Ульяна Жигалова
Муж на час

Глава 1

Разбудил Галку стук в дверь. Она завернулась в халат и пошла к двери с полузакрытыми глазами, и вздрогнула – в коридоре на полу была вода. Понятно, отчего беснуется за дверью сосед снизу… Она открыла дверь, и пропустила внутрь разъяренного мужчину.

– Ну, Галка! Бл**, я только ванну отремонтировал! Ты опять нас затопила! – Он рванул дверь совмещенного санузла, и на ноги ему весело плюхнулась вода. Видимо, опять ночью прорвало трубу, а она продолжала крепко спать – спальня была самой дальней комнатой, за проходной гостиной, и звуки из ванной туда не достигали. Самое гнусное было то, что это произошло второй раз – она только что оплатила ремонт соседям снизу, и вот опять… Здравствуй кредит под бешеные проценты, потому что предыдущий она еще не выплатила, да и ипотека еще в самом разгаре. Сосед, дальнобойщик Егор, в этот раз оказался дома, в прошлый раз его жена Марина ругалась все же поменьше.

– Дура безмозглая, сколько ты будешь латать эту гнилую трубу – надо менять все трубы, уже весь дом поменял, только твоя хата осталась! И в этот раз, ты мне оплатишь не только материалы, но и работу! Я плитку купил бл**, испанскую! У меня вся подсветка сгорела! – Парень сжимал кулаки, и похоже был не прочь заехать по уху виновнице торжества. К несчастью, виновница – баба, и приходится сдерживаться.

Егор пошлепал по воде, махнув рукой на вымокшие тапки, в санузел. Из стояка, общего на весь дом в противоположную стену был тоненький фонтанчик воды, хорошо еще, что холодной. Но то, что стояк – хреново, надо перекрывать воду всему дому, потом искать сварку… А сегодня выходной, суббота…

Егор матюгнулся и пошел в подвал, перекрывать воду – аварийка приедет не раньше часа, и им все равно надо открывать подвал, показывать вентиля… Проблема старой «хрущёбы» была знакома всем, и каждый мужик мог в своей квартире сделать простейшие работы – поставить хомут, перекрыть воду, и так далее. Но вот беда – у Галки совсем не осталось в доме мужика – родители жили далеко, на другом конце города, да и почти весь год жили на даче – заводили на лето курочек, к декабрю одаривая всех родных тушками бройлеров. Летом и осенью – яйцами, экологически чистыми, как хвалился отец.

Так вот, папа был далеко, да и был он, мягко сказать не сантехник, бывший преподаватель, мог теоретически рассказать, что нужно сделать и как, но руки у него были, да-да именно оттуда. Сантехники в их доме его тихо ненавидели – за получасовые лекции, когда им приходилось менять прокладки и смесители. Мать, зная «разговорчивость» мужа, старалась вызвать мастеров в его отсутствие, за что он дико обижался.

А Галкин муж, точнее сожитель, с которым они прожили около пяти лет, три месяца назад скрылся в тумане – так же туманно объяснив свои резоны, об отсутствии личностного роста из-за приземленной женщины рядом, о стремлении постичь себя и окружающий мир, о других тонких и прекрасных людях, которые разделяют его стремления, и вот прямо сейчас готовы ему помочь постичь дзен… Если честно, Галка отключилась на второй минуте – претензии были однообразны и заумны, излагались неоднократно, и она давно научилась совсем не слышать благоверного, выцепляя из монолога отдельные важные слова. Так и в тот раз, минуте на двадцатой послышалось «я ухожу от тебя», что вполне достигло сознания. Галка вслушалась в свои эмоции – вроде бы надо опечалиться, заплакать? Да куда там, в душе наивные ростки надежды – что наконец то она будет жить спокойно, без ежедневных придирок.

Забавнее всего было наблюдать, как Тео (Федька попросту), уплетая сочную отбивную, вещал о пользе сыроедения, о количестве «праны» в пророщенной пшенице. По-видимому, все требования по здоровому образу жизни касались только Галки, так как сам Федька любил вздремнуть после ужина перед телевизором. Где же работал этот уникальный во всех отношениях человек? А как же иначе – вел курсы личностного роста, в интернете и небольшом клубе по интересам. Клиентки у него были, как правило, обеспеченные дамы, или такие же малохольные мужики, и зарабатывал Тео не плохо. Конечно, его образ жизни требовал больших вложений, поэтому ремонтировать Галкину квартиру он считал излишним. Так и вышло, что ее зарплаты хватало на ипотеку, одежду и питание, да еще на коммуналку. Накопить на полноценный ремонт все никак не удавалось, да и прежде таких казусов не случалось.

Снизу поднялся Егор, уже немного успокоившись.

– Вызывай сантехников, пусть хомут поставят, да убирай воду. Я бы сам поставил хомут, да у меня дома потоп, и друган приехал с семьей, не могу.

Он ушел вниз по лестнице, потом поднял голову и крикнул вверх:

– В понедельник вызову строителей, смету тебе Маринка принесет, без шуток, будешь платить.

Галка закрыла дверь и стала звонить на участок управляющей компании – телефон не брали. Она взяла из стопки в прихожей бесплатную газету объявлений, и усевшись на табурет в кухне, начала обзванивать сантехников по объявлениям. Как назло, приехать в течение часа, или хотя бы двух, никто не мог. А отключенная холодная вода – это еще и отключенные унитазы, и через пару часов к ней придут все жильцы, и сверху, и снизу. Галина взвыла, обхватив голову руками, ну как чудно начинаются выходные! Дальше листая газету, она увидела объявления «муж на час» – эта услуга появилась не так давно, и она еще не обращалась, слабо представляя, что может сделать такой «муж». Но, других идей не было, и она позвонила по первому же объявлению. Ей ответил мужской голос, не молодой, ни старый. В ситуацию въехал быстро, уточнил адрес, и сказал, что будет через полчаса.

Галка, вздохнув, пошла собирать воду. В санузле на полу лежала древняя терракотовая плитка, на крепком цементном основании, через нее вода вряд ли проходила. А вот через стыки вдоль стен, и по трубам … Воды было много, она выливала раз за разом воду в унитаз из пластмассового ведерка, объемом около пяти литров, а вода под ногами не убывала. Через минут десять уровень стал заметно снижаться, из-под ванны больше не вытекали реки, ручеек из коридора побежал назад в санузел – там пол был ниже на три-четыре сантиметра. Еще через пятнадцать минут раздался звонок, Галка, как была взъерошенная и взмокшая, открыла дверь. За дверью стоял тот самый «на час» – невысокий мужичок, лет 35-ти, с очень красивым смуглым лицом, аккуратной короткой стрижкой на темных волосах, в джинсах и короткой куртке, в руках чемоданчик, видимо, с инструментами.

Весь в целом, такой чистенький и аккуратненький, он выглядел как игрушечный. Не весьма высокая Галка – всего 160 см, умилилась его компактности, но когда он протискивался мимо нее – оказалось, что он не ниже, а может и выше Галки на пару см.

– Ой простите, – до нее дошло, что она стоит, рассматривая его, и почти перекрыв вход, даже не ответив на приветствие, – здравствуйте, проходите пожалуйста, не разувайтесь, я еще не успела убрать всю воду. Вот сюда.

Мастер осмотрел трубу, открыл чемоданчик, приготовился работать. Вопросительно глянул на Галку, и та понятливо удалилась из ванной, чтобы не мешать. Пошла на кухню, включила кофеварку, открыла холодильник – там как всегда почти ничего не было. Подсохший кусок сыра, вялая помидорка, черствый хлеб. Рецепт ясен – горячие бутерброды. Подготовив бутерброды к запеканию в микроволновке, поставила на стол кофе готовую чашку кофе, и, прежде чем варить вторую, пошла к мастеру.

Тот залепил дырку какой-то серой массой и собирался обмотать трубу вокруг этой клейкой массы еще какой-то штукой.

– Вы уверены, что это надежно? – Раньше трубу заделывали металлическими хомутами, вон их парочка торчит на глазах.

– Более чем, простоит года два, а вам надо трубы раньше сменить, – мастер был спокойно уверен, и девушка сдалась.

– Ну, хорошо, если меньше двух лет, гарантийный ремонт с вас. Кофе будете? – Не только из вежливости предложила Галя, ей было неудобно, что еще кому-то испорчено утро выходного дня.

– Да, не откажусь, сейчас только схожу в подвал, включу воду.

Пока Галка варила вторую чашку кофе, а трудолюбивая микроволновка делала съедобным черствый хлеб с сыром и пластиком помидора, мастер бойко сгонял вниз, осмотрел место ремонта, вымыл руки и уселся за стол.

– Меня Михаил зовут, фамилия – Чипков. Это чтобы вы знали, кого в следующий раз вызывать. – Легко завел разговор парень, у него неожиданно был приятный голос и уверенная манера общения, совсем не как у сантехника, по мнению девушки. – У нас небольшая фирма, сегодня я дежурю, а в рабочие дни на телефоне девушка, она нам пересылает заказы. Надеюсь, что вы еще воспользуетесь услугами нашей фирмы.

Галка подала ему кофе и бутерброды, немного пожалев, что сварила как себе – в большой кружке, можно ж было достать парадную, от сервиза. Села напротив, пожала плечами:

– Да, наверное, обращусь. И еще не раз. Как то подзапустила я свое хозяйство, напрашивается полный трындец.

Его взгляд обежал кухню – ну да, здесь услуги не просто требовались, а громко кричали о необходимости: кран чуть-чуть подвывал при открытии, одна дверка гарнитура заметно перекосилась, люстра на потолке не работала – только бра на стене. Галкин взгляд прошелся за ним следом, и она душно и разом покраснела – почему-то раньше она не видела, что живет так убого – вон и плитка кое-где отстала. Конечно, если брать дополнительные часы на работе, и приходить в девять вечера, готовить ужин, стирать, гладить, и в шесть утра уже вставать на работу – смотреть по сторонам некогда. Вот если бы она раньше взяла кредит на ремонт у себя – ей бы не пришлось оплачивать ремонт у соседей. Все понятно, но вот такая она не собранная, мать всегда ругала ее – привычка откладывать неприятные вещи, не один раз приводила ее к разбитому корыту.

Они пили кофе, Михаил хвалил горячие бутерброды, видимо тоже с утра не успел позавтракать. Беседа не клеилась, о чем говорить с незнакомцем, Галка не знала.

– Спасибо за кофе, я, наверное, пойду, – он вопросительно смотрел на нее.

–Ах, простите, я ж забыла! Сколько я вам должна? – дошло до девушки.

– Триста рублей, – ответил Михаил, – работы было немного.

Галка достала деньги, горячо поблагодарила и они пошли к двери, хорошо, что проходя мимо санузла оба невольно заглянули внутрь.

– Мать моя! Да что же это такое! – воскликнула Галя, и было отчего, из трубы, совсем из другого места был фонтанчик, даже чуть больше первого. Михаил чертыхнулся, бросил чемоданчик, и побежал вниз. Через пять минут фонтан иссяк, но на полу уже было сантиметра три воды, которая опять планировала вырваться в коридор.

Галина бросилась собирать воду, вернувшийся Михаил чувствовал себя неловко, как будто в этом была его вина, и присоединился к ней. Вдвоем они довольно быстро собрали тряпками набежавшие ведерок десять воды. Смахнув пот, уселись – Галка на край ванны, Михаил на крышку унитаза.

– Если вы опять поставите заплатку, оно рванет еще где-нибудь? – Жалобно простонала девушка.

– Кто ее знает, видимо труба вся сгнила, под краской невидно, надо менять срочно, – пожал плечами мастер. – Попробую зачистить краску по всей длине, может еще вскроются свищи.

– Лепите, что делать. Сегодня я все равно ничего не сделаю. Завтра пойду, насчет кредита узнаю.

Михаил открыл свой чемоданчик, а Галина пошла на кухню. Сперва позвонила матери, поделилась бедой. Потом стала готовить обед – ее быстрый рецепт фрикаделек в сырно-грибном соусе с гарниром из макарон.

В кипящую воду закинула две ложки измельченных на кофемолке сушеных грибов, затем фрикадельки, через пять минут – банку плавленого сыра «Президент». Пока макароны варились, фрикадельки были готовы.

Михаил закончил работу, когда по квартире поплыл ядреный грибной запах, и попытался уйти сразу. Однако, Галке было неудобно, что он все утро субботы устраняет аварии в ее квартире, и она отказалась отпускать его без обеда.

Они вдвоем постояли, наблюдая, не собирается ли коварная труба выкинуть еще фонтан, но та видно, затаилась. Мужчина оставил ей запас клейкой массы, по его словам, она сможет сама устранить такие мелкие свищи. Уже со смехом, мужчина с девушкой ушли на кухню, и приступили к еде, незаметно для себя перейдя на ты. Михаил остался в восторге от блюда, и от скорости его приготовления.

– Ты непременно должна научить меня! Я живу один, и неплохо готовлю, но такого экспресс-рецепта не знал! Ты не только обаятельная девушка, но и отличный кулинар! – Сияя глазами, Михаил от души говорил комплименты. Не привычная к таким приятным словам Галка, зарделась и отвела глаза. В отражении в стекле дверки шкафа она увидела эту обаятельную девушку – волосы небрежно заколоты на макушке пальмой, на ней все тот же халат, наброшенный с утра, и уже изрядно подмоченный.

– Ох, прости! Какой ужас, – и она чуть не плача, кинулась в спальню. Быстро расчесала волосы, скинула халат, и натянула домашний костюм – бежевые брючки-капри и трикотажную блузку. Махнула пуховкой по лицу, покусала губы, и рассмеялась – она прихорашивается для сантехника!

Ее преображение произвело впечатление, но Михаил не стал дальше смущать девушку. Они пили чай с пирогом – мать регулярно привозила сладкие пироги, Галка боялась их есть из-за лишнего веса, раньше их поедал Федька, теперь – сотрудники на работе.

Надо сказать, что продержался Тео так долго потому, что Галка считала его наезды справедливыми – был у нее, был лишний вес, даже не пять, а все десять-двенадцать килограммов, прихотливо распределившиеся по попе, талии и груди. При росте метр шестьдесят, она весила 72 килограмма, что ее неимоверно огорчало. Ноги и бедра были достаточно стройными, от этого Федька звал ее «эскимо на палочке». Галка честно сидела на диетах, ела овощи, отказывалась от сахара, соли, жирного, жареного, острого – но вместе с талией худели ноги, и эффект эскимо сохранялся. Тогда она начала ходить в бассейн и на йогу, бросив диету. Но ездить до спорткомплекса по часу туда и обратно, было нудно, да и нужда в деньгах была больше, и она бросила фитнес, стала брать дополнительные вечерние часы.

Работала Галка в фирме, занимающейся продажей и установкой различных компьютерных программ, и нужно было дежурить на техподдержке, так как покупатели могли легко запороть только что установленную программу. Оплата за сверхурочные была средней – триста рублей в час, за день она могла работать с пяти до восьми – три часа, это девятьсот рублей ежедневно, сверх зарплаты. Сейчас, когда Тео испарился из ее жизни, она работала и по четыре, и по пять часов.

На самом деле, она была очень симпатичной – большие карие глаза на круглом личике, курносый носик, милая улыбка, пышные волосы до плеч (цвет всегда менялся, прическа – никогда). Но пять лет долбежки, убили ее самооценку до нуля, и тема отношений была закрыта навсегда. А тут, этот маленький, по ее мнению, мужчина, как-то сумел тронуть сердце, и захотелось выглядеть лучше.

После обеда благодарный мастер поменял прокладку в кране на кухне, поправил провисшую дверку, поменял лампочку в люстре – словом, сделал все, на что упал глаз. Галка сидела рядом, они травили анекдоты – он про сантехников, она про программистов.

Расстались они как старые знакомые, Михаил пожал ей руку, смущаясь и слегка задержав ее руку в своей, проговорил:

– Всегда готов явиться по первому же зову, так что не стесняйся, зови!

– Хорошо, как только ты понадобишься, я скажу волшебное слово, ну например, «ёкарный бабай», и ты придешь на помощь! – Девушке было неловко, потому что парень ей понравился, а следующая встреча как-то не намечалась.

– Зуб даю! – Отдал честь мужчина.

Оба засмеялись, Михаил ушел, и Галина, закрыв дверь, пошла мыть посуду, еще надо сходить к соседям, оценить ущерб.

Спускалась по лестнице вприпрыжку, и в дверь позвонила с улыбкой на губах. Дверь открыла Маринка, нарядная и чуть хмельная.

– Не, ну вы гляньте на нее! Затопила нас опять, и цветет и пахнет! Ты чего лыбишься, горюшко мое? – Всплеснув руками, зашумела соседка.

Галка торопливо сделала грустную мину, и зашла в квартиру. У Егора с Маринкой и правда были гости – в гостиной накрыт стол, а по квартире носятся дети, рожицы вроде не знакомые.

Ущерб оказался не таким значительным, плитка не отвалилась, и, если бы не идеи Егора, повсюду сделавшего подсветку из цветных светодиодов – на стенах, на полу, был бы даже минимальным – просушить и все. Но светодиоды, естественно, перегорели, а замена могла потребовать снятия плитки. Хозяева уже пережили первый шок, но прощать соседку не собирались, да и какие там уступки? Факт ущерба налицо. Подвыпившие гости – крупный мужик свирепого вида и его жена, предлагали присоединится к застолью, причем видно было, что мужик заинтересованно, а жена нехотя. Видно, тот еще ходок дружок у Егора, отметила девушка, и отказалась от приглашения. Ее немного поуговаривали, но, когда она вышла в прихожую, уже забыли о соседке, и громко смеялись своим шуткам. Расстроенная Галка пошла домой, осмотрела свои владения, где сидеть одной вовсе не хотелось.

Походив по квартире туда-сюда, быстро собралась и поехала к подруге, по дороге заскочив в магазин. Под бутылочку красного вина, они подробно обсудили события дня, подруга Верка, хохотушка и фантазерка, развивала мысль об обещанном появлении на зов «мужа на час»:

– Например, пришла из магазина, сумки тяжелые, а идти на третий этаж, нет-нет, – сама себя перебила Вера, – лучше еще так, тоскливо тебе одной спать, ты раз – «там-табу-дам», и он рядом с тобой, а ты, такая – милый, поправь одеялко!

– Отстань, пошлячка! Он по-хорошему, предложил свою помощь!

– А это разве не помощь одинокой женщине? Замерзающей без любви, без ласки.

– Ты знаешь, у него такая задорная улыбка, он прям весь меняется, так и тянет засмеяться. – Неожиданно для себя поделилась Галка. А все красненькое!

– У, кажется, кто-то запал на этого «мужа на час»! – Верка аж прищурилась от радости.

– Ой, не надо, а? Сама каждую неделю в новых влюбляшках.

Верка – журналистка на вольных хлебах, сотрудничавшая с несколькими газетами и телеканалом, мелкая термоядерная рыжая вредина. Волосы у нее того светло-рыжего цвета, который еще не стал огненным, но уже далеко ушел от русого, вьются спиральками, и не лежат ни в одной прическе. Брови и ресницы тоже светло-рыжие, на белой коже с веснушками, скрывают красоту зеленых глаз. Но стоит ей подкрасить ресницы и брови, как глаза приобретают глубину и зелень. Однако, живая и непосредственная Верка считает себя достаточно красивой, и прибегает к макияжу только по особо торжественным случаям. Ее мнение передается мужчинам, и у нее всегда масса кавалеров, но она увы, непостоянна.

Разошлись уже к полуночи, Галка, приехав домой, проверила свою проблемную трубу, все было в порядке, она быстро сполоснулась под душем и упала спать. Однако заснуть долго не могла, постель была жаркой, в комнате душно, она то открывала окно, то пила холодную воду. Но стоило закрыть глаза, как в темноте снова возникала улыбка Миши, и в груди как будто пели колокольчики.

Михаилу тоже понравилась новая знакомая – задорный блеск шоколадных глаз, тонкие лодыжки и легкая походка, ловкие движения рук – никаких лишних жестов, простота общения, тихий смех. Впервые он так легко чувствовал себя рядом с малознакомой девушкой.

Глава 2

В воскресенье, с утра выпив кофе, Галина придирчиво осмотрела свою квартиру. Двухкомнатная хрущевка, полы деревянные, скрипучие, стены в обоях, почти новых, но проводку нужно менять – вон от розетки идет темная линия – подгорает проводка, может быть пожар. Да и мечта была – убрать стенку между кухней и гостиной, объединив пространство. Кухня в шесть квадратных метров была совсем неудобной.

Хочешь не хочешь, просится большой ремонт. Поэтому, нечего тянуть – нужно пока собрать и сложить вещи в коробки, потом вывезти их к отцу в гараж. А уже завтра, искать бригаду рабочих и идти за кредитом в какой-нибудь банк, который за большие проценты не очень строго следит за кредитной историей.

Во дворе, возле задней двери магазинчика, всегда складывали пустые коробки. Галина притащила пару десятков сложенных коробок, и начала упаковку с книг. Неожиданно набралось восемь коробок, просто неподъёмных по весу. Снимая книги с верхней полки, она уронила сувенир – стеклянный шар, внутри домики и, если потрясти – как будто идет снег. Шарик подпрыгнул и покатился, миновал всю комнату, через открытую дверь в спальню, и закатился под кровать.

Кровать была старинной, из цельного дерева, и Галка втайне гордилась раритетом. Сейчас она в полной мере поняла свое заблуждение – не поднять, да и залезть под нее сложно. Распластавшись на полу, она тянула руку – задела шарик пальцами, и он откатился еще глубже. Прижимаясь к полу под боковой вертикальной доской кровати, она наполовину влезла под нее, достала шарик и хотела ползти назад. Но не тут-то было – попа застряла под этой доской, и ни туда и не сюда, да еще, похоже зацепилась за что-то острое – вылезший гвоздь или пружину.

Сперва девушка хихикала, потом пыталась приподнять кровать. Но бесполезно, старинный монстр не двигался даже на миллиметр. Блин, она в дурацкой ловушке, найдут родители, может дня через два, не раньше. И телефон лежит себе на столе в гостиной. Подергавшись еще туда-сюда, девушка убедилась, что застряла крепко. Слезы выступили из глаз – вот так она всегда. Попадает в нелепые ситуации на ровном месте.

– Господи, в самом деле пора кричать ёкарный бабай! Может, Мишка и правда появится! – Громко вслух произнесла Галка. Прислушалась? Нет, никто с неба не упал. Опустила обессиленно голову на пол, и собралась реветь.

– Галина? – Сзади раздался неуверенный голос, – вы что там делаете? А как я тут оказался?

– Миша? Вы правда пришли? Я дверь забыла закрыть, да? Мы вчера выпили с подружкой, но не столько же… – Радость и облегчение просто хлынули в сердце.

– Да нет, я как бы не пришел, я дома спал. И вдруг – оказался здесь, в таком виде. – Голос парня никак не мог прийти в норму, и он почти шептал.

– Ой, Мишенька, какой там вид, спасите меня скорее! Я застряла тут! И не ухватиться, и не упереться не во что. Надо приподнять кровать. – Галка вдруг испугалась, что исчезнет, как и появился.

Послышались шаги босых ног, мужчина подошел и попытался поднять кровать, но увы. Добротное дубовое сооружение приподнялось всего на пару миллиметров.

– Ничего себе масса! Тут не меньше трех человек надо! – пропыхтел парень.

Михаил взял девушку за ноги и попытался вытянуть – гвоздь впился еще сильнее, Галка завопила. Парень ушел, гремел чем-то в кладовке, на балконе. Через пять-десять минут он что-то притащил к кровати, и начал приподнимать угол. Галке не было видно, но он принес с балкона брусок, заготовленный отцом для каких-то целей, и используя его как рычаг приподнимал угол, подпихивая под него коробку с книгами. Когда он смог поднять второй угол, девушка попыталась вылезти, но впившийся гвоздь не давал шевельнутся.

– Миша, я там зацепилась одеждой за гвоздь, тебе придется залезть ко мне, помочь, – вынуждена была попросить Галка. Михаил лег на пол, дотянулся и отцепил брючки, зацепившиеся за гвоздь. Вместе, мокрые и пыльные они вылезли из-под кровати. Вытирая мокрый лоб, парень спросил:

– Откуда у тебя этот гроб? Ему лет двести, наверное.

– Не-а, дому всего 63 года. Я когда квартиру купила, кровать здесь была. Отец был в восторге, дерево, дуб – бруски по 10 см, он ее зачистил, покрыл морилкой, новый матрас купили, так и оставили. Ее и не двигали ни разу, за ней даже обои не наклеены.

Тут коробка, которую они задели при обратном путешествии, выскользнула из-под угла, и кроватный монстр рухнул на пол. Оба испуганно посмотрели друг на друга и начали ржать.

– А если бы раньше… когда ты тоже был там… и ой, мы вместе лежали бы в ловушке до вторника, – девушка не могла остановиться от схлынувшего напряжения.

Прохохотавшись, она посмотрела на смущенного парня – он был в трусах, не в семейниках, конечно, в обычных домашних боксерах, но все же. Даже без футболки. Видимо, действительно, спал. Михаил, покраснев, не знал, куда спрятать глаза. «Какие у него ресницы, длиннее, чем у меня», – подумала Галка, оказавшись лицом к лицу с Мишей впервые. Небольшая щетина придавала ему домашний вид, и совсем не портила. Вообще-то, девушка терпеть не могла современную моду на трехнедельную небритость, она казалось ей просто неряшливой. Но Михаилу щетина шла, делая слишком красивое лицо более мужественным.

– Дай мне что-нибудь одеть, – попросил он, – мне же как-то домой надо идти. О, Господи, и ключей у меня нет.

Галина выдала Михаилу спортивный костюм, свой конечно, откуда у нее другой, еще от тех недолгих времен увлечения фитнесом. Пока он натягивал розовый костюм с неоновыми вставками, она рассмотрела его внимательнее, при небольшом росте, Миша был отлично сложен – широкие плечи, крепкий пресс, довольно крепкие подкачанные ноги. Куртка от костюма натянулась на плечах, чуть не треснув.

– Так, надо успокоится, выпить чаю, и подумать, как ты здесь оказался, – ситуация была идиотская, непонятная и пугала. Галя включила чайник, проверила двери – они были закрыты изнутри, да и щелчка замка и задвижки она не слышала, с другой стороны – не мог же Мишка идти по улице в трусах.

В чай девушка плеснула добрую порцию коньяка, и протянув свою кружку, чтобы стукнуться с кружкой Миша, произнесла:

– Ну. Давай за то, что ты меня спас, ну и за то, что ты спишь в трусах, а не без. Кроме шуток, я представляю твой шок. Мистика какая-то. Ты что думаешь? – Шутливым тоном она пыталась скрыть смущение, представляя свой вид «с торца», и обжигаясь холодом, при мысли, что Мишка мог не появится.

Они ломали голову, Галя призналась, что вспомнила их прощальную шутку, и громко сказала «ёкарный бабай» от отчаяния. Просила прощения. Михаил был озадачен, сам не мог поверить, что оказался в ее квартире. Думай, не думай – вариант один, как бы это глупо не выглядело. Собрался домой, но вспомнил – нет ни ключей, ни телефона, чтобы вызвать спасателей.

Галина, исполненная желания помочь, начала генерировать идеи:

– Балкон у тебя открыт, лето же? Какой этаж? Можно залезть, у меня отец однажды лазил через балкон.

Михаил жил на втором этаже, балкон вообще не помнил, открывал или нет. Пошли на разведку – идти было два квартала, с собой взяли все инструменты, какие нашлись в кладовой – молоток и кривую штуку -выдергу. По дороге то и дело начинали ржать – она, представляя, как из-под кровати торчат половина попы и ноги, а он – вспоминая себя в неглиже в гостях у девушки.

Балкон, к счастью, или наоборот, оказался открыт. Наоборот, потому что перелазить на него было опасно – до соседнего расстояние было более двух метров, в Галкином-то доме всего около полутора метров. Решено было просится к соседям на третьем этаже и спуститься вниз по веревке. Только где веревка? Пошли в хозяйственный магазин, купили бельевой шнур. Михаил ловко сложил ее вдвое, навязал хитрых узлов.

Дело близилось к вечеру, во дворе дома собрались мужики, разговаривать и забивать козла, а точнее – исподтишка выпивать на воздухе с друзьями. На лавочках сидели бабки, у песочницы – молодые мамки. По дорожкам носились дети на велосипедах и самокатах. Их возвращение не осталось незамеченным, мужики окликнули:

– Миха! Что-то случилось? Ты чего на свой балкон заглядываешь? Ключ потерял? А чей-то ты одет как п***? – Хмельные вопросы сыпались как горох. – Ты что болташь, он же с девкой! Доброго вечерочка, вам, девушка!

– Отстань, дядь Вась. Ключ потерял, костюм краской испортил, вот девушка дала переодеться.

Они поднялись на третий этаж, где жила одинокая бабулька, которая с удовольствием пустила их на балкон в гостиной, сама же далеко высунулась из кухонного окна. Внизу собралась толпа – громко дающая советы, и отпускающая едкие комментарии. Но аттракцион был до обидного коротким: Михаил привязал веревку, минута – перемахнул через ограждение, легко спустился по веревке, вот он уже на своем балконе. Галка стала отвязывать веревку, веселая толпа снизу требовала зрелищ, и, на слабо, убеждала ее спуститься так же по веревке. Но она всех разочаровала, помахала рукой и ушла с балкона. Огорчённые зрители разошлись на исходные позиции.

Миша ждал ее в открытых дверях, пригласил в квартиру. У него была абсолютно такая же квартира, как у Галки, двухкомнатная хрущевка, с совмещенным санузлом, только со свежим ремонтом, темно-серыми полами из ламината, светло-серыми стенами, с минимумом мебели – и много воздуха. Светлые жалюзи на окнах, в гостиной простор – только диван и телевизор на низкой длинной полке, в прихожей стильные серые шкафы в цвет ламината. Галка даже не узнала свою планировку.

– Ой как у тебя классно, так современно, – девушка озиралась, пытаясь сообразить, какие стены и где были ранее. – Неужели просто цвет может так все изменить?

Михаил переоделся и вынес ей упакованный костюм.

– Это мой дизайн. Я раньше этим занимался. Предлагаю выпить вина, у меня есть неплохое. – Он принес бутылку белого вина, фрукты, шоколад. – Так что мы будем делать с этим вызовом? Боюсь, что это не последний раз, – его улыбку было сложно назвать веселой. – Почему ты выбрала именно эти слова?

– Да это поговорка у меня такая. Я тогда по инерции и сказала. Миша, я клянусь тебе! Больше никогда! – Девушка прижала ладони к груди. – Но только знаешь, это же привычная поговорка, обычно я ее сто раз в день говорю машинально. Но обещаю! Буду стараться говорить, ну например – ёшкин кот. Даже если мой жизни будет что-то угрожать – ни за что!

– А вот этого не надо, будут угрожать – зови. – Михаил приосанился, мужик же.

– Да я же не про людей, про обстоятельства…

– А хоть кто, что люди, что обстоятельства не имеют права угрожать такой милой девушке! – Разошелся Миха.

Расстались они довольные друг другом, парень проводил ее почти до дома, они разговаривали о жизни, вспоминали Гарри Поттера, много смеялись, потом посидели на лавочке под деревьями, потом стемнело и вышла луна, Миша взял ее за руку, у Галки по руке пробежали микроразряды тока, и сердце застучало сильнее. Она ожидала поцелуй, но он все медлил, и просто держал ее за руку, задумчиво поглаживая пальцем ладошку, что вызывало целую бурю у нее внутри. Галка встряхнула головой, отгоняя наваждение, надо идти, ночь уже. Попрощались, Миша, так смотрел в ее глаза, держа уже за обе руки, но … поцеловать так и не решился. Словом, романтическая прогулка удалась на славу, хотя и… осталась легкая неудовлетворенность.

Верка, зараза, потом до часу ночи пытала ее на манер: ну а ты чо…, а он чо… Пока Галка не послала ее, пока только спать. Говорить о зарождающихся чувствах ей казалось неуместным. Хотя перед сном, она с удовольствием не один раз прокрутила перед глазами, как Миша ловко спустился по верёвке, ну и … как он стоял перед ней почти обнаженным.

Глава 3

Следующая неделя прошла в домашних хлопотах, Галка собирала вещи, отец вывозил. Заявку на кредит она подала в три банка, пока еще никто не ответил. Жить она планировала на даче, но не у родителей, а у Верки – там ходил городской автобус, и до работы можно было доехать за 25 минут. Верка, которая терпеть не могла дачу и грядки, решила непременно ехать с ней. Потому что, бедняга Галочка там заскучает без телевизора и интернета.

Галя собирала вещи, которые ей могут понадобиться на даче и на работе. Открыв холодильник, вздохнула – надо забрать с собой все продукты, холодильник придется отключить и увезти. Сложив все в сумку-холодильник, заметила на полке две баночки – волшебные зелья Федьки. Одно – смесь меда и перги, второе – смесь меда, лимона и имбиря. Он по утрам непременно пил два стакана холодной воды – «умывал» внутренности, потом делал пару упражнений из йоги, и перед завтраком принимал чайную ложку этих смесей. Выбросить было жаль, пришлось сунуть в сумку с продуктами. Пригодятся, наверное. Так же сложила материны запасы чая и трав. Матушка была фанатом трав, и добавляла в чай и мяту, и душицу, и листья смородины, и сушеную лесную землянику. Чаи были вкусными, и зимой дарили летние ароматы.

Михаил не звонил, они как-то не обменялись телефонами, и про встречу не говорили. Про то, что у Мишки ее телефон имеется, она не предполагала. Звонить первой Галка не хотела, но и забыть нового знакомого не получалось, и все время ждала звонка в дверь. Она злилась на себя за это ожидание, за симпатию, ругала себя.

Михаил тоже думал о ней, вспоминал их вечер, но позвонить не решился. Отношения с девушками в целом были у Михаила весьма и весьма сложными – все из-за малого роста. Корни комплексов уходили еще в подростковый возраст: тогда Миша влюбился в первую красавицу класса – высокую блондинку Веронику. Она же отвергла его ухаживания пренебрежительным словом «шибздик». Действительно, в 16 лет парень был худощав и невысок – всего каких-то 163 см. Красивое смуглое лицо, доставшееся от мамы-татарки, положения не спасало. Влюблялись в него многие, обычно маленькие хрупкие девушки, но увы, он был влюблен только в Веронику.

После унизительного отказа, Мишка был зол на себя, и серьезно занялся спортом, к окончанию школы накачал приличные мускулы, мечтая завоевать сердце капризной девушки, но к выпускному его красавица была уже слегка беременна от местного бизнесмена, и поздно было надеяться на взаимность.

Юность прошла, но не прошла тяга к высоким блондинкам, почему-то именно похожих на Веронику выбирало его сердце. Девушки с длинными светлыми волосами и километровыми ногами стабильно нравились, и так же стабильно его отвергали. В институте у него были друзья среди «заучек», были подружки для редкого секса, но влюбленность настигала его всегда при виде длинных ног и светлых волос.

Когда он открыл свою фирму, и смог позволить себе чуть больше, очередная блондинка, Анжелика, отнеслась к нему снисходительно – позволила подарить ей шубку, машину и даже переехала к нему жить. Мишка летал на крыльях, девушка казалось ему безупречной, счастье – безграничным.

Он мечтал о свадьбе и детях, она – о Мальдивах и Сейшелах. Они съездили пару раз на так страстно любимые ею Сейшелы, Лика достаточно населфилась на фоне отелей, бассейнов, волн и ресторанов. Все это тут же размещалось в инстаграме, и кажется, без одобрения подписчиков, еда не казалась ей вкусной. Она терпеть не могла морепродукты, но неизменно размещала в сети фото тарелок с устрицами, лобстером, и прочей «вкуснятиной», которую потом съедал Миша. Мишка любил рыбу, обожал устриц, единственное что он тоже не смог съесть – это осьминог.

Много Мишкиных средств вкладывалось во внешность – Лика все время что-то улучшала, то форму губ, то размер груди, то качала попу. Вечные пилинги, лифтинги и другие космические процедуры – плазма, лазер, заставляли пошире открывать кошелек. Ее идеальная фигура подвергалась системной шлифовке, тело массировали, подвергали строго дозированному загару, до седьмого пота выжимали в спортзале и сауне. Мишка смотрел на все это добродушно, с расчётом – дети появятся, она успокоится. То, что Лика не работает, и даже не планирует, ему даже нравилось – вот он какой мужик, может себе позволить.

Когда фирму пришлось продать, Лика не устраивала ему истерик и претензий – она просто собрала свои вещи, драгоценности и машину, и убыла в неизвестном направлении. Последние ее слова были:

– Милый, я сильно восхищаюсь тобой, отдать все, чтобы спасти близкого человека, это мощно. Но, заинька, мне уже двадцать семь, и ждать пока ты вновь поднимешься с колен, я не могу. Не думаешь же ты, что такая девушка, как я, будет женой простого сантехника? – И она унесла в неведомую даль от бывшего возлюбленного свои силиконовые прелести и идеальные ноги.

После этого Михаил поставил крест на отношениях с женским полом в целом. Тем более, что планы по созданию собственного бизнеса имелись, а лишних денег на идеи, да и содержание очередной подруги, не было. Так прошел почти год. И тут простая девчонка, с совершенно не идеальной фигурой и естественным лицом, привлекла его внимание неожиданного для него самого. Тем не менее, из журнала вызовов на фирме, он сохранил в личный телефон ее номер. Даже покрутил трубку минут десять в руках – позвонить не позвонить? А если она не узнает его по голосу? Как представится? Миша-сантехник? Не звонить…

В субботу, ровно через неделю после знакомства, Галя вышла к машине нагруженная сумками, с мрачным лицом и хмарью на сердце. За целую неделю Мишка так и не позвонил. Зануда-начальник всю неделю проводил ежедневные планерки, на которых разливался пустым трепом, отнимая по часу рабочего времени. Приходилось задерживаться, но только, увы – бесплатно. Верка приехала на своей машине, белая Toyota Vitz, сама в желтом платье и шляпке, сияла солнышком, за рулем трещала без умолку, мечтала о речке, шашлыках, и даже рыбалке. Галка по привычке отключилась и думала о своем, периодически поддакивая.

– Ну что да-да? Ты на что сейчас согласилась? – Очнулась Галка от толчка в бок. – Я сказала, что завтра вызову нам с тобой двух стриптизеров, а ты говоришь да-да, – возмущалась Верка.

– Да ну тебя с твоими идеями, я буду работать, плавать и загорать. И все – это программа максимум. Никаких рыбалок.

Верка приуныла, но ненадолго. Дальше она начала трещать, что на соседнем участке поселился новый мужик – приехал с Севера, военный и строит там дом, два этажа, еще на нулевом этаже большой подвал, мощный как бункер, вот откуда у людей столько денег. Под мерную болтовню Галка задремала, и проснулась уже только на самой даче. До обеда они мыли дом, окна, проветривали одеяла и подушки, разложили вещи. Обед готовили на террасе, на газовой плитке отварили картошки, собрали с грядок зелени и огурцов, больше на участке ничего не росло, да и это посадила Верина мать. Из напитков был квас и минералка. На улице уже было жарко, все дачники уползли в тень, улица вымерла. Только соседний дом, снаружи в деревянных лесах, подавал признаки жизни – там что-то гудело, стучало, сверлило. Верка ушла в гамак, натянутый в тени старой яблони, и засыпая бормотала:

– Хорошо бы его выключить, часика на два, не больше…

Галка вымыла посуду, вынесла в тень складной шезлонг, уселась с книгой и тоже придремала. Разбудил ее запах жареной рыбы. На соседнем участке кто-то прямо на улице жарил рыбу. Верка, фанатка жареных карасей прошептала с закрытыми глазами:

– Карасиков жарят. Вкусных… Я тоже хочу. – и она унеслась к соседям знакомится, и купить хоть парочку рыбок. Однако на желтую шляпку и умильные глазки никто не купился, и продать карасиков сосед и два его рабочих отказались наотрез, наловили утром совсем немного и самим мало. А с удочкой сидеть некогда – надо дом штукатурить.

Галка поняла, что это конец, когда Верка вылезла из кладовки со старыми удочками отца. Она проявила сумасшедшую активность, сбегала, узнала на что ловили, где ловили. Потом копала червей за баней, запарила кипятком крупу. Как только жара спала, они выдвинулись к реке с удочками. Верка убеждала подругу, что ходила на рыбалку с отцом, и всё-всё знает. Мужики ей рассказали, что река изменила русло, и за поселком образовалось озеро-старица, где карася видимо-невидимо.

В озерце они поймали всего двух маленьких рыбок. Галка считала, что хватит, но неуемная Верка потащила подругу дальше. Они забрасывали удочки с берега уже реки, а не старицы, рыбы не было, зато была перевернута чья-то лодка на берегу, под лодкой лежали старые весла. Верка, как заправский рыбак, командовала спуском корабля на воду, они сложили внутрь вещи, взяли по веслу и сели на лавку. Гребля не была их сильной стороной, лодка виляла как червь, но все же двигалась – больше вниз по течению, чем к противоположному берегу. Однако все-же, с горем пополам, девушки уплыли на остров, стали ловить там. Поймали еще четырех карасей покрупнее (Галка не была уверена, что это караси, но Верка-то знает!) Потом налетели комары, искусали голые ноги и руки. Девушки решили искупаться, плавали наперегонки, не замечая, что течение их сносит вниз и вниз, а погода портится и вокруг неуклонно темнеет. Вышли на берег, отдышались и пошли вверх по течению, отмахиваясь от насекомых веточками. Берег был весь одинаковый – полоса песка и кустарник выше их роста. Никаких особых примет. Шли-шли, а лодки-то нет и нет, видно унесло, или украли. Стемнело окончательно, начался дождь. Кусты показались знакомыми, девушки в округе по темноте искали вещи, не нашли. Верка ныла, что у нее там на кукане шесть! Целых шесть карасиков, огромный улов. Забившись под густой кустарник, прижались друг к другу, летний дождь ночью, совсем не то, что в жару – холодно. Верка шмыгала носом, потом сказала:

– Слышь, Галка, а может ты это? Ёкарного бабая своего позовешь? Замерзнем мы здесь до утра-то.

– Не дури, нельзя так над человеком издеваться. Да и чушь это, аномалия, больше не повторится. – Галка отвернулась, хотя в темноте Вера не могла увидеть, как порозовели щеки от жара. Девушке самой хотелось повидать Мишку, но не таким способом.

– А давай проверим? Ну не появится, так и ладно. А вдруг? Ну Га-а-аль, – гнусавила Верка, изображая простуду. – У меня уже нос заложен, и точно будет пневмония!

–Ёкарный бабай! Приди! – Проорала Галка, стуча зубами, – слышала? Отстань, видишь, никого нет, давай хоть веток наломаем укрыться.

Сзади послышался знакомое покашливание и затем, голос:

– Галина? Это ты? Что с тобой опять случилось? Где это мы? – Девушки, обалдев, повернули головы – немного позади в кустах стоял Михаил. На этот раз – в джинсах и ветровке, причем с зонтом, видимо был на улице.

– Охренеть! – Произнесла Верка, – я думала это твои фантазии! Он и правда здесь? Дай я его ущипну! – И она, дрожа всем телом, пошла навстречу к Мишке.

– Не надо меня щипать! Я живой, и я правда здесь! Что случилось с вами? – Первый шок прошел, и от вида девушек, одетых только в купальники и вооот в такие мурашки, было смешно.

Девушки наперебой рассказали о своих приключениях. Михаил отдал одной ветровку, второй футболку, усадил под зонтом, сам остался только в джинсах. Он попытался сделать факел, но в мокром лесу найти горючую ветку невозможно. Оставив их под зонтом, сам пошел вверх по течению, не сложно было догадался, что никто лодку не крал, а девушек просто снесло течением вниз намного дальше, чем они думают. Дождь понемногу стихал, и вскоре он действительно увидел лодку, к ней прикреплена ветка с нанизанными рыбешками, на берегу лежали брошенные удочки, пляжные сумки девушек и одежда. Одежда почти вся промокла, но полотенца в сумках были сухие. Расстояние было от силы сто-полтораста метров, но дождь и темнота помешали девушкам увидеть очевидное. Сложив все в лодку, Михаил тихо поплыл вниз, близко к берегу, чтобы не пропустить девушек.

Спасителя встретили горячие объятия мокрых и холодных, как русалки, девушек. Когда все оделись в сырые футболки и шорты, сверху на манер палантина накинули полотенца, стало чуть теплее. Съели по бутерброду под выдохшуюся минералку, и компания пустилась в обратный путь. Грести у парня выходило намного лучше, и обе девушки смотрели на него с восхищением. На дачу ввалились, когда край неба уже светлел – часа в три ночи. На газу согрели чаю, Галка заварила мамину смесь – душица, белоголовник, чай. В стаканы добавила по большой ложке имбирной смеси – вроде отлично греет. И действительно, чай хорошо согрел, тем более что Верка от себя долила всем по паре ложек коньяка. Согревшись, разместили гостя на втором этаже под крышей, и наконец то улеглись спать. Уснули моментально.

Утром Галина проснулась в семь, от запаха жареной рыбы. Теперь видимо, только такие пробуждения ее и ждут. Верка, напевая что-то под нос, на залитой солнцем террасе жарила пойманных жалких шесть рыбок. Галина, вышла потягиваясь, и зевая, спросила:

– Ну, и что ты тут раздухарилась. Шесть заморышей, а пафосу-то, как будто ведро.

–Тсс, тихо! По запаху-то не скажешь, сколько. А ты говори, полведра наловили, пусть завидуют, раз вчера пожо*ились. – Неуклонно, как самонаводящаяся ракета, Верка даже запахами целилась в своего соседа.

Михаил нашелся тут же – он уже сидел в шезлонге, с картонной тарелочки поедая жареного карасика! Видимо, страсть к рыбке у него тоже имелась. Галя подошла поздороваться, и смущенно начала оправдываться:

– Доброе. Прости меня пожалуйста, это все Верка! Кричи, да кричи. Но ты нас просто спас! Мы замерзли как цуцики. Правда, мне до сих пор не верится, что ты на самом деле оказываешься рядом, стоит мне сказать это слово.

Михаил, с утра в прекрасном настроении, с улыбкой смотрел на лохматую девушку – в обрамлении каштановой копны, карие глаза и припухшие со сна губы, казались ему очень милыми. Короткая туника не скрывала стройных ног, и вид был такой домашний-домашний, щемяще милый. Хотелось обнять ее, и целовать эти губы.

– Рад что смог помочь, вы девушки рисковые. А про телепортацию – не только слово, я думаю, ты еще должна сильно нервничать. Я начинаю привыкать к таким экстримам, хорошо, что вчера я не спал. Теперь я знаю, чтобы тебя так часто выручать, мне надо ходить и спать в костюме, с полным комплектом спасательных средств. – Он пошутил, а девушка залилась краской.

– Миш, ну прости. Я постараюсь больше так не делать.

– Ладно, проехали! Зато у меня будет воскресенье за городом, в обществе уже двух прекрасных девушек. Надеюсь, на речку мы пойдем? – Успокаивающе заглянул ей в глаза Михаил.

– Пойдем, – с террасы заорала Верка. – У меня наживка осталась!

– Без удочек! – одновременно с ней закричала Галка, и пошла принимать душ и чистить зубы.

Но бороться с Веркой, что с ураганом, потому вскоре они прибыли на берег: с тентом, который можно натянуть между кустов, складным шезлонгом, покрывалом для лежания, едой-водой, котелком, спичками, фонарем, надувным матрасом, удочками и ведерком под рыбу. За полчаса лагерь был обустроен, девушки легли загорать, Мишка поодаль в заводи рыбачил, усевшись с комфортом в шезлонге. И тут началось – он вытаскивал рыбу одну за одной. Верка не смогла улежать, и тут же унеслась «на помощь». Удочки было две, но на ту, что была в руках у нее, клевало редко, и как бы она не менялась с Мишкой, то удочкой, то местом, все было по-прежнему. Просьба Миши не суетится не помогла – Верки всегда было много. В запале они наловили больше половины ведра рыбы. Подошедшая Галка удивленно спросила:

– А зачем нам столько рыбы? Вы ее продавать будете? Чур, чистить ее вы будете сами!

Дальше уже просто плавали, варили уху на костре, загорали. Галке было приятно и волнительно, ловить на себе взгляды Миши. День выдался замечательно солнечным, парень был начитанным и рассказывал много интересного из своей и чужой жизни. Часов в восемь, Михаил, посмотрев на солнце, засобирался домой. Пришлось сворачивать лагерь, тащить все на дачу.

Добрая Верка, у которой запас карасиков грел душу, и годился для поддразнивания соседа, решила отвезти Мишку на машине. Поехали все втроем, ведро с рыбой неосмотрительно оставив на террасе. До города плелись в колонне машин – вечер воскресенья, дачники массово возвращались в город, обратно доехали быстрее, дорога была уже пустой, и совсем стемнело. Подойдя к домику, девушки услышали шум на террасе, и замерли от страха, хватаясь друг за друга:

– Там воры! – Зашептала Верка. – Бежим к машине! Слышишь, на террасе! – Они замерли в темноте, прислушиваясь.

– А, по-моему, там чавкают… ой, и рычат…

Они еще постояли, но ни голосов, ни шагов не услышали, только рычание стало утробнее и громче. Успокоив дыхание, пошли к дому.

– Рыба там! Это кошки! – сообразила Верка, и с криком кинулась вперед. На террасе их ждал разгром – ведро перевернуто, рыба разбросана. Три умных кошака, по-тихому чавкают в углах, а два альфа-самца посередине меряются своими альфами. Включили свет, тихие воришки сбежали вместе с добычей, растаяв в траве. Драчунов насильно разогнали метлой, при этом их надкусанные караси остались лежать на полу. Девушки собрали рыбу с пола, прикинули ущерб – неповрежденными остались всего четыре рыбки, остальное пришлось отдать участникам боя. Галка унесла ее поближе к дороге, чтобы битва за карасей не мешала спать.

Наконец-то улеглись в постель, и Галка тихо попросила:

– Верка, может ты в городе поживешь? Я бы тут одна, тихонько. Второй день, а я со страху чуть не умерла, что вчера, что сегодня… И Мишку жалко, такими темпами, мы его будем каждый день дергать…

– Неблагодарная ты! То же мне, подруга! – обиделась Верка.

Глава 4

Однако, следующая неделя прошла спокойно, Верка сидела на даче, и почти не чудила. Она познакомилась с соседом – мужик оказался совсем не старым – лет сорока, темноволосый, коротко стриженный здоровый мужик. Лицо суровое, обветренное, губы сжаты, как будто он вообще не умеет улыбаться. Верка использовала весь арсенал: ходила к нему с банкой, которую якобы не могла открыть, приводила его на участок, для помощи, открыть заклинившую дверь в гараж, устранить утечку в водопроводе, приглашала на шашлык. Все безуспешно – майор Петров в отставке быстро делал, что просили, и уходил молча. Рыжие кудряшки Верки уже торчали совсем как боевые антенны, но пока придумать больше ничего не удавалось.

Галина получила кредит, отец нашел бригаду рабочих, и вызвался сам контролировать ремонт. Злодейские трубы заменили в первую очередь, сейчас штрабили стены и меняли проводку. Галка заехала посмотреть, и поняла, что на даче она надолго. Отец был в ударе, в планах была замена пола, полная зачистка старой штукатурки, и… Здесь Галке хотелось плакать.

Верка притащила своего знакомого дизайнера, который нарисовал три вариант интерьеров. Все были современны и элегантны, но не решали одной проблемы – как все это впихнуть в крохотную хрущевку? Можно было попросить Михаила – сделать дизайн, но, и еще раз – но! Парню и так досталось. К тому же, к полному Галкиному огорчению, он ей не звонил. Обидно.

Михаил думал о ней, и порывался позвонить, но вся эта ситуация с переносами неизвестно куда пугала, да и, кроме того, он стеснялся своей работы. Как человек обстоятельный, он хотел все хорошо обдумать – только думы были напрасны, его тянуло к этой девушке, иногда хорошенькой, иногда нелепой, но такой милой.

Галя же, многократно обдумав эти спонтанные переносы, пришла к выводу, что это насилие над парнем, и что-то там или кто-то там, даровавший им эту способность, явно не спрашивал желание парня. Ей казалось, что она ему понравилась, но ведь не звонит? Значит, показалось.

С учетом очередного кредита, необходимость зарабатывать деньги возросла, поэтому девушка работала сверхурочно, но так, чтобы вернутся на дачу засветло – идти от автобуса было минут 10, но по темноте страшновато. Хорошо, что летом у нас темнеет поздно.

Коллектив фирмы «Супер-Бит», где она трудилась, был молодым и проказливым, любили разыграть кого-то одного всем скопом. Розыгрыши и приколы были дурацкими, это и кнопки на стульях, и растаявший шоколад, который так жутко выглядит на брюках. Однажды, девушке-кадровичке, в сумку с продуктами подкинули две, да-да, две! гантели по 2.5 кг. Бедная всю дорогу домой гадала, что такого тяжелого купила на ужин. Обнаружив увесистый спорт-инвентарь очень обиделась на шутников. В отместку она наотрез отказалась возвращать эти гантели хозяину.

На этот раз целью оказалась Галка. Два длинноволосых, с хвостиками на затылке программера, в футболках с жуткими рожами, из игры Варкрафт, пришли к ней перед концом рабочего дня, с таинственным видом.

– Галка, мы тебе такое принесли! Короче, мы в купленной новой программе выявили шпионский блок, он повторяется во всех частях, включает видеокамеру и передает видео и разговоры. Вот только куда, мы никак не поймем. Посмотришь? – Шкодливые рожи были серьезны, и девушка невольно повелась на развод.

– Прикалываетесь? Откуда в 1С-ке шпионский блок? – Она взяла их распечатку и начала просматривать, флешку брать не стала – ну их, шутников, дрянь какую-нибудь словишь махом.

На первый взгляд, вроде бы программный файл, но присмотревшись, она поняла, что придурки ее разыгрывают. Эту хрень она уже встречала – словишь на комп, на печать в тексте пойдут нецензурные вставки. Раздражение, накопившееся из-за ремонта, долгов и пропавшего Мишки, выплеснулось на лохматых придурков:

– Ёкарныйбабай!! Вы меня за кого держите, за ламера! Приколы ваши дурацкие, – девушка швырнула в них распечатку, потом ручку и коробку скрепок, и хотела уже кинуть кружку из-под кофе. Тут сзади раздалось неуверенное «Галя?», с похолодевшим сердцем девушка обернулась – за ее спиной на корточках, в рабочем комбинезоне, протянув вперед руки, сидел Мишка. Он недоуменно встал, обернулся. Лицо его было полно тихого отчаяния.

Михаил в это время менял унитаз на очередном заказе. И хорошо, что его он уже установил на место, и только-только выпустил из рук. Он представил, что бы случилось с хозяйкой квартиры, если бы на ее глазах исчез сантехник, вместе с унитазом. И так, наверное, в обмороке.

Галина покраснела и потеряла дар речи. Восхищенные программеры показали финт большими пальцами, и вылетели из кабинета, за дверью послышались их голоса:

– Не, ты понял? Он под столом сидел? Сантехник? – Один был явно не уверен, в том, что видел.

– Тихо ты, ну да, сидел под столом. Похоже они круто играют, ну знаешь это такие ролевые игры в …, ну том самом, в… сексе, во круть! Ну Галка!

– Да? А почему на работе? Я не понял…

– Ты что, это же драйв и все такое. Некоторые в магазине, в примерочной … так скажем, шалят, кто что придумает. Ну Галка, ну отжигает, – лохматые идиоты заржали и ушли, нести прикол в массы.

Красная, как пожарная машина, Галка стояла, чуть не плача. Михаил начал злится, по-прежнему не находя слов:

– Я на другом конце города был, Галя, я работаю вообще-то! Мне надо закончить работу сегодня! Как я объясню хозяйке, что бросил работу и ушел? А если она видела, как я исчез, и сейчас в обмороке? Галя, это уже не шутки, ты могла бы как-то сдерживаться! Ну хоть в рабочее время! – Все-таки возмутился он.

– Прости, но какого черта ты на меня наезжаешь? Я что ли, переношу тебя каждый раз? На хрен ты мне нужен здесь, это случайно!

– А я просил тебя, не говорить! Одно! Всего одно лишь слово! – Парень уже серьезно разозлился.

– У меня тоже нервы, меня эти придурки достали, вот и вырвалось! – От чувства вины Галка тоже разозлилась, тяжело быть всегда во всем виноватой.

– Ты легкомысленная, ветреная женщина, несдержанная на язык!

Разругались вдрызг, Галка злобно вызвала такси и даже оплатила его с карты, ехидно пожелав никогда больше не видеть таких ветреных мужиков, которых хрен знает каким ветром заносит к ней.

Ярости хватило доехать до дачи, где бензинчика в огонь подкинула малахольная Верка. Она работала дома, на свободно графике, и последние три дня устроила себе отгулы – за неимением мозгов, проводила их, наблюдая за соседом – обстоятельно, с чердачного этажа через бинокль. Сегодня на рассвете к соседу приезжали подозрительные личности. Выслушав этот бред, Галка ушла топить баню – сюда Верка не придет, можно спокойно обдумать случившееся. Она вспоминала ржач коллег за дверью, эти возмутительные претензии Михаила, и даже пустила слезу. Как он мог? Как будто по ее желанию происходит эта хрень! Она почти влюбилась в него, а он? Несдержанная на язык… и слезы потекли вновь.

Верка, которой надоело в одиночестве размышлять о незаконной деятельности соседа, горела желанием получить свободные уши, и пришла занудно ныть под дверью:

– Ну Галь, ну выходи. Это еще не все, что я видела странного, я тебе должна рассказать!

– Да, странно, что он три раза в день поел, а домик задумчивости посетил всего два раза! Баланс не сходится! – зло зашипела Галка, – отстань от меня со своим маразмом! Странно что он тебя не прибил до сих пор!

Вздыхающая Верка, весь вечер поглядывала в ее сторону жалобным взглядом, но Галка была неумолима. Молчала весь вечер, и утром рано уехала в город. Денек выдался еще тот, придурки поделились новостью со всем коллективом, и целый день все таскались в кабинет Галки, кто за чаем, кто с вопросами, при этом хитро кося глазами под стол. Даже их сноб-начальник, не понимания причины паломничества, заявился в ее кабинет, и на всякий случай дал разгон. Начальник их отдела был скрытым истериком, место получил благодаря протекции, и боясь его потерять, гнобил отдельных талантливых пацанов. Спасал парней директор фирмы, вынужденный мириться с зятем владельца. Так что, токсичный мини-босс, невысокий блондинчик, вприпрыжку ходивший по зданию с выпяченной голубиной грудкой, троллил всех занудными планёрками и словоблудием, и сидел у всех в печёнках давно и надежно. Коллектив относился к нему с юмором, и когда он пробегал по фирме с сурово нахмуренными бровками, вслед неслось едким шепотом «орёль!» – «не, не орёль!»

Сейчас это маниакальное величество решило пресечь Галкин разврат, который она якобы вела прямо на работе. Коллеги, послужившие причиной разноса, сидели тихонько, смотрели виновато, и только вздыхали. Мини-босс красовался не менее тридцати минут, вещая о необходимости хранить честь фирмы и женщины (ха-ха), неустанно работать, не устраивать на работе бордель и т.д и …т.п., …и т.п., …и т.п. Уже в три часа дня девушка не выдержала, хлопнула дверью и уехала на квартиру.

Масштаб разгрома в ее квартире со снятыми полами был еще более жутким, бригада по-русски не понимала, отца не было, и вся на нервах, она поехала на дачу. Дорогой, в маршрутке, под бубнёж старушек-дачниц, вспоминала каким милым был Мишка на прогулке, и как сердито кричал не нее вчера. При этом он совсем не выглядел малорослым, как на первый взгляд. По дороге от остановки до дачи, совсем упала духом, и даже не ответила на приветствия, раздающиеся из-за заборов.

Верка, наученная вчерашним опытом, вела себя как белая мышка, тихо и образцово. Поставила на стол ужин, спросила, как дела на работе… Вот это она сделала зря! Галка сперва покраснела, потом наорала, потом убежала плакать.

Вера пришла за ней на террасу с бутылкой текилы. Молча поставила на стол бутылку, рюмки и блюдце с лимоном и солью. Так же молча девушки выпили. Потом еще. После третьей дозы Галина смогла рассказать, что случилось. Вместо сочувствия, она получила дикий ржач, сначала хотела обидеться, потом присоединилась к смеху.

– Из-под стола! В синем комбинезоне! – Сползала с диванчика Вера, – Ролевые игры! Жесть!

За это выпили, то и дело вздрагивая от смеха. Потом детально обсудили павлина-начальника, его обидные предположения. Сошлись на том, что Бог шельму метит, потому бедному боссу никак не удается выглядеть деловым и солидным, даже в дорогих костюмах, несмотря на строгий бас и сведенные бровки.

Ближе к концу бутылки, заплетающийся язык Верки изложил свои наблюдения за соседом. Понять было сложно, но ясно было одно – он не тот, за кого себя выдает, а скорее всего контрабандист и, бери выше – настоящий террорист. А иначе, зачем ему привезли что-то в тяжеленых ящиках рано утром? На этот риторический вопрос Галка не нашла что ответить, и была вынуждена согласится.

Разоблачение было назначено немедленно. Две пьяные русские тётки – это практически стихийное бедствие. Вот сейчас этот хмельной ураган близился к участку наивного майора Петрова. У лазутчиц не оказалось нужной униформы – черных спортивных костюмов и шапочек с прорезью для глаз, поэтому отряд двигался в чем придется – Галка в черном рабочем халате, сверкая голыми коленками. А Верка – ого, в растянутом трико отца и камуфляжной майке без рукавов, почти боец невидимого фронта. Путь разведгруппы был извилист и тернист – почему нельзя было пройти прямо, история умалчивает. Вооружена группа была фонариком и деревянным молотком с кухни, увы, трудности снабжения, разоружение всякое.

Майор Петров, которого на самом деле звали Виктором, в этот день отвез рабочих в город, и обнаружил что в его квартире отключили горячую воду. Ну лето же. Вернулся на дачу, где была полностью закончена баня, подвальный и первый этаж дома. Второй этаж стоял без окон, и именно там Виктор устроился отдыхать с бокалом вина. Баню топить расхотелось, дело долгое, он сполоснулся под летним душем, и глядя в проемы окон мечтал, как у него будет все красиво.

Виктор давно жил один, его жена не выдержала мотаний по гарнизонам, детей не было. Но теперь, когда он вышел на пенсию, ему хотелось устроится с максимальным комфортом. Загородный дом, сад, баня, зона барбекю – это было началом. В душе ему виделись двое пацанчиков, играющих в войнушку на участке, и женщина в ярком платье, занятая приготовлением варенья в большом медном тазу, как у бабушки в детстве. Эти мечты он пока загонял в самую глубину души, но волосы мальчишек с некоторых пор почему-то были рыжими. И с чего бы это?

Шум на соседнем участке давно шел фоном к размышлениям, но вот свет на террасе погас, и обе смешные девицы, мутными силуэтами начали хаотичное движение по участку, причем пригибаясь к земле, падая, хихикая, и то и дело шипящие друг другу «Тссс!». Виктор подошел к проему окна – девушки двигались в сторону его участка, но как-то странно, зигзагами. У одной в темноте белели ноги, у второй руки. И в этих руках что-то было. Девушки форсировали заборчик, высотой сантиметров семьдесят, упали и надолго затихли. Уснули, что ли? Но нет, под тоже самое «тише-тише», они поднялись и двинулись ко входу в подвал. У Виктора буквально челюсть отпала, и сигарета полетела вниз, прямо на девушек. Кто-то ойкнул. Виктор свесился вниз, чтобы лучше видеть.

Одна из девушек зажгла фонарик, и по тому, как пляшет луч, Виктор понял, что соседки пьяны в дым. Они повозились с железной подвальной дверью, и к его немалому удивлению – открыли подвал. Послышались сдавленные восклицания:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.