Агата Малецкая
Маг пяти стихий. Роман под шум прибоя

Все персонажи являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми, а также событиями случайно.

Все изменяется, ничто не исчезает…

Овидий

Иногда Матвею казалось, что с самого начала у него было предчувствие беды. Словно, идя по улице, встретил старого знакомого, сперва не узнал и молча прошел. А через пару поворотов понял, кто это был, обернулся, но силуэт уже смешался с толпой. И осталось обрывочное чувство: то ли обознался, то ли нет… И ведь он тебя тоже не узнал или узнал…

И главное: когда была пройдена точка невозврата, и могло ли что-то изменится, если бы в тот злополучный вечер они с Лизой не пошли в ночной клуб. Но не всё тайное со временем становится явным, оно зарастает тиной мифов, вязнет в воспоминаниях и в конце концов просто растворяется в бытие.

Глава 1. Начало

Ах, иначе в былые года

Колдовала земля с небесами,

Дива дивные зрелись тогда,

Чуда чудные деялись сами…

«Змей» Николай Гумилев, 1915

Капля дождя змейкой-слезой стекала по автомобильному окну. Лиза высвободилась из объятий Матвея.

– Я не хочу ехать в Сочи. Два месяца стажировки пролетят быстро – уже к июню ты будешь здесь, и мы начнем готовиться к свадьбе, – уверенно улыбнулась она своему жениху.

Изящный бриллиантик на пальце словно подмигнул мерцанием в подтверждение её слов.

– Зайчонок, – он протянул ей конверт. – Надеюсь, что с этой открытой ты быстрее согласишься.

Девушка приоткрыла плотный картон, расписанный рекламными штампами: билет. Решение уже было принято.

Она и сама не могла объяснить, почему не хочет ехать в Сочи, город где между пальмами вечно гуляет 32 июля.

Когда мама категорично заявила, что надо брать открепительное на осень и ни в коем случае не пропускать «главную весну» в жизни, Лиза чуть не заорала. Она бы и заорала, если бы от шока не перехватило горло. Но мама стояла на своём: такого как Матвей, умного, перспективного и амбициозного и уже хорошо продвинувшегося в карьере, одного в город на Черном море отпускать нельзя. Местные дамы чайками на него налетят и в клетке запрут. Спорить с матерью было бесполезно. Она желала дочери лучшего, и было проще быть погребенной под этим щитом, чем противостоять ему. А уже когда брошенный на чашу весов билет, качнул перевес в сторону Матвея, Лизе осталось лишь молча собирать вещи в чемодан и слушать о том, кем ей приходится Катя, дальняя родственница, с которой мать договорилась, чтобы у неё пожила.

Но предчувствие ошибки не отпускало, как привязавшаяся мелодия, крутящаяся репитом на периферии сознания.

Машина, аэропорт, самолёт, такси – всё это Лиза видела, как в тумане. Только, когда подошла к катиной двери, словно очнулась. Простая железная дверь, в сердцевине поблескивал глазок. Звонок отозвался замысловатой мелодией. Лиза прислушалась к шагам, ничего не разобрала, и уже хотела нажать клавишу еще раз, но дверь неожиданно распахнулась. На пороге стояла миниатюрная, очень худенькая девушка-статуэтка: экстра-короткая стрижка, яркие огненно-рыжие волосы, слегка неестественного оттенка, бледная кожа. Одета она была в супер-короткие шорты и облегающий топик. На вид весила вряд ли больше 45 килограммов.

– Здравствуйте. Я – Лиза.

– Привет, проходи, – махнула Катя, словно они были хороши знакомы.

– Значит, всё ОК, доставили по адресу. Здравствуйте, Екатерина. И «не отходя от кассы», сразу прощаюсь. Лизочка, пока. До завтра, – торопливо улыбнулся, «клюнул» ее поцелуем Матвей и заспешил по лестнице, внизу ждало такси.

Катя не успела ему ответить, он уже сбежал на целый пролёт. Но её цепкий взгляд проводил спутника и словно сфотографировал его вслед. Приятный и правильный молодой человек. Ему бы пену для бритья рекламировать. Внутренне усмехнулась Катюшка, и посторонилась, пропуская гостью внутрь квартиры.

Лизавета последовала за хозяйкой. С первых же мгновений стало ясно, что она никогда ещё не была в подобных местах. Помещение было одновременно очень скромным, минималистичным, чуть ли не бедным, но очень стильным, а каждая вещь была оригинальной и находилась на своем месте.

Девушка оглядела «двушку» с просторной прихожей, спальней, гостиной и кухней. Спальня была самой заставленной: шкаф, комод, на поверхности которого громоздилась косметика и забавные статуэтки, кровать, застеленная покрывалом с этнической вышивкой, и стол с ноутбуком, перед которым, подобно посланцу с другой планеты, стояло огромное кожаное офисное кресло. Единственное, что объединяло его со всем пространством – круглая подушечка с замысловатым рисунком. По всей квартире разливался сладковато-пряный запах ароматических благовоний. Наверное впервые в жизни Лиза была в квартире, где не было телевизора, его функцию выполняло огромное полотно на стене: экзотическая индийская мандала. В зависимости от угла зрения она оборачивалась то густым лесом с заморскими птицами на ветках, то удивительным цветком с расходящимися лепестками и листьями. Смотреть на такую картину можно бесконечно, каждый раз находя новые сюжеты. В центре комнаты находился низкий японский диван. Лиза сразу поняла, что, несмотря на простоту, он очень удобный. Кроме дивана, тяжелых штор-«блэкаутов», низкого журнального столика и картины, в комнате больше ничего не было. Но она не казалось пустой, в атмосфере витала особенная энергетика, нечто невидимое глазу, но чувственное на интуитивном уровне.

– Спать можно на диване или возьмем у кого-нибудь раскладушку, – пояснила Катя. – Одежду повесь в шкаф в спальне. Не стесняйся. Еда в холодильнике – поешь, если голодная. Внизу, кстати, есть «Пятерочка».

– Спасибо. Я тебя не сильно стесняю? Мне так неудобно… Свалилась как снег.

– Не парься. Я верю, что вселенная отвечает нам. Я сделаю добро тебе, а кто-то – мне. Мы все взаимосвязаны, – засмеялась девушка. Но Лиза поняла, что Екатерина не шутит, и тема для неё более серьёзная. – Встречи не случайны. Вот увидишь, Лизок.

Екатерина облокотилась на подоконник и посмотрела на пустой двор. Лиза впервые смогла разглядеть татуировку у девушки между ключицами. Сначала ей показалось, что изображена ладонь. Но потом стало ясно, что это симметричное перо с многоуровневым флористическим сюжетом, в сердцевине был нарисован глаз. Поэтому, хотя Катя стояла спиной, у Лизы было стойкое ощущение, что гостеприимная хозяйка за ней наблюдает. Еще раз поблагодарив и извинившись, приехавшая направилась в ванну.

За окном на ветке сидел ворон. Его тёмный, жесткий, пристальный взгляд следил за девушками. Птица хлопнула крыльями, молча взлетела и скрылась в темноте. На него никто не обратил внимания.

Первые дни пролетели кадрами фоток в сториз инстаграмма: брызги моря, горячая галька на пляже, мидии в горшочке. Матвей целый день пропадал в офисе, а под вечер вырывался к любимой. Они гуляли, целовались, вдыхали ароматы глицинии. Вечером, сидя на берегу, в паре метров от вспенивающегося белыми хлопьями прибоя и любуясь оранжево-апельсиновым закатом Матвей укутал Лизу клетчатым пледом и обнимая в сто миллионный раз подумал, как сильно её любит. Он помнил, как увидел её первый раз с точностью до секунды. Они встретились в общей компании: его пригласил друг вместе отпраздновать Новый год. Он пришел первым и пока выставлял на прохладный подоконник бутылки игристого, в комнату впорхнула она вместе с подружками, втиснулась на диванчик, где уже было три человека. Ему был виден только её профиль: точеный нос, чувственный излом губ и яркие глаза, которые наполняли всё пространство вокруг себя энергией.

Матвею казалось, что в комнате кроме неё никого нет, и так хотелось прижаться к ней, обнять, поцеловать. Когда они впервые шли рядом, и её висок касался его плеча, то он проникся сознанием: они идеальная пара.

А чем больше он её узнавал, тем сильнее восхищался. Она была не только красивая и зажигательная, но по-настоящему добрая. Даже в несколько архаичном значение этого слова. Например, она вечно помогала каким-то одиноким старушкам, если шла в продуктовый магазин, то перед этим заскакивала к пожилым соседкам, чтобы узнать, что им купить. По выходным волонтерила в центре зоозащиты, чистя вольеры. А если уж проходила через детскую площадку во дворе, то детвора вихрем окружала её.

Как важно ему было не разрушить, не омрачить отношения, которые между ними сложились. Друзья предупреждали не бегать за ней. Мол, малолетка – много чести. Мать наставляла, что девушку нужно уважать. А отец… Отец был строгих правил. И одного движения его брови хватало, чтобы Матвей рядом с Лизой держал себя в руках. Её родители сразу приняли его с распростертыми объятиями, и он всегда расслаблялся в окружении их семьи. Но всё-таки обмануть их доверие было бы непорядочно. Да, и Лизок, такая самостоятельная и смелая, порой становилась отстраненной и недосягаемой. Он боялся, что она сбежит, ревновал ко всему миру. Но здесь на южном крае России они наконец-то были вдвоём. Только он и она. И уж он готов был ко всему, чтобы её удержать!

– Пора, – он коснулся губами её виска. – Завтра рано на тренинг. Кстати, на выходные я забронировал нам аппарты в Красной Поляне.

В подъезде Лиза услышала странные ритмы: они шли словно из недра земли, но при этом совершенно отчетливо раздавались с их, третьего, этажа. Она побоялась нажимать на звонок, чтобы не нарушить музыку, поэтому открыла дверь своим ключом и вошла. В прихожей была гора обуви. Лиза чуть не запнулась об неё в полумраке, потом пригляделась, поставила свои туфли в уголок и прошла. В условно «её» комнате повсюду сидела примерно дюжина человек, кто-то примостился даже на подоконнике, внимая звуку странного, чуть ли не магического инструмента. Он был круглый, похожий на барабан, с углублениями по всему диаметру:

– Это ханг, – шепнула, сидящая с края, Катя и подвинулась. Лиза удивилась её способности слышать, не заданный вопрос.

Она опустилась рядом на краешек подушки и прислушалась. Музыка уносила в другие миры. Никогда ни одна мелодия не оказывала на Лизу такого сильного действия. Она не могла смотреть на людей, даже музыканта: длинноволосого парня в смешных очках и выцветшей рубахе. Пестрая толпа хипстеров не имела к этим мистическим звукам никакого отношения. Лиза закрыла глаза и откинулась на спину. Её словно качало на волнах, она вновь видела красно-желтую морскую воду, подсвеченную лучами тонущего солнца. И чувствовала надежное плечо Матвея, который всегда поможет ей выплыть из любой пучины. На её пояснице вновь покоилась его ладонь…

Сосед слева слегка толкнул её плечом, Лиза обнаружила, что Катя совершенно незаметно пересела вглубь комнаты и разливает чай. Лиза, беря чашку, кивнула в знак благодарности и сделала глоток: терпкий вкус имбиря и незнакомой специи обжег изнутри. «Интересно, в какую сказку я попала» – промелькнуло в голове. И тут же в ответ прилетело мамино любимое выражение: такая большая, а в сказки веришь. К имбирю примешивался дурманящий запах лимона и сандала, в сознание вновь возник образ Матвея, его вечно слегка насмешливая улыбка, которую Лизавета уже давно раскусила: это была защита от внутренних тревог и страхов. Его неизменный оптимизм и уверенность в себя в её глазах были самыми ценными качествами. Вот бы Матвей был здесь, ему бы понравилось! Но тут же забыла о любимом: время растворилось, секунд, минут, часов не существовало. Был только: баммм-ммм-боммм-ммм, звучащий то ли из глубины земли, то ли из чрева человека…

В какой-то момент ей показалось, что она слышит шелест птичьих крыльев, бьющих по лицу. Девушка не могла разобрать: они хотят укрыть от чего-то или разорвать на части. Да это уже совсем галлюцинация! Лиза открыла глаза: облокотившись плечом на дверной косяк стоял мужчина и слегка нависая над ней пристально разглядывал. У него была внешность человека, который привык производить впечатление и не особо заботился о чужом мнение. Высокий, статный, с аристократичным профилем он гарантировано выделялся в любой компании. А изгиб его улыбки словно хранил отпечаток всех бесстныдных поцелуев, которые были в его жизни. Его спокойный, внимательный взгляд был прикован к ней. Лиза глянула в ответ, смущенно улыбнулась и кивнула. Мужчина не отреагировал и глаз не отвёл. Такое бесцеремонное рассматривание вполне тянуло на хамство. Но разрушать атмосферу Лиза не решилась, поэтому попыталась отвлечься. Незнакомец её очевидный дискомфорт словно не замечал. Лиза вновь попыталась сконцентрироваться на музыке, но у неё никак не получалось. По спине бежали миллионы мурашек и острыми иголками тыкали в кожу. Она уже начала думать, как ей вежливо попросить его не смотреть, как вдруг в ухе раздался отчетливый шепот: «Принеси мне воды». Лиза чуть не вскинулась от неожиданности и наглости: а «пожалуйста» где? Но тут же осеклась, понимая, насколько детсадовскую сцену устроит посреди вечеринки.

Она решила, что проще уступить наглецу и отделаться от него. Встала, их тела оказались так близко, что она невольно коснулась его грудью. Он так не отводил взгляд. На мгновение их глаза встретились, и Лиза собрала всю волю в кулак, чтобы не глянуть вниз. Намагниченная яростью вбежала в кухню, схватила стакан и наполнила его водой из-под крана. Привычный звук напора проточной воды слегка успокоил и привел в чувство. Что уж так распсиховалась. Мало ли, не умеет человек себя вести, что в этом такого уж неожиданного. Она сама выпила воду и набрала стакан ещё раз.

Когда Лиза вернулась в комнату, незнакомца в проёме не было. Она обвела взглядом пространство, чтобы спросить, куда он делся, но поняла, что никто её не услышит.

– Кому воды? – прошептала Лиза, чувствуя себя полной дурой.

Музыка закончилась, кто-то начал спорить, что очищает чакры лучше ретрит на Алтае или аюверд-трип на Бали. Лиза вдруг почувствовала себя очень утомленной, и пожалела, что у неё нет здесь своей комнаты, где можно было бы укрыться. Но толпа растаяла быстрее, чем могло показаться сначала. За пятнадцать минут почти все, не особо прощаясь, разошлись. Лиза приняла душ, и когда вошла в комнату поняла, что остались только те самые спорящие парни и музыкант, который укладывал свой волшебный инструмент в кофр. Катя помогла постелить, и уже через мгновение Лиза осталась одна. Голоса на кухне не стихали, но совершенно её не тревожили. Стоило задернуть шторы, но не было сил вставать, да и лунный свет живописными бликами растекался по полу. Какой невероятный день…

Именно с такой мыслью она проснулась. Комната была окутаны густым мраком. «Интересно, почему не светит фонарь?» На цыпочках, стараясь не шуметь, Лиза вышла в коридор. Дверь в катину комнату была открыта, и оттуда доносились характерные звуки. На кровати в замысловатой позе переплелись два тела. Смущение и томление овладели Лизой. Она, надеясь, что её никто не заметил, вернулась в свою постель.

Утром она застала Катю, сидящей на полу, с соединенными ступнями. Ночного гостя в доме уже не было.

– Это поза бабочки. Я всегда заканчиваю ею утренние асаны. Ты любишь йогу?

– Нет. Я хожу на танцевальную аэробику, – ответила Лиза. – Это так тонизируют.

– Энергия черпается в точке покоя.

– Наверное ты права. Пойдем сегодня ужинать с нами, – познакомишься с Матвеем. Мы завтра в Красную поляну хотим поехать.

– ОК. Тебя вчера не сильно шокировала музыка?

– Ты что? Наоборот! Это был так круто. А ты не знаешь, что за мужчина в конце вечера пришёл, возле меня стоял, а потом исчез.

– Не знаю. Не обратила внимания. Ты смотри, пожалуюсь Матвею, что ты на незнакомцев заглядываешься!

– Да, нет. Он неприятный, и почему-то быстро ушел. Попросил воды, а когда я принесла, то словно растворился…

– Может заходил за кем-то, – пожала плечами Катя. – Давай, до вечера. Созвонимся насчет совместного ужина.

Она молниеносно переоделась, собрала ноутбук и убежала в офис. Лиза села за учебники. Летом или осенью, а сдавать экзамены всё равно придется.

Глава 2. Познание и искушение

Кто ты, он или она,

Мой сообщник ли таинственный,

Мне сестра, или жена,

Враг ли мой, иль друг единственный,—

Я не знаю, но люблю

С вечной нежностью напрасною

Душу темную твою,

Душу темную и ясную.

Дмитрий Мережковский, 1904

Вечером они сидели в уютном ресторанчике в самом центре Сочи. Звучала тихая музыка. Матвей смешно изображал спикеров с тренингов. Он быстро нашёл общей язык с Катей, было видно, что они друг другу понравились. В музыке их вкусы диаметрально разошлись. Матвей любил рок новой волны и не понимал катин этно-фолк, который больше напоминал заклинания шаманов, на канувшем в лету языке.. Зато в кино у них нашлось множество точек соприкосновения. Лиза еле успевала следить за тем, как они жонглировали именами модных режиссеров: Иньяриту, Карвай, Альмодовар. Она, конечно, тоже смотрела их фильмы, но ей требовалось время, чтобы «подгрузить нужный файл в памяти». В конце культурной дискуссии молодые люди единодушно сошлись в том, что «Шантарам» – лучшая книга современности.

После ужина немного прогулялись по теплым улицам. Сочи был словно сдавленная пружина накануне сезона, готовая распрямиться круглосуточными гуляниями, суетой рыночков с домашним вином и чурчхеллой, раскатистыми голосами зазывал. Дома Катя сказала:

– Классный у тебя Матвей. Повезло. Умный и надежный.

– Ой, он порой такой скучный. И всегда знает, что лучше, – капризно заявила Лиза. Ей льстило, что старшая подруга отдавала должное её парню, но стремление к противоречию заставляло обесценить слова.

– Ну, а что делать, если действительно знает? – засмеялась рыжик, ложась спать.

Лизина инфантильность забавляла её. Да, девушка в 19 и 25 лет – это два разных человека.

Вместо будильника Лизу разбудил телефонный звонок:

– Я выезжаю, буду через пятнадцать минут!

– Спущусь, – ласкова проворковала Лиза, подумав, что собирается замуж за робота: «Он вообще когда-нибудь отдыхает».

Но уже через четверть часа, забыла о том, что не выспалась: у подъезда стоял ярко-красный кабриолет Porsche.

– Карета подана, – их губы вспорхнули в поцелуе, она рукой обвила его за шею.

Ветер трепал волосы. Восхищенная Лиза камерой телефона выхватывала открыточные виды: складки изумрудных гор, белыми шапками уходящих в облака, бескрайнюю синеву неба, крутые склоны со сверкающими у подножия речками. Пейзаж, написанный гением!

Иногда Матвей клал свою ладонь на лизину, она сжимала его пальцы. Его девушка отвечала взаимностью, а значит весь мир открыт перед ними. Она знала, что рядом с ней лучший из мужчин. Слова были излишни. Рука сжимала трубку, вибрирующую лайками. Ей хотелось делиться своей радостью со всем миром. Только почему постоянно возвращался в памяти терпкий запах сандала и лимона?

Через несколько часов ребята поднялись на Черную Пирамиду: окружающий простор завораживал – счастье и свобода, выкованные в камнях. Лиза инстинктивно оперлась на плечо жениха:

–Давай взмахнем руками и взлетим! – раздался мужской голос.

– А если разобьемся? – Лиза подняла глаза на возлюбленного.

– Мы же будем вместе, – заверил её Матвей.

Затем канатная дорога привезла их к кристально-прозрачному водопаду, брызги которого, разбиваясь о дно ущелья, взлетали миллионами капель, на мгновения зависая в воздухе. Матвей притянул идущую впереди Лизу к себе, они целовались, не замечая других туристов.

– Темнеет, – будто признаваясь в чем-то важном, прошептала Лиза.

– Пора, – согласился с ней спутник.

Улицы Красной Поляны были заставлены кукольными домиками словно заброшенными в сердцевину Кавказских гор прихотливым смерчем из сказки про Элли и Тотошку, в одном из таких проулков затесались и их апартаменты. У Лизы свело живот от предвкушения и тревоги, та красная линия, возле которой они замерли, должна была разверзнуться пропастью. Девушке предстояло нырнуть в бездну страсти, Матвей чиркнул по замочной скважине ключом. Комната распахулась гостевой свежестью и белизной. Стильная безликость, универсальность форм, отвечающих всем вкусам сразу, не размыкая объятий мужчина потянул Лизу к кровати. И тут же взял тайм-аут:

– Выпьем, – игриво блеснули пузырьки шампанского, почему-то напоминая Лизе о каплях водопада.

Она глотнула прохладное вино, комната поплыла изгибаясь в причудливом танце, кровать распахнула ей свои объятия. Матвей не успел поймать, рухнувшую на белое покрывало невесту.

Когда Лизавета открыла глаза, над ней склонялись бледный Матвей и женщина в костюме врача скорой помощи.

–Она пришла в себя!

– Что случилось?

– Девушка, вы перепили и потеряли сознание.

Лиза даже не поняла, что шокировала её больше: то, что она впала в алкогольное опьянение буквально после одного глотка спиртного, или, что упала в обморок на ровном месте!

– Она практически не пила. Всего один или два глотка, – вступился за любимую Матвей. – Возможно, это от смены атмосферного давления. Мы впервые в горах.

– Всякое может быть, – недоверчиво проворчала дама. – В любом случае будьте аккуратны.

Врач убедилась, что девушка вроде бы оклемалась, еще раз посчитала пульс, и, решив, что всё вроде бы под контролем, удалилась.

– Как я испугался, – Матвей провел ладонью по волосам суженой.

– Наверное, это от переизбытка чувств.

Дурман вроде бы отпускал, но сказать, что полностью понимает, что происходит, она не могла. Медленно встав и держась за стену, она отправилась в ванную. Из зеркала на Елизавету смотрело бледное, испуганное отражение. Надо отдохнуть! Ребята решили, что лучшим вариантом, чтобы полностью восстановиться, будет посмотреть романтический фильм. Лиза уснула, не дождавшись развязки. Матвей аккуратно укрыл любимую одеялом. Как же она его испугала! Всё ещё будет, главное, чтобы с ней всё было хорошо! Он выключил ноутбук и обнял её как брат.

***

В ближайшую неделю Матвей был по уши загружен на семинарах. Кроме насыщенной программы курса, накидали кучу работы из офиса. Поэтому вечерами он не успевал вырываться из кипы таблиц и отчетов. Наступили именно те дни, которых Лизавета так боялась. Но, к своему удивлению, она совсем не скучала. Катя привлекала её к йоге по утрам, днем гуляла по пляжу, жара еще не пришла, и было комфортно. По вечерам училась. В один из дней Катя предложила сходить к знакомой, которая проводит сеансы игры в лилу. Это древняя ведическая игра, помогающая узнать себя и своё предназначение. Сначала Лиза отнеслась к приглашению со скепсисом, внутренне опасаясь узнать будущее, но потом заинтересовалась. Пригодится же знать, в чём твоя миссия или секрет личного счастья. Высокая, сухая девушка-проводник со светло-серыми волосами цвета пепла долго смотрела на Лизу:

– Попробуй, может быть получится, – невнятно заметила она. И туман в её глазах сгустился. – Нужно положить на стол какую-то свою вещь.

Лизина тревога уже совсем развеялась: это всего лишь игра, где нужно бросать кубик и двигать фишки. Она играла в подобную в детстве, еще не зная, что это упрощенная версия многовекового ритуала, помогающего познать бытие. Лиза сняла подаренное Матвеем кольцо, положила перед проводником-ведущей, и, загадав свой вопрос, бросила кубик. Кость покатилась, но как мячик отскочила от поверхности и закатилась под кресло. Лиза с удивлением подняла глаза на проводника. Та нагнулась, достала кость и подала снова. Опять бросок – фигурка вновь рикошетит от стола.

– Да, что же такое? – Катя засмеялась. Но её смех разбился о молчание ведущей.

Третья попытка, и кубик снова падает с поля.

– Это плохой знак. Тебе следует вернуться, когда ты разберешься в себе. И, кстати, это вещь не твоя.

– Как это не моя? Мне это жених подарил.

– Ну, тебе виднее, – периегет лилы стала быстро собирать поле и фишки, её руки дрожали.

Пришла катина очередь, но она решила, что настроение уже не то, да и вообще лила – долгий процесс, а ей пришло срочное письмо с поправками в техническом задание. Нужно было работать. Они допили чай, поговорив на общие темы. И девушки отправились домой.

– Аннушка сегодня какая-то странная была. Обычно она более приветливая. Может, случилось что, – с тревогой размышляла Катя.

– Да нормальная. Может быть, расстроилась, что игра не удалась. А ты вообще веришь во всё это?

– Во что именно?

– Ну, вот в это всё: тонкие материи, высшую силу, магию.

– Если мы чего-то не видим, то не значит, что этого не существует. Вот свою печень или Америку, мы же тоже не видим, а они есть.

– Ну, это не одно и то же. Одно дело органы, их патологоанатомы видели, – рассмеялась Лиза.

– Некоторые люди и без скальпеля как патологоанатомы.

Катя была права, хотя не видела, как Анна после их ухода долго окуривала свою квартиру, потом распахнула окна, чтобы весь дым благовоний вышел. В ту ночь она проснулась от сдавленного крика, ей приснилась женщина, бьющаяся в темноте, она пыталась что-то сказать, но никто её не слышал. Утром проводник лилы хотела нарисовать портрет женщины из сна, но не смогла вспомнить её черты.

***

После сорвавшегося сеанса трансформирующей игры, Лиза никак не могла сбросить с себя тягучее, тянущее ощущение тревоги, будто кто-то постоянно наблюдал и оценивал её. Матвею никак не удавалось вывести её из этого оцепенения.

– Может потанцуем? Мы с друзьями в клуб идем, давайте с нами!

Лизу не нужно было упрашивать дважды. Музыка врывающаяся в сознание, пузырьками забирающаяся под кожу – это была её стихия. Она взглянула на Матвея:

– Собирайся, если хочешь.

Сам он танцевать не любил, но за изгибающейся на танцполе в неоновом свете прожекторов Лизой мог наблюдать бесконечно. Джинсы, топ с пайетками, волосы, собранные в высокий хвост – уже через чертверть часа Лиза была готова.

– Ничего себе спринтерская скорость, – рассмеялась Катя, как всегда натянувшая расклешенную тунику-балахон и кеды.

Кое-как воткнув машину на заставленную парковку, ребята нырнули в темное, бьющее ритмами чрево ночного клуба. Тяжелая стеклянная дверь-вертушка с несвойственным ей скрипом лязгнула им вслед, останавливая следующих посетителей. Фейс-контроль не дремлет. Катя, подхватив Лизу, сразу устремилась на танц-пол полностью отдаваясь треку. Матвей взял напитки в баре и сел в зале на место, откуда ему хорошо было видно двигающихся девушек.

Прямой бит модного хита отключил рецепторы, Лиза растворялась в мелодии, её танец подчинялся заложенным инстинктам. В эти мгновения толпа исчезала. Оставалась только она и мелодия. Лиза выдохнула. Рядом кто-то был. Он не просто танцевал рядом. Он смотрел в самую душу, залезая в подкорку. Резкий, терпкий, чувственный запах сандала и лимона выдернул её из забытья. Девушка распахнула глаза. Тот самый брюнет очень близко, практически касаясь её лба своим подбородком двигался рядом. Она посмотрела ему прямо в глаза. Его ровный внимательный взгляд обжег её. Девушка отпрянула.

– Не бойся меня, – его шепот коснулся её уха, он наклонился и провел языком по её шее.

Миллиона мурашек фейрвекром пробежали по её спине.

Танцующая рядом Катя ничего не замечала. Их вообще будто никто не видел. Они исчезли со всех радаров. Мужчина обвил девушку руками, притянул к себе. Она услышала ритмичные удары его сердца диссонирующие с вибрациями танцпола.

– Я не боюсь, – она дерзко вскинулась.

– Лиза, ты обманываешь. Я знаю. Не обманывай меня. Кстати, я – Влад.

Он разжал ладони, Лиза выпала из его рук, чувствуя предательскую дрожь во всем теле. Ноги слегка подкашивались. От мужчины исходило невероятное обаяние. Его лаконизм раздражал, но и возбуждал её. «Да, что со мной такое», – пронеслось в голове.

– Еще увидимся, – почти прошептал он ей в самое лицо, и, не спрашивая, поцеловал её в губы коротким, сухим поцелуем.

Лиза отшатнулась. Хотела оттолкнуть или даже ударить по щеке наглеца. Но его рядом уже не было. Его способностью растворяться можно было только позавидовать! Только бы Матвей не видел!

Она бегом ринулась в бар, и буквально налетела на своего спутника.

– Ты куда, – поймал он её в объятия.

– Тебя ищу!

– Да я с тебя глаз не спускал, ты как всегда лучше всех танцуешь!

Лиза удивилась, что он ничего не сказал про навязчивого мужчину, словно не заметил его. Она решила не раскручивать историю, чтобы избежать лишних конфликтов. Ведь она ничего не сделала! Почему же тогда столь сильно чувствует себя предательницей?

В баре она расслабилась и выпила два коктейля подряд.

– Ничего себе, у тебя сегодня аппетиты!

Лиза чувствовала себя одновременно растерянной и наэлектризованной. В ней проснулась дерзость, желание сделать что-то, бросить вызов «хорошей девочки» внутри себя. Она резко встала, подошла к Матвею, обняла за шею и опустилась к нему на колено. Её губы словно разрывали его:

– Я хочу тебя, я не могу без тебя. Возьми меня, здесь и сейчас, – на выдохе скороговоркой выговорила она.

Неистовые проявления страсти не были лизиной фирменной чертой. Поэтому ее внезапная откровенность будило в нем первозданный инстинкт. Рациональный Матвей утрачивал себя, осознание, что Лиза выбрала его и доверяет ему, давало карт-бланш. Он не хотел больше сдерживать лавину, которая бушевала между ними.

Они взяли еще по-коктейлю:

– Секс на пляже, – выразительно, сощурив глаза, сказала Лиза. Матвей не узнавал свою невесту.

Она пила яркое содержимое, волнующе посасывая трубочку, и извивалась всем телом.

– Коктейль холодный, а ночь будет жаркой, – обещала она! И сама удивлялась, что говорит это!

Обнимаясь, они вышли на улицу, Матвей раздумывал, как можно быстро снять гостиничный номер, глазами искал такси. Катя заметила их первая:

– Вы уже натанцевались?

– Да, хорошего помаленьку, – выдохнула Лиза и, прижимаясь бедром к жениху, подмигнула. – Меня сегодня не жди!

– Тебе повезло! Я сегодня тоже не собираюсь быть одна. Квартира ваша, касатики, – пообещала Катя и села в машину к кому-то рослому, рыжему парню, махнув рукой на прощание.

Ребята сели в первый подъехавший автомобиль:

– Свободно?

– Да.

Они назвали адрес, и водитель нажал газ. Никто из них не заметил темнеющего в густой ночи пятном на ветке черного ворона. Птица смотрела вслед гаснущим фарам и довольно улыбалась.

Матвей и Лиза не переставали целоваться в такси, будто она двигалась на автопилоте, совершенно игнорируя притихшего за рулём человека. Сунув деньги, не стали дожидаться сдачи. Торопливо вбежали по лестнице к двери, на ощупь открыли её – лампочки опять перегорели. Лиза прижималась к Матвею, словно боялась опоздать, не успеть отдаться ему. Она судорожно расстегивала его рубашку, на ходу стягивая с себя майку. Матвей снимал с девушки джинсы, не обращая внимания на бельё, торопливо ласкал её кожу. Его занимал жар, идущий от неё. Они опустились на диван:

– Ты – моё счастье, моя любовь, я всегда буду с тобой, – его поцелуи сбивались на покусывания, он до боли сжимал плечи, спину Лизы.

Со стороны прелюдия напоминала борьбу, но это была сладостная битва, кто больше доставит удовольствия партнеру. Каждому хотелось заставить другого стонать от наслаждения. Лиза не успевала отвечать на его признания. Её душили эмоции, голова шла кругом. Сила, которая крутила её весь этот вечер, вдруг вихрем поднялась из глубины её организма. Она на мгновение отстранилась от Матвея, попыталась глубоко вздохнуть. Осознала, что больше не управляет собой, её согнуло и стошнило.

– Прости.

Романтическое настроение испарилось. Слезы градом хлынули из глаз. Девушке резко стало стыдно и гадко. Она вскочила и убежала в ванную комнату. Через некоторое время Матвей набрался храбрости и постучал.

– Ты в порядке? Может быть, нужна помощь?

– Уйди.

– Не волнуйся. С каждым бывает. Я сейчас сделаю тебе чай.

Лиза не отвечала. Как она могла взглянуть ему в глаза, после того, как испортила столь чувственный вечер.

Парень прислонился к стене, ждал, пока Лиза успокоится. Тонкая перегородка вдруг стала Эверестом, который разделял их. Он еще раз постучал. Матвей вздохнул, аккуратно прикрыл входную дверь и спустился на улицу. Что он сделал не так? Её напугал его напор? Но ведь она первая проявила инициативу? Он пошел пешком, намереваясь развеяться и перевести дух. Предчувствие чего-то непоправимого наваливалось на него с опустошающей силой.

Глава 3. Пробуждение

Жизнь – это очень короткое время между двумя вечностями.

Томас Карлейль

Лиза в очередной раз сбросила вызов Матвея. Он звонил уже пятый раз за утро. Она не хотела отвечать. Не знала, что ему сказать. Вроде бы каждый человек может отравиться. Но ей было неловко за своё поведение. Сначала навязывалась, как какая-то гулящая, а потом набралась коктейлями! Какой позор! Опять звонок. Мама. Она отделалась несколькими вежливыми фразами, передала привет папе и вновь откинулась на подушку.

– Что же делать? – спросила она сама у себя вслух.

В воображение возник образ Влада. Он улыбался со своим обычным лукавым прищуром. Она взметнула тёмной головой, а этот еще откуда взялся? Она даже не говорила с ним ни разу! Но пальцы покалывало, а щеки горели. Лиза понимала, что думает о новом знакомом. И эти мысли неподконтрольные её воле.

– Доброе утро. Матвей, еще здесь? – крикнула Катя из коридора.

Лиза чуть не ляпнула «какой Матвей», но тут же одернула себя:

– Нет. Он еще вчера ушёл.

– Вот ты жестокая! В темную ночь мужчину выгнала.

– Он сам ушел.

– Сам? Что случилось? Ну, рассказывай, – потянула она, падая на диван в ногах Лизы.

– Я отравилась, мне стало плохо, попросила его уйти. Он ушёл.

– Вот невезуха! Так ты опять всё ещё «девочка» у нас?

– Что за бестактность! – Лиза ткнулась лицом в подушку.

– Ох, бедный-бедный Матвейка!

Опять раздалась трель телефона. Матвей легок на помине. Объяснить Катя, почему она не берет трубку Лиза не могла:

– Алло.

– Привет. Ты как?

– Вроде нормально. Только проснулась.

– Как себя чувствуешь?

– Еще не поняла.

Лиза отвечала односложно. Катя закатила глаза и вышла из комнаты.

– Может пообедаем вместе?

Отказываться было бы очень нелогично, Лиза глянула на кольцо:

– Да. Давай.

Они договорились на два часа дня. В последний момент Лиза сказала, что наверное возьмет с собой Катю. Она не хотела быть одна в обществе Матвея. Совсем нечего было ему сказать. Чувство растерянности и обмана не отпускало.

– Да, конечно, приходи с Катькой. Целую, любимая.

Лиза торопливо отключилась, понадеявшись, что это выглядело естественно, и Матвей подумает, что она успела нажать отбой до того, как услышала его слова. Её губы были просто не в состояние выговорить ответное признание.

За обедом говорили в основном Катя и Матвей, Лиза в основном молчала.

– Ты что такая смирная?

– Давление.

– Ага, ириски порченные были. Надо меньше пить и больше есть.

– Кто бы говорил, – Лиза отвернулась в окно. Там никого не было.

– Добрый день. Можно к вам присесть? – знакомый властный голос вернул её из состояние оцепенения.

– О, Влад! Миллион лет не видела, – Катя радостно поприветствовала подошедшего.

Лиза смотрела на них смятенно. Ей не хватало воздуха.

– Ребята, познакомьтесь: это Влад. Он преподавал у нас в университете, на соседней кафедре. А еще – говорят – умеет разговаривать с духами.

– С духами, – у Матвея изогнулись брови, – и сколько для этого нужно выпить? Я – Матвей. – Он пожал мужчине руку, и показал на Лизу, – Лиза – моя невеста.

– Красивая.

Его прямолинейность всех обескуражила, чтобы сгладить неловкость Екатерина пересела к окну, уступая ему своё место.

– Что касаемо вашего вопроса. Чтобы говорить с духами, алкоголь не нужен. Нужен канал связи. Но я ними не разговариваю. Катерина путает. У меня другие интересы.

– Тоже магические? – ухмыльнулся Матвей.

– Я доктор филологических наук. Поэтому да.

– Но какое отношение слова имеют к магии? – не сдавался Матвей. – Это же просто точки, запятая, ЖИ и ШИ пиши с И.

– Вы не правильно понимаете мою профессию, – терпеливо пояснил Влад, со свойственным ему хладнокровием не замечая ёрничанья Матвея. – Я не учитель младших классов. Я не учу детей элементарной орфографии. Я изучаю природу языка и речи. Слова – это форма. Их изобрели люди, чтобы называть вещи и явления. Запечатав в них не сами вещи или существ, а их образ. Магия – это материя, разлитая в пространстве. Вы не можете её потрогать или положить в карман. Но можете её запечатлеть. Например, в словах. Так что суть слов и есть магия.

– Как сложно. То есть если я скажу: «котлета в тарелке», то она там и появиться?

– Да. Если рядом будет проходить официант.

Все засмеялись. Разговор, казалось, был исчерпан. И Катя начала рассказывать о каком-то омолаживающем источнике в Дагестане, богатом минералами и способствующим обновлению кожи. Матвей слегка подтрунивал, что это уже из сказки про мертвую и живую воду. Катя объясняла, что ученые доказали, что химический состав воды из этого ключа действительно обладает уникальными свойствами. Некоторые говорят, что он даже псориаз лечит.

Влад молчал, слушая эти около медицинские экзерсисы. Лиза пыталась вставлять комментарии в общий разговор, но у неё это все время выходило невпопад. Она чувствовала что вот-вот расплачется. Но никак не могла понять источник своего дискомфорта. Влад почти не смотрел на неё. Он переводил блуждающий взгляд с Матвей на Катю, любовался едой в тарелке, изредка вставлял реплики. Она и радовалась этому и злилась. Не могла взглянуть на него прямо. Зачем он вообще сел с ними! С таким же успехом можно было и за другим столом бифштекс с салатом разглядывать! Хорошо, что окружающие – казалось – не замечали её нервного состояния. В итоге, когда Катя первая предложила рассчитаться и прогуляться, Лиза чуть не кинулась к ней на шею от радости. Все согласились. Компания вышла на улицу. Матвей взял её за руку. Влад шёл рядом с Катей, слушая вполуха её болтовню. На перекрестке он попрощался со всеми, пожал Матвею руку. И не оборачиваясь пошел в противоположном направление.

– Странный мужик, – заметил Матвей.

– Да, он необычный. Но многим нравится, он эрудированный, и с ним интересно поговорить.

– А мне он не нравится. Много о себе думает, такой напыщенный Фанфан-Тюльпан, – тихо заметила Лиза. – Это раздражает.

Ребята заговорили о чем-то другом. Лиза украдкой пару раз обернулась. Но Влад, конечно, же их не преследовал.

В Сочи дождь часто неожиданно обрушивается на землю. Будто где-то была спрятана кадка с водой, и кто-то невидимый её, шутя, перевернул. Вот только упали первые тяжелые капли, и уже за следующие несколько мгновений, не успев укрыться, ребята промокли насквозь. От ливня им стало даже весело, они, смеясь, добежали до дома. Обнаружили, что в квартире нет света:

– Видимо, от бури где-то на станции выбило автоматы, – пояснила Катя. – У нас здесь это частая история.

Они по очереди при свете фонарика приняли душ. Поставили кастрюльку на газовую плиту, нагрели воды, Катя зажгла свечи и благовония, приготовила свой любимый ароматный зеленый чай с имбирем.

– Как здорово, что вы приехали! – разоткровенничалась Катя.

Они смотрели на подрагивающее пламя огня и вспоминали истории из детства. Было уютно и спокойно. Лиза, подумала, что её убаюкивает словно в колыбели. Она прислонилась к Матвею и прикрыла глаза. На секунду ей показалось, что её поддерживает не жених, а Влад. Она поймала себя на ощущение, что ей это даже нравится, захотелось губами прикоснуться к его плечу, окунуться в аромат сандала и лимона и очнулась. В реальности её встретила добрая и открытая улыбка любимого.

– Спать хочешь? Да и мне уже пора, – он засобирался к себе.

Катя закрыла дверь, вернулась в кухню, начала мыть чашки. Лиза сидела как сомнамбула:

– А ты хорошо знаешь Влада?

– Да, нет. Он перевелся к нам из Питера несколько лет назад, я тогда еще училась. У него совершенно бомбические лекции по истории языка, этимологию, происхождению слов. Когда он рассказывает о том, что знает, то это круче, чем кино! В него, конечно, все наши девчонки сразу повлюблялись. Но – говорят – что он очень разборчив. Якобы он пережил большое горе. Жена умерла от тяжелой болезни. Вот лечась от тоски, вдовец и переехал к нам, на солнышко.

– И много у него здесь романов было?

– Слушай. Да я вообще не слышала, чтобы он с кем-то здесь долго встречался. Так случайные свидания. Он – вольная птица с раненым сердцем.

– Ну, ясно… А он правда маг?

– Да, не знаю. Я на самом деле на его спирит-сеансах не была. Но говорят, что он увлекается древне-славянскими заговорами. Вроде бы у него даже тема докторской диссертации была связана с мифологическими ритуалами и обрядами. А ты, почему спрашиваешь? Он же тебе не понравился?

– Нет. Я же сказала, что он мне совсем не понравился. Просто так спросила. Спокойной ночи.

Лиза наклонилась и задула свечу. В какой-то миг почудилось, что свеча погасла буквально за миг до того, как дыхание девушки коснулось пламени.

Утром Катя схватила чай и укрылась в своей комнате:

– Прости, срочный заказ. Я сегодня работаю из дома. Но представь, что меня здесь нет, – обронила она, закрывая дверь.

Лиза позавтракала одна, листая ленту соцсетей, и, решив отложить гранит науки на вечер, отправилась на пляж. Солнце светило совсем по-летнему. Она прихватила небольшой пледик, книгу, полотенце. На «Ривьере» было уже много народа. Елизавете удалось найти свободный уголок возле самой воды. Она легла расстелила покрывальце на гальке и углубилась в чтение.

– Доброе утро, Елизавета.

Она изо всех сил пыталась не радоваться, но ей не удалось. Она подняла глаза и улыбнулась Владу.

– Здравствуй, как ты узнал, что я здесь?

– По зову сердца, – то ли шутя, то ли совершенно серьезно ответил он. – Можно?

Ничего не отвечая, она подвинулась как бы уступая ему часть пространства на пледе.

Он опустился прямо на камни, беззастенчиво касаясь её плеча своей рукой:

– Нравится Сочи?

– Конечно.

– Так оставайся.

– Как у Матвея закончится стажировка, мы поедим домой. У меня же там родители, универ…

– Ммм. Ты любишь его?

– Что? Универ?

– Матвея! – откровенно заржал Влад.

– Конечно. Он же мой жених.

– И что из этого первопричина?

– В смысле?

– Ну, ты любишь его, потому что он твой жених, или он твой жених, потому что ты его любишь?

– Это все одновременно!

– Ммм, – задумчиво протянул он, и ей показалось, что она никогда в жизни не слышала ничего более эротичного, низ живота, сокрытый бикини, отозвался волнующим покалыванием.

Влад задумчиво перевел взгляд на линию горизонта. Лиза впервые могла внимательно рассмотреть его. Высокий, точно больше двух метров, стройный, подтянутый, широкоплечий, у него было очень необычное лицо: тонкие, изящные черты, ровный нос, идеальная линия бровей, темно-малиновые элегантные губы и сосредоточенный взгляд. Безусловно, он один из самых красивых мужчин, которых Лиза встречала в жизни. Но вся его внешность настораживала. Было видно, что он прекрасно отдаёт себе отчёт, какое впечатление производит и наслаждается им. Это отталкивало. Но при этом хотелось пробить броню самонадеянности.

– Ты мне нравишься. Я приглашаю тебя сегодня на свидание. Одну. Без Кати и Матвея. Ты – большая девочка. Можешь сходить сама.

– Но, Матвею это может быть неприятно.

Лиза сама удивилась, что вместо того, чтобы отказаться, начала дискутировать. Влад наклонился к самому её уху, провел языком по мочке и мало различимым шепотом произнес:

– А мы ему не скажем.

Резко выпрямился, стянул майку, джинсы и широким шагом вбежал в воду. Лизу бросило в холод, хотя не она окунулась в еще плохо прогретую воду. Что он себе позволяет! Но она уже знала, что придёт!

Влад вышел, присел, чтобы обсохнуть и, как ни в чем не бывало, начал рассказывать о происхождение названий местных поселков. Лиза его не слушала. Точнее она слышала, но не запоминала, что он говорит. Его слова сливались с прибоем. Ей до безумства хотелось, чтобы он снова поцеловал её за ухом, она даже слегка пододвинула бедро, чтобы касаться его ноги. Его сухая, нагревшаяся на солнце, кожа касалась её. И место этого касания будто жгло льдом, а внутри разгорался огонь страсти. «Что со мной происходит», – думала Лиза.

***

Матвей заметил, что после отравления в клубе Лиза была сама не своя, молчаливая и рассеянная. Списав это на тоску по дому и смоленским подружкам, он решил, что нужно постараться сыграть свадьбу этим летом. А что тянуть? Осенью можно и в романтическое путешествие отправиться! Никакой банальной Турции. Они заслуживают чего-то действительно роскошного. Если удасться получить премию по итогам квартала, то можно замахнуться на Мальдивы. Или намекнуть, чтобы родители подарили… Его малышке будет к лицу кристально-бирюзовая вода и белоснежные пляжи! Всё-таки какая Лизка красивая, даже этот хлыщ, Влад, на неё заглядывается. То же мне волшебная шляпа!

Матвей с детства верил, что все его желания исполнятся – стоит лишь протянуть руку и взять желаемое. Когда сверстники сразу после ВУЗа ломанулись в Москву, он решил, что лучше возделывать собственную делянку. И вот он уже на пути к управлению филиала, а они так и застряли на должностях младших и средних менеджеров в корпорациях.

***

Влад возвращался с пляжа довольным. Кажется, он нашел ту самую. Юная, сочная, в ней столько жизни и страсти. Одна спичка и – заполыхает! Как давно он искал идеальную девушку для реализации своего замысла. Давно следовало догадаться, что искать нужно не в темных закоулках Санкт-Петербурга, чьи древние маги давно уже выпили всю сладкую истому, оставив лишь бледную интеллигенцию. Эти пустые, серые оболочки! Нет, именно здесь, на солнце расцветают самые желанные цветы! Смешной мальчик-жених вовсе не был ему преградой. Даже, наоборот, своим присутствием добавлял перчика. Чем больше эмоций будет бушевать в душе девушки, тем лучше! Пусть она сомневается, ненавидит, боится – это то, что ему необходимо!

***

Он ждал её с букетом белых роз. Лиза не стала говорить Кате куда идёт, потому что подговаривать последнюю скрывать что-то от Матвея, было неэтично, а объяснить, зачем она идёт к Владу Лиза не могла. Благо, что ту срочно вызвали на планерку в коворкинг, и дома никого не было. Лизу влекло новое, неведомое ей ранее чувство.

Она надела длинное алое платье. Ярко подвела губы. Собрала волосы в высокий хвост, но в последний момент распустила. Приложение в телефоне показало, что такси подъехало. Уже через пятнадцать минут она вбежала в зал, осмотрелась, увидела Влада за столиком в отдаленном углу. Он встал ей навстречу, церемонно поцеловал руку. Огромный букет. Она чуть не выронила его.

– А ты правда маг? – решилась она, когда официант принял их заказ и открыл бутылку белого ледяного вина.

Влад пристальным, долгим взглядом посмотрел на неё. Она чувствовала, как электризуются клеточки её кожи.

– Да.

Коротко. И обезоруживающе.

– Я не верю. Магов не бывает.

– Я же здесь.

Лиза задохнулась. Что ему ответить.

– Тогда я тоже волшебница!

– Ты – не волшебница. Волшебницы – это просторечное выражение из сказки. Женщина может быть ведьмой. Или феей. Феи живут не долго. Светят и сгорают. Ведьмы живут столетиями. Но это требует инициации. Но ты не ведьма и не фея. И даже волшебницей я не могу тебя назвать, при всей симпатии. Хотя в тебе есть сила.

– Какая сила?

– Сила жизни, созидания. Женская сила.

Такого странного комплимента ей никто никогда не делал.

– Боюсь, мне не очень ясно… Тогда, кто же я?

– Ты? Ты – красивая и умная девушка, которая задает слишком много вопросов! А еще вот-вот похитит мое сердце и будет играть им!

Лиза не стала благодарить за откровенную лесть, потому что у нее было ощущение, что Влад просто её дразнит. Опять повисло молчание. Лиза зачем-то вернулась к теме, в ней было что-то невысказанное, её это цепляло:

– И как же работает твоя магия?

– Очень просто. Это слова.

– Слова???

– Ты бы хотела сейчас раздвинуть ноги и начать ласкать себя прямо здесь на глазах у изумленной публики? – на 180 градусов сменил тему Влад.

Лиза вспыхнула.

– Вот видишь. Я ничего не сделал. А ты испугалась, разозлилась… возбудилась. И после этого еще будешь утверждать, что слова не имеют магической силы?

Лиза не могла ничего вымолвить. Она действительно была на грани. Никто никогда с ней так не говорил. Наверное, нужно было дать Владу пощечину, но не слишком ли это по-тургеневски!

Влад смотрел как эмоции скользят по лицу девушки. Секунду назад она опешила, но уже взяла себя в руки, и видно, что подсознательно представляет, как это было бы, если бы его слова, оказались реальностью. Он дал ей время, а потом как ни в чем не бывало светски спросил:

– Расскажи мне о своей семье?

Здесь рядом с этим мужчиной Лиза словно забыла, что где-то существуют папа и мама, подруги, обычная жизнь. Здесь всё приобретало новые смыслы. Но Лизе не хотелось демонстрировать при Владе свою слабость, поэтому она стала вспомнить детство, забавные поездки в лагерь. Влад удовлетворенно кивал.

– А ты, где ты вырос? Расскажи, мне про маленького Владика?

– Дорогая, это было давно, и уже перестало быть правдой. И тем более нам пора…

Звякнул телефон. Она пролистала мессенджер, Матвей звал в кино. Лиза видела, что Влад скосил взгляд, но сохранил бесстрастность.

– Елизавета, сегодня вечером мне было очень хорошо с тобой. И я уверен, что мы в ближайшее время повторим, – он церемонно открыл дверь.

Она уже думала сесть в подъехавшее такси, как вдруг Влад обнял её, прижал к себе и начал целовать. Она прильнула к нему всей грудью. Со всей ясностью осознав, что придет завтра, в любой день, туда, куда этот странный, дерзкий, головокружительный мужчина поманит её, вопреки здравому смыслу и данному Матвею обещанию.

***

Катя не спросила, где Лиза была, крикнув из комнаты, что у неё аврал. Лиза была рада побыть одна и написала Матвею, что не хочет завтра идти в кино. Он расстроено перезвонил:

– Прости, я уже взял билеты на тебя и Катюшку, там новый экшен! Я был уверен, что Тома Харди ты не пропустишь.

С Матвеем всегда так, с ним легче согласиться, чем что-либо объяснить:

– Ох, ты великий маркетолог!

Лиза согласилась, разделась и, не умываясь, упала на постель. Всю ночь ей снились неприличные сны с обнаженным Владом в главной, можно даже сказать, что откровенно доминирующей роли. Проснувшись, Лиза ощутила невероятное чувство голода. Как если бы все эти невероятные и приятные вещи с ней действительно случились. Быстро умылась и, предвкушая горячий, свежий бутерброд, прошла на кухню. Катя уже завтракала, безостановочно разговаривая с кем-то в наушнике. Она послала подруге воздушный поцелуй, не отрываясь от беседы. Лиза налила чай, поставила перед собой тарелку. Начала трапезу.

В какой-то момент Катя потянулась за апельсином, и Лизе открылась её грудь в пройме футболки: две небольшие полусферы, почему-то очень захотелось лизнуть аккуратный темно-бордовый сосок.

– Сделай это, – раздался в голове повелительный голос. Лиза моргнула, сгоняя с себя оцепенение. Что за фигня!

Катя отключилась от телефонного собеседника:

– Матвей вчера писал, что купил билеты в кино, – с места в карьер начала Лиза, чтобы избежать лишних вопросов. – Я вчера не успела сказать!

– Ура, мне необходимо переключиться! А пока постараюсь всё успеть, чтобы вечером быть в полном вашем распоряжение.

Лиза решила себя наказать за вольности и засела за учебники. Нет ничего более стабильного, чем знания. Мужчины приходят и уходят, а мозги остаются. Убеждала она себя. Но в сознание вновь возникал вкус поцелуя Влада и сны, где он доводил её тело до исступленного блаженства.

В «МореМолле» как всегда было вавилонское столпотворение: туристы докупали всё, что не влезло в чемодан, в кафе и ресторанчиках не было свободных мест. Поэтому ребята сразу поднялись в кинозал, захватив поп-корна и колы, заняли места. Через несколько минут в зале стемнело, а на экране замелькали кадры анонсов. На Лизу напала дрема. Может быть, тихонько выйти за кофе, и вернуться? Завибрировал телефон. «Заеду за тобой ровно в 23. Будь у подъезда. Целую, моя дорогая» – пришло с незнакомого номера. Сон как рукой сняло. Кто это? Матвей сменил номер? Но Матвей сидел рядом и готовился сопереживать злоключениям киногероя.

На Лизу накатила волна тревоги и стыда… это он… Она чувствовала, что по всему организму идет легкая дрожь. Хорошо, что она была в мягком кресле, потому что колени у неё подогнулись, если бы она сейчас шла по улице, то точно упала, нужно взять себя в руки и успокоиться. Настроиться на сюжет не получалось. Зато от сонливости не осталось и следа. В голове крутился вопрос: чего хочет Влад? Откуда у него её номер, Лиза даже не подумала идти или нет.

Матвей сжал ее руку в своей: совсем холодная, он с тревогой глянул на невесту. Та его не видела. Матвей успокоился: а еще идти не хотела, а сама так увлеклась фильмом! Он приобнял её, поцеловал в висок, Елизавета замерла подобно статуе.

После фильма Лиза отказалась гулять, сославшись на головную боль после громкого кинозала, остальные тут же вспомнили, что у них много работы. И девушки отправились домой. Матвей рвался их проводить, но они уверили, что времена Регентства канули в лету, и в 21 веке две дамы вполне могут добраться сами без дуэньи!

Лиза зашла в комнату, ставшую её, и плотно прикрыла дверь, Катя немного пошуршала на кухне и уединилась со своим любимым компьютером. То, что она столь быстро заснет, надежды не было. Лиза на цыпочках прокралась в коридор, в темноте нащупала свои босоножки. Одета она была в ту же льняную юбку и топ, в которой ходила в кино. Она глянула на ветровку, но поняла, что ночи уже стали по-южному жаркие, и выскочила в подъезд.

Когда Лиза вышла, то Влад уже ждал её возле длинного черного Mercedes, как говорил Генри Форд машина может быть любого цвета, если он черный. Очевидно, что Влад придерживался этого же принципа. Автомобиль удивительным образом подходил ему, словно они составляли единое целое. Мужчина галантно открыл переднюю пассажирскую дверь, и Лиза опустилась в комфортное кресло.

Влад занял место водителя и вместо приветствия жадно поцеловал её. Лиза не противилась его поцелуям. Она открывалась ему навстречу, внутренне готовая ко всему, что может случиться. Но Влад нажал старт, и вороной «конь» с тихим урчанием сдвинулся с места.

– Как прошел день? – не отводя взгляда от дороги поинтересовался Влад.

– Да, ничего интересного. Читала книги, готовилась к зачетам, потом сходили в кино.

– И что за кино?

– Боевик!

– О, а я думал что-то эротическое. Разве можно с такой девушкой смотреть скучные боевики. Ты – создана для страсти, моя дорогая.

Краска прилила к лицу Лизы. Внизу живота появилась приятное тянущее томление.

– Ты меня смущаешь.

– Отнюдь. Я еще даже не начинал, – Влад покосился на неё и подавил смешок.

Машина остановился возле высокого стеклянного здания.

– Прошу.

– Куда мы приехали?

– Это отель моего приятеля. Пойдем, не бойся, ты сама всё увидишь.

– Я и не боюсь, – нарочито ответила девушка.

Влад открыл дверь и пропустил её вперед. На входе стоял консьерж в ливрее. Её спутник коротко кивнул ему, и они прошли к рецепции. Влад что-то шепнул администратору, их проводили в отдельную комнату. Это оказался современный спа-будуар. В центре стоял огромный массажный стол, в углах – напольные вазы с живыми цветами, на стенах – зеркала в тяжелых рамах. Нижняя часть стен была тёмно-бордовая, верхняя – белая с легким лавандовым оттенком. Влад указал на ширму с флористическим орнаментом:

– Раздевайся и ложись сюда, моя милая. Сегодня я подарю тебе особенный тантрический массаж.

– Как раздеваться?

– Полностью.

Лиза чувствовала, что снова краснеет.

– Там есть халатик, моя скромница.

«Как быстро я стала «его» дорогой и скромницей, с чего вдруг», – но девушка сама понимала, что её злоба напускная, ей было невероятно приятно стать частью мира этого властного и харизматичного мужчины, словно под его крылом её не волновали никакие заботы.

Когда Лиза вышла, то возле массажного постамента стояли две девушки в одинаковых униформах, она проскользнула мимо них и легла. Девушки настойчиво стянули с неё халат, Лиза не хотела обнажаться в присутствие Влада, который сидел рядом на мини-диване и с нескрываемым любопытством разглядывал разыгравшуюся сцену. Лиза постаралась, как можно быстрее, принять горизонтальное положение. Девушки в четыре руки начали массировать ее тело. Мягкими движениями они мяли ноги, спину, предплечье. Ни один участок не ускользал от их внимательных профессиональных рук. Они проводили легкими круговыми движениями по позвоночнику, нажимали на секретные точки, а потом успокаивали мышцы невесомыми похлопываниями. Елизавета полностью расслабилась и уже не контролировала окружающее пространство. Она даже забыла, что Влад наблюдает за происходящим. Умелые руки девушек прошлись по внутренней стороне бедра, массировали ягодицы. В голове Лизы рождались откровенные, возбуждающие картинки. Когда девушки стали делать массаж шеи, она даже застонала от удовольствия!

Одна из массажисток легонько погладила Лизу по плечу, призывая перевернуться на спину. Не глядя на Влада, та сделала, о чём её просили. В какой-то миг Лиза осознала, что сейчас ему открылся обзор на полуокружности её груди, но, понимая, что ничего не может с этим поделать, девушки отдалась лавине наслаждений. Кудесницы, а иначе она не могла их воспринимать, мяли ладони, вытягивали каждый палец. Лиза чувствовала, как расправляются все зажимы. Тонкие, сильные женские пальцы пробежали вверх, по внутренней стороне бедра, приближаясь к ее «раковине». Но! Стоп! Это уже красная зона: они касались там, где она и не представляла. Лиза хотела вскочить, но тут кто-то сильный легко придержал её за плечо, накрыв рот своей ладонью:

– Чщщш, моя дорогая. Всё хорошо. Тебе понравится.

Она понимала, что две девушки доводят её до блаженства. Через несколько сладостных мгновений восторг пронзил всё её тело. Судорогой свело внизу живота, она впилась зубами в палец Влада, но – видимо – ему не было больно. Удовлетворенный, он помог ей встать и надеть халат. Ей было настолько хорошо, что на стыд просто не хватало внутреннего эмоционального пространства.

Лизе хотелось парить!

– А теперь что мы будем делать?

– А теперь ты поедешь домой спать! Моя маленькая ненасытная нимфетка! У меня завтра ранняя лекция! Но ты можешь не волноваться, скоро мы увидимся снова. Я тебя теперь не отпущу, моя птичка.

Глава 4. Открытие

Эти мшистые громады

Сердце тянут как магнит.

Что от смертного вам надо,

Что за тайна здесь лежит?

Молвит древнее сказанье,

Что седые колдуны

Правым роком в наказанье

За ужасные деянья

В камни те превращены.

«Колдун-камень» Владимир Соловьев, 1894

В этот вечер Владислав заехал за Лизой пораньше:

– Сегодня нас ждет настоящее приключение! Не задавай вопросов, ты всё сама увидишь, когда придет время – перебил он её попытку спросить, какое именно.

За пару минут они оказались в МорПорте, на волнах качалась изящная белоснежная яхта с металлической окантовкой:

– Добро пожаловать на борт, – он протянул руку, помог ей подняться по узкому трапу.

Он сам встал за штурвал, огибая маяк, яхта выходила в море. Лиза завороженно смотрела на статного мужчину. Солнце отражалось в темных очках, вся его фигура излучала силу. Она облокотилась о борт яхты. С моря город был как на ладони. Людей на пляжах уже нельзя было различить, променад сливался в одну линию, за ней нагромождалась белая полоса разнокалиберной архитектуры, наследие разных эпох. На втором плане высились сверкающие небоскребы. За ними, напирая друг на друга, складки предгорья. У Лизы захватывала дух. Влад поманил её, девушка шагнула навстречу, капитан обнял её, не отпуская штурвала, поймал губами её губы. Молодые люди слились в поцелуе. Здесь, вдалеке от берега, даже тени Матвея не существовало. Влад включил музыку. Чувственно-волнующий блюз разносило по волнам.

На западе из воды вынырнули серебристые, грациозные животные, на мгновение замерли в воздухе и рухнули в водную глубь. Секунда. Они вновь показываются над поверхностью. И также глыбами уходят под воду. Лиза всматривалась в их голубо-серые искрящиеся гладкие тела.

– Дельфины! Сколько в них грации и красоты!

– Это мудрые животные. Лучшие из нас. Те, кто разочаровались в людях и ушли в море.

– Из нас?

– Есть миф, что дельфины когда-то были людьми. Потом они то ли раскрыли секрет прошлого, то ли утратили веру в будущее. В общем, в любом случае однажды они покинули сушу и скрылись в глубине морской.

– Но ведь это какая-то магия.

– Всё в мире магия.

Лиза закрыла глаза, подставляя лицо угасающим солнечным лучам. Море окрашивалось розовой акварелью. Шум мотора заглушал сигнальные крики чаек. Влад любовался девушкой и размышлял, что Черное море – место силы для черных магов.

– У меня есть для тебя подарок.

Влад протянул овальный кулон, в замысловатую рамку был завальцован полированный черный камень, в нем отражалась ночь.

– Это турмалин в серебре, – Влад застегнул простой кожаный шнурок на шее Лизы.

– Какой необычный!

Лиза растерянно разглядывала подарок: оригинальный, напоминающий подвеску из бабушкиной шкатулки. Шнурок был короткий, и ей было не удобно рассматривать его не снимая с шеи. Он был совершенно гладкий, но подушечки пальцев покалывало, будто бы камень слегка бил током.

– Спасибо. У меня никогда не было ничего подобного.

– Это вещь с историей. Я когда-то купил её на развале румынского города Крайовы. Говорят, что этот камень держал в руках Дракула. Но это, конечно, шутка. То, что берет себе Дракула, остается у Дракулы.

Камень выскользнул из пальцев и повис на шее. Внутри Лизы что-то оборвалось. Может быть, прыгнуть в эту пучину и навсегда раствориться в ней белой пеной… Когда-то сказка о Русалочке очень ей нравилась. Конечно, та, ванильная диснеевская версия, где рыжеволосая бестия выходила замуж за красавца-принца, и они жили долго и счастливо, пока по экрану под веселую музыку неслись титры. А не трагичная правда Андерсона, когда нежная дева стала пеной морской…

Влад развернул яхту, и уже через несколько минут белоснежные очертания Сочи стали надвигаться на них.

Когда они сошли на берег и шли вдоль калейдоскопа лавок, как бусины нанизанных вдоль всей Приморской улицы, Лизу привлекла гигантская ракушка.

– Я тоже хочу тебе что-нибудь подарить! – выпалила она и не торгуясь с ушлым продавцом быстро сунула ему несколько тысячных купюр в обмен на тридцати сантиметровую раковину с перламутровым нутром и пятнистым, сложно закрученным внешним слоем. – Пусть она останется на память о сегодняшнем дне.

– Обещаю, что поставлю на самое видное место и буду смотреть на неё каждый день.

Лиза надеялась, что Кати не будет дома, но, когда она ворвалась в коридор, то первым делом услышала монотонный бубнеж на кухне. Она прошла поздороваться, за столом обедали ребята, которых она видела в клубе, но не могла точно вспомнить, как их зовут, Катя обращалась к ним забавно смешно «Мика» и «Натуся». Лиза не была уверена, что такая фамильярность с её стороны приемлема, но поддержала общий тон.

Соседка вытянула её в коридор:

– Звонил Матвей! Совсем не мог до тебя дозвониться! Ты где была?

– В библиотеке!

???

– Мне нужно было книгу одну. Она уже старая. В продаже и интернете нет. Вот ходила искать.

– Нашла?

– Нет, – Лиза развела пустыми руками. – Только под заказ, в читальном зале… пока так попробую обойтись. Так что с Матвеем? – нетерпеливо выпалила она, врать Кате было сложно, она стремилась быстрее скомкать разговор.

– Да, Матвей сказал, что у него вообще ужас что твориться, какие-то проблемы в головной офисе компании. Он уже взял билеты к нам, но тут его вызвали к главному, и он в режиме форс-мажора обменял билет и летит в столицу. Когда вернется – не знает. Голос у него был нервный. Может, сама позвонишь ему.

– Ладно, позвоню. Спасибо.

– Покажи, плиз, что у тебя за новый кулон? Какой необычный? Старинный?

– Купила сегодня на блошке. Бабка продавала. Пожалела её. Взяла.

– Ты – ангел, – вставил то ли Мика, то ли Натуся.

Лиза дежурно улыбнулась, налила чай, общий разговор не увлек, и она удалилась к себе в комнату. Вяло написала Матвею. Он тут же перезвонил. Начал сбивчиво тараторить, что уже на вокзале, что не может говорить и что очень любит. Лиза выдохнула, она тоже не могла с ним говорить. Но совсем по другой причине. Они перекинулись парой обязательных реплик, и терзаемая девушка первая отключила телефон.

***

Дом Владислава стоял на разломе: с одной стороны – ущелье, по дну которого скользила змейка-река, с другой – густые заросли кедра. Маг долго выбирал участок, укрытый от непрошенных глаз. Однажды совершенно случайно заехал в этот тупик и сразу почувствовал силу шакти, идущую из расщелины. Да, этот старый заброшенный участок с разрушенным остовом некогда эпохального коттеджа ждал именно его. Уговорить владельца расстаться с землей – не стоило труда. Бывшему хозяину сегодняшний наследник был дальним родственником, какая-то седьмая вода на киселе. Поэтому он не знал, чем на этой земле занимались его предки. И был рад за сходную цену отдать участок, который и не мечтал выгодно продать. А Влад, как только ступил на территорию, то сразу увидел кадры из прошлого: кровавые жертвоприношения на алтаре, укрытом чащей, оргии-вакханалии, прославляющие всех Богов этого и противоположного миров, любовь и злость, рождающиеся на ступенях некогда величественного особняка.

Правда, чтобы восстановить дом потребовалось немало времени и денег. Но зато сегодня – это была его обитель. Он надеялся, что ближайшие двести лет сможет провести здесь. Не хватало только хозяйки.

Дверь открыл молчаливый дворецкий и тут же растаял в сумраке коридора. Властолюбивый хозяин не терпел толпы, поэтому в доме работала лишь одна пожилая семейная пара: муж выполнял обязанности управляющего и садовника, жена готовила еду. Один, реже два раза в неделю из одной и той же клининговой компании приходила девушка прибирать дом. Ей было строжайше запрещено как-либо к нему обращаться и переступать порог его личного кабинета, где и хранился архив. Порядок в архиве Владислав поддерживал лично. Это не требовало много времени. В крайнем случае он трансформировал пыль в замысловатых бабочек. Материя краткосрочного похожа между собой, поэтому превращение из простого в сложного давалась играючи. А бабочки каждый раз получились разные. Это было забавно. Они потом долго бились в окно… Затем Влад стряхивал их останки с подоконника в корзину для бумаг.

По всему периметру комнаты высились полки с фолиантами на всех языках мира, в том числе на давно почивших латинском, нумидийском, агванском. Он знал их все, а если нет – то достаточно было воспользоваться заклятием транслейтинг. Оно работает в двух форматах: либо преобразует буквы на странице в знакомые, либо наделяет знанием языка. Влад любил второй способ, тогда можно было расслабиться с бокалом виски и читать замысловатые фразы древних так словно они написаны современным блогером. Это, конечно, намного лучше, чем гугл-переводчик, хотя и современные технологии тоже пришлись, кстати. Именно поэтому Влад приобрел себе современный компьютер, чтобы фиксировать в нем свои изыскания.

Даже небольшие магические манипуляции требовали энергии, если постоянно использовать свой внутренний ресурс, то организм истощается. Никакого эликсира для восстановления не хватит. Поэтому Влад и был сконцентрирован на идеи получения праматерии.

Кроме книг на полках стояли разнообразные артефакты, приобретенные в различных путешествиях. На правой стене находилось большое окно, которое он обычно затягивал портьерами с эффектом блэк-аут, потому что дневной свет не щадит древние манускрипты архива: обложки выгорают, бумага сохнет.

В углах притаились оригинальные античные статуи, напоминающие о древности мира. Слева – камин, важно поддерживать одинаковую температуру и влажность в комнате. Для заговоренного пламени Влад не пожалел сил, зато обеспечил равномерное тепло и ощущение уюта. Всегда, когда он входил в комнату, то чувствовал: его здесь ждут. В центре – компьютерный стол и массивное кожаное кресло. Содержимое кабинета – его гордость и сокровище! Десятки бесценных томов, коллекция, собранная по крупицам на библиотечных развалах Азии и Европы.

Пока друзья гуляли по галереям и торговым центрам, он штудировал антикварные и букинистические магазины. Даже соратники смеялись ему в глаза и иронично называли «сумасшедшим Алхимиком», но он знал, что рецепт чистой энергии существует. И вот, когда пазл сложился, и осталось только проверить полученные знания на практике, он зашел в тупик. Оказалось, что найти источник – девственницу с непокоренное волей – практически невозможно! Современные девушки имели либо архи-силу: стремления к самореализации, либо становились тенью мужчины. Но Елизавету он заметил сразу. Её тело резонировало звуки ханга, аура вибрировала словно струна. В ней было столько жизненной энергии! Влад был заворожен. Если бы она его позвала, то он бы шел за ней как щенок. Но Лиза не осознавала своей силы. Она обладала могуществом, которое считала само собой разумеющимся. Влад сможет открыть его и направить туда, куда ему заблагорассудиться. А пока нужно приручить Источник, чтобы она стала частью его личности. Владу удалось выманить Матвея из Сочи, и вырученным карт-бланшем он готов был воспользоваться на двести процентов.

Влад – или как его тогда звали – Володька родился в 1951 году в пригороде города Калуга. Обычное послевоенное детство, школа с бравыми пионерскими песенками, красные галстуки, первые поцелуи в зарослях сирени. Всё как у всех. Единственное, что он всегда чувствовал, что отличается от сверстников. Он остро чувствовал настроения людей и вещей. Осознавал, что часть предметов или явлений «бездушные», «молчаливые», но есть те, которые могут управлять людьми. Самый простой пример: костер. Вроде бы просто горящие палки, но они создают особенную атмосферу: люди становились более открытыми, душевными, управляемыми. В этот момент они ощущали единения, были на многое согласны. Затем поступив на геологический факультет, он осознал, что такими же способностями обладают древние вещества и материи: запечатленные в минералах, природных кристаллах, углеводородах. Планета записала на них смысловой код, который до сих пор управляет миром. Попадая в руки разных людей, выводят на помосты одни страны и целые империи, сталкивают в пропасть другие. Так постепенно Влад стал увлекаться мировой историей, филологией. Все больше осознавая, что хитрые чернокнижники и оккультисты скрылись от инквизиции в библиотеках и университетах, а все науки связаны между собой. Просторы, которое открывались от понимания этого, кружили голову.

Именно тогда его отправили в экспедицию на Тянь-Шань. Это был секретный проект, в котором задействовали специалистов из разных областей: геологи, археологи, геофизики. Под охраной военных их забросили в горы на вертолетах. У каждой группы исследователей была своя автономная задача. Над чем работают остальные обсуждать было запрещено. В чем была суммарная цель, что именно искали: философский камень, залежи нефти или могилу Чингисхана – так и осталось загадкой. В любом случае все находки отправлялись в темных, запечатанных коробках с грифом «Не открывать. Государственная тайна».

Влад там ничего особенно полезного или интересного не нашел, но зато именно там встретил человека, изменившего его жизнь. Старца Тенгри-тан. Точнее Владимир только спустя время узнал, что стоявшему перед ним, внешне 50-летнему человеку, 176 лет, и стал называть его про себя «старцем» . Сухонький, но с хорошо развитой мускулатурой, мужчина жил в одиночестве в пещере, сушил травы, варил снадобья с густым запахом, от которого резало глаза.

А произошло всё случайно. Однажды Владимир отбился от экспедиции. Но не растерялся, а решил с помощью света фонаря найти укрытия, чтобы утром выйти к своим. Ночью в горах холодно – без специальной экипировки легко замерзнуть.

Вот тогда-то судьба и вывела его к очагу Тенгри-тан. Он не сразу разглядел фигуру в глубине пещеры. Только потом Влад понял, что это был выбор Тенгри-тана: он дал ему путь, а потом позволил увидеть себя. Конечно, одинокий костер вызвал бы удивление у странника… но мало ли, что бывает, незадачливые альпинисты забыли потушить. Или кто-то оставил, а увидев путника, побоялся вернуться. В общем, это странное впечатление быстро бы выветрилось из головы. Но Тенгри-тан почувствовал силу, сокрытую в вошедшей фигуре. И уже на следующий день Влад стал слышать внутри головы тонкий голос Тенргри-тана. Сначала он словно давал указания. Но потом у них практически стал получаться диалог.

Тенгри-тан рассказал ему, что скрылся в горах с молодой женой для глубинных изучений потенциала природы. Но она оступилась и упала в обрыв… Когда летишь в пропасть – магия бессильна. Тенгри-тан остался жить в пещере, потому что только здесь чувствует её ауру. Влад так до конца и не понял, почему Тенгри-тан выбрал его. Возможно, ему хотелось с кем-то поделиться накопленными знаниями и навыками или узнать что-то о внешнем мире. Владимир уговаривал нового друга вернуться вместе, но у того спустя 120 лет боль по утрате любимой была еще слишком сильна. Хотя он не исключал, что когда-нибудь вернется к людям и вновь создаст семью. Маг прожил в пещере две недели, и за это время получил два главных зания – эликсир здоровья и навык телепатического общения.

Владимир потом много раз пытался общаться с помощью телепатии, но для эффективной коммуникации нужно было, чтобы два канала были открыты, а он так и не понял, как Тенгри-тан помог ему открыть сознание. Возможно, Влад уже тогда мог слышать сокрытое. Недаром цыганки еще с детства бросались от него врассыпную. А деревенская бабка-знахарка отказалась его лечить со словами «чур меня». Тогда в эти суеверия особо не верили. Да и сам он вылечился довольно быстро, а потом почти не болел.

Ему удавалось иногда читать мысли, но Влад быстро понял, что это лишь пустая трата энергии. Мысли текут беспокойно, перескакивая одна на другую. Пока услышишь что-то полезное – истощишься. Проще вкладывать нужные мысли людям в головы, тем более что легкий гипноз не требовал больших ресурсов.

А вот рецепт эликсира Владимир сохранил. И сам его пил, поэтому в свои почти 70 выглядел на 30 с хвостиком. более того, он его усовершенствовал, и научился изготавливать маленькими порциями, чтобы он не давал столь откровенную молодость – слишком много долгожителей может быть опасно – а лишь поддерживали общее хорошее самочувствие.

Снадобье Влад продавал проверенным людям, что позволяло ему вести успешный образ жизни. Конечно, чтобы не вызывать подозрений, ему пришлось сменить паспорт, так он стал Владиславом Вороновым, а чтобы не примелькаться, редко жил в одном городе более 5-10 лет. Благо, мир большой, а с его знаниями и навыками, он везде чувствовал себя как рыба в воде.

Но последние годы его занимал новый проект – источник энергии. Он искал способ, как получать и кристаллизовать материю, из которой потом можно извлекать силу для достижения любых целей!

Теперь он чувствовал, что наконец-то удача улыбнулась ему!

Глава 5. Истина и мистификация

Три вещи нельзя скрыть: солнце, луну и истину.

Будда

Каждый день, проведенный рядом с Владом, дарил Елизавете новые впечатления: прогулки по паркам, утопающим в экзотических цветах, ужины в ресторанах с панорамным видом на море и горы, увлекательные поездки в уголки, скрытые от туристов! Девушка влюблялась в этот тропический регион на краю холодной России, зажатый между двумя стихиями – камня и воды. Влад всегда был нежен и предупредителен, но своей элегантностью доводил Лизу то исступления. Ей безумно хотелось сорвать с себя одежду и заняться с ним любовью на мягких кожаных сиденьях его автомобиля. Было ощущение, что брюнет играет с ней как кошка с мышкой…

Сегодня Влад пообещал ей прогулку во времени.

– Мы упадем в разрез между прошлым и настоящим, – пояснил он, тормозя у подножья Бытхи. – Будь аккуратна, это экскурсия для сильных духом.

У дамы захватило дух: величественные здания в духе сталинского ампира лежали в руинах, плющ оплетал колонны, осушенные фонтаны зияли пустыми чашами, разрушенные статуи печально поникли в ожидание неминуемой гибели. Некогда величественный санаторий не пережил «лихие 90-ые».

– Это санаторий имени господина Орджоникидзе, – начал Влад. – Тогда, конечно, говорили, что он – товарищ. Немногие знали, что он был мелкопоместный дворянин, человек взявший век в свои руки и оседлавший его как ретивого коня. Сила характера, умение во время признать, что трагедия случилась, и повернуть ситуацию в свою пользу – позволили ему стать наркомом тяжелой промышленности – это должность аналогична современному министру – одним из самых влиятельных людей в стране. К сожалению, он трагически погиб. Есть миф, что от инфаркта, но – поверь мне – это не так… Иногда камни рушатся, а фамилии остаются в веках… Так бывает, когда в имени много энергии.

Лиза слушала затаив дыхание: место тревожило ею, но отрицать его красоту и величие было бессмысленно. Время точило пространство. Но идея жила вопреки всему…

– Почему же он погиб?

– Потерял свой талисман. На его родине – в Грузии – мужчинам принято носить браслеты-обереги с надписями из священного писания. Когда он был еще безвестным юношей, он разломил хлеб и подал половину старушке-бродяжке, в благодарность она защелкнула на его руке браслет… Позже говорили, что он был из сплава колхидского золота. Доподлинно это неизвестно… Но с того дня удача крепко держала Орджоникидзе за руку. До того самого дня, пока браслет не расстегнулся и не упал с руки. Говорят, что в тот день Орджоникидзе крепко поругался с женой… Cherchez la femme… Возможно, она повредила застежку. Не знаю. Но род их был разбит и канул в лету.

– Похоже на сказку. Это правда было на самом деле?

– Было на самом деле… Моя маленькая идеалистка, скажи мне пожалуйста, есть ли антоним у слова «истина». Мы привыкли делить мир на то, что было, и то, чего не было. Одно – истина. А другое – что?

– Ложь?

– Ложь – это обман… А ведь речь идет о знание… Истина то, что мы знаем, то, что бесспорно, то, во что мы верим. А когда мы говорим, о сокрытом, о неопознанном, более того – о непознаваемом, то как это называется?

Лиза огляделась. Рослые лиственницы смотрели на неё с мудростью и обреченностью, многовековых деревьев.

– Мне страшно…Такое трагичное место…

– Этот санаторий был построен позже, но в нем живет дух великого наркома, подарившего молодой стране щит и меч индустриализации. Девочка моя, нас окружают духи. Тебе пора научиться их слышать.

Он ласково взял Лизу за руку. Ах, как ему хотелось в этот момент сжать её, овладеть ею прямо здесь на жесткой траве.. Но нельзя! Надо держать себя в руках: её испуг, тревога, волнения устремились в него. Он физически ощущал эмоции, они вливались в него потоками магической энергии.

Молния раскроила небо.

Пара мгновений, и на землю обрушился водопад.

Вот это сила!

Они бегом устремились к машине. Лиза вымокла мгновенно, а от мужчины струи воды словно отталкивались. Захлопнули двери. Лиза дрожала.

– Я замерзла, вроде почти лето, а дождь холодный.

Он помог ей стянуть платье и накинул на неё свой пиджак – последнее, что ему нужно, чтобы Источник заболела! Обнаженная, кутающаяся в мужской пиджак Лиза, манила, Влад сглотнул и отвел взгляд.

– Заедем выпить горячий кофе?

– Ты что? Куда я в таком виде. Давай уже домой… Хоть бы Кати дома не было.

– А что строгая Катерина заругает, что наша маленькая проказница бегает голенькая с чужими дяденьками? – Влад покровительственно погладил Лизу по щеке.

Он опять поддразнивал её! Лиза отвернулась. Когда разговор даже косвенно касался Матвея, у нее портилось настроение. Она чувствовала, что очень виновата перед ним. Но не могла остановиться, Влад манил её. Она шла за ним, как змея за дудочкой заклинателя. Но как столь серьезный разговор вести по телефону! Вот он вернется, она во всем признается, расторгнет помолвку, заберет свое слово и отдаст кольцо.

Кольцо? Она носила его, чтобы не забывать о данном слове. Иногда ей казалось, что оно сдерживает её от последнего, непоправимого шага. Хотя, возможно, это была лишь иллюзия. И ее добродетель – лишь подарок владыки её сердца.

Чистый, прозрачный кристалл на пальце и смолисто-вороной кулон на шее – два контраста её новой жизни.

К счастью, Кати дома не было. Лиза приняла душ, завернулась в плед и легла на диван. Мяукнуло сообщение в WhatsApp: мама. Ответила, что всё хорошо, что утомилась и задремала. И на самом деле окунулась в сон. Проснулась от резкого звука – вернувшаяся Катя уронила чашку. Та разбилась на сотню сверкающих осколков. Лиза потянулась и пошла на кухню, посмотреть, что случилось.

– Извини, выскользнула… – Катя виновато развела руками.

– Да, на счастье. Давай, помогу собрать.

– Сиди ты, спросонья.

Лиза поджала ноги и обхватила колени. Катя сметала осколки веником. Разбитое склеить невозможно.

***

Матвей бежал по Новому Арбату. Проблемы росли в геометрической прогрессии, и он плохо соображал, за что нужно хвататься в первую очередь. Было ощущение, что горело все и сразу. Расставить приоритеты, составить план решения задач, выстроить стратегию и определить тактику – было невозможно. Он носился словно петух с отрубленной головой: от управляющего офиса компании до поставщиков, по маршруту забегая в страховую, банковское отделение… Но самым сложным были разговоры с клиентами, которые выставляли счета. Фирму направили на банкротство, огромное количество людей остались без зарплаты и привычных привилегий, но особенно неприятно было перед теми заказчиками, кто уже оплатил, но сейчас не мог получить продукцию. Ситуация была патовая.

Занятый своими мыслями, он не заметил, что с лавочки поднялась цыганка и большим размашистым шагом направилась к нему, очнулся он только, когда седая бестия преградила ему дорогу:

– Зло вошло в твою жизнь, дурак! Не там спасение ищешь!

– Что?

От такого невероятно выпада, Матвей настолько опешил, что нервно рассмеялся вместо того, чтобы разозлиться.

– Аааа, – с видом, что такому пропащему уже ничем не поможешь, разочарованно и раздраженно произнесла дама.

Она выглядела очень странно: черное запыленное широкое платье, из-под которого выбивались темно-фиолетовые, засаленные юбки, дряблая, старческая кожа, изрезанная морщинами, когда-то была смуглой, а сейчас скорее выцветшей. Яркий, аляпистый макияж делал внешность еще более отталкивающей. На голову была нацеплена соломенная шляпа. Зубами жевала сигарету. Она развернулась и тем же маховым шагом пошла назад к лавочке. Матвей на секунду застыл, собираясь уже идти.

– Чего встал. Подойди, – устало скомандовала карга.

Матвей хотел было отказаться, но какое-то иррациональное чувство – возможно, впитанное с молоком матери уважение к старшим – заставило его подойти и сесть.

– Зло рядом с тобой. Встретил ты его не желая и не ведая. Победить сможешь через себя. Сначала себя победи. Потом его. Всё. И так много сказала. Будет мне за сие кара.

Она выплюнула сигарету. На мгновение перед Матвея разверзлась гнилая яма беззубого рта, она тут же зажала губами новую сигарету, прикурила от спички, не утруждая себя поисками урны, кинула огарок на землю. Развернулась и ссутулившись пошла.

Матвей испуганно смотрел ей вслед. Вдруг она развернулась и словно швырнула ему:

– Зло большое. Заклинаю. Береги себя, – и как напутствие добавила, – Ты сдюжешь.

Матвей понимал, что нужно еще что-то спросить, но слова застряли в горле. Он поперхнулся, закашлялся. Женщина растворилась в толпе.

– Что, черт возьми, это было? – про себя выругался молодой мужчина.

Он огляделся, силясь понять, заметили ли сцену окружающие. Но по всей видимости никто не обратил на их диалог внимания. Жизнь мегаполиса текла в привычном темпе. Матвей встал, ноги были ватные, ему пришло сделать усилия, чтобы вспомнить, куда он шел и вернуться к делам.

***

Очень болела голова. То ли вина вгрызалась в душу, то ли простыла под дождем, когда гуляла по заброшенному санаторию. Лиза набрала Матвея. Долгие гудки сопровождала надежда, что он не возьмет трубку.

Привет, любимая, – неожиданно раздался знакомый голос, хотя чему удивляться она же ему и звонит.

– Привет, как ты? Совсем потерялся.

– Ох. Что-то навалилось по всем фронтам. Не буду тебя утомлять. Но похоже я здесь застрял до конца недели точно.

Так сегодня четверг…

– Я имею в виду следующий…

– Жаль, – Лиза с облегчением выдохнула. Еще неделя. За нее она точно найдет правильные слова.

– Чем занимаешься, котенок?

– Учусь, гуляю с Катей, иногда. Netflix смотрю, – она прикусила язык, вдруг он спросит, что именно из последнего ей понравилось, но похоже Матвей так занят, что пропустил мимо ушей. – А ты что делаешь?

– Сейчас отчет просматриваю. Пытаюсь разобраться в этом винегрете! Черт ногу сломит! Перепутают дебет с кредитом, а потом ищи начало клубка…

– Ладно, пока, не буду тебя отвлекать.

– Нет-нет, я хочу еще немного слышать твой голос, мой птенчик.

Лиза спросила, как справляются родители, как здоровье мамы, они поболтали еще несколько минут, наконец, ему позвонили по второй линии, и Матвей отсоединился. Какая же невероятная слабость сегодня! Она вытянулась на диване, ничего не хотелось. Надо все-таки купить пачку кофе для личного пользования. В катиной кухне, основанной на принципах правильного питания, такой «опасный зверь», конечно, не водился.

***

Чаша переливалась оттенками синего: от ультрамарина до прозрачно-лазоревого уходя в нежно-розовый спектр. Эту субстанцию можно было увидеть, но нельзя было дотронуться, она обтекала руки, обволакивала, сливалась с температурой тела, не ощущалась тактильно. Бесценное сокровище! Оно позволит ему сгущать тьму, наводить морок, сталкивать людей в невероятно жестоких битвах, пусть они уничтожают друг друга сами. Он подождет. На планете слишком много обывателей. Везде шум, гам, мусор. Для поддержания баланса мира достаточно несколько сотен тысяч человек. Они будут поддерживать мировую гармонию, играть в театрах, развивать науку и технику. Возможно, даже стоит задуматься о межпланетных путешествиях. Они занимают множество световых лет. Но его эликсир делает его практически бессмертным, а значит ему хватит долголетия для самых продолжительных экспедиций. Влад сконцентрировался на своих ладонях. Все-таки такой способ передачи, когда его собственное тело служит промежуточным сосудом, очень сильно истощает. Все пойдет проще, когда Лиза будет жить здесь. Нужно уже переходить ко второму акту поставленного им спектакля.

***

Я сегодня никуда с ним не пойду. Твердо решила Лиза. Скажу, что мне нездоровится. На телефоне высветилось сообщение: «Дорогая, буду через два часа. Не крась губы». Он. Её вновь охватило вожделение. Как он это делает? Одна фраза, а головную боль как рукой сняло, хочется летать, жить, целоваться! Она распахнула шкаф, где хранила свои вещи – нужно найти что-то особенное! Катюшка сидела в наушниках, сконцентрировавшись на графиках, вся поглощенная занятием. На Лизу не взглянула. Та перебирала вещи: голубое платье, с запахом, до щиколоток, с волнующем вырезом по линии груди. Да, и отлично смотрится с кулоном. Темный камень на светло-лазоревом фоне – эффектно! Лиза собрала волосы в высокую прическу, оголив шею, туфли на каблуке. Три капли духов…

Сказать Кате, что она уходит… Не стоит отвлекать. Лиза закрыла дверь и повернула ключ. Влад как всегда встречал её у двери машины, галантно открыв дверь. Он поцеловал ей руку, подарил изысканную гортензию. В крафтовой бумаге она смотрелась стильно и изысканно. Лиза сама обхватила его шею рукой и прильнула в поцелуи. Один взгляд на него полностью лишал её самообладания. Влад, естественно, не сопротивлялся. С видимой неохотой оторвавшись друг от друга, молодой мужчина помог своей спутнице сесть, затем хлопнул водительской дверью, мотор глухо зашуршал, автомобиль выкатился со двора.

Молодые люди не заметили взгляд, прожигающий окно насквозь. Шокированная Катя недоуменно задернула штору, выключила компьютер и прошла на кухню, чтобы заварить чай, твердо решив дождаться возвращения блудной соседки.

Ты взяла купальник?

– Купальник? Ты не говорил про купальник!

– Дорогая моя девочка, мы живем в Сочи! Тут всегда нужно иметь с собой купальник. Даже зимой.

– Предупреждать же нужно.

– Не переживай, таким красивым девушкам можно плавать совершенно обнаженными.

– Конечно! – как Влад умеет спровоцировать в ней бурю эмоций.

– Успокойся. Дарю, – он потянулся на заднее сиденье, взял сверток и передал девушке.

Лиза приоткрыла упаковку: коралловое бикини и лиф, расшитый изумрудными бисеринками. Ярлычок свидетельствовал: Victoria's Secret.

Это мне?

– Явно не мне, а никого больше здесь нет, – наигранно оглядывая машину в поисках красоток ответил Влад.

– Я не могу это принять. Это слишком личное.

– Ты можешь – ты сильная духом девушка.

– Но это неприлично.

– Поверь, я не скажу твоей маме.

– Влад, пойми. Прежде чем наши отношения перейдут на такой уровень, мне важно поговорить с Матвеем, всё ему объяснить.

– Дорогая моя, это ты пойми: мне нет дела до Матвея. Он приедет, ты ему все объяснишь и снова станешь хорошей девочкой. Это ваша история. Меня волнует только то, что между нами. И заметь: я дарю тебе купальник, а не принуждаю купаться неглиже. Себе я – кстати – тоже взял плавки. Так что все будет как в лучших домах, а точнее бассейнах Лондона и Парижа. Успокойся, для меня это трата не существенна. Считай, что я просто протянул тебе носовой платок.

Лиза молча взирала на пакет. При внешней логике слов Влада, она понимала, что он манипулирует ей, но так хотелось посмотреть, куда он ее везет. В конце концов самое худшее, что могло случиться между ней и этим обольстительным альфа-самцом, уже случилось в её воображение.

Машина въехала на небольшую парковку и остановилась.

Дальше пешком, – Влад грациозным движением достал из машины сумку с полотенцем и, взяв Лизу за руку, повел в гору.

Лизе было не очень удобно идти на каблучках, внутренне она посетовала, что Владу все-таки стоило открывать ей планы на свои сюрпризы до того, как она выберет платье. Он скосил взгляд и краешки губ дернулись вверх. Да не мог он узнать, что она думает. Но Влад словно умел читать мысли. Легко подхватил её на руки и понес.

– Я нормально иду, здесь же досточками тропа выложено.

– Мне совсем не сложно, но зато очень приятно, – он прижал её к груди.

Уже на автомате в его сознание начали рождаться древние рунические слова, у Лизы закружилась голова. Она втянула аромат парфюма:

– Мне так нравится запах твоей туалетной воды? Это знаменитый бренд?

– Нет. Это очень лимитированная коллекция. Практически индивидуальная, – усмехнулся Влад.

Последнюю сотню метров Лиза настояла пройти самостоятельно. Перила вдоль тропинки были увиты ленточками желаний, очевидно, что многие приходили сюда в надежде, что грезы сбудутся. Лиза подумала, чего бы ей хотелось. Рядом шел Влад. Человек, который совершенно ей не подходит и желаннее, которого не было на свете.

Еще издали она слышала шум воды, когда вышли на площадку перед глазами открылась впечатляющая картина: мощные струи скатывались со скалистой стены, создавая чашу-озеру у её подножья.

– Это Ущелье Ведьм, когда-то здесь разыгралась история любви достойная пера Шекспира: юная княжна и простой пастух влюбились друг в друга. Но им не суждено было быть вместе. Тогда она убила себя на берегу этого озера. По верованию души девушек-самоубийц становятся ведьмами. С тех пор по ночам над водой разносится её стон, а ущелье и водопад прозвали Ведьминским.

– Почему у тебя все сказки страшные?

– Жизнь такая… Бери купальник, пойдем окунемся в воду. Как раз добрую сказку расскажу.

Лиза скрылась в кабинке. Купальник сел идеально, Лиза удивилась, как точно Влад определил размер. Жаль не было зеркала, чтобы себя осмотреть в полный рост. Она аккуратно сложила платье и вышла. Влад легонько захлопал. Хорошо, что они были вдвоем. Обычно во всех туристических местах толпы народа, но им всегда удавалось оказаться наедине. Влад взял её за руку и потянул за собой. Ледяная вода обожгла ступню.

– Ого, – вырвалось у Лизы, мокрые камни были скользкими, и она чуть не упала.

Крепкая рука удержала её, он подвел её под струи:

– Не бойся – высохнешь, – казалось, что Влад своим телом согревает воду, когда он держал её за руку температура становилась комфортной, конечно, прохладной, но даже приятной. – Я не сказал тебе самого главного: живущая здесь душа мертвой девушки не проклятье источника, а защита. Его второе имя: Водопад Любви, если признаться здесь даме сердца и обмануть её – то вода станет ядовитой и ты упадешь замертво.

– Влад, ты опять меня разыгрываешь!

– Нет. Я люблю тебя. Выходи за меня замуж! – не сговариваясь они глянули на воду, но она безмолвствовала.

Или он её действительно любит, или смеется над ней, последнее более вероятно.

– Но ведь я же как раз сегодня говорила тебе, что пока не расстанусь с Матвеем, не могу обсуждать такие вещи! Это просто нечестно по отношению к нему!

Что у нее за судьба принимать предложения руки и сердца у водопада?! Это совпадение или в Сочи так принято! Да, и вообще как Владу удается все испортить! Столь красивый момент, почему нельзя подождать еще неделю. Гнев, счастье, страх, стыд – всполохи эмоций кружили ей голову! Влад наслаждался произведенным эффектом.

Он протянул кольцо: черный турмалин в оправе. Комплект с кулоном. Она не могла надеть два кольца одновременно. Поэтому отодвинула его руку.

– Я не готова дать ответ.

– Мне нет дела до Матвея. И я могу подождать твой ответ, – «если бы ты знала, как давно я тебя ждал» добавил он про себя.

Влад протянул ей полотенце, Лиза вновь укрылась в кабинке.

Ужинали в живописном ресторане, раскинувшемся около развалин древне-византийской крепости Мамай-Кале. Он был расположен на возвышенности, благодаря чему открывался красивый вид на город и море, ласкающее его.

Перед тем как сделать заказ Влад попросил:

– Лиза, только прошу, давай за ужином ты не будешь терзаться над моим предложением. Сейчас мы с удовольствием посидим, насладимся трапезой, потом я отвезу тебя домой, где ты все обдумаешь. Я не жду от тебя ответа завтра или в ближайшую неделю. Я могу ждать тебя хоть вечность.

Лиза согласно кивнула. Они отвлеклись на меню, а затем Влад начал рассказывать историю Византии и народа, населяющего эти горы много веков назад. За десертом он взял её руку, рисующими линиями гладил ладонь, она чувствовала, во рту пересохло, она пила вино, понимая, что её мучит жажда иного толка. Переливы вечернего света, приглушенные говор гостей за другими столиками… Стать музой и вдохновением умного, сильного мужчины – разве это не может быть смыслом жизни. К чему возвращаться в сумрачный Смоленск, затянутый поясом средневековой крепости, с вечно серым небом…

Лиза открыла дверь и на цыпочках вошла в квартиру. Из кухни струилась предостерегающая полоска света – Катя не спала. Чему быть, того не миновать. Лиза набралась храбрости и вошла на кухню. Тонкое пламя свечи озаряло комнату, перед Катей разметались карты Таро.

– Привет. Гадаешь?

– Да, вот может быть, хотя бы карты скажут мне, где ты. Я звонила – телефон не берешь.

– Извини. Был выключен звук, и забыла включать, – Лиза осеклась, на самом деле она не понимала, что случилось. Она не выключила телефон и удивилась, что не было сигнала. Возможно в ущелье не ловила связь.

Катя рукой смешала расклад:

– Кто тебя привез? Ты где была?! Я волновалась! – обрушилась на неё подруга.

– С другом.

– С Владом???

– С Владом, – зачем отпираться, если всё очевидно…

– А как же Матвей?

– А что Матвей? Матвей никогда меня не любил. Я для него лишь удачная с маркетинговой точки зрения жена! Вложения инвестиций!

– Он любит тебя!

– Матвей любит только свою карьеру, и меня, как удачное приложение к резюме.

Катя оторопела, она не верила своим ушам.

– Ты не знаешь Влада, он может быть опасен. Я слышала, что некоторые девушки не хотели рассказывать, что с ними случилось в его доме, но они радовались, что остались живы, а многие даже лежали в больнице.

– Пусть бы написали заявлению в полицию.

– Иногда даже полиция бессильна.

– Бессильна! А зачем же тогда ты пускала его в свой дом? Смею напомнить, что я познакомилась с ним здесь, у тебя! Что же ты тогда насильников у себя привечаешь!

– Лиза, успокойся… Я просто хочу тебя защитить. Ты не понимаешь, он – не насильник, он – маг. Черный маг.

– Что ты несешь! Черный маг! Еще скажи, что у него ручной дракон живет, – Лиза еле сдерживала смех.

– Я не знаю, кто у него живет. Но даже карты показали, что ждут нас большие испытания. Тьма подходит к дому. Я сначала не поверила, а оказывается – это твоя судьба.

Катя сразу как-то вся сникла и ссутулилась. В глазах Лизы горело пламя. Потушить его старшая подруга была не в силах. Она протянула руки, чтобы обняться. Но Лиза оттолкнула её, схватила куртку и выбежала на улицу.

Дорога – как всегда в Сочи – вывела к морю. Несмотря на поздний час на пляже тут и там сидели веселые компании и парочки. Лиза вышла на бетонный волнорез. Чернильное море билось о край. Когда смотришь вниз, то не видно ни зги. Когда смотришь вверх, то тебе улыбаются мириады звезд. А человек стоит между вечность и бесконечностью. Песчинка во Вселенной.

Лиза сунула руку в карман. Что это? На ладони лежало кольцо, которое подарил ей Влад. Но как оно здесь оказалось, ведь она вернула его да и ездила в одном сарафане без ветровки?.. Она посмотрела на два украшения. Одно сулило надежность, заботу и комфорт. Второе – непредсказуемость, удовольствия, страсть… Белый кристалл поблескивал на пальце, напоминая о прежней жизни. Она сняла его, покрутила как бы прощаясь и вдруг бросила в воду. Море тут же его поглотило. Подсознательно Лиза думала, что оно сверкнет на прощанье. Но она ошиблась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.