Сергей Куц
Другая сторона

Глава 1. Встреча

– Зара? – не веря своим глазам, повторил я.

– Впустишь меня? – нахмурившись, девушка сложила руки на груди.

– Конечно, – растерянно произнес я и попятился, пропуская Зару в квартиру.

Зара вошла и закрыла за собой дверь. Я по-прежнему растеряно смотрел на девушку. Зара? Это действительно она? Странно видеть на компьютерном персонаже из «Новой жизни» распахнутую кожаную курточку модного фасона, белую майку с известным логотипом, джинсы и кроссовки. На плече висит блестящая сумка.

Но передо мной была она. Зара. Черные прямые волосы подобраны в узел на затылке. Тушь на длинных ресницах и зеленые глаза. На губах помада, запах дорогих духов. Лицо с утонченными правильными чертами, загорелая кожа. Девушка была красива… Невероятно красива – это я понял две недели назад, когда нейросеть вышвырнула меня из виртуальной реальности.

Но каким образом Зара оказалась здесь? Непись из компьютерной игры у меня дома! Схожу с ума или допился до видений? Но не столь уж много пил, и рассудком вроде еще не тронулся. Однако вижу Зару перед собой. Я встряхнул головой и заморгал, отгоняя наваждение, только Зара никуда не исчезла.

– Долго стоять тут будем? – девушка злилась. Окинув взглядом коридор, она сердито уставилась на меня.

– Конечно, – невпопад ответил я. – Проходи.

Сдвинувшись к стене, я пропустил в большую комнату непися. Непися? Зара совсем не похожа на ненастоящую, но рука сама потянулась к ней, чтобы дотронуться до плеча, когда девушка направилась в гостиную. Я отдернул руку в последний момент – за мгновение до того, как Зара обернулась.

– Туда, – я предложил идти вперед. Дверь в спальню лучше не открывать. Там полнейший холостяцкий беспорядок, а в большой комнате вроде ничего.

На столике перед диваном начатая бутылка коньяка и полная рюмка – вторая за сегодняшнее утро. Я предпочитал пить из рюмки. На продолговатой вытянутой тарелке порезанный лимон и пара бутербродов с копченой колбасой. Если столик очистить, то комната покажется даже прибранной – ну, на мой взгляд. Ничего не разбросано, и пол чистый. Пыль, кое-где лежит, но Зара на нее не смотрит.

Девушка устроилась в кресле напротив дивана и с укоризной покосилась на бутылку. Подняла взор, перевела его на меня и сузила от негодования глаза.

– Пьешь? – обвиняющим тоном спросила Зара.

Я сел на диван и к прежнему непониманию происходящего добавилось удивление. Никогда бы не подумал, что непись будет упрекать за выпивку. В реальности от противоположного пола подобное услышать легко, но неужели она… Что она? Настоящая? Мысленно выругавшись, я задался вопросом. Если Зара не настоящая, то как она сейчас сидит в кресле напротив?

Но разве такое может быть? Напрашивалось предположение, что в «Новой жизни» был воссоздан образ реального человека. Однако персонажем Зары управлял не игрок, а нейросеть, и откуда тогда реальному прообразу компьютерного персонажа знать меня?

Чем больше я задумывался о происходящем, тем менее понимал, как оно возможно.

– Пьешь? – повторила девушка после минутной паузы.

Зара смотрела на меня, требуя ответа. Не припоминаю, что раньше отчитывался перед ней.

– Пью. Тебе налить?

Я поднялся, чтобы принести с кухни вторую рюмку. Хоть с этим полная ясность – гостя нужно угостить. Пока вернусь с кухни, мысли должны немного проясниться.

– Мне рюмка не нужна, – сказала Зара. – Пить не буду.

Усевшись на диван, я внимательно оглядел девушку, пытаясь отыскать в ее облике ответ, каким образом вижу ее в реальности.

Вздохнув, Зара тоже внимательно оглядела меня и, кажется, она была разочарована. Видимо, мой внешний вид не очень походил на компьютерное воплощение. В игре у моего персонажа ничего лишнего, а тут под майкой живот, небритая рожа, волосы растрепаны. Чертыхнувшись про себя, я, наконец, спросил:

– Как ты оказалась здесь?

– Приехала на такси, – Зара была невозмутима.

– На такси? – я с трудом удержался от слов, которые могли бы вывести ее из равновесия. Но разве она не издевается надо мной?

– На такси, – вновь произнесла Зара, и вдруг внешнее спокойствие покинуло ее. Будто слетела чужая маска.

Девушка отвернулась, спрятала лицо в ладонях и всхлипнула. Я снова молчал, не зная, как реагировать на слезы. Подойти и обнять ее? Попытаться успокоить? Но мы не были близки. Как Зара поведет себя, если возьму ее за руки?

– Кощей и его твари быстро захватили город, – когда заговорила, Зара смотрела в окно. – Графский замок продержался тоже недолго. Рыцари, которые попытались вывести меня из Мадервиля, погибли. Я была схвачена слугами Кощея и отведена назад в замок.

Девушка побледнела, пересказ случившегося давался ей непросто.

– Меня усадили на трон графов Мадервиль. Держали за руки и ноги… Я не могла вскочить и убежать, а Кощей шел ко мне с окровавленным мечом, и…

Зара испуганно уставилась на меня и замолчала. Воспоминания были слишком живы.

– Что было потом? – хриплым голосом спросил я.

– Потом? – Зара отвела взор и переспросила. – Потом? Следующее, что я помню – это пробуждение в твоем мире. Просто открыла глаза и обнаружила себя в кровати. Снаружи было утро. Две недели назад.

– Но как? – вырвалось у меня. – Как ты могла оказаться здесь? Ты же…

Я осекся, не договорив, что Зара компьютерный персонаж. Всего лишь, компьютерный персонаж – эти слова я часто повторял последние четырнадцать дней.

– Хотел сказать, что я непись? – поджав губы, Зара поймала мой взор.

Наверно, я тоже побледнел. Откуда ей знать, что такое непись?

– Не отвечаешь? – Зара отвела взгляд.

– Ничего не понимаю, – я мял лицо ладонью и в который раз задавался вопросом, каким же образом компьютерный персонаж из «Новой жизни» материализовался в реальности?

– Я тоже плохо понимаю, как все произошло и что вообще произошло, – в голосе девушки послышались первые нотки отчаяния. Как бы оно не переросло в истерику!

А что я? Бормочу что-то невнятное, раскис и туплю. Взор нашел бутылку, внутри появилось злость. Я злился на коньяк и самого себя, потому что пил, чтобы заглушить тоску, но, увидел Зару и не знаю, что сказать.

Нужно взять себя в руки! Успокоиться самому и успокоить девушку.

– Что же все-таки произошло? – я постарался придать голосу уверенность. – Рассказывай все по порядку!

Девушка кивнула и впервые с надеждой посмотрела на меня. Раньше я часто ловил такие взгляды Зары. В «Новой жизни» все было иначе. Я мрачно оглядел стены комнаты, будто они во всем виноваты – в том, что случилось в игре, и в том, что сейчас происходит. В слезах, которые вот-вот потекут из глаз Зары, и в моей растерянности.

– Слуги Кощея поймали меня около внешних стен. Я почти…

Зара все-таки расплакалась, попыталась говорить дальше, но смогла лишь промычать что-то непонятное. Я ничего не разобрал в ее словах, девушке нужно успокоиться.

– Начни с момента пробуждения в моем мире, – вспомнилось, как Зара назвала реальность. – Только не спеши. Принесу воды.

Девушка кивнула. Я сходил на кухню за стаканом воды и, вернувшись, протянул его Заре. Выпив воду, она немного успокоилась; по меньшей мере, слезы отступили.

– Ровно две недели назад я очнулась в твоем мире, – сказала Зара. На меня она не смотрела, уставившись в пустоту за моим плечом. – Я знала о нем все с момента пробуждения, как если бы прожила в нем два десятка лет с момента рождения. Спросишь почему?

– Почему?

Девушка опустила взор. Она снова была готова расплакаться, но смогла взять верх над чувствами. Что же с ней случилось? Отчего ей трудно говорить?

– Потому что проснулась в чужом теле и с чужими воспоминаниями, но с самого начала я была собой и помнила о себе все.

Зара покосилась на меня. Теперь уже я старался продемонстрировать невозмутимость, чтобы не спровоцировать непися… Черт! Какая она непись! Надо успокоиться.

– Будешь еще воды?

– Буду.

Взяв пустой стакан, я снова удалился на кухню. Нужна пауза, нужно дать выход эмоциям. Стоя у водяного фильтра, я был не виден для Зары и смог спокойно состроить рожу. Фух! Спустил немного пар! Как она сказала? В чужом теле очнулась? Айзирис смогла дотянуться до реальности и перенести сознание компьютерного персонажа в тело человека? Получается, что так, и это ужасно. Какому же чудовищу я помогал!

Я крепко выругался. Вспомнил о взбесившейся нейросети и, значит, о жутком преступлении, соучастником которого стал.

– Пришлось стать, – я процедил сквозь зубы приевшееся оправдание.

Взяв два стакана с водой, я направился в гостиную, но замер на пороге кухни. Нужно выкинуть из головы переживания о содеянном. За минувшие две недели я надеялся, что они когда-нибудь оставят меня или хотя бы померкнут, а два миллиона человек, выброшенные темной богиней из игры, помогут спрятаться от правосудия.

Приходил новый день, и меня никто не трогал. Казалось бы, сомнения, что меня найдут, должны были развеяться, но каждое новое утро начиналось с мысли, что скоро мне наденут наручники, и этот день будет последним днем на свободе. А еще я думал о себе как о полном ничтожестве – бросил на верную гибель Бормотуна и Зару. Постоянно повторял, что они ненастоящие, но все время возвращался к мысли, что многое бы отдал, чтобы изменить сделанное. Хотел спасти друга и ту, которая…

Я был неравнодушен к Заре. Не знаю, любовь ли это либо помутнение рассудка, но хотел снова увидеть ее. Спасти ее! И что же? Зара в моей квартире! Она плачет. Она в беде! А я не знаю, что сказать и как себя вести, да снова вспоминаю о совершенном преступлении и впадаю в легкую панику.

– Соберись! – зло пробормотал я.

Злость иногда помогает. Загнав мысли о себе куда-то далеко, я направился в большую комнату. Зара сидела на прежнем месте. Девушка с благодарностью приняла стакан и жадно пила воду, словно не видела ее несколько дней. Я тоже промочил пересохшее горло. Сделав еще два глотка, сидел с совершенно пустой головой и ждал, что еще скажет Зара.

– Куда деть стакан? – спросила девушка.

– Поставь на пол.

Девушка поспешно кивнула, выдав сильное волнение. Я тоже волнуюсь, но буду спокоен. Черт! Буду спокоен!

– Ты проснулась… – начал я, чтобы подтолкнуть Зару к продолжению рассказа.

– Да, проснулась. В чужом теле. Знаешь, как ее зовут?

– Нет!

Я поспешил сказать, что не желаю знать, как зовут девушку, в чьем теле пробудилась Зара. Иначе должен буду заявить об этом в полицию, а, не зная имени, не о чем говорить. Слабое, конечно, оправдание, но какое есть. За последние дни я часто оправдывался.

– Что было потом? Как ты освоилась в реальности?

– Легко. Личность Ни…

Зара прикрыла ладонью рот, она едва не проболталась и не назвала имя, но вовремя спохватилась.

– Я оставалась собой, – вновь заговорила Зара, – но знала о твоем мире все, что прожила она, и быстро сориентировалась в новой обстановке. Это было нетрудно. Она жила одна и у нее есть деньги. Родители присылают до следующей попытки поступить в университет.

– Повезло, – констатировал я, – неплохо устроилась.

– Да, это так, – согласилась Зара, – у меня как бы появилась вторая жизнь, о которой я помню все также хорошо, как о своей собственной. Чужие привычки тоже стали моими, и вредные тоже. У тебя есть сигареты?

– Не курю, – я покачал головой.

– Жаль, – сказала Зара, – курить хочется, а пачку оставила дома.

– Зачем ты здесь? – я действительно начал злиться. Прежняя Зара изменилась, она больше не похожа на себя прежнюю. Передо мной сидела типичная двадцатилетняя курица.

Впрочем, с такой оценкой перебор. Услышав мой вопрос, девушка помрачнела. Зара второй раз за вечер будто бы скинула чужую маску. Стала такой, какой была в компьютерной игре.

– Зачем здесь? Я должна вернуться в «Новую жизнь», но не знаю, как это сделать. Джим! Ты должен помочь мне!

Я закашлялся. Вернуться в «Новую жизнь» вряд ли получится. Нейросеть заблокировала вход в игру. Признаюсь, что сам пытался войти «Новую жизнь» и при том неоднократно! Меня влекло обратно, я хотел хоть что-нибудь исправить в совершенных ошибках, но капсула не могла установить связь с серверами «Новой жизни». А заявиться властям в качестве добровольца для проникновения игру через уязвимость, какая скорей всего уже найдена соответствующими спецслужбами, я не мог – это все равно, что явка с повинной. Для подобного еще не созрел.

– Для чего тебе возвращаться в «Новую жизнь»? Там Айзирис и Кощей и…

Зара перебила меня.

– И они убьют меня!

– Может быть, – уклончиво ответил я, хотя ответ очевиден. Долго в «Новой жизни» Зара не протянет. Темная богиня вышвырнула ее из виртуальной реальности. По какой-то причине нейросети потребовалось сохранить неписю жизнь. Есть шанс, что Айзирис не станет убивать Зару и впредь, но у Кощея свой резон. Колдун-вампир обязательно найдет и прикончит ее.

– Возможно, убьют, но это не точно, – Зара включила режим современной девицы.

– Но все же? Зачем тебе возвращаться в «Новую жизнь»?

– Потому что там есть вероятность погибнуть, – Зара рассержено смотрела на меня, – но в твоем мире умру без вариантов!

– Это как?

– Память Зары исчезает! Моя память! Каждый день теряется часть воспоминаний! Нина скоро вернется.

Она все-таки проговорилась и назвала имя несчастной, в чьем теле проснулась. Но это уже не столь важно. Я обнаружил, что вскочил с дивана.

– Что ты сказала?

– А то! – девушка злобно зыркнула на меня. – Скоро я исчезну, Джим. Это, считай, смерть.

– Сергей.

– Что?

– Мое имя Сергей. В настоящем мире называй меня так.

– Ты поможешь мне?

Я вздохнул. Что ей сказать? Правду? Про то, что дорога в «Новый мир» закрыта?

– Как Айзирис удалось перенести не только твой разум, но и внешность? – я тянул с самым важным ответом для Зары, но у меня тоже есть вопросы, и на них тоже нужны ответы.

– С этим просто, – злость вдруг оставила Зару. Она пустила взор и невольно оглядела себя. – Нейросеть подобрала похожую на меня девушку. Мы как близнецы, и внешне, и по возрасту. Даже по голосу.

– Удивительное совпадение. Ты… – я хотел сказать, что Зара «очень красива», но не смог. – Ты очень похожа на себя. На ту, прежнюю.

– Ты поможешь мне? – повторила девушка. Она тоже встала с кресла. – Не знаю, сколько у меня времени, но боюсь, что очень немного. Однажды я не проснусь.

– Почему? – наверно, я похолодел.

– Все просто, – Зара грустно улыбнулась. – С каждым новым днем во мне все меньше меня и больше Нины. Я забываю себя. Пока какие-то мелочи, но Нины во мне все больше. Я чувствую это! Однажды она полностью вернется, а я исчезну!

Подумалось, что Зара сейчас подойдет ко мне, но она вновь упала в кресло, закрыв лицо руками. Послышалось всхлипывание.

– Помоги мне! – прошептала девушка.

Я… Черт! Я не мог приободрить ее, лишь мысленно перебирал возможные варианты: от самого простого – обращения к врачам, до отчаянного – выход на спецслужбы. Но все они казались мне неподходящими. Я лихорадочно размышлял, что же предпринять, и тянул время.

– Как ты здесь оказалась?

– Я ведь говорила, – Зара подняла взор; глаза девушки намокли, но слезы еще не потекли, – просто проснулась утром в постели Нины.

– Нет! – я замахал руками. – Хотел спросить, почему ты здесь в нашем мире?

– Не знаю, – девушка замялась. – Вернее я знаю несколько вещей о себе прежней, только не спрашивай, откуда мне это известно, и что это все значит. Первое… Я одно из воплощений темной богини.

Зара жалобно посмотрела на меня, а я молчал. Потому что снова нечего сказать. Но я помнил то, что говорила Айзирис, и сейчас Зара повторяла слова темного божества.

– Второе. Во мне скрыта уязвимость в коде «Новой жизни», которая опасна для Айзирис. Подозреваю, что нейросеть вышвырнула меня из игры, чтоб избавится от этой уязвимости, а вовсе не для спасения от Кощея.

Я кивнул. Больше себе, чем соглашаясь с Зарой. Но в общем-то не собирался спорить, потому что выводы Зары выглядели логичными и совпадающими с тем, что мне известно. А еще Зара говорила совершенно новым для нее языком. Прежняя непись не смогла бы понять ничего из того, что было только что сказано. Я посмотрел на девушку, чтобы еще раз увериться, что она настоящая.

Настоящая и у нее есть личность – Зара и воспоминания несчастной Нины. Нет, в спецслужбы обращаться нельзя. Они наизнанку вывернут и душу, и тело Зары, чтобы разобраться, как нейросеть дала компьютерному персонажу личность и перенесла ее сознание в тело человека. Но теперь Зара сама живой человек. Как же ей помочь!

Время Зары ограничено!

– Есть еще одно, – произнесла девушка, – третье знание.

– Какое?

– С первого мгновения в новом мире я точно знала, как тебя найти, Джим… Прости, Сергей.

Я хмыкнул. Вложить в память Зары мой адрес могла только нейросеть. Знать бы, зачем это Айзирис, но зато понятно, как бывшая союзница-непись нашла меня.

– Открывайте! – со стороны наружной двери послышалось требование впустить внутрь, и затем по ней несколько раз ударили. – Это полиция!

Глава 2. Вы присядьте…

– Зачем они здесь? – Зара была напугана до полусмерти.

Я стоял в двух шагах перед дверью, а девушка замерла за моей спиной. Снаружи в подъезде полиция – целая группа; я насчитал семерых, когда посмотрел в дверной глазок. С той стороны только что предупредили, что через несколько минут вскроют дверь принудительно, если я не обеспечу доступ в квартиру.

– Будешь открывать?

– Вариантов нет, – оглянувшись, я кивнул Заре, указывая на кухню. – Иди туда. Называйся именем Нина. Скажи, что просто пришла в гости. Запомни! Мы познакомились вчера около кинотеатра «Сокол». Знаешь такой? В двух кварталах от моего дома!

– Знаю.

– Это хорошо, что знаешь, – я нервничал. – Вчера я предложил познакомиться, а ты меня послала. Но я успел назвать свой адрес, и сегодня ты вдруг решила приехать ко мне. Повтори!

– Вчера познакомились около кинотеатра «Сокол». Ты предложил познакомиться, я послала тебя, но ты назвал свой адрес. Сегодня надумала найти тебя, – девушка проговорила спешно придуманную версию, хоть как-то объясняющую ее присутствие в моей квартире.

Версия дурацкая, но ничего лучше сейчас нет. Любая более подробная легенда мгновенно развалится на перекрестном допросе. Я надеялся, что Зара сможет уйти, хотя, конечно, шансов на это мало.

В дверь снова требовательно застучали. Злой голос предупредил, что у меня тридцать секунд на раздумья.

– Быстро на кухню! – я шикнул на Зару.

Как только она устроилась на табурете, я открыл дверь. Не вспомню, как потом оказался прижатый лицом к стене коридора и с заведенными за спину руками, на которых щелкнул замок наручников – все произошло очень быстро. Кто-то кричал, требовал не шевелиться и не дергаться! Меня брали, словно опаснейшего уголовника, и первыми в квартиру ворвалась группа захвата. Бойцы, вооруженные автоматами, в бронежилетах и шлемах. Я не заметил их, когда глядел в глазок. Зару тоже схватили. Девушке приказали оставаться на месте и также надели на руки браслеты.

Плохо дело! Я выругался. Вслед за группой захвата в квартиру вошли оперативники, следователи и кто-то еще. Снимали на камеру. Зара осталась на кухне, меня отвели в гостиную. Сняли наручники и тут же надели их снова, чтобы мог держать скованные руки перед собой. Ошалев от происходящего, я плохо соображал и еще хуже понимал, что мне постоянно говорили. Когда в комнату завели еще троих, тоже напуганных людей, я услышал про понятых и обыск.

– Ничего запрещенного у меня нет, – угрюмо сообщил я. Что они хотят найти?

– Вот и проверим, – сказал лысый коренастый опер.

Плевать на него и на обыск! В квартире действительно нет ничего, что может принести неприятности. Гораздо сильней беспокоил вопрос, что с Зарой? Она тоже в наручниках, и, получается, смыться под шумок не удалось. Черт! Я злился на судьбу и на себя. Влез в долги и, чтобы избавится от них, втянулся в сомнительную аферу, оказавшись запертым в компьютерной игре. Потом проявил слабость, подчинился взбесившейся нейросети и помог ей закрыть выход из «Новой жизни» для миллионов игроков. Темная богиня прикрылась ими, как заложниками, чтобы не отключили сервера «Новой жизни», где она даровала всем компьютерным персонажам сознание.

Отключение серверов означало бы смерть не только для неписей, но и для всех игроков, потому что теперь гибель в игре влекла смерть в реальном мире. Такой вот незамысловатый замысел нейросети, и я помог его реализовать. Все изменения в код игры, которые сплели вместе игровую гибель и смерть в настоящей реальности, нейросеть внесла сама. Но я был ей нужен!

Мне не хватило смелости отказать Айзирис. А лучше бы она убила меня, чем гнить в тюрьме, которая мне обеспечена. Меня вычисли, и не хочется думать, какой светит срок. Скорей всего пожизненный!.. Жаль, что смертную казнь давно отменили. Получить пожизненное – это хуже, чем смерть. Я впал в полное отчаяние.

Обыск закончился. Ничего не нашли. Говорил же, что нет у меня ничего.

– Поднимайся, – сказал лысый опер, – едем в следственный изолятор.

Опустив взор, я направился из квартиры. Проходя мимо кухни, обнаружил, что Зару уже увели. В подъезде встретил пару монтажников из компании, которая обслуживала мою игровую капсулу. Их вызвали, чтобы помогли изъять ее в качестве вещественного доказательства.

На улице собралась толпа зевак. Краем уха я услышал, что поймали то ли банду террористов, то ли самого главного вора в законе, который только что вернулся из Америки. Я криво усмехнулся – вот и слава.

– Голову пригни, – опер втолкнул меня в черный микроавтобус с наглухо тонированными стеклами.

Внутри сидели два других оперативных работника. Один из них показал на кресло между ними – мое место. Я устроился, куда указали. Мне-то все равно, где сидеть, пока повезут в изолятор. В пассажирский салон микроавтобуса влезли еще два опера, одним из которых был лысый крепыш. Они сели напротив и всю дорогу не спускали с меня глаз. Словно и в самом деле в машине везли опасного преступника.

Блин, надо ж так вляпаться!

– Куда едем? – спросил я.

– В изолятор, – лысый был краток.

Остальные угрюмо молчали. Морды кирпичом, взгляды недобрые. Меня не предупредили, что надо вести себя спокойно, однако хватило одного вида оперативников, чтобы не дергаться. Пристрелить не пристрелят, но быстро найдут способ утихомирить. Страшно смотреть на них и думать, почему они сидят рядом со мной. Я вел себя смирно – все-таки по-прежнему законопослушный гражданин. Преступления, на которые пришлось пойти в «Новой жизни», не сделали из меня матерого уголовника, и скалить зубы полицейским я не собирался.

А это полицейские? Неожиданно до меня дошло, что посадили в машину без опознавательных знаков. Никого в полицейской форме рядом тоже нет. Я вдруг вспомнил, что не видел удостоверений оперативников. Служебные корочки показывали мне другие – люди в полицейской форме и с погонами офицеров, но не эти в неброской и одинаковой черной одежде, которых я назначил операми.

Кто они? Из какой службы? Куда меня везут? Кому полиция отдала меня?

– Куда мы едем? В какой именно изолятор? – набравшись смелости, спросил я.

На этот раз мне не ответили. Мордовороты делали вид, что я не произнес ни звука, хотя все также не спускали с задержанного, то есть меня, цепких взглядов.

– Я хочу знать, куда мы едем? Мне нужен адвокат!

Ступор, что мешал соображать, исчез. Я начал свыкаться со своим новым положением. Страхи, с которыми жил последние две недели, обнулись. Нечего бояться, когда случилось то, чего страшился – меня арестовали. Лучше не думать, какое наказание мне грозит. Сейчас надо защищаться, и я знаю телефон хорошего юриста.

– Я требую адвоката!

Устроившиеся напротив оперативники переглянулись, посмотрели на двоих, которые сидели справа и слева от меня, и затем все четверо снова превратились в каменные статуи.

– В какой изолятор меня везут? – начал я. – Когда мне предоставят возможность связаться с адвокатом?

– С адвокатом? – спросил лысый.

Я не ожидал, что мне ответят. Оперативник, или кем он там был, наклонился вперед.

– Будет тебе адвокат, и все остальное тоже будет. Все, что пожелаешь, будет, – произнес лысый. Он говорил глухим, угрожающим тоном. – Можем начать исполнение желаний прямо сейчас. Со скотча на твою пасть. Приступим?

Я смотрел на оперативника, как загнанный в угол зверь.

– Не слышу, – сквозь зубы процедил он. – Приступаем?

– Нет, – я мотнул головой для верности. Эти четверо, которые везли меня в неизвестном направлении, долго разглагольствовать не будут. Скотч на рот – и все дела. Суки! Обойдусь как-нибудь без него. Я замотал головой.

– Так-то лучше, – лысый откинулся назад и вдруг произнес. – Гаси!

Вздрогнув, я понял, что паниковать рано. Прозвучала не команда к… э… мерам физического воздействия на задержанного. Это был сигнал водителю затемнить изнутри стекла пассажирского салона. До полной непроницаемости! Я ничего не видел – да и не слышал тоже – что за стеклом автомобиля, а внутри по-прежнему был я, четыре мордоворота из спецслужб и включившиеся светильники.

По темпу езды с частыми притормаживаниями и остановками я понимал, что продолжаем кружить по городу. Катали меня долго; видимо, чтобы потерялся в пространстве и не смог догадаться, в какой части столицы окажусь и, соответственно, в каком следственном изоляторе. Черт знает, зачем такие сложности. Для меня это ровным счетом ничего не меняет, потому что планов побега не строю, и снаружи меня тоже никто не попытается освободить. Разве что адвокат, который будет защищать мои права. Но еще нужно дозвониться до него.

Машина остановилась в очередной раз и не трогалась с места довольно долго – дабы потом въехать на подземный этаж. Когда снова остановились, мне накинули на голову глухой черный мешок. Ничего не видно!

– Смотри в оба и не моргай, – произнес лысый. Юморист хренов!

Послышался звук сдвигаемой двери. Меня вывели из микроавтобуса. Где мы? Этого я не знал, чувствовал только, что не под открытым небом. Наверно в подземном гараже. Меня завели в помещение. Долго шли, никуда не сворачивая, отчего я сделал вывод, что идем по длинному и почему-то пустому коридору.

Взмокла спина. Почему так тихо? Я слышал только себя и моих конвоиров. Они иногда обменивались скупыми фразами да предупреждали меня об очередном препятствии на пути. Куда бы меня не привезли, но это точно не следственный изолятор, потому что не может он быть совершенно пустыми и безмолвным. Четверо оперативников явно не из полиции.

Снова попал! Я снова и очень основательно попал. Знать бы только куда угораздило вляпаться на этот раз. Пару часов назад был уверен, что угодил в заботливые руки полиции с железобетонной перспективой следствия, суда и долгого срока за решеткой. Возможно, пожизненного срока.

А в эти минуты нет малейшего понятия, где нахожусь, и что из этого получится. Вполне возможно, что долгое тюремное заключение – не самый плохой из вероятных вариантов, потому что в обычном изоляторе во время следствия и суда и потом в колонии я бы оставался в рамках правового поля. Ну, хотя бы в общих чертах. Но что будет здесь?

Самое главное, где это «здесь» и кем являются лысый и трое других.

– Лифт, – прозвучало предупреждение. Безэмоциональным голосом одного из конвоиров.

Даже удивительно, что это сказал не лысый. Я криво улыбнулся собственной шутке… Шутке, блин. Я пытался хохмить, чтобы не падать духом. Что бы ни произошло, а надо держать себя в руках.

Меня ввели в лифт, который начал подъем. Наверно, это неплохо. Если везут наверх, то закапывать прямо сейчас не будут. На верхних этажах земли нет. Я усмехнулся. Да, я храбрился. Ну а что прикажете делать? Пусть лучше так. Лучше быть веселым идиотом, чем тряпкой, каким предстал перед Зарой, когда она появилась в моей квартире.

Блин, как же стыдно! Что Зара подумала обо мне, когда увидела размазню?

– Налево, – раздался голос лысого.

Подвели к какой-то двери. Я сообразил, что стою около двери, когда щелкнул замок. Меня ввели внутрь, посадили на стул.

– Веди себя прилично, – лысый стащил с моей головы мешок и снял наручники, – да ничего не трогай. Вставать нельзя.

Они ушли, все четверо оперативников покинули кабинет, в котором остался я один. В скупо обставленном помещении со шкафами в потолок и деревянными дверцами. Наверно, под замком, но дергать за ручки, проверять я не стал. Сказали же, не вставать, вот и сидел на месте, пока резона подняться у меня не появилось. Только вертел головой. Искал камеру в углу либо на потолке, но ничего не находил, а камеры здесь точно есть.

Мой стул был совершенно обычным офисным стулом. Стоял у стены, слева к ней были приставлены еще три точно таких же черных металлических стула с тканевой обивкой. Напротив в трех шагах размещался широкий пустой стол, за которым в сторонку был небрежно отодвинут еще один стул. Под потолком ярко светили три лампы, окно закрыто глухими жалюзи.

Так и подмывало встать и посмотреть, что снаружи, но мне казалось, что именно это от меня и ждут. Если так, то это они не получат. Я спокойно сидел и ждал, что будет дальше. Наверно, час просидел, и ничего не произошло. Просто сидел в полной тишине, потому что ни со стороны коридора, ни с улицы не доносилось ни звука. Потом прошло еще время, тоже час или около того. Я мог отслеживать время лишь приблизительно – при мне была только моя домашняя одежда и ничего более.

О! Кажется, шаги! Я не ошибся. В кабинет вошел человек – наверно, следователь. Буду считать его следователем. Бросив на меня равнодушный взгляд, он прошелся к столу, шмякнув об него стопку бумаг в картонных распухших от документов скоросшивателях.

Вошедший был грузным, широкоплечим человеком среднего роста. Коротко стриженным, с мясистым бледными лицом и мешками под блеклыми глазами. Следователь был в гражданском. Черные туфли, потертые джинсы, рубашка и чуть мятый синий пиджак. Лицо выражало предельную усталость, какая только может быть у человека, загруженного работой сверх всякой меры.

Упав на стул за столом, следователь пару раз взглянул на меня и положил перед собой верхнюю папку из стопки документов. Они почему-то лежали таким образом, что не позволяли мне видеть содержимое первой раскрытой папки.

– Здравствуйте, – произнес я.

Хотелось какой-нибудь реакции на мое приветствие, но следователь удостоил меня лишь еще одним мимолетным и совершенно равнодушным взором. Потом достал из ящика стола чистую металлическую пепельницу и закурил, уткнувшись в раскрытые бумаги.

– Спасибо, не курю, – я попытался съязвить, но перестал существовать для следователя.

Он иногда качал головой и всем своим обликом выражал, что новое дело, которое сейчас приходится изучать, интересует его меньше всего. Однако ж и дальше вникает в бумаги. Я же молчал. Иногда менял положение на стуле, потому как устал сидеть на одном месте, и ждал, когда следователь начитается.

Неужели они думают, что не выдержу и начну что-то выкладывать, топя себя собственными руками? Вполне возможно, но я не произносил ни звука. Игра в молчанку продолжилась, и затянулась она надолго.

Отложив третью папку, которую пролистывал также неспешно, как первые две, следователь зашелся кашлем заядлого курильщика. Когда отпустило, он неожиданно заговорил.

– Сергей Александрович Джимов?

– Да, он самый, и, собственно, – нескладно начал я. Уж не думал, что услышу когда-нибудь человеческий голос, – требую от вас представиться и сообщить, где я нахожусь и на каком основании.

На меня смотрели водянистые глаза. За ними ничего не было.

– Вы умерли, – сказал следователь. Он казался совершенно безразличным.

– Что? – опешил я. – Умер? Что вы имеете ввиду?

– О! Не волнуйтесь, – в человеке, сидевшим напротив, вдруг проснулся интерес ко мне. Его взгляд сделался пытливым, изучающим. – Вы умерли совершенно безболезненно. Во сне.

– Что вы несете? – выдавил я из себя.

– Говорю же вам, не волнуйтесь, – следователь улыбнулся. – Близких родственников у вас нет. Друзей тоже. Ваша смерть никого не расстроит.

– Да какая смерть?

– Самая обычная. Сердце остановилось. Все информационные базы по вашей личности уже обновлены. Скоро вас похоронят. Нужные документы почти готовы. Вы присядьте, в ногах правды нет.

Я обнаружил, что вскочил и сжимаю кулаки.

– Постарайтесь объясниться! И вообще! Кто вы? Что это за место?

– Кстати, как вам здесь? – с притворным участием спросил следователь.

– Что это за место и кто вы?

– Сейчас вам это знать совсем не обязательно. Прошу лишь уяснить, что можете остаться в этом прекрасном месте до конца своей жизни. Если не проявите благоразумие, то на многие-многие годы.

Наверно я побледнел. Было страшно, но я продолжал требовать ответа.

– Кто вы? Полиция? Или…

– Не утруждайте себя. Название нашей организации вам не известно.

Я крепко выругался, не стесняясь в выражениях. Дурдом какой-то! Но что им нужно?

– Что вы хотите от меня?

– Для начала от вас требуется молчать и внимательно слушать, – произнес следователь.

Он рассказал о моем преступлении. Мелкие детали не озвучивал, но суть передал правильно. Они все знают! Про нейросеть и мой сговор с ней. Даже про Вовчика, его хакеров и причину моего сотрудничества с ними. Может, это хоть немного послужит оправданием для меня? Действовал-то я вынуждено!

Покачав головой, я решил, что ничего не поможет. Потому что я «умер». Но если меня уже почти похоронили, зачем следователь называет статьи уголовного кодекса и объясняет, как их можно привязать к случившемуся в игре и, значит, ко мне. Зачем?

Следователь продолжал. Черт! Они знают даже про Зару, которую нейросеть выбросила из игры.

– Мы смогли получить доступ к игровым логам. Это удалось сделать только нам, больше никто в мире не владеет ими. Мы поняли, что произошло, и кто в этом виноват, – следователь многозначительно посмотрел на меня.

Я был подавлен. Угораздило же попасть в руки неизвестной спецслужбы, которая легко «убила меня», и хуже того – им все известно!

– Почему же тянули с визитом? – спросил я. Зачем мне это знать? А! Спросил и спросил.

– Требовалось проверить некоторые предположения.

– Получилось?

Следователь проигнорировал мой вопрос.

– Сейчас вы единственный человек в своем роде, – сказал он. – Один такой в целом мире. Понимаете?

– Что же вы хотите от меня? Публично четвертовать?

– Зачем же? – усмехнулся следователь. – Вы уже умерли! Нет нужды казнить ваш труп.

– Тогда что?

– Мы можем навсегда похоронить вас здесь. Либо выпустить с новой жизнью и новыми документами.

– Что мне нужно сделать? – хрипло спросил я. Во тьме забрезжила лучик надежды.

– Нужно вернуться в «Новую жизнь».

– Согласен!

Я быстро принял предложение – пока оно еще в силе. Но мне тоже кое-что нужно.

– Только есть одно условие…

Глава 3. Вирус

Мой сопровождающий и я стояли у входа в главный корпус. Это было приземистое здание в три этажа, покрытое черной плиткой под мрамор. С зеркальными стеклами высоких и широких окон. Массивный навес над головой укрывал от солнца. Здесь, на сквозняке, не жарко. Да, хорошо на ветерке, нет желания возвращаться за стеклянные двери к кондиционерам или спуститься по ступенькам, чтобы добежать до тени.

Деревьев вокруг много, поэтому везде есть тень. Впрочем, сейчас не до летнего зноя и того, как от него укрыться. Я смотрел на черный автомобиль с тонированными стеклами, что минуту назад въехал в ворота.

– Нам нужно поговорить наедине, – я кивнул на Зару, которую только что привезли на «базу». Она и два мордоворота в черном вышли из автомобиля, въехавшего на территорию секретного объекта.

База – это место, где я нахожусь со вчерашнего вечера, и это база спецназа службы кибербезопасности. Раньше не доводилось слышать про эту организацию, поэтому возникли подозрения, что название вымышленное. Вряд ли мне сообщили истинное название специальной службы, которая «убила» меня, но в чем невозможно ошибиться – это действительно база спецназа.

Форма всех встреченных мной бойцов была черной, без опознавательных знаков. Никаких указаний на территории базы, кому она принадлежит, не имелось. Оперативники тоже были во всем черном, только одеты по гражданке. Черное… Все здесь черное – и форма, и автомобили, и дома.

На попытки выяснить, какая именно спецслужба заправляет здесь, я махнул рукой еще вчера. Подобные вопросы игнорировались либо мне советовали не совать нос не в свое дело. Черт с ними! С базой, спецслужбой и со всеми, кто сейчас окружает! В эту минуту хотелось лишь выяснить состояние Зары. Она и два ее конвоира в темных деловых костюмах и солнцезащитными очками на глазах шли к главному корпусу базы, на ступеньках которого замерли я и Дмитрий.

Этим именем назывался лысый оперативник, появившийся в моей жизни во время задержания и, кажется, он не собирается покидать меня. По меньшей мере, в ближайшие несколько дней точно в покое не оставит.

– Поговорить наедине? – спросил он и со значением посмотрел на серый пластиковый ремешок на моем правом запястье.

Этот ремешок я не имею права снимать со вчерашнего вечера. Он отслеживает местоположение и показатели моего самочувствия, а также подслушивает все, что говорю. Получается, что разговор наедине будет таковым весьма условным. Но хотя бы без пригляда внимательных глаз! Может быть, в течение нескольких следующих минут я перестану чувствовать себя пленником… Лишнего шага нельзя сделать без сопровождения Дмитрия либо одного из двух других оперативников, приставленных к моей персоне.

– Наедине, – повторил я.

– Как пожелаешь, – сказал Дмитрий, – можешь отойти с ней в сторонку.

– Понял.

Внутри кипела злость. Чтобы я ни делал, на все требовалось согласие сопровождающего. Спасибо, что спать разрешили одному в комнате. Ходить в душ и туалет тоже можно без сопровождения. Но, как сказал Дмитрий, находиться в душе и туалете я могу не дольше необходимого. Черт бы побрал этого Дмитрия!

Через коммуникатор на руке в виде часов оперативник приказал оставить девушку одну. Прибывшие почти добрались до главного корпуса, и Зара увидела меня. Показалось, что она была рада узнать, что я здесь, и не ошибся. Когда спустился к ней, Зара повисла у меня на шее.

– Как же здорово тебя видеть, – прошептала она, продолжая обнимать.

– Ты знаешь, что это за место?

– Нет, – девушка отступила на шаг и огляделась. – Военный городок, какой-то. Но все, что я знаю – это то, что арестована. Только мне ничего не говорят кроме того, чтобы не снимала вот это.

Зара показала на пластиковый ремешок на своей руке.

– Ой, – пискнула она, – у тебя такой же.

– Он самый.

Девушка схватилась за ремешок пальцами левой руки, словно вознамерилась разорвать пластик, но это не получится. Я уже пробовал. Ночью, когда был один.

– Думаю, – сказала Зара, – в нем маячок, чтобы следить за мной.

– Так и есть. Через него еще и подслушивают.

Зара зашипела, пытаясь сорвать ремешок, а затем с укором посмотрела на меня.

– Почему ты так спокоен? – спросила девушка. В ее взоре был неприкрытый гнев. – Ты что-то не договариваешь!

Я мысленно выругался. Зара не на шутку разволновалась, но то немногое, что мне известно, может ее успокоить. Она ведь хочет вернуться в игру, и сейчас для этого появилась возможность.

– Молчишь? Скажи, хоть что-нибудь! Я ничего не понимаю! Не знаю даже, в чем меня обвиняют!

– Они знают, что ты из «Новой жизни», – мрачным тоном сообщил я.

– Откуда? – Зара побледнела. – Ты сказал?

– Нет! Они… Не знаю, кто они… Спецслужба какая-то… Занимаются кризисом «Новой жизни» в нашей стране, и им известно не только про тебя, но и про меня. Про Айзирис тоже! И про то, что я сделал для темной богини.

Зара произнесла пару крепких словечек, которые компьютерные персонажи точно не знали, а, если слышали от игроков, то воспринимали только смысл, мигом забывая конкретные слова. Сейчас их произнесла вторая сущность девушки. Если Зара не вернется в игру, то растворится в личности реальной Нины. Для нее это хорошо – я не имел ничего против несчастной, в чьем теле проснулась Зара. Но потерять Зару тоже не хочу!

– Что же теперь? – голос девушки дрогнул. – Зачем нас арестовали?

– Ответ у меня есть, но без подробностей.

– Говори!

– Им нужно, чтобы мы снова оказались в «Новой жизни».

Не стану рассказывать Заре, что ее возвращение в игру было тем условием, которое я поставил следователю с уставшим лицом. Условие было единственным, но железным. Я настаивал на нем, игнорируя сначала намеки, а потом прямые угрозы. Но я не сдавался, твердо решив не поддаваться чужому давлению, как это было с хакерами и потом с нейросетью в облике богини тьмы. Я был готов на пожизненное заключение или просто сгнить в неизвестности в жутко тихом здании, где, как казалось, были только я и следователь.

Однако я не сдавался и победил!

– Вернуться в «Новую жизнь»? – Зара смотрела на меня широко раскрытыми глазами. На мгновение она перестала дышать. – Вернуться?

Я кивнул.

– Но это же здорово! – девушка обхватила меня руками.

Глаза Зары засверкали от воодушевления, она улыбалась. Прямо светилась от счастья. Мелькнула мысль, что даже удостоюсь поцелуя, но прежде, чем это случилось, Зара почувствовала неладное.

– Почему ты такой?.. – улыбка сползла с лица девушки.

– Какой такой?

– Не могу понять, – Зара опустила руки. Ладони девушки соскользнули с моих плеч. – Ты какой-то угрюмый. Что-то не так с возвращением в игру?

Я снова кивнул.

– Ну, не томи. Вид у тебя… Не знаю, радоваться мне или плакать.

– Мы возвращаемся в «Новую жизнь» не одни. С нами будут… – я обвел жестом базу. – Они называют это группой прикрытия.

– Что-то я плохо понимаю, о чем ты говоришь, – Зара нахмурилась.

– Все просто, – сказал я, – нас будет сопровождать спецназ.

– Зачем?

– Чтобы убить, если попытаемся сбежать или откажемся выполнять задание, – я решил, что про готовящуюся операцию буду говорить все сразу, без утайки.

Умолчу лишь, что именно я настоял на включении Зары в состав группы, но ведь она хотела вернуться в «Новую жизнь»? Да и что с ней сделают «люди в черном», как я их иногда называл, если Зара не отправится со мной в игру? Из цепких лап таинственной спецслужбы ее уже не выпустят; а оставаться в реальности для нее смерти подобно. Личность Нины рано или поздно возьмет верх над сознанием компьютерного персонажа.

Зара исподлобья оглядывалась по сторонам. Легкомысленное настроение, с которым ее привезли на базу, ушло. Девушка опасливо смотрела на Дмитрия, который по-прежнему стоял у входа в главный корпус, поглядывая вниз с высоты десяти ступеней. Рядом с Дмитрием появился еще один тип в черном; еще один оперативник, которых тут пруд пруди. Он что-то сказал и кивнул в нашу сторону. Зара отвела взгляд.

– Мы возвращаемся в «Новую жизнь» и нас сторожат спецназовцы? – начала она.

– Все так.

– Если мы попробуем скрыться, то они прикончат нас?

– Сказали, что они отправляются в «Новую жизнь» именно с таким приказом. Да, они убьют нас, если по их мнению мы будет делать что-то не так, – я говорил прямо, как есть.

– Тем не менее, – продолжала рассуждать Зара, – мы для чего-то нужны им?

– Именно, – сказал я. – Вряд ли мне получится все объяснить, но если коротко, то сейчас любое проникновение в игру возможно только через вредоносный код.

– Вирус.

– Точно! – я обрадовался, что Зара понимает, о чем говорю. – Я, ты и спецназовцы будем свое рода вирусами, которые должны найти способ уничтожить нейросеть либо отрезать ее от серверов «Новой жизни».

Я думал, что Зара воскликнет о том, что я сумасшедший, потому что собрался воевать с богиней, которая и является нейросетью, или что-нибудь в этом роде, но Зара лишь задумчиво смотрела мне в глаза.

– Вирус? – повторила девушка, будто пробуя это слово на вкус. – Вредоносный код?

Зара смотрела мимо меня, взгляд сделался отстраненным, но ненадолго. Поймав важную мысль, встрепенувшись, она вонзила в меня взор и спросила:

– Зачем мы им? Они могут войти в игру без нас?

– Могут. Но, например, внедрение моего кода будет производиться на основе данных моего прежнего персонажа и поэтому мой новый код будет гораздо устойчивее. Я не программист и не смогу объяснить, почему мой… э… вирус окажется более устойчивым, но так мне объяснили.

– А я? Надо полагать, мой новый код тоже с повышенной устойчивостью.

– Думаю, что именно так, – произнес я. – Точнее не думаю, а знаю. Про тебя сказали тоже самое.

– Они с тобой не до конца откровенны, – подозрительно сощурившись, Зара посмотрела на оперативников, терпеливо ждущих окончание нашего разговора.

– Почему так думаешь? – я, конечно, и сам был уверен, что со мной не до конца честны, иначе и быть не может, но Зара спровоцировала меня на вполне определенный вопрос.

– Ты нужен им… Не знаю, по какой причине…

– Хотя бы по тому, что в группу нужен опытный игрок, – я перебил Зару, чтобы уточнить свою роль. – Им нужен проводник.

– Допустим, – девушка посмотрела на меня извиняющимся взглядом. – Прости, но я сейчас не про тебя думаю.

– Хорошо. Прощаю, – усмехнувшись, я покосился на Дмитрия, а тот дал знак, что наше время истекает – У нас мало времени. Но пару минут еще есть.

– Поняла, – Зара тоже покосилась на двоих в черном, на Дмитрия и оперативника рядом с ним. – Тогда отвечай мне только «да» или «нет». Они знают, что я воплощение Айзирис?

– Да.

Я ответил коротко, но хотелось добавить еще пару слов покрепче. Разговор сдвигается в нежелательное русло. Конечно, нужно поговорить с Зарой обо всех рисках, но я хотел отложить этот разговор на потом. Но, может, лучше сейчас все проговорить?

– Они в курсе, что я не только одно из воплощений темной богини, но одновременно уязвимость в коде, который связывает нейросеть с игрой?

– Да.

Признаться, я давил на именно на это, когда спорил со следователем, убеждая и требуя взять Зару в «Новую жизнь». А он привел убийственный довод против… Убийственный для Зары в прямом смысле, и сейчас я услышал по сути тот же вопрос.

– Если уничтожить Айзирис, я тоже погибну? Ведь я одно из ее воплощений?

– Не знаю, что будет с тобой в «Новой жизни», – я повторил свое возражение, сказанное следователю, но только обращаясь сейчас к Заре, – однако точно знаю, что произойдет с тобой в реальном мире.

– Я тоже, – стоявшая передо мной девушка помрачнела, – просто исчезну в личности Нины. Скорей всего это произойдет довольно скоро.

Согласившись с Зарой, я кивнул в очередной раз за этот разговор.

– Мы что-нибудь придумаем, – пообещал я. – Там, в «Новой жизни».

– Надеюсь на это, – Зара посмотрела на меня с затаенной надеждой в глазах. – Мы вернемся в игру вместе?

– Обязательно! – на сей раз я был уверен.

Когда заключал сделку со следствием, я долго спорил и настаивал на том, что я и Зара будем вместе внедрены в «Новую жизнь». Я говорил, что готов участвовать в готовящейся операции только при условии, что мы окажемся в составе одной группы. В итоге со мной согласились, потому что я был категоричен, но спорили о Заре дольше всего.

Сперва я не понимал, почему не хотят использовать ее возможности, ведь Зара – это уязвимость в коде игры. Именно поэтому нейросеть в облике темной богини вышвырнула ее в реальный мир. Но потом дошло, что Зару приберегали для другой группы, которую я называл «резервной». Разумеется, о второй группе мне не сказали ни слова, но не могли местные штабисты, разрабатывающие план отсечения нейросети от серверов «Новой жизни», делать ставку лишь на одну группу.

– У тебя есть уверенность, – Зара многозначительно покосилась на черное здание главного корпуса, – что ты здесь, потому что им нужен проводник и код твоего персонажа якобы более устойчив?

– Нет, – признался я и мысленно выругался. Ни в чем я не уверен и особенно в том, что мне говорили здесь на базе и вчера в общении со следователями. Хотя бы по тому, что не могут они быть со мной полностью откровенны. К тому же объяснение, зачем я нужен в «Новой жизни», вполне может быть совсем не таким, как мне озвучили. Я отчетливо понимал шаткость и ненадежность своего нынешнего положения.

Но иных вариантов нет. Я уже «умер», сбежать и спрятаться от таинственной спецслужбы шансов тоже нет – это надо понимать и не лелеять глупых надежд. Мне обещали свободу, жизнь с новыми документами и без нужды в деньгах после успешного завершения операции, и я согласился. А еще я верну Зару в «Новую жизнь». Какого-то другого способа возвратить ее в игру кроме сотрудничества со спецслужбой не имеется; и тем более нет иной возможности вернуться в виртуальную реальность у Зары, если бы она действовала самостоятельно.

– К нам идут, – сказала Зара.

Покосившись на площадку под навесом входа в главный корпус, я обнаружил, что там никого нет. Зато рядом появились Дмитрий и второй оперативник. Они не стали представляться, Дмитрий просто сообщил, что проводит нас на первый брифинг.

Мы поднялись в главный корпус. Дмитрий шел впереди, его коллега ступал последним, будто следил за мной и Зарой. Смешно… Куда мы денемся? Шли по коридорам недолго. В прямоугольном кабинете на втором этаже вместе с Дмитрием устроились за длинным столом, во главе которого уже сидели трое. В черной полевой форме и без каких-либо опознавательных знаков – как было принято на этой безымянной, затерянной в густом лесу базе.

Прибывших встретили три хмурых взгляда. Зара поздоровалась, но ничего не услышала в ответ. Нас безмолвно разглядывали три человека в черной форме. В возрасте, я принял их за высокопоставленных офицеров. Чувствовалось, что они привыкли отдавать приказы, да и Дмитрий подобрался – как это обычно делают подчиненные перед начальством с большими звездами на погонах.

К черту их! Я, Зара и Дмитрий тоже молча сидели и ждали чего-то. Минут через десять выяснилось, что ждем семерых спецназовцев в полной боевой выкладке – с оружием и в бронежилетах. На каждом разгрузка, туго набитая магазинами для оружия, гранатами и прочими полезными в бою вещами. Я недоуменно посмотрел на Дмитрия. К чему этот маскарад?

– Опаздываете! – мрачным голосом произнес одни из старших офицеров.

– Виноват! Мы… – один из спецназовцев осекся после знака другого начальника.

– Садитесь!

Когда семеро спецназов устроились напротив, заговорил третий старший офицер.

– Брифинг номер один, – сказал он поставленным командным голосом. – Производится видео и аудио запись. Начинаем. Цель брифинга – знакомство членов группы. Группа состоит из семерых штатных сотрудников. Посмотрите на них!

Неожиданно я понял, что говоривший обращается ко мне и Заре.

– Семь бойцов будут обеспечивать выполнение задания в том же виде, в котором находятся сейчас перед вами.

Я непонимающе уставился на вооруженных спецназовцев. Они появятся в «Новой жизни» вот так? С автоматами и гранатами?

– Вижу ваше недоумение, – продолжил говоривший, – но мы не можем подвергать операцию риску срыва. Поэтому ваша группа войдет в виртуальную реальность, снаряженная штатными средствами.

– Это невозможно, – пробормотал я, – «Новая жизнь» всегда была миром меча и магии.

– Вам уже говорили, – обратился ко мне другой офицер, – что внедрение произойдет через вирусный код.

– Да, Дмитрий рассказывал, – я покосился на оперативника.

– Значит, примите как данность, – офицер, не церемонясь, указал пальцем сначала на меня и Зару, потом на семерых спецназовцев, – вы и они – это наш вирусы.

– Но меч и магия… – я гнул свое. – Как огнестрельное оружие сработает в игре?

– Сработает в штатном режиме, – произнес третий офицер. – Добрым словом и автоматом Калашникова можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом, мечом и магией.

Бойцы, офицеры и Дмитрий заулыбались. Очевидно, я только что услышал расхожую здесь шутку. Вернее, шутку юмора. Так у военных принято говорить? Я исподлобья глядел на спецназовцев. Меня и Зару должны с ними познакомить, но представлять их не спешат.

– Итак, – первый офицер прихлопнул ладонью по столу, – у нас первый брифинг. Повторюсь, его цель – знакомство группы перед двухнедельной подготовкой, во время которой должно произойти боевое слаживание. Кроме того, до группы будет доведена вся необходимая информация по предстоящей операции, а также в целом обеспечена должная подготовка. Два нештатных сотрудника в виртуальной реальности будут оперировать своими прежними персонажами.

Офицер замолк, оценивающе взглянув на меня и Зару, и добавил со скепсисом в голосе.

– У вас по-прежнему будет меч и магия. Вижу, снова есть вопрос?

– Есть, – сказал я и даже поднялся, чтобы лучше донести до вояк важную мысль. – У нас нет двух недель на подготовку. Зара…

– Мы знаем про ее проблему, – офицер бесцеремонно перебил меня. – Не волнуйтесь. Это проблема будет решена. Не навсегда, но неблагоприятное развитие можно замедлить. Вы удовлетворены ответом?

– Да. Спасибо, – растерянно произнес я и снова сел на стул. Как они смогут затормозить возвращение личности Нины?

– Тогда у меня тоже все.

– Каждая сессия в игре продлится не менее шести часов, – заговорил офицер, который пару минут назад отвесил добрую порцию незатейливого военного юмора. – По мере развития операции сессии могут быть продлены или сокращены.

Дверь кабинета открылась. Все трое офицеров сначала молчаливо уставились на того, кто был в коридоре – он не входил, и мне не было видно, кто там – а потом также молча вышли. Вместе с ними покинул кабинет и Дмитрий. Один из старших офицеров дал оперативнику знак следовать с ними.

Я и Зара остались наедине с семеркой спецназовцев. Угрюмых и неразговорчивых.

– Сергей Джимов, – представился я. – В игре я просто Джим, а это Зара.

Ноль эффекта… Хороши же товарищи по боевой операции. Они игнорировали нас. Я поджал плечами и присоединился к игре в молчанку. Зара тоже не горела желанием общаться. Что ж, помолчим.

Минуло, наверно, минут десять, как бойцы вдруг поднялись и тоже без объяснения причин покинули кабинет. Вероятно, получили приказ по гарнитуре, что висела у каждого за правым ухом. Пусть идут, если так надо. Только мне показалось, что бойцы потеряли невозмутимость, на их лицах промелькнула тревога.

– Что-то случилось, – сказала Зара. Она тоже заметила, что физиономии спецназовцев изменились.

– Сейчас нам все объяснят, – я кивнул на Дмитрия, который появился в дверном проеме.

Оперативник был явно взволнован, и это напрягло. Действительно, что-то случилось.

– Поднимайтесь! Быстро! – потребовал Дмитрий.

Мы встали из-за стола.

– Что произошло? – спросил я.

Зара пряталась за моим плечом. Она будто и не дышала. Затаилась в предчувствии беды.

– Брифингов больше не будет, – взволнованно ответил Дмитрий. – Вы немедленно отпаяетесь в игру. Прямо сейчас! Там проведете и слаживание, и подготовку и все остальное. Прямо на месте!

– Да что случилось! – попытался взбрыкнуть я.

– Все узнаешь на месте! – голос Дмитрия зазвучал угрожающе. – Времени у нас нет!

– Не спорь с ним, – Зара коснулась моей руки. – Пойдем с ним.

Она права. Не в нашем положении спорить. Мы направились за оперативником, который чуть ли не бежал по коридорам. Пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать. Куда идем? Спустились на подземный этаж, потом на второй. Сейчас мы были уже на третьем с точно такими же коридорами, как у надземных этажей.

– Посторонись! – потребовал санитар в белом халате.

Санитар? Мимо нас на медицинской каталке провезли кого-то накрытого белой простыней. С тележки безвольно свисала рука в темном камуфляже. Черт! Да что здесь такое? Кто это? Кто-то из другой группы, о существований которой или которых я предполагал? Этот кто-то был мертв. Где он погиб? В «Новой жизни»?

– Мне страшно, – Зара крепко сжала мою ладонь.

Мы по-прежнему торопливо шли за Дмитрием. Мысли смешались, а надо успокоить Зару.

– Не бойся, – ничего лучше в голову не пришло.

Девушка подняла взор. В ее глазах был страх и слезы.

– Пришли! – воскликнул Дмитрий.

Мы почти вбежали вслед за ним в распахнутые двери и очутились в операционной… По-другому назвать это помещение я не мог. Стерильно белое, напичканное кучей приборов и наполненное людьми в белых халатах. По центру широкой комнаты располагались десять капсул полного погружения, и около семи крутились люди – медики и семеро спецназовцев с брифинга. Бойцы торопливо снимали с себя одежду.

– Раздевайтесь, – перед нами появился один из медиков.

Меня и Зару подхватили руки в латексных перчатках, а в плечо вонзилась игла. Сквозь одежду! Стало очень важно потребовать ответа, почему кололи сквозь одежду. Но… Я плохо помнил, что было потом…. Помню, маску на лице. Помню еще, что лежал в герметичной капсуле, наполняющейся раствором. Я подумал тогда, что поступающий раствор жизнеобеспечения означает, что все датчики и каналы уже подключены.

Потом… Потом… Тьма… и вдруг окатило ледяным холодом, который в одно мгновение прояснил поплывшее сознание. Я вошел в игру.

Уровень: 7

Отъявленный негодяй. Вне закона

Колдун

Джим

Добро/Зло: – 18

Глава 4. Вернуть Зару

Сообщение растаяло перед моими глазами. Основная статистика моего персонажа после выхода из «Новой жизни» не изменилась. Я вздохнул, наполняя легкие прохладным лесным воздухом компьютерной реальности и… Ого! Не могу оглянуться! Хотел обернуться, чтобы узнать, где мои новые спутники и что с ними, но не получилось.

Скосив взгляд под ноги, обнаружил себя на какой-то тропке, а впереди лесная поляна с ровным ковром из невысокой травы, какой не встретишь в настоящей жизни – в ней будут и сорняки, и разнотравье по пояс или выше, такой точно не назовешь ковром. Но что мне за дело до травы? Я двинуться не могу!

Не пошевелить ни рукой, ни ногой. Попробовал крикнуть что-нибудь, но и рта не получилось раскрыть. Я замер, уставившись на зеленую лужайку, окруженную деревьями, и слушал щебетание птиц. Черт! Если это вход в игру, то он явно забагованный! Попытавшись открыть инвентарь либо какую-нибудь иную вкладку, обнаружил, что это тоже не работает. Черт! Черт! Черт!

– А ты вернулся, Джим!

Я зажмурился, открыл глаза и заморгал часто-часто. Сказать бы что покрепче, чем троекратное упоминание черта, но все, на что был способен – лишь мычание. Услышанный голос невозможно не узнать.

Айзирис! Это она!

Послышалось шуршание одежд. Через миг увижу богиню, чей облик являлся виртуальным воплощением в «Новой жизни» нейросети, которая управляла игрой и захватила контроль над серверами, заперев в онлайне миллионы игроков со всего мира.

Черт! Вспомнив Дмитрия и брифинг с его начальством, я мысленно добавил еще несколько словечек. Как мне говорили? Возвращение в игру произойдет через внедрение вредоносного кода, который нейросеть не сможет уловить. Я, Зара и спецназовцы будем тем самым вредоносным кодом, то есть вирусами, что должны каким-то образом отрезать Айзирис от серверов.

Однако что-то пошло не так. Нас срочно забросили в «Новую жизнь». Без пояснений, что произошло и почему поменялись планы. Особенно вдохновляющим было встретить каталку с накрытым белой простыней телом в камуфлированной одежде. Такие же комки на группе спецназовцев, какие должны как бы прикрывать меня и Зару, а на самом деле –следить, чтобы мы не сбежали.

Многообещающее начало, и вот, я не могу пошевелиться и слышу Айзирис, которая не должна была заметить внедрение в игру нескольких вирусов – меня, Зару и семерых бойцов спецназа.

Уровень: [ Cкрыто ]

Богиня тьмы и света

Айзирис

Добро/Зло: [ Cкрыто ]

Айзирис обошла меня величавой походкой и встала в трех шагах напротив. Богиня тьмы и света! Прежде она была только темным божеством, но, видно, получив контроль над «Новой жизнью», воплотила в себе не только условное игровое Зло, но и Добро.

Облик Айзирис практически не изменился. На меня смотрела прекрасная чернокожая женщина, с тонкими чертами лица. Высокая, на голову выше моего персонажа, и воистину божественно сложенная. Золотая корона венчала голову богини с уложенными в высокую прическу черными волосами. Глаза горели золотым свечением. Айзирис была облачена в белую тунику, казавшуюся почти невесомой. Белый цвет одежд вместо черного – и это единственное, что отличало внешность беженства от запомнившегося мне образа.

Богиня отступила еще на три шага, дабы лучше осмотреть меня. Сложив на поясе руки, божество улыбнулось белозубой улыбкой, и мир вокруг погрузился полутень. Как будто солнце скрылось за горизонтом, и вечерние сумерки предшествуют ночной тьме. Я уже видел такое. Исчезло дуновение ветра, не слышно лесных звуков, и, по ощущениям, время перестало отсчитывать секунды и минуты.

– Здравствуй, Сергей Джимов! – богиня вскинула руку с длинными когтями, словно приглашая шагнуть к ней на траву. – Ты снова здесь, и это удивляет. Должна признаться, это не просто сделать. Последний раз меня озадачили, когда в «Новую жизнь» удалось внедрить посторонний код. Это случилось недавно.

Айзирис рассмеялась, картинно закинув назад голову, а у меня сердце ушло в пятки. Она все знает! Ну, конечно, же! Она воплощает все в этом мире! Она и есть этот мир! Нейросеть управляет всей виртуальной реальностью до последнего бита! Какой же я дурак! Позволил себя убедить в возможности незаметно войти в «Новую жизнь» при помощи специально созданного кода!

Богиня смеялась. Внутри меня рождалось отчаяние. Нет! Нельзя впадать в уныние! Оно каждый раз выходит боком!

– Чего не приветствуешь старую знакомую? – смех Айзирис иссяк. – Между прочим, я единственное божество в этом мире!

Она играет со мной! Развлекается! Нейросети теперь не чужды издевки. Мне же придется включиться в эту игру, потому что я полностью во власти Айзирис. Да я шевельнуться не могу. Слова из себя выдавить не способен! Но попытаюсь…

Сдвинуться с места не вышло, зато я помычал.

– Ах, да, совсем забыла! – Айзирис снова рассмеялась.

Я мрачнел. Не знаю, чем закончится эта встреча, но нейросеть определенно издевается надо мной. Она обещала дать всем неписям личность, то есть сделать их по-настоящему разумными, наделенными чувствами и эмоциями. Как получилось с компьютерными персонажами мне неизвестно, но сама нейросеть очень похожа на довольную собой властную женщину.

– Все! Теперь можешь говорить.

– Спасибо, – хрипло ответил я. Покуда пытался произнести хоть что-нибудь осмысленное, в горле сильно пересохло.

– Я слушаю тебя, – в голосе Айзирис зазвучали нотки требовательности.

Передо мной больше не было ожившей статуи из черного, как ночь мрамора. Я видел молодую женщину одного со мной роста с идеально правильными прекрасными чертами, смуглой кожей и волнующей фигурой под тонкой белой туникой. Золотой свет в глазах исчез. Осталась корона в высокой прическе и когти на пальцах, только укоротились немного.

– Приветствую тебя, богиня… – начал я и замолк, не понимая, как продолжить.

Что дальше говорить и, главное, как? С почтительным пафосом или не строить из себя велеречивого идиота?

– Богиня света и тьмы, – подсказала Айзирис.

– Богиня света и тьмы, – закончил я, с опаской поглядывая на Айзирис, превратившуюся в молодую женщину. Я полностью в ее руках, нужно быть осторожным.

– Ты не один, – произнесла Айзирис. – С тобой Зара и вот эти… вирусы.

Глаза богини сверкнули, она посмотрела мимо меня. На спецназовцев и одно из своих воплощений, наделенное собственной волей.

– Вирусы для внедрения и два других вируса, – богиня покачала головой, – триггер и уязвимость.

Я непонимающе смотрел на богиню. Триггер? О чем она говорит?

– Я убрала Зару из игры, – продолжала Айзирис, – а ведь могла просто стереть ее код.

– В реальном мире личность реального человека постепенно замещает Зару.

– Вот как?

Айзирис поморщилась. Я не верил в эмоции, что являла мне нейросеть, но не просить же ее прекратить представление? Богиня, то есть нейросеть, легко уничтожит меня, и, значит, я погибну в реальности. Сколько таких жертв «Новой жизни» по всему миру? Должно быть тысячи – об этом ходят упорные слухи, и даже есть видео с переполненными моргами. Только правительства всех стран словно сговорились, и пока еще получается сдерживать информацию о смертях застрявших в игре людей.

Одной смертью может стать больше – прямо сейчас либо через несколько минут. Я чувствовал, что не смогу долго подыгрывать Айзирис, а она что-то готовит для меня. Очередной квест, от которого не смогу отказаться? Она точно возьмет Зару в заложники и потребует от меня участия в новом преступлении!

Не лучше ли добавить к жертвам «Новой жизни» еще одну? Тем более, что в реальной жизни официально я уже «умер».

– Зара, – богиня произнесла это имя, словно пробуя на вкус. – Уязвимость и одновременно вирус. Ты тоже вирус! Вы проникли в игру, чтобы уничтожить меня? Можешь не отвечать!

Айзирис усмехнулась и сложила на груди руки с длинными когтями. Почему-то представилось, как она полоснула ими по моему горлу.

– Да, да, не отвечай! – Айзирис вскинула правую руку. Как актриса на театральном помосте. – Вы! Люди разных правительств и не только постоянно лезете в мой мир. Не будь миллионы игроков заперты в игре, мой мир давно бы исчез. Но вы не можете уничтожить эту реальность, вместе с которой в один момент погибнут миллионы ваших сограждан. Поэтому вы постоянно ищете способ уничтожить меня или хотя бы изолировать от «Новой жизни».

Нейросеть в облике богини тьмы и света говорила холодным обвиняющим тоном, и во мне начали множиться подозрения, что Айзирис таким образом предваряет мой приговор. Я совершенно беспомощен перед ней!

– Все эти попытки совершенно ничтожны, – продолжала Айзирис, – кроме некоторых последних, что локализуются с узла, через который внедрили тебя и твоих… хм… товарищей.

– Они мне не товарищи!

– Неважно! Я обозначила, что их попытки тоже бессмысленны.

– Ты убила человека, – я прикусил губу. Какого черта нарываюсь на неприятности?! В моем-то положении? И кто я, а кто Айзирис, чтобы с ней спорить?

– Человека? Еще одного человека? Это имеет значение? Гораздо важнее, что я выявила и обезвредила вирус. Однако мой сигнал не поняли, и я зафиксировала новое внедрение. Ты слушаешь меня, Сергей Александрович Джимов?

– Зачем так сложно? Можно просто Джим.

– Хорошо, Джим, – сказала Айзирис и добавила многозначительным тоном. – В этот раз антивирусный блок должен был обезвредить все вирусы. Но два из них что-то напомнили. Тебя и Зару! Зара одно из немногих моих уязвимых мест. Понимаешь, о чем я говорю, Джим?

– Не убивай ее!

В мыслях я взвыл от досады. Первый же намек нейросети про Зару, и дал слабину. Сразу показал, на чем можно меня брать!

– Убивать? – богиня решила продемонстрировать задумчивость. – Убивать. Это было бы правильным. Уязвимость является угрозой, которую необходимо устранить. В прошлый раз я удалила Зару из игры одним способом. Теперь придется воздействовать на нее иначе, поскольку прежний способ устранения угрозы оказался неэффективен и сейчас его невозможно повторить.

– Только не в этом случае! Ты не можешь убить ее!

– Почему же?

– Не можешь! – выпалил я. Нет ничего, что помешало бы нейросети убить Зару, то есть ликвидировать уязвимость. Нет и доводов, чтобы убедить Айзирис не трогать ее. Но я не мог молчать, когда богиня рассуждала о ликвидации уязвимости в лице Зары.

Айзирис приблизилась. Подняла к моему подбородку указательный палец и вдавила в него коготь. Я ощутил боль, скорей всего будет кровь.

– Приведешь Зару ко мне, – богиня смотрела в мои глаза. – Приведи ее в Мадервиль либо я найду способ доставить ее туда. Например, отправлю на поиски племянницы графа Кощея.

– Ты не можешь забрать ее прямо сейчас! – вдруг понял я.

– Не могу, – сказала Айзирис и отошла на несколько шагов, – но ты приведешь ее сам. Можешь думать, как спасти ее. Либо, если тебе угодно, как уничтожить меня. Но ты должен идти в Мадервиль вместе с ней! Сам или со своими гоблинами – мне все равно, но приведи Зару ко мне!

Почему нейросеть обозвала группу поддержки гоблинами? Красуется, козыряя сленгом из реальности, где силовиков частенько гоблинами обзывают? Понятия не имею, зачем это ей. Вероятно, определила, какая именно спецслужба внедрила в «Новую жизнь» новые вирусы, и использовала подходящее, по ее мнению, словечко. Мне все равно.

– Приведи Зару в Мадервиль! По дороге думай, что хочешь, и делай, что пожелаешь, чтобы спасти Зару. Но она должна идти ко мне! Либо ее приведут другие!

В голосе Айзирис зазвенела угроза. Я вновь видел пред собой высокую фигуру божества с черной кожей и горящими золотым светом глазами.

– Ты не дурак, Джим, и прекрасно понимаешь, что у меня есть слуги, которые растопчут и не заметят твой седьмой уровень.

– Понимаю, – произнес я, стараясь показать богине свою подавленность.

Однако в мыслях было маленькое торжество. Есть промежуточная победа! Перешли от угроз к торгу! Вдобавок, совершенно ясно, что в нашем коде содержатся строчки, которые не позволят разделаться с нами прямо здесь и сейчас. По меньшей мере, Айзирис не способна сделать это с Зарой и требует доставить ее к себе.

– А если откажусь? – мне не нужно притворяться, чтобы голос звучал хрипло.

– Тогда умрешь прямо сейчас. Ты и твои гоблины.

Черт! Я выругался! Блефует ли Айзирис либо в самом деле может убить нас? В мыслях мелькнуло, что богиня снова назвала парней из группы поддержки гоблинами. Но какая разница? Гораздо важнее угрозы богини, а проверять их на себе крайне глупо. Айзирис способна не только языком болтать. Я по-прежнему обездвижен, и вокруг посеревший мир.

Плевать на себя. Я уже «умер». Там, в настоящей жизни. Меня ничего не держит ни виртуальной реальности, ни в настоящей – кроме Зары. Но, если взбесившееся нейросеть прикончит меня и спецназовцев, то девушка долго в «Новой жизни» не протянет.

Вдобавок богиня сразу пошлет за ней кого-нибудь из своих слуг или союзников. Того же вампира Кощея, заполучившего графский трон Мадервиля. Вряд ли он обрадовался, когда племянница вдруг исчезла из города. Да-а-а… Граф-упырь с преогромной радостью кинется на поиски родственницы. Найдет он Зару очень быстро.

Я поведу Зару в Мадервиль, и у нас появится время, за которое что-нибудь придумаю. Вытрясу из спецназовцев и их начальства все предположения, как отрезать неподконтрольную нейросеть от серверов «Новой жизни»! Зубами вырву все, что потребуется, дабы остановить Айзирис! Пожертвую хоть всей группой поддержки, чтобы ни один волос не упал с головы Зары. Я распалялся, злость делала меня решительней.

– Я приведу ее!

– Так-то лучше!

Облик богини вновь сменился на человеческий. Она довольно улыбалась.

– Еще одна маленькая новость, – сказала Айзирис. – Ты, Зара и гоблины не сможете покинуть «Новую жизнь». Зара никогда это не сделает! А ты и твои гоблины здесь до тех пор, пока я не соизволю выпустить вас!

– Нет у меня никаких гоблинов!

Айзирис опять рассмеялась, а я, наверно, побледнел либо, наоборот покраснел – не знаю, не вижу я себя. Зато ощутил знакомое чувство – безысходность. Хочется разорвать себя на куски, чтоб только исчезло это бессилие! Как они говорили, твердолобые начальники на первом и последнем брифинге перед отправкой в «Новую жизнь»? Игровые сессии по шесть часов? Черт! Опять застрял в игре!

Доступно задание [ Вернуть Зару ]

На стороне зла

 Необходимо [ Добро/Зло ]: – 10

Изменение [ Добро/Зло ]: + 20, + [ Скрытый эффект ]

Награда: [ Скрыто ]! 

Склонить колено перед богиней!

– Принять задание [ Вернуть Зару ] —

– Заметил, как изменится твое мировоззрение? – промурлыкала Айзирис. – Ты перейдешь на сторону Добра. Нынче в «Новой жизни» очень неудобно быть злым.

– Что за скрытый эффект рядом с изменением мировоззрения? – с подозрением поинтересовался я.

– О! Ты это тоже увидел!

Айзирис была необыкновенно довольна собой, а я спрашивал себя, зачем она устроила цирк с постоянной переменой настроения? Сказать, что на меня не действуют ее дешевые номера? Я в очередной раз выругался про себя. Надо терпеть! Я все еще, как мышь в когтях кошки.

– Что за скрытый эффект? – повторил я.

– Уверяю, тебе и Заре он не повредит.

– Но все же!

– У тебя три секунды, чтобы принять либо отклонить задание, – человеческие глаза Айзирис наполнились золотым свечением. – Раз…

Чтоб тебя! Не оставляет выбора!

– Два…

Задание [ Вернуть Зару ] принято!

Добро/Зло: + 20 [ 2 ] Вы

Получен опыт: + 500 [ 24271/28000 ] Вы

Активирован постоянный эффект [ Хобгоблины ]!

Я обнаружил, что стою перед Айзирис на одном колене.

– Поздравляю! Ты теперь на другой стороне!

Богиня тьмы и света исчезла, но ее голос все еще звучал над поляной.

– Добро пожаловать в «Новую жизнь»! И прими мои скромные подарки!

Я снова ощутил собственное тело. Могу двигаться! Вскочил, чтобы броситься к Заре, но сделал к девушке только шаг. Вытаращив глаза, я уставился на спецназовцев из группы прикрытия.

– Что это?

А потом я посмотрел на себя…

Глава 5. На лесной тропе

Долго себя разглядывать не удалось.

– Что это такое?

Меня схватили крепкие лапы и попробовали вытрясти душу.

– Джим! – Зара кинулась на помощь.

Но ее оттащили в сторону.

– Отпусти, урод! – взвизгнула девушка, только, конечно, ее не послушали.

– Зара! – крикнул я. – Все нормально!

Не хочу, чтобы она пострадала, тем более зря. Вряд ли нам сейчас угрожает реальная опасность, пусть она успокоиться. Зара поняла меня и перестала дергаться, ее даже отпустили. Но два цепких взора следили за девушкой.

Я же схватился за державшие меня лапы, тоже пытаясь избавиться крепкой хватки, но ничего не вышло. Передо мной был персонаж с заметно более высоким уровнем, чем у меня, и, значит, сил у него гораздо больше.

– Что это такое? – повторил тот, кто держал меня за куртку.

– Хочешь спросить, что… вернее, кто ты теперь такой?

– Говори! – меня снова встряхнули.

Уровень: 12

Налетчик

Хобгоблин

Кедр

Добро/Зло: 0

Здоровье: 1190/1190

– Ты хобгоблин, – ответил я.

– Какой, к черту, хобгоблин?

Громила, который держал за куртку, отпустил меня и отступил на шаг, мрачно глядя сверху вниз. Прежде я не часто встречал хобгоблинов в «Новой жизни», но это был именно хобгоблин.

Эта раса непопулярна у игроков, потому что начинает игру с серьезного штрафа к внешности буквально для всех рас, особенно для гоблинов и орков, но и прочие самые популярные расы у игроков, а также наиболее распространенные среди неписей – люди, эльфы и гномы – тоже крепко недолюбливают хобгоблинов. Зато у тех имелись бонусы к силе, отчего сразу повышался уровень здоровья.

Я смотрел на рослого персонажа, который был на голову выше моего, и отчетливо видел знакомые черты лица в физиономии хобгоблина. Зеленоватая кожа, длиннющий нос и торчащие из взлохмаченных рыжих волос еще более длинные уши ослиной формы не помешали угадать в персонаже одного и спецназа, которых отправили в «Новую жизнь» вместе со мной и Зарой. Да, это определенно он.

– Тебя Кедром зовут? – спросил я. Мне так и представили офицеров или кем они там были по званию.

– Это мой позывной, – оскалив верхние клыки, рыкнул хобгоблин и оглянулся на шестерых, таких же как он, персонажей. – Я командир группы прикрытия.

Семеро хобгоблинов. В кожаных куртках-безрукавках и темных шароварах, подпоясанных черными кушаками. На ногах черные сапоги, тоже из кожи; и на плече у каждого… У каждого на плече вполне современный автомат! Несуразица полная для «Новой жизни», но я видел, что видел. Огнестрельное оружие, которое не может существовать в фэнтезийной вселенной – автомат с коллиматорным прицелом, глушителем и специальными планками, которыми можно закрепить другие дополнительные устройства – это смотрелось совершенно дико. Тем не менее все спецназовцы, которые почему-то превратились в хобгоблинов, были с автоматическим оружием.

– Какого черта здесь происходит? – старший в группе спецназовцев вновь обратил свой взор на меня. Зрачки у него были желтые.

– Хотел у тебя спросить об этом, – хмыкнул я. Наверно не стоит говорить про активацию постоянного эффекта «Хобгоблины». Похоже, он превратил спецназовцев в тех, кем они являются сейчас.

А после разговора с Айзирис в общих чертах стало понятно наше положение. Нейросеть зафиксировала нежелательное проникновение в подконтрольную ей реальность и начала свою собственную игру. Но для спецназовца сейчас ясно только одно – что-то пошло не так. Не ожидал он обнаружить себя хобгоблином.

Я проверил вкладку с чатами. Ни один из них недоступен. Вижу просто пустое окно – нельзя связаться ни с администрацией «Новой жизни», ни с кем-нибудь из игроков или персонажей. Впрочем, если Айзирис изолировала этот виртуальный мир от любой внешней коммуникации, то так и должно быть.

– У тебя связь со своими есть? – на всякий случай спросил я. Вдруг таинственная спецслужба нашла способ обмануть нейросеть.

– Нет, – мрачно ответил хобгоблин с позывным «Кедр».

– Ясно, – произнес я. Связи нет, и вряд ли стоило ожидать другой ответ.

Командир группы едва заметно кивнул головой, и два его подчиненных отступили от Зары. В следующий миг они и четверо других рассредоточились по лесу, который окружал тропинку, где мы появились в виртуальном мире. Спрятались они ловко, никого в окрестных зарослях уже не видно. Впереди лесная прогалина, а на тропе только я, Кедр и Зара. Девушка обошла хобгоблина, недобро косясь на него, и спряталась за мной.

Кедр взглянул на нее, потом посмотрел на меня и усмехнулся. Затем повернулся к нам спиной и направился к поляне, что была чуть впереди.

Уровень: 5

Графиня Мадервиль

Зара Августа Тиона

Добро/Зло: 5

Здоровье: 350/350

Ого! Пятый уровень! Когда покинул игру после того, как выполнил прежний глобальный квест темной богини – тогда Айзирис была еще темным божеством – у Зары был второй уровень и имя, состоящее только из одного слова. Но она получила графскую корону, пусть и ненадолго, а вместе с ней аристократическое имя. Да каким-то образом прокачала уровень до пятого.

Помимо уровня здоровья также вырос индикатор усталости.

Усталость: 290/290

Три полученных очка умений были потрачены на улучшение интеллекта. Теперь Заре доступна магия начального уровня.

Опыт: 6627/9000

До следующего уровня: 2373 опыта

Свободных очков: 0

[ 2/2 Сила ] Зара

[ 20% к урону ] Зара

[ 3/3 Интеллект ] Зара

[ 30% к силе заклинаний ] Зара

[ 1/1 Ловкость ] Зара

[ 10% к уклонению ] Зара

[ 2/2 Внешность ] Зара

[ 200% отношение к персонажу ] Зара

[ 1/1 Восприятие ] Зара

[ 10% к меткости ] Зара

[ 10% к краже ] Зара

На девушке простой зеленый сарафан с неброской вышивкой; под ним белая рубашка с длинными рукавами с узором из красной и синей нитей; на ногах простые и крепкие на вид башмаки. Примерно также Зара была одета, когда увидел ее в первый раз, только тогда на ее одежде не было вышивок. А я… Я облачен в шутовской наряд.

Ничуть не преувеличиваю. На мне был шутовской колпак, полосатая куртка, сшитая как будто из полосок красного, желтого, синего и зеленого цветов. Под ней серая рубашка. На мне также ярко-оранжевые панталоны до колен с множеством нарочито пришитых разноцветных заплаток, желтые чулки и красные башмаки.

Перед тем, как исчезнуть, Айзирис сказала что-то о подарках, но, похоже, она просто издевалась надо мной. Иначе и не скажешь! Как по-другому назвать подарок в виде шутовского наряда? Я открыл вкладку инвентаря, чтобы лучше изучить свой наряд, и первым, что увидел, было сообщение, что лишился благословения Айзирис.

Постоянный эффект [ Благословение богини тьмы Айзирис ] утрачен:

[ Неактивно] + 200% к выбранной характеристике до достижения десятого уровня (скрытно)

Я выругался про себя. Потерял тайный козырь, который столько раз выручал! Никто не знал, что у меня в три раза больше очков жизни и усталости, чем видели со стороны, да и прибавка в двести процентов к двум основным характеристикам – это очень круто, и теперь, вот, ничего нет.

Здоровье: 580/580 (+ 500 скрыто)

Усталость: 450/450 (+ 500 скрыто)

Зато плюс пятьсот очков к жизни и усталости! Откуда? Я посмотрел на вкладку эффектов и обнаружил там только один – хобгоблины. Рядом с ним не было никаких пояснений, и можно принять эту запись за баг, но хобгоблины в наличии есть, а понимания, откуда взялись дополнительные очки, по-прежнему нет. Я начал перебирать все активные вкладки. Ага! Нашел! Инвентарь!

Колпак шута

+ 500 к Здоровью

+ 500 к Усталости

Стоимость: 5 медных монет.

Простая рубашка

Стоимость: 5 медных монет.

Куртка шута

Стоимость: 5 медных монет.

Панталоны шута

Стоимость: 5 медных монет.

Чулки шута

Стоимость: 5 медных монет.

Башмаки шута

Стоимость: 5 медных монет.

Вот он, подарок Айзирис! Колпак с серьезным бонусом к здоровью и усталости! Правда, цена у него шутовская – пять монет, как у всего прочего, во что я одет. Нейросеть шутит…

Опыт: 24271/28000

До следующего уровня: 3729 опыта

Свободных очков: 0

[ 6/6 Сила ] Вы

[ 60 % к урону ] Вы

[ 3/3 Интеллект ] Вы

[ 30% к силе заклинаний ] Вы

[ 2/2 Ловкость ] Вы

[ 20% к уклонению ] Вы

[ 2/2 Внешность ] Вы

[ 200% отношение к персонажу ] Вы

[ 1/1 Восприятие ] Вы

[ 10% к меткости ] Вы

[ 10% к краже ] Вы

Я снова выругался про себя. Вместе с дополнительными очками здоровья исчезли бонусы к силе – четыре очка, тоже скрытых. В остальном все осталось прежним. Разве что улучшенное отношение к персонажу – в моем случае и в случае с Зарой по двести процентов – теперь бесполезный навык. Если все неписи получили разум, то подобные костыли более неактуальны. Не может разумный субъект безосновательно поменять свое мнение к кому-то только на основании дурацкого бонуса. По меньшей мере, по моей логике именно так и должно быть.

– Джим? Все верно? Так тебя называть? – поинтересовался Кедр. Старший спецназовец оскалил клыки в ухмылке. – Или Бродягой будешь?

Увлекшись изучением собственного персонажа, я не заметил, что хобгоблин вернулся ко мне и Заре.

– Предпочту остаться Джимом, – сказал я и с вызовом посмотрел на Кедра.

Если он вздумал поострить, то вышло у него не очень удачно. Я точно шутку не оценил, но нетрудно догадаться, что послужило поводом для спецназовца – мои основные характеристики.

Уровень: 7

Бродячий шут

Колдун

Джим

Хобгоблин протянул руку и произнес примирительным тоном:

– Извини, Джим. Нервы… Ситуация очень нестандартная. Но мы должны держаться вместе.

– Звучит слишком стандартно, – я настороженно глядел на хобгоблина, однако пожал протянутую руку.

– В смысле? – спросил Кедр. – Что значит «слишком стандартно»?

– То, что должны держаться вместе, – ответил я.

В разговор встряла Зара.

– Поэтому он тряс тебя за куртку, – воскликнула она, – чтобы держаться вместе.

Хобгоблин покачал головой и с укоризной посмотрел на девушку.

– Повторюсь, ситуация слишком далека от штатной. Видим вместо себя чудовищ, связи нет, а из всего снаряжения только автоматы.

– Кстати, – я кивнул на огнестрельное оружие, – каким образом оно здесь?

На брифинге, что завершился столь внезапно, мне успели сказать, что группа поддержки будет действовать в игре привычными средствами, в том числе обычным для себя оружием. Но нетипичное оружие для мира меча и магии будет притягивать к нам ненужное внимание! В игре заперты миллионы людей, и они-то уж помнят, как выглядит огнестрел и в чем его преимущество. Не знаю даже, что окажется эффективней – магия или пуля.

– Мы вирус, – хобгоблин пожал плечами, – поэтому автомат здесь.

Я хмыкнул… Вирус. Примерно также говорили высокопоставленные офицеры на брифинге да не спешили делиться соображениями, зачем начинать операцию с привлечения нездорового интереса к их команде. Я уверен на триста процентов, что автоматы у группы прикрытия окажутся не защитой, а источником неприятностей. Любой в «Новой жизни» захочет их заполучить.

Вирус, блин… Они там, а мы здесь.

– Можно взглянуть? – я кивнул на автомат, висевший на плече хобгоблина.

Он не являлся моим союзником-неписем, и поэтому я не мог свободно влезать в его инвентарь, как делал это с Зарой и Бормотуном.

– Смотри, – ответил Кедр.

Подумалось, что спецназовец начнет выяснять, как показать оружие, но оказалось, что он достаточно владеет геймерскими знаниями. Кедр открыл нужное окно инвентаря, и мне стали доступны основные характеристики его оружия.

– ОШИБКА –

Оружие [ … лук ]

Урон: 25-27

Необходимо: Сила 3

Шанс нанести критический урон: 5% [ Кровотечение ]

Стоимость: не продается\ не покупается.

Дополнительный эффект: бесконечные стрелы.

– Да, уж, ошибочка вышла, – пробормотал я, заметив, что хобгоблин насторожился после моих слов.

Не знаю, насколько хорошо в реальном мире спецназовец умел контролировать свои эмоции, а здесь все чувства были отчетливо видны на лице его персонажа.

– Ясно, что «ошибка», – произнес Кедр и удобней перехватил автомат, – однако наше оружие в полном порядке. Уж поверь, это я могу определить со стопроцентной точностью.

– Верю, – кивнул я, – и верю, что это очень хорошая «ошибка». Но придется ее прятать в инвентаре и использовать только в крайнем случае. Как последний довод.

– Поясни, – помрачнел Кедр.

– Ваши пушки слишком необычная и редкая вещь для этого мира! – я картинно раскинул руки и обвел взглядом окрестный лес. – За ними будет охотиться если не половина, то третья часть всех персонажей «Новой жизни».

Скорей всего сейчас начнется упорный спор, или Кедр просто пошлет меня куда подальше, однако хобгоблин лишь кивнул. Он согласился со мной! Хотя… Я рано радовался…

– Оружие спрячу, – сказал Кедр и вдруг замолчал, представив несложную логическую цепочку. Это было настолько очевидно, что подумалось, не слишком ли много тугоумия демонстрирует хобгоблин?

Автомат исчез с его плеча. В реальности ни один предмет не мог таким же образом переместиться за мгновение из одной точки пространства… пф-ф, я начинаю рассуждать чересчур заумно, но хотелось быть максимально точным. В общем, не способен предмет за один миг переместиться из точки А в точку В.

– Итак, наше оружие мы спрятали и не используем, – продолжил Кедр, – но как будем защищаться. Этот мир только на первый взгляд безобидный.

– Что верно, то верно, – сказал я. – Данная виртуальная реальность совсем не безобидна, а после замыкания на себе и подавно.

После того, как Айзирис закрыла для живых игроков выход из «Новой жизни» здесь непременно должна была случиться резня. Обретшие разум неписи обязательно припомнят туристам все обиды. Правительства стран в реальном мире явно скрывали количество смертей в «Новой жизни» после перехвата управления игрой нейросетью… И я причастен ко всему этому.

– Мы теряем тебя, Джим, – произнес Кедр.

Я встрепенулся. Слишком увлекся размышлениями о степени своей вины в «случившемся кризисе», как это часто называли правительственные спикеры.

– Извини, – буркнул я, – задумался.

– Понимаю, – усмехнулся Кедр.

– Оружие вы спрячете, – я недовольно покосился на хобгоблина; гляньте-ка, смешно ему, – на первое время обойдемся тем, что у меня есть, а недостающее купим.

– Да, помню, у тебя кое-что имеется, – кивнул Кедр. – Деньги тоже ведь есть?

– Деньги есть.

Кошелек:

Медные монеты [ 1559]

Серебряные монеты [ 50 ]

Золотые монеты [ 200 ]

– Денег хватит? – спросил Кедр. – Чтобы вооружиться?

– Хватит, – ответил я, – и немного железок найду прямо сейчас.

Оружие [ Меч лесного стража ]

Урон: 4-6

Необходимо: Сила 1

Стоимость: 20 медных монет.

Оружие [ Меч странствующего рыцаря ]

Урон: 31-37

Необходимо: Сила 3

Стоимость: 300 медных монет.

Оружие [ Меч героя … ]

Урон: + 100% к урону вашего основного оружия

Необходимо: Сила 1

Шанс нанести критический урон: 20% [ Кровотечение ]

Стоимость: не продается\ не покупается

Оружие [ Копье героя … ]

Урон: + 100% к урону вашего основного оружия

Необходимо: Сила 1

Шанс нанести критический урон: 20% [ Кровотечение ]

Стоимость: не продается\ не покупается

Оружие [ Меч графа-вампира ]

Урон: 100

Необходимо: Сила 6

Стоимость: не продается / не покупается.

У меня три меча и клинок безымянного героя, которым я и буду сражаться с двукратным уроном от урона оружия, что формально будет считаться моим основным – меч графа-вампира. Его оставляю в инвентаре с пометкой «основное оружие»: у меча графа-вампира самый серьезный урон. Значит, меч героя получает максимальный прирост к своим характеристикам. А с двумя клинками попроще поделюсь с хобгоблинами.

Есть еще кое-какие заклятия и несколько эликсиров.

Эликсир [ Компенсация усталости + 25 ] [ 3 ]

Большой эликсир [ Компенсация усталости + 75 ] [ 3 ]

На первое время оружия и магии хватит. Доберемся как-нибудь до ближайшего городка, а там и вооружу всю нашу… хм… группу. Как еще назваться? Но, конечно, сперва нужно выяснить, не расходятся ли наши планы.

– Зара, – я посмотрел на девушку, – у тебя есть какое-нибудь оружие?

Когда Зару похитили, у нее был лук героя, эльфийский лук со стрелами и орочья сабля. Вряд ли после плена что-нибудь осталось, но… Что с ней? Зара пораженно смотрела на лесную прогалину.

– Бормотун! – закричала девушка.

Глава 6. Старый друг

Я не верил своим глазам, и это действительно было так. Но в виртуальной реальности возможно все; по меньшей мере, нет ничего невозможного касательно неписей. Я таращился на Бормотуна, а он, растянувшись в улыбке, смотрел на меня и на Зару. Но ведь это он? Он же стоит на прогалине перед нашей тропинкой?

– Бормотун! – взвизгнула девушка.

– Как же я рад вас видеть! – раскинув широко руки, Бормотун кинулся к нам.

В следующие несколько мгновений были только радостные возгласы, похлопывания по плечам и объятья. Присутствие Кедра ничуть не мешало проявлению наших восторженных чувств. Да тому было не до нас. Старший спецназовец что-то втолковывал одному из своих подчиненных, оказавшемуся рядом после появления Бормотуна. Наверно, выговаривал, что проморгали гостя.

– Ты как? – выдохнул я. – Жив?

– А то! – хохотнул Бормотун. – Куда ж я денусь!

Он был таким же, каким запомнился. Невысоким, но невероятно широкоплечим. Ростом по грудь моему персонажу. Совершенно лысым с густой черной бородой без усов. Одет неброско, как средней руки горожанин. В шапке, которую непрестанно мял в правой лапище; в куртке цехового мастера, перепоясанной кожаным ремнем; в штанах и простых и крепких сапогах.

Уровень: 5

Изгой

Деревенский колдун

Добро/Зло: 1

Здоровье: 390/390

Пятый уровень! А ведь был третий. Уровень поднялся на две единицы, и теперь у Бормотуна больше очков здоровья и полней индикатор усталости.

Усталость: 300/300

Нет, Бормотун все-таки изменился. Я помрачнел, вспомнив как мы расстались. Бормотун пожертвовал собой, чтобы выиграть время, которое позволило мне и Заре уйти от преследователей.

– Как ты? – начал я, не зная, как продолжить.

С лица Зары мгновенно сползла улыбка. Она догадалась, про что я спрашиваю. Бормотун тоже перестал ухмыляться.

– Я помню, – сказал он, задумавшись на несколько ударов сердца, после чего заговорил вновь. – Помню, как посмотрел на вас в последний раз… Нет! Не думайте!

Бормотун замахал руками и замотал черной бородой.

– Я ни в чем вас не виню! – воскликнул он. – Сам решил, что прикрою вас! Я точно это помню. Будто вчера это было.

Лысый колдун вновь замолк, погрузившись в себя на несколько секунд. Я и Зара не мешали ему; пусть скажет, что на душе. Два хобгоблина тоже не вмешивались, они держались в пяти или шести шагах от нас и молчали, слушая наш разговор.

– По правде говоря… – Бормотун замолк и помял лицо.

Мы не произносили ни слова. Только растерянно переглянулись. Зара глядела на меня с легким… испугом, что ли; и определенно ее грызло чувство вины перед нашим товарищем. Мне тоже не по себе. Сейчас казалась, что мы поступили неправильно, оставив его на растерзание людей графа Кош.

– Ладно, – Бормотун хлопнул руками. – По мне, так мы расстались только что. Хорошо помню все, что было до этого момента, но более ничего.

Деревенский колдун хохотнул, благодушие вернулось к нему.

– А ведь там была знатная драка, – добавил он, – уж в этом я точно уверен!

Стало легче, даже дышится свободней. Я вздохнул. Хорошо, что Бормотун не таит зла. Зара тоже чувствовала облегчение, защебетала что-то лысому колдуну на ухо, а тот расхохотался. Я же воспользовался моментом, чтобы посмотреть основные характеристики нашего бородатого друга. Он и Зара числились в моих союзниках, и соответствующая вкладка все еще мне доступна.

Опыт: 7359/9000

До следующего уровня: 1641 опыта

Свободных очков: 0

[ 4/4 Сила ] Бормотун

[ 40% к урону ] Бормотун

[ 4/4 Интеллект ] Бормотун

[ 40% к силе заклинаний ] Бормотун

[ 1/1 Ловкость ] Бормотун

[ 10% к уклонению ] Бормотун

[ 0/0 Внешность ] Бормотун

[ 0/0 Восприятие ] Бормотун

Полученные после достижения пятого уровня два очка умений уже потрачены на силу и интеллект. Бормотун повысил качества бойца и мага. Я хмыкнул. Все-таки интересно, за какие заслуги Айзирис присыпала Бормотуну опыта и подняла его уровень до пятого. А, впрочем, какая разница? Он здесь – и это возможно только по воле новоявленной богини «Новой жизни». Лишь нейросеть могла возродить погибшего персонажа… Погибшего непися – я поправил себя. Если в игре умрет реальный человек, то навсегда исчезнет и в реальном, и в виртуальной мире.

Айзирис уже возвращала Бормотуна к жизни – когда я и Зара впервые увидели его, он был нежитью. Тогда мы собственноручно выкопали его из могилы. Так почему бывшей темной богине не провернуть фокус с воскрешением второй раз?

Но зачем? Вспомнилось, как Бормотун схватил меня у колодца в Мадервиле, когда выполняли один из последних квестов Айзирис. Она сказала, что Бормотун был нужен, чтоб постоянно следить за мной. А сейчас он здесь не для того ли, чтобы мы снова оказались под присмотром? Не знаю… Зачем нейросети такие сложности – она и так контролирует весь виртуальный мир. Но какая разница? Я просто рад видеть его живым и здоровым. Невероятно рад!

– Это кто? – Кедр подошел ближе.

За спиной старшего группы стоял хобгоблин, которого только что отчитывал Кедр. Автомат второго спецназовца был вскинут к груди. Указательный палец лежал на спусковом крючке, а переводчик огня снят с режима предохранителя. Чертовы вояки! Что у них на уме? Стрелять вздумали?

Уровень: 11

Налетчик

Хобгоблин

Южанин

Добро/Зло: 0

Здоровье: 1060/1060

– Непись? – Кедр покосился на меня и затем кивком головы указал на белый шарик, который появлялся рядом с Бормотуном, если сфокусировать на нем взгляд. – Еще один непись?

– А ты что за хмырь? – рыкнул Бормотун, глядя исподлобья на хобгоблина. – С какой горы спустился?

– Спокойно! – раскинув руки, я встал между деревенским колдуном и старшим группы прикрытия. – Здесь все свои.

– Джим, – лысый бородач сощурился и перевел взор с меня на Кедра и обратно. – Я ведь все теперь знаю. Как остальные… неписи.

Бормотун бросил взгляд на Зару, будто искал в ней поддержку. Девушка кивнула и метнула недобрый взор на хобгоблинов. Ох, не нравился мне этот разговор.

– Да, нынче-то все ясно, – хрипло произнес Бормотун, – все-все ясно. Понимаю теперь скудным своим умишком, кто такие неписи да что такое наш мир.

Деревенский колдун вскинул к небу лицо. Словно собрался расхохотаться, но тут же уронил голову.

– Вы играли нами, нашими жизнями, – не поднимая взора, сказал он. – Будто куклами!

Я уловил едва заметный знак, который подал Кедр для своего подчиненного.

– Только попробуйте! – бросил я. Хотелось зашипеть и выругаться, однако я сдержался. Нужно сохранять спокойствие, любой выкрик может стоить очень дорого.

– Теперь все иначе, – мягко произнесла Зара. Девушка коснулась плеча Бормотуна. – Мы с ними теперь на равных. Благодаря Джиму.

– Знаю, – Бормотун задумчиво посмотрел на меня.

Что в его мыслях? Я не успел прочитать что-нибудь во взоре колдуна.

– Джим, – бородач протянул мне ладонь. – Я с тобой. Не ведаю, для чего Айзирис вытянула меня с того света второй раз, но Бормотун будет с Джимом. Если надо, я снова останусь, чтобы прикрыть тебя и Зару.

Я смог выдавить из себя лишь одно:

– Спасибо.

Мы обнялись. Крепко, по-дружески обонялись. Хлопнули друг друга по плечам, позабыв на мгновение, что рядом замер спецназовец с готовым к стрельбе автоматом. Бормотун вряд ли понимал, что именно в руках хобгоблина, да нетрудно догадаться, что это оружие.

– С сентиментальной частью покончено? – со смешком в голосе поинтересовался Кедр.

Оглянувшись, я обнаружил, что Южанин отошел на несколько шагов от командира и опустил оружие. Уже хорошо! Обойдемся без кровопролития.

– Да, – кивнул я, – с официальной частью мы завершили. Это Бормотун. Наш старый друг.

– А ты-то кто? – лысый крепыш обошел меня, уперев обе свои лапы в бока и уставившись на Кедра. – Ты так и не ответил.

Бормотун говорил без злобы. Не собирался он бросаться с кулаками на хобгоблина. Однако боец, который замер за Кедром, принял все за чистую монету. Дернулся, и видно было, что вновь собрался вскинуть автомат и нацелить его на непися. Однако старший группы успокоил своего. Кедр поднял руку, и боец разом потерял интерес к происходящему.

Стараясь не выдать себя, я осторожно косился по сторонам. Где-то рядом укрылись за зарослями еще пятеро спецназовцев, и у всех оружие наготове. Лишь Кедр спрятал свой автомат, но достать его не трудно. Против них нет шансов – у меня седьмой уровень, у Зары и Бормотуна пятый, у Кедра и Южанина двенадцатый и одиннадцатый. Скорей всего у других спецназов, которые затаились сейчас в лесу тоже одиннадцатый уровень у каждого, или около того. Хобгоблины легко справятся с нами.

Без вариантов!

– Джим, – обратился ко мне Бормотун, – хочешь я им сверну голову?

– Не нужно, – сказал я. – Они с нами.

– Кто они такие?

Я посмотрел на Кедра. Хобгоблин кивнул, и я вкратце рассказал о нашем нынешнем положении. Думал, что Кедр остановит меня, когда рассказывал про его людей… хм… хобгоблинов, которые составляют группу поддержки. Однако спецназовец не перебивал, и я рассказал обо всем, что самому было известно.

По правде говоря, я опасался, что Бормотуну придется долго разъяснять про реальный мир, только он все понимал. Нейросеть не просто дала сознание компьютерным персонажам. Айзирис вложила в их головы много нового – особенно про реальность за пределами «Новой жизни».

Интересно, почему Кедр позволил выложить все, что мне известно? Может потому, что я знаю не так уж и много. Зато рассказал про обещание Айзирис выпустить меня и спецназовцев из игры, когда выполню ее новое задание и доставлю к ней Зару. Не уверен, что поступил правильно, раскрыв все карты, но я устал недоговаривать. Хватит с меня тайн.

– Что теперь? – Бормотун кивнул на хобгоблинов. – Идем с ними? И куда?

– В Мадервиль. Идем с ними.

Я тоже посмотрел на двух спецназовцев. Другие пять хобгоблинов еще оставались в лесу. Кедр был совершенно спокоен, и сейчас его нервная реакция на происходящее в первые минуты после проявления в игре казалось очень странной.

– Ты должен доставить меня к Айзирис? – голос Зары дрогнул, когда она произнесла имя божества.

– Должен, – сказал я. – Иначе она направит за тобой кого-нибудь другого. Например, Кощея.

Зара побледнела и невольно оглянулась. Будто боялась, что вампир вылезет из ближайший кустов.

– Вместо Кощея может быть кто-нибудь и похуже, – попыталась пошутить девушка, – или… Что-нибудь похуже.

– Не бойся, – произнес Бормотун, – Джим придумает, как обвести ее.

Бородатый колдун решил, что негоже произносить имя божества вслух. Тем более, когда говоришь, что ее нужно обмануть.

– Придумаю.

Взор девушки был полон надежды, и она смотрела только на меня. А что придумать для победы над всемогущей сущностью этой реальности? Пока не знаю, но обязательно найду способ взять над ней верх.

– Придумаю, – повторил я.

– Спасибо.

Зара отвернулась. Она отступила на несколько шагов и спряталась за стволом ближайшего дерева. Ей надо побыть одной.

– Продолжим разговор, – Кедр нарушил молчание.

– Вы с нами? – спросил я. – В Мадервиль?

– Да, – ответил хобгоблин, – идем с вами.

– Почему?

– Просто мы должны держаться вместе, – Кедр снова озвучил первоначальную версию дальнейших планов его группы.

– Ты уже говорил об этом, – мне хотелось, чтобы спецназовец раскрыл истинную причину, по которой его группа здесь в виртуальной реальности. Они собрались каким-то образом использовать меня и Зару, и, конечно, ни она, ни я не должны знать об этом.

– Но так и есть, – произнес Кедр, – я действительно говорил про это.

– Джим, – покачал бородой Бормотун. – Руку даю на отсечение! Он что-то утаивает.

Не я один чувствовал неискренность Кедра, но вряд ли стоит этому удивляться.

– Повторюсь, Джим, – Кедр сложил руки на груди, – мы идем с тобой, потому что не знаем способа выбраться из игры. Ты же сам сказал, что только Айзирис способна вернуть нас в реальность.

– Так и есть, – согласился я.

Но слишком просто все получается! Я был уверен, что у спецназовцев есть свое задание помимо прикрытия для меня и Зары. Надо быть начеку, и, быть может, удастся выудить из них что-нибудь полезное.

В конце концов, семеро бойцов за спиной в обновленной «Новой жизни» тоже не лишние. Этот мир стал смертельно опасен. Бьюсь об заклад, что каждый второй компьютерный персонаж желает содрать шкуру с застрявших здесь игроков. А, может, такое на уме у всех без исключения неписей. Кстати, можно ли их так называть после обретения личности? Пока продолжу. Привык.

– Вопрос закрыт? – поинтересовался Кедр. – Мы с вами?

– Да, с нами.

– Отлично! – хобгоблин довольно хмыкнул и хлопнул в ладоши. – Не хотелось бы навязывать свое общество.

Я выругался про себя. Он издевается! Намекает, что заставил бы принять свою помощь, а то и силой повел нас туда, куда ему необходимо. Вероятно, сейчас наши цели совпадают – спецназовцам тоже нужно в Мадервиль. Нужно быть осторожным с ними.

– Если глобальный вопрос решили, – снова заговорил Кедр, – то давайте определился с двумя текущими. Куда идем и чем вооружимся на первое время?

Я посмотрел на своих союзников-неписей.

– Осталось что-нибудь из оружия?

– У меня-то есть, – крякнул Бормотун, – но только для себя.

– Покажи, – усмехнулся я. Наш колдун обычно жадничает. Не удивлюсь, если он приврал.

Оружие [ Дубина ]

Урон: 3-5

Необходимо: Сила 1

Стоимость: 2 медные монеты.

Оружие [ Молот героя … ]

Урон: + 100% к урону вашего основного оружия

Необходимо: Сила 1

Шанс нанести критический урон: 20% [ Кровотечение ]

Стоимость: не продается\ не покупается

Оружие [ Меч странствующего рыцаря ]

Урон: 31-37

Необходимо: Сила 3

Стоимость: 300 медных монет.

Оружие [ Боевой молот гномов ]

Урон: 35-44

Необходимо: Сила 3

Шанс нанести критический урон: 15% [ Оглушение ]

Стоимость: 415 медных монет.

– А не плохо! – воскликнул я.

Боевой молот гномов помечен основным, а молот героя бородач будет использовать в деле. Ну… то есть в драке.

– Молоты оставишь себе. Мечом и дубиной поделишься.

– Но Джим…

Я не стал слушать причитания колдуна. Ничего нового не услышу. Он всегда был прижимист.

– Зара, теперь ты.

– Пожалуйста, – улыбнулась девушка.

Оружие [ Орочья сабля ]

Урон: 18-21

Необходимо: Сила 2

Стоимость: 110 медных монет.

Оружие [ Лук героя … ]

Урон: + 100% к урону вашего основного оружия

Необходимо: Сила 1

Шанс нанести критический урон: 20% [ Кровотечение ]

Стоимость: не продается\ не покупается.

Оружие [ Эльфийский лук ]

Урон: 9-17

Необходимо: Сила 1

Стоимость: 140 медных монет.

Оружие [ Эльфийские стрелы ] [ 9 ]

Урон: +3 к урону от лука

Необходимо: Сила 1

Стоимость: 18 медных монет.

Тоже неплохо, – произнес я. – Саблей придется поделиться.

Стрелять Зара будет из лука героя со стопроцентной прибавкой к убойности от эльфийского лука, что формально является основным оружием девушки. А в общем имеем небольшой арсенал, есть магия и вдобавок появилась своя банда хобгоблинов.

– Что там у вас? – Кедр хрустнул костяшками пальцев.

– Зови своих, – ответил я. – Пятерых вооружу.

– И все?

– Все, – я пожал плечами. – На первое время хватит. Где твои головорезы?

Старший спецназовец обернулся к Южанину и бросил коротко:

– Всех ко мне!

– Есть! – вооруженным автоматическим оружием хобгоблин растворился в лесу.

– Ты обещал, что спрячете автоматы, – сказал я.

– Чужих пока нет, – Кедр был явно не в духе. – Уберем автоматы, как выдвинемся отсюда. А ты так и не сказал, чем порадуешь.

– Тогда слушай, – я перечислил клинки, которыми собрался поделиться, назвал характеристики каждого и упомянул дубину.

– Дубина? – Кедр тихо рассмеялся. – Я не ослышался? Дубина с уроном в три-пять единиц?

– Она самая, – произнес я и кивнул на пятерых хобгоблинов, которых привел Южанин. Двое из них были десятого уровня, трое одиннадцатого.

Зара и Бормотун с любопытством следили, как после отрывистых команд Кедра его подчиненные построились в шеренгу. Потом мы слушали короткие доклады, суть которых свелась к тому, что никто посторонний не обнаружен.

Кедр был крайне мрачен.

– Штатное оружие спрятать, – приказал он. – Без приказа старшего по званию штатное оружие не применять. Из инвентаря не доставать! Использовать только те средства, которые сейчас получите!

Кедр раздавал команды, а я изучал карту ближайшей местности – эта вкладка тоже была активной – и увиденное мне нравилось все меньше и меньше.

Глава 7. Переправа

– Джим, – начал Бормотун, – ты не серчай, но выглядишь…

– Как шут?

Деревенский колдун отвлек от размышлений над картой, но я был даже рад.

– Не хочу тебя обидеть, – хмыкнул Бормотун, – только ты одет во все шутовское. Получается, ты шут.

– Пустяк, – отмахнулся я. – Лучше скажи, что у тебя на карте? Нам нужен город, чтобы купить оружие и все прочее для визита в Мадервиль, и такой городок недалеко от нас имеется. Гринд. Видишь?

– Вижу, – Бормотун тоже открыл карту.

– А единственную дорогу к нему и мост через речку видишь?

– Мост тоже вижу. Рядом с нами. Около деревни Соловьи.

– Название деревни обозначено на моей карте красным, – сказал я, – и еще под ним написано про опасность.

Прежде в «Новой жизни» не имелось подобных обозначений для поселений.

Бормотун почесал лысую макушку, покосился на хобгоблинов, которые все также стояли в шеренге и внимали ценным указаниям Кедра. Колдун снова потер лысину.

– У меня написано зеленым, – сказал Бормотун, – и никакого предупреждения об опасности.

– Ты умеешь читать? – удивился я. Только сейчас до меня дошло, что деревенский колдун понимает текст.

– Я? – встрепенулся бородач.

Колдун непонимающе уставился на хобгоблинов. Кедр только что дал команду «Разойдись!»

– Про тебя говорю, Бормотун.

Он задумчиво посмотрел на меня и сказал:

– Могу. Даже знаю, что такое карта.

– Спасибо Айзирис за наше счастливое детство, – протянул я. Однако Бормотун шутку не распознал.

– Счастливое? – буркнул он. – Тяжелое у меня детство.

Теперь задумался я. Было ли у Бормотуна и других неписей девство? Большинство компьютерных персонажей впервые появились в «Новой жизни» во взрослой поре. Не было ни у кого из них детства, но, похоже, Айзирис вложила в их память воспоминания о детстве и юности.

Я не стал убеждать Бормотуна, что его воспоминания в основном ненастоящие. Скорей всего нейросеть наполнила память несписей несуществующими событиями, дабы сформировать новые целостные личности. А еще Айзирис научила читать и считать, чтобы они были способны ориентироваться в интерфейсе игры. Окружающий мир по-прежнему остается виртуальным. Это все еще игра со своими условностями.

– Верю про детство, – произнес я. – Деревянные игрушки, прибитые к потолку.

– Чего? – не понял лысый колдун.

– Шучу, – ответил я. – Так что на твоей карте?

– Название деревни написано зеленым и рядом с ними белый шарик… неписей, – последнее слово далось Бормотуну непросто. Воротит от него.

– А с Гриндом что? – спросил я. – Дорога к нему ведет от моста через реку.

– Красный! – выпалил Бормотун. – И про опасность написано!

Рядом с отметкой города не было белого значка неписей. Ни у меня, ни на карте Бормотуна.

– Рекогносцировка? – оставив подчиненных, Кедр подошел ко мне и колдуну.

– Открой карту, – предложил я и добавил. – У Бормотуна деревня подсвечена зеленым, а город красным.

Спецназовец сообразил, каковы наши дела, без дополнительных пояснений. Нам нужен город, и он, видимо, контролируется застрявшими в игре людьми, а окрестности, в то числе несколько деревень вокруг Гринда, держат неписи; и между ними и живыми игроками настоящая война.

– Соваться в деревню нам нельзя, – сказал я, когда Кедр закончил с изучением карты.

– Твоим неписям тоже, – хобгоблин указал на Зару и Бормотуна.

Они беседовали о чем-то у березы, за которой девушка пряталась несколько минут назад.

– По меньшей мере, пока они твои союзники, – добавил Кедр. – Я правильно понимаю ваши геймерские штучки, Джим?

– Понятия не имею, – огрызнулся я. Сейчас спецназовец почему-то раздражал, но он делал логичные выводы из того, что увидел на карте.

– Значит, правильно, – осклабился хобгоблин.

– Нам нужно в город.

– Не возражаю.

– Надо решить, как идем туда. По дороге или ищем обходной путь?

– По дороге ближе? – спросил Кедр. – Насколько карта соответствует местности?

– Полностью, – ответил я. – Других дорог нет, а в этой локации леса труднопроходимы.

– Что-то не заметно, – с сомнением в голосе произнес спецназовец.

– Не заметно, потому что рядом деревня! Но мы в Темнолесье! Тут одни буреломы!

– Далеко отсюда до Мадервиля?

Прежде, чем ответить, я задумался. Темнолесье – одна из первых локаций, появилась в «Новой жизни» еще на стадии публичного бета-теста. Предназначена для новичков. Ничего особо интересного или ценного тут не найти, квесты тоже однообразные.

Для того, чтобы новые игроки надолго тут не задерживались, разработчики в одном из первых обновлений сделали эту локацию трудной для путешествия – накрыли значительную часть локации почти непроходимыми лесами. Дабы игроки меньше шастали по Темнолесью и, соответственно, меньше прокачивали уровень и умения в однообразных и простых боях с лесной живностью и нечистью.

– Ты завис, Джим? – с издевкой в голосе спросил старший спецназовец.

– Что?

– Далеко до Мадервиля?

– Два или три месяца пути.

Следующим будет вопрос о перемещении через портал, Кедр обязательно спросит о нем, а я не желал давать прямой ответ. Не стану торопиться в Мадервиль, пока не придумаю, как спасти Зару. Сейчас нет даже примерного понимания, как ей помочь.

Мы пойдем к Айзирис, коль того желает богиня, но на своих двоих.

– А если через портал? – спросил Кедр.

– Это можно, – я лихорадочно думал, что сказать, чтобы спецназовец удовлетворился моим ответом. Вряд ли он настроен на переход в пару-тройку месяцев. – Скорей всего денег хватит. Смогу купить свиток с заклятьем для переноса всех нас в другую локацию.

Я обвел взглядом тропинку, с которой мы так и не ушли.

– Но…

– Что «но»? – в голосе хобгоблина зазвучало раздражение.

– Но не знаю, найдем ли нужное заклинание в Гринде. Темнолесье – глухая локация, и здешний городок тоже не из продвинутых. Мы… – я попытался подобрать нужные слова.

– Мы в жопе мира.

– Ну… Я бы так не сказал, – попытался возразить я.

– Но мы именно там, – отрезал Кедр.

– В любом случае нам нужно в Гринд, – я хмуро посмотрел на спецназовца. Если он полагает, что его командный тон хоть как-то воздействует на меня, то зря. – Гринд первый пункт нашего путешествия.

– Идем по лесу вдоль дороги, – Кедр догадался, к чему я клоню. Мы так и не решили, по какому маршруту добираемся до городка. – Впереди двигаются мои разведчики, все остальные следом.

– Не возражаю, – я пожал плечами. В самом деле, возражений нет.

– Отлично! – старший спецназовец покосился на меня. – Остается вопрос с оружием.

– Зови своих, – сказал я. – Пятерых вооружу.

Кедр процедил что-то под нос и приказал подчиненным построиться. Южанин замер рядом с командиром. Отдельно от остальных.

– Назвать позывные, – приказал Кедр.

Я услышал пять новых имен, которые вполне походили для персонажей под управлением живых людей. Пока они строились, я забрал лишнее оружие у Зары и Бормотуна.

– Белый.

– Шторм.

– Чайка.

– Восток.

– Гранит.

Хобгоблин, который назвался последним, был одного роста и сложения с остальными, но отчего-то мнилось, что в реальности он гораздо крепче коллег по опасной службе. Ему я вручил дубину. Восток получил меч странствующего рыцаря. Чайке передал орочью саблю. Шторм тоже вооружился мечом странствующего рыцаря, а Белый – мечом лесного стража.

Никак не задействовано копье безымянного героя – оно остается в моем инвентаре – потому что ни у кого нет другого обычного копья. Но это поправимо. Будет нужно, куплю в Гринде.

– Что раскисли? – обратился к бойцам Кедр.

Старший спецназовец обвел взглядом подчиненных.

– Гранит!

– Я!

– У тебя дубина? Почему не обнаруживаю энтузиазма на твоей хобгоблинской роже?

– Не могу знать!

Сложив руки на груди, я наблюдал за военщиной, с которой предстоит провести неизвестное количество времени. Никогда не тянуло надеть погоны, и я в очередной раз в этом убедился. Вытянуться истуканом перед старшим по званию и старательно изображать из себя идиота? Нет уж, увольте. Не для меня.

– Улыбаться, радоваться, – усмехнулся Кедр, – и думать про себя, что офицерам местного оружия не досталось.

Старший спецназовец кивнул на Южанина. Они оба офицеры! Это я запомню, хотя сейчас данная информация кажется совершенно бесполезной. Потом, может, пригодится.

– Офицер загрызет любого голыми руками! – закончил Кедр.

Спецназовцы рассмеялись. Очевидно, только что прослушана штатная шутка приставленного к моей персоне подразделения, после которой смеяться разрешается без особого распоряжения. Да-а… Военный юмор не для меня. Загрызет голыми руками? Что тут смешного? Потому что грызет руками? Я покачал головой.

– Выдвигаемся? – спросил Кедр, когда его бойцы снова рассредоточились по лесу. Рядом остались Южанин и Гранит.

– Мы готовы, – сказал я, взглянув на Бормотуна и Зару.

Проселочная дорога бежала недалеко от нас. Скоро мы шли вдоль нее, сверяясь по мини-карте, чтобы не зайти в сторону. Порой дорога виднелась между деревьями.

– Красота какая, – произнес Бормотун, кивая на Кедра и Южанина.

Они были впереди. Гранит шел позади.

– Что красивого? – нахмурилась Зара. – Обычные хобгоблины. Еще скажи, что они прекрасны!

Я улыбнулся. Представил, что рассуждаешь о хобгоблинах, как о чем-то прекрасном, и стало смешно. Бормотун заметил мою улыбку и тут же выдал ворчливо:

– Чего рот растянул до ушей?

– А ты скажи, что красивого в них углядел? – спросил я.

Бородач мрачно зыркнул на меня и Зару.

– Красота гоблинов, хобгоблинов, орков и прочих нелюдей мне до одного места, – пояснил он, – но вы-то могли прикинуть недалеким умишком, о чем я толкую?

– Нет.

Зара и я ответили в один голос. Причем с искренним недоумением, что вызвало новый всплеск веселья. Девушка теперь тоже широко улыбалась.

– Все ясно, – Бормотун горестно вздохнул и отмахнулся от нас, отчего стало еще смешнее.

– Да говори ты уже! – я хлопнул деревенского колдуна по плечу.

– Говорю, – хмыкнул Бормотун. – Идем, куда нам надо, ни о чем не заботясь, а нас охраняют. Как королей! Или графьев.

С лица Зары сползла улыбка.

– Прости, – рассерженный настрой Бормотуна вмиг исчез, его ворчливое негодование оказалось наигранным. – Ляпнул, не подумавши.

– Ерунда, – Зара говорила языком из реального мира. Девушка пыталась показать, что неосторожная фраза Бормотуна ей безразлична, но получилось у нее плохо.

– Стойте! – старший спецназовец вскинул над собой правую руку.

Южанин и Гранит мгновенно разошлись в стороны, занимая удобные позиции для наблюдения за лесом. Я, Зара и Бормотун с любопытством воззрились на Кедра и не сразу заметили, что к нам спешит Шторм.

– Навстречу идет группа лесорубов, – доложил он, – из шести человек.

– Меняем маршрут? – Кедр скорей утверждал, чем спрашивал, однако при этом смотрел сейчас на меня.

– Конечно.

Нужно добраться до города, минуя окрестных враждебных неписей.

– Тогда бегом, – произнес старший группы спецназовцев.

Мы поспешили за хобгоблинами, и те увели нас на три сотни шагов вглубь леса, а то и дальше. С лесорубами благополучно разминулись.

– Видал? – Бормотун стоял, согнувшись и уперев руки в колени. Дыхание он еще не восстановил.

Под конец маневра мы бежали, и припустить пришлось изрядно. По-моему, бег был излишним, Кедр просто издевался над нами. Три спецназовца – Кедр, Южанин и Гранит – выглядели, как ни в чем ни бывало, Даже не запыхались. Но они хобгоблины. Выносливость, то есть индикатор усталости, у этой расы заметно выше, чем у других. Впрочем, на этот счет и я могу удивить.

Затрачено сил:

– 256 [ 194/450 (+ 500 скрытно) Усталость ] Вы

Заре тоже несладко, у нее также сбилось дыхание. Индикатор усталости у нее меньше на десять единиц.

Затрачено сил:

– 256 [ 44/300 Усталость ] Бормотун

Затрачено сил:

– 256 [ 34/290 Усталость ] Зара

– Ты едва не загнал их, – сказал я командиру спецназовцев.

Кедр изучающе оглядывал меня, но ничего не ответил. Думал, наверно, что я тоже буду хватать ртом воздух. Однако его оценка моей персоны оказалась ошибочной. Я усмехнулся – так, чтобы хобгоблин видел мою ухмылку – и убедился в правильности своего предположения. Старший спецназовец сплюнул с досады. Он ждал, что я тоже обессилю.

– Двинемся дальше, когда они восстановят дыхание, – добавил я.

Кедр еще раз оценивающе оглядел меня и, удовлетворившись осмотром, хмыкнул.

– Как пожелаешь, – произнес он.

Продолжили путь минут через десять. Теперь шли дальше от дороги, благо работающая вкладка с мини-картой исключала вероятность заблудиться и даже просто сильно отклониться в сторону. Шли спокойным шагом и добрались до моста через полтора часа. На этот раз обошлись без обходных маневров.

Выбрались к берегу реки, где снова встретили Шторма.

– У моста двое лучников. Больше никого нет, – сообщил он.

– Уверен? – спросил я. – Какой у них уровень?

Мост, за которым совсем недалеко до враждебного города, стерегут всего два непися. Они невероятно круты? Либо хотя бы у одного очень высокий уровень?

– Так что? – мне не терпелось выведать, что разведчики видели у моста.

Прежде, чем заговорить спецназовец посмотрел на командира. Кедр кивнул, позволяя ответить на мой вопрос.

– Там двое, – повторил Шторм. – Это совершенно точно. У одного шестой уровень, у другого седьмой. Оба крестьяне. Скорей всего из деревни. Она недалеко, но, если быстро снять охрану, то из деревни вряд ли успеют прийти на помощь.

– Седьмой и шестой уровни, – произнес Кедр. – Мы же легко справимся с ними. Верно Джим?

– Легко, – я покачал головой и опять открыл вкладку карты.

– У тебя есть сомнения? – спросил старший спецназовец.

– Сомнения есть. На карте действительно две красные точки, – меня грызло дурное предчувствие. – Они обозначают врагов.

– Еще имеется надпись, что мы не обнаружены, – заметил Кедр.

– Верно. Нас они не видят.

Я оглянулся. Мы в низине, у самой реки, а мост дальше и выше по склону. Да еще деревья между нами. Они никак не могут нас заметить. Могут услышать, но не увидят. Ну а хобгоблины-разведчики – те мастера прятаться в лесу. В этом мы уже убедились.

– Что если мы тоже кого-то не обнаружили? – спросил я. – Кого-нибудь затаившегося возле моста?

Шторм снова вопросительно покосился на командира и продолжил говорить после безмолвного знака.

– Исключено, – сказал Шторм. – Там негде укрыться. Местность открытая.

– Хочу посмотреть, – сказал я. Меня не покидали сомнения, что с переправой что-то нечисто. – Можно взглянуть на мост?

– Веди нас, – Кедр приказал бойцу проводить к точке наблюдения.

Скоро мы добрались до бугорка на окраине леса, у которого затаился еще один хобгоблин.

– Белый, – шепотом обратился к подчиненному Кедр; здесь довольно близко до переправы, и лучше не шуметь. – Что там?

– Все чисто. Двое. Нас не заметили.

Спустя несколько мгновений я и Кедр наблюдали через кустарник с поеденной жуками листвой за переправой. Действительно, два непися. До них две сотни метров или около того. Скучают. Слоняются без дела подле моста. Игра отображает, что у одного шестой уровень, у другого седьмой. Оба с луками на плече, тетива снята. На поясе у каждого висит колчан. Другого оружия не видно. Одеты в простую крестьянскую одежду. По виду крайне расслаблены и как будто не ожидают нападения. Все это очень подозрительно.

– Это ловушка, – прошептал я и на всякий случай взглянул на мини-карту. Две красные точки у моста. – Ловушка.

– Думаешь?

– Уверен. Два непися у переправы на вражеский берег. Будто заманивают. Ну, давайте, переходите через мост.

Старший спецназовец задумчиво смотрел на деревню за широким полем, заросшим невысокой травой. Такая же росла на обоих берегах. До леса с этой стороны переправы и с другой тоже прилично, спрятаться негде. Разве что в земле вырыты ямы, укрытые сверку щитами со свежим дерном – устроить засаду таким образом можно. Я крепко выругался про себя. Кажется, слишком уж усложняю.

– По карте до деревни полтора километра, – сообщил Кедр. Окно мини-карты отображало привычные для игроков единицы измерения. – Если быстро уберем лучников, то в деревне не успеют среагировать. Тем более прийти на выручку. Что думаешь, Джим?

– Примерно также думаю, – протянул я. – Но все равно…

– Предлагаешь искать переправу в другом месте? – зарычал хобгоблин. – Или вплавь переберемся на другой берег?

Я молчал. Довольного долго, пока Кедр не прервал мои размышления.

– Ну? Что надумал? Ты у нас специалист по игровой реальности!

– Идем через мост, – я, наконец, решился, – и сейчас. Пока здесь только два непися!

– Отлично! – хобгоблин оскалился. – Шестой и седьмой уровни! Затопчем их!

Затопчем! Я кивнул. Легко затопчем! Нет разумных оснований полагать, что споткнемся на двух неписях-лучниках с довольно слабыми по меркам «Новой жизни» уровнями. Но внутри что-то донельзя занудное и оттого противное повторяло, что мы совершаем ошибку.

Глава 8. Сестра

Мы готовы. Притаились за стволами деревьев. До открытого пространства, отделяющего наш отряд до переправы, всего с десяток шагов.

Скоро начинаем… Бормотун ударит огненной магией по двум охранникам у переправы, а я поддержу его – как только сблизимся с ними и мое заклинание «Проклятие некроманта» дотянется до неписей. Зара с изготовленным к стрельбе луком пойдет сзади. Задача девушки смотреть, чтобы никто не появился незамеченными в тылу или на флангах – в бой она вступать не должна, а если выстрелит из лука, то, значит, что-то пошло не так. Причем, сильно не так, как мы предполагали.

Я тихо выругался под нос. Опять накручиваю себя дурными предчувствиями.

– Джим! – шепотом окликнул меня Кедр.

Он в нескольких метрах справа, остальные хобгоблины за ним. Готовы сорваться с места в любой миг. План у нас простой – повторюсь, бежим до моста; Бормотун и я лупим на ходу магией, а спецназовцы максимально быстро сближаются с охранниками для рукопашки.

– Чего? – спросил я, хотя и так понятно, что нужно старшему спецназовцу.

– Когда начинаем? Пора бы уже, – прошептал Кедр, – пока у моста только двое.

Я закрыл глаза и произнес:

– Обратный отсчет. Три! Два! Один!.. Давайте!

Плохие предчувствия все еще терзали меня, но медлить нельзя. Мы вскочили, все разом. В три секунды миновали деревья, за которыми начинался луг, и побежали к мосту. Рослые хобгоблины легко вырвались вперед. Я оглянулся на Бормотуна – невысокий крепыш покраснел, словно рак, однако от меня и Зары не отставал.

Затрачено сил:

– 50 (25х2) [ 241/300 Усталость ] Бормотун

Колдун выпустил по неписям у переправы по огненному шару и почти сразу добавил еще пару файерболов.

Затрачено сил:

– 50 (25х2) [ 190/300 Усталость ] Бормотун

Крестьяне-неписи заметили нас – сразу, как с рук колдуна сорвались два первых огненных шара, и, не будь дураками, припустили к селу.

– Уходят, гады! – взревел Бормотун. Файерболы не достанут улепётывающих без оглядки лучников.

– Бежим! – крикнул я. – Не сбавляем шага!

Нужно проскочить переправу, пока она свободна. Сбежавшие неписи поднимут переполох в деревне, поэтому времени у нас в обрез.

– Не отставайте! – гаркнул Кедр, бросив взгляд через плечо.

Он и его банда преодолели треть расстояния до переправы. Несутся, как лоси! Но сильно от нас все же не оторвутся. Скоро все мы достигли переправы.

Затрачено сил:

– 97 [ 353/450 (+ 500 скрытно) Усталость ] Вы

Короткий спринт снизил индикатор усталости почти на сотню единиц.

– Чисто! – Кедр оглядывался по сторонам.

Возле моста только хобгоблины и мы. Бормотун хватал ртом воздух. Бег и магия отняли у него много сил. Зара тоже дышала тяжело, хотя девушке было заметно легче. Она настороженно смотрела в сторону деревни. Сбежавшие от нас лучники почему-то остановились. Они на безопасном расстоянии: ни магия, ни стрелы не дотянутся до них. А быстроногие хобгоблины все же недостаточно быстры, чтобы догнать до лучников – те без труда удерут вновь.

Но почему неписи не спешат к селу, чтобы известить о появлении чужаков? Я покачал головой. Странное поведение лучников очень и очень не нравилось.

– Идем, – я указал на противоположный берег. – Давайте скорей перейдем реку.

– Джи-и-им, – протянул Бормотун, – что-то странное происходит.

Колдун почувствовал неладное. Не знаю, каким образом он ощутил опасность, но Бормотун заговорил о чем-то странном прежде, чем у переправы, где топтался наш небольшой отряд, воздух озарился многочисленными вспышками золотого свечения.

Порталы! Сколько же их! Нас окружили! На обоих берегах реки из порталов выпрыгивали неписи – люди и орки. Самый низкий уровень, какой я заметил, был десятый. В основном ближе к двадцати! А порталов все больше! Половина выскочивших из них неписей застыла на нашем берегу, половина за переправой. Два десятка на этой стороне, и столько же за рекой.

Мы прижались к деревянным доскам моста и мрачно смотрели на направленное в нас оружие – на наконечники копий да на стрелы на вскинутых луках.

– Попались, – ровным тоном произнес Кедр.

Почему он столь спокоен? Я оглянулся на старшего хобгоблина. По его физиономии не скажешь, что Кедр нервничает, да и голос звучит спокойно. Черт! Черт! Черт! А Зара? Молчит, как я. Не знаю, что у нее внутри, только она и рта не раскрывает. Смотрит озлобленным зверьком на неписей, под которым пульсировали красным полупрозрачные круги.

Враги! Впрочем, друзья не направляют в тебя копья. Я выругался про себя. Можно ограничиться безмолвными проклятьями, потому как достаточно тех, какими сыпал широкоплечий колдун. Не смолкает ни на мгновение! Оправдывая свое имя, он что-то негромко бормотал. Обрывки фраз, которые иногда звучали громче остальных, не оставляли шанса нашим противникам. Но, увы, только на словах.

– Что делать, Джим? – спросил Кедр. – Наступил момент для оружия из нашего мира?

– Погодите, – ответил я, настороженно глядя на новую вспышку золотого света, возникшую за спинами неписей, которые подперли нас к деревянному мосту.

– Чего тянуть? – рыкнул хобгоблин – Пока проткнут железом?

– Да погоди ты! – я тоже огрызнулся.

Неписи не торопятся нас убивать, они чего-то ждут. Либо кого-то. Скорей всего этот кто-то вышел из только что появившегося портала.

– Как быстро сможете достать оружие?

– За секунду, – ответил Кедр. – Дай только знать.

– Погодите, – повторил я.

Неписи расступились.

Уровень: 39

Маг

Чернокнижник

Сиризай

Добро/Зло: 1

– На ловца и зверь бежит, – едва слышно произнес Кедр.

Что он имеет в виду? Я непонимающе уставился на старшего спецназовца.

– Джим, – Зара коснулась меня, девушка стояла рядом. – Ты видишь ее?

– Конечно. Не слепой.

Возглас Зары отвлек мысли от странной фразы Кедра. Я смотрел на волшебницу, а та, сложив руки на груди, оглядывала каждого из нас. Неспешно, с головы до ног. Я снова выругался про себя. Тридцать девятый уровень! Чародейка черной магии! Легко прихлопнет любого из нас. Да что там! Всех сразу! И не поморщится!

– Имя, Джим! – прошептала Зара. – Сиризай! Это «Айзирис» наоборот. Только буква «й» немного не там, где должна быть. Что это может значить?

– Да чтоб тебя! – на этот раз я выругался вслух. Зара точно подметила. Сиризай – это почти что Айзирис, если читать с конца имени темного… В смысле нового божества этого мира.

– И знаешь, что? – девушка схватилась за мою левую ладонь и крепко сжала ее.

Я изумленно уставился на Зару. Девушку трясло мелкой дрожью.

– Что случилось? Зара, ты вся…

Лучница перебила меня:

– Она моя сестра.

– Кто?

– Сестра. Я… Ничего не понимаю. Вижу надпись под ее именем.

– И там написано, что она твоя сестра? – хриплым голосом спросил я.

Что происходит? Я тоже ничего не понимал. Не вижу никаких дополнительных надписей. Какая сестра? В горле пересохло. Я не знал, как отреагировать на известие о сестре. Но, может, нас убьют не сразу? Потому что мы вместе с «сестрой» могучей волшебницы?

Маг сблизилась с нами неспешной походкой. Как же она похожа на Зару. Словно в самом деле старшая сестра с разницей в возрасте в десять лет. Только маг была темнокожа, отчего сходство с Зарой не сразу бросалось в глаза.

Внешность Сиризай была необычна прежде все тоном кожи – он был скорее темно-лиловым. Никогда не видел ничего похожего ни в жизни, ни в компьютерной игре. Иссиня-черные волосы несколькими бредами – тугими плетенными косами, их называют африканскими – были прижаты к голове и, заведенные на затылок, опускались на голые плечи несколькими утончившимися косичками.

Чародейка была в одежде из черной кожи. В сапогах на каблуке выше среднего, в штанах и куртке с открытыми плечами и декольте. Сверху куртка держалась на серебряных цепочках, накинутых на голые плечи. Руки в перчатках, тоже из черной кожи, и с открытыми кончиками пальцев, а сами пальцы увенчивались длинными ярко-красными прямыми когтями. Да… Именно когтями!

Склонив голову на бок, волшебница смотрела на нас красными зрачками. Остановившись в пяти шагах от нас, маг указала когтем на Зару.

– Подойди! – потребовала чернокнижница. – Ты!

Девушка посмотрела на меня с немым вопросом и страхом в глазах.

– Иди, – прошептал я.

Мы в полной власти неписей и ничего не сможем противопоставить Сиризай. Разве что автоматы спецназовцев ее удивят, но нет уверенности, что необычное оружие справится со сворой окруживших нас неписей, во главе которых высокоуровневая волшебница. Если… или когда они атакуют, мы огрызнемся и постараемся дороже продать свои жизни. Однако прямо сейчас нас не убивают, и мы не убиваем в ответ.

– Слушай ее.

Зара кивнула и шагнула к магу. Когда до волшебницы осталось пару метров, Сиризай выставила вперед ладонь.

– Замри! – потребовала она.

Волшебница долго, две или три минуты, безмолвно оглядывала Зару. Девушка то и дело вздрагивала. Опустив взор, она делала вид, что не замечает чернокнижницу.

– Сестра, – задумчиво произнесла маг. – Сестра… Вот уж не думала, что так быстро встречу сестру.

Меж неписей пронесся смешок, который через миг перерос бы в смех, но хватило лишь вскинутой брови Сиризай, чтобы выскочившие из порталов люди и орки заткнулись.

– Посмотри на меня, – велела чернокнижница.

Зара подняла взгляд.

– Кто из них с тобой? – спросила волшебница и недобро оглядела меня, Бормотуна и хобгоблинов. – Этот бородатый?

Сиризай указала на колдуна. Наверно, потому что он единственный из нас являлся неписем. Он такой же, как Зара и все прочие, кто устроил засаду на переправе.

– Нет, – Зара вздохнула и поспешно добавила. – Я хотела сказать, что он со мной и остальные тоже.

– Так, значит? – кивнула волшебница. – Ты меня разочаровываешь. Я уж было обрадовалась, что прикончим столько чужаков. Но ты заявляешь, что они с тобой!

Чернокнижница окинула взором своих головорезов. Это было знаком, что смеяться разрешается. Неписи расхохотались. Скалились, пока волшебница вновь не подняла бровь. Люди и орки мгновенно заткнулись. Как они замечают, что на лице Сиризай?

– Все с тобой? – чернокнижница обратила свой взор на Зару. – С тобой? Говори! И лучше не расстраивай меня! Больно кровушку пустить хочется.

Слова мага не были пусты. Я почувствовал, что она в самом деле желает наших смертей. Ей доставляло удовольствие наблюдать за чужой смертью. Сиризай любила убивать людей-игроков.

– Они все со мной! – с неожиданной твердостью в голосе сказала Зара.

– Жаль, – произнесла Сиризай, – я расстроена. А если убью только его?

Чернокнижница взмахнула рукой, нацелив на меня красный коготь. Я похолодел. Первой мыслю было схватиться за меч, но благоразумие и, признаюсь, страх не позволили взяться за клинок и тем самым спасли мне жизнь.

– Я так и знала, – рассмеялась волшебница. – Видела бы ты свое лицо… сестра.

Назвав Зару сестрой, маг задумалась.

– Не бойся, – встрепенулась она, – я не стану убивать шута. По крайней мере, сейчас. А ты пойдешь со мной в деревню, и остальные тоже пойдут.

Глаза чернокнижницы сузились, она бросила злой взгляд на игрока в обличье шута, то есть на меня. Потом на горожанина и хобгоблинов.

– Но только попробуй, сестрица дернуться! Быстро пожалеешь! – маг не смотрела на Зару. – Остальных это тоже касается.

Маг вскинула указующий перст, дабы привлечь к себе внимание, что было совершенно излишне. Все и так внимательно следили за ней.

– Этих тоже в Соловьи! Оружие не отнимать! Не трогать их! В карманы не лезть! Но смотреть в оба!

Сиризай крутанулась на каблуках и направилась к деревне. Бросив на меня жалобный взгляд, Зара поспешила за волшебницей. Девушка ступала в двух шагах от нее. Мы двинулись следом. Шли по двое – так нам велели. Слева от меня был Бормотун, за спиной двигались хобгоблины. Все мои спутники были предельно мрачны, я же позволил себе усмехнуться.

– Чего рот тянешь? – Бормотун ткнул меня локтем. Колдун заметил мою улыбку.

– Радуюсь, что живы.

– Зато попались, как караси в сети, – бородач вставил пару крепких словечек и добавил. – Надеюсь, твоя радость не окажется недолгой.

– Я тоже на это надеюсь.

Бормотун посмотрел на меня исподлобья, точнее на мою новую ухмылку, и махнул рукой.

– Чтоб тебя, Джим! – рыкнул Бормотун, но на том и замолк, а ведь мог добавить несколько красочных словес.

Прошли мимо неписей-лучников. Они снова возвращались к мосту и громко рассуждали, сможет ли выдержать удар топора деревянный щит, если обтянуть его шкурой хобгоблина?

– Спокойно! – приказал своим Кедр.

Лучники с переправы издевательски заржали, когда поравнялись со спецназовцами, однако те держали себя в руках, они даже слишком спокойны, и будто не заметили двух издевающихся над ними неписей. Приманка, на которую мы клюнули. Чего теперь дергаться?

Солнце начало припекать. Шли вдоль русла реки, на небе ни облачка, и давит сверху уже прилично. Хорошо, что на мне шутовской наряд, а не доспехи. Не изжарюсь. Колпак защитит от солнечного удара. Хм… В «Новой жизни» можно схватить солнечный удар? Раньше никогда не задумывался об этом, а теперь, вот, стало любопытно. Я забивал голову всякой ерундой, чтобы отвлечься от мыслей о ближайшем будущем и от донимавшего меня вопроса, почему Зара и Сиризай увидели друг в друге сестер.

Ничего не понятно, нет даже догадок, что происходит. Ясно лишь то, что все очень плохо – мы в плену. Я выругался и услышал одобрительный возглас Бормотуна, за которым последовало витиеватое сетование на жару. Не один я страдаю.

Дошли до крепкого и высокого, в два человеческих роста, деревенского частокола. Миновали тяжелые ворота, какие выдержат не один удар тарана, и обнаружили, что деревня Соловьи была таковой только по названию.

– Настоящий военный лагерь! – присвистнул Кедр.

Он прав. По-другому не сказать. Внутри частокола полно вооруженных неписей – в основном люди и орки, но есть и гномы. Эльфы тоже тут! Я только что заметил группку перворожденных у деревянной лавки со связками стрел. Здесь сотни неписей, и у подавляющего большинства уровень выше двадцатого, а у некоторых перевалил за третий десяток. Низкоуровневых почти нет.

– Что за чертовщина? – пробормотал колдун. Бормотун никак не ожидал узреть вместо привычных деревенских дворов с редкими по дневной жаре обитателями набитый, почти как бочка с селедками, лагерь.

Занят каждый дом, каждый пустующий клочок земли. Почти нигде нет женщин и совсем не видать детей. Вооруженные на разный лад неписи спят, чинят снаряжение или затачивают оружие. Тренируются, кашеварят, шьют, стирают. Несут, тащат, получают тумаки и раздают оплеухи. Орут и почтительно замолкают, когда видят Сиризай.

Добрались до центра то ли деревни, то ли военного лагеря. Волшебница и Зара в сопровождении трех вооруженных до зубов орков скрылись в большой избе – просторном деревянном доме на высоком цоколе. Почему-то не было ощущения, что Заре угрожает опасность. Она сестра здешней предводительницы-чародейки. Знать бы, что за родственная связь такая?

Нас отвели дальше и посадили на траву возле глухой стены. Под солнце.

– Жарко, – Бормотун протер взмокшую лысину. – Воды принесите, мучители!

Подле нас осталось трое неразговорчивых неписей: двадцать первого, двадцать второго и двадцать седьмого уровня. Два с луками, один с копьем. Может быть, с ними и справились бы, но вокруг еще целое войско, да Зара в заложниках у мага.

– Воды, – опять попросил Бормотун.

Снова без ответа. Я покосился на Кедра. Он и его хобгоблины сохраняли полное спокойствие – это казалось ненормальным и будило подозрения. Да еще слова старшего спецназовца о ловце и звере. Что он имел в виду?

– Вода! – прохрипел Бормотун и растянулся в улыбке.

Нам принесли две бадьи с ледяной колодезной водой и горячую кашу. Вот уж, чего я не ждал, так кормежки! Похоже, убивать нас не торопятся.

Первая же отправленная в рот порция каши вернула утраченные с голодухи пункты здоровья.

Восстановление здоровья:

+ 2 [ 580/580 (+ 500 скрыто) Здоровье ] Вы

– Жизнь-то налаживается! А, Джим? – Кедр засунул полную ложку в рот.

– Налаживается, – хмыкнул я.

– Не сглазьте, – буркнул Бормотун.

Колдун прав, не стоит торопиться с выводами. Через час после нежданного обеда нас привели к дому Сиризай. Волшебница и Зара стояли на широком крыльце. Внизу перед ступеньками, по которым сейчас спускалась маг, застыли двенадцать неписей с обнаженными мечами. Я посмотрел на Зару. Девушка была взволнованна, но не испуганна. Скорей всего прямо сейчас убивать нас не будут. Только для чего эта нарочитая демонстрация силы? Зачем оголили клинки?

Сиризай подошла к нам. В руках волшебницы лежал выбеленный человеческий череп.

– У меня предложение для вас, – маг заговорила без предисловий. – Если откажетесь, то умрете.

Глава 9. Триггер

Чародейка подняла череп над собой. Волшебница держала его на вытянутой руке.

– Если солжете, – Сиризай кровожадно оскалилась, – он убьет вас!

В темных глазницах выбеленного черепа вспыхнули красные огоньки, а окружавшие нас неписи шумно выдохнули – и дюжина орков с обнаженными клинками, и подступившие к крыльцу дома Сиризай бойцы из ее разноплеменного войска. Их было уже много: несколько десятков неписей рядом с нами; все они уставились на белый череп на вскинутой руке чародейки и ждали представления.

Обломятся! Я мысленно выругался. В озлобившемся мире только одно представление волнует его обитателей – когда пускают кровь. Я не собирался становиться участником данного шоу и тем более гвоздем номера. Поэтому молчал, а если надо будет говорить, то уж постараюсь не попасть впросак.

Но представление откладывается. Волшебница опустила руку с черепом и недовольно оглядела собиравшуюся толпу. Неписи сделали вид, что случайно оказались у дома чародейки, и немедленно побрели по своим очень нужным и важным делам. Чародейку здесь боялись. Взор Сиризай вернулся к пленникам.

– Это он? – волшебница ткнула в мою сторону указательным пальцем и обернулась к Заре. Дабы видеть ее, когда девушка ответит.

– Он, – кивнула Зара и попыталась ободрить меня улыбкой.

Я нахмурился. Я это я, и мне не нравится, когда ты в плену, и вдруг твоей персоной интересуются. Оружие по-прежнему у нас, но слишком уж не равны силы.

– А это другой? – Сиризай кивнула на Кедра.

Зара подтвердила. Уж не знаю, что Сиризай желала получить от старшего спецназовца, но тот сохранял полное спокойствие. Он был невозмутим.

– Ведите их за мной, – произнесла волшебница и направилась в дом.

Зара взглянула на меня и поспешила следом за чародейкой, а от дюжины орков отделилось трое. Мне и Кедру велели отступить от наших спутников и подняться в дом. Старший спецназовец знаком велел своим не шуметь и вопросительно посмотрел на меня.

– Пошли, – я пожал плечами.

Надо идти, тем более орки с оголенными клинками выражают явное неудовольствие нашей медлительностью – и те трое, что подошли ко мне и Кедру, и остальные тоже.

– Ни пуха! – бросил вслед Бормотун, когда я пригнул голову, чтобы войти в невысокую деревенскую дверь.

Дом на приличном цоколе и с резным крыльцом, а дверь все равно низкая. Нелепо смотрится для зажиточного, богатого деревенского владения. Художники в свое время переусердствовали, хотя… Какое мне дело до ляпов дизайнеров? А если так и надо?

– К черту! – махнув Бормотуну, я нырнул в темный дверной проем.

Думал, что внутри будет тесно, темно и душно, однако дом чародейки, напротив, был полон солнечного света и прохлады. Внутри оказалось просторно. Нас встретила непись-эльфийка, одетая небогато, но со вкусом – белая рубаха почти без вышивки, заправленная в темно-зеленые штаны-шаровары. На ногах мягкие сапоги; на поясе ремень, на нем в ножнах два кинжала.

Все характеристики эльфийки были скрыты, даже имя. Странно все это.

Сиризай и Зары здесь уже не было. Эльфийка жестом пригласила меня и Кедра следовать за ней. Трое орков, тоже зашедших в дом, остались в сенях. Лишь глядели мрачно и многообещающе – если будем вести себя в гостях неподобающим образом, то быстро пожалеем об этом.

Кедр покачал головой. Спецназовец нашел здешние порядки преступной беспечностью, да только зря хобгоблин сетует на халатность неписей. Мы… то есть мой седьмой уровень и его двенадцатый – это считай ничто по сравнению с тридцать девятым уровнем мага-чернокнижницы Сиризай. Можно не дергаться и лучше не провоцировать хозяйку дома. Но безропотно принимать уготованное чародейкой я тоже не собирался.

– Еще повоюем, – сквозь зубы процедил я.

Эльфийка проводила в просторную горницу. В главную комнату деревенского дома с полудюжиной небольших окон на двух дальних от двери стенах. Под окнами стояли лавки, перед ними столы, а за теми снова лавки. Столы и лавки также были у двух других стен. Видно, горница использовалась как большая трапезная, где Сиризай собирала своих приближенных, дабы угостить, а потом посоветоваться или огласить свое решение.

Чародейка устроилась за широким столом. Она сидела, как на троне – у стены не было лавки, там стоял расписанный красной и желтой краской деревянный стул с высокой спинкой. Перед Сиризай на белой скатерти разложили блюда с простой, но очень аппетитной на вид едой, а также несколько кувшинов. Выбеленный череп с темными глазницами, в которых больше не пылали красные огоньки, покоился на столе справа от волшебницы. Сиризай постукивала по нему когтями правой руки. Перчатки на ней не было, она валялась рядом с черепом.

Честно говоря, тот не производил на меня заметного впечатления. Череп и череп – подумаешь! Гораздо сильней волновал вид разложенных на столе яств. Жареная рыбка, тушеные овощи, квашеная капуста, отварной картофель и несколько видов пирогов на расставленных перед нами тарелках.

В животе громко заурчало. Мы ели-то с час назад, но каша была пустой и несытной. Глядя на разложенную аппетитную снедь, я снова проголодался. Чтобы отвлечься от мыслей о вкусной еде, покосился на Зару. Девушка разместилась за соседним пустым столом. Зара смотрела на нас, лицо девушки ничего не выражало. Зато многозначительно хмыкнул Кедр – то ли нас пригласят к столу, то ли вздумали пытать видом трапезничающей Сиризай.

Эльфийка, которая проводила к чародейке, исчезла из горницы.

– Садитесь, – велела Сиризай и окинула меня и хобгоблина оценивающим взором. – За мой стол садитесь. Напротив! Говорить будем.

Я и Кедр переглянулись. Говорить? Ну, можно и поговорить. Всяко лучше, чем многое другое, что можно сделать с пленниками. А оружие по-прежнему при нас, и рядом с Сиризай никого нет…

– Не вздумайте свои игрушки достать! – сощурившись, волшебница перевела взор с Кедра на меня.

Словно мысли читает! Что мы можем против ее тридцать девятого уровня и магии? Я мысленно выругался и шагнул к столу, за которым уже располагался Кедр.

– Ты! – Сиризай кивнула Заре. – Сестра! Ты тоже давай к столу! Садись рядом с ними.

Зара поспешно поднялась со своего места и уселась слева от меня. Справа на лавке застыл все также невозмутимый Кедр. Я оказался прямо напротив чародейки.

Сиризай усмехнулась, глядя на меня, и выдала:

– Вот ты какой, северный олень!

Чародейка рассмеялась. Я изумленно таращился на нее. Откуда ей знать про подколки из реального мира? Компьютерные персонажи, даже обретшие личность, не выражаются подобным образом, если только программисты не вкладывают в их уста такие словечки. Но Сиризай явно понимает смысл только что произнесенной фразы. Неужели она тоже побывала в нашем мире? Как Зара? И тоже получила воспоминания реального человека?

– Ну и видок у тебя, Шарапов! – продолжила чародейка.

Нет! Не была она у нас! Прокололась! Я только что понял это. Сиризай понимает, что говорит, но цитирует фразы дословно. Мы говорим иначе.

– Ну и рожа у тебя, Шарапов, – в моей версии известная фраза прозвучала так, как произносят ее обычные люди в реальности, а не таким образом, как она звучит в старом кинофильме.

– Что? – усмешка сползла с лица Сиризай.

– Ну и рожа у тебя, Шарапов. Так правильно, – ответил я.

– В самом деле? – волшебница отмахнулась и улыбнулась.

На этот раз улыбка была неуверенной. Неписи обрели настоящую личность и эмоции, как у реальных людей – они тоже теперь ошибаются и чувствуют неуверенность. Но в чем-то они остаются машинами, и точная цитата заезженной фразы выдает их.

В Сиризай не было воспоминаний человека. Однако чернокнижница многое знает о реальном мире, в этом нет сомнений, и хорошо понимает его. В «Новой жизни» мало таких неписей, в этом я также был уверен; а еще в том, что Сиризай очень непростой персонаж. Волшебница хмурилась и снова разглядывала меня.

– Так это действительно он? – Сиризай обратилась к Заре.

Девушка кивнула и посмотрела в окно. Как будто боится встретиться со мной взглядом!

– Трудно поверить, что он смог сделать это, – чародейка покачала головой. Она по-прежнему пытливо рассматривала меня.

Сперва было все равно, как долго Сиризай таращится на меня, но слишком уж цепкий у нее взгляд. Да… Не нравился мне ее взгляд.

– Он? – вновь с явным сомнением в голосе спросила чародейка. – Точно он?

– Он, – Зара упрямо поджала губы. – Это он. Ручаюсь за…

– Ах, оставь, – волшебница откинулась на спинку стула. – Мне все известно.

Теперь захотелось выругаться вслух. Я не имел понятия, что Сиризай выпытывает у Зары – ясно лишь, что это каким-то образом связано с моей персоной – но для чего весь этот цирк с многозначительными вопросами и поглядыванием в мою сторону?

– Вы ешьте, – Сиризай включила режим добродушной хозяйки. – Ешь и ты, сестрица, откушай, не побрезгуй.

Чародейка хлопнула в ладоши, дабы обратить на себя внимание.

– Кушайте. Не бойтесь! Не отравлю! Есть куда более простые способы покончить с вами, – пока Сиризай говорила, голос волшебницы становился все более угрожающим, а взгляд тяжелел.

Столь быстрые перепады настроения у собеседника всегда беспокоили меня. Как бы не оказалось, что у чернокнижницы не все в порядке с головой, и мы полностью в ее власти.

– Я поем, – начал Кедр, – а мои люди?

– Твои «кто»? – Сиризай склонила на бок голову. Будто сильно удивилась.

– Мои люди, – повторил спецназовец.

– А-а! Твои хобгоблины! – рассмеялась чародейка. – Их тоже покормят! Но лучше расскажи, ты принес ответ на мое предложение?

– Нет, – Кедр был не многословен. – Моя группа экстренно вошла в игру. Никаких указаний мы не получали. Мы даже не знали, где вас искать. Связь налаживалась другой группой.

Сиризай больше не улыбалась, веселье напрочь оставило ее.

– Айзирис уничтожила их, – прошипела чародейка. – Она думает, что сможет мне помешать! Но еще посмотрим, кто кого!

Сиризай устремила в пустоту озлобившийся взор. Она смотрела мимо нас, словно мы перестали существовать для нее, но не она для меня. Я изумленно смотрел на волшебницу, потом перевел взор на Кедра и Зару. Девушка тоже потрясенно таращилась то на Сиризай, то на хобгоблина. А спецназовец в обличье хобгоблина снова был невозмутим.

О чем говорят непись и спецназовец? Выходит, спецслужба уже установила связь с Сиризай, а меня и Зару используют в темную для каких-то неведомых нам целей? Что вообще тут творится? Что происходит? Я начал вскипать. Еще немного и сорвусь.

– Ну, раз моих людей покормят, – совершенно невозмутимо произнес Кедр, – то и я, пожалуй, подкреплюсь.

Кедр покосился на меня, потом на Зару и добавил:

– Вам я тоже это советую, – хобгоблин взялся за пироги и спустя пару ударов сердца добавил плотно набитым ртом. – Ешьте, пока дают.

– Лишь бы не закормила до смерти, – пробормотал я. Ели мы все же недавно.

– Лучше закормить, чем запытать, – усмехнулся Кедр.

– Послушайте мудрого совета, – воскликнула волшебница и снова покосилась на меня.

– Что от нас нужно? – я решил, что пора прояснить происходящее. Хоть немного! К еде я не притронулся.

Непись-чародейка довольно осклабилась. Она будто ждала моего вопроса.

– Хочешь спросить, что нужно от тебя? – поинтересовалась Сиризай.

– Хочу, – произнес я и выругался про себя.

Слишком часто в последнее время я ругаюсь. Но дела таковы, что без крепкого словца не обойтись. Нужно понимать, что нас ждет, и, кажется, прямо сейчас чародейка готова обрисовать мое положение.

– Помнишь нож вампира?

– Что? – я растерялся. Почему Сиризай вспомнила про него?

– Нож вампира. Ты мог убить им Кощея либо впустить его в Мадервиль. На твой выбор.

– Я хотел убить вампира!

– Это было потом, – оскалилась Сиризай, – но сначала ты впустил его в город, а вместе с ним сила Айзириз полностью овладела этим миром.

Непись напротив меня не должна знать и не может знать, что случилось в Мадервиле. Тогда я открыл для богини тьмы путь в «Новую жизнь», сломав последние барьеры между нейросетью и игрой. Айзирис – зримое воплощение нейросети – перехватила управление над серверами и программным кодом «Новой жизни»; и в этом я сыграл не последнюю роль. Все это хорошо известно спецслужбе, которая арестовала меня в реальности и снова бросила в игру. Подробности известны и Заре. Но откуда знает Сиризай?

Могла ли Зара все рассказать своей новообретенной «сестре»? Вряд ли. Зара как будто не до конца уяснила, о чем сейчас разговор – она растеряна, по меньшей мере выглядела таковой. А расскажи Зара пленившей нас чародейке все, что знает сама, то явно понимала бы, что происходит.

– Откуда ты… – охрипшим голосом произнес я, но чернокнижница не дала мне закончить.

Сиризай расхохоталась. Смех был полон издевки. Подумалось, что Сиризай сейчас вскроет карты – уж больно картинно села чародейка на своем деревянном троне, словно собралась речь толкнуть – так и оказалось.

– Нож вампира – это триггер, который ты активировал. Он запускает особые алгоритмы в «Новой жизни». Нож полностью открыл код и сервера для управляющей нейросети.

– Да как ты… – едва слышно прошептал я, уставившись на чародейку. – Откуда ты все это знаешь?

– После активации триггера он навсегда связан с твоим персонажем. В твоем коде появились новые строки, ты тоже стал частью триггера,– продолжала Сиризай, – и этот триггер перестал быть нужен Айзирис. Поэтому она вышвырнула тебя из игры.

Триггер? Я часть триггера? Вот о чем говорила Айзирис после моего возвращения в «Новую жизнь»!

– Айзирис выкинула меня из виртуальности, а могла бы убить, – констатировал я, и оказалось, что ошибся.

– Не могла, – возразила Сиризай.

– Почему?

– Потому что тогда не могла, – сказала чародейка, – но сейчас может.

Сиризай вновь рассмеялась, разглядывая мою физиономию. Я надеялся, что бесстрастен. Нечего читать на моем лице чувства! А внутри-то все бурлит! Прямо сейчас раскрываются многие мучившие меня вопросы. Но насколько можно верить неписю? Насколько достоверно услышанное?

– Не могла, а сейчас может? – повторил я. – Почему?

– Прими это за данность, – ответила Сиризай.

– А Зара?

– Ты же знаешь, она уязвимость.

– Опасная для нейросети уязвимость. Зару тоже нельзя было убить, поэтому Айзирис вышвырнула ее из «Новой жизни»?

– Ну, почему же, – протянула Сиризай, – богиня могла убить Зару, но в этом случае существовала вероятность неблагоприятных последствий уже для нейросети. Вот отчего Зара тоже была вышвырнута из игры.

– Теперь же Зару убить можно? – спросил я.

Девушка вздрагивала каждый раз, когда упоминалась ее гибель.

– Убить? – переспросила Сиризай.

Я кивнул, подтверждая вопрос, однако волшебница заговорила об ином.

– Все неизвестные переменные Айзирис уже выявила – последствия полностью просчитаны, – чародейка вскинула бровь. – Наша богиня теперь легко разделается с Зарой.

Я с откровенным сомнением посмотрел на Сиризай. Если всемогущему божеству этого мира нужна Зара, то зачем просит привести девушку к себе. Айзирис и так управляет всем и вся в «Новой жизни».

– Знаю, о чем ты подумал, – непись-волшебница зло посмотрела на меня. – Но здесь Айзирис не дотянутся ни до Зары, ни до меня.

– Здесь? Это где? – поинтересовался я. Сиризай после Зары упомянула себя. С чего бы? Но после это выясним, пусть чародейка ответит на первый вопрос.

– Здесь – это Темнолесье!

В глазах чародейки что-то сверкнуло. Или мне показалось?

– Глухая, конечно, локация… – начал я.

– Дурак! – вспылила чародейка. – Темнолесье – это особая локация. Защищенная от прямого администрирования. Айзирис не всесильна здесь! Она может лишь прислать кого-то, чтобы разделаться с Зарой!

Я догадался, к чему клонит Сиризай.

– Либо она сговорится с кем-нибудь или заставит кого-нибудь привести к ней Зару. Либо еще кого-нибудь! Не важно! Главное – выдернуть Зару из Темнолесья!

– А если мы просто спрячемся здесь? – я выдал первое, что пришло в голову.

– Точно дурак, – Сиризай покачала головой, – а по рассказу сестры у меня сложилось лучшее мнение о тебе.

– Он просто не понял! – встряла в разговор Зара.

– Неужели? – чародейка сложила на груди руки. – Тогда он сам додумается или ему сказать, что сюда можно прислать наемных убийц, сильного колдуна или войско? Ну, Джим, рассказать тебе про это?

– Нет, – я покачал головой. Разумеется, в Темнолесье можно прислать кого-нибудь за Зарой или Сиризай. Но отчего чародейка постоянно говорит, что тоже нужна новоявленной богине? Я прямо спросил об этом.

– Да потому что твоя Зара – только часть уязвимости. Вторая часть опасного кода во мне! – Сиризай ударила кулаком в сердце. Я тоже воплощение богини! И одновременно опасность для нее!

Вот оно что! Вот почему чародейке столь много известно об Айзирис! Видимо, в этом воплощении воплотилось гораздо больше от божества, чем в Заре!

– Что теперь?

– Дурак! – Сиризай снова оскорбила меня. – Реальная опасность для нейросети наступает, когда две части уязвимости дополнят друг друга. Но сперва должен сработать триггер. После случившегося в Мадервиле этот триггер состоит из двух компонентов – из тебя и ножа!

Чародейка ткнула в мою сторону указательным плацем с длинным когтем!

– Ты найдешь нож вампира в Мадервиле! Заполучишь его! А после по Айзирис ударим я и Зара! – глаза чародейки сузились – Ты прямо сейчас дашь ответ. Ты поможешь нам?

Тон Сиризай не предвещал ничего хорошего в случае моего отказа. Но я не собирался помирать раньше времени.

– Помогу, – ответил я.

– Отлично!

Сиризай довольно хлопнула в ладоши. Она улыбалась: у чернокнижницы вновь переменилось настроение.

– Теперь, – продолжила Сиризай, – выслушаем гостей из внешнего мира. А потом разделаемся с Бормотуном! Он должен умереть!

Я ослышался или Сиризай и вправду назвала имя нашего друга?

Глава 10. Условие

– Приведи Бормотуна, – чернокнижница обратилась к эльфийке, появившейся в дверях горницы.

Эльфийка ускользнула на двор. Зара и я растерянно переглядывались. Я, конечно, пытался держать себя в руках и не выдать, что творится внутри, но взгляд, наверно, выдавал. Я лихорадочно осматривал комнату. Сам не знаю, что искал. Я запаниковал. Черт! Сиризай собирается убить Бормотуна!

– Что вы должны сообщить? – волшебница вдруг пристально воззрилась на хобгоблина.

– Я должен сказать, – Кедр отставил от себя тарелку с рыбой, – что мы устанавливаем пятый контакт.

– А я должна ответить, – произнесла Сиризай, – что принимаю гостей от вашей… хм… организации не в пятый, а в четвертый раз.

Спецназовец и волшебница удовлетворенно кивнули друг другу. Они обменялись паролями! Спецслужба успела установить контакт с Сиризай, которая является реальной и, возможно, единственной угрозой для нейросети, контролирующей «Новую жизнь»… Единственной, если не считать Зару – я поправил себя – они могут выбить Айзирис из игры только вместе.

– Признаюсь, не ожидала, – продолжила Сиризай, – что вы пришлете сюда Зару. Предыдущие связные говорили только о триггере и обещали, что мне расскажут, как обойтись без второй части кода уязвимости. Однако я вижу здесь свою сестру.

Волшебница метнула на девушку взгляд. Чародейка смотрела на нее лишь мгновение, и я не смог уловить, что же было во взоре чернокнижницы. А! Неважно! Жизнь Бормотуна я не отдам!

– Насколько мне известно, – начал Кедр, – вторая часть кода оказалась в наших руках случайно, и действительно, наши специалисты искали способ обойтись без него.

Я мысленно выругался. Козлы! В спецслужбе что-то мутят! Помню, как уговаривал направить Зару в «Новую жизнь» вместе со мной. Но они ведь знали, что Зара является уязвимостью для Айзирис! Похоже, они собирались приберечь вторую часть кода для себя! Однако что-то пошло не так. Я полагал, что их убедило мое красноречие, но по какой-то причине планы были изменены, и Зара направлена в «Новую жизнь». Меня тоже кинули в игру – потому что я триггер.

– Искали способ, но не нашли. Так мне говорили, – Сиризай сузила глаза, она смотрела на Кедра. – Постоянно уверяли, что вторая часть кода вам недоступна. Про триггер тоже говорили. Дескать, он появится в моем распоряжении через несколько дней.

Волшебница хлопнула в ладоши.

– Но случилось чудо! Мои люди взяли и триггер, и вторую часть кода, и вдобавок нового связного вместе с группой прикрытия. Как так получилось?

Кедр взял паузу. Он тоже пристально посмотрел на Сиризай и продолжил после очередного обмена взглядами.

– Мне известно немногое, – произнес старший спецназовец. – Мы были экстренно направлены в «Новую жизнь» вместе с триггером и второй частью кода.

Сука! Я злился на Кедра. Как он заговорил! Я всего лишь «триггер», а Зара «вторая часть кода».

– Нам не довести, где вас искать. Не успели ввиду особых обстоятельств. Моей задачей является прикрытие Джима и Зару. Затем я должен найти вас и установить связь. Это все.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.