# Воронье

Шая Воронкова

Падальщики. Мародеры. Воронье. Так зовут Раза и его свору. Во время очередной вылазки они находят странного мертвеца с ручным мышонком на груди. Раз забирает зверька с собой. Что за карта спрятана в ошейнике мышонка, кому нельзя верить и насколько крепка их стая – все это воронью предстоит понять. Ведь сила цепи узнается по самому слабому звену.

Поле боя казалось умиротворенным. Солнечные пятна лениво скользили по раскинувшимся на земле, словно сломанные куклы, телам солдат. Можно было даже подумать, что воины спят среди примятой травы, если бы не раны с запекшейся кровью и не вороны. Раз чуть кивнул, проходя мимо очередной стайки черных птиц, как бы здороваясь. Парочка тут же улетела, но большая часть осталась сидеть, провожая его заинтересованными взглядами. Бусинки маслянисто блестели на свету.

– Смотрите! – крикнул вдруг Слон. – Тут еще осталось.

Раз обернулся, так и не опустив занесенную над очередным телом ногу. Тощий мальчишка с боками впалыми, как у бродячего пса, орудовал половником в медном котелке, валяющемся на земле. Костра не сохранилось – хворост и угольки разметало в стороны.

– Фу, брось, – сморщила нос Кошка, стаскивающая с неподвижного воина сапог. – Два дня прошло. Там жучки теперь.

Справившись, девочка заглянула в голенище – и, ничего интересного не обнаружив, отбросила сапог в сторону. Ее неровно стриженные ножом рыжие космы от резкого движения съехали на глаза. Кошка мотнула головой, откидывая пряди в стороны и вновь подставляя нос-картошку солнцу.

Слон, уже успевший вынуть черпак и теперь тянущий его ко рту, недовольно выпятил губу.

– Тебе то откуда знать, облезлая? – засмеялся он. – Нет там жучков. Скажи, Разумник?

– Она права. Брось, – неохотно отозвался Раз, шаря по поясу совсем молодого солдата.

Ничего. Конечно – все добротное уже растащили, а им, как и всегда, остались объедки. Слон заметно скис, будто кто-то сунул его в выгребную яму, но черпак кинул. Раза, как самого старшего, слушались почти беспрекословно. Шестнадцать лет, когда ты беспризорник, это – весомый аргумент. Раз покачал головой. Слона вечно тянуло есть – даже кличку эту он так и получил. Любил говорить, что «готов и слона сожрать», хотя никогда в глаза это чудо не видел – как, впрочем, и остальные. Удило, старый рыбак, однажды сказал, что у Слона в животе червь, вот и ест за троих, но звучало как полная байка.

Раз перевернул на живот очередное тело, вырвал воткнутый прямо между лопаток грязный кинжал и бросил в холщовую сумку. Хоть что-то стоящее. Он кинул взгляд через плечо, невольно пересчитывая остальных, как наседка – цыплят. Один, два… не хватает.

– Где Нюхач? – как бы небрежно, но с легким волнением спросил он.

Опасность нарваться на других падальщиков оставалась всегда. Вороны были из них самыми безобидными, в основном потому, что интересовались самими телами, а не тем, что на них надето. Кошка пожала плечами. В этот самый миг с другой стороны поля раздался крик.

– Сюда! Сюда! – надрывался по-взрослому хриплый голос.

Раз подскочил, вспугнув очередную кучку ворон, и к ору присоединились хлопки крыльев. Не сговариваясь, они трое наперегонки понеслись на звук. Сердце Раза бешено заколотилось. Они буквально вылетели на небольшой холмик, и тут бегущая впереди всех длинноногая Кошка остановилась. Раз ругнулся, впечатавшись ей в спину, и шагнул в сторону. Невидимая туго натянутая от волнения струна в груди мгновенно ослабла.

Нюхач стоял жив-живехонек и разглядывал что-то у своих ног. Услышав топот, он поднял голову. Когда бы Раз ни смотрел на Нюхача, он не мог запомнить ни цвета его глаз, ни формы лица. Причина была простой: сперва шел длиннющий, широкий нос, а уже за ним, как бы в довесок, сам Нюхач. Казалось, потеряй тот «свою гордость», и Раз его не узнает.

– Чего орешь, болван? – взвилась Кошка, отвесив Нюхачу подзатыльник.

Голова вместе с выдающимся носом откинулась назад, и раздался такой звук – как от колокола.

– Я тебе когда-то руки оторву и засуну… в задницу, – буркнул Нюхач – явно хотел завершить как-то поинтереснее, да не сумел придумать. – Как мне еще позвать было, воронов попросить? Вон нашел чего.

Но Кошка уже и сама заметила – глаза загорелись, как два уголька. Раз проследил за ее взглядом. Среди парочки солдат, раскинув руки, будто птица, лежал мужчина. Но привлекал внимание не он сам, а одежда: яркий лиловый плащ, шляпа с длинным пером, изящные кожаные сапоги. Мертвец буквально пах золотишком, как дорогое вино. Раз сморщил лоб, пытаясь понять, что мог тут делать богач и как он остался таким чистым.

Недолго думая, Слон подхватил шляпу и водрузил себе на голову. Он состроил важное лицо и медленно прошелся мимо, будто держа невидимую трость.

– Жалкие черви, на колени, – пропищал он противным голосом.

Кошка засмеялась и, сорвав с незнакомца плащ, просунула руки в рукава, включаясь в игру. Плащ волочился по земле, но Кошка будто не замечала этого, помахивая рукой, как веером.

– Где мои слуги, хо-хо? Мне срочно нужна ванна, – капризно надула губы она и топнула ногой, словно принцесса. – Я ем только свиней, которых кормили из золотого корыта.

Нюхач, понаблюдав немного, усмехнулся и быстро натянул на руки по сапогу, которые снял с мертвеца.

– Я так богат, что ношу аж четыре сапога!

Раз закатил глаза.

– Ну хватит, – сказал он, оглядываясь.

Такой шум и мертвого мог привлечь, что уж говорить о жадных до чужих вещей живых.

– Какая погода, хи-хи, – продолжала Кошка, повиливая бедрами. – Несите вино… и вино, мы должны… и-и-и!

Узнать, чем кончается фраза, не вышло, потому что Кошка вдруг взвизгнула, завертелась, как уж на печи, и, скинув с себя плащ, отскочила в сторону. Раз тоже отступил на пару шагов, опасаясь, что в рукаве была змея. Складки зашевелились, зашуршали, и вдруг наружу вылезла маленькая белая мышь.

Слон неуверенно хохотнул.

– Чего орешь, болванка? – явно в отместку спросил Нюхач и тоже попытался отвесить подзатыльник, но Кошка ловко увернулась и больно ткнула под ребро. – Ай!

– Разумник, они опять… – начал было Слон.

–Тш-ш-ш, – Раз приложил палец к губам.

Мышка не пыталась убежать или спрятаться, наоборот доверчиво вытянулась вперед. Она оказалась на удивление чистой, как только выпавший снег, и совсем ручной. Раз невольно протянул вперед руку, завороженный.

– Чего, Разумник, брата нашел? – поддела Кошка.

– Лучше б это была курица. Тут и есть нечего, – сказал Слон, снимая шляпу и запихивая в сумку. – Слишком маленькая.

– А еще у нее может быть чума какая. Или червь в животе, как у Слона, – пессимистично добавил Нюхач.

– Сам ты червь!

Слон не оценил сравнение. Он дернул плащ на себя и тоже скомкал. Мышь спрыгнула на землю, но все равно не убежала. Стало заметно, что на ее шее блестит какая-то золотистая полоска. Ошейник? Остальные тем временем, обыскав мертвеца, явно засобирались обратно в город. Сдать хорошую добычу, пока кто не отнял. Раз помедлил. Что-то в мыши заставляло его не отводить глаз. Вдруг со стороны гор налетел ветер, растрепав волосы невидимой теплой рукой, и в его шелесте Разу послышался странный, не вписывающийся в мир вокруг шепот: «Забери… не бросай… возьми с собой». Он вздрогнул.

– Разумник опять в башке застрял, – похихикала Кошка.

– Может, взять ее с собой? – произнес Раз в слух.

– Ну точно, совсем крыша протекает.

Кошка махнула на него рукой и потопала вниз с холма. Слон, чуть помедлив, присоединился: видимо, вера в «командира» не смогла победить голод.

– Брось, Раз, пошли, – позвал его Нюхач, прежде чем догнать остальных.

Раз тоже поспешил, но на краю холма обернулся. Мышь сидела на земле, повесив голову, и ее глаза печально блестели. Добряки долго не живут, Раз, не делай ошибки. Он воровато оглянулся по сторонам и подставил мыши ладонь. Та быстро скрылась, нырнув за шиворот. Догоняя остальных, Раз думал, какую странную добычу в этот раз уносил.


Распродав все знакомым скупщикам и набив животы на вырученные деньги, они направились в берлогу. Из-за того, что приходилось двигаться, как стае падальщиков, вслед за армией, это «гнездо» было совсем необжитым: дырявые стены и крыша, кучка гниющей соломы на полу. Разделив остаток заработка поровну, Раз сказал:

– Сегодня отдыхаем, Воронье.

Эта кличка прилипла к ним с легкой руки Удила, который, завидев их возвращающимися с очередной вылазки, всегда спрашивал: «Есть чего хорошего, воронье?». А потом Слон нашел его в канаве с перерезанным горлом. Даже поживиться было нечем – обобрали до них.

Получив отмашку, Нюхач тут же завалился спать, разбросав стянутые с ног сапоги, а Слон и Кошка сели играть в кости. Немного понаблюдав за ними, Раз поднялся на чердак, а оттуда еще выше, на крышу. Та успела прогреться и теперь охотно делилась теплом. Раз оттянул ворот и проверил мышь. Та спала, свернувшись калачиком. И зачем он ее забрал? Никогда не испытывал слабость к животным.

Раз вздохнул и поглядел вниз. Во дворе вороны окружали бродячего кота. Тот шипел, выгнув спину и загораживая рыбью голову, но у птиц был план. Пока одна дергала кота за хвост, отвлекая, вторая подобралась ближе и была такова. Раз засмеялся. Чертовски умные птицы.

Время пролетело незаметно, и на город фиолетово-черным крылом опустилась ночь. Все уснули, как котята, притулившись друг к другу боками. Раз валялся на спине, закинув ногу на Слона, когда пелена сна вдруг истончилась и сквозь нее проникли странные звуки: шорохи, а потом чихание. Раз поморщился, отворачиваясь, но звуки не прекратились. Он открыл глаза. В берлоге стоял полумрак. Лунный свет, бьющий в щели и дыры, пронизывал темноту, как лезвие ножа. Вроде бы все как обычно. Раз уже собирался вновь заснуть, когда заметил черную тень, стоящую неподалеку. Силуэт складывался в человеческую фигуру.

Сонливость тут же слетела, как шелуха, и Раз вскочил, подхватив первое, что подвернулось под руку. Это оказался сапог Нюхача. Раз зажал его в выставленной вперед руке, готовясь закричать.Тень качнулась вперед и зажала ему рот. От страха скрутило внутренности, но Раз не успел брыкнуться – полоска света упала на чужое лицо и заблестела на очень знакомой полоске металла на шее. Раз замер. Молодой парень, стоящий перед ним, успокаивающе и нервно улыбнулся.

У него были гладкие белые волосы, зачесанные назад, цепкие глаза и крупные передние зубы. Раз вытаращился на незнакомца, сделав слабую попытку вырваться.

– Ш-ш-ш, – зашептал тот, беспокойно озираясь. – Я друг. Пошли, поговорим снаружи, а то всех перебудим.

И потащил Раза к двери. Тот выронил сапог, но смолчал: Кошка чуть что сразу за нож схватится. Пока шли, он украдкой заглянул за шиворот. Мыши внутри не было. Дверь тихо скрипнула, выпуская их в объятия прохлады. Незнакомец со странным восторгом потянулся, будто щупая воздух пальцами, и глубоко вдохнул. Казалось, холодный свет звезд греет его лучше солнца.

– Кто ты такой? – хмуро спросил Раз, на всякий случай отходя подальше и садясь на валяющееся на земле бревно.

– Как же – кто? – удивился незнакомец. – Ты сам меня забрал.

Услышанное воспринималось как-то отстраненно.

– Что-то ты не похож на мышонка, – сказал Раз скептически.

Незнакомец улыбнулся, раскидывая руки в стороны и с наслаждением ловя ветер. Он был одет простенько, как странник, хоть и не по здешнему обычаю. Услышав слова Раза, незнакомец щелкнул пальцами. Оп – и на земле сидел мышонок, оп – вновь человек. Раз с трудом заставил себя закрыть распахнувшийся рот.

– Я ночью превращаться могу, – пояснил незнакомец. – А днем – только говорить. Меня Рики зовут.

– Вот и иди отсюда, раз превратился, Рики, – буркнул Раз, поднимаясь.

Разговор утомлял его. Он был странным, глупым – будто из сказки. А Раз ненавидел чувствовать себя не в своей тарелке.

– Подожди! – Рики схватил его, удержав на месте. – Мой… мой хозяин умер. Мне некуда идти. И я хотел тебя отблагодарить.

Рики быстро вынул что-то с обратной стороны ошейника, который опоясывал его шею, и протянул Разу. Тот развернул пожелтевший лист бумаги. Это была карта с красным крестиком в одном из углов.

– Мой хозяин искал сокровища. Он узнал о поместье, которым владел колдун, и как раз к нему направлялся, когда… это произошло, – объяснил Рики, печально повесив голову. – Держи. Хозяин говорил, там целые мешки золота.

От этого словосочетания чуть слюни не потекли, но Раз заставил себя придержать коней. Повертев карту так и эдак, он наконец с подозрением спросил:

– И зачем ты мне ее отдал? Сам бы сходил, озолотился, если все так просто.

Рики пожал плечами, и белые пряди закачались.

– На что мыши деньги? Я же не человек. Да и сам я не справлюсь, – сказал он и слабо улыбнулся. – Ты помог мне – теперь я помогу тебе.

Рики выглядел совсем растерянным. Похоже, мышонок просто не знал, что делать со свалившейся на него свободой. Да и мешки золота, опять-таки. Раз почти физически ощутил, как соблазн усиливается.

– Надо рассказать остальным… – уже не так уверенно проронил он.

Рики встрепенулся, и в его глазах мелькнула тревожная тень.

– Там может быть опасно для тех, кто, м-м-м, не очень внимательный, – уклончиво сказал он. Но Раз понял, о чем речь: мышонок ведь видел, как они дурачатся. – Подумай хорошо.

И щелкнул пальцами. Белый зверек ловко забрался на плечо Раза и притих.


Весь оставшийся день Раз провел в раздумьях. Его отстраненность была такой явной, что Кошка придумала на эту тему не меньше десяти шуток, половину из которых не стоило произносить в приличном обществе. У Раза никогда не было секретов от Воронья, но, взвешивая все за и против, он все больше убеждался в том, что Рики прав. И к вечеру принял решение.

Когда наступила ночь, Раз дождался, пока все уснут, осторожно выпутался и кокона рук и встал. Никто не пошевелился. Он чиркнул пару слов угольком на стене и в последний раз оглянулся. Так будет лучше. Раз подхватил уже собранную сумку и покрался к выходу. Ночью все тени напоминали чудовищ. Преодолев завалы мусора, Раз толкнул дверь. Та скрипнула, неохотно выпуская его наружу. Раз сделал шаг и запнулся. Напротив двери стояла Кошка.

– Вылезла в окно, пока ты возился с ручкой, – небрежно пояснила она, заметив его шок. – А я говорила! Ты проиграл, Слон.

Тот неохотно подбросил в воздух медный кругляшок, и Кошка ловко поймала его, чуть подпрыгнув.

– Нашли время, – пробурчал Нюхач.