Александр Трешкур
Дедушка Х

© Трешкур А. В.

* * *

Deo ignoto

Эксод

«певший каждому не гордый…»

певший каждому не гордый
потому и не погиб
ходит он без ног полгода
износились сапоги
превратились крылья в лапы
только некому помочь
старый раб сидит у лампы
и ему что день что ночь
что война что мир едино
он не выпрыгнет в окно
он бы выпил с алладином
но пройдоха спит давно

«даже если эта ветка…»

даже если эта ветка
и сыграет в прятки с ветром,
дерево не-обижай –
– а-не-то-получишь века
не изменит – и ножа
ёж не тронет, чиж – тем паче.
сыр умрёт – сын не заплачет
по усохшему: не жаль

«хорошо от верлибра…»

хорошо от верлибра (век воли
не видать ему!) к ямбу хорею
даже к дактилю: вечным евреям
не страшны ни старания моли
в день съедающей по три страницы
ни вода ни огонь – ведь сумели
пропадая опять появиться
и уже в несгорающем теле –
знать фома не соперник емеле

«я чёрный стул к стене придвину…»

я чёрный стул к стене придвину
я положу живот под спину
от половины половину
возьму и этого довольно:
героям не бывает больно::
им ямы небывалых роют
высот чтоб помнили о трое

«то возникнет окно, то исчезнет…»

то возникнет окно, то исчезнет,
как и стены, и пол с потолком.
он не станет кричать – много чести,
с этим он заодно, ни о ком
больше думать не надо… не надо
думать больше вообще… почему
человека вернули из ада –
было там так спокойно ему?

«и гибнет колобок…»

и гибнет колобок,
и шепчет еле-еле:
«зачем ты сделал бог
чтобы кого-то ели?»

«поёт с утра пораньше птица…»

А.

поёт с утра пораньше птица
о как она собой гордится

«тот должен кто может и хочет…»

тот должен кто может и хочет:
садится один на телегу
на камень другой (он всех прочих
умнее – он genius flexus)
а третий сквозь стену шпионя
себя уподобив ионе
три дня не выходит из дома:
зачем – ему всё тут знакомо

«как тяжело на свете жить…»

как тяжело на свете жить
но тяжелей не жить.
хоть и прочны времён тяжи
но режут их ножи
антивремён… невелика
присутствия река
и хочет пустоты ликан –
нет сил у дурака

«хоть и бескрыл, но не имея ссор…»

хоть и бескрыл, но не имея ссор
с крылатыми до сей поры, имея
молчания на целый разговор,
не он ли (страстотерпца еремея
ночной железо-каменный двойник)
хотел уйти, однако был притянут
компанией по поискам войны,
объявленной дождём, наверно спьяну,
зиме бесполой, полой до весны,
когда он на горе, горя от горя,
завидовал созданиям лесным
и речь, как мог, чужую хорохорил?

«чума нас не убьёт свиная…»

чума нас не убьёт свиная –
нам участь предстоит иная:
мы станем над землёй ночами
летать, нездешними речами
заполнив пустоту – она
и в шаге будет не видна…

«узнав что есть ещё…»

узнав что есть ещё
один такой хотя бы
как он (гефест не в счёт!)
не выдержал хоттабыч:
ослеп он и упал
и отвели слепого
два ангела в подвал
и появился повод
для радости простой:
стараться станет легче
целительнице той
что даже старость лечит

«вдохни и выдохни – стишок…»

И сочинения свои утопил я…

Тукарам

вдохни и выдохни – стишок
наметится, а то и ода,
наброски положи в мешок,
достань через четыре года,
не раз прочти их, и не два,
и коль они тебя не тронут,
не жги – бумага не дрова,
брось их в горшок пускай утонут

«он покидая отчий шар…»

памяти В.

он покидая отчий шар
ногами (головою лучше б
или руками) не спеша
ощупает сначала лучик
случайный а потом и тьму:
с ним и не то ещё бывало,
и неподвластный никому,
наестся оной до отвала

«вода ныряет в воду…»

Опустел скворечник…

И. Токмакова

вода ныряет в воду
здесь так заведено
небесному народу
фруктовое вино
и зёрна на закуску
во избежанье трат
свет был полоской узкой
до самого утра

конец сентября

«не понять чего ради…»

не понять чего ради
стали ангелов грабить
их спасая на грани
между адом и летом
погибает иуда:
не желающий чуда
он последней минутой
искупает столетья

«тело знало бег и шаг…»

тело знало бег и шаг
оно лопнуло от пыли.
хоть и с толком не спеша
его мыли – не отмыли.
неторопкая душа
в нём застряла как в запруде
и не стоит ни гроша
только кто её забудет

«где-то там за горизонтом…»

где-то там за горизонтом
в пузырьке гуляет йод
в царстве сумрачном и сонном
ищет счастье гезиод
где-то там летают кони
и собаки и слоны
я спокоен я спокоен
мне бы только до луны
добежать доплыть доехать
мне бы только долететь
я бы умер там от смеха
и не повторился впредь

«звёзды вылезут из клеток…»

звёзды вылезут из клеток.
пироги заговорят.
бог уснёт. замёрзнет лето
снег пойдёт на всех подряд.
поплывут по небу мысли
из далёкой стороны…
знать бы: их бояться, крыс ли,
человеков озорных?

«каково собаке в собаках…»

М.

каково собаке в собаках
рыбе в рыбах и птице в птицах –
знать не знает она, но хочет
чтобы чудо могло случиться
и несчастные говорили
на её языке невнятном,
хлеб купили, обед сварили,
отстирали на платье пятна

«нет он не бог и никогда им не был…»

К.

нет он не бог и никогда им не был
и не хотел им быть, предполагая
что знание даётся не для страха
или печали, но для состраданья.
он птицей был ночной и человеком
при этом оставался, ибо время
сойдясь с его молчаньем стало словом –
единственным из всех возможных ныне

«были дыры от уколов…»

были дыры от уколов,
было много самых разных
мужиков и девок голых –
только не было соблазна.
эти были теми, эти –
были, но не теми, были
злой травой деревья, дети
неродившиеся – пылью,
а родившиеся стали
пеплом или просто болью.
горы пели: «das ist alles!»
возражали птицы: «ой ли?»

«в ворота времени не всякий…»

в ворота времени не всякий
проходит день – такое дело.
друг друга топят забияки
и жгут, а то что не сгорело
не утонуло – сядет в лодку
и тихо поплывёт на запад
и будет чёрным или кротким
не так уж важно: был бы запах

«спит аполлон…»

спит аполлон –
никто к священной жертве
не требует поэта
и неймётся
ему:
он ляжет
встанет
снова ляжет::
скорей бы что ли
мусагет проснулся

«а кто-нибудь…»

а кто-нибудь
в собаку превратился
и в птицу –
и ушёл…
в собакоптицу
и в рыбу –
и уплыл
и растворился…
потом он годом стал
тысячелетним

«и дождь пойдёт и спрячутся все луны…»

и дождь пойдёт и спрячутся все луны
за облака и выйдет чемпион
и злую девку-смерть ему подсунут
и может быть её полюбит он
но если и полюбит не расскажет
всех тайн своих… по проволоке кот
ученый ходит молча – не накажут
его за это: мир давно не тот

«несчастные они…»

…это бедняки. Они глупы, несчастны…

Иер. 5:4

несчастные они
и водят дружбу с ядом
им отравляя дни…
у них со словом рядом
всегда весёлый дух
а грустный – за спиною:
он молчалив и сух
как дерево больное

«вода полощет воду или ветер…»

вода полощет воду или ветер
поёт другому что-нибудь о горе
его постигшем – всё равно: ведь глине
довольно глиной быть хоть и неволят
её… зачем? божественные лица
дают дневную пищу заплутавшим
ночную – заблудившимся… названий
не принимая бодрствуют деревья
и музыка играет защищаясь
от тишины как ангел от простуды

конец сентября

Никольская площадь

зоил и пиит

Брат Богам!

И. В. Гёте

Зоил

звуки белые такие
ели сушки пили чай
знали ночь их не покинет
но она уже ничья…
отдохни и ты немного
балаболка-егоза –
ни к чему тревожить бога
если нечего сказать

Пиит

до бессмертия полшага
я сумею я смогу
только кончилась бумага
не писать же на снегу.
бог кричит мне: «чёрт с тобою –
пусть горит огнём уют
ты пиши брат на обоях
ты не бойся – не убьют!»

«покинувший речь, он о чём-то другом…»

покинувший речь, он о чём-то другом
и думать не смеет – он болью влеком
и хоть понимает: ещё не пора
неймётся душе (да и телу) – с утра
до ночи он ищет замену словам
и счастлив и это не нравится вам

«на четырёх…»

на четырёх
как сказано
а после
на двух
на трёх
но и холма достигнув
взойдя на оный
сидя на вершине
он знает
что дороги не осилил
и смотрит в небо
полагая бога
или хотя бы ангелов
увидеть

«сказать – но больше чем дано…»

Но в ту же ночь было слово…

2 Цар. 7:4

сказать – но больше чем дано
и может – силится оно
и (с крика перейдя на шёпот)
уходит: чтобы невзначай
не навредить молчанью:: чтобы
снял порчу с ночи молочай

«за мгновенье до броска…»

Ангел плачет…

М. Цветаева

за мгновенье до броска
с головою в омут
от меня ушла тоска
к другу дорогому.
он не ангел, он – иной,
он живёт в навозе
и не крылья за спиной
у него а гвозди…

«заплачешь…»

заплачешь –
воздух звуки обретёт
и будет рад
что даже изменившись –
незаменим
(хотя и знал об этом)

«как чувствует себя сей организм…»

… таков мой организм.

А. С. Пушкин

как чувствует себя сей организм
легко ли тяжело дышать бедняге?..
к нему идёт кудесник а за ним
слуга бежит – он девясил и ягель
несёт и мёд для раковин ушных
и розмарин (препятствовать распаду)
и лопухи (они для ног нужны –
и нечего тут спорить и не надо!)
чертополох несёт и любисток:
сегодня душу не отпустит тело…
а на заборе ангелы (их – сто!)
ждут тишины: им ненавистен мелос

«о, как плачет несчастная рыба!..»

о, как плачет несчастная рыба!
есть ли кто-нибудь, кто успокоит
эту рыбу: медведь или воин,
или маленький мальчик василий

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.