# Адвокатская тайна. Том I. Теряя контроль

Эмма Райц

Даниил Волохов сделал себе имя на череде побед в самых громких и неоднозначных делах. О его прошлом, однако, мало кто знает. В настоящем он красив, богат, влиятелен и порочен. Но его темные секреты так и рвутся на свободу.
Фиктивный брак, интимная связь с таинственной блондинкой, запутанное военное прошлое, внезапные галлюцинации. Хватит ли места всем его скелетам в просторной гардеробной среди деловых костюмов по цене слитка золота?

# Эмма Райц. Адвокатская тайна. Теряя контроль

Закон и беспорядок


© Райц Э., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

## Глава 1


Накануне майских праздников Москва замерла в кататоническом ступоре.

Спустя пять дней после событий в Шереметьево Волохов стоял в мертвой пробке, пытаясь добраться до закрытого загородного клуба, где ночью должна была пройти традиционная пятничная горячая вечеринка. На втором часу улиточного движения он не выдержал: с бешеным раздражением стащил с себя пиджак, стянул галстук, отстегнул платиновые запонки и закатал рукава темно‑синей рубашки.

– Кто вообще додумался устроить все в пятницу перед праздниками…

Достав из бардачка пачку сигарет, он опустил стекло и с наслаждением затянулся. Водители из соседних рядов недовольно поглядывали на небритого брюнета, вальяжно развалившегося за рулем черного «Лексуса».

На панели управления высветился входящий звонок от Леры.

– Привет, пиковая королева.

В динамике раздался хрипловатый нежный смешок:

– Здравствуй, рыцарь Готэма.

– Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо. Меня выписывают в понедельник.

– Отлично. Рад, что все обошлось.

– Да… Мне нужна твоя помощь. Как обычно…

Даниил лениво улыбнулся и проехал в заторе еще пару десятков метров.

– Говори.

– Я бы хотела забрать свои вещи из квартиры Стаса. Это возможно?

– Хм… Думаю, да. До понедельника ждет?

– Конечно. И еще… – Лера напряженно вздохнула.

– Что такое?

– Денис перед отъездом сказал, что я теперь навсегда в одной связке с «Фениксом». Это шутка какая‑то?

Волохов потер лоб:

– Нет… Это было условие человека, организовавшего ваше безнаказанное освобождение. Со всех фигурантов снимают обвинения, если они останутся под присмотром.

– Бред. Полиция вообще вручила меня Багрянцеву в награду за сотрудничество. Уже за одно это я могла бы…

– Не могла бы.

– Подожди, но…

– Лер, не могла бы. Скажи спасибо, что не привлекли Европол за твое поддельное гражданство ЕС.

– Значит, предсказание о моей карьере в «Фениксе» сбывается?

– Ты не рада?

Она иронично рассмеялась:

– Кем я там буду?

– Не переживай раньше времени. Морок вернется через неделю, и вы вместе решите. Отдыхай. Привыкай к спокойной жизни.

Лера снова рассмеялась:

– Ты, кажется, забыл, кто мой новый парень.

Даниил откашлялся и улыбнулся:

– Такое сложно забыть.

– Хорошо… Тогда созвонимся после моей выписки. Не хочу тебя отвлекать.

– С учетом того, что я застрял на МКАДе, ты мало от чего меня отвлекаешь.

– О… Что заставило тебя полезть туда в пятницу вечером?

Теперь настала очередь Даниила рассмеяться:

– Жажда разврата.

– М-м-м… Это твоя эротическая фантазия – застрять в пробке?

– К счастью, нет. Но если так и дальше продолжится, это будет единственный секс, который мне сегодня перепадет.

– Ох, Волохов…

– Извини. Я уже близок к приступу клаустрофобии. Что на уме, то и на языке.

– Пфф… Мы с тобой, кажется, уже достаточно близки, чтобы не извиняться за откровенные шуточки.

– Согласен.

– Ладно… Мне пора на ужин. Горячих тебе выходных.

– Спасибо, милая. Поправляйся. – Волохов закурил еще одну сигарету.

Мысли плавно возвращались к основной причине его нахождения в пробке: ее гладкой коже, горячей плоти, хриплым стонам и вышибающему мозг аромату. Незаметно для себя Даниил погрузился в воспоминания годичной давности.

* * *

Прошлой весной

Это был его третий визит в загородный секс‑клуб. Два первых раза Волохов не оценил. Выбранные партнерши были слишком артистичны и слишком явно жаждали угодить. Никакой интриги. Никакой острой игры. Это определенно были приглашенные профессиональные эскортницы, для которых секс – работа, а не наслаждение. Даниил решил, что если и сегодня повторится такой сценарий, то он поищет клуб поинтереснее.

Надев черную бархатную полумаску, он припарковался и неспешно зашел в трехэтажный особняк в классическом стиле. В холле Даниил расплатился за участие и выбрал из браслетов с разными значениями зеленый – «гетеросексуал, выбираю партнершу сам».

В особняке уже было около сотни гостей. Все в масках разной степени защиты. Многие дамы прикрывали лица символическими, полупрозрачными или кружевными, чтобы потенциальные партнеры могли оценить их внешность. Волохов не горел желанием быть узнанным, поэтому его бархатная маска закрывала всю верхнюю часть лица, оставляя открытыми только глаза, рот и трехдневную небритость на подбородке. Он медленно двигался по первому этажу, откровенно рассматривая присутствующих девушек. Почти каждая призывно улыбалась и флиртовала с ним взглядом.

Волохов со скучающим видом прошел мимо всех в дальнюю часть особняка, к бару, где было не слишком многолюдно. Настроение скатилось в минус: на этот раз вообще выбрать оказалось не из кого. Даниил присел за стойку и заказал двойной эспрессо. Внезапно его внимание привлек необычный запах. Волохов посмотрел на сидевшую через стул от него блондинку в шелковой маске. Перед ней стоял бокал с белым вином. Втянув носом аромат, адвокат прищурился, пытаясь понять, чем пахло от блондинки. Что‑то сладковатое, с нотами шафрана, морского ветра и растаявшей на солнце карамели.

Даниил посмотрел на ее браслет. Белый – «секс только в закрытой комнате». Он тоже предпочитал уединение без лишних наблюдателей. Бармен поставил перед ним чашку с кофе, и Волохов закурил.

Блондинка медленно открыла глаза и бросила на него мимолетный взгляд. Волохов не спешил. Сигаретный дым на удивление практически не перебил аромат духов. Скорее подчеркнул его. Через несколько секунд к девушке подошел крупный мужчина, на вид лет сорока пяти. Он оценивал блондинку максимально голодным до утех взглядом и, несмотря на ее белый браслет, предложил секс в стеклянном кубе. Незнакомка отрицательно покачала головой, но внезапный кавалер не унимался, считая, что «нет» – это отложенное «да».

Блондинка вздохнула и повернулась в сторону Волохова. Тот усмехнулся, допил кофе и встал, протянув ей руку. Несмотря на наличие надоедливого поклонника, девушка все же оценивающе оглядела Даниила с ног до головы и снисходительно пожала плечами, словно сомневалась в успехе его предложения. Но в итоге накрыла ладонью его пальцы и еле заметно наклонила голову в сторону уединенных комнат. Отвергнутый партнер раздраженно хлопнул ладонью по столешнице барной стойки и потребовал себе «чего‑то покрепче».

Волохов сжал ладонь незнакомки, завел ее в одну из незанятых комнат и тихо закрыл дверь. Ее запах окутал его, словно горячая, сверкающая песчаная буря, заставляя дышать глубже и двигаться плавнее. Незнакомка еле заметно улыбалась. Ее выразительные янтарные глаза излучали одновременно вызов и равнодушие, будто она заранее испытывала легкое разочарование от согласия отдаться брюнету в черной маске. Волохов принял вызов с самодовольной усмешкой. В своем мастерстве он был уверен на тысячу процентов.

Скинув пиджак и закатав рукава рубашки, он шагнул к наблюдавшей за ним блондинке и медленно, но твердо развернул ее к себе спиной. Она с улыбкой подчинилась и плотно прижалась к его груди. Даниил, опустив голову к ее шее, вдохнул запах бархатистой кожи и парфюма от ключицы до подбородка, но не прикоснулся, а лишь заставил незнакомку покрыться мурашками от его теплого дыхания. Она возбужденно выдохнула и закрыла глаза, прижавшись к нему бедрами. Волохов усмехнулся и плавно расстегнул молнию на ее платье. Черный шелк изящно скользнул на пол. На девушке остались лишь туфли на тонких шпильках.

Удивленно приподняв бровь, Волохов покачал головой и еле ощутимо провел пальцами по позвоночнику молчаливой спутницы, спустившись к ее гладким, слегка подрагивающим ягодицам, и жестко проник в ее влажную плоть сразу двумя пальцами. Блондинка сдавленно вскрикнула и выгнулась, подчинившись его движениям. Даниил мягко сжал второй рукой ее шею и прошептал на ухо:

– Нравится?

Она прикусила нижнюю губу и возбужденно‑иронично посмотрела в его серые глаза с самодовольной усмешкой, которая внезапно покинула ее, когда он усилил свои движения и добрался до самых потайных точек.

* * *

Волохов очнулся от горячего воспоминания из‑за раздраженных гудков, раздавшихся сзади, и нажал на газ, с извинением моргнув аварийкой.

После той пламенной встречи он стал постоянным гостем клуба. Блондинка из раза в раз продолжала оставаться немногословной, но сменила белый браслет на черный – «занята». Дважды в месяц они встречались в закрытой комнате, где иногда жестко, иногда томно, а иногда и нежно доводили друг друга до испепеляющих оргазмов.

Даниил привык к тому, что она практически все время молчала, но сам продолжал говорить. Отвечала она ему обычно коротко или вообще лишь взглядом, улыбкой и прикосновениями.

Еще через полчаса затор наконец‑то растворился, и Волохов с наслаждением помчался по шоссе. Встречное движение в сторону Москвы было плотным, но активным. В плавно опускающихся сумерках трасса осветилась множеством бликов фар. Каждый торопился к финишу. Тут и там раздавались гудки.

Волохов издалека заметил быстро приближающуюся по встречной полосе яркую точку гоночного мотоцикла. Сам он не особо жаловал этот вид транспорта и всегда с непониманием косился на байки парней из «Феникса», в десяти случаях из десяти предпочитая комфорт и безопасность дорогого автомобиля.

Следя за несущимся мотоциклом, он с ужасом заметил, как из правой полосы неспешно начала перестраиваться фура. Мотоцикл выехал на встречку. Чтобы избежать фатального лобового столкновения, Даниил резко вильнул в сторону обочины, задел острый край асфальта и сразу же почувствовал, как руль его «Лексуса» потянуло вправо. Он сбавил скорость, включил аварийку и с непередаваемым раздражением остановился на обочине, проклиная невнимательного дальнобойщика, торопливого мотоциклиста и вообще всех вокруг. Правое переднее колесо было спущено. Покрышка разодрана об асфальт.

– Шикарно… – Он посмотрел на часы, зло растер ладонями лицо и пнул ногой по испорченному колесу. – Ладно. Плевать. Запаска есть, сейчас разберемся.

Он открыл багажник, достал запасное колесо, домкрат и ключ. Сумерки становились все гуще, и Волохов надеялся успеть до темноты. Внезапно он снова услышал звук мотоцикла, который через пару секунд ослепил его яркой фарой, остановившись в нескольких метрах от «Лексуса». Волохов недовольно прищурился. Мотоциклист заглушил двигатель, выставил подножку и слез с байка. Даниил закатил глаза и попытался отмахнуться от невысокого гонщика, но замер с поднятой рукой, услышав женский голос:

– Спасибо…

Волохов резко повернулся. Перед ним, сняв шлем, стояла девушка, на вид не старше двадцати трех лет, с огромными темными глазами и рыжевато‑каштановыми волосами до середины спины.

– Спасибо, что так быстро отреагировали. Я была уверена, что это конец… – Она растерянно смотрела на Даниила, будто все еще находилась в шоке.

– Пожалуйста. – Он закрепил ключ и с силой ударил по нему ногой.

Девушка вздрогнула.

– Я готова возместить вам ремонт и затраты… Если машина пострадала.

– Ничего не нужно, спасибо.

– Но я же вижу…

Волохов закрепил домкрат и приподнял кузов машины, чтобы снять убитое колесо.

– Я сказал, ничего не нужно. Будь аккуратнее на дороге и не носись по загруженным вечерним трассам.

– Давайте я хотя бы включу фару. Уже совсем темно.

– Хорошо.

Пятнадцать минут спустя Волохов закинул испорченное колесо в багажник вместе с домкратом и ключом.

– Мне правда жаль, что я… – Она вытерла глаза рукавом куртки, и Даниил наконец заметил, что девушка на грани истерики.

– Успокойся. Все нормально. – Он вздохнул и нехотя подошел к ней. – Все живы, это главное.

– Да… К счастью…

– Как тебя зовут?

Она подняла на него заплаканные блестящие глаза:

– Соня. Софья. Как угодно.

Даниил усмехнулся и взял ее за руку. Та оказалась ледяной.

– Ты в порядке, Софья?

– Вроде…

Он достал из машины бутылку воды и протянул ей:

– Попей, расслабься и езжай домой. Аккуратно.

– Хорошо… – Софья послушно открыла бутылку и сделала несколько больших глотков. Но ее так трясло, что она поперхнулась и неловко откашлялась, прикрыв рот рукой. – А вас как зовут?

Волохов поморщился. Но так как ее имя он спросил сам, внутренний кодекс приличий заставил его ответить:

– Даниил.

– Простите, Даниил. Мне действительно жаль, что я нарушила ваши планы и стала причиной пробитого колеса. Но все же. Большое спасибо, что отреагировали…

– Все нормально. Мне нужно ехать.

– Да… Конечно.

– Ты сама‑то в состоянии добраться до дома?

– Да… Буду ехать в потоке.

– Умница.

Волохов сел за руль и резво сорвал с места «Лексус» в надежде все‑таки застать свою блондинку в клубе.

* * *

Лера уже дремала, когда почувствовала вибрацию телефона под подушкой.

– Привет…

– Солнце, как ты? – голос Димы был хрипловатым и напряженным.

– Хорошо. В понедельник заберешь меня отсюда?

– Тебя выписывают?

– Да.

– Заберу.

Лера сонно улыбнулась:

– А завтра заедешь?

Сокол откашлялся, медля с ответом.

– Все хорошо?

– Да… Все отлично. Просто мы тут все дружно охреневаем от объема работы, которая висела на Дэне… И вчетвером еле вывозим все то, что он делал в одиночку.

Лера тихо рассмеялась:

– М-м-м… Стоило легендарному Мороку уехать в отпуск, как вы, ребятки, ощутили весь груз его занудной ответственности?

– Придется извиниться перед ним за свои выходки. Еще раз.

– Значит, завтра тебя не ждать?

– Я заеду. Но буквально на полчаса.

Лера натянула на себя одеяло и выдохнула в трубку:

– Этого более чем достаточно…

– Солнце…

– М-м-м… Ой, слушай!

– Что?

Она встрепенулась и села:

– Я подумала… Из‑за меня свадьба Дэна и Алисы сорвалась. И…

– Бред. Это не из‑за тебя!

– Нет, дослушай.

Дима раздраженно засопел.

– Это произошло в том числе и из‑за меня. Я бы хотела компенсировать…

– В смысле?

– Устроить им новый банкет. Без СОБРа, следователя и задержаний… Или… Что, если вывезти всех куда‑нибудь за город? Снять большой дом…

– М-м-м… Нажарить тонну мяса, залить это все пивом… Кайф. Давай.

Лера хихикнула и сокрушенно покачала головой:

– Вам лишь бы мяса побольше.

– Если серьезно, идея отличная. Но я все же против того, чтобы повесить случившееся исключительно на тебя. Поводы для задержания мы создали сами. Рано или поздно это бы точно всплыло… Поэтому даже не думай устраивать веселье за свой счет. Я поговорю с парнями. Уверен, все захотят поучаствовать.

– Хорошо… Как скажешь.

Они замолчали. Лера снова улеглась и зевнула.

– Люблю тебя.

– И я тебя, малыш. – Она сонно улыбнулась.

– Сладких снов.

– До завтра…

* * *

Волохов с буксом проехал по гравию парковки клуба, спешно затянул на затылке ремешок маски и, не надевая пиджак, быстрым шагом двинулся к особняку. Буквально швырнув пачку пятитысячных купюр на стол в холле, он схватил браслет и заклеил его на ходу, ища глазами свою блондинку. Она со скучающим видом сидела за барной стойкой, медленно покручивая пальцами ножку бокала с остатками вина. Время от времени к ней приближался очередной искатель горячих приключений, но почти сразу же отходил, видя черный браслет.

– Прости, я опоздал. – Волохов на выдохе прикоснулся губами к ее шее, и блондинка вздрогнула от неожиданности. – Идем?

Она неопределенно повела плечом, освобождаясь от его руки, и закрыла глаза.

– Я попал в небольшую передрягу. Пришлось менять колесо.

Ее ресницы затрепетали. Даниил нежно провел большим пальцем по ее подбородку и повернул лицом к себе. Блондинка открыла глаза. Несмотря на приглушенный свет, он заметил, что они были влажными и красноватыми.

– Ты думала, я не приеду?

Она отрицательно покачала головой и еле слышно прошептала:

– Нет…

Даниил от неожиданности замер:

– М-м-м… Все хорошо?

– Пойдем… – Она встала, взяла его за руку и повела в комнату.

Закрыв дверь, блондинка вплотную подошла к Волохову и обняла его за напряженную шею. Подняв печальные глаза, она медленно, терпко поцеловала его, путаясь пальцами в густых темных волосах на его затылке и незаметно подбираясь к ремешку маски.

– Даже не думай… – Он перехватил ее ладони и опасно усмехнулся.

Блондинка вздохнула и повернулась к нему спиной, убрав волосы в сторону. Волохов расстегнул молнию, и платье, как всегда, соскользнуло к ее ногам. Она снова беззастенчиво повернулась к нему лицом и мягко толкнула в глубокое черное бархатное кресло. Сев сверху, она неторопливо расстегнула каждую пуговицу на его рубашке и чувственно покрыла поцелуями рельефный торс. Волохов ощущал, как мышцы под ее влажными губами слегка подрагивали, но ничего не мог с собой поделать. Да и не хотел. Сегодня его спутница была на редкость томной. И после дурацкой ситуации с юной мотоциклисткой это было то, что могло избавить от излишнего напряжения. Из возбужденной задумчивости его вывел лязг брючного ремня. Блондинка успела соскользнуть с его колен на пол и уже освобождала Волохова от лишней одежды. Тот слегка приподнялся, чтобы помочь ей, и через несколько секунд с глубоким вздохом откинулся на спинку кресла, с наслаждением ощущая ее плотно сжатые губы на своем члене.

Потянувшись к брюкам, он достал из кармана пачку сигарет и закурил. Девушка, за год привыкшая к его не всегда стандартному поведению во время секса, иронично повела бровью и продолжила ласкать его губами и языком. Через минуту Волохов потушил окурок и встал с кресла, подав руку своей старательной любовнице.

– Ложись на живот.

Она покорно опустилась на черные шелковые простыни широкой кровати. В приглушенном свете Даниил без труда заметил, что она уже была сильно возбуждена. Одним движением надев презерватив, он раздвинул ее ноги, приподнял бедра и резко вонзился в нее. Блондинка сладостно вскрикнула и прижалась к Волохову ягодицами, максимально глубоко насаживаясь на него. Он впился пальцами в ее талию и начал двигаться грубыми рывками. Девушка подрагивала и дышала с порывистыми стонами, но Даниил знал, что ей нравится. Она приподнялась и оперлась на локти, постанывая все громче, а Волохов собрал одной рукой ее волосы и резко потянул на себя. Она охнула и попыталась приподняться, но он надавил свободной ладонью на ее поясницу, не давая ей принять вертикальное положение.

– Мне больно…

– Я знаю… – Волохов нагнулся к ее уху, продолжая свои глубокие грубые движения, и прошептал: – Никогда… не смей… прикасаться… к моей… маске…

Из янтарных глаз потекли слезы, а из горла вырвался сдавленный болезненный стон:

– Прости…

Через несколько секунд Даниил достиг пика и громко выдохнул. Блондинка с облегчением расслабилась. Он снова закурил и лег рядом, внезапно нежно поглаживая ее по волосам и спине.

– Ты не успела?

Она молча покачала головой и неуверенно прижалась к нему. Даниил с наслаждением выпустил струю дыма под потолок и закрыл глаза. Через мгновение он почувствовал еле заметные прикосновения блондинки. Она легко вела пальцами по его груди и животу, словно продолжала просить прощения за свою необдуманную выходку.

– Повторим? – Он повернул голову к ней и не моргая посмотрел в глаза.

Девушка со страхом замерла, с трудом выдерживая его пристальный жесткий взгляд.

– Я буду нежнее. Если пообещаешь хорошо себя вести.

– Да…

Волохов сдержал слово. За следующий час в его умелых руках блондинка несколько раз удовлетворенно вскрикивала, дрожа всем телом и покрываясь влажной испариной. В конце концов они оба обессиленно улеглись, тяжело дыша и похотливо улыбаясь. Волохов достал очередную сигарету, и девушка деликатно протянула руку к его рту, одним взглядом спрашивая разрешения. Он ухмыльнулся, щелкнул зажигалкой и вложил тлевшую сигарету в ее слегка приоткрытые губы, горевшие от его жестких чувственных поцелуев.

– Теперь ты довольна?

– Более чем. – Блондинка сыто кивнула. Ее взгляд снова стал иронично‑соблазнительным, а улыбка – эротично‑самодовольной.

Посмотрев на часы, Волохов закатил глаза и провел рукой по подбородку.

– Мне пора. – Он нехотя встал с кровати, оделся, расправил на себе помятую рубашку и наклонился, чтобы поцеловать сладкое бедро блондинки.

Она еле заметно вздрогнула и усмехнулась.

– До встречи. – Даниил вышел из клуба в майскую прохладную ночь, сел в машину и с нетерпением стащил маску.

«Лексус» вальяжно выехал с парковки в сторону шоссе. Волохов устало растирал шею и глаза, вспоминая все вопросы, которые ему нужно было успеть решить за предстоящие выходные. Внезапно мимо него по двойной сплошной пронесся гоночный мотоцикл. Адвокат чертыхнулся и инстинктивно вильнул вправо, едва успев посмотреть в боковое зеркало. Но соседняя полоса была в тот момент, к счастью, свободна.

– Ненавижу мотоциклистов…

## Глава 2


Лера с закрытыми глазами стояла у входа в «Склиф», наслаждаясь ярким теплым солнцем. Москва расцвела майской зеленью, наполнилась жизнерадостными птичьими трелями и сверкала вымытыми витринами. Внезапно солнце померкло. Лера успела вдохнуть знакомый приятный запах и в следующее мгновение почувствовала на губах горячий язык Димы.

– Я опоздал, прости…

– М-м-м… Не останавливайся…

Он запустил пальцы в ее тяжелые блестящие волосы и медленно поцеловал, улыбаясь и постепенно отклоняясь назад, заставляя ее тянуться к нему, пока она не прижалась к его груди, встав на цыпочки.

– Шалун.

– Люблю тебя. Поехали. Хватит с нас больниц.

Лера открыла глаза. Ее взгляд был затуманен, а ресницы подрагивали.

– Хорошо себя чувствуешь?

– Очень.

– Пойдем, детка. Мне еще нужно будет вернуться в офис.

Они двинулись к большой парковке, где среди белых, черных и серебристых автомобилей ярко выделялась темно‑красная «Ауди» Димы.

– Надолго?

– Не знаю. На мне сейчас оружейный склад. С появлением лицензии нужно перерегистрировать все стволы и боеприпасы. За выходные я перебрал, кажется, две трети. С остальным нужно закончить сегодня.

Лера улыбнулась с легким разочарованием:

– А может, я посижу в офисе?

Сокол закинул ее сумку на заднее сиденье и с хохотом покачал головой:

– О нет! Иначе мы там точно подвиснем надолго.

– Ладно. Подожду дома. Приму ванну, намажусь кремом…

Замерев у водительской двери, Дима сглотнул, немного помедлил, но потом встрепенулся и сел в машину.

– Детка, я бы рад… Но не раньше вечера.

– Как скажешь, малыш.

Они плавно выехали с парковки, и Дима прижал ладонь Леры к своему бедру:

– Не верится, что все позади.

– Мне тоже…

* * *

Волохов со скучающим видом допивал порцию виски в ожидании клиента. Несмотря на понедельник, Novikov был почти полностью заполнен.

– Даниил, привет! Прости, задержался. – К его столику приближался подтянутый мужчина слегка за пятьдесят в стильном светлом костюме.

Волохов приподнялся с кресла и пожал протянутую руку:

– Добрый вечер, Ярослав. О чем ты хотел поговорить?

В этот момент к ним подошел официант.

– Мне как всегда, спасибо.

Молодой человек поморщился в легком смятении.

– Новенький? Бармен в курсе.

В ту же секунду у столика возник администратор, который с извиняющейся улыбкой поздоровался с гостями и увел официанта к барной стойке. Ярослав жестко провел ладонью по густым седым волосам, расстегнул пиджак и выдохнул:

– Тут такое дело… Думаю, ты уже слышал…

Даниил усмехнулся и кивнул:

– Внезапная внебрачная дочь?

– Да. И мой старик просто взбеленился. Вчера вызвонил нотариуса. Переписал завещание. Ты даже не представляешь, что он учудил…

– Удиви меня.

Перед Ярославом возникли бокал с коньяком и блюдце с маслинами.

– Два завода записал на девчонку. Причем самые высокомаржинальные. Те, на которых недавно запустили современные линии и обновили оборудование. Но это полбеды!

Волохов знаком показал официанту повторить виски.

– Он еще и условие поставил: заводы она получит, если выйдет замуж до его отхода в мир иной. Иначе его поверенный должен будет продать оба завода за символическую сумму. И, как ты понимаешь, не мне.

– А в чем смысл?

Ярослав снова провел ладонью по седой шевелюре:

– В отместку мне за грехи юности. А я ведь и слыхом не слыхивал! Если бы ее мамаша мне сразу тогда сказала, я бы без проблем записал девчонку на себя. Но нет же! Она исчезла из Москвы, а теперь через двадцать шесть лет объявилась с моей взрослой дочерью и ворохом претензий!

– Тише…

На них стали оборачиваться другие посетители.

– Да, извини. Я просто не успел оправиться от внезапного отцовства, а тут еще и нововведения в завещании…

– Ясно. А я чем могу помочь? Нужно оспорить эти условия? Или что?

Ярослав неожиданно сделал большой глоток коньяка и тихо проговорил:

– Женись на моей дочери.

Волохов прокашлялся и с удивлением уставился на своего давнего клиента:

– Прости?

– Слушай, хорош, а? Мы с тобой почти десять лет работаем. Ты прекрасно понял, что я сказал. В общем, дочурка под стать деду. Упрямая, своевольная, сказала, что не собирается замуж и плевать хотела на заводы…

– А ее мать?

Бизнесмен сокрушенно покачал головой:

– Там полный швах. Они рассорились между собой, каждая из них поскандалила со мной. Жена подальше от всего этого бреда улетела во Францию и говорит со мной междометиями, словно Эллочка‑Людоедка.

– Сожалею.

– Короче, дочери я пообещал оплатить обучение в Лондоне, приобрести ей недвижимость и в целом помогать по жизни. Девка‑то она неплохая. Соображает, разбирается в искусстве, вся такая возвышенная и мечтательная. Не без дури в голове, но сейчас все они такие… А ее матери списал одну из своих квартир на Ленинском и назначил содержание. Но они мне, честно, весь мозг выжрали… – Ярослав снова отхлебнул коньяка и зло проткнул шпажкой блестящую маслину. – Так что? Готов к фиктивному браку? Старику прогнозируют год, максимум два. Отдам тебе по десять процентов акций с обоих заводов. И готов платить за каждый месяц брака. Сколько? Миллион? Два?

– Я правильно понимаю, что тебе нужен просто штамп в моем паспорте и присутствие на свадебном торжестве? Изображать семейную идиллию не придется?

– Только перед моим отцом.

– Как, если твоя дочь уедет учиться?

– Нет. Уедет она после того, как вступит в права наследования и подпишет мне доверенность на управление заводами. У тебя ведь большой дом? Она не помешает своим присутствием? Или?.. Или у тебя есть подружка?

Волохов поморщился:

– Нет. Моя личная жизнь проходит за пределами дома.

– Даниил, выручай. Мне особо некому довериться. Все эти молодые оболтусы однозначно накосячат, кому‑то под градусом проговорятся, где‑то засветятся… А у тебя репутация, свое дело, адвокатские принципы, голова на плечах. Три миллиона в месяц. Она живет у тебя. И время от времени вы приезжаете к нам на семейные сборища. После смерти старика и оглашения завещания вы разводитесь, ты получаешь акции, а она исчезает из твоей жизни. – Ярослав с надеждой смотрел на Волохова.

Тот задумчиво потягивал виски и обозревал Тверскую сквозь гигантские окна ресторана. Предложение было по‑настоящему заманчивым. Даниил перебирал в голове все возможные варианты развития событий, сложности и последствия.

– Допустим, ежемесячные три миллиона мы сможем проводить через мое адвокатское бюро в качестве платежей за юридические услуги. Но твое обещание отдать мне часть акций… вилами по воде.

– Ты не доверяешь мне?

– Вопрос не в доверии. Есть вероятность, что даже при выполнении всех условий твой старик все же не отдаст заводы?

Ярослав жевал маслину и постукивал пальцем по столу:

– Возьми пока половину моей питерской фабрики. В качестве залога. А потом махнемся. Если не выгорит, оставишь себе.

– Сколько у меня есть времени подумать?

– Давай до четверга. Если согласишься, месяца полтора помелькаешь у нас дома, чтобы свадьба не выглядела настолько откровенно подставной. И в середине лета отпразднуем. Все за мой счет.

Волохов с легким раздражением подумал, что его клиент ведет себя так, будто уже получил его согласие.

– Я позвоню.

– Договорились. Спасибо!

– Я еще не согласился, за что спасибо?

– За то, что хотя бы не отказал сразу.

Адвокат допил виски, попрощался с Ярославом, расплатился у барной стойки и вышел из ресторана.

* * *

– Детка… Спишь?..

После пенной ванны и ароматного масла для тела Леру стало клонить в сон задолго до полуночи и возвращения Димы.

– М-м-м… – Она неспешно потянулась и вдруг почувствовала его теплые пальцы у себя между ног. – Сокол…

– Да?

– Ты закончил со своими стволами?

– Ага… – Он целовал Леру в шею, обжигая ее кожу горячим дыханием, и продолжал ласкать пальцами.

Она окончательно проснулась и возбужденно выгнулась, прижавшись голыми ягодицами к его джинсам.

– Ты все еще одет…

– Я только вернулся…

– Раздевайся, Сокол. Я не намерена больше ждать…

– Ауч… Моя требовательная королева.

Дима быстро избавился от одежды и одной рукой крепко прижал к себе Леру за талию, а пальцами второй мягко сжал ее грудь.

– Да…

– А как же вступление?

– Ты опоздал на вступление… Переходи к основному действу… А… – Лера не успела закончить фразу и еле заметно поморщилась.

– Все хорошо? Или тебе больно?

– Ну…

Дима остановился.

– Ты же крупный мальчик… А я… миниатюрная девочка… – Она снова требовательно потерлась об него ягодицами. – Лучше так… Чем наоборот…

Сокол хохотнул, спрятав лицо в ее волосах, и на этот раз мягко и медленно погрузился в нее.

– Такая ты…

– Какая?.. – Лера закусила нижнюю губу от болезненного наслаждения. – А… Помню… Сладкая сучка…

– Моя… сладкая… сучка…

* * *

– Просыпайся, соня.

Дима зажмурился и вытянул руку в направлении голоса Леры.

– Не хочу… Где ты?

Лера усмехнулась и дала ему себя поймать.

– У меня сегодня выходной.

– Врешь. – Она залезла сверху и легла на Диму, уперевшись подбородком в сложенные на его груди руки.

– Нет, правда. Меня не ждут в офисе до полудня. – Он нежно поглаживал ее бедра и улыбался с закрытыми глазами.

– И чем же мы займемся в это время?

– Не знаю, как тебе, а мне четырех часов сна мало.

Лера скривилась и возмущенно воскликнула:

– Ты будешь спать?!

– М-м-м… Ага…

– А как же я?

Сокол стащил ее с себя, сгреб в охапку и накрыл их обоих одеялом:

– Ты, моя ненасытная королева, будешь спать рядом. И только попробуй разбудить меня раньше одиннадцати.

– И что ты сделаешь?

– Одарю тебя… сладким… зудящим синячком…

– Что?! – Лера вскрикнула, но Дима с сонным смехом прижал ее к себе еще сильнее.

– На твоей бархатной ягодице. Как тогда… – Он снова провалился в сон, уткнувшись носом в плечо хохочущей Леры.

* * *

– Одиннадцать!

Дима резко дернулся и чуть не свалился с кровати, запутавшись в простыне:

– Женщина… – Но в следующий момент он почувствовал слюновыделительный аромат горячего завтрака и открыл глаза. – Почему ты такая громкая? – Он сонно приплелся на кухню и сжал непривычно активную Леру в объятиях.

– Меня выпустили из больницы, я насладилась горячей ванной, до дрожи в ногах удовлетворена своим мужчиной и наконец‑то вкусно позавтракаю. Это ли не повод?

– М-м-м… До дрожи в ногах?

Лера хмыкнула и покачала головой:

– Конечно, ты услышал только эту часть…

– Нет, еще я услышал «своим мужчиной».

Она повернулась к Диме лицом и перестала улыбаться. Он приподнял бровь и с подозрением посмотрел в ее глаза.

– Что?

– Что?

– Нет, я имел в виду, что мне нравится. Ты – моя женщина, я – твой мужчина. – Он медленно склонил голову и мягко прикусил нижнюю губу Леры. Она расслабилась и обняла его.

* * *

– Алло, Ярослав. Добрый день.

– Привет! Ну что, решил?

– Я готов тебе помочь. Но с одним условием.

– Каким?

– Мы четко и однозначно определяем с тобой этот брак в качестве фиктивного. Твоя дочь продолжит вести свою личную жизнь, а я – свою.

Ярослав откашлялся:

– Я только за. Единственное пожелание – не слишком явно мелькай в городе со своей личной жизнью, как ты это умеешь. Хотя… В последнее время вроде не был замечен.

– Сколько ей лет?

– Почти двадцать шесть, а что?

– Не хотелось бы выглядеть откровенным папиком в глазах клиентов.

– Не думаю, что им есть до этого дело.

– Поверь, многим есть. Не суди всех по себе.

– Остряк ты, Даниил. Хорошо. Когда можем встретиться, чтобы я представил вас друг другу? Нужно, чтобы вы как можно быстрее начали появляться вместе.

Волохов пролистал ежедневник:

– Да хоть сегодня. Заодно обсудим передачу завода. И ты подпишешь дополнительное соглашение на ежемесячные доплаты к основному договору.

– Ценю твою клиентоориентированность. – Ярослав тихо рассмеялся и завершил звонок.

* * *

Тем же вечером, сидя во вновь заполненном под завязку Novikov, Волохов просматривал рабочую почту. После очередного письма он открыл чат с Лерой.


Можем завтра днем съездить в квартиру Стаса. Я наконец‑то дозвонился до его юриста.


Отлично. Встретимся прямо там?
Во сколько мне подъехать?


К полудню? А потом можем пообедать где‑нибудь.


Готовься закатать рукава!


Эм… Что?


У меня большая гардеробная.
Придется потаскать пакеты.


Не проще ли заказать грузчиков?


Если успею найти!


В этот момент к его столику подошел Ярослав с дочерью:

– Долго ждешь?

Волохов убрал телефон и встал, чтобы поздороваться:

– Нет, я только… – И тут он увидел свою новую знакомую. – Здравствуй, Софья.

Та, однако, не выглядела удивленной, будто знала, кого должна была увидеть этим вечером. А вот Ярослав подозрительно нахмурился:

– Вы что, знакомы?!

– С недавних пор.

– Да… Даниил спас меня от столкновения. Доблестно пожертвовал колесом своего автомобиля.

– Господи, опять ты носилась на этом своем двухколесном гробу?!

– Если честно, виноват был водитель фуры. Он стал перестраиваться наперерез Софье. – Волохов начинал жалеть о своем согласии на сделку, но этика не позволяла ему отступить от достигнутых договоренностей. – Я думаю, мы уже можем присесть.

– О… Да, конечно. – Ранкович устало плюхнулся в кресло. – Итак, я вкратце объяснил дочери суть нашей сделки.

– И ты согласилась? – Даниил смотрел на Софью, не горя желанием говорить о ней в третьем лице, будто она вещь или ее вовсе тут нет. Ярослава такая смена манеры разговора слегка покоробила, но он решил не подавать виду. Софья вскинула бровь:

– Как будто у меня был выбор!

– Выбор есть всегда.

– Волохов… – вздохнул Ярослав.

– Вопрос соответствия награды испытанию.

Софья отвела взгляд от ледяных серых глаз адвоката:

– Награда меня устраивает…

– Чудесно. Значит, завтра у нас с тобой первое свидание. – Он прищурился, заметив, как дернулась нижняя челюсть Софьи. – Выбери любое тусовочное место на свой вкус.

– Я не…

– Прекрасно! Люблю проактивный подход! За это нужно выпить. – Ярослав подозвал официанта, чтобы заказать алкоголь.

– Что ты не? – проигнорировав выпад Ранковича, переспросил Даниил.

Девушка замялась:

– Не сильна в столичных тусовках…

Волохов скривился и провел ладонью по шее:

– Ладно. Я сам.

– Зачем это нужно? – Она явно ощущала себя не в своей тарелке от мысли, что придется явиться на какую‑то светскую вечеринку с практически незнакомым мужчиной, который время от времени становился объектом бурного обсуждения столичных тусовщиков, да еще и был старше нее на четырнадцать лет.

– Все должны быть уверены, что я пал жертвой твоих огромных карих глаз. – Несмотря на сквозившую в голосе иронию, Даниил смотрел на нее вполне серьезно.

Через секунду Ярослав, кашлянув, напомнил им о своем присутствии:

– Ладно, голубки. Давайте выпьем за позитивный исход нашего безумного мероприятия, в котором каждый получит то, что заслужил…

– …обманув больного старика.

Ярослав закатил глаза от раздражения и влил в себя стакан виски одним глотком:

– Этот больной старик всю жизнь бесстрашно играл судьбами многих людей. И пытается продолжать даже на смертном одре. Я вложил в эти заводы не только кучу своих денег, но и душу. Сутками пропадал там в процессе реновации. А теперь, видите ли, оказался не совсем достоин. Тебе‑то плевать, а для меня они словно дети.

– И ты спасаешь одних детей ценой судьбы другого ребенка. Яблочко от яблони, папа.

Волохов, наблюдавший эту сцену, усмехнулся и решил, что, возможно, свадебная авантюра окажется несколько веселее, чем он предполагал…

## Глава 3


– Детка, я дома! Оу… – Дима зашел в гостиную и чуть не рухнул, споткнувшись об один из десятка огромных пакетов.

– Привет!

– Что это?

Лера ловко пробралась между завалами и поцеловала Диму:

– Мои вещи. Или я поторопилась?..

– Э… нет, ты что! Просто их так много…

– Ну… Да, пока я работала, часто ходила по магазинам.

– И ты все это носишь? – Сокол усмехнулся, подумав о своем скромном наборе вещей, помещавшемся в пару чемоданов.

Лера вздохнула и мягко обняла его:

– Носила. А теперь… Не знаю. Возможно, многое мне уже и не понадобится. Но времени разгребать особо не было.

– А как ты… одна, что ли, все это? Почему мне не сказала ничего?

– Вчера мне написал Волохов. Он договорился с юристом Стаса о моем визите в квартиру. Сегодня мне дали полтора часа на сборы. Потом мы пообедали, и всю вторую половину дня я потратила на сортировку…

Дима нахмурился и недовольно напрягся:

– Ты могла попросить меня помочь.

– Но ты же днем занят в «Фениксе». Я не стала тебя напрягать.

– И как? Вкусный обед был?

Лера удивленно заморгала:

– Что?

– Обед с Волоховым.

– Нормальный… – Она перестала улыбаться и опустила руки. – Это сейчас к чему?

Дима достал из кармана пачку сигарет, перешагнул через пакеты с вещами и молча вышел на лоджию. Лера закатила глаза и пошла за ним.

– Ты ревнуешь? Что за странная реакция?

Он щелкнул зажигалкой и затянулся.

– Дим.

Не поворачиваясь к Лере, Сокол произнес:

– Мне не нравится Волохов. И я совсем не в восторге от ваших с ним обедов.

Лера тряхнула головой:

– А что с ним не так? Во‑первых, он мой адвокат…

– Во‑первых, он к тебе неровно дышит!

– Бред. – Она приблизилась к Диме вплотную и пристально посмотрела на его профиль. – Я задала ему вопрос на этот счет. Он четко ответил, что не претендует на твою территорию.

При звуке последних слов Дима выдохнул сигаретный дым и наконец‑то повернулся к Лере. Где‑то в глубине ее синих глаз тлел тот самый огонек, который он заметил еще в первую их встречу на квартире «Феникса». Не дождавшись ответа, Лера саркастично спросила:

– Еще аргументы будут?

Сокол в таком же тоне ответил:

– Из‑за его косяка я вызвонил тебя сюда раньше времени. Он был в морге и не понял, что его развели. Стас оказался жив и с легкостью заполучил тебя.

Лера выпрямилась, но через мгновение парировала:

– Но и благодаря ему же ты успел перехватить рейс.

– Ага. И убил шесть человек. А если бы не успел, ты умерла бы прямо в полете. – Дима навис над ней, ни на шаг не отступая от своего мнения.

Лера вздохнула и попыталась сгладить их разногласия:

– Все закончилось хорошо. Или ты теперь всю жизнь будешь ему это припоминать?

– А что, не должен?! Лера, он такой же наемник! Он больше года работал на «Фобос» в качестве внешнего агента.

– Что? Он мне не говорил…

Дима раздраженно усмехнулся и покачал головой:

– Он как раз тот, кто убивал тут. В городе. Он не мотался по горячим точкам, как мы! Это многое говорит о его моральных принципах, не думаешь? Он был таким же, как те, кто так хладнокровно обрушил клеть на твоего… бывшего… – сразу же пожалев о сказанном, Дима зажмурился в ожидании громкого продолжения диалога.

Но Лера тихо спросила:

– Когда?

– Что когда?

– Когда он работал на «Фобос»?

– Давно. Лет десять назад. – Даже не приглядываясь, Сокол заметил, как резко расслабились плечи Леры.

– Но сейчас он юрист. С идеальной репутацией.

– Да. И с позывным Двуликий!

– Потому что он фанат гребаного Харви Дента! – Лера ушла обратно в комнату. – Хватит. Я не собираюсь продолжать этот дурацкий разговор! Мне тридцать лет! Я вполне неплохо разбираюсь в людях и могу сама решать, с кем стоит общаться, а кого – обходить стороной!

Дима швырнул окурок вниз, растер шею ладонью и пошел следом за Лерой, но не успел сделать и двух шагов, как она врезалась в него и напористо поцеловала. От неожиданности он не удержался на ногах, и они в обнимку рухнули на кучу ее вещей.

– Ты с ума сошла?

– Да… По тебе. – Лера стащила с него футболку, уселась сверху и начала порывисто покрывать тело Димы влажными поцелуями.

– Детка…

– М-м-м…

– Я не… Да… – Дима на мгновение напрягся, а потом медленно выдохнул и закрыл глаза от удовольствия. – Ты… читерша…

Плечи Леры затряслись от смеха, но она продолжила ласкать Диму языком, губами и руками.

– Да… Черт… – Чувствуя приближение финала, Дима схватил Леру за руку и потащил ее выше к себе.

– Эй… Я не закончила…

Он сдвинул вбок ее кружевные трусики и насадил на себя. Лера откинула голову назад и быстро задышала, возбужденно двигая бедрами.

– Сокол…

Дима закусил нижнюю губу от восторга.

– Летим вместе?..

– Да…

Через минуту по ее телу пробежала острая судорога, и Лера вскрикнула.

– Я сейчас… – Дима сжал ладонями ее влажные ягодицы и через пару десятков быстрых резких движений высвободился за секунду до оргазма. – Черт…

Лера продолжала сидеть на нем с закрытыми глазами и завороженно покачиваться в такт сердцебиению.

– Слушай, я…

– Тшш… – Она на ощупь приложила палец к его губам и покачала головой: – Подожди.

Но через несколько секунд ее телефон где‑то под грудой вещей тихо запел голосом Дэвида Гаана, утверждавшего, что слова только и могут, что ранить. Дима хмыкнул:

– Символично.

Лера поморщилась и медленно слезла с него.

* * *

– Дим.

– А?

– Я надеюсь, мы закрыли тему Волохова?

Они лежали в постели, крепко обнявшись. Дима уныло скривился:

– Ты знаешь мое мнение. По мне, он немногим лучше твоего покойного бывшего мужа. Если тебе правда не с кем пообедать, пока я занят, подружись с Аней. Или Олей. Или Алисой. Или у тебя есть подруги?

Лера напряженно вздохнула:

– Нет. Как‑то у меня никогда не складывалось с девчонками.

– У тебя реально нет подруг?! Да ладно! Такое бывает? – Дима удивленно хохотнул, а Лера высвободилась из его рук и села.

– Представь себе.

– Но как же… С кем же ты тогда обсуждаешь… эм… всякие женские штуки?

Лера пожала плечами:

– Не испытываю необходимости в этом. Вообще не люблю все эти… женские штуки.

– Окей. А о чем вы говорили с Волоховым за обедом? – Сокол снова хмурился, но глаза Леры озорно сверкнули, и она сдавленно произнесла, сдерживая смех:

– Обещай не ржать.

– Ты меня пугаешь.

– О его свадьбе! – И сама расхохоталась, падая на подушку.

Дима смотрел на нее как на умалишенную:

– Чего? Какой еще свадьбе?

– Волохов женится! Волохов!!!

– На ком?

Леру накрыла вторая волна хохота:

– На дочери своего клиента. Все это выглядит очень подозрительно. Я уверена, что причина брака не во внезапно вспыхнувшей волшебной любви между сорокалетним лихим адвокатом и двадцатипятилетней нежной девой. Свадьба с двойным дном!

– И после этого ты продолжаешь утверждать, что он вполне подходящий для дружеского общения человек…

Лера придвинулась к Соколу и нежно поцеловала его в висок:

– Я два года спала с женатым мужчиной, окончательно развалив его семью. А ты убиваешь за деньги. Никто из нас не ангел. Нам всем гореть в аду.

– А ты, я смотрю, интересная собеседница.

Он с силой прижал Леру к себе, не давая ей сделать вдох, и прекратил ее пространные рассуждения жестким поцелуем.

* * *

– Неужели это все наконец‑то закончилось… – Алиса устало катила свой чемодан к выходу из аэропорта, держа за руку хмурого Дениса.

– Да. Кажется, нам придется переиграть не только свадебный банкет, но и медовый месяц.

Пройдя сквозь стеклянные двери, они оба с удивлением уставились на широко улыбавшегося Джокера.

– Привет молодоженам! – Он внезапно достал из‑за спины большую хлопушку и, крутанув ее дно, осыпал друзей разноцветными блестками.

Стряхивая с себя кусочки радости, Морок недоуменно приподнял бровь:

– Что ты тут делаешь?

Джокер заметил, что настроение у обоих было на троечку, но все же жизнерадостно произнес:

– Решил сделать сюрприз и встретить вас.

– С чего вдруг?

– Нет, вы почему такие кислые, а?! Поехали!

Он взял из рук остолбеневшей Алисы ручку чемодана и притворно согнулся:

– Ох, черт! Ты там римские камни, что ли, везешь? Ладно, хватит тухлить! У меня заканчивается оплаченный период парковки! Бегом‑бегом!

Денис и Алиса переглянулись, оба пожали плечами и пошли за ним.

– И все же, что случилось?

Матовый черный «Мерседес-AMG GT» проворно маневрировал в плотном движении, распугивая таксистов на своем пути.

– Жутко соскучился! Не было сил ждать понедельника.

Алиса хихикнула.

– Ладно. Мы просто решили собраться всей толпой. Майские праздники все же!

– Блин…

Джокер с подозрением покосился на Дениса через зеркало заднего вида:

– Так, а вы чего такие кислые? Слишком мало отпуска?

– Слишком много моей мамы… – Алиса зажмурилась, тут же пожалев, что не сдержалась.

– А что не так с мамой?

– Ничего. Все в порядке. Просто она была чуть более… эмоциональна, чем мы ожидали.

Денис заметил, что они пропустили поворот:

– Ты нашел новый маршрут?

Джокер хитро подмигнул ему и промолчал.

– Как вы тут без нас? «Феникс» жив? – Алиса тоже с подозрением оглянулась.

– Ха‑ха! Живее всех живых! Упахались мы без Дэна знатно, но все вырулили. А Сокол вообще учудил.

Денис закатил глаза в ожидании очередного фокуса от Димы:

– Удиви меня.

– Всю оружейку перерегистрировал за три дня. Вот что значит найти правильную, хорошо влияющую на тебя подружку!

– Что? Сокол и документы? Тут снега не было в наше отсутствие?

– А кстати, как Лера? Ее выписали? – спохватилась Алиса.

Джокер сдержал смех:

– О да… Дэн, ты придумал, кем она будет в «Фениксе»? Если что, могу подкинуть пару идей.

Алиса удивленно кашлянула:

– Лера будет работать в «Фениксе»?

– Да, – нехотя ответил Денис. – Условие Федотова.

– Ясно…

Морок включил телефон и открыл навигатор:

– По‑моему, ты везешь нас в Калугу, а не в Москву.

– Расслабься, биг босс.

* * *

– И… экшен! – Арчи включил задорную песню старой хеви‑метал-группы и выкрутил громкость колонок на полную в тот момент, когда Аня вышла из огромного деревянного дома к накрытому на веранде столу.

– Боже! – Чуть не уронив вилки с ножами себе под ноги, она недовольно покосилась на улыбающегося Арчи.

– Классно же!

– Очень, – хмыкнула Лера, выйдя следом за Аней с двумя большими салатниками.

В этот момент за забором раздался сигнал.

– Все! Арчи, быстро меняй эту чертову песню! Я же скидывала тебе плейлист!

Арчи нехотя переключился на список согласованных песен и вместе со всеми пошел встречать виновников торжества.

– Ничего себе майский шашлычок… – Чета Морозовых растерянно оглядывалась на двухэтажный деревянный дом в скандинавском стиле, празднично украшенную лужайку, дымящийся гриль и огромный накрытый стол на уютной веранде.

Лера слегка смущенно сделала шаг из ликующей толпы и произнесла:

– Это свадебный банкет, дубль два. Мы подумали, что снова заказывать ресторан будет не так весело, как собраться на свежем воздухе без посторонних глаз… Что? Что‑то не так?

Алиса часто заморгала и уткнулась лицом в плечо Дениса. Лера замерла в недоумении. Все остальные тоже замолчали. Арчи пультом убавил громкость музыки:

– Все в порядке?

Морок приобнял жену и улыбнулся:

– Да, просто мы немного в шоке…

– И немного не в настроении. – Сзади Джокер закурил сигарету и глубоко затянулся.

Алиса вытерла глаза:

– Нет, все отлично! Просто из‑за сборов и перелета мы немного утомились. Все шикарно! Дайте нам полчаса на то, чтобы перевести дух…

Ее телефон зазвонил. Она вздохнула и ответила:

– Да, мам. Приземлились. Мам… Нет, мам. Не будем. Потому что. Прекрати. Я не хочу об этом говорить. И не могу. Все, меня ждут.

Вова прищурился:

– У вас точно все в порядке?

– Да. Просто мама… отреагировала в своей манере.

– Она не обрадовалась свадьбе? – Аня подошла к Алисе и взяла ее за руку.

– Она не очень вовремя зашла в нашу комнату и увидела Дениса без футболки.

Лера приподняла бровь:

– И что? Она резко против татуировок?

– Я бы сказал, она резко против зятя с опасной профессией и россыпью шрамов… – Денис взял у Джокера пачку сигарет и тоже закурил.

– А она не знала?..

Он отрицательно покачал головой:

– Когда мы познакомились, я сказал, что занимаюсь инвестициями и биржевой торговлей. Что, в общем‑то, не было ложью. Но и не основным источником моего дохода.

– Но почему ты не сказал как есть?

Дима аккуратно сжал ладонь Леры. Та повернулась и увидела, как он, прищурив один глаз, качал головой: «Не надо».

– Все сложно, – ответил Морок.

– Но ведь это выбор Алисы. Печально, когда ожидания тещи не оправдываются. Но жить‑то с тобой не ей, а Алисе. Я просто не совсем понимаю…

– Лер. – Сокол еще крепче сжал ее руку.

Алиса смотрела в сторону. Денис неловко усмехнулся:

– У нас была непростая предыстория.

– Настолько непростая, что…

– Блин, Лер! – Дима уже не знал, как заставить свою подругу прекратить.

Но за нее внезапно вступился Арчи:

– Нет, а что? Меланхоличка права!

Лера раздраженно закрыла лицо руками:

– О, спасибо…

– Предыстория никуда не денется. Ее не отстегнешь и не сотрешь. Но почему это должно влиять на ваше настоящее и будущее? Особенно словами матери?

– Блин, Арчи! Когда с кем‑то из твоих детей произойдет подобное, я посмотрю, как ты заговоришь! Ты и через пять, и через двадцать пять лет будешь испытывать ужас! – Аня недовольно толкнула его в плечо.

– Ужас? От чего? От огромного мужика, который ради моей дочери жизнь готов отдать? Сомневаюсь.

– Арчи прав… – вздохнула Алиса. – Просто мне всегда сложно спорить с матерью. Умом я все понимаю…

– Ладно, давайте закроем тему и постараемся повеселиться. Насколько это возможно, – Вова попеременно поглядывал на всех участников непростого разговора.

– Все в порядке! Тут так чудесно, и погода шикарная… Незачем грустить. – Алиса попыталась изобразить убедительную улыбку.

– Мы вернемся к вам через полчаса. Не съешьте все без нас. – Денис забрал чемоданы из багажника. – Расскажете, где найти свой угол в этом тереме?

Аня опомнилась и кивнула:

– Пойдем, я вас провожу.

Когда они зашли внутрь, Дима повернулся к Лере:

– Что на тебя нашло? Я же дал тебе знак остановиться.

– Я не думала, что…

– Да, ты не думала.

Лера поджала губу:

– Что такое могло произойти?

Сокол вздохнул и отвел ее подальше от поляны, к парковке:

– Помнишь, несколько лет назад была шумиха из‑за вскрывшейся работорговли одним из замминистров?

Брови Леры взлетели вверх:

– Еще как помню. Это была единственная тема для разговоров почти месяц…

– Алиса была там. И мы тоже там были.

– Что? Ты же… Вы же ездили по горячим точкам, нет?

– Да. Но тот раз был исключением. Алиса оказалась среди немногих выживших. И именно там она впервые увидела Дэна.

– Подожди, а вы там что делали? Пытались спасти девушек?

Дима опустил глаза и покачал головой:

– Нет. Нас послали все там… разнести.

Лера непонимающе уставилась на него:

– Прости, что?

– Я не люблю вспоминать это задание. Просто знай, что ни одну из девушек мы не тронули. Их убили их же охранники. Морок осматривал ангар. Он видел, что остались выжившие. И нарушил приказ.

– Ясно…

– Через три года они с Алисой вновь встретились. Но ранен был уже он. Алиса его узнала по гетерохромии и спасла. После этого они начали встречаться. Потом мы разгромили «Фобос». Он прикрыл собой Алису и чуть не умер. Но она снова его спасла. В общем, они крепко связаны судьбой, хотя их взгляды на профессию Дэна сильно отличаются. И реакция матери Алисы не добавляет позитива. Поэтому все сложно. И не нужно лезть в это…

Лера хмуро сглотнула:

– Я идиотка…

– Нет. Но в следующий раз, если я попрошу тебя остановиться, пожалуйста, послушай меня.

– Я все испортила… Еще Арчи влез… Боже…

– Не переживай. Они отходчивые ребята. Ты ведь не со зла. – Дима обнял ее за шею и повел обратно к веранде.

– Я схожу извинюсь.

– Как хочешь.

Лера поднялась на второй этаж и тихо постучала в комнату молодоженов. Ей открыла Алиса. Лера неловко улыбнулась:

– Я… Мне жаль, что я так себя повела. Это было грубо.

Алиса вышла в коридор и прикрыла дверь:

– Ну… Один – один…

– Что?

– На дне рождения Димы… Я тоже отличилась.

– А… это… Нет, это ни в какое сравнение. Мне жутко неудобно. Прости, пожалуйста. Я честно не знала…

Алиса улыбнулась и обняла Леру:

– Забудь. Все в порядке. Я действительно считаю, что и ты, и Арчи правы. И да. Аня сказала, что все это – твоя идея.

– Ну… Я же еще и свадьбу вам запорола.

– Неправда. Причин было много… Спасибо тебе. Возможно, Денису это не сильно важно. Но мне… очень. В тот вечер я даже не знала, хочу ли вообще продолжать все это… И внутри что‑то подтачивало меня все эти дни.

– Понимаю…

– Но теперь я вижу, что все не зря. И «Феникс» – это моя настоящая семья. Такая неидеальная, яркая, со своими эмоциями, косяками и все же наполненная любовью и заботой.

Они обе прослезились и рассмеялись, глядя друг на друга.

– Да уж… Семейка…

В этот момент из комнаты вышел Денис с влажными после душа волосами, облепившими его высокий лоб:

– Э… Вы чего?

Лера вытерла глаза и хихикнула:

– Плачем, а что?

– Забавные вы…

– Я зашла извиниться.

– Прекрати. Все в порядке.

– Я сказала то же самое, – пожала плечами Алиса.

Денис с сомнением оглядел заплаканных девушек:

– Но почему‑то вы обе разрыдались.

– Это уже другое…

– Ладно, я пойду. Отдыхайте, не торопитесь. У нас впереди еще вся суббота и утро воскресенья.

Морок удивленно уставился на Леру, но Алиса благодарно улыбнулась:

– И это прекрасно… То, что нам нужно было после римских приключений.

* * *

Теплый майский вечер был наполнен тихим треском костра, запахом шашлыка, веселыми тостами, терпким вином, янтарным виски, взрывами хохота и шутливыми разговорами.

Накрывшись пледом, Лера сидела в обнимку с Димой и с закрытыми глазами прислушивалась к дружеской болтовне. Она внезапно осознала, что за последние десять лет ни разу не выбиралась вот так в майские праздники большой, шумной и дружной толпой.

– Можно я скажу еще один тост? – Алиса встала с кресла.

– Дорогая, тебе сегодня можно все! – хохотнул Арчи.

– Я бы хотела поблагодарить вас всех за этот праздник. И в особенности сказать спасибо Лере.

Та почувствовала предательское жжение в глазах и опустила голову. Алиса после паузы продолжила:

– Для меня это поистине ценно. А в тех обстоятельствах, которые нас всех накрыли, да еще и вылились для Леры в госпитализацию… Думать о чувствах и эмоциях других людей в такие моменты может только по‑настоящему сильная и понимающая… – Она шмыгнула носом и неловко рассмеялась: – Так что, Сокол, только попробуй накосячить!

Дима побежденно поднял руки вверх.

– Лера, я рада, что ты появилась у нас. Наша семья пополнилась. И давайте уже за это выпьем, пока я окончательно не разревелась!

Над столом раздались смех, поддерживающие тост возгласы и звон бокалов. Денис махнул рукой, привлекая внимание компании, и сказал:

– Я присоединяюсь к Алисе. Хотя идея такого пополнения мне не сразу понравилась… Но я вижу, как ты влияешь на нашего Соколика.

Дима закатил глаза и опрокинул голову назад:

– Да прекратите уже…

– Ладно. Добро пожаловать в семью. И в «Феникс».

Снова раздалось нестройное «ура!», а в адрес Димы полетело несколько изощренных шуточек.

– Кстати, о «Фениксе». Я надеюсь, вы не заставите меня носиться с оружием по Москве… – Лера выразительно посмотрела на своего нового босса.

– Мы решим этот вопрос с максимальным взаимным комфортом.

– Ага, – кивнул Арчи. – Просто Дэн скинет на тебя все бумажки!

Лера изобразила страдание на лице.

– Нет, у меня есть идея получше. Но вернемся мы к ней не раньше понедельника. А сейчас давайте отдыхать.

– Вот это другой разговор! – Арчи взял пульт и прибавил громкость музыки. – Хватит тухлить за столом! Пора отработать съеденное и размять булки!

Джокер закатил глаза:

– Боже… Что вы ему добавили в алкоголь?

Оля хихикнула:

– Пару таблеток кофеина.

– Серьезно?

Загадочно улыбнувшись, Оля все же испортила интригу веселым смешком:

– Нет. Мне кажется, Арчи весь день жаждал не только мяса, но и танцев…

– Подъем, слабаки и толстухи!

– Ауч… – Аня обожгла его опасным взглядом.

– Блин, это же фраза Шелест! А, ты слишком сопливая, не помнишь лихой формат MTV.

– Сейчас ты нарвешься на обиженную подругу, братишка. – Вова усмехнулся и откинулся на спинку кресла.

Арчи упер руки в бока:

– Это всего лишь озорная цитата, мои дорогие мышцатые коллеги и не менее дорогие стройные подружки.

Постепенно вся зевающая компания, смеясь, вышла из‑за стола, и через десять минут на поляне перед верандой возникла вторая волна всеобщего веселья…

## Глава 4


«Лексус» Волохова остановился у трехэтажного особняка в стиле английской неоклассики почти в десять вечера. Он достал из кармана телефон и отправил короткое сообщение своей новоиспеченной невесте:


Выходи.


Через минуту от нее пришел ответ:


Ты не зайдешь?


Нет.


Хорошо.


Даниил размял шею и плечи, поправил воротник черной рубашки и рукава темно‑серого пиджака. Спустя пару минут он заметил Софью, выходившую за ворота, и слегка поморщился. На ней были узкие джинсы, белая рубашка и бежевый вельветовый жакет.

– Привет. – Она села на пассажирское сиденье и всмотрелась в его лицо.

– Привет. Тебе придется переодеться.

– Что? Почему? – Она оглядела его внешний вид и понимающе кивнула.

– Извини, я должен был тебя предупредить.

– Что же мне нужно надеть? Черное платье?

– Цвет не так важен, как фасон. – Волохов в задумчивости провел пальцами по щетине на подбородке. – Давай заедем в одно место. Подберем тебе нужный наряд.

– Звучит несколько… унизительно.

– Почему?

– Потому что я не кукла. – Она обиженно поджала губы и скрестила руки под грудью.

Даниил вздохнул и отъехал от дома.

– Ты купишь все сама. Я лишь помогу с выбором.

– Ладно… Но… не слишком ли поздно для шопинга?

– Нет. Самое удачное время. А пока мы едем, слушай меня внимательно и запоминай правила поведения.

Софья хохотнула:

– В тусовке есть правила поведения?

– Они есть везде. Там, куда мы едем, будет сотня приглашенных гостей. Это закрытая вечеринка, но фотографы и модные обозреватели там тоже будут.

– Поэтому мне нужно переодеться? Боишься, что они сочтут меня немодной?

Волохов изогнул одну бровь:

– Мне все равно, кем они сочтут тебя. Но мне не все равно, как предстанет перед публикой моя будущая жена.

Софья нахмурилась еще сильнее:

– Рискну предположить, что это один и тот же человек.

– Временно.

Она не выдержала и обиженно вскинулась:

– Какого черта?! Я не просила тебя жениться на мне! Вся эта затея вообще тошнотворна! Я и так чувствую себя бездушной разменной монетой! Можно хотя бы говорить со мной нормальным тоном?

Волохов притормозил у светофора и повернулся к ней:

– В таком случае для начала сделай лицо попроще! Ты не королева Елизавета, а я не твой паж!

Софья быстро заморгала, глядя на него с явным непониманием:

– Я не…

– Ты села в машину с таким видом, будто тебя подташнивает от необходимости приблизиться ко мне.

– Прости…

– Если не будешь следить за лицом, нас раскусят в два счета. Возможно, ты не до конца понимаешь, куда мы едем. Это не сборище звонких тиктокеров, горе‑блогеров и кумиров молодежи.

– А нам вообще обязательно туда идти? – Теперь Софья выглядела растерянной и слегка напуганной.

– Да. Я уже подтвердил наш визит. – Волохов сверился с навигатором и повернул направо. – Как мне тебя называть?

– Э… в смысле?

Даниил вздохнул и снова посмотрел на нее:

– Как к тебе обращаются в семье? Какая форма имени для тебя максимально комфортна?

Софья опустила голову и тихо проговорила:

– Отец зовет Софьей. Мама – Сфи. Друзья – Соней.

Волохов кивнул:

– Хорошо. Софи. Давай договоримся. На берегу.

– Давай…

– Эта сделка несет выгоду всем нам. Поэтому мы все одинаково заинтересованы в благоприятном исходе. Значит, для взаимного комфорта ты держишь в узде свою мимику и выполняешь мои рекомендации, а я смягчу манеру общения, даже если мы не на людях. Договорились?

– Договорились.

– Отлично.

– Почему Софи?

Волохов хмыкнул, сдерживая смех:

– Каждый раз, называя тебя Софьей, я надеюсь увидеть кокошник на твоей голове.

Софи прыснула со смеху:

– Ладно, мистер Сарказм. Как мне называть тебя? Даня?

Они оба согнулись в приступе хохота.

– Даже не думай.

– Извини, но твое имя, кажется, еще более неудобное, чем мое.

– Тогда используй мою фамилию. – Волохов припарковался недалеко от входа в любимый бутик.

* * *

– Мне не нравится…

Приветливая девушка, встретившая их в светлом шоуруме, не моргнув глазом, забрала, кажется, десятое платье и протянула Софи еще один вариант. Волохов невозмутимо отхлебнул кофе и снова уткнулся в телефон, отвечая на рабочую почту.