нежно прижал жену к себе.

– Не лейте слёзы понапрасну, девчонки вы мои, – подошёл к нам Радомир. – Я хочу спасти Ульвбьёрна и Тиру не меньше вас. Но мы даже не знаем, где они находятся. Нам нужно время, чтобы всё спланировать и подготовиться к такому масштабному делу. А пока, Снижна, добро пожаловать в нашу семью, – Радомир обнял меня. – А на корабль сходим после пикника. Вы же не против поужинать запечённой в глине рыбой? – мы переглянулись с Дарьяной и согласно кивнули. – Вот и хорошо.

Рыбу мы чистили все вместе, а потом мужчины ловко запекли её в углях. Дым костра, вечернее стрекотание цикад, закатное солнце и компания хороших людей. Новый мир и новые обычаи. Мы сидели на мягкой траве и разговаривали. Переслав был душой компании, не давая никому грустить или проливать слёзы. Дарьяна сидела рядом со мной, периодически расспрашивая меня про своих родителей. И порой мне казалось, что её глазами на меня смотрит мой брат, а улыбается Тира. Мне рассказали историю сватов Лучезара, что он так и не долетел до своей невесты. Я пожелала ему счастья с его любимой. Переслав тут же пригласил меня на свадьбу сына. Я с радостью согласилась.

Вечером мы сходили на мой корабль. Я показала голограммы Удо и Тиры, видео их свадебного обряда, а потом и праздничного бала. Переслав держал свою жену за руку, внимательно рассматривая все детали записей. Ждана застыла, прижавшись к плечу мужа. Дарьяна плакала, сидя на коленях Радомира. Я видела, как он бережно прижимает её к себе. У Радомира было красивое волевое лицо в обрамлении золотисто-русых волос, которые тугими прядями ниспадали на его плечи. В его синих как озёра глазах можно было утонуть. Я видела в нём огромную силу воина Света. А моя племянница Дарьяна казалась такой хрупкой в его объятьях. Они были прекрасной парой. Удо был прав. Его дочь не могла выбрать себе плохого человека.

Радомир спросил у меня, хочу ли я остаться спать на своём корабле или пойду в свою комнату на его вайтмаре. Я осмотрелась по сторонам, понимая, что не хочу остаться тут наедине с собой. Среди людей было спокойнее, ведь теперь я с уверенностью могла называть их родными. Я взяла чистую одежду и кое-что из своих вещей, погрузив всё на летающую повозку. И мы все вместе отправились спать. Радомир с Дарьяной проводили меня до самой двери, пожелав спокойной ночи. Напоследок он сказал, что меня теперь не будут охранять ведуны, но попросил не делать никаких глупостей. Я ему пообещала, что теперь без его ведома никуда не пойду. Он извинился, что переход сквозь темноту для меня всё ещё будет закрыт. Я понимала, что сама в этом виновата. Я обняла Дарьяну и пожелала хороших снов.

В этот вечер я была счастлива. Я приняла душ и легла в постель. Закрыв глаза, я вспоминала весь сегодняшний день и улыбки на родных мне лицах. В памяти всплыло лицо Рагнара. Я вздохнула. Вот задаст он мне взбучку, когда я вернусь домой. Градимир назвал меня глупой. Но, как бы мне не хотелось в этом признаваться, он был прав. Я улетела так внезапно, никому ничего не сообщив. Я даже представила укоризненные взгляды своих родных. И тут, словно пелена упала с моих глаз. Впервые за всё это время я поняла, что они там действительно ничего не знают обо мне. Все эти месяцы я слепо шла по следу тьетоконе и не сообщила своим, что жива. Я сделала это осознанно, чтобы меня не остановил дядя Хаук, отправив за мной корабли императорского флота. Но ведь они до сих пор понятия не имеют, где я сейчас нахожусь. И жива ли я вообще. Меня стала колотить нервная дрожь. Я вскочила и по привычке хотела шагнуть через темноту в нужную мне комнату, но поняла, что не могу это сделать. Я побежала к Славияру в спальню, которая находилась рядом со мной, и сквозь всхлипы попросила отвести меня к Градимиру. Он посадил меня на специальную машину для передвижения по кораблю, парящую на потоках природы, как и летающая повозка народа Айны, и отвёз меня к его спальне. Славияр хотел войти туда первым, но я опередила его.

– Градимир, – у меня тряслись руки и лились слёзы из глаз.

Он сел на кровати сонный и взъерошенный. Увидев мой лицо, он вскочил и подбежал ко мне, крепко прижав к себе. Я почувствовала тепло его тела.

– Что случилось, Айна? – встревожено спросил он.

– Ты… – я пыталась что-то сказать сквозь всхлипы, глядя на него. – Они… – Градимир вопросительно посмотрел на Славияра.

– Она такая прибежала ко мне и попросила привести к тебе, – уточнил ведун.

– Да скажи же толком, Айна, – Градимир обхватил руками моё лицо и взволновано посмотрел в глаза.

– Ты прав, – завыла я. – Я – круглая дура—а—а. Они же ничего про меня не знают. Ничего, – у меня сорвался голос. – Там, – я махнула рукой в окно на звёзды. – У меня дома на Сканде.

– Ты что действительно не послала за всё время своего путешествия ни одной весточки своим родным?

– Вначале я им не отправила ни одной весточки специально. Ведь меня бы тогда вернули домой, а дядя Хаук ни за что не отправил бы никого в этот рукав галактики за иллюзорной мечтой, что Удо всё ещё жив. Ни за что. А потом… – я покраснела и смутилась. – Я хотела это сделать, но поняла, что у меня ничего не выходит. Ничего. А потом я так увлеклась погоней за вами, что просто не могла думать ни о чём другом, – и я опять завыла.

Градимир нахмурился. Испугавшись его очередной вспышки гнева, я хотела сделать шаг назад, но он опять крепко прижал меня к себе, не позволив уйти.

– Что я наделала? – прошептала я, опять со всей силы обхватив его руками, у меня тряслись губы, а по щекам текли слёзы.

– Успокойся, Айна. Я отложу все свои дела и попытаюсь установить связь с императорским флотом. Но пока у меня слишком мало данных о механизмах твоего народа и народа Айны. Да и расстояние между нами огромное. Но ты не беспокойся, я что-нибудь придумаю, – поглаживая меня по волосам, произнёс он. – А твой корабль? Там же есть возможность связи с твоими близкими, хотя бы с бабушкой Ритвой? Так ведь?

– Наверное. Я ведь ещё только училась управлять кораблём. И дело в том… – я замялась.

– Айна, Айна, великая шаманка всех времён и народов, – укоризненно сказал Градимир и тяжело вздохнул, не выпуская меня из своих объятий. – Завтра с самого утра мы пойдём на твой корабль, и я пущу его на металлолом, если он не отошлёт весточку твоим родным к вечеру. Доверься мне, – я не поняла, что такое металлолом, но поверила Градимиру на слово. – А сейчас иди спать, – он ласково улыбнулся мне, подтолкнув к Славияру.

– Хорошо. Спокойной ночи, Градимир, – и направилась к выходу.

– Пусть тебе приснятся хорошие сны, Айна, – услышала я за спиной его ласковый голос.

– Мне не снятся сны, – я остановилась и посмотрела на него через плечо. – Я же говорила об этом.

– А я хочу, чтобы они тебе снились. Сны бывают очень красивыми. Пусть они начнут к тебе приходить, Айна, – улыбнулся Градимир.

– Спасибо, – я улыбнулась ему в ответ и на короткий миг увидела солнце в его глазах для меня.

А на следующий день Градимир сотворил чудо. Он отправил сквозь космическое пространство сообщение императорскому флоту, что я жива. Он заверил всех, что сигнал точно дойдёт до адресата. Я не знаю, что такое адресат, но это и не важно. Главное, дядя Хаук, бабушка Ритва и Рагнар будут знать, что я вскоре вернусь домой.

За последние дни я стала полноправным членом этой команды, обретя новых родственников. И теперь я уже с нетерпением хочу попасть на родину Радомира и родителей Жданы. Я лечу на планету двух солнц. Правда, что-то недосказанное висит между мной и Градимиром. Он всё ещё отказывается со мной работать. Но я думаю, что рано или поздно, этот лёд растает. Просто на это нужно время.

## Глава 3

Мир видений


Я иду по тропинке сквозь туманный лес. Мне хорошо видно дорогу, будто кто-то специально подсвечивает её. На душе спокойно. Стоит полная тишина, но она меня не пугает. Мир будто затаился. Я прохожу мимо странных кустов и деревьев, проступающих сквозь эту туманную дымку. Но желание к ним прикоснуться у меня не возникает. Это какой-то волшебный лес из забытой детской сказки. Постепенно он редеет, я выхожу к его кромке и вижу неподалёку идеально круглое озеро. На его поверхности не видно ни одного движения. Ни всплеска рыбы. Ни ряби. Лишь звенящая тишина.

Я подхожу к воде и всматриваюсь, но ничего не вижу, даже своего отражения. Оттуда на меня смотрит лицо женщины, смутно мне знакомое. Я пытаюсь вспомнить, где видела его раньше.

– Дарьяна, доченька, – я вздрогнула, когда женщина заговорила со мной. – Мы с папой так любим тебя, – она ласково улыбнулась.

– Мама! – вскрикнула я, протянув к ней руку, и дотронулась до воды.

По всему озеру пошла рябь, а изображение исчезло.

– Она застряла в этом мире, Дарьяна, – произнёс голос у меня за спиной.

Я резко развернулась и увидела высокую женщину в платье до пят с золотистой кожей, большими глазами и странными узорами на коже.

– Вы – Пифия? – спросила я.

– Да, – ласково ответила мне она. – Я – Хранительница перехода для народа Пифий, а это зеркало жизни, – она показала мне на озеро.

Я посмотрела назад и вместо озера увидела чашу, стоящую на специальном постаменте. Я подошла к нему и ещё раз посмотрела на воду. Там ничего не было. Лишь туман клубился над поверхностью, словно пар над водой.

– Она застряла тут, – я старалась держать себя в руках. – Она застряла тут. Почему, Пифия? Скажи мне, прошу, – по моей щеке скатилась слеза.

– Она испытала огромную боль, принцесса Дарьяна, которую не смогла вынести её душа. И сбежала в мир видений. Именно Тира помогла тебе вспомнить своё прошлое. Это она вела тебя во снах к твоему любимому Радомиру, глядя в своё зеркало жизни на берегу выдуманного ею озера. А потом… – Пифия задумалась на несколько мгновений. – Она так и не вернулась в мир людей. И вот уже много лет маленькая вещунья Тира сидит у кромки своего выдуманного озера, а её душа плачет в одиночестве.

– Вы же можете ей помочь? – я вытерла слёзы и с надеждой посмотрела на Пифию.

– Нет, не могу. Смотри, – Пифия подошла к чаше и провела над ней рукой.

Я опять увидела маму, которая смотрела в воду с другой стороны зеркала жизни.

– Но мама иногда разговаривает со своим Удо. Он находится рядом со своей Тирой и готов протянуть ей руку помощи. Почему она его не слышит?

– Она не разговаривает с ним. Она уже не разговаривает и с тобой. Она просто твердит одно и то же. Ульвбьёрн этого не понимает. Он уверен, что Тира по-прежнему общается с ним. Но это не так. Хотя именно Ульвбьёрн держит Тиру своей любовью в мире Явном, не позволяя окончательно заблудиться в тумане видений.

– Почему она не хочет вернуться к своему Удо? Ну почему? Отец готов ради неё перевернуть всю вселенную. Он страдает там, в мире живых, а она тут, в мире, которого нет.

– Ты не права, принцесса Дарьяна, – спокойно произнесла Пифия. – Если этого мира нет, то зачем ты разговариваешь со мной? Ведь, по-твоему, я всего лишь иллюзия. Плод твоего воображения, – она пожурила меня – Но это место реально. Это и есть мир Перехода.

– Это и есть мир темноты, которым управляют Палачи Пифии? – спросила я.

– Нет. На самом деле таких миров множество. Некоторые из них тесно переплетены друг с другом, а некоторые нет. Мы сейчас с тобой находимся в переходе между материальным миром и миром ушедших по дороге богов. Это место, которое не существует ни у вас в мире Явном, ни за гранью жизни. На земле под названием Мидгард его называют рекой мёртвых. Но это не река. И не озеро. И даже не вода. Мой народ называет его зеркалом жизни. Именно в нём мы видим события, которые приведут то или иное существо сюда. Это место разделения миров. И твоя мать в какой-то момент шагнула на этот путь, – всё тем же спокойным голосом сказала Пифия. – И застряла здесь, не уйдя в мир мёртвых, но и не вернувшись к живым.

– Почему? – я спросила, едва сдерживая слёзы.

– Однажды маленькая вещунья Тира шагнула своим разумом в очередное видение, и попала сюда. Она не смогла уйти за грань жизни без своего Ульвбьёрна, но и вернуться к нему без проводника уже не может. Её тело находится сейчас в Явном мире, а разум застрял тут. Твои родители… – Пифия резко замолчала.

– Они одно целое, да? – спросила я.

– Да. Поэтому она всё ещё сидит на берегу этого озера, где ей спокойно. Она ждёт своего Удо, но при этом не слышит больше никого. И не двигается никуда.

– Но должна же быть возможность вернуть мою маму к отцу назад?

– Мы пытались.

– Дарьяна, доченька, – опять заговорило отражение моей матери. – Мы с папой так любим тебя. Моя малышка, – на этих словах я заплакала.

– И так каждый день. Из года в год, – голос Пифии был спокоен, как и гладь воды в зеркале жизни.

– А я? Я смогу ей помочь?

– Нет. Хотя ты можешь попытаться это сделать, – Пифия посмотрела на меня. – Но Тиру может отсюда вывести лишь один человек.

– Мой отец?

– Да. Он делал тысячи тысяч попыток докричаться до Тиры в минуты тишины, но она не слышит и его. А твой отец… – Пифия задумалась на секунду. – Он словно отгородился от всех и не слышит никого из нас, Хранителей. Никого.

– Мама, услышь меня, – я попыталась поговорить с отражением, но оно молчало. – Мама, я люблю тебя. Слышишь? Я обязательно спасу вас. Обязательно, – моя слеза упала в воду.

Мама вздрогнула, будто что-то услышав, и внимательно посмотрела на меня, словно увидела воочию. Я почувствовала, что начинаю падать в воду.

…

Пифия попыталась ухватить Дарьяну за руку, но схватила лишь воздух.

…

– Дарьяна, не—е—ет!!! – крик Радомира разорвал тишину этого мира.


***


Вожак драгондов быстро шёл по коридорам дворца. За ним следовали два его воина. Это были существа, внешне напоминающие бесхвостую ящерицу, с острыми зубами и чешуйчатым телом серого цвета. Ходили драгонды, как и люди, мало чем от них отличаясь: две руки, две ноги. Но их улыбка напоминала оскал зверя с острыми зубами, зрачки были как у змей, а пальцы заканчивались когтями. При необходимости они с лёгкостью мимикрировали под любое разумное существо с похожим телосложением и отличить их внешне тогда было невозможно.

В этом дворце они не скрывали своего истинного облика, как и свою ненасытную жадностью человеческой крови. Люди на их дороге старались слиться со стенами. Прислуга низко кланялась проходящей мимо троице, но те словно не замечали никого вокруг.

Настроение у вожака было не самое лучшее. Однако в этот раз он был решительно настроен на разговор. Воины открыли перед ним дверь в просторное помещение, где уже находилось несколько человек. Самый рослый из них был одет в удобные штаны и мягкие кожаные сапоги. Его чёрные как смоль волосы отрасли и свободно ниспадали густыми локонами на плечи. Он даже не пытался их расчесать. Лицо заросло, а борода спуталась в невообразимый комок со слипшейся грязью. Это был Леос. Но, несмотря на своё постоянно дурное настроение в последнее время, он продолжал регулярные тренировки и держал себя в отличной форме. Его оливковый цвет кожи подчёркивал каждую мышцу натренированного тела. Нигде не было видно ни единой жиринки. Леос великолепно сражался на мечах двумя руками, двигаясь настолько стремительно, что порой человеческий глаз не поспевал за ним.

Сегодня против него билось сразу три раба. У одного из них уже была перебита рука, второй хромал, а третий пытался держаться за живот, не давая вытекать крови на пол. Леосу при этом не досталось ни одной маломальской царапины. Это был очень грозный противник. Его тело было покрыто многочисленными шрамами. Это говорило о том, что он бывалый воин и не раз сражался в реальных боях. Вожак со своими детьми остановился, внимательно глядя на этот поединок. В течение нескольких минут все соперники Леоса оказались на полу мёртвыми.

– Уберите эту падаль прочь! – гневно крикнул Леос двум рабам, стоявшим на коленях возле стены.

Те подбежали, подхватывая тела и складывая их на тележку, где уже лежали другие убитые рабы, а затем вывезли её из зала в сопровождении двух охранников. Вожак втянул носом запах свежей человеческой крови.

– Такой добротный товар, Леос. Ты не умеешь им распоряжаться точно так же, как и Сирпа в своё время. Ты губишь их жизни напрасно, – заговорил вожак.

– Не смей мне указывать, что я могу делать, а что нет, раб! – гневно воскликнул Леос на высказывание драгонда.

– Не смей меня называть рабом, человечишка, – зло произнёс вожак, вплотную походя к Леосу.

– Хочешь помахать мечами? Давай, раб, – подталкивая мечи к вожаку, зло проговорил Леос.

– Зря ты напросился, – сказал драгонд, останавливая своих детей, которые уже выхватили клинки из ножен. – Я сам поставлю этого человечишку на место, – сказал он, принимая мечи из рук своих воинов, и без предупреждения напал на Леоса.

Между ними завязалась схватка. Клинки звенели друг о друга. Вожак двигался очень быстро, но Леос не отставал от него. Их бой мог бы рассмотреть только опытный воин. Вожак ударил Леоса по руке, но тот, увернувшись, попытался достать мечом ногу противника. Но не тут-то было. Драгонд в последний миг зашёл за спину противника и замахнулся в самое сердце, однако удар прошёл мимо. Леос на развороте подставил свой клинок под меч противника, а вторым прицелился в шею вожаку. Тот опять ушёл от удара. Бой продолжался уже несколько минут, но соперники так и не ранили один одного. В какой-то момент Леос поскользнулся на крови своих убитых рабов и потерял равновесие. Он упал на колено, этим воспользовался драгонд и приставил свой меч ему к горлу. Леос тут же схватил клинок в руку, отводя его в сторону, и в этот же миг приставил остриё своего оружия вожаку в районе сердца.

– Ещё миг, раб, и ты простишься со своей жизнью, – прошипел Леос.

– Не зови меня рабом, человечишка, – вожак прожигал его гневным взглядом, давая понять, что его второй меч уткнулся в грудь Леоса под нужным углом, чтобы в мгновение ока вонзиться тому в его сердце.

Они застыли в этом положении, гневно глядя друг другу в глаза. С ладони Леоса кровь капала на каменный пол. Воины-драгонды стояли с мечами в руках, готовые в любой миг броситься на защиту вожака. Стражники точно так же приготовились к защите хозяина, ожидая его приказа.

– Ты никогда не сможешь причинить мне вред, Леос, потому что ты не воин Света, а вот я с лёгкостью пробью твоё паршивое сердце в любую секунду, – спокойно произнёс вожак и увидел злобную ухмылку Леоса.

– Самый лучший способ победить врага, это убедить его в том, что он неуязвим для тебя! – Леос быстрым движением меча полоснул руку драгонда, из которой на пол закапала голубая кровь. – Ты ничего обо мне не знаешь, вожак. А теперь пошли все вон отсюда! – крикнул он, отпуская меч драгонда и кидая свой клинок на пол.

Леос вскочил на ноги и пошёл к огромному окну, даже не пытаясь остановить кровь, капающую с ладони, лишь крепко сжав её в кулак. Вожак удивлённо посмотрел на свою рану и усмехнулся.

– Я сказал вон! – опять посмотрел Леос на своих стражников, те со всех ног бросились из зала. – И вас это касается, дети вожака, – произнёс Леос, тяжело взглянув на воинов-драгондов.

Вожак кивнул им головой, и те вышли из зала. Драгонд подошёл к окну и встал рядом с Леосом.

– Воин Света? Ты удивил меня, Леос, – спокойно произнёс вожак.

– Я такой же изгой среди своих, вожак, как и ты.

– Так вот почему ты их убиваешь сотнями, – усмехнулся драгонд. – Ненависть – сильное чувство.

– А—а—а!!! – крикнул Леос, ударив кулаком в стекло со всей силы, от чего пошли трещины по всему окну.

– Так ты не уймёшь свою боль, Леос. А вот руку ты зря повредил. Ты только встал на ноги с постели, едва оправившись от взрыва корабля на космодроме.

– Я в отличной форме, вожак, если ты не заметил. А этот порез ладони, такая мелочь. И мне не больно. Я зол! – Леос посмотрел на драгонда, тяжело дыша. – Возьми ткань и перевяжи мне рану, раб, – он кивнул на столик, что стоял рядом с окном.

– Не смей меня называть рабом, Леос, иначе я попросту сверну тебе шею, – сказал драгонд, всё же помогая ему перевязать ладонь.

– Прости, вожак, – сказал тот более миролюбиво. – Но меня раздражает такое обращение к тебе. Ты мне не командир, не хозяин, и уж тем более не вожак. Я владею в этой звёздной системе всем и всеми!

– А меня раздражает слово раб. И я не принадлежу тебе, помни об этом. Я служил Сирпе в благодарность за своё спасение. Но я не был её рабом, как и не являюсь твоим, Леос. Зови меня Гест, если тебе так будет приятнее. И не забывай, что мы теперь в одной связке, – напомнил ему драгонд.

– Это я помню. Мы облажались по полной программе, Гест, – Леос нервно засмеялся. – Доставить их сюда через столько преград. Посадить их под замок, а потом дать сбежать. Вожак вожаков драгондов теперь спустит на нас всех, кого сможет. Всех! – он посмотрел на Геста. – И нас не спасут все наши воины вместе взятые.

– Ты слишком страдаешь не от побега воеводы Радомира и его приближённых, а от потери своей Сирпы, Леос.

– Ты бредишь, Гест. Она не имела надо мной силы, – грустно ухмыльнулся Леос. – Она могла повелевать кем угодно, кроме меня. Даже ты перед ней склонял голову, но не я, – он посмотрел в окно.

– И всё же ты страдаешь. Люди называют это любовью. Ты можешь засыпать в постели с большим количеством своих наложниц, но никто из них не сможет заменить тебе ту, которая даже не была человеком.

– Да! Сирпа была монстром! – закричал Леос. – Монстром, которого не видывал этот мир! И я всегда её видел в истинном обличии. Мне не нужен был для этого свет солнца. И она мне нравилась такой, какой её сотворило это мироздание, – он обессилено вздохнул, пытаясь держать себя в руках, но в его тёмно-карих глазах стояли слёзы. – Она упивалась человеческими душами. Она гасила их свет, как ты гасишь их жизнь, наслаждаясь мигом смерти, а не кровью. Но мне она дарила всю себя. Да, я страдаю без неё, как бы ни хотел в этом себе признаваться. Но наша с тобой проблема сейчас не в моих чувствах к Сирпе, – зло проговорил Леос. – Она поддалась своей слабости и погубила всех нас.

– Ты совсем запаршивел и зарос, Леос. Ты не мылся уже несколько недель. От тебя воняет хуже, чем от тюрем твоих невольников. Приводи себя в порядок и перестань изводить высококлассный товар. Нам ещё пригодятся деньги. Пока ты тут сходил с ума от злости, я просмотрел запись с наших взорванных кораблей в соседней системе, – усмехнулся вожак. – И я нашёл там наше спасение.

– Что именно? – заинтересованно уточнил Леос.

– Сам посмотри, – вожак вывел голограмму перед ними.

На записи было видно, как воеводу Радомира спасают с угнанного корабля. Завязывается бой. В какой-то момент появляется ещё один странный белоснежный корабль идеально круглой формы. Он не пытался вступить в бой. После прыжка кораблей воинов Света, он исчез следом за ними.

– Это ещё что за хрень такая? Чей это корабль? Я с таким не сталкивался, – Леос ещё раз промотал запись.

– А я сталкивался, – усмехнулся вожак. – Я прибыл сюда с очень далёких мест, Леос. На границе моего мира со светлой стороной находится Империя. Огромная по своим масштабам. Ею правит народ Императорского дома. Это воины Света другого рукава галактики. А этот круглый объект – корабль народа Айны, так они теперь себя называют. Они вошли в состав Империи не так давно, после неудачного нападения моего брата на их планету. Он сложил голову в том сражении, хотя я отговаривал его лететь туда всего лишь одним кланом. Но он меня не послушался.

– У вожаков драгондов не бывает братьев, – удивлённо не то сказал, не то спросил Леос.

– Это не совсем так, друг мой, – усмехнулся драгонд. – Наш родитель – это Вожак вожаков. И мы его не выбираем, как ошибаются многие. Он дарует всем нам жизнь. А мы даруем жизнь своим детям. Только ребёнок родителя драгондов может иметь свой клан. И все вожаки братья друг другу.

– Так выходит, что ты и другие вожаки, как бы это правильно сказать человеческим языком, являетесь детьми вашего короля? – уточнил Леос.

– Можно и так сказать, – усмехнулся Гест. – Но на самом деле мы являемся его продолжением. И только вожаки могут иметь потомство. Все мои воины – это мои дети. Но мы не имеем право запятнать честь родителя. А я связался… Но это не важно. Я опозорил имя своего отца, и он отнял у меня право на размножение, – сказал вожак, задумавшись о чём-то.

– Он у тебя отрезал всё самое ценное? – удивлённо уточнил Леос.

– У нас нет таких репродуктивных органов, как у людей, Леос. Нам нечего отрезать. Мой родитель просто… отказывает в праве размножения. По-другому не объясню. Но он же может мне вернуть его. Поэтому мы с тобой в одной связке. А этот корабль – Гест показал на белый шар. – Наш с тобою козырь. Ты вряд ли знаешь эту историю, но глава Императорского дома Ульвбьёрн был пойман более двадцати лет назад. И сейчас он находится в плену у моего родителя вместе со своей женой Тирой. Хотя все считают их мёртвыми.

– И какое нам до этого дело? – уточнил Леос.

– Пока ты тут бездействовал, я поднял все свои старые связи. Этот корабль принадлежит сестре Ульвбьёрна, принцессе Снижне. И теперь она улетела вслед за воеводой Радомиром и его женой Дарьяной.

– Я пока не понял, как это нам может помочь, – проворчал Леос.

– Тогда слушай. Мой погибший брат на планете народа Айны был одним из наследников Вожака. Его убил Ульвбьёрн. И тогда мой родитель объявил охоту на главу Императорского дома. Он поручил это дело мне. Я вышел на связь с его родным дядей по имени Сигурт и заключил сделку. Тот жаждал смерти своего племянника, и я доверился ему в этом деле. Но мы, как ты говоришь, столько раз облажались, что я устал считать. Было провалено много операций, но одна из ловушек почти сработала, когда Ульвбьёрн находился на своём корабле с беременной женой в соседнем рукаве галактики, – Гест усмехнулся. – Но этому человеку словно помогало само мироздание. Они ускользнули из наших рук, а в результате налёта императорского флота на мои базы пострадало слишком много кланов. Гибли мои братья, погибла и моя честь перед лицом Вожака, – вздохнул драгонд. – Родитель был настолько зол, что готов был отойти от традиций и убить меня собственными руками. Но он этого не сделал, выкинув меня на помойку жизни. Так я и оказался на задворках этого мира. Сирпа вытащила меня из какой-то дыры, когда путешествовала в поисках очередных развлечений, а ты принял, как своего друга, взяв меня в своё дело работорговца.

– Опустим эту историю, я хорошо её знаю. Вернёмся к белому кораблю, – отмахнулся Леос.

– Спустя время флагманский корабль[14] Ульвбьёрна был обнаружен в этой части галактики. И Вожак объявил на него невиданную по размеру охоту. Круг сужался, и в конечном итоге глава Императорского дома вместе со своей женой и командой попал к родителю в плен, но без ребёнка. Ведь к тому моменту у Ульвбьёрна с Тирой должна была родиться дочка по имени Дарьяна, – сказал вожак и увидел удивлённый взгляд Леоса. – Есть достоверные сведения, что Дарьяна родилась на Мидгарде. И именно с этой планеты глава Ульвбьёрн сделал свой последний прыжок перед пленом. Только сейчас я понял, что жена воеводы Радомира по имени Дарьяна и есть потерянная дочь главы Императорского дома Ульвбьёрна.

– С какой планеты? – не понял Леос, начиная терять терпение.

– С той, где Дарьяна со своим учителем и воеводой Радомиром вырезала все кланы драгондов, а мой родитель объявил охоту и на неё, – на этих словах Гест вывел солнечную систему на голограмму. – Помнишь, как она ушла в тот раз из-под нашего носа?

– Я помню тот провал, – ухмыльнулся Леос. – Мы чуть уговорили Вожака дать нам второй шанс. И наш план с засланцем на планету воеводы Радомира сработал! Он стоял перед нами пленным и безоружным в этом самом зале! – гневно выкрикнул работорговец. – А из-за Сирпы пленники улизнули. И поэтому мы теперь в дерьме по самые уши, – он истерически засмеялся. – Никто не даст за наши жизни и ломаного гроша, я молчу про самого Вожака. В этот раз, он нас не простит.

– Я не был бы в этом так уверен, Леос, – сказал Гест. – Теперь воеводу Радомира преследует принцесса Снижна. Понимаешь?

– Ничего я не понял из твоих слов, разве что кроме семейных связей главы Ульвбьёрна, – раздражённо сказал Леос. – Но как нам эта информация поможет оправдаться перед твоим родителем?

– Совсем недавно в Империи Ульвбьёрна прошли слухи, что наследная принцесса Императорского дома Снижна пропала. Никто не знает, куда она улетела. Её разыскивает весь флот Императорского дома, но они ищут её в своём рукаве галактики. А этот белоснежный корабль появился у нас, – Гест показал на круглый белый объект. – Не знаю, какими путями, но, похоже, принцесса Снижна нашла потерянную дочь своего брата. И она преследует корабли Радомира, а значит, рано или поздно, но она их догонит, Леос. Это будет очень грандиозное воссоединение семьи Императорского дома. Зная характер воеводы Радомира, он постарается эту самую принцессу Снижну вернуть домой на её родную планету Сканду. Вот сюда, – вожак вывел карту звёздного неба, показав на соседний рукав галактики. – А сейчас они летят сюда, – он указал на систему двойной звезды Радомира. – Вот тут находится Пустошь Предтечей, – он обвёл огромную область между двумя рукавами галактики. – Через неё не может летать никто. Она закрыта для любых прыжков. Так что возвращаться в Империю Ульвбьёрна им придётся через нашу территорию, – Гест очертил на карте границы. – И мы должны разведать, что там у них затевается. Нам нужно знать, когда Радомир со своей командой отправится в путь. И какими силами полетят. Сколько у нас осталось людей с кольцами Ульфа, Леос? – уточнил вожак.

– Немного. Да и способности Сирпы нам больше недоступны. У нас слишком мало ресурсов, затевать такую охоту, Гест. А если сюда прибавить гнев Вожака, то нам вообще ничего уже не светит, – подвёл итог Леос.

– Поэтому я связался со своим родителем, – усмехнулся драгонд. – И завтра он будет на связи, чтобы выслушать нас. Так что приводи себя в порядок. Мы должны убедить его, что лучше нас с тобой нет никого, кто бы смог возглавить охоту, которая доставит к нему всех его врагов сразу.

Леос хищно улыбнулся, а в его глазах загорелся азарт. Он подошёл поближе к белому кораблю и внимательно в него всмотрелся.

– Интересная форма корабля для полётов, – задумчиво произнёс работорговец. – Идеально белая и глянцевая поверхность шара.

– Корабль народа Айны выглядит как отполированный до блеска шар, отражая любые виды известных нам излучений вовне. Так он маскируется под естественный шум космического пространства и не отслеживается нашими приборами. Хотелось бы добыть один из них целым, чтобы узнать состав этого материала. Народ Айны вообще придают странные формы вещам, заставляя свои механизмы работать на энергии космоса и звёзд. Нам не дано это понять, – усмехнулся вожак.

– Да мне плевать на чём они там работают. Я знаю в этой жизни достаточно, чтобы быть счастливым. А теперь пойдём-ка обедать. Я сильно проголодался и очень хочу услышать целиком историю и про эту Империю, и про его главу Ульвбьёрна. Да и вообще про всю эту проклятую семейку вместе взятую, – почти прошипел Леос и направился к выходу.

– И да, Леос, есть ещё одно, о чём ты должен знать, – остановил его Гест. – Народ Айны хранит память о старых временах. В них говорится про пожирателей душ. Так они окрестили напавших на них существ. Почти шестьсот лет назад развязалась жестокая война в звёздных системах, название и месторасположение которых уже стёрлись из памяти всех. Поговаривают, что в живых после той битвы не осталось ни одного пожирателя душ. Хотя космос велик, может быть, удалось выжить ещё кому-то из них, – произнёс вожак.

– Вот поэтому Сирпа всегда выбирала отборный товар, Гест. Она его не портила, а жила благодаря смерти рабов. И теперь действительно последний представитель пожирателей душ умер, – горько усмехнулся Леос, крепко сжав кулаки. – И за смерть Сирпы эта семейка мне ответит в том числе, – зло проговорил работорговец, посмотрев на Геста, и зашагал прочь из зала.


Дневник Снижны—Айны


С чего начать? Ведь столько всего произошло за последние дни.

Наверное, начну с самого важного для меня. Я была принята в семью Дарьяны. После примирения на берегу озера мы сломали лёд холода в отношениях. Стены, которые возвели между нами время, обстоятельства и даже я, рухнули в один миг. Мы плакали вместе с племянницей, глядя на свадьбу Удо и Тиры, осознавая, что они сейчас в лапах драгондов. Я приняла Ждану, как сестру Дарьяны. Это был нелёгкий путь для меня. Как порой неумолимо с нами само мироздание. Боги словно играют в странную и запутанную игру, переставляя нас с одной стороны игральной доски на другую вместо фигур. Я много думала над жизнью в этом мире.

Чтобы Дарьяна вернулась из мира ушедших по дороге богов в мир живых к своему любимому Радомиру, мой брат должен был взять в полёт свою беременную жену, попав потом в плен. Видимо, кто-то там сверху следит за нашими жизнями, испытывая нас на прочность, порой причиняя боль. Как бы мне хотелось сейчас поговорить об этом с бабушкой Ритвой, услышать её спокойный голос и её мысли на этот счёт.

Я уже жду приземления на планету Радомира. Хочу увидеть мир, где душа моей племянницы впервые вступила на землю. Познакомиться с её родителями. Хотя меня всё ещё коробит их так называть. Два отца и две матери. Разве можно было об этом помыслить? На их землях древние знания моего народа не только не были забыты, но и развивались всё это время. Мне рассказали про волхва Зоремира, учителя Радомира и Дарьяны. Я с радостью приняла бы от него уроки. Я увидела возможности Радомира своими глазами. И они восхитили меня. Этот человек обладает колоссальной силой реки жизни и умеет ею управлять. По сравнению с Радомиром мои способности шаманки были лишь жалким подобием.

Однажды я предложила ему провести тренировочный бой со мной. Радомир улыбнулся, но отказываться не стал, предупредив, что не будет мне поддаваться. Он даже разрешил мне ходить в темноту во время сражения, взяв с меня слово, что я не попытаюсь убежать с его вайтмары. Я уверенно сказала, что теперь точно никуда не убегу. Ведь я – член их семьи. Разве я могу сбежать от своих? Радомир ответил, что верит мне. Перед боем он меня предупредил, что также будет пользоваться всеми своими способностями. Чем впоследствии очень сильно удивил меня. Он сказал, что клинки будут деревянными, но я могу воспользоваться и своим оружием, и вернул мне летающий кинжал. Наш бой видели лишь три человека: Дарьяна, Переслав и Градимир. Я дала своё согласие на их присутствие. Точнее двоих людей. А Градимира я попросила пригласить сама. Я хотела помириться и с ним. Поэтому решила, что такая любезность разобьёт лёд между нами. Он долго не соглашался приходить, но Радомир смог уговорить его. Я этому была очень рада.

Наше тренировочное сражение. Как мне его описать? Радомир был не просто ураганом. Нет. Он был мощью. Я ходила сквозь темноту, но он уходил от моих ударов раньше, чем я шагала ему за спину. Он с лёгкостью уворачивался от моего клинка. Он не просто ушёл от летающего кинжала, а вернул мне его назад, управляя им, будто делал это всю жизнь. Он «убивал» меня бессчётное количество раз, а я не смогла его даже задеть. Оказалось, что он умеет ходить и сквозь темноту. Это было неожиданностью для меня, когда я в очередной раз попыталась достать его деревянным клинком, то проткнула пустоту, упав Радомиру под ноги. Он склонился надо мной, но я увидела не человеческое лицо, а оскал огромного белоснежного зверя, наступившего передними лапами мне на грудь.

– Хватит, Радомир, – я услышала гневный голос Градимира. – Заканчивай этот цирк.

Градимир подбежал к нам и отпихнул зверя в сторону, а затем помог подняться мне на ноги.

– Я не хотел тебя напугать, Снижна. Извини, – услышала я голос Радомира. – Я просто решил тебе показать, чем владеет мой народ. – Градимир холодно посмотрел на друга. – Точнее наш общий народ в этом рукаве галактики, – словно извиняясь сказал Радомир. – Я действительно не хотел тебя ничем обидеть. Снежный кот – это моя вторая ипостась, – он виновато развёл руками в стороны.

– Всё в порядке, Радомир. Ты очень впечатлил меня своими возможностями, – сказала я, пытаясь скрыть дрожь в своём голосе.

– А я тебе сейчас покажу, что может наш народ на земле учёных, Айна, – не успокаивался Градимир. – Иди-ка ты присядь к Дарьяне, а я поучу этого недоумка, как нужно показывать своё умение воина, – сказал он, выхватывая у меня деревянный клинок и беря второй. – Нападай на меня, воевода, – насупился он.

– Дру́же, я не хотел обидеть Снижну, – попытался оправдаться Радомир. – И я честно предупредил её, чтобы она приготовилась к этому бою.

– А я честно предупреждаю тебя, что настроен решительно поколотить великого воеводу Радомира. Давай, покажи теперь мне, на что способен. Радомир, ты же знаешь, что я не отстану, – настаивал Градимир.

– Я думаю, что лучше всем сейчас успокоиться, – подбежал к ним Переслав.

– А я думаю, что хочу выпустить свой пар, – всё ещё упорствовал Градимир. – А сейчас самое лучшее для этого время. И я очень прошу тебя, дру́же, сразиться со мной здесь и сейчас.

– Я понимаю тебя, Градимир. Переслав, присядь на скамейку, – попросил Радомир.

И опять завязался поединок. Я бы сказала, что это был бой равных. Но это не так. Градимир часто бывал повержен. Но, похоже, что эти тренировки для них были не в новинку. Я видела, как Градимир с лёгкостью уходил от ударов Радомира и побеждал. Я видела, как он плавно двигался. Как ловко управлял своим телом. Я видела мощь, сокрытую внутри него. В какой-то момент я стала сомневаться, что смогу встать даже против Градимира на равных. Но всё равно их бой был между учеником и учителем. Я понимала, что Радомир не просто грозный соперник, а невероятно сильный. Однако ученик часто одерживал верх. Я смотрела на всполохи их энергии в бою. Это было великолепное зрелище. Золотые переливы красок, удары мечей сопровождались вспышками света. Правда, Радомир не уходил ни разу в темноту, чтобы застать друга врасплох. Видимо, чтобы уровнять их шансы. Но это не делало Градимира менее грозным соперником. Я внимательно следила за его движениями. Как он уходит от ударов Радомира. Я даже в какой-то момент перестала дышать, потому что это было завораживающе. И я заплакала, когда Градимир в очередной раз покатился по земле. Я словно почувствовала его боль на себе.

– Всё, дру́жа. На сегодня довольно, – сказал Радомир, помогая Градимиру подняться, протянув ему руку. – Ты остудил свой пыл?

– Думаю, что да, – улыбнулся он в ответ. – Но я хочу тебя попросить кое о чём.

– О чём же? – уточнил воевода.

Градимир что-то прошептал ему на ухо, Радомир улыбнулся и пообещал, что выполнит просьбу друга.

– А тебе, Айна, я порекомендовал бы тренироваться с равным себе противником. Со своей племянницей Дарьяной, например. Думаю, что вы многому друг у друга научитесь. Правда, она может тебе показать оскал белого волка. Не пугайся. Это её вторая ипостась, – сказал мне Градимир, а затем быстро зашагал прочь с поляны.

Сказать, что холод между мной и Градимиром стал исчезать, это было бы враньём. Он всё ещё отказывался со мной встречаться. Зато с остальными я сдружилась. Дарьяна со Жданой не давали мне скучать в одиночестве. Моя племянница показала, как превращается в волка. Я подружилась с ведуном вайтмары Белозаром, а затем напросилась к нему в ученицы. Радомир разрешил ему заниматься со мной. Какая сила была в этих людях. Я не переставала удивляться.

За несколько дней до приземления на родную планету двух солнц, Радомир позвал меня к себе в спальню. Он был бледен и взволнован. Дарьяна лежала в постели с открытыми глазами и чуть дышала. Она уставилась невидящим взглядом в потолок. Рядом с ней уже был Белозар.

– Во сне к ней очень часто приходят видения. Но она всегда просыпается. А сейчас Дарьяна не проснулась. Может, ты знаешь, что с ней, Снижна? – спросил Радомир.

– Она… – я задумалась, как лучше им об этом сказать. – Она заблудилась, – на мои глаза навернулись слёзы.

– Где Дарьяна заблудилась, Снижна? – уточнил Белозор, потому что Радомир не смог произнести ни слова.

– В мире тишины. Я видела такой взгляд у Тиры, когда к ней приходили видения. Я видела такой взгляд у своего дяди Хаука, когда его опоили драгонды. Его разум словно заблудился в видениях. Его чуть вытащили в этот мир шаманы народа Айны и Пифий, – я посмотрела на Радомира.

– Дарьяна, не—е—ет!!! – закричал он и обнял свою любимую, прижав к груди. – Я не отпущу тебя от себя. Вернись ко мне, родная, – Радомир погладил её по лицу. – Вернись, лю́бая моя. Ты – моя жизнь, слышишь, – а затем крепко поцеловал её. – Вернись, – его слеза упала на её щеку.

Дарьяна вздрогнула, а затем вздохнула полной грудью и заморгала. Она удивлённо оглянулась по сторонам и прижалась к своему мужу.

– Я видела её, – она заплакала. – Свою маму Тиру. Их нужно спасти, Радомир. Нужно, понимаешь? – она вцепилась в рубашку мужа и спряталась в его объятьях.

Когда Дарьяна более или менее успокоилась, то рассказала нам своё видение. Никто из нас не смог произнести ни слова. Да и что мы могли сказать ей?

Что всё будет хорошо?

Но это была бы ложь. Моя племянница уходит в мир видений во сне. Она не может это контролировать. Ей придётся жить с этим всю свою жизнь. И единственный спаситель для Дарьяны – её муж Радомир. Он вытащил свою жену оттуда за считанные секунды, когда понял в чём дело. Я же в минуты тишины буду просить богов о помощи для неё в мире видений. Я дала слово Дарьяне, что по прилёту на Сканду отведу её к Пифиям. Это замечательный народ, обладающий способностями предвидения и умеющий контролировать видения.

Что мы спасём Удо и Тиру из лап драгондов?

Как бы я это хотела. Но чем больше думаю над этим, тем яснее осознаю, что это будет нелёгкой задачей. Это понимали все.

Что я ещё могла сделать для Дарьяны?

Разве что быть рядом с ней и поддерживать во всём. Ведь я тоже член её семьи.

Удо, ты бы гордился своей дочерью. Поверь. Чем больше я узнаю Дарьяну, тем яснее вижу в ней твою силу. Она не даст твоей дочери сломаться ни в какой жизненной ситуации. И пусть её семейный союз ненаследный. Это не важно. Дарьяна – истинная дочь своего отца Ульвбьёрна и наследница Императорского дома. И я покажу ей родной дом.

Я отвезу её на Сканду. А потом мы спасём тебя, брат. Ты нужен не только своему народу, но и своей семье.

## Глава 4

Мир видений


Вокруг меня стоит пугающая тишина. Я жду с надеждой на ответы.

Я просила помощи у богов. Я молила ответов у всех кого могла. Я объяснила, что воссоединилась со своей семьей. Нам всем нужна помощь. Всем. Но я опять сижу в пугающей тишине.

Андриус не спешит ко мне. Ни мои боги, ни боги народа Айны не разговаривают со мной. Что я опять делаю не так? Почему пугающая тишина стоит вокруг меня?

– Андриус, помоги мне, – прошу я в который раз, но слышу в ответ тишину.

Она давит на меня очень сильно. Но я упорно сижу тут, вспоминая события последних дней. Улыбку своей племянницы Дарьяны. Смех Переслава. Спокойная уверенность Радомира в своих силах и действиях, которая передавалась находящемуся радом с ним человеку. Задумчивый, а порой укоризненный взгляд Градимира. Ждана, Лучезар, Белозар… Воины с вайтмары Радомира. Все приняли меня в одну огромную семью.

– Услышь его зов… – прозвучал женский шёпот, и меня выкинуло из тишины.


***


Дом, милый дом. Что может быть лучше? После длительного и опасного похода тебе радуются все вокруг. Что живы, что спаслись, что вернулись.

Вайтмара воеводы Радомира совершила свой последний прыжок в систему двойной звезды, где их уже все ждали. Первым на землю ступил воевода со своей женой. За ними шёл Переслав со своей семьёй. Все долго спорили, кто будет рядом со Снижной при приземлении, и решили, что её поведёт за руку Ждана. Чтобы все встречающие их люди поняли, что сестра Дарьяны приняла новую родственницу. Каждый по своему готовился к этому разговору, но увидев счастливые лица встречающих, немного расслабились.

– Дети мои, – первым подошёл к ним князь Светозар, отец Радомира, и обнял сына с невесткой.

Это был высокий, крепко сложённый мужчина с копной волос цвета льна, завивающиеся в тугие кудри. Снижна видела перед собой очень сильного духом человека. Она ощущала в нём скрытую мощь. Радомир был очень похож на своего отца и ростом и силой. И тут принцесса увидела взгляд сине-серых глаз Светозара. Она резко остановилась, словно напоролась на преграду. Ей уже объяснили, кто такой князь, рассказали про способности волхвов. Белозар многому её уже успел обучить за время полёта. Он был восхищён способностями принцессы и видел в ней силу юной волховательницы. Но сейчас Снижна робко потупила глаза. Светозар единственный, кто уже был посвящён во все их перипетии и точно знал, кто она такая.

– Не бойся меня, Снижна, – подошёл к ней Светозар. – Добро пожаловать к нам домой. Мы все тебе рады, – и обнял её, как свою дочь.

Снижне не довелось узнать любовь отца. Он погиб, когда ей было всего лишь пять лет, а она сама потеряла свою память, которая до сих пор не полностью открыла ей детские воспоминания. И сейчас, в объятьях этого человека, она ощутила себя любимой дочкой в объятьях отца. Даже в присутствии дяди Хаука Снижна никогда не ощущала такой родной теплоты. Принцесса отпустила руку Жданы и обняла князя.

– Я так рада нашему знакомству, – чуть не плача, сказала принцесса. – Так рада.

– Принимай честной народ в нашу семью Снижну. Родную тётку нашей Дарьянушки, – сказал князь. – Обо всём поведаю после, – сказал он, увидев удивленный взгляд родителей Дарьяны.

– Батюшка, матушка, – подбежали Ждана с Дарьяной к своим. – Мы вам всё потом объясним, – прошептали они родителям.

– Я думаю, что с дороги бы детям помыться надобно, покушать, а потом и разговоры умные разговаривать, – услышали все звонкий голос княжны. – Меня зовут Ладомира. Пойдём, Снижна, со мной.

К принцессе подошла высокая и статная женщина, светло-русые волосы которой были заплетены в две косы, соединяющиеся воедино атласными ленточками. Её синие глаза искрились, словно солнце на глади воды. Такие же глаза Снижна видела у Радомира, только всегда сосредоточенно-серьёзные и редко смеющиеся. От Ладомиры исходило материнское спокойствие, и Снижна без страха взяла эту женщину за руку.

Из челнока стали выходить и остальные. Народ весело загомонил, встречая своих. Все люди были одеты в простые одежды с красивыми вышивками. Женщины в платьях и сарафанах ярких цветов. Мужчины в свободных домотканых штанах и рубахах с застёжками слева от сердца, подпоясанные плетёными поясами. У женщин были заплетены две косы[15], у девушек по одной. Дарьяна уже рассказала Снижне про этот обычай. И принцесса с лёгкостью узнавала, кто замужем, а кто нет. Обозначения вышивок она ещё не понимала, поэтому просто любовалась их красотой. Ей казалось, что она очутилась среди народа Айны, где каждая деталь одежды имела смысл. На её душе стало спокойно.

Переслава со Жданой приехали встречать их старшие сыновья с жёнами и детьми. Они были рады возвращению родителей живыми вместе с их младшим братом Лучезаром. Детишки с визгом носились вокруг взрослых, играя в пятнашки[16]. К Радомиру подошли братья и сёстры, которые смогли приехать. Снижна только и успевала с кем-то знакомиться. Дяди, тёти, племянники, племянницы, братья, сёстры, сваты и сватьи. Только и успевала она слышать. Имена звучали для неё непривычно, и она не пыталась их все запомнить. Всё это придёт со временем. Сейчас она видела радостные и счастливые лица вокруг себя. Поэтому среди этой разномастной толпы выделялась небольшая кучка людей, которая хмуро смотрела на неё. Это были родители Дарьяны из её первой жизни и их дети с внуками.

– Добромир, – услышали все громкий голос и резко замолчали, посмотрев на подошедшего к ним старца. – А не ты ли Головой[17] над всеми своими родичами поставлен? А не ты ли у меня спрашивал, что делать, когда другие родители Дарьяны объявятся? Али я не вёл с тобой речей о том? – хмуро сказал старец, подходя к отцу Дарьяны.

Все перед ним расступались, словно на них шёл ураган. Никто слова не проронил. Даже детишки застыли, его слушая. Принцесса уже догадалась, что это был волхв Зоремир. Она много слышала о нём от всех. Он был самым великим шаманом этой планеты, как и бабушка Ритва на земле народа Айны. Снижна присмотрелась к нему. Это был седой мужчина, которому минуло уже девятьсот стандартных галактических года. Он шёл, опираясь на странную палку, покрытую замысловатой резьбой. Из одежды на нём была простая белая рубаха с вышивками по косому вороту, подпоясанная красным тканым поясом, и мешковатые штаны. Он шествовал босым по каменной дороге, словно по мягкому ковру. Снижна присмотрелась к его реке жизни. Она струилась по его телу сильным потоком. К нему стремились ручейки извне, словно он вбирал в себя всю мощь природы, но при этом от него исходили и золотистые искорки, отдавая назад свою силу. Выйти против такого противника на бой ей бы не захотелось ни с каким оружием. Даже вместе с шаманами из народа Айны. Ему бы смог найтись достойный соперник разве что среди Палачей Пифий.

– Подойди ко мне, Снижна, – сказал старец, протянув к ней руку, но по-прежнему глядя на Добромира.

Принцесса подошла к волхву и взяла его за ладонь. Она почувствовала, как ей становится спокойно, а дрожь из рук уходит. Снижна прижалась к плечу старца лбом и закрыла глаза.

– То, что я сейчас скажу, касается всех собравшихся, – сказал Зоремир. – Это Снижна, по роду своему дочь Йорана, погибшего главы большой Империи в другом рукаве нашей галактики. Она родная сестра нынешнего правителя народа Императорского дома Ульвбьёрна. А наша Дарьяна, душа которой вернулась к нам в новом облике, его дочь. Её мать зовут Тира. И теперь наша Дарьяна является такой же принцессой Империи, равно как и её тётя Снижна. Пути наших предков и богов туманны, их мысли во многом нам непонятны. И судьбу они нашу пишут да нас не спрашивают. И все мы знаем, что дети из ниоткуда не берутся. И тело Дарьяне с неба не упало да на грядке не выросло. То сильное тело. И возможности в нём поболе будет, чем раньше. Она и вещать может, и волховать, а то редкость для женщины. А воином знатным она завсегда была и будет. И ты, Добромир, лицо своё от новой родственницы не криви. Твой предок и предок Ульвбьёрна одни корни имеет, хоть и дальние, во времени затерянные да в памяти нашей утерянные. И пусть Снижна тебе и очень дальняя, но всё одно родня. И принять её велю в доме твоём честь по чести. Все моё слово слышали? – закончил речь волхв, в глаза Добромира глядя.

– Я услышал тебя, Зоремир, давно, – засмущался отец Дарьяны – Да больно всё для меня неожиданно случилось.

– Я своё слово сказал, – Зоремир повернулся к Снижне. – А тебя, внученька, в гости потом жду с Дарьяной нашей да Радомиром. Потолкуем ещё. А сейчас отдохните с дороги. Ладомира уже и стол поди накрыла, гостей дожидаючись. А я пойду, – сказал старец, в лоб Снижну поцеловал, руку отпустил да и исчез.

Снижна обернулась и ошарашено посмотрела по сторонам. Она умела ходить сквозь темноту, но для этого ей всегда нужно было шагнуть. Даже бабушка Ритва так ходить не умела. При этом всё равно холодок обдавал Снижну. А тут стоял человек, и нет его. Принцесса посмотрела назад и наткнулась на задумчивый взгляд Градимира, который всё ещё не сошёл с вайтманы. Он увидел, что Снижна на него смотрит, глянул на Радомира, махнул головой из стороны в сторону, затем резко развернулся и пошёл назад. Принцесса тяжело вздохнула, но тут её окружила толпа. Все стали наперебой друг с другом разговаривать. Добромир к себе прижал да родственницей назвал. Люди стали обнимать её да слова ласковые говорить. Как ей рады. В гости к себе приглашать. И опять завертелась круговерть по новой. Снижна в этом гомоне словно потерялась, но на её душе было радостно. Когда Ладомира взяла её за руку и повела в дом, то принцесса не сопротивлялась, а доверилась этим людям целиком, понимая, что здесь ей не желают зла.

Снижна старалась внимательно рассмотреть незнакомую обстановку, дома, людей, одежду, животных, машины. Новый мир, новые впечатления. Она видела, как живут подзащитные народы в её Империи, поэтому была готова ко всему. Дома стояли красивые белокаменные в три-четыре этажа. Разными узорами выложенные да резьбой украшенные. Кое-где находились хозяйственные постройки. Но и они гармонично вписывались в этот город. Нигде не было огромных зданий, башен и строений. Повсюду росло много деревьев и цветов. Плодоносили сады, на ветках птицы пели. Этот мир ей очень напоминал планету народа Айны. Снижне здесь нравилось. Незаметно для неё самой они подошли к огромному зданию, куда все и стали входить. Переслав со Жданой и своей семьёй со всеми не отправились, а попрощавшись, заспешили к себе домой.

День прошёл быстро. Принцессе выделили просторные комнаты в доме у князя Светозара. Ладомира подобрала ей платья и сарафаны. Снижна приняла душ, переоделась и отправилась в столовую, где уже собралось много людей. Во главе стола сидел князь с княжной, на другом конце Радомир с Дарьяной. Снижна посадили рядом с племянницей, которая знакомила её со всеми. Принцесса пыталась запомнить, кто кому кем приходится, но быстро запуталась. Все вокруг радостно галдели, переговариваясь друг с другом и радуясь возвращению Радомира живым. Ведь долгое время его считали погибшим. Снижна поддерживала разговор. Она обучилась языку этой земли ещё на вайтмаре. Оказалось, что у воинов Света было устройство, которое позволяло быстро запоминать любые языки. Поэтому проблем в общении у неё не возникало. Принцесса думала увидеть за столом Градимира, потому что он с корабля всё же сошёл вместе с летающей повозкой, загруженной приборами. Но его нигде не было.

После обеда состоялся праздник с танцами и песнями. Все вышли на площадь города, где всё и обустроили. Стали появляться новые люди. Оказалось, что тут принято собираться вместе при помощи голограмм, устраивая общие посиделки. Снижна поняла, что в очередной раз её принимают к себе люди всей планеты. Дарьяна с Радомиром не оставляли её одну, что-то объясняя, что-то показывая, что-то рассказывая. Заиграла музыка, зазвучали песни, и Снижна с радостью окунулась в это веселье.

На улице стояла тёплая летняя погода. Второе солнце клонилось к закату. Две луны взошли над горизонтом. Небо потемнело точно так же, как и на Сканде. Дарьяна вовлекла Снижну в танцы, потом в соревнования по стрельбе из лука. Правда, принцесса ещё только осваивала это оружие, но старалась изо всех сил. В какой-то момент она поняла, что пока им не соперница, и продемонстрировала летающий кинжал. Что тут началось. Юноши попросили попробовать им управлять. Снижна стала в сторонку и с восхищением наблюдала, как парни с лёгкостью метали его в мишень, будто с детства учились слушать металл и управлять его полётом. Принцесса вспомнила, как Радомир перехватил у неё управление кинжала во время боя. Она видела, что силой реки жизни здесь владеют все от мала до велика.

Снижна понимала, что Ульвбьёрну тут бы очень понравилось. Ведь это и были те самые утраченные знания народа Императорского дома, о возрождении которых он так мечтал. Принцесса осознавала, что среди этих людей она всё ещё юная ученица, а не великая шаманка Императорского дома.

Спать все улеглись поздно, когда третья луна взошла, а первые две уже зашли за горизонт. Снижне не спалось. Столько новых впечатлений. В голове был сумбур, а на душе лёгкость. Она нашла не только потерянную дочь своего брата, но и новых родственников, пусть и очень-очень дальних. Принцесса лежала на кровати, закрыв глаза. За окном пели цикады, в комнату врывались ночные запахи и шорохи. Снижна незаметно для себя заснула.


Дневник Снижны—Айны


Круговерть последних дней закружила меня в хороводе событий. Столько впечатлений, столько знакомств. Как только я вступила на землю двух солнц, страх покинул меня. Я оказалась среди доброжелательных людей. Мы с Дарьяной и Жданой часто думали, как скажем их родным про мою историю? Как найдём нужные слова? Как меня примут? Но нам это и не понадобилось. Волхв Зоремир своей речью сразу же расставил все точки над «i». И мой рассказ никто ни разу не воспринял в штыки, а напротив, задавали много вопросов. Я взяла с собой записывающий кристалл, чтобы показать голограммы своего брата, Тиры и всех моих родных.

Радомир знакомил меня с людьми их планеты. Он возил меня на разные континенты, рассказывал про их жизнь, про быт. Чем они дышат и чем занимаются. Мастера по металлу, мастера моря, мастера леса. Я действительно словно вернулась на планету народа Айны. Жизнь этих людей была такой же простой и размеренной.

Потом произошло знакомство с первой семьёй Дарьяны. Поначалу я относилась к ним настороженно, но постепенно влилась в общие разговоры. Хотя я очень сильно сомневаюсь, что Удо будет рад такому родству. Я отогнала мрачные мысли, и праздник опять захватил меня. Танцы, песни, веселье, смех и счастливые люди. Новые лица, старые вопросы. Меня одаривали дарами. Все старались мне сделать приятное. Кто-то смастерил пояс, кто-то сшил платье. Подвески, обувь, очелье[18], ожерелье… Столько даров, что мне в пору было выделять отдельный дом для них. Радомир успокоил меня, что всё это добро захватим с собой, когда полетим на Сканду. Места на вайтмаре для всего хватит. Я в этом и не сомневалась.

Вайтмара была огромной, размером с небольшую луну. Корабли Императорского дома и народа Айны были гораздо меньше, да и не имели столько возможностей, но я была уверена, что теперь мой народ обогатится новыми знаниями. Мой дом. Он был сейчас так далеко отсюда. Я почувствовала себя глупой и безрассудной девочкой, которая бросилась сломя голову в неизвестность. Градимир имел право меня так называть. Как они там? Получили ли от меня весточку? Я не знала, но надеялась, что получили.

За все дни, что я путешествовала по земле Радомира и знакомилась со всеми, я ни разу не видела Градимира. Я даже не пыталась узнать, где он. Утром новые впечатления наваливались на меня, а вечером я падала без сил на кровать и крепко засыпала. Я сбилась со счёта сколько дней это продолжалось, пока мы не приехали к волхву Зоремиру. Именно в его доме я смогла опять уйти в тишину. Ведь мне было чем поделиться с богами. И меня мучил вопрос, так кого я должна была услышать? Чей это был женский голос, что разговаривал со мной? Но боги опять безмолвствовали.

Зато у волхва я нос к носу столкнулась с Градимиром. Он почти налетел на меня, выходя из дома с каким-то прибором, который выпал из его рук. Но подхватил не машину, а меня, чтобы не дать упасть. Градимир холодно поздоровался и, подняв прибор, пошёл к огромному дереву, которое называлось Радогостом. Там он завёл разговор с Зоремиром, не обращая больше на меня никакого внимания.

Холод Градимира пугает меня. Что же я ему такое сказала, что он всё никак не может меня простить?

## Глава 5

Мир видений


Вокруг меня клубится туман. Я к нему давно привыкла и не страшусь этой дымки. Постепенно туман рассеивается, и я вижу много звёзд. Они сияют в космической темноте разными цветами. Я словно становлюсь частью космоса, являясь одной из этих светил. Они повсюду вокруг меня.

Вдруг я вижу появление множества кораблей. Они совершают прыжки, пытаясь меня окружить. Я чувствую себя в ловушке. Нужно бежать, но я не знаю, как это сделать. Ведь я сама была частью космоса.

Меня резко дёрнуло. Я начала уменьшаться в размере, падая в пугающую темноту.

…

Появилось ощущение полёта в бесконечную бездну.

– Мы ждём вас…

От этого шёпота холодок пробежал по моей спине.

…

Я продолжаю находиться в сплошной тишине и темноте. Но ощущение полёта не прекращается, и я опять становлюсь частью космического пространства. Корабли сжимают кольцо. Я чувствую их враждебную настроенность. Я осматриваюсь вокруг и понимаю, что спасения нет. Что меня загнали к какой-то переливающейся пелене, где ждёт лишь погибель.

И опять толчок.

…

Я снова попадаю в туман, становясь частью его. Он вырисовывает странные узоры в полной тишине. Мне спокойно. Я жду, когда он отпустит меня, не пытаясь что-то сделать. Серые мазки сменяются белыми, перемежаясь разноцветными всполохами. Туман видений, который не всегда хочет дать мне подсказки. Я жду.

– Помогите нам… – эти слова опять нарушают тишину, но она гасит их, не давая мне услышать фразу до конца.

На меня опять наваливается тишина. Мне очень хочется узнать, кто говорит со мной. Но этот мир не любит выдавать свои тайны. На моей душе стало тревожно. Я продолжила смотреть за движением тумана, стараясь успокоиться.

…

Я чувствую резкий толчок и опять падаю. Меня выбрасывает в космос, и кольцо враждебных кораблей сжимается, а выхода нет. Это тупик, но в последний момент пелена расступается, и открывается точка перехода.

…

Я попадаю в туман, и передо мной возникает лицо Тиры. Она плачет. Её слёзы капают в выдуманное ею озеро.

– Мама! – попыталась закричать я, но не смогла произнести ни звука.

Я постаралась разогнать туман, но он стёр лицо моей матери лёгким мазком серого на сером.

– Мама, услышь меня, – заплакала я.

Но в этом мире нет меня. Нет моих слёз. Есть только моя боль.

– Мама, услышь меня! – закричала я и почувствовала, как на меня наваливается огромная тяжесть.

Я попыталась не задохнуться, потому что воздух вокруг меня словно закончился. Меня что-то толкнуло в плечо. Я вздрогнула.


***


– Дарьяна, дыши, – Радомир склонился над своей женой. – Дыши, родная.

– Радомир, – Дарьяна открывает глаза. – Лю́бый мой, – она нервно обхватила мужа, пытаясь успокоить своё сердцебиение. – Эти сны… – всхлипнула Дарьяна. – Эти сны, как замкнутый круговорот. Меня опять кто-то зовёт. Я вижу армаду кораблей противников. И мама. Там моя мама одна на берегу этого треклятого озера видений.

– Ш—ш—ш… – Радомир с силой прижал к себе жену. – Мы во всём разберёмся, душа моя. Со всем справимся.

– Я не хочу потерять тебя, – Дарьяна посмотрела на мужа заплаканными глазами.

– Ты меня никогда не потеряешь. Верь мне, Дарьянушка. Никогда, – воевода нежно поцеловал жену

Дарьяна обхватила мужа руками и со страстью ответила ему. И тогда мир перестал существовать для них. Они растворились друг в друге без остатка, не замечая времени. За окном начало светать, когда они обессиленные откинулись на подушки.

Радомир прижал к себе жену, поглаживая её руку. Он лежал, глядя в потолок, но не пытался первым заговорить. Видения порой не приходили к Дарьяне несколько ночей, а порой накрывали её с новой силой. Иногда они повторялись. Часть из них они оба уже запомнили наизусть. Градимир сделал для Дарьяны специальный прибор, который воспроизводил все её видения. Поэтому не нужно было что-то выпытывать или выспрашивать. Радомир просматривал их порой по несколько раз и знал все до одного. Воевода тяжело вздохнул. Порой ему приходилось практически вытаскивать жену из её сновидения, а затем охранять сон Дарьяны, не смыкая глаз. Вот и сегодня она уснула в объятьях мужа, а Радомир закрыл глаза и стал слушать окружающий его мир.

Лес, который слал ему информацию каждую секунду. Волк вышел из норы, волчица осталась с волчатами. Стадо оленей отправилось на водопой. Зайцы разбежались в разные стороны от пробегающей мимо лисы. Ёж поймал змею. В соседнем селе начался трудовой день. Люди вели обычные разговоры. Поток энергии от родной планеты плавными волнами вливался в тело воеводы, с каждым днём восстанавливая его силы.

Зоремир уже вышел к Радогосту, покормил кур. Снижна расставляла на столе тарелки к завтраку. Градимир всё ещё спал в своей комнате. А Радомир старался не шевелиться, чтобы не разбудить Дарьяну. Он дал понять Зоремиру, что к завтраку они не выйдут. Старец его услышал и понимающе ответил. Между ними произошёл молчаливый диалог, к которому воевода привык с детства. Они обменялись мыслеобразами. Однако такие диалоги с волхвом Радомиру удавались только тогда, когда они находились оба на одной планете, но вот для такого общения с женой расстояния для воеводы не существовало.

Радомир пытался не думать об очередном видении Дарьяны, продолжая слушать мир. Проснулся Градимир. Стал приводить себя в порядок. В какой-то момент Радомир вздрогнул от нахлынувших на его друга эмоций. Это была волна боли, неприязни и нежности. Дарьяна почувствовала движение мужа и проснулась.

– Я опять не дышала во время видения? – зевнула она.

– Тебе нечего бояться рядом со мной, душа моя, – ласково погладил Радомир её по лицу и крепко поцеловал. – Ведунья моя, где ты была на этот раз?

– Среди звёзд. Мы попытаемся с Градимиром найти это место. А потом…

– Ты опять видела свою мать, – улыбнулся Радомир, Дарьяна только кивнула головой, пытаясь не заплакать.

– Завтрак мы уже проспали? – она тут же сменила тему.

– Мы с тобой на отдыхе, когда проснулись тогда и завтрак. Тем более, что и Градимир ещё не кушал. Давай вставать, – и первым подал пример.

Они вместе вышли к Радогосту. Зоремир был занят со Снижной очередным уроком. Принцесса с радостью впитывала новые знания. Сегодня она пыталась обернуться в свою вторую ипостась. Все были уверены, что это был волк или дикая собака. Но оказалось, что это был зверь похожий на песца. Зоремир объяснил, что ипостась женщины-волховательницы порой предсказать очень трудно, потому что обережное животное рода к этому не имело никакого отношения.

Дарьяна с Радомиром поздоровались с ними и пошли устраивать завтрак. Через несколько минут ко всем присоединился взъерошенный Градимир, который едва привёл себя в порядок, завязав небольшой пучок волос на голове, толком не расчесавшись. Последнее время он плохо высыпался. Его голова выдавала одну идею за другой. Он регулярно связывался со своей землей, куда уже доставили корабль Снижны. Учёные пытались разобраться во всех его системах, но продвигались в этом деле с трудом. Градимир остался в доме у Зоремира, потому что нуждался в помощи волхва. Он также постоянно вёл разговоры со Светозаром и Радомиром по поводу сплава тьетоконе. Постепенно он складывал для себя пазлы этой проблемы в единую картину.

Они сели втроём за стол и принялись кушать. Градимир устроился так, чтобы не видеть занятий Снижны с Зоремиром, чем вызвал укоризненный взгляд Радомира.

– Что тебя так мучает, дру́жа? – спросил воевода.

– Эта штука под названием тьетоконе упорно не хочет раскрывать мне до конца свои тайны. Ты хотя бы понимаешь, что мы не сможем отправиться спасать Ульвбьёрна, не найдя его самого?

# Примечания

1

Примечание автора: Вожак вожаков драгондов далее по тексту будет иногда писаться одним словом с большой буквы «Вожак».

2

Tietokone (тьетоконе) – компьютер (финский язык).

3

Предтечи или древняя раса. Как правило, они крайне технологически развиты, а их знания и возможности кажутся другим почти бесконечными.

4

Мидгард – в германо—скандинавской мифологии мир, населённый людьми.

5

Сканда – согласно преданиям князь Сканд Ирийский, является покровителем жителей скандинавского полуострова, его часто путают с богом Одином. В сказаниях говорится, что когда Сканд умирал, то произнёс следующие слова: «Моя Душа будет охранять сию Землю от набегов, ибо здесь мои Рода будут проживать».

6

Примечание автора. Согласно индийским ведам: Вайтмара – большая небесная колесница богов, которая вмещает в себя 144 вайтманы. Вайтмана – малая небесная колесница богов.

7

Волховательница – женщина—волхв.

8

Названый брат – это тот, кто дал клятву быть кому-то братом, то есть «назвался братом». Очень часто встречается в русских народных сказках. Мужчина, назвавшийся братом девушке, нёс на себе ответственность за её жизнь наравне с родным братом, а она становилась его названой сестрой.

9

Кровный побратим или брат – древний обычай русского народа, обозначающий вступление в братские отношения людей, не связанных между собой родственной кровью.

10

Стапели – сооружение для постройки судна и спуска его на воду.

11

Примечание автора: Врата междумирья – согласно древним преданиям они открывали портал на другие Земли.

12

Богиня Марена (Мара) – в славянской мифологии Великая Богиня зимы, ночи и вечного сна и вечной жизни.

13

Сородичи – люди, которых объединяет хоть и очень дальнее, но кровное родство.

14

Флагманский корабль или флагман – это корабль, на котором находится командир соединения или объединения, а также флагманский командный пункт, оборудованный средствами управления.

15

Примечание автора: На Руси девушка незамужняя одну косу плела. Это был источник её женской силы. А после замужества – две заплетала. Одну для себя, вторую для детей своих. Чтобы дети рождались сильными и крепкими.

16

Пятнашки (салочки, пятнашки, догонялки) – детская игра.

17

Сельский Голова – выборный мужчина на сельском сходе, который отвечал за порядком в селе.

18

Очелье (начельник, налобник, начелок, очелыш) – повязка на голову или часть головного убора (кокошника, платка), охватывающая лоб (чело), соприкасающаяся со лбом. У мужчин просто повязывалась вокруг головы, чтобы волосы на лоб не падали. У женщин их украшали височными кольцами.