Екатерина Неглинская
Инквизитор не всегда прав

Пролог

– Ты – новобранец? К нам? В Инквизицию?– улыбнулся стражник в металлическом нагруднике.

Он изумлённо уставился на хорошенькую черноволосую девушку в бордовом платье, стоявшую перед ним. Она кивнула, удерживая на нём прямой взгляд.

Ох, ну и глаза! Пронзительно синие, как высокое июньское небо. И смотрят в самую душу, что аж до мурашек пробирает.

Латник сдвинул шлем на затылок и потёр вспотевший лоб. Ему внезапно стало жарко.

– Ну, да. К вам. Может, поищешь в своём списке? – предложила посетительница и ткнула тонким пальчиком в бумагу, приколотую кнопками к стене позади него. – Роуз Блэйд.

– Да… – стражник с трудом оторвался от созерцания плавных линий её руки и обернулся. Начал торопливо просматривать строчки. – Только… тут нет твоего имени.

– Хм, – она чуть скривила полные губы и выгнула изящную бровь. – Тогда, пожалуй, стоит вписать.

Латник положил руку себе на шею и, краснея, как мальчишка, замялся. Ему явно было неловко отказывать посетительнице.

– Да, но… я не могу. Ведь я тебя не знаю.

Роуз вздохнула. Ещё бы! Никогда раньше колдуны не переступали порог Инквизиции по доброй воле. И уж тем более не пытались завербоваться в её ряды. Если бы только он знал, кто перед ним, то тут же попытался арестовать. И был бы прав.

Смущало её другое. Любовный морок из рук вон плохо действовал на латника. Судя по первой реакции, перед ней был легко внушаемый человек. Но что-то мешало ему впасть в полное безоговорочное подчинение. И причину она подозревала в той ауре, что держалась над замком ордена. Как сказали бы её коллеги по цеху, святым духом здесь буквально разило. Точнее, он наглухо перебивал ягодный аромат её изящного любовного колдовства. Оно тлело на глазах, становясь пресным и унылым. Вот ещё немного, и совсем увянет.

Роуз уже начала складывать за спиной пальцы в особый знак, собираясь вывести свежий узор чар.

– Что тут происходит? – прозвучал сильный мужской голос.

Она резко обернулась. В десятке шагов позади остановился всадник на чёрном коне. Окинув взглядом присутствующих, мужчина спешился и направился к ним. Он носил хорошо начищенные светлые латы, украшенные синим геральдическим крестом и тщательно подогнанные по фигуре. Светлые волосы коротко подстрижены на военный манер, лицо чисто выбрито. Во взгляде каштановых глаз читалась непоколебимая воля и уверенность в том, что его дело в этом мире абсолютно правое.

Паладин! Самый настоящий паладин святой Инквизиции.

“Матерь демонов, ну, почему именно сейчас?” – Роуз на мгновение разволновалась.

Говорили, что паладины умеют распознавать чары. Она быстро убрала руку: вот сейчас увидит её и обо всём догадается.

– Капитан Найт, – латник заметно обрадовался, увидев старшего. – Вот девушка… эммм…

– Роуз Блэйд, – представилась она.

Разумеется, очарованный стражник забыл её имя. Он и своё-то мог забыть под действием колдовства.

– Да. Госпожа Блэйд. Она хочет вступить в ряды новобранцев. Но у меня в списке её нет.

– Варрен Найт, – представился паладин и прямо посмотрел на Роуз.

Она приветливо улыбнулась, глядя на него снизу вверх. Паладин был выше почти на голову, а броня делала его раза в два шире в плечах.

– Вы хотите вступить в наши ряды, госпожа Блэйд? – спросил он, изучающе рассматривая посетительницу.

Что за взгляд! Роуз едва не закусила по привычке губу, но вовремя опомнилась. Ещё не хватало, чтобы этот паладин неверно понял её намерения. И без того она исполняла безумный танец прямо на краю пропасти, напрашиваясь в ряды Инквизиции.

– Хочу, – протянула она мягко. – Мне казалось, у вас принимают желающих.

– Смотря каких, – уклончиво ответил капитан. – Что вы умеете?

– Заговаривать боль, – быстро произнесла девушка и замерла.

Ей было известно, что такие способности не осуждаются Инквизицией. А если у неё хоть что-то и получалось хорошо, так это заговоры и заклятия. Паладин утвердительно кивнул.

– Для начала подойдёт. Присоединитесь к целителям, госпожа Блэйд. Вас внесут в список новобранцев, – короткий кивок латнику.

Тот засуетился. Нырнул в небольшую сторожевую будку, стоявшую позади него, и вернулся со свитком, скреплённым печатью. На красном сургуче была выдавлена эмблема в виде змеи, обвивавшей сосуд. “Как оригинально”, – мысленно улыбнулась Роуз, но никоим образом не выдала сарказма перед собеседником.

Паладин взял свиток у латника и протянул девушке.

– Это направление на экзамен.

– Экзамен? – с недоверием переспросила она и остановилась на полпути, так и не взяв у него свиток.

– Ответите на некоторые вопросы, – впервые на губах паладина появилась лёгкая улыбка, смягчившая его строгие черты лица. – Мы должны убедиться, что вы не имеете никакого отношения к Ковену.

– Ковену? – она старательно изобразила недоумение.

– Ковен – колдовской союз. Если человек или его родственники завербованы Ковеном, путь к свету закрыт.

Роуз усмехнулась про себя. Что правда, то правда. Если колдуны однажды позвали человека к себе, прежним он уже никогда не будет. Даже если потом они его прогонят.

– Я не знала, – со всей возможной искренностью ответила она и приняла, наконец, свиток.

– Тем лучше для вас, госпожа Блэйд, – произнёс капитан, не отрывая взгляда от собеседницы. – Что ж, добро пожаловать в орден!

Он снял перчатку и протянул руку. Девушка коснулась его тёплой ладони, и приятное будоражащее чувство волной маленьких иголок пробежало по её коже. Роуз удивлённо распахнула глаза. Она никогда не слышала, чтобы у любовного дурмана был двусторонний эффект. Но могла поклясться, что в этот момент испытала нечто похожее на его действие.

Роуз подняла взгляд на паладина. Он вдруг нахмурился и убрал руку. Как будто прикосновение его тоже обожгло. Лицо капитана Найта снова приобрело строгое выражение.

– Мне нужно идти. Увидимся позже, – сказал он и быстро пошёл к лошади.

Роуз проводила его взглядом. К её сердцу снова подкралось волнение – не догадался ли он о чём-то. Но тут же решила, что если бы догадался, наверняка, так просто не отпустил её.

Паладин сел в седло и тронул коня рысью. Только когда он скрылся в воротах замка, странное влекущее ощущение прошло. Роуз тряхнула головой и обернулась к латнику. Тот по-прежнему с восхищением смотрел на неё.

– Я могу теперь идти? – спросила она.

– Да. Ты… вы, – он уже совсем растерялся. – После ворот направо. В первом доме, что под красной крышей, – комендатура, туда нужно отнести свиток, который дал сер Найт, и представиться.

– Благодарю, – на прощание она послала ещё одну сладкую улыбку и, хотя больше не оборачивалась, была уверена, что стражник смотрит ей вслед.

Ощущая внутренний трепет, Роуз переступила порог замка. Ещё два дня назад ей ни за что не пришла бы в голову мысль о таком поступке. Если колдуны из Ковена и мечтали войти в замок Инквизиции, то как победители, а уж точно не новобранцы ордена. Они всегда были по разные стороны баррикад. Сторона света и сторона тьмы. Отправиться в тыл врага было смерти подобно.

Но теперь для Роуз всё изменилось. Внезапно замок Инквизиции стал единственным безопасным для неё местом на земле. Ведь только здесь её не стали бы искать колдуны Ковена. По крайней мере, в ближайшее время. И этого должно было хватить, чтобы обдумать, кому и зачем понадобилось обвинять начинающую колдунью в преступлении, которого она не совершала. А именно, в убийстве самого Магистра колдовского союза.

Глава 1.

– Мы должны это прекратить, – Дама́н стоял лицом к окну и даже не удосужился обернуться.

Тем лучше. По крайней мере, не видел, как у Роуз открылся от удивления рот. Мало того что он назвал их отношения “этим”, так ещё решил разорвать самым неожиданным образом. И прямо накануне распределения, когда должна решиться её дальнейшая судьба.

Роуз сомкнула челюсти и постаралась изобразить лёгкое недоумение. Дама́н хоть и не смотрел на неё, наверняка, улавливал настроение. Он всегда его улавливал. Колдуны его уровня могли и не такое.

– В чём дело? Утром мне показалось, что у нас с тобой всё хорошо, – сказала она мягко и сделала шаг вперёд, но он в останавливающем жесте вскинул руку.

– Прошу тебя…

– Ты не хочешь, чтобы пошли слухи о протекции? – поинтересовалась девушка, вопросительно изогнув чёрную, как вороново крыло, бровь.

– Гвенроуз, – наконец, Даман обернулся. Ему нравилась именно эта форма её имени, и он всегда звал свою ученицу так. Даже наедине. – Я тебя умоляю. Какая протекция? Тебе вообще не место среди колдунов. И уж тем более в Ковене.

Изображать и дальше лёгкое недоумение у Роуз не получилось. В растерянности она уставилась на своего куратора, ещё недавно так нахваливавшего её способности.

– Вот только не надо на меня так смотреть своими голубыми глазками, – вздохнул он. – Ты ведь всё прекрасно понимаешь.

– Нет, не понимаю, – тряхнула она головой. – Вообще ничего не понимаю!

– Хорошо, раз уж так. Слушай. Ковен – для профессионалов своего дела. В нём состоят действительно сильные и талантливые колдуны. Недостаточно просто учиться, у тебя должен быть дар…

– Но у меня есть дар!

– Какой? Наводить лёгкие чары? Заговаривать мелкие порезы? Ты меня извини, но это любая деревенская знахарка умеет, – колдун взмахнул тонкими пальцами, давая понять своё отношение к её способностям. – Перед Ковеном стоят важные задачи. И мы не можем тратить время на обучение тех, кто никогда не станет равным нам.

– Но как ты можешь знать это заранее? – нахмурилась она.

– Гвенроуз, дорогая, – Даман шагнул и оказался рядом, так что на неё повеяло знакомым ароматом сандала. Колдун снисходительно посмотрел сверху вниз. Протянул было руку, но передумал и так и не коснулся плеча девушки. – За двадцать лет я обучил многих и могу заранее сказать, из кого получится хороший колдун, а из кого нет. Ты очень старалась, и поэтому я, как куратор, дал тебе шанс. Но увы! Этого недостаточно.

Она подняла на него взгляд и сощурилась. От прежней нежности, которую Роуз испытывала к своему куратору ещё этим утром, не осталось и следа. Её буквально распирало от ярости.

– Не дуйся, – примирительным тоном сказал колдун. – Это всё к лучшему. Вернёшься домой, к семье. Найдёшь себе жениха…

– У меня нет семьи, – процедила Роуз холодно, дробя фразу по слогам. – Забыл?

Даман не ответил. Лишь немного приподнял длинную красивую бровь. Он прекрасно умел управлять выражением лица, и если ему было надо, мог изобразить любую эмоцию. Ему не раз удавалось повеселить этим Роуз, когда они оставались вдвоём. Так что теперь он давал ей понять своё полное безразличие.

– В силу моего доброго отношения к тебе и в память о том, – лёгкая улыбка коснулась его тонких губ, – что между нами было, я хочу дать тебе совет. Если самостоятельно попросишься на отчисление, получишь стипендию за последний месяц. Всё лучше, чем с пустыми карманами уходить. Если мне не изменяет память, у тебя сегодня встреча с Магистром?

– Да, – глухо ответила она. – Собеседование перед распределением. Через полчаса.

– Вот и прекрасно. Воспользуйся этим. Потому что вечером я подам ему списки групп, в которых тебя не будет. И тогда тебе не заплатят ни гроша.

Она ещё раз окинула взглядом всю его фигуру, облачённую в длинные широкие одежды пурпурного цвета, поверх которой на плечах колдуна лежали пряди безупречно расчёсанных каштановых волос.

Гордо вздёрнув нос, Роуз круто развернулась и зашагала к двери. Но возле неё, положив пальцы на холодную круглую ручку, всё же остановилась и задержалась.

– Зачем тогда было всё это, если ты знал, что я не подхожу? – бросила она через плечо.

– Детка, ты слишком красива, чтобы можно было пройти мимо, – прозвучал мягкий ответ.

– Никакая я не детка, – прошипела она и, выскочив из кабинета, так хлопнула тяжёлой старой дверью, что в стрельчатых окнах зазвенели стёкла.

Проходившие мимо колдуны смерили её удивлёнными взглядами. Подобрав подол бордового платья, Роуз устремилась прочь, громко цокая каблуками по каменным плитам. Она так спешила, что пару раз поскользнулась и чуть было не упала.

Два года обучения шли псу под хвост вместе с мечтами о месте в Ковене. В городке, где она выросла, говорили, что девчонке с бойким характером самое место среди колдунов. А когда выяснилось, что у неё есть способности к мороку, никто уже и не сомневался в её дальнейшем пути.

За два года изменилось всё. Родных Роуз забрала лихорадка, а тихий городок взял под своё сильное крыло орден Инквизиторов. Кроме Ковена у неё ничего не осталось. Ковена и Дамана, который полгода назад внезапно обратил внимание на хорошенькую ученицу. И был так бесподобен и убедителен, что она поверила в серьёзность его намерений.

Роуз провела почти всё оставшееся до встречи время в небольшом внутреннем дворике, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок. Сидя на лавочке у розовых кустов, где раньше она так часто читала книги между занятиями, она прикидывала варианты. И, в конце концов, решила ещё разок попытать удачу. Возможно, Даман имел не слишком высокое о ней мнение, но он был не единственным и не самым старшим колдуном Ковена.

В богато обставленной приёмной хлопотала, как всегда, маленькая сухощавая Лия Фибл – помощница Магистра. Если кто-то и знал всё о хозяйственных делах колдовского совета, так это она. В её голове каким-то чудом держались все назначенные встречи и дела. При этом никогда не путались.

Как только Роуз вошла, Лия сразу же окинула посетительницу внимательным взглядом.

– Ты можешь зайти. Он работает, но ждёт тебя, – сообщила помощница сухо, кивнув в сторону двери.

На её загорелом лице не проскользнуло ни одной эмоции – обычное дело. Удостоверившись, что девушка направилась к кабинету, Лия занялась чаем, который собиралась подать своему руководителю.

Вежливо постучавшись, Роуз открыла массивную дверь и заглянула внутрь. Кабинет был просторным. Сквозь вытянувшиеся вверх окна в него лился солнечный свет и падал на большой стол, за которым сидел Магистр, одетый в чёрную с золотой вышивкой мантию. Низко склонившись над столешницей и загораживаясь рукой от ослепительных лучей, глава Ковена что-то писал, торопливо водя пером по бумаге.

Роуз боком просочилась в дверной проём. Створка тяжело закрылась, и девушка прижалась спиной к её отполированной поверхности. Магистр продолжал работу, не обращая внимания на посетительницу. Она скользнула взглядом на стул, стоявший напротив у стола, прикидывая, можно ли его занять. Но не решилась.

В кабинете пахло цитрусовыми. Пожалуй, слишком сильно, чтобы не обращать на аромат внимания. У книжных шкафов из красного дерева, находившихся за спиной Магистра, стояла чёрная ширма для переодеваний – совсем не к месту. У стены расположились два уютных кресла, друг напротив друга, и маленький чайный столик. Обычно за ним происходили беседы тет-а-тет.

По крайней мере, так говорили. Для Роуз это было первое собеседование с Магистром. Она уже неделю готовилась к нему. И накануне вечером чувствовала себя уже вполне уверенно. Возможно, уверенность сохранилась бы и сейчас, если бы не разговор с Даманом.

Насмотревшись на обстановку, Роуз тихонько покашляла. Глава Ковена поднял руку и, не отрывая седой головы от рабочего процесса, показал девушке на дверь. Она изумлённо вскинула брови. Похоже, собеседование грозило закончиться, даже не начавшись.

– Мне уйти? – осторожно спросила она.

Энергичный взмах рукой, как будто Магистр пытался что-то стряхнуть с пальцев. Озадаченная, Роуз толкнула дверь и вышла из кабинета. Лия как раз направлялась с подносом, на котором тихо позвякивали чашка и чайник, к ней навстречу.

– Закончила? – осведомилась помощница.

– Кажется, – девушка нерешительно растянула фразу, – он занят.

– Подожди здесь. Я узнаю, когда тебе лучше прийти.

Лия кивнула на кресло, предлагая посетительнице подождать, но та осталась стоять. Не обращая на это внимание, помощница подхватила поднос с чаем и направилась в кабинет. Дверь закрылась за её спиной, чуть не прищемив подол яркого жёлтого платья. Голос Лии звучал приглушённо, и кроме вопросительных интонаций, невозможно было разобрать слов. Магистр не отвечал вовсе.

Немного подождав, Роуз тихонько выскользнула из приёмной. Она уже жалела, что вообще пошла на это собеседование, послушавшись Дамана. Получилось ещё хуже, чем можно было ожидать. А повторять попытку совсем не хотелось. Лучше уж уйти сразу с высоко поднятой головой, чем выпрашивать себе какие-то гроши.

Она успела завернуть за угол коридора, когда из кабинета Магистра послышался истошный вопль Лии.

– На помощь! Кто-нибудь!

Роуз испуганно вздрогнула и замерла в нерешительности, обернувшись в сторону приёмной. А когда по коридору с разных сторон заспешили на крик колдуны и колдуньи, шарахнулась к стене, пропуская их.

Сердце у Роуз забилось так сильно, что стало трудно дышать. Стиснув на груди платье в кулак, на непослушных ногах она двинулась в сторону двери, чтобы если не посмотреть, то хотя бы услышать что-то из происходившего в кабинете. Ещё ничего не разобрав, девушка по одному голосу Лии поняла, что случилось нечто страшное. Она приблизилась и вся обратилась в слух. Из общего гомона, стоявшего в комнате, до неё долетели обрывки фраз: “убийство”, “Гвенлиан Роуз Блэйд”.

Роуз попятилась, услышав собственное имя в союзе с таким пугающим словом. Перед ней не сложилась вся картина, но она уже понимала, кого в первую очередь обвинят в случившемся. Она последней видела Магистра!

Внезапно Роуз натолкнулась на кого-то спиной. Её крепко схватили за плечо и круто развернули. Ошарашенная, она увидела перед собой Дамана.

– Вот и попалась! – быстро произнёс он.

Глава 2.

Роуз дёрнулась в сторону, пытаясь вырваться из рук Дамана, но колдун проявил неожиданную силу. Он намертво вцепился в неё и проницательно посмотрел в глаза девушки. Сейчас его тонкие черты лица казались особенно хищными, так что у Роуз в груди похолодело от страха.

– Молчи, – приказал он, и девушка почувствовала, как мышцы лица болезненно свело. Её губы стали тяжёлыми и непослушными.

Даман бросил взгляд поверх головы Роуз.

– Быстро идём, – колдун потянул спутницу по коридору, прервав её безуспешные попытки открыть ставший немым рот.

Он бросился к двери в ближайший класс, где обычно занимались студенты. Распахнув её, быстро заглянул внутрь, желая убедиться, что аудитория пустая. Втащил туда Роуз и запер дверь на замок. Прислушался. По коридору уже топали многочисленные пары ног – колдуны спешили к кабинету Магистра.

Обернувшись, Даман смерил девушку взглядом. Она стояла замерев и даже не пыталась вмешиваться. Колдун щёлкнул пальцами.

– Говори, только тихо, – его полушёпот звучал требовательно.

Роуз почувствовала, что оковы с губ спали, и осторожно пошевелила ими для пробы.

– Что происходит?

– Тебе нужно уходить, – он сорвал с вешалки чей-то чёрный плащ и протянул девушке. – Если жизнь дорога.

– Вот ещё! Никуда я не пойду. Ты меня подставил, отправив к Магистру, а там…

– Неужели? – хмыкнул колдун. – И что ж ты сделаешь?

– Всем расскажу, что это ты меня отправил.

– И кто тебе поверит, Роузи? – он ухмыльнулся, впервые назвав её так. – У тебя запланированная встреча. Ты идёшь на неё, а после Магистра находят мёртвым. И что ты собираешься доказывать? Одевайся!

Он бросил ей плащ, не дожидаясь, когда Роуз сама его возьмёт.

– Я тебе жизнь спасаю сейчас. Ведь ты не имеешь ни малейшего представления о том, что происходит в Ковене. И что с тобой сделают, если поймают. Так что будь хоть немного признательна и послушно делай то, что я тебе говорю. И если не будешь сопротивляться, то твоя жизнь может быть долгой. И, вероятно, счастливой.

Поколебавшись, Роуз всё же накинула плащ на плечи. Застегнув его на груди простой металлической брошкой, какую выдают рядовым студентам, девушка вопросительно воззрилась на бывшего куратора. Он удовлетворённо кивнул.

– Наконец-то. И капюшон накинь. Тогда чары сработают лучше. Я отведу тебя к тайному входу, по нему выберешься из замка.

– А дальше?

– Сама. Только побыстрее. И будь аккуратнее. Тебя станут искать. И если поймают, я уже ничем не смогу тебе помочь.

Даман вытянул руку и коснулся её лба. Ему даже не требовалось произносить заклинание вслух. Оно легло мягким покровом на Роуз, скрыв её от чужих глаз. Такой искусностью в наведении чар девушка ещё не отличалась, но ощутить на себе действие колдовства всё же могла.

– Ни слова, иначе тебя могут заметить. Вперёд!

Даман отпер дверь, распахнул её и шагнул в коридор первым. Роуз последовала за ним.

Людей было много. Все суетились, торопились, мешая друг другу. Как один с испуганными лицами. Бледные, взволнованные.

Роуз постоянно приходилось уворачиваться, чтобы ни с кем не столкнуться в тесных каменных переходах. Чары делали её невидимой, но прямой физический контакт был способен их разрушить. К счастью, окружающие были так заняты своими переживаниями, что совершенно не обращали внимание на Дамана и даже не пытались проверить, что за колдовской шлейф тянется прямиком за ним.

Колдун спустился на нижний этаж замка. Прошёл через погреб и остановился у небольшой деревянной двери, обитой железными листами по нижнему краю. Те проржавели от сырости до дыр.

Отперев ключом, выуженным из складок одежды, ржавый замок, Даман открыл дверь. За ней оказался тоннель, откуда повеяло застоявшейся сыростью.

– Иди по нему, – тихо сказал колдун, не оборачиваясь к Роуз. – Он выходит к пустоши. Там будет стража. Не обращай на них внимание. Чары ещё будут действовать, и охранники тебя не заметят. Уходи как можно дальше. И никогда не говори больше о Ковене. Это тебе.

Он протянул девушке небольшой кошелёк, в котором тёрлись боками друг о друга монеты.

– Почему ты пришёл помочь мне? – спросила она напоследок, задержавшись у двери.

– Я шёл вовсе не к тебе, – отрезал Даман и указал в тоннель.

Взяв со стены факел, Роуз пошла вперёд. Очень скоро дверь за спиной захлопнулась, навсегда отрезав её от бывшего куратора, замка и Ковена.

***

Всё получилось, как и было обещано. Спустя несколько часов ходьбы по длинному скользкому коридору под землёй, Роуз выбралась на поверхность. Затушив факел и оставив его в тоннеле, тихонько прошла мимо болтавших друг с другом охранников.

Пустошь тянулась зелёным покрывалом до самого горизонта, сколько хватало глаз. День был пасмурный, солнце спряталось, и оставаться в плаще оказалось даже уютно. Тем более что её яркое платье, могло бы привлечь посторонние взгляды на равнине, где никак нельзя было спрятаться. Чары Дамана вскоре рассеялись, и девушка осталась предоставлена самой себе.

Она шла до самого вечера, делая лишь короткие остановки для передышки. А на закате впереди показался город. Он вырос из вечернего марева громадой крыш, столпившихся за крепостной стеной. Никаких флагов – значит, Инквизиция в нём ещё не навела свои порядки.

Роуз не отважилась бы в одиночку ночевать под открытым небом. У неё не было с собой никакого оружия, и на продуваемой всеми ветрами дороге в тёмное время суток встречались не самые дружелюбные путники. Рискнув, она отправилась искать ночлег внутри городских стен.

Поселение было небольшим. Улочки – тесными. И все, разумеется, вели к центральной городской площади. Так что вскоре девушка безошибочно вышла к таверне под названием “Старый жбан”. На первом этаже покосившегося здания находился зал, почти пустой от посетителей. На второй уходила лестница в комнаты для гостей.

Роуз навела немного чар, чтобы расположить к себе хозяина и получить скидку. В конце концов, Даман не сильно расщедрился, и денег хватило бы ей ненадолго. Колдовство подействовало, скидка была получена.

Правда, тавернщик так проникся к посетительнице, что потом долго умолял впустить его, стучась в надёжно запертую дверь комнаты, которую сняла на ночь Роуз. Поэтому хороший сон в ту ночь её так и не посетил. Она ворочалась на жёсткой постели с неудобной соломенной подушкой, пытаясь не обращать внимания на заунывные просьбы и приторно-сладкие обещания. Кавалер потерял надежду только к первым петухам, когда чары рассеялись.

Невыспавшаяся и недовольная, Роуз отправилась в город. По прошествии ночи у неё не возникло ни одной светлой мысли о том, куда спрятаться от Ковена, но нужно было как можно скорее уходить. Тем более что в таверне она порядком “наследила” своим колдовством. Накануне она слишком устала, чтобы об этом подумать, и вот теперь сильно жалела.

У Роуз не осталось ни одной родной души среди обычных людей, к кому она могла бы пойти. Старый дом конфисковали за долги. Всё, что у неё было, имя. Хорошее, с многовековой историей, но мало кому известное в этих краях. А точнее, совсем никому не знакомое.

Прохожие с подозрением косились на красивую девушку в бордовом платье. Поэтому Роуз старательно куталась в плащ. Даже её вид: хорошая одежда, длинные ухоженные волосы, белая кожа и изящные руки – всё вызывало вопросы у мирян. Они видели в ней чужую сразу же.

У городской стены раскинулся рынок. Под выцветшими навесами торговали едой и домашним скотом. Обычная сельская ярмарка. Шумная и не слишком опрятная. Но Роуз направилась именно туда, надеясь немного затеряться в толпе. Искать собрата среди людей колдунам было куда сложнее, чем на открытых пространствах. Слишком много намешивалось переживаний и мыслей, чтобы среди них вычленить нужный след.

Роуз прошла мимо первых двух палаток, когда кто-то сзади взял её за локоть останавливая. Тихий голос шепнул в самое ухо: “Гвенлиан Роуз Блэйд, вы арестованы!”

Глава 3.

Официальный арест? Такое мог выдать только какой-нибудь инквизитор.

Пока Роуз медленно оборачивалась, в голове пронеслось не меньше десятка образов. И всадники в отполированной броне на лошадях. И реющие флаги с геральдическими крестами. И допрос.

Да много всего. Словно время решило остановиться и хорошенько посмотреть, до чего дойдёт фантазия насмерть перепуганной девицы. Но вопреки всем ожиданиям колдунья увидела перед собой смеющееся лицо молодого человека. Впалые бледные щёки, прямые тёмные волосы из-под капюшона, карие глаза.

– Нек! – выдохнула Роуз облегчённо и, опомнившись, в следующий же момент зло стукнула кулачков его в грудь. – Ты с ума сошёл!

– А нечего шляться по базару, когда тебя весь Ковен ищет. А ну, идём, Розетка, – он потащил её за собой.

Она последовала без возражений, потому что если кому-то и доверяла в этом мире, то Николасу Блику. А точнее, Неку, как звали его знакомые в колдовском союзе. Это прозвище он получил из-за своих способностей к некромантии, которые, правда, не слишком ценились Ковеном. По этой же причине у Николаса было не слишком много друзей. В их узкий круг входила лишь Роуз и ещё пара молодых людей среди студентов.

Молодой некромант провёл свою спутницу между тентом с рыбой и загоном для коз и увлёк на задворки рынка, где никого не было, а только валялись старые разбитые коробки и наполовину сгнившие корзины для овощей.

Остановившись, Николас обвёл взглядом девушку и аккуратно натянул капюшон ей на голову.

– Ты бы хоть прикрылась, – мягко сказал он и так покачал головой, словно имел дело с младшей недогадливой сестрой.

– Хоть в плаще, хоть нет, колдунам без разницы, – возразила она. – Что ты тут делаешь?

– Колдунам, может, и без разницы. А вот паладинам – нет. Сразу заподозрят.

– Их тут нет.

– А это ты с чего решила? Флаги не увидела? – он сложил руки на груди и театрально хохотнул. – Ничего не значит. В городе могут быть их люди. И тебя вычислят в момент, дорогуша.

– Уймись уже, – Роуз одарила его недобрым прищуром. – Чего зря языком молоть? Говори, зачем ты здесь!

– Да ни за чем, – Николас повёл плечом. – Отправился прогуляться. В Ковене сейчас такой муравейник, что даже в библиотеке гам. Ни позаниматься, ни отдохнуть. А я с моими склонностями к непопулярной некромантии, как известно, мало кого интересую. Так что выпустили легко. Кстати, весь сыр-бор из-за тебя.

Он искоса посмотрел на собеседницу и чуть улыбнулся.

– И что говорят?

– Что ты Магистра убила. Но, конечно, не сама. Тебя явно подослали. Возможно, инквизиторы.

– И ты поверил? – успела возмутиться Роуз.

– Нет, конечно. Ещё чего! Ты и убила.

– А вот это прозвучало как-то обидно, – отметила она. Николас прыснул смехом и приобнял её за плечи. Он был немногим выше девушки, так что их глаза оказались почти на одной высоте.

– Ты же знаешь, что я любя, сестрёнка, – примирительно сказал он. – Только дела это не меняет. Остальные думают иначе. И даже если я буду ходить и всем доказывать твою невиновность, ничего не получится. Все улики указывают на тебя.

– Как его убили? Ты хоть знаешь? – поинтересовалась Роуз.

– Разумеется. Все знают, кроме обвиняемой, – поддразнил некромант. – Тупо по-старинке. Зарезан ножом. Никаких следов колдовства. Все ведь в курсе, что ты – так себе чародейница.

– Тринадцатый храмовник, да что ж такое! – Роуз вырвалась из его объятий и стала мерить шагами небольшой пятачок, свободный от мусора, на котором они стояли. – Ладно, подставили! Но дуру-то из меня чего делать? Кто ведёт расследование?

– Собрали целую комиссию. Возглавляет твой. Бывший, – Николас подмигнул.

– Вот гад, – процедила она.

– А недавно ты говорила о нём совсем другое…

– Ошибалась, – отрезала колдунья.

– Талантливому и обаятельному человеку чего только не простишь.

– Нек! – Роуз изумлённо уставилась на друга. – Ещё одно слово и я заподозрю тебя в неладном.

Он прыснул смешком и погрозил ей пальцем, намекая, что она выходит за рамки дозволенного. Обсуждать личную жизнь среди колдунов было не принято.

– Хорошо, скажи лучше, что мне делать?

– Не представляю, – признался Николас. – Всё не в твою пользу, Розетка. Вопрос времени, но они найдут тебя. Хоть на болоте. Правда, я как-то читал, что бывают такие заброшенные города, построенные на руинах старых капищ, где можно успешно спрятаться. Бывали случаи, что колдуны в них окапывались и пережидали десятилетия.

– И много ты таких знаешь? – скептически поинтересовалась Роуз.

– Ни одного. Но вдруг тебе повезёт.

– Да. Непременно, – она вздохнула, обводя взглядом мусорные завалы. – Вот стою среди всего этого добра и просто кожей ощущаю, как везение буквально липнет ко мне.

– Но придумать тебе что-то придётся, – напомнил Николас. – Да и отсюда поскорее уйти. Ковен сюда быстренько доберётся.

– Почему именно сюда? – насторожилась девушка.

– Так я им расскажу, что видел тебя, – просто ответил он, пожав плечами.

– А ещё друг, – обиделась она.

– Именно потому, что друг, – возразил некромант. – Если я скрою от них нашу встречу, то окажусь замешан в этом деле. И ни тебе, ни мне это не поможет. Если бы я хотел тебе навредит, то просто не предупредил бы.

– И на том спасибо, – Роуз вздохнула.

– Я тебе сочувствую, подруга, но что тут ещё добавишь?

– Денег, например? – предположила она.

– У самого пара грошей в кармане. Ты же знаешь, у меня нет богатеньких родителей.

Она опустила взгляд, словно искала под ногами ответы на вопросы, роившиеся в голове. На глаза ей попался край листовки с геральдическим крестом. Бумага, без сомнений, когда-то принадлежала ордену инквизиторов. Она почти вся была заляпана грязью, и лишь одно слово можно было разобрать: “новобранцев”.

– Говоришь, значит, инквизиция меня подослала? – уточнила Роуз. Николас кивнул. – А не знаешь, как долго идти до их замка.

– Два-три дня, мне кажется. Сама понимаешь, я там ни разу не бывал, к счастью.

– Я тоже, – протянула девушка. Она подняла быстрый взгляд на собеседника. – Знаешь, Нек, мне пора. Действительно, пора. Спасибо, что проявил участие. И думаю, мы ещё увидимся.

– Было бы неплохо, Розетка, – он не стал вдаваться в расспросы, уловив, что она что-то задумала. – Удачи!

Никаких дружеских объятий не последовало. Некромант просто скрылся в проходе между тентами. Роуз проводила его взглядом, а потом решительно пошла вдоль стены к выходу из города.

Впереди была пустошь и дорога, которую она должна была преодолеть в самые короткие сроки.

Глава 4.

Роуз укуталась в плащ поплотнее, сидя перед небольшим костром. Вечерняя заря в этот день была промозглой. Пожалуй, слишком для лета. Как будто кто-то там наверху подумал, что было бы интересно отсыпать одной дерзкой девчонке ещё горсть испытаний.

Перед уходом из города девушка купила на рынке немного продуктов и огниво в дорогу. Будут ли встречаться на пути поселения, она не знала и приготовилась ночевать в чистом поле. О том, как пролегает путь к замку Инквизиции, ей было известно мало. Только общее направление.

И Роуз теперь жалела, что почти не интересовалась этой темой раньше. Ей казалось, Инквизиция – это что-то очень далёкое и её не касающееся. В Ковене она была под защитой. Замок скрывали чары, в ближайшие к нему городки паладины не устраивали рейды. Ей как-то приходилось видеть их наряд издалека, с холма, ещё в самом начале обучения. Всадники в сияющих доспехах под развевающимися знамёнами, конечно, впечатлили начинающую колдунью. Но приближаться к ним совсем не хотелось.

По официальной версии, между Ковеном и Инквизицией существовало некое молчаливое противостояние. В шутку его называли немым, потому что открытых конфликтов не случалось. Каждый занимался делом. Первые искали в свои ряды новых талантливых колдунов с вполне определёнными способностями. Вторые старательно обращали людей на путь света. Ввязываться в войну и заниматься кровопролитием в таких условиях казалось глупым решением. По крайней мере, именно так рассуждали учителя на занятиях и старшие ученики колдовского союза.

Это был баланс, который никому не хотелось нарушать. Ясно же, что чёрное и белое всегда находятся бок и бок. Свет и тьма. И прочие древние аллегории, которыми принято описывать абстракцию под названием мировой порядок.

Роуз всё это казалось скучным, и она многие разговоры по теме пропускала мимо ушей. Ей гораздо больше нравилась практика и упражнения в наведении чар. Она совсем не собиралась бросать вызов святой Инквизиции или, чего хуже, шляться по её землям, вызывая огонь на себя.

Не собиралась до недавнего времени. А если говорить предельно точно, до сегодняшнего заката, когда она миновала верстовой столб с болтавшимся на нём знаменем Инквизиции.

Большое синее полотно с вытянутым геральдическим крестом, украшенным вензелями на концах, слабо колыхалось на ветру, давая понять любому путнику, что он вступает на земли ордена, где колдовство, мягко говоря, не приветствуется.

“Вот и хорошо! Всё равно меня бы легко вычислили по колдовскому следу”, – утешила себя Роуз. И переступила границу, отделившую её прежний мир от нового.

Идея пойти в земли Инквизиции была более чем лихой. Она пришла девушке в голову в момент разговора с Николосом. Обвинение в связи с врагом звучало так нелепо, что немедленно навело её на мысли о внутреннем заговоре в Ковене. Кто-то пытался запутать след, выставив молодую колдунью крайней. И она даже догадывалась, кто именно.

Судя по всему, расчёт был прост: отправить её в бега на какое-то время, чтобы затем поймать и предать суду. Всё сходилось. И то, как быстро Даман оказался рядом после убийства. И как ловко, без препятствий, вывел её из замка. И небольшая сумма денег на дорогу.

Роуз прекрасно понимала, доказать свою непричастность она никак не сможет. И для окружающих легенда будет выглядеть весьма правдоподобно.

Единственное, на что никак не могли рассчитывать заговорщики, так на её неожиданное решение спрятаться под самым носом у Инквизиции.

Сложно было предположить, как долго удастся таиться на её землях. Но это было всё же лучше, чем уже завтра попасться в руки ищейкам, пущенным по следу беглянки.

Роуз снова поёжилась. Ночевать в открытом поле ей не приходилось. И хотя сон уже медленно подбирался – сто бед на голову приставучему трактирщику – она никак не могла решиться поспать.

В стремительно надвигавшихся сумерках послышался приближающийся конский топот. Девушка встрепенулась и попыталась всмотреться в темноту. Первой её посетила мысль о поиске убежища. Но поблизости не было даже самым чахлых кустов. А всадник наверняка уже заметил огонь.

Роуз торопливо убрала волосы под капюшон и приготовилась к встрече, что бы та ни принесла.

Топот становился громче, и уже можно было разобрать, что всадников больше одного – слишком частый перестук копыт. Долго ждать себя они не заставили. Выплыли из темноты двумя массивными фигурами. Хорошие кони в боевой сбруе, простые, но ухоженные латы и синие ленты, повязанные у каждого на правом плече.

Никаких дополнительных подсказок, чтобы опознать в подъехавших патруль Инквизиции, не требовалось. Роуз медленно встала со своего места, глядя на всадников. Оба были молодыми мужчинами, очень коротко подстриженными. "Вояки", – с пренебрежением подумала она.

Тонкий нюх колдуньи сразу же уловил исходившие от них запахи дублёной кожи, масла и… псины. У ног одной из лошадей замерла собака, которую девушка не заметила в темноте в первый момент. Животное внимательно смотрело на неё, но бросаться не собиралось. По крайней мере, пока хозяева не отдали приказ.

Вынырнуть из мира трав и благовоний, чтобы окунуться в такой грубый военный, оказалось не самым приятным делом. Роуз едва не поморщилась, но остановила себя

Всадники, придерживая лошадей, оценивающе разглядывали путницу.

– Что вы здесь делаете, госпожа? И куда идёте? – строго спросил один из них.

У Роуз моментально пересохло во рту. Отвечать требовалось немедленно. И от ответа зависела вся её дальнейшая жизнь. Причём недолгая в случае неудачи.

Глава 5.

Момент истины. Даже пёс навострил уши, как будто очень хотел услышать ответ девушки. Она скользнула взглядом к притороченным у сёдел мечам в ножнах. Зря! Не смотреть бы на них вообще. Но взгляд, как приклеенный, задерживался на том, что несло особенную опасность.

– Меня зовут Блэйд, – девушка постаралась придать голосу внушительной звонкости. Пусть не подумают, что она сипит от страха. – Роуз Блэйд.

– Почему вы одна в такое время на дороге, госпожа Блэйд? – всё так же безэмоционально спросил патрульный. Названное имя ничего ему не сказало, и Роуз почувствовала себя увереннее.

– Я… ищу защиты ордена. Я – сирота.

Она плотнее стиснула в кулаках края плаща. Только бы солдаты не увидели её яркое бордовое платье! Хороша сиротка, разгуливающая в таких нарядах. Впрочем, и на это у неё нашёлся бы аргумент. Но сыпать ими слишком щедро Роуз не хотелось. Чем длиннее легенда, тем сложнее ей следовать.

– Разумеется, вы получите защиту ордена. Только не здесь. Мы почти на границе нашей территории, – он махнул рукой в ту сторону, откуда недавно пришла девушка. – Видели там верстовой столб?

Она кивнула, стараясь не вдаваться в подробности.

– До замка ещё очень далеко. Пешком несколько дней пути, – продолжал патрульный. – Но я могу отвезти вас на постой в деревню, где стоит наш отряд. Оттуда завтра пойдёт обоз. С ним и доберётесь. Так гораздо безопаснее.

Патрульные переглянулись, и тот, что говорил, мягко улыбнулся. Словно уловив настроение хозяина, собака завиляла хвостом и, подойдя к девушке, ткнулась мокрым носом в подставленную ладонь.

Роуз не стала отказываться от щедрого предложения. Всадник протянул ей руку и помог забраться на лошадь позади себя. Патрульные договорились о месте встрече, и один из них, свистнув собаку, скрылся в темноте лёгкой рысью. Другой тронул лошадь шагом, увозя девушку от места её недавнего ночлега.

Они ехали спокойно, в бархатной темноте ночи. И Роуз так осмелела, что решила прибегнуть к чарам. Раз уж патрульный не заподозрил в ней неладное, стоило проверить его более хитрыми способами. Поговаривали, что паладины и высшие чины Инквизиции не только устойчивы перед колдовством, но и умеют его различать. Но сейчас она ехала позади самого обычного солдата, если судить по форме одежды. А миряне никогда не понимали, что рядом с ними творятся чары.

Сложив пальцы левой руки в особый знак – указательный и мизинец вместе, средний и безымянный согнуты и прикрыты большим – она беззвучно зашевелила губами, творя заклинание.

Если бы только этот солдат мог видеть всю красоту чар. Они потянулись от её руки тонкой голубоватой струйкой. Дымком обвились вокруг него. Змейкой заползли под нагрудник и распустились перед лицом цветочными лепестками. Он вдыхал их, даже не замечая. Роуз, привыкшая всё определять по запаху, сказала бы, что заклинание на этот раз получилось с нотками рододендрона, слабо приправленного земляничным веянием. Девушка улыбнулась: так гораздо лучше.

– Чем вы занимаетесь, госпожа Блэйд? – спросил внезапно патрульный, не оборачиваясь.

Роуз от неожиданности вздрогнула и чуть не потеряла равновесие в седле.

– В каком смысле? – аккуратно спросила она и быстро спрятала руку под полу плаща.

– Что умеете? – пояснил солдат. – Я просто подумал, раз вы направляетесь в орден, то могли бы наняться. Мы набираем новобранцев.

Девушка тихо выдохнула. Она успела испугаться вопроса, пока не уловила его суть.

– Ну, я из хорошей семьи, так что… – начала было Роуз и осеклась. – У меня есть навыки лекаря.

– Одобренные?

– Какие? – переспросила она удивлённо, и патрульный, немного повернувшись к ней, мягко рассмеялся.

– Да вы не бойтесь, госпожа. Мы же не звери. Я имею в виду, одобрены ли они Инквизицией. Вы ведь сейчас о ворожбе говорите, а не о повязках. Так? – его голос звучал ласково, и по ноткам Роуз догадалась, что её чары подействовали. Они всегда изменяли человека, хоть немного, хоть самую малость. – Я ведь чувствую, что вы способны к таким вещам. Нас этом обучают, между прочим.

Было похоже, что он пытается прихвастнуть перед понравившейся спутницей, а заодно сделать ей комплимент.

– Даже так?

– В той или иной степени мы ощущаем человеческую… как её… эру?

– Ауру, – догадалась она.

– Да, её самую. А люди, способные к магии, всегда немного другие. И я чувствую, что что-то эдакое в вас имеется.

“Ещё как имеется!” – подумалось Роуз с сарказмом.

– Да, вы совершенно правы, – вместо этого вежливо ответила она. – Но только никакого одобрения у меня, похоже, нет.

– Не страшно. Выдадут, – щедро пообещал патрульный. – Если вступите в Инквизицию.

– И как же это сделать?

– Да просто. Придёте к воротам замка и на проходной сообщите, что вы хотите стать новобранцем.

***

“Просто”, – сказал он. И Роуз решила, что, действительно, это будет просто. Поверила какому-то патрульному на границе, ещё и распустившему перед ней хвост. И чего люди только не несут под действием любовного заклятия. А оно получилось у неё тогда хорошим, тонким, почти неосязаемым. При этом действовало, даже когда они добрались до поселения, в котором расположился отряд.

Там никто не задавал девушке лишних вопросов. Никто не заметил подвоха. Даже Инквизитор в монашеских одеждах, выполнявший роль духовника, отнёсся к ней приветливо.

И вот теперь, спустя три дня, она стояла со свитком, выданным на проходной, перед небольшим зданием для приёма новобранцев. И впервые за прошедшие дни ей снова было страшно. С одной стороны, до сих пор никто так и не понял, что она колдунья. Отчасти это даже немного оскорбляло её. С другой, они могли оказаться не слишком компетентны в вопросах колдовства и просто не распознать в ней принадлежность к Ковену.

Пока Роуз раздумывала, дверь открылась и из неё вышла молодая женщина в тёмно-зелёном балахоне. Её волосы были убраны в тугую косу, отчего лицо с острыми чертами казалось ещё более резким и строгим. Она окинула девушку беглым взглядом и нахмурилась.

– Чего тебе? – бесцеремонно спросила незнакомка в зелёном.

– Я – новобранец, – Роуз подняла и показала свиток с сургучной печатью так, чтобы у собеседницы не осталось сомнений. Но судя по выражению лица той, бумага не слишком её впечатлила.

– Неужели? – женщина хмыкнула. – Ну-ка зайди.

Роуз прошла в широко раскрытую перед ней дверь и оказалась в небольшой комнате, заставленной стеллажами. На полках плотными рядами лежали бумаги. У окна находился кургузый стол, заваленный документами так, что человека, сидевшего за ним, было толком не видно.

Зайдя следом за девушкой, незнакомка в зелёном сильно хлопнула дверью, и одна из бумажных гор поехала и свалилась со стола.

– Эй, комендант, у нас тут новенькая! – резко сказала женщина и рывком забрала свиток у Роуз. Проверив печать, открыла его и бегло посмотрела. – И кто тебя рекомендует?

– Варрен Найт, – колдунья быстро вспомнила имя паладина, настоявшего у ворот, чтобы её пустили. Незнакомка в зелёном недовольно прищурилась.

– Капитан Найт? – она повернулась к столу. – Комендант, с каких это пор паладины у нас кого-то рекомендуют?

Тот растерянно развёл руками. На вид ему было около сорока лет, но его голова уже блестела лысиной. Подняв на Роуз уставшие от писанины глаза, он виновато улыбнулся, будто извиняясь за тон своей напарницы.

– Можно его позвать и уточнить этот вопрос, я думаю, – осторожно предложил мужчина.

– С паладинами что-то выяснять – себе дороже, – она фыркнула и махнула рукой. – А, ладно. Пойду за ним. Он ведь вернулся?

– Я вроде видел его.

– Стой тут, – незнакомка в зелёном приказала Роуз. – А ты, комендант, следи, чтобы никуда не делась. Я хочу знать, откуда она такая взялась.

И женщина быстро, словно подхваченная ураганом, вышла из комнаты. Её резкий голос донёсся уже с улицы: “Стража! Встать у двери. Следите, чтобы из комендатуры никто не выходил”.

Глава 6.

Роуз медленно перевела взгляд на коменданта, сидевшего за столом. Осторожным движением пригладив лысину, тот вернулся к работе над бумагами. Следить за посетительницей он явно не собирался.

Немного подумав, девушка подошла и аккуратно собрала упавшие со стола бумаги.

– Не стоит, что вы, – спохватился комендант.

– Я, кажется, создала проблемы в вашей работе. И это меньшее, что могу сейчас сделать, – она нежно улыбнулась, глядя на него снизу вверх.

– Немного, – его улыбка была куда более застенчивой. И говорила она о том, что такие посетительницы бывают у него нечасто. Комендант старательно избегал опускать взгляд и пытался смотреть девушке в глаза.

– Вы не объясните мне, в чём дело? – она встала и положила кипу документов на прежнее место.

– Новобранцы проходят предварительный отбор, прежде чем получить направление. И Айви Лич очень не любит, когда порядок нарушается. У вас точно рекомендация от Капитана Найта? – мужчина наморщил лоб.

– Да. А кто такая Айви Лич?

– Вы явно не в курсе, – он покачал головой. – Моя коллега, с которой вы… кхм… беседовали. Она глава лекарей в Инквизиции.

– И сама принимает новичков? – удивилась Роуз.

– Нет. Вам просто не очень повезло…

Он сконфуженно замолчал, потому что с улицы послышались торопливые шаги и резкий голос женщины в зелёном. Разобрать слова было невозможно, но судя по тону, она отдавала какие-то приказы. А мгновением позже дверь в комендатуру распахнулась, и Айви Лич ворвалась в комнату зелёным ураганом.

– На месте? – она окинула взглядом Роуз. – Вот и хорошо. Сейчас придёт. Что за день-то такой? Всё через…

– Сестра Айви, прошу, – мягко произнёс комендант.

– Не начинай, ты же знаешь, как я это не люблю, – отмахнулась она и стала рыться в бумагах на одной из полок. – Где у нас заявления на допрос?

– Левее, – ответил он, наблюдая за ней.

При слове “допрос” Роуз почувствовала острый холод, прокатившийся по её телу от сердца до самых пяток. Там он осел тяжёлыми ледяными глыбами, сделав ноги неподвижными. Тем временем Айви извлекла нужную бумагу и бросила перед комендантом на стол.

– Вот, заполняй пока. А докладные где?

Она не успела получить ответ. Дверь комендатуры открылась, и вошёл паладин. Тот самый, что разговаривал у ворот с Роуз. Теперь он был уже без брони, в чёрных штанах, заправленных в высокие кожаные сапоги, и тёмно-синей куртке. Протиснувшись в узкую дверь, он встал, загородив широкой спиной свет, и скрестил руки на груди. Вид у него был не более довольный, чем у дамы в зелёном.

– В чём дело, сестра Айви? – голос паладина звучал холодно.

Он посмотрел на Роуз, и та замерла под прямым взглядом каштановых глаз.

– Ты направил к нам эту девушку, капитан? – резко развернувшись к нему, поинтересовалась Айви Лич.

– Да, – он кивнул.

– А ты в курсе процедуры приёма? – глаза женщины сузились. – Знаешь, как это происходит?

– Да.

– Тогда почему ты её нарушаешь?

– Я – паладин, и мне не требуется никакая процедура приёма, чтобы видеть, кто передо мной, – спокойно возразил он, игнорирую ярость собеседницы, готовой вскипеть. – Кроме того, тебе ведь известен пятый подпункт тринадцатого пункта Устава? Паладин вправе сам определять степень виновности или невиновности любого человека на землях святой Инквизиции.

– Это не касается набора новобранцев!

– Ты считаешь, новобранец не человек? – Варрен Найт приподнял одну бровь.

Их словесная дуэль развеселила Роуз. Она и не подозревала, что в Инквизиции могут быть такие бюрократические сложности, а сами Инквизиторы устраивают подобные выяснения отношений. Явно имел место конфликт интересов и статусов, а кроме того… личных симпатий?

Роуз всегда удавалось подмечать особенности отношений между мужчинами и женщинами, и вот сейчас она готова была поспорить на что угодно, что дама в зелёном не так уж равнодушна к молодому паладину, какой хочет казаться. В её взгляде было куда больше, чем желание доказать свою правоту.

– Да от этой девицы колдовством за милю несёт. Или ты слепой, капитан? – возмутилась Айви.

– Значит, тебе среди целителей способные люди не нужны, я правильно понимаю? – поинтересовался он в ответ. – Или это не ты недавно жаловалась, что по рекомендации приходят абсолютные пустышки?

Айви недовольно поджала губы и молчала, отведя взгляд в сторону. Она явно искала аргумент поувесистее, чтобы кинуть им в упрямого собеседника.

– А кто мне даст гарантии, что она не колдунья? – наконец, нашлась она.

– Ну, если слова паладина тебе мало, – он чуть улыбнулся, – проэкзаменуй сама. Госпожа Роуз Блэйд умеет заговаривать боль, по её словам. Проверь, что тебе стоит?

– Опять я, – всплеснула руками Айви.

– А разве это не твои обязанности в том числе?

– Хорошо, вот сейчас и проэкзаменуем, раз так. Чтобы зря бланки опросных листов не расходовать. Я пойду соберу комиссию. А ты, капитан, проводи девушку к корпусу целителей, будь добр. И бумагу на допрос у коменданта с собой возьми сразу. Сам его после экзамена и проведёшь. Это ведь твоя обязанность, если не ошибаюсь?

Айви Лич стремительно направилась к выходу, и паладин сделал шаг в сторону, пропуская её. Когда она ушла, Найт забрал бумагу у коменданта и сделал Роуз приглашающий жест следовать за ним. Вдвоём они вышли на улицу.

– Не волнуйтесь, госпожа Блэйд, – сказал паладин, покосившись сверху вниз на изящную спутницу. – Это обычная процедура. Вам всего лишь нужно показать собравшимся, что умеете.

– Можно просто Роуз, – улыбнулась она.

– Когда пройдёте процедуру, – отрезал капитан.

Осторожно ступая по брусчатой мостовой, девушка поглядывала на своего спутника. Его лицо сохраняло холодное выражение. Губы плотно сомкнуты, взгляд направлен вперёд. Он как будто избегал лишний раз смотреть на Роуз, чтобы не проникаться раньше времени симпатией. И документ для допроса в его руке, уже подписанный комендантом, сильно беспокоил её.

Они прошли по узким улочкам, зажатым между тесно поставленных домов, миновали несколько ворот и охранных постов. Замок Инквизиции располагался на холме, по склонам которого вились лентой укрепления, а основная жилая часть стояла на вершине.

Просторный внутренний двор, куда паладин привёл Роуз, был выложен плитами. Через него быстрым шагом по своим делам спешили люди: мужчины и женщины, разных возрастов, облачённые в разного типа одежды. Были здесь и монашеские робы, и боевые доспехи, и простое мирское облачение.

Найт подвёл спутницу к большому зданию со стрельчатыми окнами и открыл дверь.

– Заходите, госпожа Блэйд. Вас ждут экзаменаторы.

Девушка увидела большой зал с колоннами и рядами скамеек. Перед ними на возвышении находился стол, и около него собралось шестеро человек в длинных зелёных одеждах, включая Айви Лич. Все присутствующие обернулись и с интересом посмотрели на Роуз.

Глава 7.

Роуз благодарно кивнула провожатому и смело пошла вперёд. Хотят увидеть, на что она способна – увидят.

Не пытаясь приглушить стук каблуков по каменным плитам пола, девушка прошла через зал к собравшимся. Капитан Найт следовал за ней. Обойдя её, встал чуть в стороне, откуда было удобнее наблюдать за происходящим.

Помимо него и уже известной Айви Лич, в комиссии были две женщины и трое мужчин. Роуз приветливо улыбнулась им, отметив, что никто, кроме самой главы целителей, не выказывает заметного пренебрежения к новенькой.

– Можем начинать? – поинтересовался старший из мужчин.

Айви Лич утвердительно кивнула и скосила взгляд на паладина. Он же не обратил на неё никакого внимания, глядя только на Роуз.

– Тогда приступим. Покажите, на что вы способны, госпожа Блэйд, – мужчина достал из-за пояса нож и, не дрогнув, провёл им по руке. Кровавый след протянулся от самых пальцев до запястья.

Роуз удивлённо вскинула брови. Среди колдунов подобное самовредительство не практиковалось. “Что же дальше-то будет, если мы начали так резво?” – с сарказмом подумала она.

Подойдя к мужчине, осторожно взяла его за руку. Только бы не перестараться и не выдать себя. По правде говоря, она понятия не имела, какими словами можно заговаривать боль. Роуз умела затягивать раны молча, как учили в Ковене, но это навело бы присутствующих на подозрения.

“Именем света”, – сообщила она окружающему пространству, надеясь, что этот самый свет не обидится на такой кощунственный призыв из уст колдуньи.

Не обиделся – под общее одобрительное долгое “о” кровь перестала идти. Но рана не спешила затягиваться. Роуз даже постаралась больше сосредоточиться на ней. Результата не было. Похоже, что аура, стоявшая в замке, мешала всякому её колдовству, а не только наведению любовных чар. Заклятия действовали куда хуже, чем Роуз привыкла.

– По-моему, хватит, – подал голос паладин. Он вернул лист допроса Айви Лич. – Вполне приемлемый уровень для новичка. И никаких подозрительных проявлений. Госпожа Блэйд использует внутреннюю силу и ничего больше. Надеюсь, я могу идти и моё присутствие больше здесь не нужно.

– Да, капитан, благодарим, – ответил ему мужчина и одним быстрым движением стёр кровь с ладони. Его рана моментально затянулась, что произвело на Роуз впечатление. Целительства такого уровня ей ещё не приходилось видеть. – Есть ещё какие-то вопросы к…

– Роуз Блэйд, – подсказала девушка, догадавшись, что он забыл её имя.

– …к сестре Роуз.

Сестра Роуз? От этих слова у неё внутри всё сжалось. Для колдуньи это звучало чуть ли не оскорбительно, но, определённо, означало, что проверка пройдена.

Присутствующие на вопрос ответили отрицательно. Молчала только Айви Лич, буравя испытуемую недовольным взглядом.

– Тогда я провожу нашу новую послушницу к остальным. Идём со мной, – мужчина кивнул Роуз, и она последовала за ним из зала.

По пути их обогнал паладин. Даже не взглянув на девушку, он быстро вышел из корпуса.

***

– Когда я последний раз посещала церковь? Ну и вопросы! – произнесла Роуз тихо, но всё же недостаточно.

– А ты не посещаешь? – удивилась миловидная блондинка Агнес, сидевшая напротив неё за длинным столом. Перед каждой из девушек лежал лист с вопросами. Его обязан был заполнить всякий новобранец, и сейчас таких было пятеро в небольшой комнате приёмного корпуса.

– Посещаю… конечно. Просто это… эммм… личное, – нашлась молодая колдунья и вписала дату несколькими днями ранее.

– Здесь больше не будет личного, – предупредила соседка. – Это же Инквизиция!

– Всё время забываю, – произнесла себе под нос Роуз.

– Зато есть доступ к Святому источнику.

– Источнику?

– Ты разве не в курсе? – нахмурилась блондинка.

– Ты знаешь, я из такой далёкой глуши, что там никто не в курсе, – отмахнулась колдунья. – Так что за источник?

– Святой силы, – пояснила Агнес. – Благодаря ему у всех, кто находится в замке, возможности возрастают многократно. Правда, только после посвящения. Ну а против колдовства он создаёт особый барьер.

– Так вот, в чём дело, – кивнула Роуз, припомнив и свои неудачи с заклинаниями, и способности одного из целителей к моментальному излечению пореза.

– Через два месяца, если пройдём испытательный срок, нас тоже посвятят, – в глазах блондинки вспыхнул огонёк энтузиазма.

– Вот это здорово! – колдунья постаралась изобразить восторженную реакцию. – Скорее бы!

– Но не все проходят, – предупредила Агнес. – Говорят, отбор очень жёсткий. Особенно, среди девушек.

– Почему?

– Ну… знаешь… – собеседница заметно смутилась и даже немного покраснела. – Говорят, женская природа склонна к… слабостям…

Роуз сделала озадаченное выражение лица, хотя догадалась, о чём говорит Агнес.

– Ты про отношения с мужчинами?

Блондинка быстро кивнула и украдкой посмотрела по сторонам, не подслушивает ли их кто-то. Но остальные новобранцы скрипели перьями и не интересовались разговором девушек.

– Ходят слухи, тут всякое бывает, – Агнес лукаво посмотрела на собеседницу.

– Ну да, одни паладины чего стоят, – пошутила Роуз, вспомнив обаятельную улыбку капитана Найта. Но от этой фразы блондинка вдруг сделалась белее мела и испуганно округлила глаза.

– Нет, что ты! Ни в коем случае так не говори! – запротестовала она шёпотом.

– Почему? – удивилась колдунья.

– Паладины особенные. Они не могут совершить подобного. Даже мысль об этом уже оскорбительна.

– И что в них особенного?

– Всполох, – украдкой произнесла Агнес и, поняв по взгляду собеседницу, что та всё ещё “из далёкой глуши”, пояснила, – это искра особой жизненной силы. Она бывает далеко не у всех. С ней нужно родиться. Поэтому паладинов ищут и отбирают среди детей. Они не приходят в Инквизицию сами. Они Инквизиции обещаны.

– И что же этот Всполох даёт?

– Паладин видит людей такими, какие они есть. Он может отличить колдуна от мирянина. Умеет очистить осквернённые колдовством вещи. Отогнать проклятие. Может вдохновить человека и избавить его сердце от скверны. Удивительно, что ты этого не знаешь.

– Что правда, то правда, – задумчиво проговорила Роуз, пытаясь понять, на каком из занятий она могла пропустить такую важную информацию.

В Ковене среди студентов тема Инквизиции была не самой популярной. Они куда охотнее обсуждали собственные навыки, чем сильные стороны далёкого врага. Поэтому никто никогда не говорил при ней о подобных вещах.

Роуз слышала, что Инквизиторы занимаются исцелением и, так называемым очищением, но не воспринимала это буквально.

– Поэтому к паладинам и особо уважительное отношение, – продолжала Агнес. – Даже разговаривать с ними так просто нельзя.

– Неужели? Но я говорила сегодня с одним.

– С кем? – блондинка даже подалась вперёд.

– С Варреном Найтом.

– С их капитаном? – голос Агнес перешёл на сипение. Роуз даже задумалась, стоит ли продолжать откровение, и не упадёт ли собеседница от услышанного в обморок.

– Ну да, он и порекомендовал направить меня к целителям. Хотя, кажется, Айви Лич была несколько против, – колдунья решила проверить, что блондинка скажет в ответ на подобного рода сведения.

– Кажется, у тебя неприятности, сестра, – медленно произнесла та.

“И, похоже, они только множатся!” – мысленно вздохнула Роуз, но озвучивать не стала.

– Что-то не так? – спросила вместо этого.

– Да. Всё не так. Если Айви Лич что-то в тебе заподозрила, она не отстанет, пока не докопается. Она самый сильный целитель в Инквизиции. А кроме того, имеет право голоса в совете, несмотря на молодой возраст, – было похоже, что Агнес знает буквально всё о делах Инквизиции. – И ещё у них сложные рабочие отношения с Варреном Найтом.

– Это я заметила, – ответила Роуз, усмехнувшись.

– Тут нечему улыбаться, – возразила блондинка. – Особенно если ты стала предметом их спора. Скорее всего, сестра Айви недовольна тем, что тебя порекомендовал именно капитан. И, кстати, это очень странно.

– Почему?

– Он никогда не вмешивается в набор новичков. Это не его дело. Он командует только паладинам. И раз уж к тебе так отнёсся, значит, заметил что-то… о чём я даже помыслить не могу! – Агнес покачала головой. – Это всё невероятно странно. И я бы на твоём месте была крайне осмотрительна с ними обоими.

Глава 8.

Спряталась так спряталась! Роуз за прошедшие дни уже неоднократно впечатлялась тому, как её угораздило попасть во все случившиеся неприятности. Хотя, если задуматься, могло быть и хуже. Как любила повторять её мать: “Жива, и то хорошо!”

А Роуз была не только жива, но и весьма неплохо устроилась. Её опросный лист приняли без лишних нареканий. Ничего не пытались у неё узнать дополнительно и зачислили в новобранцы. Выдали яркую мантию цвета охры, которую носили все новички, и отправили с остальными в жилой корпус.

Здание находилось ярусом ниже относительно той площади, куда девушку привёл паладин для демонстрации способностей, и располагалось на склоне холма. Оно делилось пополам, на мужскую и женскую часть. Никаких индивидуальных комнат. Опочивальня у девушек была общая, с длинными рядами кроватей. Под каждой из них – небольшой сундук для хранения личных вещей. Правда, Роуз туда было почти нечего положить.

Агнес объяснила, что когда новобранец переходит на следующую ступень – посвящённого – ему выделяется отдельная келья. Но это случается не то что не с каждым вторым, но даже не с каждым пятым. Привилегия за усердное старание, плюс способности. Без них в Инквизиции было никак.

Сама блондинка умела распознавать и лечить ряд болезней простыми наговорами и травами. У неё имелась бумага от священника, что дар её никак не связан с колдовством и идёт от света. Чем она очень гордилась, но всё равно искренне переживала, что может так и не пройти в ряды Инквизиторов.

По словам Агнес, она мечтала об этом с детства. Готовилась, знала множество вещей о том, как в Инквизиции всё устроено. И была ценным источником информации, к которому Роуз решила держаться поближе.

Колдунью искренне поражало такое желание новой подруги оказаться запертой в стенах этого замка на всю жизнь. Она видела в Агнес бойкую страстную натуру и не представляла, как можно такую держать в узде. Но решила оставить разговоры на эту тему до момента, когда они сблизились бы побольше. Роуз всегда любила подразнить людей, как только находила в них слабые места. И побеседовать с Агнес о её затаённых желаниях было приятным искушением.

Новобранцам разрешалось свободно ходить по территории замка. Точнее, везде, где не стояла охрана. Так что блондинка отвела Роуз и на внутреннюю стену, откуда открывался вид на холмы и далёкие вересковые пустоши, и показала учебный корпус, и зал для общих собраний.

Вместе они наблюдали, как возвращается в замок отряд паладинов. В светлых латах, с реющими на ветру синими штандартами. От этого лазурного цвета колдунье уже делалось дурно. Он был везде. На каждом здании, у охраны в качестве повязок, у братьев и сестёр в виде эмблем. От него рябило в глазах, как и от геральдических крестов, вышитых на нём.

С такой назойливой символикой Роуз ещё не приходилось сталкиваться. Как и с постоянно повторяемыми постулатами о творимом добре и правом деле. Буквально чуть-чуть, и она предвкушала услышать их во снах.

На первом же собрании для новеньких стало ясно, что в ближайшие месяцы их ничему учить не собираются. Только проверять. Инквизиция тратила время лишь на посвящённых. И работа с новобранцами заключалась в том, чтобы отобрать среди них наиболее подходящие кандидатуры. Для каждого выделялся куратор, который нагружал подопечного задачами, следил за качеством их исполнения и наблюдал за поведением претендента весь отведённый срок.

Список распределения зачитывался публично в том самом здании, где для Роуз устроили первую проверку. Кураторы сидели в ряд на возвышении за столом, и их хорошо было видно из толпы волновавшихся новобранцев. И, разумеется, среди сидевших была Айви Лич.

Глядя на острое лицо главы целителей, Роуз уже предчувствовала, что именно к ней и будет направлена. Но оказалось, что в качестве куратора для неё был выбран мужчина, Герхард Раух. И когда его имя прозвучало, по лицу Айви мимолётно скользнула тень изумления. Вряд ли кто-то смог бы заметить её. Но Роуз, внимательно следившая за женщиной в зелёном, успела и поняла, что результаты распределения для сестры Лич стали не меньшим сюрпризом, чем и для неё самой.

Кроме того, оказалось, что брат Герхард – тот человек, что резал руку для испытания Роуз. Агнес успела быстро посвятить подругу в детали, рассказав, что он является членом совета и очень уважаем среди Инквизиторов за рассудительность и ум. Талантливый целитель, участник многих переговоров, замечательный учитель – всё было на его стороне.

Слушая блондинку, девушка успела рассмотреть своего будущего наставника. На вид она дала бы ему около шестидесяти лет. В его мягких седых волосах ещё сохранились тёмные пряди. Лицо было приятным, но не лишённым хитрости. Брат Герхард, словно почувствовав на себе взгляд Роуз, нашёл её глазами среди толпы и на мгновение улыбнулся.

Встреча с ним была назначена у девушки на следующий день, как будто в Инквизиции никто никуда не торопился. Действительно, зачем делать всё сразу, если можно подождать? Поэтому новички были отпущены обсуждать распределение и ближе знакомиться между собой.

Агнес тараторила весь вечер без умолку. Потому что именно она попала под крыло к Айви Лич. И в этом ей чудился залог будущего успеха. Блондинка уверяла, что сестре Айви никогда не достаются бездарные ученики. А Роуз молчала, вспоминая разговор, происходивший между женщиной в зелёном и паладином о пустышках.

Впрочем, она этих самых пустышек – людей без проявленного колдовского дара – насчитала больше половины среди новобранцев. Других она не могла определить в точности из-за нехватки опыта. И Агнес для неё, увы, была в первой категории.

***

Айви Лич, как это было ей свойственно, ворвалась без предупреждения. Со стороны могло бы показаться, что дверь распахнулась ещё до того, как глава целителей коснулась её ручки. Но это было не так. Просто движения Айви всегда отличались стремительной резкостью.

Влетев в келью, она с негодованием посмотрела на капитана паладинов. Он стоял у длинного стола, склонившись над расстеленной на нём картой. Не поднимая головы, Найт бросил исподлобья взгляд на вошедшею.

– Это твоих рук дело, – шипяще произнесла она и хлопнула дверью, закрыв её у себя за спиной, чтобы их голосов не было слышно в коридоре. – Ответь мне, Варрен! Твоих?

Паладин вздохнул и указал ей на стул, приглашая сесть. Айви упёрла руки в бока, демонстрируя полное нежелание выполнять хоть одну из его просьб.

– Точнее, – потребовал он, выпрямляясь во весь свой рост.

– Ты постарался, чтобы эта новенькая девчонка попала к Герхарду, а не ко мне.

– Да, конечно, – прямо ответил он. – Ты предвзято отнеслась к ней. Я не хотел, чтобы твои личные эмоции помешали оценить претендентку как человека. Поэтому посоветовал определить её к другому куратору, описав ситуацию.

– Ты… – она поджала губы и быстро подошла ближе. Остановилась всего в паре шагов от него, недовольно буравя взглядом. – Что ты о себе думаешь?

– Ничего, – спокойно покачал головой Варрен. – Я – паладин, и мне не положено принимать эмоциональных решений. Если тебе показалось, что я пытаюсь задеть тебя лично, то ты ошиблась, Айви. Ничего подобного у меня к тебе нет.

Этот ответ ещё больше возмутил его собеседницу. Она тяжело задышала, но быстро взяла себя в руки. Перекрестив их на груди, холодно посмотрела на капитана снизу вверх.

– Чего ты добиваешься, Варрен? Зачем притащил её сюда? – Айви прищурилась. – Только честно.

– Я никогда не лгу, – напомнил он просто, без пафоса.

– Да-да, я знаю, – нетерпеливо перебила глава целителей. – Пожалуйста, избавь меня от этого паладинства! Просто ответь на вопрос.

– У этой девушки скверна. И она пришла к нам сама. Что, по-твоему, я должен был сделать, увидев её? – поинтересовался он.

– Что? – выражение лица Айви моментально изменилось. – Скверна? Ты уверен?

– Да, – Варрен кивнул.

– Колдовская? – быстро уточнила сестра Лич.

– Нет, вряд ли. Что бы колдунье делать на пороге Инквизиции? – пожал он плечами. – Может быть, детская травма. Или первая влюблённость. Или ещё какой-то душевный недуг. Мелочи. Думаю, мы сможем избавить девушку от этого. Зато у неё есть талант.

– А если ты ошибаешься? Совет в курсе?

– Да, разумеется. Я всё им рассказал. Поэтому они и определили её к Герхарду. Он хорошо разбирается в людях. Сможет докопаться до сути.

– Ты подумал, что она может быть из проклятых? – понизив голос, проникновенно заговорила Айви.

– Такое я бы точно увидел.

– Конечно, ты же паладин, – она фыркнула. Покачав головой, женщина направилась к двери. Обернувшись напоследок, задержалась. – Знаешь, Варрен, у меня есть свои основания думать иначе. И ты, я надеюсь, понимаешь, что я имею в виду.

Глава 9.

Два дня и полная тишина. До сих пор никто не вышел на её след, и в какой-то мере Роуз чувствовала себя в безопасности.

Агнес рассказала, что в Инквизиции есть чёткое разделение обязанностей. Так, целители занимались исключительно физическими недугами. Духовники отвечали за распространением и поддержанием идеологии. Просвещали мирян и обучали приходских священников. Следователи занимались изучением дел о колдовстве и ведением судебных процессов по ним. Кроме того, в замке проживали люди, в чьи обязанности входили хозяйственные дела на благо всех остальных. Их тоже посвящали в орден, хотя непосредственного отношения к борьбе с колдовством они не имели. И конечно, были паладины. Благодаря им, Роуз и чувствовала себя спокойно.

Новая подруга уверяла, что даже самое незначительное колдовство, любой из паладинов может легко распознать. Поэтому никакой представитель Ковена не смог бы просто так проникнуть в замок.

Это утверждение казалось Роуз крайне спорным. В конце концов, её-то приняли. Мало того, с рекомендацией от самого капитана. Но сомнения развеялись после встречи с братом Герхардом, определённым для неё в качестве наставника.

Как и было предписано, она пришла к нему на следующий день после общего собрания. Герхард Раух работал у себя, в отдельной келье с небольшим каменным балкончиком, обращённым в сторону вересковых пустошей. Иметь такое жильё было особой привилегией по сравнению с тем, что находилось в распоряжении у других членов ордена. Но если уж сравнивать с Ковеном, то всё это казалось Роуз не более, чем гранью нищеты.

“Точнее, аскезы”, – напомнила она себе верное слово, заходя в тесную комнатку, где располагался стол и книжный шкаф. Это и был кабинет её нового наставника.

При виде Роуз, Герхард Раух отложил бумагу, над которой работал, встал и приветливо улыбнулся.

– Добрый день, Роуз. Я рад, что ты пришла, – сказал он так счастливо, как будто у неё был выбор, чтобы поступить иначе. – Давай выйдем для разговора на балкон. Здесь душно и нет смысла томиться.

Девушка последовала за его приглашающим жестом, и они отправились на овеваемую свежим ветром площадку. Широкие перила занимали кадки с пряными травами. Несколько пчёл жужжало среди их листьев. Герхард Раух сделал глубокий вдох, глядя перед собой вдаль.

– Здесь гораздо тише и нас никто не побеспокоит, – он повернулся к собеседнице. – Это будет особый разговор, Роуз. Потому что с тобой получилась особая ситуация.

– Особая? – нахмурилась девушка. – Это из-за рекомендации? Я уже поняла, что нужно было действовать иначе, но…

– Нет, из-за скверны. Ты знаешь, о чём я?

Она отрицательно покачала головой. Разумеется, Роуз сталкивалась с этим словом. Оно использовалось в Ковене для обозначения своего рода недуга. Его приобретали колдуны, сильно сроднившиеся с артефактами. До такой степени, что начинали терять силы и уже не могли без этих самых артефактов обходиться. Но она сильно сомневалась, что аналогичный смысл вкладывается в это понятие Инквизицией.

– Скверна – это что-то вроде слабости, которая точит твою душу. Например, если у тебя бывали душевные раны. Или ты была причастна к колдовству, – он сделал паузу на последнем слове, но ни один мускул на лице Роуз при этом не дрогнул. – Понимаешь меня?

– Думаю, что да, – девушка сцепила руки в замок, послушно склонив голову. Этот жест она подсмотрела у других новобранцев, когда те разговаривали с членами ордена.

– Проблема в том, что скверна будет мешать тебе выполнять работу у нас. Мы принимаем только чистых душой людей. Но если ты расскажешь мне правду, что с тобой было, то я смогу помочь.

– Как?

– Мы проведём очищение, – Герхард улыбнулся, уловив в её глазах испуг. – Не волнуйся, в этом нет ничего страшного. Простая процедура купания в освящённой воде.

– Ну хорошо, я согласна…

– Подожди, – он сделал останавливающий жест. – Есть одна проблема. Если скверна вызвана серьёзным колдовством или проклятием, очищение не поможет. Это будет бесполезным действием. И такому человеку, к сожалению, не место среди нас.

– Почему же? – с любопытством спросила Роуз, старательно изображая искренность.

– Таковы правила.

– Просто правила? – уточнила она.

– Нет, – он покачал головой и понизил голос. – Видишь ли, скверна заразна. Проклятые могут передавать её другим людям, что находятся рядом. Она вызывает неудачи, озлобление, желание поступать бесчестно. Мы старательно боремся с ней в миру и не можем допустить её здесь, у нас.

– Понимаю, – согласилась Роуз. – Но я не знаю, откуда она у меня. Ни о каком проклятии я никогда не слышала. Правда, был один мужчина…

– Мужчина? – насторожился Герхард.

– Да. В общем, мы с ним нехорошо расстались.

Здесь Роуз могла позволить себе неподдельное проявление эмоций. Что правда, то правда, ей было что сказать Даману по поводу их отношений. И она обиженно надула губы.

– В таком случае причина очевидна. Я расскажу о ней совету, и завтра мы проведём очищение. И надеюсь, оно всё исправит, потому что талантливых новобранцев не так много. А у тебя, судя по всему, хорошие данные.

– Приятно слышать, – улыбнулась Роуз, в очередной раз поражаясь иронии судьбы.

Кто бы мог подумать, что по достоинству её оценят именно в Инквизиции, а не в Ковене.

Всё это произошло днём раньше, а теперь она стояла, кутаясь в плащ посреди слабоосвещённой комнаты. В последний раз ей приходилось бывать в храме ещё до вступления в колдовской союз, и она уже успела забыть свойственные ему запахи благовоний и эхо звуков. Роуз было интересно, случится ли что-то особенно, если колдунья переступит порог святого места. Но нет, всё шло совершенно обычно.

Она ждала, пока в главном зале готовилась большая купель. В ней очищение и проводилось. Участниками избирались несколько человек: духовник, наставник, паладин и целитель. Первый проводил обряд, остальные наблюдали. В задачи паладина входило определить, исчезла скверна после очищения или нет.

В дверь каморки вежливо постучались, и голос Герхарда позвал: “Роуз, всё готово”.

Она вышла к ним. В зале храма было прохладно. Пахло миртом и лавандой. Большая купель стояла в центре, и на поверхности воды, что заполняла её, мерцали отблески многочисленных свечей. Сквозь витражные стрельчатые окна лился разноцветный свет.

У купели стояли трое. С духовником, мужчиной средних лет в тёмно-синей сутане, Роуз не была знакома. А вот капитана Найта и Айви Лич узнала сразу.

Она последовала за Герхардом и, нисколько не смущаясь, сняла с себя плащ, оставшись в длинной белой рубашке. Она искупалась бы и без неё, но правила есть правила.

Опираясь на руку наставника, девушка забралась в купель и опустилась в чуть тёплую воду по самый пояс. Коротко взглянула на паладина, но он смотрел будто сквозь неё, держа голову высоко.

Духовник заговорил быстро. Время от времени он набирал воду и поливал на Роуз. Вскоре рубашка на ней совсем намокла и прилипла к телу. И вот тогда в какой-то момент она ощутила на себе горячий внимательный взгляд. Украдкой обернувшись, девушка успела заметить, как паладин отвёл глаза в сторону. Смотрел! Более того, рассматривал! Она внутренне усмехнулась. Судя по всему, дела в Инквизиции обстояли куда более прозаичнее, чем можно было себе представить.

После купания ей дали большое полотенце, чтобы прикрыться, и помогли выбраться из воды. Роуз не чувствовала на себе никакого эффекта, кроме того, что совсем замёрзла в остывшей воде.

– И что, капитан, каков твой вердикт? – поинтересовалась Айви Лич, стоявшая рядом с Роуз. Скептическое выражение не сходило с её лица всё время обряда.

– Скверны, о которой я говорил, больше нет, – сухо произнёс он.

– И всё? – насторожилась глава целителей.

– А что ты ещё хочешь, сестра? Не доверяешь мне, спроси у другого.

– Мы здесь собрались не для споров, – возразил им брат Герхард. – Слово паладина – закон. Я тебя поздравляю, Роуз. Ты прошла очищение.

– Не торопись, брат, – прервала его Айви. – За девушкой стоит ещё понаблюдать. Ты же знаешь, скверна может вернуться.

– Понаблюдаем, само собой, – успокоил тот. – Но на данный момент поводов для беспокойства нет. Ведь так, капитан Найт?

– Беспокоиться точно не о чем, – подтвердил паладин.

– И замечательно. И ты, Роуз, можешь идти к себе.

Она уходила из зала, ощущая на своей спине пристальный недовольный взгляд Айви Лич. Знала, что глава целителей не поверила в такое лёгкое разрешение проблемы. Ну, хотя бы для остальных очищение показалось весомым аргументом в её пользу.

Роуз долго одевалась, дожидаясь, чтобы все вышли из храма. Ей очень не хотелось снова столкнуться с сестрой Айви. Особенно, один на один.

Был уже вечер, когда девушка вышла из здания и пошла через пустующий двор к корпусу новобранцев. Ей предстояло спуститься по лестнице ярусом ниже.

Преодолев первый пролёт, Роуз увидела в слабом свете факела Варрена Найта, стоявшего на ступеньках. Он повернулся к ней навстречу и подошёл.

“ Идём со мной. Это приказ”, – бросил паладин холодно и двинулся вперёд.

Роуз послушалась, хотя по одной его торопливой походке поняла, что говорить он собирается о чём-то не слишком для неё приятном. Она проследовала за паладином двумя этажами ниже. Вдвоём они прошли сквозь длинную галерею и остановились возле небольшой двери.

Капитан Найт отпер её и пропустил девушку вперёд. Войдя следом, зажёг лампу, осветившую жилую келью, похожую на ту, в которой принимал брат Герхард. Взглянув на постель и вещи, Роуз догадалась, что это личная комната паладина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.