Стейси Савицки
Не могу забыть тебя

Глава 1

Анаис

Каждый человек выстраивает в голове свою идеальную жизнь и делает все, чтобы к ней прийти. Иногда все дается легко, а иногда нужно постараться и приложить все свои усилия. И это не зависит ни от социального положения, ни от материального, ни от статуса в обществе. Все зависит только от обстоятельств, которые преподносит нам жизнь. Кто-то ломается под ними и перестает двигаться по намеченному пути, а кто-то несмотря ни на что пробирается через тернии к тем самым звездам, о которых так долго мечтал.

– … Анаис Холл, специально для телеканала ESPN.

Я отношу себя ко вторым. Я добилась всего, о чем могла только мечтать последние 8 лет. Я прошла через самый настоящий ад и у меня получилось оставить все в прошлом. Я долгие годы не могла закрыть ту дверь, но благодаря полному погружению в учебу и поддержке близких людей мне удалось это сделать. Они окончательно залечили мои раны, и теперь я с уверенностью могу сказать, что я добилась всего, о чем мечтала.

– Отлично, съемка закончена, – объявляет оператор.

Я хватаю свои вещи и покидаю студию. На сегодня мой рабочий день не закончен, вечером эфир с разбором футбольных матчей этого дня. Ну а пока у меня есть пара часов чтобы пообедать и просмотреть хайлайты уже завершенных игр. Захожу в гримерку, чтобы переодеться, но в проходе сталкиваюсь с главным редактором отдела.

– Мистер Дьюк, простите, – обращаю я внимание на пятно на его рубашке. – Я не заметила вас.

– Все в порядке, – улыбается он. – Это всего лишь вода.

Я беру свою сумочку, нахожу пачку салфеток и протягиваю ему.

– Благодарю, – его лицо приобретает серьезный вид. – У меня есть к тебе разговор, зайдешь завтра перед эфиром?

– Да, конечно.

– Отлично, мы будем тебя ждать.

Мы? Что значит мы?

Но я не озвучиваю этот вопрос лишь, а улыбаюсь ему на прощание.

Отлично, либо у меня большие проблемы, либо очень большие проблемы.

Выхожу из здания и меня окутывает прохладный осенний ветер Нью-Йорка. Несмотря на то, что на улице конец сентября погода продолжает радовать нас солнцем, правда оно совсем не греет, но это не важно. Сейчас я радуюсь каждому лучику, который успеваю словить.

Подхожу к своей машине и замечаю записку, лежащую за дворником.

«Прошу прощения, 

Мой менеджер оплатит все расходы.

Связаться с ним вы можете по этому номеру телефона!

Еще раз извиняюсь, я очень сильно спешил»

Осматриваю переднюю часть машины и не понимаю, о чем идет речь, но, когда обхожу ее сзади, все вопросы моментально исчезают. Разбитая фара и небольшая вмятина в левой части бампера все прекрасно объясняют.

– Отлично, лучше не придумаешь! И какой урод это сделал?

Вспоминаю о номере телефона на записке и отправляю на него гневное смс-сообщение.

Я: «Я не знаю кто вы, но ваш подопечный разбил мне машину! Передайте ему что лучше бы он лично представился, а не оставлял записки на лобовом стекле! Сумму ущерба сообщу позже, надеюсь при личной встрече!»

Хорошее настроение разбилось, как фара моего автомобиля, и весь путь до дома я проклинала неизвестного засранца, ударившего мою машину.

Подходя к дверям квартиры чувствую аппетитный запах, и живот мгновенно напоминает мне, что за весь день я съела лишь сэндвич и выпила чашку кофе, а на часах уже время ужина.

Не успеваю закрыть входную дверь как в прихожей появляется человек, который привнес в мою жизнь все то, чего мне так не хватало.

– Мне кажется на этот потрясающий запах сбегутся все соседи.

– Придётся их расстроить так как ужин только на двоих, – целует он меня.

– Не хочу ссориться с соседями, но сегодня им ничего не видать, – целую его в ответ.

С Кевином мы познакомились 3 года назад, он был ассистентом профессора литературы и так получилось, что наше общение переросло в что-то большее. Наша встреча произошла совершенно случайно, я столкнулась с ним в коридоре, когда он опаздывал на свою первую пару в качестве помощника. А затем оказалось, что это пара литературы, на которую я также опаздывала.

– Что так потрясающе пахнет? – следую я на кухню.

– Твоя любимая паста, – улыбается он, проходя за мной.

– Нужна помощь?

– Ни в коем случае.

– Точно? – обращаю я внимание на кастрюлю с чем-то сгоревшим.

– Да, точно, – настаивает он.

Пожав плечами, дарю ему еще один поцелуй и выхожу из кухни. Кевин работает в одном из издательств редактором, он правит уже отобранные для печати книги. По большей части работает он дома, поэтому я не беспокоюсь о том, что однажды в моем холодильнике повеситься крыса или в один день меня будут встречать тараканы. В отличие от него я дома бываю не так часто, я либо пропадаю в студии, либо разъезжаю по стране. Мы часто ссоримся по этому поводу, но я ничего не хочу менять. Я обожаю свою работу и отдаю ей всю себя.

Быстро сменив рабочую одежду на что-то более домашнее и удобное, я возвращаюсь на кухню. Проходя мимо гостиной, по традиции, обращаю внимание на потрясающую вид, открывающийся благодаря панорамным окнам и 36 этажу. Эта квартира ничем не примечательна, постельные тона и простенький дизайн делают ее обычной, и только вид в гостиной придает ей ту самую изюминку, перед которой я не смогла устоять.

Захожу в кухню в тот самый момент, когда Кевин достает вино.

– Я не буду пить.

Он поднимает бровь и задает немой вопрос.

– Я тебе говорила вчера, что у меня поздний вечерний эфир.

Он ничего не отвечает и продолжает открывать бутылку.

– Я не могу перечить своему начальству, мне сказали, что я веду программу, значит я буду ее весте.

– На прошлой неделе тебя не было дома, так как тебя отправили в Калифорнию снимать репортаж о каком-то парне, потому что кто-то предполагает, что он будущая звезда футбола. Вчера ты целый день провела на студии, записывая подводки к этому репортажу, а сегодня ты снова там до ночи.

– У меня был по прилете выходной, но в тот день работой был завален ты, так что нечего винить меня во всех бедах.

– Я не виню тебя ни в чем, но хотя бы раз ты можешь попросить тебя не ставить на вечерний эфир? – немного повышает он голос.

– И как ты себе это представляешь? Извините, но вы не могли бы поставить кого-то другого, потому что мой парень хочет продолжение после ужина?

– Да хоть так! Я уже не помню, когда в последний раз засыпал не в одиночку в холодной постели.

– А я не помню, когда в последний раз моя работа не вызывала у тебя столько ненависти! – выкрикиваю я и ухожу в спальню.

Как обычно очередной разговор о моей работе закончился ссорой. Я каждый раз ожидаю услышать от него слова поддержки, но каждый раз слышу лишь то, что я должна взять выходной.

Аппетит пропадает, хотя я сегодня ничего не ела. Мне нужно выбрать из квартиры, в которой сейчас повсюду витает напряжение и гнев. Поэтому не сказал ни слова я собираюсь и ухожу. Как только сажусь в машину на телефон приходит уведомление о сообщение.

НЕИЗВЕСТНЫЙ: «Добрый день, меня зовут Джонсон Харрисон.

Я приношу вам свои извинения за разбитую машину. Но как было уже сказано мы оплатим всю стоимость ремонта. Об этом надеюсь поговорить при личной встрече.»

Отлично, хоть что-то разъяснилось, но лучше от этого не стало. Настроения все также нет и единственный человек, которого я бы хотела сейчас видеть находиться на другом конце страны. Я даже представить раньше не могла как буду по ней скучать. Наши дороги разошлись, но связь осталась и это самое главное. В то время как я мерзну от нью-йоркских ветров, она греется под ярким солнцем Лос-Анджелеса.

После учебы Мария сразу улетела в ЛА. Она подала резюме в NBA TV и ей предоставили испытательный срок, который она с великолепием прошла. Поэтому сейчас она работает корреспондентом на том телеканале, а в Лос-Анджелесе, потому что закреплена за командой Лос-Анджелес Лейкерс, в которой, кстати, играет Джош. Не знаю случайность это или нет, но уже 1,5 года эта парочка просто неразлучна. Каждый человек, работающий в сфере спортивной журналистики, и каждый баскетболист знает их.

Доезжаю до офиса, но вместо него направляюсь в Старбакс, за очередной чашкой кофе, видимо кроме кофе мне сегодня ничего не светит. Захожу в кофейню, делаю заказ и занимаю один из свободных столиков. Пока жду свое кофе, один из работников объявляет о готовом заказе.

– Эрнандес – кричит он, вручая стаканчик кофе. – Никс Чемпион!

Все вокруг оборачиваются на человека в черной толстовке и некоторые из них повторяют это еще раз. «Никс Чемпион» разносится по всей кофейне. Человек в толстовке и кепке благодарит людей и уходит. Предположу, что это один из игроков, а также что, если бы Кевин был здесь, он бы так же, как и все фанаты выкрикнул это. Получаю свой заказ и как только первый глоток кофе оказывается в моем желудке, я получаю неистовое удовольствие.

Сегодня день совсем не задался и очень надеюсь вечерний эфир пройдет без проблем. Пока я сидела и наслаждалась своем стаканчиком кофе на телефон пришло еще одно смс-сообщение.

МАРИЯ: «Ты занята?»

Улыбка озаряет мое лицо, и я набираю номер человека, с которым не разговаривала уже пару дней.

– Привет, – кричит Мария и оглушает меня.

– Привет, – смеюсь я. – Как же я давно тебя не слышала.

– Я тоже соскучилась по твоему противному голоску. Кстати, у меня для тебя хорошая новость.

– И что же это?

– Через 2 дня я прилетаю в Нью-Йорк!

– Что? – давлюсь я кофе.

Теперь большинство взглядов в кофейне направлены на меня.

– Да, да, меня отправляют на пресс-конференцию.

– Это потрясающе, надеюсь у нас будет время увидеться.

– Будет, я попросила их дать мне пару дней выходных после конференции, так что я останусь на два дня в Нью-Йорке, – радостно визжит она.

– Я постараюсь тоже что-то придумать. Кстати, да, завтра у меня встреча с начальством может удаться попросить их дать мне пару дней выходных.

– Это будет восхитительно!

– Тебя может нужно встретить?

– Эээ, – повисает секундное молчание. – Нет, не нужно на меня заказано такси.

– Хорошо, а что насчет жилья?

– Мне забронировали номер в отеле.

– Так может ты лучше остановишься у меня? У нас есть свободная комната.

– Нет, нет, я не буду рушить вашу любовную идиллию.

– Ох, думаю ни о какой идиллии речь уже не идет, – вздыхаю я. – С каждой нашей ссорой я все больше думаю о том, что нам обоим пора взять перерыв.

– Что случилось на этот раз? Снова работа?

– Да, все как обычно, – смотрю в окно и проходящих мимо людей. – Ему, как и обычно, не нравится, что я много времени провожу на работе.

– Знаешь, а на первый взгляд он выглядел идеальным.

Я усмехаюсь.

– Идеальных не бывает.

– Да неужели? – слышу приглушенный голос Джоша. – А как же я?

– Иди отсюда, идеальный.

Слушая их следующие пару секунд, на губах снова появляется улыбка. Как же я соскучилась по ним.

– Все у вас будет хорошо, – возвращается к разговору Мария. – Просто он еще не понял, насколько тебе важна твоя работа.

– Ему не хватило двух лет этого понять?

– Видимо нет.

– Я не знаю сколько еще смогу выдержать это, думаю следующая наша ссора будет последней.

– Не нужно думать об этом, думай о чем-то приятном.

– И о чем же?

– О нашей скорой встрече, например.

– Об этом я готова думать вечно.

– Вот и отлично.

Проболтав около полу часа с Марией и видя, как одни посетители сменяли других, я все же покинула кофейню. На улице шел дождь, но меня эта погода не смущала, как и многих жителей города, в отличие от туристов, которые прятались по кофейням и кафетериям. Вдохнув свежего осеннего воздуха, я направилась в офис телекомпании, так как идти мне больше было некуда.

За год жизни в Нью-Йорке у меня не появилось ни одного хорошего знакомого, к которому я могла бы обратиться в случае чего. Я была бы одинока если бы не Кевин, но возможно если бы не он у меня все же появились бы друзья.

– Анаис, эфир только через 4 часа, что ты здесь делаешь? – удивляется Лизи, когда заходит в гримерную.

Элизабет Каррон мой визажист, у нее золотые руки. Она каждый раз делает из меня настоящую принцессу.

– Нужно дописать подводку к репортажу, – улыбаюсь я.

– Оу, тогда удачи.

– Спасибо.

Лизи покидает гримерную, и я, оставив свои вещи, выхожу за ней.

– Кстати, Хейзел сегодня рвет и мечет так что будь аккуратней, – останавливается она.

– В чем причина?

– Да двое человек ушли на больничный и теперь в баскетболе нехватка. Дедлайны трех репортажей горят и еще пресс-конференция на днях, а отправлять некого.

– Спасибо, что предупредила, – собираюсь уходить я, но оборачиваюсь. – А что за конференция?

– В "Нью-Йорк Никс" новый главный тренер.

Видимо по этой же причине на днях прилетает Мари.

Записать подводки не заняла много времени и быстро закончив с этим делом, я вернулась в свою гримерку. Я не знала, чем себя занять, сегодня все было не по плану. Абсолютно все. На мне висел еще один репортаж, поэтому я решилась взяться за его подготовку. Прочитав немного информации в интернете и поискав ее в архивах телекомпании, я заняла себя делом на полтора часа.

Когда текст для репортажа был почти завершен в гримерку зашла Лизи.

– Ну что начнем?

– Да, конечно.

На удивление прямой эфир прошел потрясающе, дискуссия с футбольными экспертами выдалась очень интересной и эмоциональной. Поблагодарив всех за эфир, я забежала в гримерку, забрала свои вещи и направилась к машине. Я хотела как можно быстрее оказаться в кровати и наконец-то снять эти чертовы лодочки.

Подъезжая к дому и заезжая на парковку, замечаю новую машину, которую раньше здесь не видела, и видимо владельца машины, который уже скрывается за дверью. Его машина припаркована рядом с моим местом для паркинга. Усталая выбираюсь из машины и поворачиваясь замечаю разбитую переднюю правую фару и царапины на машине, видимо, нового соседа. Немного поразмыслив и сопоставив высоты фар, понимаю, что это именно тот человек, который въехал в мою машину. И недолго думая оставляю записку как это сделал он. Если я вдруг ошиблась, будет не очень удобно.

«Привет, я та самая девушка, которой вы разбили машину. Не знаю каким чудом мы вновь встретились с вами в таком огромном городе, видимо это судьба. Впрочем, надеюсь нам удастся встретиться лично и не беспокоить вашего менеджера. С уважением, Ваша соседка по парковке»

Оставляю записку на лобовом стекле и с глупой улыбкой, как какая-то семиклассница, направляюсь домой. Захожу в квартиру и как обычно меня встречает темнота, но я уже привыкла. Захожу в спальню и вижу пустую кровать и ничуть не мятую постель.

Странно. Где Кевин?

Проверяю гостиную, но и там никого нет, как и в гостевой комнате. Залетаю назад в спальню и открываю шкаф. Его вещи на месте. Он не ушел. Глубоко вздыхаю и падаю на пол.

Он знает, как тяжело я переживаю потерю близких мне людей. Он видел лично мое ужасное состояние и помогал мне выбраться из него. Он не может так со мной поступить.

Убедив себя в том, что он так не сделает, сбрасываю одежду и ложусь спать, закутавшись в одеяло. Но перед тем, как окончательно заснуть отправляю смс-сообщение.

Я: «Где ты?»

Просыпаюсь не от лучей солнца или от звонка будильника, а от шума на кухне. С трудом открываю глаза и замотавшись в одеяло иду на ужасный грохот. Оказавшись в проходе, вижу картину, которую не видела прежде никогда. Кевин на шатающихся ногах, пытается что-то достать.

– Что здесь происходит?

Он оборачивается, и я сразу замечаю его пьяные красные глаза.

– Ты что пьян?

Его губы расползаются в улыбке.

– Доброе утро.

– Где тебя черти носили? На часах четыре часа утра.

– Я решил, что мне нужно прогуляться, – икает он. – А затем я оказался в баре и вот…

Ясно. Сейчас нет никакого смысла разговаривать с ним.

– Тебе завтра днем на работу, я не знаю в каком виде ты туда доберешься, но сейчас тебе нужно поспать, – подхожу я к нему.

– Нет, – делает он шаги назад. – Мне не нужна твоя помощь.

Но он еле стоит на ногах.

– Я так не думаю.

Подхватываю его и помогаю добраться до спальни. Укладываю в кровать, а сама иду в гостевую спальню. Я не собираюсь сегодня спать вместе с ним, но оставляю на прикроватной тумбочке таблетки и бутылку воды, это ему точно пригодится. Перед тем как продолжить свой сон проверяю время и вздыхаю понимая, что спать осталось около трех часов. Отличная ночка, радует лишь то, что завтра у меня эфир в обеденное время.

Снова просыпаюсь, но в этот раз от отвратительного звука будильника. Пробежка. Душ. Завтрак. Распорядок утра не меняется уже долгое время. Быстро приведя себя в порядок, сажусь дописывать репортаж, а затем пулей устремляюсь на студию.

Подходя к машине, замечаю, что соседнее место пустует, а на лобовом окне меня ждет очередная записка.

«Честно сказать вы меня удивили. Я еще раз извиняюсь за то, что ударил вашу машину, и я думаю встретиться лично хорошая идея раз уж мы живем в одном доме. Договоримся о времени немного позже, если что я живу на 43 этаже квартира 4302. С уважением, Ваше осложнение»

Отлично, теперь я знаю где живет, как он себя назвал, осложнение, но это не упрощает мне ситуацию. Не могу же я просто прийти и сказать: «Привет, я Анаис, и вы разбили мне машину, с вас 500 долларов». Ладно, разберусь с этим чуть позже.

Я уехала так и не разбудив Кевина, я без понятия во сколько ему нужно явиться в офис, но ему сейчас лучше проспаться. Подъезжаю к студии и уверенно шагаю к себе в гримерку. Лизи как обычно с широкой улыбкой ждет меня там.

– Мистер Дьюк попросил тебя зайти к главному редактору, – говорит она, когда моя нога только пересекает порог.

– Точно, я уже и забыла.

Оставляю все свои вещи и с волнением иду к Хейзел, уверенность, которая сопутствовала мне утром, испарилась. Стучу и получив сигнал о том, что могу зайти, открываю дверь.

– Добрый день, вы хотели меня видеть?

– Да, проходи, присаживайся – улыбается она.

Может не все так плохо?

– В общем у меня нет времени ждать мистера Дьюка так что приступим сразу к разговору, – ее лицо стало серьезнее. – Ты, наверное, слышала, что у нас проблемы в баскетболе, нехватка работников и подобное.

– Да, сейчас все об этом говорят.

– Так вот, ты в своем резюме писала, что хорошо разбираешь не только в футболе, но и в баскетболе.

Только не это.

– Нам нужна твоя помощь.

Черт. Черт. Черт.

– Но, а как же…

Но я не успеваю договорить.

– Не переживай, как только все работники вернуться в строй ты вернешься назад к себе.

И как в такой ситуации я могу сказать «нет» своему начальству?

– Хорошо, если уж действительно все плохо.

– Хуже не куда, – вздыхает Хейзел. – Тогда я сейчас вышлю тебе задание на неделю, там прописаны все дедлайны.

– Хорошо, – улыбаюсь я.

Но тут нечему радоваться, раз Лизи говорила, что все дедлайны горят, меня ждет парочка бессонных ночей. Направляюсь к выходу, но вспоминаю, что хотела спросить о парочке выходных. Собираюсь повернуться, но Хейзел сама окликает меня.

– Анаис, забыла сказать самое главное, – она печатает, что-то в ноутбуке. – Мы отправляем тебя на пресс-конференцию Никс. Я сейчас отправлю тебе их приглашение со всеми документами. Там назначен новый главные тренер. Он молодой и информации по нему почти нет, так что, если не сможешь что-то отыскать, будешь ориентироваться по ситуации.

Что? Ну отлично! Тогда теперь мой выход.

– А можно мне после конференции взять три выходных дня?

– Да, конечно, за такую помощь можешь взять даже больше, – улыбается она.

– Спасибо.

Великолепно! Теперь осталось сдать кучу дедлайнов и подготовиться к пресс-конференции, на которой будет неизвестный человек. Я даже не знаю, что будет тяжелее. Но сейчас я готова на все лишь бы провести пару дней, веселясь с Марией.

Глава 2

Когда Хейзел сказала, что в интернете нет информации о новом тренере Никс я даже не пробовала искать. Надеюсь на пресс-конференции будет какой-нибудь документ, рассказывающий о нем хотя бы основную информацию. Я даже не знаю, насколько хорошо или плохо это для команды, но предположу, что хорошо. СМИ не смогут обливать его огромным количеством хейта, который сейчас так популярен. Ты совершаешь неверный шаг и все, ты враг народа. Все твои достижения, полученные ранее уже, никого не интересуют. Все только и делают что тыкают тебя носом в ту самую крохотную ошибку.

Три статьи, которые я должна была написать за два дня, были сданы. Не знаю, насколько они были хороши, потому что времени искать информацию у меня не было. Мои сроки были настолько ограничены, что я даже удивляюсь как тексты вообще приняли. Моментами казалось, что я несу полнейший бред.

Основная трудность заключалась в том, чтобы вспомнить все, что я знала раньше о баскетболе. И оказывается, когда ты уже 8 лет не смотрела и не интересовалась им, сделать это довольно сложно. Не многое, но кое-что поменялось, изменились трактовки правил, появились новые понятия. Это все мне пришлось учить заново. И плюсом к этому был Кевин, который не отводил от меня глаз пытаясь вывести на разговор, который я пыталась избежать. Я знаю, что он снова заговорит о моей работе, знаю, что я снова не смогу спокойно это слушать. И если все в очередной раз дойдет до ссоры, я соберу вещи и уйду, именно поэтому я просто игнорирую его.

– А ты терпеливее чем я думал, – выходит он из гостиной.

Ты и представить не можешь насколько.

Мне осталось дописать последнюю статью и на этом будет покончено, а он не дает мне этого сделать. Его настойчивость просто бесит. Я стараюсь не показывать этого, но внутри меня все бурлит, как в проснувшемся кратере вулкана.

– Так и будешь молчать? – возвращается он. – Ты и слова мне не сказала со вчерашнего утра.

Я не разговаривала с ним после того, как в четыре ночи он пришел домой пьяный, так как не хотелось снова ссориться.

– И даже не расскажешь почему это ты пишешь о баскетболе, а не о футболе?

Я продолжаю игнорировать его, стуча карандашом по ноутбуку.

– Ну ладно, твое право.

– Я бы тебе рассказала что-то если бы ты не принимал все, что касается моей работы, в штыки.

– Я не принимаю все в штыки, я просто смотрю на вещи с правильной стороны.

– И ты хочешь сказать, что я еще и неправильно смотрю на этот мир? – закрываю я крышку ноутбука.

– Я этого не говорил.

– Но ты намекнул!

– Это бессмысленно, – вздыхает он. – Ты все равно будешь переворачивать все мои слова.

Я не знаю каким образом, но мой мозг даже не успел обработать эту мысль, как она уже вырвалась из моего рта.

– Нам нужно разъехаться.

Я вижу, как мои слова ставят его в тупик.

– На время, – заканчиваю я.

– О чем ты черт возьми говоришь? Ты вообще слышишь, что за чушь ты несешь?

– Да, я думала об этом на протяжение недели и поняла, что это лучшее решение на данный момент.

– Ты сошла с ума!

Он хвастается за голову и начинает расхаживать из стороны в сторону. Я понимаю, что это звучит ужасно, но мне нужен перерыв. Нам обоим нужен перерыв.

– Нам обоим нужно расставить жизненные приоритеты.

– Ты хочешь сказать, что мне нужно расставить жизненные приоритеты? – делает он акцент на слове «мне». – Потому что я смотрю свои приоритеты ты уже расставила.

– Сейчас ты переворачиваешь мои слова. Нам обоим нужно все обдумать.

В его голове сейчас происходит полнейший хаос, но он не сравнится с моим. Сейчас кажется, что я до сих пор не разобралась ни с чем. И уже на протяжение 3,5 лет там твориться полнейших беспорядок.

– Я уже давно знаю, чего хочу от этой жизни! Но наши цели расходятся. Я хочу семью, в то время как ты мечтаешь об успешной карьере. Вот в этом и вся проблема.

– Значит проблема во мне? А может она в том, что ты пытаешься изменить меня? Сделать такой какой я была бы тебе удобна? Ты с самой первой нашей встречи знал о чем я мечтаю, и ты поддерживал меня в этом, но, когда мы переехали в Нью-Йорк, все изменилось, почему?

– Да потому что я засыпаю и просыпаюсь постоянно один, я живу будто с призраком, который появляется только ночью. До переезда я не думаю, что наша личная жизнь превратиться вот в это! – разводит он руками.

– А я не думала, что ты станешь вот таким! Видимо мы оба не оправдали надежд.

Это было последнее что я сказала, перед тем как направиться в спальню. Достаю свой командировочный чемодан и начинаю закидывать туда вещи, которые попадаются под руку.

– И куда ты пойдешь? – появляется он в дверях.

Я не знаю, но и здесь оставаться не собираюсь.

– Сниму какой-нибудь номер в отеле.

Толкаю его и прохожу мимо, захожу в гостиную и запихиваю в чемодан ноутбук. Кевин смотрит на все происходящее стоя в стороне.

– Ты понимаешь, что совершаешь ошибку?

– Я так не считаю.

– Это ничего не изменит, ты сейчас уйдешь и что?

– На меня не будет оказываться каждодневное давление, которое сбивает меня. Я наконец-таки разберусь в своей голове и смогу понять, что мне сейчас нужно, а что нет.

Выхожу из квартиры и последнее что я слышу никак не задевает меня, возможно, потому что я приняла уже одно решение, но сама этого не осознала.

– Просто знай, я не буду, как Хатико, ждать твоего возвращения.

Погода в Нью-Йорке дождливая. Несмотря на дождь не спеша дохожу до машины и замечаю очередное послание от незнакомца. Закидываю чемодан в салон и забираю записку. Она лежит в файле, чтобы лист не промок, а чернила не растеклись, и это заставляет меня улыбнуться. Моя первая улыбка за прошедшие два дня, и благодаря кому? Неизвестному парню, который разбил мою машину.

«Доброе утро…

Я только сейчас понял, что я так и не знаю вашего имени, как и вы моего. Можете называть меня Эрнандес, так все меня зовут, правда я не знаю почему. Через 2 дня я улетаю по работе на время, но как только вернусь мы можем с вами встретиться и все обсудить, если конечно же у вас будет свободное время. 

Желаю вам отличного дня, 

Эрнандес»

Эрнандес. Могу предположить, что он Мексиканец или Аргентинец или… ну он точно должен быть из Южной Америки. И он сто процентов чертовски горяч. Машины, горячего по моим предположениям Эрнандеса, нет, но я очень уж хотела оставить ответную записку, поэтому нашла в сумке жвачку и прикрепила файл с листом на его парковочный столбик.

"Добрый день, Эрнандес,

Извиняюсь за то, что прикрепила жвачку на ваш столбик, но я не смогла придумать что-то другое. Вы правы мы так и не представились друг другу.  Но раз уж вы не назвали своего настоящего имени, я не назову вам своего. Можете называть меня Луиза, правда меня так никто не называет, но это мое второе имя. Я все еще не съездила в автосервис, так что вы можете не переживать насчет этого. И да, надеюсь после вашего пожелания мой день действительно будет отличный, потому что сейчас это не так. 

В течение следующих нескольких дней меня не будет дома, так что я не смогу как писать вам, так и читать ваши записки. 

Надеюсь, ваш день не такой плохой, как у меня,

Луиза"

Луиза. Какой ужас. Меня никто и никогда так не называл. Сейчас был единственный случай за всю жизнь, когда мне пригодилось моего второе имя. Но думаю больше оно мне не понадобится. Завожу машину и включаю печку, так как с меня стекает целый водопад, да еще и дождь в такое время года совсем не теплый. Выезжаю с парковки и просто еду куда глаза глядят. Я не знаю ни одного отеля, где можно было бы остановиться, поэтому вбиваю в навигатор поиск ближайшего.

За эти два года работы журналистом, я объездила не мало городов и видела огромное количество номеров различных уровней. И если с виду отель премиум класса, это еще не означает что внутри все так же роскошно. В этом я убедилась в Денвере, когда снаружи все выглядит дорого, а на самом деле сервис был ужасный.

Паркую машину около входа и выхожу из машины. Очень надеюсь, что внутри отель выглядит, как и снаружи.

Так и есть. Светлый холл, украшенный огромным количеством цветов, выглядел просто потрясающе. Подхожу к ресепшену и обращаюсь к девушке.

– Добрый день, у вас есть свободные номера?

– Минуточку, – она смотрит на компьютер. – К сожалению на данный момент свободных номеров нет, у нас сегодня ночью заезд большого количества журналистов.

– Ладно, спасибо.

Возвращаюсь в машину и открываю сайт для бронирования отеля. И сказать, что я в шоке ничего не сказать, места в близь расположенных отелях были все забронированы. А искать номер на другом конце города нет смысла, телестудия расположена не в центре и добирать до нее долго. Я специально искала квартиру как можно ближе к ней.

Я не знала, что мне делать.

У меня нет ни одного варианта выхода из этой ситуации. Мне не остается ничего другого как искать какой-нибудь хостел, где я могу пока пожить пару дней.

Уже собираюсь заводить машину, но у меня звонит телефон. На экране высвечивается имя сестры. Эта дама исчезла на две недели из-за волонтерства, на который ездила со своим парнем. Я получила лишь иногда от нее фотографии.

Снимаю трубку и молчу.

– Привет.

Молчу.

– Анаис? Ты здесь?

– Прошу прощения, – стараюсь говорить я хриплым голосом, как пожилой человек. – Вы не можете говорить погромче, я вас плохо слышу.

– Не смешная шутка.

– Кто это? Неужели моя сестра соизволила позвонить? А я вот, как и говорила, состарилась до твоего возвращения, – продолжаю я, сдерживая смех.

– Ладно, ладно, я поняла тебя.

– Как отдохнула? – смеюсь я.

– Отлично, это было потрясающе.

– Что сказал на это Тайлер?

– Первые два дня он хотел убраться оттуда, но потом ему понравилось. Я была удивлена, потому что готовилась терпеть его нытье на протяжение двух недель.

Дженни вместе с Тайлером ездили на волонтерство, помогать на ферме. Не знаю согласилась ли я когда-нибудь на такое. Но фотографии, которые присылала мне сестра, были очень милые, в особенности фото с пони.

– Я просто влюбилась в этих животных, они все такие хорошие, – умиляется она. – А у тебя как дела?

Не стоило мне задавать этот вопрос.

– У меня все не так прекрасно, как у тебя. Именно поэтому я сейчас сижу в машина с чемоданом в салоне и ищу хотя бы какую-нибудь койку в ближайшем хостеле.

– Ты рассталась с Кевином?

– Сейчас пока нет, но думаю в ближайшем будущем да.

– И кто был инициатором?

– Я. Он был против этого и говорил, что я совершаю ошибку.

– А ты думаешь, наоборот.

– Именно.

В трубке повисает тишина, но Дженни прерывает ее важным вопросом.

– Ты любишь его?

– Я… я… я не знаю, правда. Я люблю его, но это какая-то не такая любовь. Совсем не такая, – вздыхаю я. – Я знаю, что он любит меня. Но я не люблю его так, как он меня. Я обманываю его и это ужасно.

– Ты не обманываешь его. Ты просто запуталась в себе, а это разные вещи.

– Почему все так сложно?

– Все будет хорошо, вот увидишь.

– Очень на это надеюсь.

– Ладно, не буду тебя отвлекать, люблю тебя, – прощается сестра.

– И я тебя.

Кидаю телефон на соседнее сидение. Пару секунд пытаюсь успокоить себя, но ничего не получается, и я ударяю рукой по рулю. Гудок автомобиля пугает прохожих, и я извиняюсь, поднимая ладонь.

Объезжаю еще парочку отелей, но и там свободных мест не находится. Мне сегодня повезет хоть в чем-то? Или придется снимать койку в хосте? Объезжаю еще парочку отелей и снова получаю информацию о том, что все номера заняты. Уже опустив руки собираюсь искать хостелы, но замечаю один свободный номер в первом отеле, в который я пыталась заселиться. Быстро бронирую номер, потому что знаю, если я не сделаю этого, я потеряю свой последний шанс. Я даже не обращаю внимания ни на стоимость, ни на сам номер, сейчас мне важно лишь то, что это не койка в хостеле.

Подъезжаю к отелю, но ни как в прошлый раз с волнением и надеждой, а с уверенностью, которая возрождает во мне былой настрой.

– Добрый вечер, – улыбается мне все таже девушка.

– У меня забронирован номер.

– Анаис Холл?

– Да.

– Вам очень повезло, одна из редакций отменила бронь.

– Я готова сейчас расцеловать их руки.

Девушка улыбается, – Вот ваши ключи.

– Спасибо.

– Приятного отдыха.

Я направляюсь с чемоданом к лифту.

– Если бы это был отдых, – шепчу я себе под нос.

Захожу в номер и, оставив чемодан в коридоре, падаю на кровать. На часах всего лишь пять вечера, а сил из-за нет совсем. Я видела, что Хейзел отправила мне что-то на почту, но настроения работать у меня также нет. Поэтому решив отложить это на завтрашнее утро, я заказываю еду в номер и пишу подруге.

Я: «Во сколько прилетаешь?»

Ответ не заставляет себя долго ждать.

МАРИЯ: «В 9 вечера»

Я хочу с ней увидеться, хочу рассказать ей все, что произошло за последние полгода. Мне так не хватает человека, с которым я могу часами на пролет болтать о чем-то важном и не очень. Раньше все так и было, в школьные и студенческие время мы были друг у друга. А сейчас жизнь раскидала нас по разным уголкам страны и теперь мы видимся раза два-три в год.

Иметь человека, который всегда поймет тебя и поддержит очень важно, ведь быть всю жизнь одним невозможно. Либо ты сломаешься сам, либо тебя сломают. В такой ситуации благоприятного исхода нет. А самое ужасное во всем этом то, что ты не сможешь заметить, когда наступит этот момент. Просто в один прекрасный день ты проснешься и поймешь, что внутри пустота и смысла жизни больше нет. Как бы ужасно это ни звучало, но так и есть. Сложно быть одному в мире полном ненависти и лжи.

–Доставка в номер, – разноситься за дверью.

Забираю свой заказ, возвращаюсь на кровать и начинаю есть.

Все происходящее выглядит настолько неправдоподобно, будто это какой-то сериал, а не моя жизнь. Я всегда шла по уже выстроенному в своей голове пути, и я понятия не имею, где свернула не туда. Я никогда и представить себе не могла, что буду искать номер в гостинице для того, чтобы разобраться со своей жизнью и прийти к решению что делать дальше. Но я оказалась в такой ситуации и это как оказаться на распутье. Тут ты можешь выбрать только один путь и дороги назад уже нет.

Карьера. Вот какой путь я выбирала последние года и сейчас я не хочу сворачивать с него. Мне никогда не везло в любви. Она всегда подводила меня, и я никогда не выбирала ее. С этим же я и сталкиваюсь сейчас. Передо мной снова стоит выбор. Любовь или Карьера. Но впервые я в замешательстве и не знаю какой выбор сделать.

Кевин в последние два года всегда был рядом со мной. Я всегда могу обратиться к нему за помощью и это мне в нем нравиться. Но в последнее время я перестала его узнавать. Тот Кевин, который был раньше, начал исчезать, и на его место пришел человек, с которым я не смогу ужиться.

Но проблема не только в нем, но и во мне. Если бы я по-настоящему любила его, я бы пошла на все лишь бы удержать его, но я этого не делаю. Не потому, что не люблю, я люблю его, но это не такая любовь. Возможно даже это не любовь, а просто привязанность. Возможно мне просто удобно жить с ним, понимая, что я не одна. Я не знаю, не знаю, что это. Именно поэтому я сейчас здесь в одиночку, поедаю пасту в номере отеля.

Отправляю завершенную статью и все же решаюсь взглянуть что за файл мне отправили. И удивляюсь, когда вижу, что прислали немного информации о том самом новом тренере.

«Анаис, вот немного информации, которую смог найти Реджи. Надеюсь, она поможет тебе.

С Уважением, Хейзел»

Ну хоть что-то.

Отправляю ответ с благодарностью, но решаю уже завтра посмотреть информацию перед самой пресс-конференцией.

Просыпаюсь от звона будильника, который кричит под ухом. Если я скажу, что утро доброе то буду нагло врать в глаза. Оно просто отвратительное, как и сон, которого не было. И я понятия не имею почему. Я могла бы списать все это на волнение, но я не волнуюсь. Мне не в первые попадать в такие ситуации, благодаря моему начальству, которое постоянно отправляет меня неизвестно куда. Но я не жалуюсь, это очень даже интересно открывать для себя что-то новое. Вот только в сегодняшней пресс-конференции есть одна загвоздочка, мне сказали любым образом добыть эксклюзивную информацию.

Подъезжаю к пресс-центру и уже на проезде к парковке сталкиваюсь с одной из ненавистных проблем. Пробка. Отличное начало не так ли? Вся Америка решила сегодня слететься сюда? И я не шучу, слишком уж много здесь сегодня репортеров. Паркую машину где-то на пол пути до въезда на парковку, как и многие здесь.

Заходу в центр и снова попадаю в пробку, только уже из людей. Пресс-конференция должна начаться через 40 минут и почему-то мне кажется, что она начнется позже. За 10 минут до начала я наконец-то оказываюсь в зале и сразу занимаю место, так как не хочу стоять в конце зала и воевать с настоящими акулами. Достаю блокнот с ручкой, а также телефон чтобы написать смс Марии.

МАРИЯ: «Привет, ты где?»

Около меня кто-то останавливается и подняв голову, я соскакиваю со стула.

– Мари, – обнимаю я ее.

– Я тоже скучала.

– Ты совсем не изменилась.

– А тебя прям не узнать, – смеется она. – Королева Испании.

– Как добралась? – обращаю внимание на толкучку в коридоре.

– Отвратительно, у вас в Нью-Йорке не умеют организовывать пресс-конференции, – вздыхает она. – А еще эта чертова пробка, жуть просто.

Я сама не ожидала такого наплыва репортеров. Это что-то новенькое, по крайней мере в футболе я никогда такого не видела.

– За два года работы я такого тоже не видела.

– Ты нашла хоть какую-то информацию о спикере?

Брови Марии взлетаю вверх, и она встает в ступор.

– Что-то не так? – оборачиваюсь я.

– Нет, – мешкает она. – Все в порядке, просто…

– Прошу все занять свои места. Конференция вот-вот начнется, – объявляет пресс-секретарь.

– Мое место там, – указывает она на другой конец комнаты.

– Да, конечно, после конференции в коридоре?

– Да, – улыбается подруг. – Но не думаю, что ты будешь в прежнем настроение.

– Что ты имеешь в виду?

Но она пожимает плечами и уходит. И что она хотела этим сказать?

– Прошу всех журналистов занять места в зале, – еще раз разноситься по комнате. – Конференция начнется через 5 минут.

Внутри меня нарастает какая-то паника, потому что я не понимаю, что имела в виду Мария. Она что-то знает? Но что? Беру себя в руки и переключаюсь на работу. Открываю почту, но файл с информацией не грузиться из-за отвратительного интернета. Вот сейчас я начинаю нервничать и волноваться. С моей стороны непрофессионально готовиться к пресс-конференции за пару минут до ее начала, да еще и интернет подводит меня.

Зал заполнился репортерами до отказа, мы тут как селедка в бочке. А я готова была уже швырнуть этот чертов телефон кому-то в голову.

– Итак, мы готовы начать конференцию, но нам нужно еще буквально пару минут. Спикер опаздывает из-за создавшейся пробки.

Да, мне нужны эти чертовы пару минут. Пока файл пытается открыться, я включаю диктофон. Когда текст наконец-то появляется на экране, дыхание перехватывает. Я слышу, как вокруг все оживляются и затем наступает тишина.

– Мы может начинать? – спрашивает пресс-секретарь.

Я поднимаю голову и смотрю на Марию, которая, не отрывая глаз смотрит на меня. Так вот что она хотела мне сказать. Теперь ее ступор на мой вопрос понятен. Она думала, что я знаю кто сегодняшний спикер, но я просто дура.

Обращаю внимание на него и все вокруг просто теряет четкие очертания. Стук моего сердца оглушает все звуки вокруг. И мне кажется, не я одна слышу его, а все присутствующие.

Этого не может быть! Это какая-то шутка? Если так, то она не смешная!

– Да, мы можем начинать!

– Отлично, – улыбается модератор. – Добрый день, сегодня наша пресс-конференция посвящена назначению на должность нового главного тренера…

Это будет самая сложная конференция, на которой я когда-либо присутствовала. Не потому, что я не готовилась, а потому что к этому не подготовиться.

Глава 3

Дэвид

10 дней назад…

Такой шанс выпадает раз в жизни. И когда три с половиной года назад я улетел в Канаду работать тренером, я не мог поверить своему счастью. Это казалось какой-то сказкой, я не верил, что такое возможно. Одна совершенно не спланированная встреча перевернула мою жизнь на 180 градусов. А один звонок изменил все до неузнаваемости.

– И сколько это будет продолжаться? – ноет Джош. – Я вижу твою рожу каждый день в своей квартире, так ее еще и крутят целыми сутками по телевизору.

– Завидуй молча, – смеюсь я.

– Было бы чему, – ухмыляется друг.

– Если честно, я не понимаю почему этому уделяют такое большое внимание. Ну сменится в команде главный тренер, и что? Не Третья Мировая же.

– Вот придет твоя сестра у нее и спросишь, почему тебя превращают в мировую звезду. А сейчас я хочу найти хотя бы один телеканал без твоей противной рожи, – кривиться он.

– Включи мультфильмы, там меня точно нет, – смеюсь я, поднимаясь с дивана.

Мне в след летит подушка.

– Мимо, и как тебя только в команду взяли?

– Да пошел ты, – летит в меня вторая.

Я ловлю ее и кидаю обратно.

– Уже получше, гляди я тебя и натренирую, 20% от зарплаты будешь перечислять мне.

– Обойдешься, и без твоей помощи обойдусь.

– Второй раз предлагать не буду, – пожимаю я плечами.

– Смотри чтобы ничего не защемило, а то будешь всю жизнь ходить с этой отвратительной улыбкой.

Как же я скучал по этому придурку.

Три с половиной года я не виделся ни с кем кроме Марии, которая прилетала ко мне пару раз и то, потому что ее отправляли по работе последние два года. А сам прилететь я не мог, так как в контракте были прописаны условия, запрещающие мне находиться в некоторых штатах Америки, в том числе в том, где живет моя семья. Я не знаю, что это за глупое правило, но оно мне совершенно не нравилось.

Сейчас я в Лос-Анджелесе, хотя по-старому контракт мне запрещено здесь находиться. Но я больше ничем не обязан прежнему клубу, так как подписал контракт с новым.

Последние месяцы работы в Рэпторс мне дались очень не просто, долгая разлука с семьей, разнообразные слухи, которые ходили в узких кругах и иногда выходили в люди, а также всплывшая на поверхность история из прошлого. И каким облегчением было узнать, что мне предлагает контракт другой клуб, да еще и из США. Мысль о том, что я наконец-то вернусь домой приободрила меня и не дала сорваться. На тот момент я уже раздумывал о том, чтобы разорвать контракт, и мне было плевать какую неустойку я должен был выплатить клубу.

Слышу, как хлопает входная дверь, а затем в кухне появляется Мария.

– Привет.

Она наполняет стакан водой и показывает мне подождать.

– Привет.

Я усмехаюсь.

– Посмотрела бы я не тебя, когда при 35-градусной жаре тебе нужно было снимать репортаж.

– Вопрос о том, как на работе можно не озвучивать?

– Именно, мой ответ ты уже получил.

На кухне появляется Джош.

– Привет, – целует ее в щеку. – Когда этого придурка перестанут показывать по телевизору? Слишком много Геррера в моей жизни.

– Вы не представляете, как я хочу, чтобы эта вся шумиха улеглась, – вздыхает она. – Меня каждый день расспрашивают, пытаясь заполучить хоть какую-то информацию. Меня это уже все достало.

– Меня не меньше, я даже не могу сходить в магазин. Когда это уже все прекратиться?

– Думаю после того, как официально объявят, все только и ждут этого, – предполагает сестра. – А сейчас мне нужно переодеться.

Столько внимания к себе я не ощущал никогда, это очень сильно мешает жить. Папарацци просто по всюду, так еще и журналисты подливают масло в огонь. Последняя поезда в Walmart чуть ли не закончилась моим срывом, когда один из фотографов толкнул Марию и она чуть ли не потеряла равновесие. На помощь пришли охранники, но я еще долго не мог успокоиться. И теперь если я и хожу куда-то, то либо сам, либо с Джошем, уронить которого они не смогут.

Пока Мария сервировала стол для ужина, на мою почту пришло письмо.

«Добрый вечер мистер Геррера,

Через 10 дней состоится пресс-конференция по поводу вашего назначения на должность главного тренера. Мы нашли жилье, подходящее под ваши запрос, и послезавтра вас ожидает рейс до Нью-Йорка в 12 часов дня. О назначение на вашу должность мы официально объявим сегодня в 8 часов вечера.

С уважением, мистер Брук»

– Можете плясать, я послезавтра улетаю, – захожу я на кухню.

– Уже? – шокирована Мария.

– Ты хочешь сказать, что за две недели я тебе не надоел?

– Ни чуть.

– Через 20 минут клуб официально сообщит о моем назначение, – смотрю я на часы.

– Поздравляю, – похлопывает мне по плечу Джош, заходя на кухню. – Ты это заслужил.

Каждый раз слыша эту фразу я задаюсь вопросом: «А действительно ли я заслужил это?». Многие упорно стараются и у них ничего не выходит, а некоторые, как я, просто оказываются в нужном месте в нужное время. И можно ли сказать, что я заслужил это, ведь мне просто повезло? Да, мою детскую мечту разрушили, не предоставив мне выбора, но я не единственный человек в мире чьи мечты так разбивали. И я не считаю, что кто-то другой не заслужил быть на моем месте.

Ужин прошел прекрасно, без шуточек этой парочки в мою сторону. Эти двое постоянно подкалывают меня из-за того, что я отрастил бороду. И я уже готов сбрить ее лишь бы не слышать больше их колкостей.

– Поможешь? – спрашивает сестра.

– Да, конечно.

Собрав посуду со стола и загрузив ее в посудомойку, я собирался вернуться в гостиную, но не тут-то было.

– Ты так с ним и не говорил.

– Мария, давай не будем портить друг другу настроение, ты знаешь каким будет мой ответ.

– Ты мог хотя бы поздравить его с Днем рождения, – вздыхает она. – Ты все еще его сын.

– Я отравил ему смс, как это сделал он на мой День рождения.

– Потому что ты не брал трубку, когда он звонил.

– Я не хочу обсуждать это, ни сейчас и никогда!

– Ты не должен так с ним поступать! – повышает она голос.

– Нет не должен, но и он не должен был так поступать с нашей семьей! – кричу я. – Я не поменяю своего мнения, он для меня никто! И точка!

– Ты поступаешь в точности, как и он!

Эта фраза заставляет меня остановиться и клянусь богом сейчас ей лучше замолчать.

– Мария, лучше помолчи, – цежу я сквозь зубы.

– Я не хочу смотреть как наша семья разрушается! Я устала от этого! Я уже восемь лет смотрю на это! Восемь лет, Дэвид, – молит она. – Я верила, что твое возвращение что-то изменит, но ничего не изменилось.

– Нельзя исправить то, чего не существует! Сейчас моя семья – это ты, мама и Сара, и меня все устраивает.

Она не первый раз пытается завести разговор на эту тему, а я раз за разом говорю, что не хочу об этом говорить, но она продолжает настаивать. Ее упорство порой выводит меня, такая настойчивость не всегда идет на пользу, иногда она может навредить.

– Почему ты такой эгоист? – кричит она из кухни.

Нужно было пропустить это мимо ушел, но я не смог.

– Это я эгоист?

– Да! Ты думаешь только о себе!

– Если бы я думал только о себе, я бы на протяжение трех лет не переводил деньги маме, на которые ты, кстати, жила тут полгода. Если бы я был эгоистом, я бы не улетел ни в какую Испанию, потому что мне было бы наплевать на нашу семью. Но я улетел и прожил там пять лет! Пять лет! И после этого ты еще называешь меня эгоистом?! Я всегда делал все для семьи! Всегда!

– Но видимо сейчас что-то сломалось, потому что ты не делаешь ничего, чтобы она снова была!

Джош проходит мимо, будто не замечая нашей ссоры. За столько лет он уже видимо привык.

– Напомни мне больше не заводить друзей с горячей кровью, – шепчет он.

– Мария тебе уже не четырнадцать лет, тебя должно уже заботить создание своей семьи, – пытаюсь успокоиться я. – А родители сами разберутся, если им это будет нужно.

–Ты, черт возьми, выгнал его из дома! Ты решил все за всех!

– Ни черта! Ты ни черта не знаешь! – успокоиться не получилось. – Да, я сказал, чтобы он собирал вещи и проваливал! Но затем я улетел, мама выставила его из дома! Не я!

– Да, но затем на протяжение полугода она каждую ночь рыдала! А я не могла ничего сделать! Ничего! Ты не слышал этого, не слышал, как ей было больно!

– Я знаю, когда ей было намного больнее! Я слышал, черт возьми, слышал ее рыдания! Вот тогда ей было действительно больно, тогда она ничего не могла сделать, чтобы ее дочь пришла в себя!

Она замолчала. Но я знаю, что она старается сдержать слезы. Я не должен был этого говорить.

– Прости.

На этом наш разговор заканчивается, и я ухожу в спальню. Ее привычка выводить всех на эмоции всегда заканчивается тем, что больно она делает именно себе. Глупая. Но этого не изменить, да и не стоит этого делать. Именно эта черта делает из нее ту самую Марию, которую я знаю уже 25 лет. На улице темнеет очень быстро, и идея, которой я грезил пару часов назад, уже не кажется мне такой заманчивой. Я хотел немного пробежаться рядом с океаном, но ни время, ни настроение теперь не позволяют мне это сделать. На телефон приходит смс от Джоша и прочитав его я начинаю смеяться.

ДЖОШ: «Ты завел свою сестру, ты ее и успокаивай. Сам мотался в другую комнату, а меня оставил с ней наедине, так мне еще и спать с ней. А я считал тебя своим лучшим другом»

Я ничего не смог на это ответить кроме как отправить смеющиеся смайлик.

Проснувшись, я, как и хотел вчера, отправился на пробежку. Хоть на улице и конец сентября, погода в ЛА потрясающая, да о чем говорить если здесь в январе месяце +25.

В южных штатах США культ здорового образа жизнь. И в семь часов утра на пляже уже огромное количество таких же, как и я. Кто-то ездит на велосипеде, кто-то занимается на спортивных площадках, а кто-то уже сидит на песочке и наслаждается жизнью. Я удивился что на этот раз обошлось без папарацци, но думаю в семь утра они еще спят в своих кроватях. Однако, без фотографий и видео в прессе не обойдется, так как многие прохожие, доставали свои телефоны и начинали меня фотографировать и снимать.

Возвращаюсь домой, а тут такая же тишина, как когда я уходил. Я не могу так долго спать, но, если честно я бы не отказался поспать лишние пару часов. Мой организм не позволяет мне переспать, как бы я ни старался. Все обычно заканчивается лишь потерянным временем, так как лежать в кровати и пытаться уснуть полезным действие не назовешь.

Готовлю завтрак, в том числе и на спящих, и приняв душ, возвращаюсь к себе в комнату. Завтра вылет в Нью-Йорк и сказать, что я волнуюсь, ничего не сказать. Насколько я знаю, прошлого тренера уволили из-за не устраивающих руководство результатов. И сейчас все надежды возложены на меня, на молодое лицо со свежим взглядом. Они верят, что я внесу чего-то современного и нового в игру команды, а я надеюсь их не подвести.

– Доброе утро, предатель, – появляется на кухне Джош.

– Доброе и я не предатель.

– Ну, ну, меня вчера чуть не высушили 30-минутным монологом, о том какой ты противный и бла-бла-бла.

Я усмехаюсь.

– Надеюсь это загладит мою вину, – ставлю я на стол тарелку с панкейками.

– Мм, вполне.

– Иногда мне кажется, что ты меня продашь за еду, – появляется на кухне Мария.

– Смотря за какую, – улыбается Джош.

За что получает подзатыльник от сестры и кривиться от боли.

– В следующий раз будешь думать, что говоришь.

Я всеми силами пытаюсь не засмеяться, но проваливаю эту миссию. Сестра оборачивается и смотрит на меня своим супер-убийственным взглядом.

– Ты думаешь тебе не достанется оплеухи?

И тут меня прорывает.

– Оплеуха? Чего? Ты где таких слов понабралась?

И я все-таки получаю ее.

– Там, где ты их не наберешься.

– Умно, умно, – улыбаюсь я.

– Либо ты сейчас заткнешься, либо получишь чем-то по тяжелее, – жует она блинчик.

– А ты сначала прожуй, а потом говорит. А то нечего не понятно, – передразниваю я ее.

– Джош ударь его у тебя удар посильнее будет.

Но друг будто не замечает ее и с удовольствием поедает мои блины. А я победно улыбаюсь.

– Запомни, Миллер, тебе со мной еще жить, а он уже завтра улетает.

Джош перестает жевать и смотрит сначала на Марию, а потом на меня.

– Прости, друг.

И дает меня подзатыльник. Совсем не такой подзатыльник, как у сестры.

– Подкаблучник, – чешу я затылок.

Друг пожимает плечами и еще раз извиняется, а на губах сестры растягивается широкая улыбка.

Позавтракав Мария собирается и уходит на работу, через пару часов также уходит Джош, и я остаюсь один. В доме повисает гробовая тишина, поэтому чтобы не умереть от скуки я решаю включить телевизор. И не удивляюсь, когда на первом же спортивном телеканале мелькает моя фотография с сегодняшней утренней пробежки. Ведущие и приглашенные гости эмоционально что-то обсуждают, и я делаю звук погромче.

– На ваш взгляд привнесет ли назначение нового тренера легкость в команду? – спрашивает девушка. – Никс потерял ту уверенность, которая была у команды раньше.

– Назначение молодого тренера – палка о двух концах. Это может оказать как положительные, так и отрицательные последствия. Как я знаю большинство игроков намного старше него, и ему нужно будет доказать, что его не зря назначили на этот пост. Ну а вообще в команде такого уровня на возраст не должны обращать внимание, если он тренер, значит вы должны делать все, что он скажет.

– Если все же тренер не сможет найти с командой общий язык, что за этим последует, – нагнетает ведущий.

– Я думаю такого не будет, все ребята в команде профессионалы, – завершает гость.

– Ну а как проявит себя новый тренер и сможет ли команда прервать без выигрышную серию, мы узнаем совсем скоро.

На этом все. Включается реклама и лучше бы я все-таки сидел в тишине. За эти пару секунд они подняли во мне все то, что я старался игнорировать. Я старался не поддаваться волнению и не накручивать себя, но черт возьми все полетело коту под хвост. Завтра в 12 часов самолет, а я не уверен сделал ли я правильный выбор. Но как я всегда говорю нужно лишь подождать и все само разъясниться.

Бросаю затею с просмотром телевизора и направляюсь в комнату собирать вещи. Хоть их у меня немного, но я ненавижу этим заниматься, так что чем раньше начну тем быстрее закончу.

Правда на деле все оказалось не так радужно, я забыл, что сразу по приезде Мария повела меня по магазинам и чуть ли не решила мне полностью обновить гардероб.  Поэтому сейчас в сумку, с которой я прилетел, влезла лишь половина моих вещей.

– Черт возьми, теперь придётся ехать покупать чемодан.

Еще около минут 15 по проклинав сестру, я все-таки собрался и заказал такси. И сказать, что эта поездка была удачной я не могу. Сегодня звезды не так сложились или что? Если день будет продолжаться таким же образом, я закроюсь в комнате, но думаю и там судьба что-нибудь придумает. Либо полка на меня упадет, либо потолок.

– Вы тот самый Дэвид? Новый тренер Никс?

– Да, тот самый, – отвечаю я уже, наверное, раз сотый.

– Не могу в это поверить! Сам Геррера в моей машине, это точно не розыгрыш?

Я слышу это уже в миллионный раз, черт подери!

– Сколько нам еще ехать? – пытаюсь сменить я тему.

– Минут 10 еще, – следует пауза. – Новый тренер Никс у меня в машине, этого не может быть! Мне же никто не поверит! Вы согласитесь сделать фотографию?

О БОЖЕ!

– Да, конечно, – улыбаюсь я, хотя готов его уже выкинуть из машины и доехать самостоятельно.

Наконец-то прибыв в пункт назначения и сделав фотографию с этим «милым» водителем, я на зашел в магазин и уже через 10 минут вышел с нужной покупкой. 10 минут. У Марии бы это заняло минимум час.

Вызывать такси я отказался, поэтому пишу Джошу, который уже должен был возвращаться с тренировки.

Я: «Привет, сможешь забрать меня?»

Ответ приходит сразу же.

ДЖОШ: «Да, ты где?»

Отправив ему адрес, я натянул пониже кепку и надел капюшон от худи, чтобы больше никто не узнал во мне Дэвида – тренера Никс – Геррера. Возможно, некоторые принимали меня за бомжа, но в данной ситуации лучше быть бомжом. Тебя никто не тронет и не будет тыкать в лицо камерой.

Вдали вижу машину Джоша и ускоренным шагом пересекаю всю парковку. Закинув в багажник чемодан, сажусь в салон.

– Я тебя и не узнал бы, если бы не знакомое худи, – смеется друг.

– Отвали, сейчас не до твоих шуточек.

– Зачем тебе чемодан? – выезжает он с парковки.

– Твоя девушка, ака моя сестра, по приезде устроила мне шоппинг. И теперь в мою сумку ничего не помещается, вот пришлось купить чемодан.

Друг начинает смеяться, за что получает подзатыльник.

– За что? – кривится он.

– За сегодняшнее утро, – улыбаюсь я.

– Если бы я не дал тебе подзатыльник, получил бы его потом я.

– Ты боишься мою сестру, – начинаю смеяться я.

– Иногда она вселяет страх, конечно, поэтому с ней лучше не спорить. Но ничего я ее не боюсь.

Я продолжаю заливаться смехом. Нужно будет рассказать об этом Марии, она будет рада это услышать.

– Не смей говорить об этом ей! – кидает он на меня сердитый взгляд.

Он будто читает мои мысли.

– Ничего не могу обещать.

– Засранец.

Всю оставшеюся поездку я не мог спокойно смотреть на него, мне так и хотелось подколоть его.

– Только попробуй хоть промолвить словечко об этом, – предупреждает меня Джош.

– Иначе?

– Иначе я засуну твой язык в твою задницы! – улыбается он, открывая дверь.

Мы не успеваем ступить на порог как к нам выскакивает Мария.

– Ну и где носило ваши задницы?

– А ты спроси об этом своего братца.

– Ну и? – смотрит она на меня.

– Я ездил покупать чемодан, потому что из-за твоей поездки по магазинам, мой гардероб увеличился в пять раз.

– Я лишь хотела, чтобы ты выглядел как человек, – пожимает она плечами. – Вот и все.

– Значит раньше я не был похож на человека.

– Был, но, если хорошо приглядеться. Теперь же твой стиль соответствует твоему статусу, – улыбается она.

– Отлично, теперь у меня есть личный стилист.

– Кстати, меня отправляют на твою конференцию в Нью-Йорк, – визжит сестра. – Я наконец-то поеду в Нью-Йорк.

– Чур не задавать каверзные вопросы, – целую ее в щеку. – Поздравляю.

– Так уж и быть я не буду этого делать, но… – она каверзно улыбается. – Заплачу кому-нибудь.

– Удружила сестренка.

– Я тоже люблю тебя, – виснет она не мне. – Кстати, мама звонила и просила передать что твоя машина уже ждет тебя на автостоянке в Нью-Йорке.

– Это потрясающая новость, а что насчет «молнии»?

– Там какие-то проблемы с документами, она сейчас их решает.

– Жаль, я так соскучился по ней.

– Она пообещала, как можно быстрее все решить, – весит она на мне как обезьяна.

– Я конечно все понимаю, но может мы сядем обедать? – появляется Джош.

Мария спрыгивает с меня и идет на кухню с важным видом.

– Смотри чтобы она не пришибла тебя, – шепчу я проходя мимо.

За что получаю толчок локтем.

Пообедав, я отправился закончить дела с вещами и попросил помощи у Марии, она просто обожает заниматься этим. Думаю, если бы была такая профессия, она была бы лучшей в этом деле.

Когда все вещи были сложены, аз окном уже наступила темнота, поэтому она пожелала мне сладких снов и скрылась за дверью спальни.

Завтрашний день будет не из простых, поэтому недолго думая я принял душ и лег спать. Новый город. Новая команда. Новые лица. Мне предстоит не простая работа. При заключении контракта передо мной ставили четкую цель. Вернуть Никс в шестерку лучших.

Глава 4

Чертовы мысли, которое лезли в голову, не давали мне заснуть, поэтому пол ночи я ворочался в кровати. Я размышлял обо всем, о чем только возможно. Я думал обо всех вариантах, с которыми я столкнусь. Как буду искать выходы из ситуаций и даже обдумал, что будет если у меня ничего не получиться. Но я хочу и должен избежать этого. Я приложу все усилия, чтобы выполнить поставленною передо мной задачу и порадовать болельщиков.

– Выглядишь совсем не спавшим, – говорит сестра, когда я появляюсь на кухне.

– Так и есть, – наливаю себе воды. – Сегодня была ужасная ночь.

– Во сколько ты будешь выезжать? – смотрит она на время.

– За мной заедут в половину одиннадцатого. У тебя эфир?

– Нет, – улыбается она. – У меня сегодня только вечерний, попросила руководство дать мне мини отгул.

– Отлично.

После душа и чашки кофе сонливость начинает проходить, но не думаю, что это надолго. Заканчиваю последние сборы и выношу чемодан к входной двери.

– Я так и не спросил тебя, а где все остальные твои вещи? – появляется Джош.

– Все еще в Канаде, как только заселюсь в квартиру в Нью-Йорке отправлю все туда. Коробки уже давно стоят собранные.

Кладу рюкзак рядом с чемоданом и на телефон приходит уведомление.

«Водитель прибудет через 15 минут»

– Водитель скоро будет здесь.

– Если ты надеешься, что я пущу слезу, то не дождешься, – улыбается друг.

– Засранец.

– За этим обращайся к своей сестре, она в этом профи.

– А еще она профи в том, чтобы давать подзатыльники, – толкает его локтем Мария. – За пару лет натренировалась так, что позавидует любой.

Когда водитель сообщил, что уже ждет меня, в глазах сестры появились слезы.

– Я улетаю не навсегда Мария, – обнимаю я ее. – Ты так не реагировала, когда я переезжал в Канаду.

– Заткнись, – улыбается она сквозь слезы.

– При этом ты можешь в любую секунду бросить этого дурака и прилететь ко мне.

– Этот дурак все еще стоит здесь, если вы не заметили, – машет Джош руками.

– Мне пора, – вытираю с щек сестры слезы.

Выношу сумки на улицу и вижу машину, которая уже ждет меня. Загружаю чемодан в багажник, и чтобы не оставлять сестру расстроенной решаюсь раскрыть ей один секрет. Открываю дверь машины, но не сажусь в нее.

– Кстати, давно хотел тебе сказать, Джош боится тебя, – улыбаюсь я, смотря на друга. – Да, да, он сам мне это сказал.

Извини Джош, но я не мог этого не сделать.

– Заткнись, придурок, – кричит он, улыбаясь.

– А еще, он просил у меня узнать какого числа у вас годовщина.

Глаза Джоша увеличиваются в два раза, в то время как слезы Марии пропадают. И теперь она уже не расстроена, она в гневе, и при этом не на меня. Что может быть лучше?

– Ну ладно, как только приземлюсь, напишу. Не скучайте.

Сажусь в машину и вижу, как Мария взглядом испепеляет друга, а он в это время что-то пытается ей объяснить. Увы это ему не поможет. Затем сестра просто разворачивается и уходит в дом. Друг смотрит на меня убийственным взглядом и направляется за ней.

– Можем ехать? – спрашивает водитель.

– Да, теперь можем.

Весь полет я не мог найти себе места. Для меня все это казалось чем-то новым, но это не так. Я уже проходил через это. Перелет. Новые лица. Новый дом. Новые знакомства. И самое главное – новая глава в прежней жизни.

Вот он Нью-Йорк, город разрушенных надежд. Сколько человек приезжали сюда за мечтой, но оставались ни с чем. Каменные джунгли, в которых так мечтает побывать огромное количество туристов.

Я никогда не горел мечтой переезда в Нью-Йорк, в отличие от Марии. Я всегда считал, что это город не для меня, но тем не менее я здесь. И это мой новый дом на ближайшие 5 лет, а может и дольше.

Машина останавливается около главного офиса клуба и, с небольшим волнением, я захожу внутрь. В вестибюле меня встречает директор и менеджер клуба.

– Добрый день, мистер Геррера, – здороваются они.

– Здравствуйте.

– Мы рады видеть вас в нашем клубе, надеемся на долгое сотрудничество.

– Непременно.

Я тоже на это рассчитываю.

Наша встреча не была долгой, после подписания оставшихся бумаг, которые не были подписаны на прошлой встрече, я отправился в новый дом.

Мои критерии для квартиры не были какими-то невозможными. Главным параметром было то, чтобы квартира была не слишком далеко от тренировочной базы, а так, все как обычно. Но и конечно, так как это Нью-Йорк, я хотел бы каждое утро наблюдать его красоту из панорамных окон.

Машина подъезжает к одной из многоэтажек, а я понимаю лишь то, что не вижу конца этого здания. Водитель помогает мне достать мой чемодан и, поблагодарив его, я подымаюсь по лестнице в это гигантское здание. На ключах, которое передало мне руководство, написан номер моей квартиры и видимо первые две цифры указывают этаж, так как всего их 4. Вызываю лифт и поднявшись на нужный этаж нахожу дверь с точно таким же номером, как и на ключе. Меня удивляет то, что на моем этаже лишь две квартиры, но, когда я оказываюсь внутри своей, все вопросы моментально пропадают.

Это пентхаус. Пентхаус с потрясающем видом на город, как я и просил. Я не знаю зачем мне такая огромная квартира, если я буду жить здесь один, но многим это не мешает покупать гигантские дома. Тогда почему это должно смущать меня? Поднявшись на второй этаж квартиры мне открылся вид на террасу. Эта квартира определенно понравиться Марии, когда она прилетит ко мне.

Занеся чемодан в гардероб и пообещав себе разобрать его чуть позже, заказываю такси и направляюсь за своей машиной, которая давно ждет меня на стоянке.

Годы, проведенные в Канаде без моей машины, казались адом. Мне пришлось арендовать тачку, чтобы хоть как-то перемещаться. Я не мог провести свою, так как нужно было переделывать какие-то документы, мама пыталась мне помочь, но ничего не вышло. Я до сих пор так и не понял в чем была проблема, но сейчас это уже не важно. Я еду забирать ее домой, в наш новый дом.

Пока мужчина распечатывал документы, я ждал, когда он вручит мне мои ключи. Они, черт возьми, лежали прямо передо мной, но я не мог взять их, пока не подпишу бумаги.

– Оставьте подпись здесь, – он указывает мне на документ. – И здесь, и можете забирать машину.

Сделав все как он и просил, я схватил свои ключи, поблагодарил его и вылетел оттуда. Проходя мимо пары десятков машин, я удивлялся разнообразию. Здесь было все, начиная от раритета и заканчивая машинами премиум класса. Доходя до конца, я наконец-то замечаю свою. Но не подойдя до нее, я нажимаю на кнопку блокировки, и она издает звук, который кажется раем для моих ушей.

– Ну привет, – радуюсь я. – Давно не виделись… целых 3 года.

Открываю дверцу, занимаю водительское сидение и сделав глубокий вдох, нажимаю на кнопку зажигания. Все, что происходило дальше казалось сном. Я снова за рулем своей малышки, нажимаю педаль газа и рев, который я слышу, поднимает волну мурашек по всему телу.

– Ну что, прокатимся?

Прокатиться у меня не получилось, так как я не знаю этого города. Максимальная скорость, с которой я ехал была 100 км в час, а для меня это совсем ничего. Нужно узнать, как выехать на автомагистраль, чтобы проехаться с «моими» скоростями. Я не думаю, что руководство будет счастливо узнать, что я любитель скорости, но думаю это никак не отразиться на игре. Вот только пресса, как обычно, может поднять шумиху, но этого можно избежать, не попадая ни в какие долги по штрафам.

Подъезжаю к дому и спускаюсь на парковку, вот только есть небольшая проблемка. Я не знаю какое мое парковочное место. Подымаюсь в холл и найдя охранника узнаю нужную информацию. Мне указывают на четыре свободных парковочных места, и я занимаю которое расположено ближе к лифту. Вокруг огромное количество дорогих машин, но я не променяю свою ни на что другое, пока она будет ездить.

Завтра у меня знакомство с командой и игроками, я уже виделся с некоторыми из них. Все ребята хотят побеждать и готовы приступить к тренировкам. Сезон стартует через полмесяца, и за это время мне нужно узнать сильные и слабые стороны каждого игрока и выстроить новый план игры.

Несмотря на то, что пресс-конференция состоится через 9 дней, я решил, что приступлю к тренировкам уже с завтрашнего дня. Чем быстрее я разберу каждого игрока и найду общий язык, тем быстрее пойдет дело.

Дни сменяли друг друга, а я продолжал разрабатывать тактику игры. Вместе с другими тренерами за пять дней мы придумали несколько комбинаций, которые уже начали оттачивать игроки и пока дела команды идут хорошо. Интерес прессы поубавился и вокруг меня больше не было такого внимания, но вот папарацци, как заведенные часы, дежурили рядом. Я уже начал привыкать к такой жизни, это казалось чем-то обыденным.

– Занят? – раздается голос сестры из трубки, когда я выезжаю с тренировочной базы.

– Нет.

– Отлично, тогда слушай. Я отказалась от номера в гостинице, так что поживу у тебя.

– С какой это стати?

– И да, еще я прилетаю в воскресенье поздно вечером, точное время скажу позже.

– И зачем мне эта информация?

– Ты меня встретишь!

– Тебя плохо слышно, – издаю я шипящие звуки. – Что ты говоришь?

– Дэвид, я знаю, что ты прекрасно меня слышишь, – цокает сестра.

– Ладно, – смеюсь я. – Встречу и приючу.

– Вот и договорились.

В ее голосе столько счастья, думаю она сейчас светиться, как Сириус, и слепит всех вокруг.

– Как ты там? Джош еще жив, а то он пропал с моих радаров?

– У меня все отлично, а вот твоего дружочка я еще не простила.

– Кстати, видела, что первая игра в сезоне с вами?

– Да, посмотрим на что ты способен, – смеется она.

Мария всегда смотрела игры Рэпторс, когда я тренировал там. Думаю, несмотря на то, что Джош играет в Лейкерс, сестра будет поддерживать Никс, тем более теперь я не ассистент тренера, а главный тренер.

– Да мои парни разорвут вас в дребезги.

– Я в таких матчах занимаю нейтральную позицию, так что не приплетай меня к ним.

– Ладно, мои парни разорвут ИХ в дребезги, – делаю я акцент.

– В любом случае будет интересный матч.

Выхожу из машины и сбрасываю звонок сестры, а уже подходя к лифту, сталкиваюсь с парнем, примерно моего возраста.

– Дэвид Геррера? – шокировано спрашивает он.

– Да, он самый, – улыбаюсь я.

– Никогда бы не подумал, что встречусь с вами на парковке дома, в котором живу.

– Внесу небольшую ясность, я здесь также живу.

– Не может быть.

По его лицу видно, что он все еще не может поверить в случившееся.

– Именно так.

Двери лифта открываются, и мы вместе заходим. Он нажимает кнопку нужного ему этажа и уступает место мне.

– Я с детства болею за Никс, но никогда в жизни не встречался ни с кем лично.

– Все когда-то случается впервые.

Лифт останавливается на его этаже и, пожелав мне удачи, он выходит из него.

Доезжаю до своего этажа и зайдя в квартиру попадаю в хаос, который сам тут навел. Вся квартира уставлена коробками с моими вещами, которые недавно приехали из Канады. Когда-нибудь я разберу этот бардак, но, а сейчас мне нужно просмотреть записи с тренировки и разобрать все ошибки.

В последние дни моя жизнь выглядит так: дом, тренировки, разбор ошибок и пару часовой просмотр спортивных телеканалов. Именно тех программ, где обсуждают команды, против которых нам предстоит играть. Иногда эксперты могут указать на довольно интересные вещи и подкинуть хорошие идеи.

Ложусь в кровать, включаю одну из таких программ и на телефон приходит смс-сообщение.

ДЕЙЗИ: «Привет, как ты там? Я тут на днях прилетаю в Нью-Йорк, не хочешь встретиться?»

О боже, только не это. Я так был рад наконец-то избавиться от нее и вот она появляется в моей жизни снова. Решаю проигнорировать ее вопрос иначе она точно от меня не отстанет. Те два года с ней были кошмаром, хуже адского пламени. Я дал себе слово больше никогда не связываться с такими, как она, даже под предлогом смерти.

На мой не ответ она отправила еще парочку сообщений, но я даже не смотрел. Я понятия не имею почему не удалил ее контакт, но я помню, что собирался это сделать. Закончив просмотр программы, я, как и любой современный человек, решил пролистать социальные сети.

Сам я не люблю выставлять свою личную жизнь на показ, поэтому на моих страницах полно фотографий с тренировок и игр. Да, моментами проскакивают фото с семьей и друзьями, но их настолько мало, что хватит пальце на руках, чтобы их пересчитать. А вот мои сестры, в отличие от меня, ведут довольно открытую жизнь и почти каждый день делятся своими прекрасными фотографиями.

Я никогда не считал, что личное должно выходить за границы семьи и близких друзей. Даже в 20 лет в моей ленте не было ничего, что было бы связано с моей семьей. Но я и никогда не держал в секрете свою жизнь и семью, их легко можно было найти в моих подписках. Я считал и считаю, что в жизни каждого должна оставаться деталь, которой они не должны делиться ни с кем, так как она принадлежит лишь им, а не всему интернету. В моем случае – это моя семья и все близкие мне люди.

***

Если бы была возможность провести пресс-конференцию по видеосвязи, я бы был обеими руками за. Но такой необходимости нет, и поэтому я уже битый час стою в пробке на выезд из города.

– Никакого движения? – спрашивает директор клуба водителя.

– Нет, абсолютно никакого.

– Твое имя вызвало небывалый ажиотаж, – удивляется мой агент.

– И я его не поддерживаю.

Вспомнив о Марии, я отправляю ей сообщение и не успеваю выключить окно переписки, как три точки сразу начинают прыгать в углу.

Я: «Добралась?»

МАРИЯ: «Нет, стою в пробке на съезду к пресс-центру. Ты?»

Я: «Стою в пробке на выезде из города»

МАРИЯ: «Серьезно? Это сколько тебя придется ждать?»

Я: «Сам в шоке от происходящего»

Сестра прилетела позавчера ночью и увидев, где будет жить ближайшие пару дней, визжала от восторга. Я не показывал ей свою квартиру зная, что ее реакция будет именно такой. Как только ее ноги перешагнули через порог, она сразу понеслась к панорамным окнам, а затем заметив лестницу, побежала на второй этаж. Столько воплей от нее я не слышал никогда. Для меня квартира, как квартира, да очень красивая и роскошная, но я бываю лишь на кухне и в спальне. Все остальные комнаты чаще посещает моя домработница, ну теперь еще и Мария.

С большими усилиями спустя час мы доехали до того самого съезда к пресс-центру, но, как и Мария и как все остальные журналисты снова стали в пробку. Кто-то не выдерживал и шел пешком, оставляя машины на обочинах. Все это вызывает у меня удивление. Почему мое назначение на данный пост вызвало такой ажиотаж? Мне очень хочется узнать причину.

МАРИЯ: «Тут просто неимоверная давка, хорошо, что попросила фотографа замять мне место. Надеюсь, успею до твоего появления»

Мне сказали, что конференция будет не долгой, около 30 минут, зададут пару вопросов и все, но видимо планы поменялись. Вместо пары вопросов меня ожидают пара десятков вопросов.

Надеюсь, никто из журналистов не копался в моем грязном белье и не копал под меня очень глубоко. Руководство клуба знает о моей условной судимости. Они сказали, что навряд ли об этом кто-то узнает, так как информацию очень сложно найти. А очень глубоко что-то искать и запрашивать личные дела никто не будет. Но что-то мне подсказывает, что просто сегодня мне не будет и что-то да вылезет наружу.

Наконец-то машина останавливается около заднего входа, но двери почему-то оказываются закрытыми.

– Минутку, сейчас свяжемся с пресс-центром, – выходит из машины директор клуба.

И уже через пару минут двери открываются, и я вместе с агентом захожу в здание. Мы находимся рядом с комнатой для пресс-конференции, и я слышу кучу голосов, которые сливаются в один громкий звук.

– Прошу всех журналистов занять места в зале, конференция начнется через 5 минут, – объявляет кто-то в микрофон.

Меня провожают в комнату для спикеров, и я прошу бутылку воды иначе я умру от жажды, потому я рассчитывал добраться сюда за 30 минут, а не торчать в пробке около двух часов. Конференция уже как пять минут должна была начаться, но сегодня все пошло не по плану.

– Итак, мы можем начать конференция, но нам нужно еще буквально пару минут. Спикер опаздывает из-за создавшейся пробки.

Вообще-то я уже как минут 10 сижу здесь. В комнатке пять на пять метров. Наконец-то появляется девушка и приглашает меня в зал. Как только я переступаю порог вспышки фотоаппаратов начинают слепить, но я, не замечая их, занимаю свое место.

– Мы можем начинать? – спрашивает модератор.

– Да, мы можем начинать.

– Отлично. Всем добрый день, сегодня наша пресс-конференция посвящена назначению на должность нового главного тренера баскетбольного клуба Никс Дэвид Геррера. Чтобы задать вопрос необходимо поднять руку и после того, как вам дадут слово озвучить свое имя, название СМИ и соответственно свой вопрос, – обращается он к залу.

Нахожу глазами сестру, которая сидит, уткнувшись в блокнот и когда она поднимает на меня свои глаза в них видна печаль. Что, черт побери, успело случиться за эти тридцать минут?

– Итак, первый вопрос, прошу, – указывает модератор на мужчину в первом ряду.

– Джон Лег журнал «Sporting News», Ваше назначение на должность стало очень неожиданным для многих, как вы сами отреагировали на предложение клуба?

– Для меня это также было неожиданностью, но, когда агент сообщил мне о предложение клуба, я не стал долго раздумывать и мы начали вести переговоры.

– Спасибо, – занимает он свое место.

– Итак, следующий, – объявляет модератор.

Я не знаю на сколько вопросов ответил, но с каждым вопросом они все глубже и глубже ударялись в мою личную жизнь.

– Джули Блэк, газета «The New York Sun», с момента отъезда их Канады мы не видели вас вместе с Дейзи Гринс, вы все еще вместе? На недавнем интервью она заявила, что собирается посетить Нью-Йорк.

Чертова Дейзи.

– Нет, с Дейзи мы расстались около трех месяцев назад. О ее визите в Нью-Йорк я не знаю, мы не общаемся.

Лжец. Она несколько дней назад тебе писала об этом.

– Спасибо.

– У нас есть еще время на пару вопросов, так что прошу.

Я решаюсь налить себе воды, но как только слышу голос, который называет свое имя и названием СМИ, руки перестают функционировать. Поднимаю голову и вижу человека, которого 100% не ожидал здесь встретить, потому что она должна работать в отделе футбола. С горем пополам все же наливаю стакан воды и собираюсь слушать ее вопрос.

– Анаис Холл, телеканал ESPN, насколько ваше руководство осведомлено о вашем прошлом?

Что, черт возьми, она несет?

– Им известно, что в 2015 году на вас было заведено уголовное дело по статье 211 части 1 «Причинение другому лицу тяжких телесных повреждений» и вам вынесли условный срок?

Она произносит это уверенный голосом и смотрит мне прямо в глаза.

В горле пересыхает и я не знаю, что ответить. Делая пару глотков воды и откашлявшись, отвечаю на ее вопрос.

– Да, руководству клуба известно об этом, и мы пришли к решению, что это не помешает мне работать с командой.

– А игрокам известно об этом? – настаивает она.

– Я не знаю, донесена ли такая информация до игроков клуба.

– Спасибо, – она занимает свое место.

Что это только что было? Смотрю на Марию, но она в шоке смотрит на меня. Никто из нас не ожидал такого. Теперь мне точно будет не отбиться от прессы и папарацци, которым только в удовольствие такие новости.

До конца конференции Анаис так и не подняла голову. Не знаю в чем была причина, было ли ей стыдно за это или она просто не хотела видеть меня, но она так больше и не взглянула в мою сторону. А когда модератор объявил о том, что пресс-конференция окончена она самая первая покинула зал. И даже не остановилась, когда Мария окликнула ее.

Глава 5

Анаис

Что я наделала? Я не знаю, что в меня ударило, но я спросила об этом. Спросила о том единственном, о чем не должна была. Выбегаю, как можно быстрее из зала, не обращая внимания ни на что. Слышу, как меня окликает Мария, но я не оборачиваюсь. Чем быстрее я покину это место, тем будет лучшее. Уже на выходе слышу, как остальные журналисты начинают выходить из зала, и все они обсуждают лишь одно. Судимость, о которой я спросила.

Сажусь в машину и не слышу ничего кроме стука своего сердца. Я начинаю ловить паническую атаку, которой не было уже долгие годы. Дышать становится все труднее и труднее. В машине нет ни воды, ни чего-нибудь другого, а мне становится все хуже и хуже. Открываю дверцу машины и стараюсь спокойно и глубоко дышать, но ни черта не получается.

– Анаис! – зовет меня подруга.

Нет, нет, нет.

Закрываю дверцу и несмотря на панику в глазах и трясущиеся руки завожу машину. Мария останавливается в паре метров от меня, а я, бросив на нее сожалеющий взгляд, выезжаю на дорогу.

Я не хотела этого. Правда не хотела.

Перед выездом на трассу уже образовалась пробка, и это ни как мне не помогает. Дышать все еще трудно, но я стараюсь делать все так, как меня учили. Глубокий вдох. Глубокий выдох. И так несколько раз. Глаза закрыты, и я фокусируюсь только на своем внутреннем голосе.

Сзади начинают сигналить и отрыв глаза вижу, что пробка рассосалась и проезд свободен. Выезжаю на трассу и делаю то, на чтобы никогда бы в жизни не решилась раньше. Жму на педаль газа что есть силы. Машина разгоняется до 180 км в час, но мне не страшно. Мне становиться на удивление легче и спокойнее. Я всегда боялась скорости, но не сегодня. Не сейчас.

Подъезжаю к своему отелю и зайдя в холл на меня неожиданно налетают другие журналисты.

– Откуда вам известна информация об условном сроке мистера Герреро? – спрашивает девушка.

– Это достоверная информация? – кричит рядом другая.

– Вам кто-то заплатил за это?

– Извините.

Это было единственное что я сказала перед тем, как двери лифта закрылись, а они остались с другой стороны. Было ошибкой снимать номер в гостинице, где полно других журналистов, а также было огромной ошибкой говорить о суде на конференции.

Я не хотела подставлять его, я никогда бы такого не сделала. Я не знаю, что случилось со мной в тот момент, я не думала, о чем говорю. И теперь под прицелом будет не только он, но вся его семья и в том числе я. Если журналисты начнут искать, они узнаю, что мы были вместе и сделают из меня девушку, которая захотела отомстить ему. Я сделала самую большую ошибку, которую только могла допустить.

Остаток дня я просидела в номере за написанием статьи. Как журналист я выполнила свою работу на отлично, а во всем остальном я поступила ужасно. И как теперь не корить себя за это? Мой телефон разрывается от сообщений Марии, но ни на одно не ответила и даже не прочитала. Я отвратительная подруга.

Отправляю готовую статью в редакцию, но я совершенно не рада тому, что в ней имеется. Это, наверное, единственная статья, где я не хочу видеть свое авторство. Ответ от редакции приходит моментальный.

«Эта статья взорвет все медиа. Ты отлично постаралась!»

Но это меня совсем не подбодрило, мне хотелось кричать от того, что творилось у меня внутри. В моей жизни и так не мало проблем, но теперь появилась еще одна, и как справиться со всем этим я не знаю. Я загнала себя в угол, вырваться из которого мне никто не сможет помочь, кроме себя самой.

На телефон продолжают поступать смс-сообщения и звонки, но я успешно продолжаю их игнорировать. Мне абсолютно ни с кем не хочется разговаривать и видеться, я хочу лишь тишины и покоя. Хочу взять отпуск и уехать куда-то подальше ото всех, остаться одной и погрузится в свои мысли. В последнее время мне этого совсем не хватает.

Пролежав на кровати целую вечность, я решаюсь спуститься поесть, потому что, если я еще хоть немного просижу в номере мне придется спасать себя еще и от депрессии. Спускаюсь в холл и уже у вхожа в ресторан замечаю Кевина.

Только его сейчас мне не хватало.

Стараюсь пройти незамеченной, но мне не удается, он окликает меня.

– Анаис.

Но почему именно сегодня? Почему не завтра или в любой другой день? Почему именно сегодня?

– Как ты меня нашел?

– Все телеканалы только о тебе и говорят.

Черт.

– Кто-то выложил видео как ты отказываешь отвечать на вопросы журналистов и там хорошо виден холл, – продолжает он, – Легко было вычислить.

Лучше обстоятельств и не придумаешь.

– Ты что-то хотел?

– Вообще-то да, ты выглядела не очень на том видео, я звонил тебе, но ты не отвечала на звонки, вот я и решил…

Но я не даю ему договорить.

– Кевин, я сейчас хочу побыть одной, мне нужно побыть одной. Извини.

И не дожидаясь его реакции я заходу в ресторан.

Он хороший, даже слишком хороший. Несмотря на нашу ссору и мой уход он все равно приехал, чтобы поинтересоваться как я. А я в очередной раз просто плюнула ему в лицо. Я ужасный человек. Почему я с начала сделаю, а только потом думаю? Почему нельзя наоборот? За этот день я навредила уже многим близким мне людям, больше я никого не хочу расстраивать. Поэтому после ужина, я поднимаюсь к себе в комнату и взяв телефон вижу пропущенные звонки от Дженни, мамы, Кевина и Марии. Отправив сообщение маме и Дженни о том, что я позвоню им завтра, открываю переписку с Марией. Ее сообщения не отличаются друг от друга, все они спрашивают меня лишь о том, все ли у меня в порядке и как я. Отправив ей тоже самое что и маме с Дженни, я получаю моментальный ответ.

МАРИЯ: «Ты не представляешь, как я волновалась за тебя! Пожалуйста, позвони завтра! Все в порядке, не переживай»

Все в порядке, не переживай.

Я так не думаю. Теперь ничего не будет в порядке, у меня уж точно. Я слишком долго не замечала проблем вокруг себя, а когда собралась их решить, создала новые, но при этом не только себе.

Утром в редакции все восхищались моей проделанной работой, но по мне это било еще сильнее. Никто из них не знает, что мы знакомы. Никто даже и предположить не может, что мы раньше были вместе, а я подставила его. Так грязно подкинула то, что теперь не даст ему спокойно жить.

Хейзел, как и все сегодня, восхищалась мной. Она светилась как солнце и тараторила о том, что все только об этом и говорят. Я породила хаос вокруг Дэвида этой новостью.

– У тебя сегодня эфир, – напоминает она. – Но другой, мы поставили тебя на эфир, где будет обсуждаться твоя статья.

– Гости будут?

– Да, бывшие игроки "Никс", а также на связь выйдет руководитель клуба.

О нет.

– Геррера не будет?

Скажи, что нет, пожалуйста.

– Нет, он отказался от комментариев.

Ну да, а что ему еще остается делать?

– А что насчет выходных?

– Все бумаги подписаны, – улыбается она. – С завтрашнего дня у тебя пятидневный отпуск.

– Отлично, спасибо.

Хоть бы что-то хорошее.

Пожелав хорошего рабочего дня, направляюсь в гримерку. Через два часа эфир, но я психологически не готова к нему. Я знаю все о его деле, каждую деталь и каждую мелочь. И я понятия не имею, что буду говорить на эфире. Я не могу занять позицию против него, не могу обвинять его в случившемся, просто потому что знаю причину его действий.

Спустя час в гримерке появляется ассистентка с планшетом, где прописаны темы обсуждения и тезисы для начала разговора. Быстро пролистав и просмотрев все, понимаю, что эфир будет сложным.  Я буду занимать нейтральную позицию, что меня устраивает, но при этом в студии будет представители двух других позиций. Один эксперт будет против назначения Дэвида, а другой будет «за» несмотря на новость.

Я уверена, что все будут смотреть данный эфир, а в особенности он. Я не должна в очередной раз упасть в его глазах.

– Три минуты до эфира, – звучит в наушнике. – Проверка оборудования.

– Один, два, три. Меня слышно?

– Все работает.

Я киваю.

Я не помню, когда в последний раз так нервничала перед эфиром. У меня никогда не было такой проблемы, так как обычно это приносит мне удовольствие. Где, как не тут, можно подробно обсудить все события прошедших игр и разобрать ошибки команд?

– Минута до эфира.

Беру стакан, чтобы сделать глоток воды и замечаю, как трусятся мои руки. Но замечаю это не только я.

– Все в порядке? – слышу в наушнике. – 30 секунд.

– Да, все хорошо.

Делаю пару глотков и привожу сбившиеся дыхание в норму.

– Три, два, один. Эфир.

– Добрый день это "News analytics" и я Анаис Холл. Сегодня вместе со мной в студии находятся Джей Ар Смит и Ченнинг Фрай, в прошлом игроки баскетбольной команды "Никс". И, наверное, каждый уже догадался, что темой сегодняшнего обсуждения является новый главный тренер "Нью-Йорк Никс" Дэвид Геррера.

Я была удивлена тем, что эфир проходил спокойно, пару раз кончено эксперты спорили, но все было в пределах нормы.

Пока в эфире возникает рекламная пауза я просматриваю план продолжения эфира и замечаю красными буквами следующую запись.

«Эфир с Геррера»

Какого хрена? Хейзел говорила, что он отказался от комментариев.

– Будет включение Геррера? – спрашиваю я по наушнику.

– Да, он позвонил и сказал, что готов дать комментарии, – отвечает в наушник продюсер.

Только не это.

– Тридцать секунд до эфира.

Соберись Анаис, чтобы он не придумал все будет хорошо.

– Три, два, один. Эфир.

– С вами все еще "News analytics" и я Анаис Холл, оставайтесь с нами так как совсем скоро в студии появиться Дэвида Геррера, он впервые даст комментарии по поводу своего прошлого.

Каждые пять минут в наушнике мне отсчитывали время до выхода в эфир Дэвида. И чем цифра становилась меньше, тем я все больше и больше начинала нервничать. У меня уже появились вопросы, которые я должна ему задать и некоторые слишком личные, очень надеюсь, что дело до них не дойдет.

– 30 секунд, объявляй, – диктуют мне в наушнике.

– Ну а сейчас с нами на связь выходит главный тренер "Никс" Дэвид Геррера.

Он появляется на экране и у меня перехватывает дыхание.

– Дэвид, вы нас слышите?

– Да, добрый день, – он улыбается.

А я забываю с чего должна начат разговор и начинаю говорить совсем не по плану.

– Рады вас слышать, Дэвид. Вы еще не давали ни один комментарий по поводу новости, которая взорвала весь баскетбольный мир.

– Да так и есть.

Я быстро смотрю, о чем должна сейчас говорить и благодарю продюсера, который замечает мою мини панику.

– Пусть даст небольшой комментарий, – озвучивает он в наушник.

– Можете сейчас дать прокомментировать эту новость?

– Да, конечно. Я предполагал, что то, что случилось в прошлом будет проблемой для меня в будущем, но я не мог подумать, что все сплывет таким образом.

Я тоже не могла раньше подумать об этом. Я поступила ужасно, я знаю.

– Но хорошо, что об этом узнали сейчас, а не через два года, когда бы я уже работал с командой. Лучше пусть все эти разговоры закончатся сейчас и это не будет тревожить меня и команду в будущем.

Он говорит так уверено и твердо. Я даже удивляюсь, насколько он хладнокровен по отношению к работе, в отличие от меня.

– Как уже всем известно на меня было заведено уголовное дело, меня обвинили в нанесение тяжкого телесного вреда. И да, я был причастен к этому. Мне действительно вынесли условный срок, но это все было и остается в прошлом. Сейчас это никак не отразится в работе с командой.

– Команде уже известно об этом?

– Да, все игроки и тренеры знаю об этом. И это ни у кого не вызвало возражения, команда, как и раньше, продолжает тренироваться.

– Раз вы вышли к нам в эфир, мы не можем не спросить вас о вашем назначение. До этого вы были тренером канадской баскетбольной команды "Рэпторс 905".

– Да, я работал ассистентом тренера, – поправляет он меня.

– Сильно ли ощущается разница уровней лиг, уровней игроков?

– Я не хочу кого-то выделять и принижать, но что касается уровня лиг, то уже сейчас на уровне тренировок разница ощущается. Здесь больше нагрузок, выше скорости ну и более опытные игроки.

– На сколько баллов вы можете оценить готовность вашей команды к старту чемпионата?

– Я скажу лишь то, что команда готова начинать играть уже сейчас. Все игроки воодушевлены и настроены на победу.

– Две минуты до конца эфира, – слышу в наушнике.

– Спасибо вам, – благодарю я Дэвида.

– Спасибо.

Он пропадает с экрана.

– Это была программа "News analytics", а в гостях сегодня у нас были Джей Ар Смит и Ченнинг Фрай. Спасибо, что пришли.

– Спасибо, что пригласили.

– На этом мы прощаемся и увидимся уже вечером. С вами была Анаис Холл. Живи, люби, играй в баскетбол. До встречи.

Я это сделала.

Но почему он передумал?

Сменив рабочую одежду на свою, я прощаюсь со своим визажистом и возвращаюсь домой. Точнее в отель, где должна встретиться с Марией. Как только я выхожу из телестудии на телефоне высвечивается номер подруги.

– Да? – отвечаю я на звонок.

– Ты еще на студии?

– Нет, буквально только вышла, а что?

– Я знаю, что ты будешь против, но я все же спрошу, – она делает паузу. – Не хочешь приехать ко мне?

– К тебе, в смысле к Дэвиду домой?

Она вздыхает.

– Да, именно так.

– Ну тогда ты знаешь мой ответ.

– Он буквально пару минут назад уехал и его не будет пару дней. Вы не встретитесь.

– Спасибо за предложение, но нет, – сажусь я в машину. – Я даже не хочу знать, где он живет.

– Как с вами сложно.

– Не закатывай глаза.

Я знаю, что она их сейчас закатила.

– Я не закатывала, – парирует она.

– Ну да, ну да.

Завожу машину и медленно выезжаю с парковки.

– Так, ладно. Тогда через час у тебя, – соглашается она.

– Именно, целую.

– И я тебя.

Кидаю телефон на соседнее кресло и пытаюсь аккуратно выехать со своего парковочного места, так как меня зажали с двух сторон. Бить чужую машину как-то не хочется, а свою уж тем более. Плюс я все еще не решила проблемы с задней фарой и вмятиной.

С горем пополам, прокляну все и всех мне все-таки удается покинуть это место и отправится в отель. Мне нужно выпить пару успокоительных иначе я сорвусь на какого-то бедолагу. И знаете что? Я так и сделаю, когда выеду из этой чертовой пробки на въезд в город. Сегодня все решили испортить остатки моих нервных клеток?

Набираю Марии смс-сообщение о том, что попала в пробку и не знаю через сколько буду на месте. В ответ получаю аудиосообщение с цоканьем, в общем все, как она любит.

Я понятия не имею сколько я стояла в этой чертовой пробке, но я успела психануть, собраться, еще раз потерять контроль, подумать, что заказать поесть себе в номер, поорать песни как ненормальная и надумать променять машину на мотоцикл, но потом резко передумать. В общем я прекрасно провела время, хотя могла провести его намного лучше, поедая вкусную пасту под бокал красного с подругой.

Когда впереди показался съезд в город, я не могла нарадоваться, так как на съезд пробки не было. Свернув в нужном направление, машина наконец-то поехала, а не передвигалась со скоростью 100 метров в час. Спустя уже 40 минут подъезжаю к отелю и сообщаю об этом подруге.

В итоге у меня есть около часа до нашей встречи, большую часть из которых я провожу в душе, чтобы смыть эту ужасную половину дня. Только ложусь на кровать, как телефон начинает звонить.

– Ты уже здесь?

– Да, стою в фойе.

– Поднимайся на 8 этаж, я встречу около лифта.

Завязываю волосы в пучок и выхожу ей на встречу, как и обещала. Выгляжу я максимально отвратительно, свободные домашние штаны и худи с надписью "Лос-Анджелес Лейкерс", которая на два размера больше нужно. Если кто-то пошлет меня на конкурс "Мисс Вселенная" я займу почетное первое место с конца.

Подхожу к лифту в тот момент, когда двери открываются и на меня вылетает Мария.

– Мы вроде бы виделись, – смеюсь я, обнимая ее.

– Там я не могла повиснуть на тебе и кричать от счастья.

Она разрывает объятья и замечает мое худи.

– Подготовилась значит?

– Надела первое, что попало под руку, – закатываю я глаза.

– Ну да, ну да, так я и поверила, – улыбается она. – Ну давай, показывай свои апартаменты.

– Уверена, что они никогда не сравнятся с теми, где ты сейчас живешь.

До двенадцати часов ночи мы обсуждали все, что случилось за то время, когда мы не виделись. Да, мы обсуждали многое из этого по телефону, но поговорить об этом лично – совсем другое. Я рассказала ей про то, что решила взять перерыв в отношениях с Кевином. Рассказала о том, что не знаю, как поступить так как люблю его, но наши цели на жизнь полностью противоположны. Рассказала обо всем, что тревожит меня сейчас.

– Ты видишь его рядов с собой через года три-четыре?

– Я уже не знаю, – вздыхаю я. – Я не уверенна, что он захочет жить так дальше. Он прав, я постоянно пропадаю на работе, а если я дома, то вся завалена работой. Но он знал, что я хочу построить себе успешную карьеру. Он знал на что идет. Я не обещала ему сидеть дома, ждать его, готовить и убирать.

– Я не хочу тебе напоминать, но я с самого начала была против ваших отношений, – делает она глоток вина. – Я сразу сказала, что он не подходит тебе. Вы из разных миров, он мечтает о большой семье, где будет пятеро детей, а ты живешь работой.

– Пятеро детей? Это перебор, – смеюсь я.

– Но не для него.

– Почему мне так не везет с мужиками? – ложусь я на кровать.

– Ответ на этот вопрос я не знаю, но могу сказать, – она доливает себе вина в бокал. – Мужики то нормальные, просто один тупой придурок, который думает, что делает лучше, но все, наоборот. А второй семьянин.

– Семьянин? И все?

– Ну ладно, еще он слишком смазливый, чересчур заботливый и мечтает о пятерых детях.

– Ты теперь всегда будешь мне об этом говорить?

– Пока ты не родишь пятеро детей, – смеется она.

– Никогда! Я быстрее уйду в монашки чем рожу пятерых.

– Никогда не говори никогда, помнишь?

– Ни-ког-да! И точка.

Беру свой бокал и доливаю остатки вина.

– Вторая бутылка закончена, – машу я ей в воздухе.

– Мне кажется нам хватит.

– Я тоже так думаю, – зеваю я. – Кстати, куда улетел твой брат?

– Ты теперь его имя называть даже не будешь? – смеется она, а я закатываю глаза. – Ладно, он улетел домой на пару дней. Мама не смогла приехать, поэтому он решил сделать ей сюрприз.

– Как отношения с отцом?

– Лучше не спрашивай, – вздыхает она. – Я уже предпринимала не одну попытку убедить его хотя бы позвонить папе, но он непробиваем.

– Ты впервые после того случая позвонила ему спустя два года, – вспоминаю я. – Ему просто нужно больше времени. Я думаю, все еще наладится.

– Я почему-то в этом не уверена. При упоминании отца в его глазах сразу начинает пылать огонь ненависти, он никогда его не простит.

– Никогда не говори никогда, – напоминаю я ей.

– Ну начинается, – смеется подруга.

Допив остатки вина, мы решили посмотреть фильм, но уже на десятой минуте Мария сопела в подушку. Поэтому поставив его на паузу я легла рядом. В этот момент я вспомнила наши посиделки дома до самого утра, и поняла, что я давно не чувствовала такое спокойствие и умиротворенность, как рядом с ней.

Глава 6

Эти три дня с Марией – лучшее что случилось со мной в этом году. Я соскучилась по ней и ее сумасшествию. Вместе с ней я побывала там, где ни разу не была за два с половиной года жизни в Нью-Йорке. Этот человек затащит меня куда угодно, даже туда куда я совсем не хочу идти.

– Ну давай же, тебе понравится, – тянет она меня.

Сегодня мы приехали в Джексон, город, который находится в полутора часах езды от Нью-Йорка, так как в нем находится парк развлечений с самыми головокружительными аттракционами в мире, по крайней мере так написано на их сайте. И сейчас Мария тянет меня на самую высокую американскую горку мира. Чтобы вы понимали ее высота равна 50-ти этажному дому. Она знает, что я боюсь чертовой высоты, но ей на это наплевать. Она говорит, что это, как бросить человека, не умеющего плавать, в воду, чем быстрее ты окажешься в данной ситуации, тем быстрее страх пройдет. Но я с ней не согласна.

– Мария, пожалуйста, я же умру от страха там.

– Не умрешь, еще никто не умирал.

– Ну тогда я буду первая.

Мария останавливается и поворачивается ко мне лицом.

– Анаис Луиза Холл, ты сейчас же перестанешь ныть и пойдешь со мной на этот аттракцион. – твердо говорит она.

– Я перестаю ныть и не, – делаю акцент на это слово. – Пойду с тобой на этот аттракцион.

– Окей.

Она сдается?

Не может быть все так просто, тем более уж с ней.

– Давай так, – она что-то ищет в своей сумке. – Мы подбросим монетку.

О нет.

– Орел – ты идешь, решка – нет.

И что я могу сказать против этого? Ничего.

Мария подбрасывает монетку, и я уверенна, что сейчас выпадет орел. Монетка падает на асфальт и взглянув вниз вижу, что на нас смотрит тот самый орел. Чтоб его. Мысли материальны, так ведь говорят?

– Вот и все, – улыбается подруга. – Проблема решена.

Но проблемы только начинаются, так как я чертовски боюсь всего этого.

Мы покупаем билет и встаем в очередь, которая растянулась на метров 200 если не больше.

– Пока очередь дойдет до нас, я наплюю на выпавшего орла и уйду.

– Только не в мою смену, – пританцовывает Мария.

– Ты уже придумала, что скажешь моему руководству?

– А зачем им что-то говорить? Я отправлю им телеграмму, – улыбается она. – Извините, но Анаис сегодня и больше никогда не придет на работу, так как она, как маленькая девочка, боится кататься на аттракционах, а мы ходили на них пару дней назад. Думаю, вы сможете сами сопоставить все остальное.

– Гениально.

– Ну и еще в конце добавлю, что NBA TV лучше.

– Как дружелюбно с вашей стороны.

Очередь двигалась быстро и чем ближе мы подходили к этой чертовой горке, тем страшнее мне становилось, мое сердце буквально выпрыгивало из груди. Я человек, который не любит такого рода развлечения. Я боюсь высоты и открытой скорости, знаю, что второго понятия не существует, но это не запрещает мне придумать своего. И я боюсь именно открытой скорости, к этому относится езда на мотоцикле и на вот таких вот аттракционах.

Пока я пыталась успокоить себя, подошла наша очередь и знаете что? Мария села на место в самом начале! Она совсем сошла с ума или прикалывается?

– Я не сяду сюда. Ни за что! Либо мы садимся куда-нибудь в середину, либо я не еду.

– Окей, – вздыхает она.

Я знала, что она не откажет мне. Но от того, что мы сели в середине спокойнее не стало. Мы еще не сдвинулись, а мне уже стало дурно. Это последний раз, когда я соглашаюсь на подобного рода развлечения.

– Расслабься, – подбадривает подруга. – Будет весело.

– Мне уже весело не то слово.

– Да ладно тебе, Анаис.

– Напомни мне добавить твой контакт в черный список.

К нам подходит парень, и закрыв и проверив крепления, молча уходит. Эта система безопасности как бы должны удерживать нас, но из-за моего небольшого телосложения я катаюсь в нем, как масло на сковородке.

– У меня есть время отказаться от этой затеи?

– Не-а, твое время ушло.

Так и есть. Я слышу, как защелкиваются замки, а затем сидения сдвигаются с места, и мы медленно начинаем двигаются к месту старта.

– А время на прощальную речь?

– Ну смотри, где-то тридцать секунд мы будем ехать, а затем ждать запуска, так что на это времени тоже нет.

– Я успею, слушай.

– Нет, только не снова, – ноет она. – Ты произносишь ее почти на каждом аттракционе и заметь, ты все еще жива.

– Я произношу ее только когда мне страшно, а сейчас мне страшно, как никогда.

– Хорошо, – вздыхает подруга. – Я передам твоей семье, чтобы не занимали твою комнату, передам своим родителям, что это ты разбила бабушкину мраморную вазу. Я помню эту речь как собственное имя, не произноси ее снова, пожалуйста.

Как только Мария замолкает я слышу звук, указывающий на то, что сейчас мы поедем, и меньше, чем через секунду мы резко срываемся с места, а мое сердце уходит в пятки. Мне перехотелось всего, кроме как почувствовать землю под ногами. За несколько секунд мы поднимаемся на самый верх и скорость замедляется. Я слышу смех Марии, в то время как мне хочется лишь кричать. Я понимаю, что сейчас мы полетим вниз, поэтому закрываю глаза. Я так хочу, чтобы это оказалось страшным сном, и сейчас я открою глаза и проснусь. Но это реальность, а в реальности мы уже летим вниз со скорость 200 км в час или еще быстрее если это возможно.

Официальное заявление – это мой последний поход в парк развлечений вдвоем с Мари.

Я ни на секунду не раскрыла глаза, кроме того момента на самом верху. Я не знаю, как можно получать удовольствие от таких аттракционов и как это вообще может нравиться.

Мы останавливаемся, и я, как можно быстрее, вылезаю оттуда. Я даже не смотрю успевает ли за мной Мария, я просто хочу оказаться от этого места подальше.

– В следующий раз, когда ты захочешь испытать адреналин, зови кого-нибудь другого, например, такого же как ты больного братца, – говорю я ей, когда она появляется рядом со мной.

– С этим больным не так весело, как с тобой, – смеется она.

– За то с ним можно хоть целый день кататься на таких горках.

– Ладно, в следующий раз идем втроем.

Боковым зрением вижу, что на ее губы растянулись в озорной улыбке.

– Сделаю вид, что я этого не слышала.

– Ты серьезно?

– Абсолютно, – пожимаю я плечами.

– И сколько вы будете теперь избегать друг друга? Вы живете в одном городе, – разводит она руками.

– Во-первых, я никого не избегаю, а во-вторых, мы живем в одном, но, – делаю я акцент. – Огромном городе. Не думаю, что мы будем видеться.

– Поживем увидим, – подмигивает она.

И что это было? У нее точно поехала крыша от этих аттракционов.

Как только мы садимся в машину на мой телефон приходит смс-сообщение.

– Можешь посмотреть от кого? – прошу я Марию, пока сдаю назад.

– От Кевина.

– Я больше не могу мучать его, – вздыхаю я. – Он ждет моего решения, но я до сих пор не знаю, что делать.

– Я бы хотела тебе помочь, но я не в силах залезть тебе в голову и порешать все твои проблемы.

Я молчу, размышляя что делать дальше.

– Ты не должна сейчас принимать это…

Но она не успевает договорить, так как я перебиваю ее.

– Я вернусь… вернусь к нему.

Мария ничего не отвечает на это и просто поднимает руки в знак того, что она не собирается меня переубеждать.

– Он мне дорог, он единственный кто есть у меня здесь.

– Так он тебе дорог или ты просто боишься остаться одна в большом городе?

Я уже не знаю, какой из этого правильный ответ. Да, я боюсь остаться одна, но и Кевин мне не безразличен.

– Я люблю его Мари, да, возможно мои чувства к нему остыли, но они все еще есть.

– Возможно ты сейчас меня возненавидишь, но я не могу не напомнить тебе, – она поворачивается ко мне. – Тоже самое ты говорила, о Дэвиде пару лет назад.

Я молчу, потому что это правда, но она продолжает.

– А что насчет сейчас?

– О чем ты? – делаю вид что не понимаю, о чем она.

– О твоих чувствах к Дэвиду. Их нет или они все еще…

– Нет, – перебиваю я ее. – Их нет.

Она еще на протяжение пары секунд смотрит на меня пытаясь уцепиться хоть за что-то, что выдавало бы мою ложь, но не находит ничего. Потому что это не ложь, по крайней мере я так думаю.

Отъезд Дэвида мне дался крайне сложно, я полгода была в депрессии и не хотела ни с кем разговаривать. Я потратила много сил чтобы вернуть прежнею себя и выйти из этого убивающего состояния, но в этом были и свои плюсы. Эта ситуация дала мне четкий ответ, что, между нами, все кончено. «Нас» больше никогда не будет, с этого момента есть только «я» и «он». Я не отправила ни единого смс-сообщения, просто потому что не хотела наступать на старые грабли. Я понимала, что он принял решение, и он его не изменит.

Я тоже приняла свое решение и изменять его не буду. Правда я не до конца уверенна поступаю ли правильно, но меня никто не сможет переубедить в другом. Даже если я сейчас допускаю ошибку, я очень надеюсь, что, позже исправив ее, я не причиню никому боли.

– Может перекусим где-нибудь? – предлагаю я.

– Я была бы счастлива сейчас что-нибудь съесть.

– Отлично, я знаю один отличный японский ресторанчик.

Вот только я не знала, как сильно пожалею, что вспомнила его. Такой большой город, а это уже вторая неожиданная встреча, которую я хотела бы избежать.

Сделав свои заказы, мы сидели и обсуждали планы на неделю. Завтра Мария уезжает, а у меня есть еще два дня выходных, и я думаю провести их с Кевином, если я приняла решение вернуться к нему.

– Дэвид подвезет меня так что не беспокойся об этом.

– Он уже вернулся?

– Еще нет, но сегодня ночью прилетает.

Знаете такое чувство, когда тебе безумно хочется спросить о чем-то, но ты не можешь этого сделать, потому что это, как говорят «не твое дело»? Так вот именно это чувство я испытываю уже четвертые сутки. Мне очень хочется узнать об одной девушке, но это чужая жизнь, и я не могу влезать в нее.

Нам приносят заказ, но Мария сейчас сфокусирована совсем не на своей тарелке. Она со злобой смотрит на что-то или кого-то за моей спиной.

– А она что здесь делает?

Я собираюсь обернутся, но подруга останавливает меня.

– Нет, не нужно. Я не хочу, чтобы она меня заметила, меня от нее воротит.

Я не понимаю о ком идет речь, но и не могу подставить Марию. Я не знаю, что там произошло, но, чтобы заслужить такое отношение нужно очень хорошо постараться испортить подруге жизнь.

– Кто там? – шепчу я.

– Черт, – подруга опускает голову. – Она меня заметила.

Я оборачиваюсь и вижу длинноногую брюнетку, которая, улыбаясь своими белоснежными зубами, направляется к нам.

– Кто она?

– Самый настоящий демон, – шепчет подруга, а затем начинает улыбаться.

Думаю, меня ожидает потрясающий спектакль. И я очень надеюсь, что играть в нем я не буду.

– Мария, – подходит девушка. – Как же я давно тебя не видела. Ты переехала в Нью-Йорк?

– Нет, приехала по работе, завтра уже улетаю, – она улыбается. – А ты что здесь забыла?

– Тоже приехала по работе, у меня на днях съемка для журнала.

– Вау, звучит просто потрясающе.

Мария старается быть такой любезной с ней, что мне хочется смеяться.

– Я смотрю ты не одна? – девушка обращает свое внимание на меня.

Ну я же хотела быть всего лишь зрителем.

– Да, это моя подруга Анаис.

– Привет, – протягиваю ей руку.

– Дейзи, – пожимает она ее.

Дейзи? Та самая Дейзи? Улыбка с мое лица сползает и это замечает Мария.

– Так ты здесь одна?

– Да, зашла поужинать в спокойствие и тишине, – она откидывает свои длинные и роскошные волосы назад. – От фанатов нет отбоя, я так устала.

Теперь я понимаю почему Мария ее не любит.

– А где Дэвид? Он же должен быть в Нью-Йорке.

– Он улетел домой, – отвечаю я за Марию.

– А когда вернется?

А она настойчивая.

– Через неделю, – улыбается подруга.

Ого, Мария не хочет, чтобы он с ней виделся?

– Жаль, я прилетела всего на 4 дня и думаю мы не успеем встретится.

– Очень жаль, – поддакиваю я.

– А ты случайно не та самая журналистка, которая спросила его о каком-то там судебном деле?

Мое настроение изменилось в один миг, теперь мне стало максимально не комфортно в ее компании.

– Да, это я.

– Это было очень неожиданно для меня, – она снова поправляет свои волосы. – Я даже и представить себе не могла, что Дэвид мог учинить что-то противозаконное. Он же такой правильный.

Мы сейчас говорим об одном и том же человеке? Я знаю, совсем не такого Дэвида, либо просто она не знает его настоящего.

– Молодость, – улыбается Мария.

– Это очень смело с твоей стороны, – все еще обращается она ко мне. – Я не представляю каких трудов тебе стоило отыскать эту информацию.

Не поверишь. Никаких.

– Он вообще очень закрытый человек и за два года наших отношений я почти ничего о нем не узнала.

Два года? Это стало для меня неожиданно.

– Вы были вместе два года?

– Да, а ты не знала?

– Нет, не интересовалась его личной жизнью, – пожимаю я плечами.

– Это уже не важно мы расстались, но, – она снова улыбается своей белоснежной улыбкой. – Я думаю, мы скоро снова будем вместе.

– Серьезно? – по-настоящему удивляется Мария.

– Да, – Дейзи присаживается рядом. – Я решила, что мне нужно родить ребенка, чтобы поднять вокруг себя интерес и Дэвид идеально подходит на роль отца, а еще у него отличные гены.

Услышав это, я давлюсь водой. Какого черта она несет? Родить ребенка для поднятия интереса? Дэвид идеальный отец?

– С тобой все в порядке? – спрашивает Дейзи, пока я стараюсь не умереть.

– Прости, просто это было очень неожиданно.

Мария сидит напротив с открытым ртом, видимо у нее шок.

– Да, я сама еще стараюсь свыкнуться с этой мыслью.

– А он знает?

Я не могу этого не спросить.

– Нет, он не отвечает на мои звонки и сообщения, наверное, занят.

Она такая наивная? Значит ли это что не только Мария против их встречи, но и сам Дэвид не горит желанием встречаться с ней? А почему он тогда два года состоял с ней в отношениях?

– Ну ладно, не буду вам мешать, – встает она. – Надеюсь, еще встретимся.

– Да, конечно. Хорошего дня.

Надеюсь, больше никогда не увидимся.

Она прощается с Марией и уходит.

– Мари? С тобой все в порядке?

– Уже да, – делает она пару глотков кока-колы. – Что в голове у этой девушки? Думаю, мне никогда этого не понять.

– Нам всем этого не понять.

– Думаю, нужно сообщить Дэвиду о ее планах, хотя мне кажется если он узнает, то до ее отъезда не выйдет из квартиры.

Мне интересно увидеть его выражение лица, но, пожалуй, я воздержусь от этого желания. Пока я не хочу встречаться с ним и уж тем более мне до сих пор не по себе от моего вопроса на пресс-конференции.

Возвращаться в номер мне совсем не хотелось, так как одиночество начинало пожирать меня изнутри. Каждую свободную минуту я размышляла о том, сделала ли я правильный выбор и не пожалею ли в будущем. Почему-то именно сейчас мне кажется, что я поторопилась с решением.

Я еще ничего не говорила Кевину. Это звучит странно, но мой разум блокирует любые попытки сообщить ему о своем решение. Он, как и я, сомневается в его правильности и надеется, что я его изменю. И если честно, я в двух шагах от этого.

Мысль о том, что я вернусь домой должна радовать, но я не чувствую никакого восторга. Эту радость перекрывает мысль о будущем, а точнее о том, что будущее с этим человеком будет совсем не таким, каким я видела его раньше.

Мария права, Кевин мечтает о семье, в то время как я не вижу себя там, ну в ближайшие года три так точно. Да, я, как любая девочка, мечтала о красивой и роскошной свадьбе на берегу Лос-Анджелеса. Но это были детские мечты, тогда я читала лишь книги о принцессах, которые ждали своих принцев, и надеялась, что выйду за одно из них замуж.

Сейчас же я не горю таким желанием. Я нашла себя в жизни в отличие от тех самых книжных принцесс и не хочу превращаться в домохозяйку, ждущую мужа с работы и мечтающую о минутке тишины. Это не та жизнь, к которой я так стремилась. Я прошла и потеряла слишком много, чтобы остановится на пол пути.

С самого утра я не находила себе места. Мария разбудила меня телефонным звонком, и я больше не смогла уснуть. Я просто лежала и смотрела на открытый в углу комнаты чемодан.

Сколько уже можно? Может хватит сомневаться? Я позволю себе плыть по течению. Но если оно будет нести меня к водопаду я сделаю все, чтобы не оказаться там. Я брошу все, что нажила за эти два года здесь, откажусь от всего, лишь бы не оказаться там.

Собравшись с мыслями, я все же собираю чемодан и отправляю Кевину сообщение. Я не знала, что написать и как, поэтому решила написать, как есть.

Я: «Я возвращаюсь»

В ответ я получила смайл в виде сердца, но видит Бог это вызвало лишь мимолетную улыбку на моем лице. Сердце не ускорило ритм, дыхание не перехватило и бабочки в моем животе совсем не хотели порхать. Если этого недостаточно, чтобы изменить решение, тогда что должно произойти?

Вернув ключ от номера и закинув чемодан в багажник машины, я выезжаю в аэропорт на встречу с Марией. Если бы она знала, что происходит в моей голове забрала меня бы с собой. А я бы с радостью согласилась на пару дней слетать в Лос-Анджелес, понежится на солнце и отдохнуть от городской суеты и проблем.

Подъехав к аэропорту, паркую машину и набираю номер подруги. Она моментально отвечает на звонок.

– Ты где?

– Мы стоим около стойки регистрации.

– Хорошо, сейчас буду.

Прохожу все стадии осмотра и найдя нужный номер стойки, направляюсь к нему. Подходя к ним, Мария замечает меня и машет рукой, а рядом с ней стоит Дэвид и не подает никаких доброжелательных знаков. Это наша вторая встреча за последнюю неделю и первая личная. Не думаю, что он забыл и простил мне то, как я его подставила.

– Привет, – обнимает меня подруга.

– Привет, регистрация еще не началась?

– Не-а.

Обращаю внимание на Дэвида и здороваюсь с ним. Почему я чувствую себя, как провинившаяся маленькая девочка, которая натворила пакостей и теперь ей за это стыдно?

– Привет.

Он молчит. И от этого я чувствую себя еще хуже.

– Ой, не обращай на него внимания, – закатывает глаза подруга. – Как маленький мальчик.

Ну да, ей легко говорить, не она же спустила на него всех собак.

– Я отойду, – говорит Дэвид и уходит.

– Не принимай близко к сердцу, ты же знаешь какой он.

Но я лишь кидаю секундный взгляд ему в спину.

– Я сказала Кевину, что возвращаюсь.

Перевожу я быстро тему.

– Что?

– Да, сразу отсюда я возвращаюсь в квартиру.

– Я обещала себе не лезть в твою жизнь, но я все же скажу это. Ты совершаешь ошибку, Анаис. Я не знаю большая она или маленькая, но это ошибка повлияет на твою жизнь. Ты так долго и упорно стремилась к своей цели, а сейчас приняв это решение ты сворачиваешь на другой путь.

Я тяжело вздыхаю.

– Я решила попробовать. И я дала себе слово, что если моя жизнь пойдет не в то русло, я брошу все и уйду. Мы прошли слишком многое, чтобы отказываться от наших мечт, – улыбаюсь я.

– Я очень на это надеюсь.

Как только начинается регистрация на посадку рядом появляется Дэвид. В его компании мне становится максимально некомфортно. Он старается не замечать меня, будто я для него призрак. Ну что ж я сама в этом виновата.

Попрощавшись с Марией и выплакав на двоих ведро слез, она скрывается за дверьми, а мы с Дэвидом в абсолютной тишине покидаем аэропорт. От аэропорта до парковки идти пешком примерно минут пять. И я уже осознавала, что эти пять минут будут самыми длинными в моей жизни.

Уже на выходе из аэропорта мое терпение лопает. Я продержалась даже меньше минуты.

– Я так не могу. Накричи на меня, выскажи мне все, что обо мне думаешь, но только не молчи.

Но он будто ничего не слышит.

– Да, я поступила ужасно. Да, я подставила тебя, но я сожалею об этом. Я не знаю, что ударило мне в голову.

Он продолжает идти.

– Дэвид, – хватаю я его за руку.

Он останавливается и смотрит на меня. В его глазах я не вижу ничего. Там пусто. Пустота и безразличие. И мне становится больно от этого, ведь раньше в его глазах постоянно горел огонь.

– Пожалуйста, не молчи, – шепчу я.

Но мои слова ничего не меняют. Он разворачивается и уходит. А я продолжаю стоять на месте, провожая взглядом его спину до того самого момента, пока он не скрывается.

Я подставила его, рассказав тайну, которую он скрывал. Но он поступил со мной не лучше. Он улетел, не сказав мне ни слова.

Я простила его. Но простит ли он меня?

Глава 7

Дэвид

Мы никогда не знаем кто может нас подставить. Во всех книгах и фильмах эту миссию отводят врагам, они используют наши секреты в свою пользу. Да, вот только в жизни все иначе. Тебя подставляют близкие люди, те от которых ты точно этого не ожидаешь. Но, если мотив врагов понятен, то какой мотив у близких тебе людей?

В моем случае же мотив понятен. Я причинил ей слишком много боли, но она не должна была мстить мне таким образом. Она могла высказать мне все в лицо, могла разбить машину, сделать что-нибудь еще. Но она точно не должна была открывать мой самый главный секрет всему спортивному сообществу. Меня теперь только самый ленивый не обсуждает.

Сейчас все внимание будет направлено на результаты команды, так как совсем скоро начнется чемпионат. Многие думают, что эта новость как-то скажется на игроках и тренерах, но я не позволю этого. Их это не должно касаться.

После всего, что произошло, мне дали несколько дней выходных, и я решил поехать в Гейнсвилл и провести их с мамой и младшей сестрой, которых не видел уже пару лет.

– Дэвид, я тебе говорю, как журналистка, – кричит из гостиной Мария, – Они не отстанут от тебя пока ты хоть как-то не прокомментируешь эту новость. Если не хочешь выходить в эфир сделай это в социальных сетях.

– Я никак не хочу комментировать это, – продолжаю я стоять на своем.

– Ну тогда ты должен быть готов к тому, что они от тебя не отстанут.

Ну выйду я в эфир и что? Что я скажу? Да, это правда. Да, я сделал то, что сделал?

Сестра заходит в небольшой спортзал, который я оборудовал, и останавливается в проходе.

– Это глупо, – смотрит она на меня. – Ты сам себе роешь яму сейчас.

– Мария…

Я бросаю скакалку и подхожу к ней.

– Я. Не. Выйду. В. Эфир, – четко и раздельно произношу я. – Так понятно?

– Ты должен это сделать, черт тебя подери. Хоть раз меня послушай.

Я смотрю на нее не отводя глаз. Она делает тоже самое. В ее глазах горит огонь, а это значит, что она не отстанет от меня. Поэтому я сдаюсь.

– Ладно, хорошо. Я выйду в этот чертов эфир, – я возвращаюсь за футболкой. – Сколько времени у меня есть?

– Тридцать минут до начала программы, – улыбается она.

– Мне нужно отправить письмо моему агенту и пиар-менеджеру клуба, они должны сообщить об этом телеканалу.

Набрав быстро текст, я отправил письма и отправился в душ.

Как я буду комментировать эту новость? Что мне им сказать? Я могу лишь подтвердить, что это правда. Могу сказать, что это никак не скажется на команде. Хотя это все я говорил уже на пресс-конференции.

Выйдя из душа, переодеваюсь в футболку с эмблемой клуба и иду на шум, который доносится из комнаты, где я анализирую видео с тренировок. Открываю дверь и мне открывается прекрасный вид на то, как сестра наводит порядки.

– Что ты делаешь? – усмехаюсь я.

– Твой фон должен быть идеальным, а не вот этот вот беспорядок, – показывает она на полки, где пару минут назад лежали документы.

– Не потеряй мне ничего, пожалуйста.

– Я переложила все на диван, сам потом все положишь как тебе нужно. И кстати, программа уже началась.

Беру телефон и вижу сообщения от агента и менеджера команды. Во втором мне ответили, что все согласовали, а вот мой агент написал мне о том, как я должен отвечать на провокационные вопросы и очередные советы как уйти от ответа.

– Готов? – спрашивает сестра.

– Если я скажу «нет», что-то изменится?

– Не-а, – целует она меня в щеку. – Удачи.

Она выходит из комнаты, а я занимаю свое место за компьютером и выхожу на связь с редакцией телеканала.

– Вы нас слышите? – спрашивает меня девушка, которую я вижу на экране.

– Да, я прекрасно вас слышу.

– Через 5 минут вас выведут в прямой эфир, вы не будет видеть ведущих, но будете их слышать.

– Хорошо, я понял.

Девушка объясняет мне еще некоторые правила и что делать, если прервется связь. Никогда не думал, что это все так не просто.

Мне никто не сказал кто ведущий, есть ли гости в программе, но думаю без них никуда. Поэтому ожидая включения, я решил на пару минут включить телевизор, который стоит напротив меня, чтобы хотя бы знать кто мои собеседники. Нахожу нужный канал и попадаю на рекламу, на чертову рекламу. Вы сейчас серьезно?

На экране ноутбука снова появляется девушка и я перевожу все внимание на нее.

– Включение через минуту, – улыбается она.

– Можете сказать кто ведущий? Просто я не в курсе.

– Анаис Холл.

Если это не розыгрыш, то что? Она раскрыла всем этот секрет и сейчас она будет меня о нем расспрашивать. Почему бы ей не рассказать все самой? Она ведь все прекрасно знает.

– Эфир через 30 секунд.

Я оставил телевизор включенным без звука и как только реклама закончилась, появилась она. Улыбающаяся, но меня не провести. Она волнуется, глаза выдают ее с потрохами. Камера переключается на общий план, и я вижу, как она перебирает в руках планшет. Она не просто волнуется, она паникует.

– Пять секунд, – говорит девушка.

Мгновенно камера переключается на черный экран, а в наушнике я слышу голос Анаис.

Я не знаю почему, но я начал улыбаться. Мое настроение было совсем не радостное, но увидев, как она переживает я решил, что мое хмурое лицо ничем ей не поможет. Она не должна завалить эту программу только потому, что увидит меня.

– Дэвид, вы нас слышите? – обращается она ко мне.

– Да, добрый день.

Эфир длился буквально пару минут и все вопросы были максимально корректные. Спасибо и на этом.

Спускаюсь в гостиную и вижу улыбающуюся во все 32 зуба сестру.

– Ты знала, – тыкаю я на нее пальцем.

– Ни черта подобного, – парирует она. – У нее сегодня должен быть выходной, вообще-то.

Я разворачиваюсь у ухожу. Лучше я сейчас промолчу иначе нас ждет еще одна ссора.

–Ты куда? – кричит она в след.

– Вещи собирать, у меня через четыре часа вылет.

– Помочь?

– Без Вашей помощи обойдусь, ты уже помогла.

– Ой какие мы обидчивые. А что ты скажешь ей, когда вы увидитесь? – кричит она на весь дом.

– Я просто промолчу, потому что это было низко с ее стороны.

Слышу шаги, которые с каждой секундой становятся все громче и громче.

– Низко? – появляется она в спальне. – А как поступил с ней ты? Это было не низко?

– Это было сделано ради нее.

Сестра начинает смеяться, но ее смех не похож на радостный.

– Ты сейчас серьезно?

– Абсолютно.

– А ты не хотел поинтересоваться у нее? Может она не хотела этого! А она точно этого не хотела!

– Все! Хватит, – кричу я. – Я не хочу об этом говорить!

– Ты ни о чем не хочешь говорить! Тяжело слышать правду, да?

– Мне нужно собрать вещи, – смотрю я на нее.

– А мне нужно чтобы мой брат перестал быть таким раздолбаем! – хлопает она дверью.

– Может я и раздолбай, но грань между личным и публичным знаю!

И хоть попробуйте переубедить меня в обратном, но я считаю, что поступать так, как поступила она нельзя. Она предала меня, подставила и опустила на глазах у всех. Такое я простить не в силах, на данный момент уж точно.

Четыре дня проведенные дома были для меня тем самым успокоительным. Я отдохнул от постоянного внимания прессы и глупых вопросов папарацци, которые окружали меня в последнее время. Но вместо вопросов папарацци на меня обрушились вопросы мамы. И самый частый ее вопрос звучал так.

– Когда ты поговоришь с ней? Я уверенна, она объяснит свой поступок.

В ответ я молчал, потому что знал, что сказанное мной обидит ее.

Почему все так хотят, чтобы я поговорил с ней? Почему все верят, что у нее есть объяснение поступка? Почему они просто не могут принят то, что это была месть? Да, я согласен с тем, что это не похоже на Анаис, но людям свойственно меняться. Мы все меняемся, точнее жизненные обстоятельства меняют нас. И возможно одним из тех самых жизненных обстоятельств был мой переезд без предупреждения.

Вернувшись в Нью-Йорк поздно вечером, я хотел отдохнуть от перелета, но у Марии были свои планы. Она решила испортить мне настроение отвратительной новостью.

– Я виделась с Дейзи.

– Не напоминай мне о ней, пожалуйста.

– Ты еще не знаешь самого важного, – следует за мной сестра, когда я направляюсь на кухню.

– Давай поговорим обо всех подробностях завтра, – наливаю я себе воды.

– Она хочет от тебя ребенка, – хихикает Мария.

Вода, которая была в моем стакане, сейчас огромным пятном растеклась по моей футболке. Она не могла подождать пока я сглотну? Или она хочет моей смерти? Думаю, умереть захлебнувшись водой не самый лучший вариант.

– Тебе смешно? Да она больная на всю голову.

– Тут я и спорить не собираюсь, – протягивает полотенце сестра. – Но услышав это мы были в шоке.

– Мы?

О ком это еще она?

– Ну да, я встретилась с ней в одном из суши баров, когда я и Анаис решили перекусить.

Замечательно. Просто превосходно.

–Отлично, мои бывшие познакомились в одном из суши баров Нью-Йорка. Не хватало чтобы они еще объединились против меня, как в каком-то сериале.

– Дейзи не знает, что Анаис твоя бывшая девушка.

– Легче мне от этого не стало.

Я усвоил один из немаловажных уроков, если на горизонте появляется Дейзи простой жизни не жди. Этот человек испортит и уничтожит все хорошее, что у тебя есть. Я прожил с ней два года, и все это время этот человек так часто играл на публику, что я до сих пор не знаю, какая настоящая она. Та глупая девушка, мечтающая о карьере модели, или стерва, которой она становилась без камер.

– При любых обстоятельствах я не хочу с ней встречаться, – бросаю футболку на стул. – Наши отношения закончились и ей уже давно пора понять, что я не хочу с ней общаться и тем более видится.

– Может ты скажешь ей это в лицо?

– А ты думаешь я не говорил?

Сестра пожимает плечами.

– Ладно, все. Я больше не хочу о ней думать. Пора ложится спать у тебя завтра вылет.

Разойдясь по комнатам, я еще долго не мог заснуть. Слова Марии не могли улечься в голове. Дейзи хочет от меня ребенка? У нее голова совсем уже поехала?

Меня даже удивляет не то, что она хочет ребенка от меня, а то, что в принципе хочет ребенка. Дейзи и ребенок – это же несовместимые вещи. Я не думаю, что из нее получится хорошая мать, она не терпит чтобы кто-то получал внимания больше, чем она. А говорить о том, чтобы самой уделить кому-то внимание даже не следует. Ей плевать на всех кроме самой себя. Ей важно лишь то, чтобы ее имя постоянно было на первой полосе. Она пойдет на все лишь бы поднять вокруг себя шумиху и интерес прессы. И ей будет плевать пострадает кто-то от этого или нет. Я думаю, именно для этого она и захотела родить ребенка. В любом случае чтобы она не задумала ей не стоит втягивать в это меня и мою семью. Я больше не потерплю неуважения с ее стороны, которые игнорировал два года.

Наутро день не задался сразу. Я был не выспавшийся, да и еще и злой, так как по телевизору в очередной раз обсуждали меня, но не просто меня. Они выстроили гениальную схему, и сделали необъяснимо логический, как им кажется, вывод. Оказывается, информация о моей судимости была раскрыта специально, чтобы поднять интерес вокруг команды.

А знаете как они на это вышли? На моей странице они увидели фотографию с Марией. Они перешли к ней в профиль, чтобы изучить его, и увидели множество фотографий с Анаис. Но на это они не остановились, они нашли наши старые совместные фотографии, где есть еще и Джош. В общем они и его сюда приплели.

– Надеюсь у тебя на странице нет фотографий, по которым они смогли бы сделать вывод, что мы с Анаис были вместе?

Сестра на минуту задумывается.

– Я не помню, может и есть, а может и нет. Но они могли бы и найти фотографии в профиле Анаис.

– Вот тебе и доброе утро, – выключаю этот чертов телеканал. – Как они до этого вообще додумались? Бред какой-то.

– Для тебя может и бред, но для них это одна из версий.

– Одна из? А есть еще?

– Возможно есть, возможно нет. Мы теперь не узнаем, так как ты переключил канал.

– Мне хватит и одной дурацкой версии, – допиваю я кофе. – А тебе пора собираться уже. Ты же не хочешь опоздать на самолет?

Всю дорогу до аэропорта Мария переживала, что она могла что-то забыть. Она раз десять перечислила все, что взяла, и каждый раз она что-то да забывала. Меня это не нервировало в отличие от ее постоянных оханий, когда она что-то вспоминала.

– Может уже хватит? Ты ничего не забыла, а даже если забыла, я отправлю тебе почтой.

– Да, ты прав, – успокаивается она.

Мы приехали еще до того, как началась регистрация и поэтому стояли около одной из стоек. Мария кому-то резво строчила в телефоне, а я уже был одной ногой на тренировке и составлял план, пока в дали не появилась она.

Поначалу Анаис нас не заметила, но я наблюдал за ней не отводя глаз. И как только она увидела Марию, я устремил взгляд в другую часть зала. Я видел, как она улыбалась, пока наши взгляды не встретились. Заметив меня, улыбка тут же сошла с ее лица. Да, сегодня я не такой улыбчивый как раньше.

Мария обнимает ее и затем Анаис обращает внимание на меня.

– Привет.

Я ничего не отвечаю, думаю выражение моего лица говорит само за себя.

– Ой, не обращай на него внимания, как маленький мальчик.

Я замечаю, как Анаис становится не по себе.

– Я отойду.

Это было лучшим вариантом из всех.

При виде ее я испытываю смешанные чувства.  Я злюсь на нее, но при этом и нет. Я в гневе, но при этом спокоен. Я обижен на нее, но при этом уже простил. Я не понимаю как такое возможно. Но лучше мне пока не видеться с ней. Эта история должна улечься, а я должен остыть. Иначе я скажу ей то, о чем буду жалеть до конца жизни.

Возвращаюсь к ним, когда слышу объявление о начале регистрации на рейс Марии. Сестра как обычно не смогла сдержать слез, а я не могу смотреть на то, как она плачет, и она прекрасно об этом знает. Поэтому Мария, как можно быстрее, прощается с нами и скрывается за раздвижными дверьми.

Я остаюсь с Анаис один.

Да, вокруг много народу, но все они нам незнакомы. Никто из них не сможет разбавить напряжение, между нами, глупым разговором.

Мы молча направляемся к выходу из аэропорта и перед самым выходом Анаис не сдерживается.

– Я так не могу. Накричи на меня, выскажи все, что обо мне думаешь, но только не молчи.

Я продолжаю следовать к выходу и стараюсь не обращать на нее внимание. Если я выскажу все, что думаю о сложившейся ситуации, отношения между нами станут намного хуже. Поэтому я лучше промолчу.

– Да, я поступила ужасно. Да, я подставила тебя, но я сожалею об этом. Я не знаю, что ударило мне в голову.

Я ни на секунду не останавливаюсь и продолжаю идти.

Поверь, я знаю, что тебе жаль. Знаю, что ты сожалеешь. Но в тот момент в твою голову ударила месть. Ты на минуту захотела мести и не смогла сдержать этот порыв. И вот к чему это привело. Вопрос лишь в том почему ты последовала порыву, который кратковременно вспыхнул в твоем сознание? Или он был не кратковременным?

Черт. Я сейчас сам себя провоцирую. Мне нужно срочно уходить, иначе уже мой кратковременный порыв обрубит наши отношения навсегда.

– Дэвид, – хватает она меня за руку.

Черт, Анаис. Это совсем не вовремя.

Я разворачиваюсь к ней. Она смотрит мне в глаза, пытаясь найти там что-то. Но по ее взгляду видно, что она не находит этого.

– Пожалуйста, не молчи, – шепчет она.

Но я не поддаюсь. Сбрасываю ее руку со своей, разворачиваюсь и ухожу. Это единственный вариант на данный момент. Мне сложно контролировать себя, а когда я зол и нахожусь рядом с ней это делать еще тяжелее.

Быстрым шагом отдаляюсь от нее. Она не пойдет за мной это я знаю точно. Она не из тех, кто будет постоянно стучаться в закрытую дверь. Она на время уйдет, но однажды вернется и попробует еще раз. И я надеюсь на тот момент я остыну, и моя жизнь вернется в прежнее спокойное русло.

Сажусь в машину и сразу же покидаю это место. Через несколько часов у меня тренировка, я должен еще успеть заехать домой и переодеться в форму. Плюс ко всему этому мне нужно успокоиться иначе любая ошибка игрока приведет к моему срыву.

Заезжаю на парковку в тот момент, когда парень, с которым я уже сталкивался здесь раньше, паркуется рядом. Выхожу из машины, когда выходит и он.

– Привет, это твое место? – указываю я на его машину.

– Привет, нет. Решил на время занять его, так как оно ближе к лифту.

Значит не его.

– А так можно? – усмехаюсь я.

– Вообще нет, но я знаком с владелицей этого места.

Это уже интересней.

– И куда она пропала? Надеюсь, ты не убил ее за парковочное место?

Он усмехается.

– Нет конечно, она на пару дней отъезжала, но сегодня вернется.

Не посчитайте меня странным, но его глаза светятся, когда он говорит о ней.

– Твоя девушка?

– О чем ты? – недоумевает он.

– Это парковочное место твоей девушки? Ты светишься от счастья, когда говоришь о ней, – направляюсь я к лифту.

– Это так заметно?

– Ага.

– Она просто потрясающая. Уверен, ты бы также светился, когда говорил бы о ней.

Раньше у меня так и было. Но я не собираюсь рассказывать об этом.

– Так она твоя девушка? – повторяю я вопрос.

– На самом деле, я без понятия. С ней все слишком сложно.

– Но вы живете вместе, – утверждаю я.

– Если я начну с самого начала мне и дня не хватит, чтобы все рассказать. Но да, мы живем вместе.

– Уверен, с ней не бывает скучно.

– Еще как, – усмехается парень. – Мы две противоположности, но каким-то необъяснимым образом мы вместе, вроде как.

Лифт останавливается на его этаже. Двери открываются, и он выходит, но на середине пути тормозит и оборачивается.

– Я вроде бы не представился в прошлый раз, – чешет он затылок.

Так и есть.

– Я из 3605, – указывает он на одну из дверей. – Обращайся если что-то нужно, я…

Двери лифта закрываться, и оставшуюся часть его фразы я так и не расслышал.

Кто сначала называет номер квартиры, затем говорит еще немного ненужной информации и только потом имя? Видимо, он один такой.

Быстро забегаю домой, решаю взять форму с собой и переодеться на базе. И как только выхожу из квартиры телефон начинает разрываться от уведомлений, но я просто выключаю звук. И уже находясь в машине проверяю, что такого важного мне пришло.

– Да, вы блядь издеваетесь?

В сообщениях от Джоша открывается фотография с одного из интернет-изданий. И на нем на главной странице висит статья с названием «Я хочу ребенка от Дэвида Геррера», а ниже моя совместная фотография с Дейзи.

Друг в сообщениях умирает от смеха, а вот мне совсем не смешно. Только начала утихать история с моей судимостью, как появилось это. А я говорил, что, если где-то рядом Дейзи жди неприятностей.

Глава 8

Анаис

Мне хотелось рыдать от несправедливости. Почему одна глупость может так сильно ранить, в то время как намеренная боль, прощается моментально?

И неужели на этом все?

Хоть мы и не общались два года, но это ни в коем случае не означает, что я не рада его видеть. Мы не чужие друг другу люди. Я даже скажу больше, он самый близкий мне человек, который есть в Нью-Йорке. Так неужели все возможности вновь наладить наше общение разбились о маленькую скалу под названием «глупость»?

Я уже не уверенна простит ли он меня. За последний час я раз десять меняла своем мнение. Я не знаю, что мне делать и стоит ли пытать вообще. Очередная встреча с ним спустя долгое количество времени снова поставила под сомнение мои чувства. Во мне снова начала зарождаться надежда на что-то большее, но я подавляю ее в себе. Я в отношениях с Кевином, по крайней мере я так думаю. А значит я не должна думать о возможных отношениях с другим мужчиной.

Я не могла вернуться в квартиру с красными от слез глазами. Поэтому решила еще около часа покружить по городу, но это было ошибкой. Мне стало только хуже. Я еще больше погрузилась в мысли о том, что Дэвид меня так и не простит, и мы так и останемся друг другу чужими людьми.

Если бы я пила алкоголь, сейчас меня можно было бы искать по барам города. Но отношения с ним у меня не сложились, поэтому, не имея другого варианта я все-таки возвращаюсь в квартиру.

Мне нужно было забыться, выкинуть все из головы. Мысли пожирали меня, а следы от слез не успевали высыхать. Я не знаю, что сейчас скажу Кевину и чем объясню ему свое состояние.

Я была сломлена. Я не чувствовала себя так уже четыре года. И самое главное, что в этом не виноват никто кроме меня. Я сама сделала первый шаг навстречу к бездне.

Как только я поднимаюсь в квартиру и переступаю порог, сразу же встречаюсь взглядом с Кевином.

– Привет, – шепчу я.

Он смотрит на меня, не отрывая взгляд. А я понимаю, что любой его вопрос может только усугубить всю ситуацию. Я не хочу разговаривать о том, что случилось. Не хочу рассказывать ему, что мой бывший вернулся и при нашей первой встрече я подставила его. Не хочу рассказывать, что именно из-за него я плакала. Я хочу забыть все это, как страшный сон.

– Привет, – он подходит ко мне. – Ты…

Зная какой вопрос сейчас последует, я затыкаю его поцелуем, но он разрывает его.

– У тебя…

– Пожалуйста, не сейчас, – снова целую его.

Я хотела забыться, и этот поцелуй подарил мне эту возможность. Но чувствую я себя отвратительно, так как использую одного для того, чтобы забыть другого. Никто не заслуживает такого, но я не знаю, что мне еще делать. Сейчас мне это необходимо.

– Анаис…

Хриплым голосом шепчет Кевин. Он подхватывает меня и несет в спальню. Оказавшись в двух шагах от кровати, я беру все в свои руки. Рубашка слетает с его тела, куда затем направляется и моя толстовка. Я тянусь к поясу его джинсов, но он останавливает меня.

– Я не думаю, что сейчас это хорошая идея.

– А я думаю в точности иначе.

Мои движения дикие и торопливые. Мне нужно это.

Скинув свои джинсы, Кевин обхватил меня за бедра. А я жадно прижалась к его губам, обернув руки вокруг его шеи и подтолкнув к кровати. Когда он навис надо мной, я почувствовала, как сильно он возбужден. Поэтому скинув остатки ткани, которые разделяли нас, мы отдались друг другу и страсти, которая наполняла нас в этот момент.

Я знала, что после случившегося меня будет мучать совесть. Знала, что мне сложно будет смотреть Кевину в глаза. Но я и представить не могла, какие слова услышу от него.

– Не стоило этого делать.

– О чем ты? – натягиваю я толстовку.

– Я может и не на 100% знаю тебя, но что-то да я выучил, – он приподымается. – К примеру, сейчас тебя грызет совесть.

Я поворачиваюсь к нему.

– Прости.

– Я все понимаю, – целует он меня в нос.

Нет. Не все. И именно это меня и мучает.

Два выходных дня мы провели вдвоем. Только он и я. Эти два дня дали мне понять, что я приняла верное решение. Рядом с Кевином я чувствую себя другой, становлюсь лучшей версией себя. Но в то ж время я не чувствую себя на своем месте и это пугает меня.

– Какой план на сегодняшний вечер? – целует в макушку меня Кевин, пока я готовлю ужин. – Только не говори, что мы продолжим смотреть этот отвратительный сериал.

– Именно.

Он что-то бубнит себе под нос и это вызывает у меня улыбку.

Уже третий день я с Кевином пересматриваю сериал "Дневники вампира", ну точнее я пересматриваю, а Кевин смотрит впервые. И по его мнению это полнейший бред.

Все эти дни мы не выходили из дому. Я не интересовалась тем, что происходит на работе. Я ждала лишь новости о том, что меня переводят обратно в мой отдел, но такого письма я так и не получила. Лишь благодаря Марии я узнала, что на этой недели стартует лига НБА. А это значит, что совсем скоро меня ожидает полное погружение в работу.

– Сколько сезонов нам еще смотреть?

– Еще очень много, так что ты не расслабляйся.

– Зачем я согласился на это? – закатывает он глаза.

– Еще бы ты не согласился, – усмехаюсь я.

Завтра первый рабочий день после недельного мини-отпуска, и я уверена, что меня загрузят работой по полной. Я видела еще с утра, как на рабочую почту пришло пару писем, но так и не открывала их. Меня хватило только на то, чтобы взглянуть на тему писем, и скажу честно радости, от увиденного там, не прибавилось.

Вместе поужинав, мы, как и планировали, сели за просмотр сериала, но его прервал звонок телефона.

– Странно.

Звонили не мне, а Кевину.

– Кто там? – интересуюсь я.

– С работы.

В такое позднее время?

Он отвечает на звонок и спустя пару секунд разговора его брови взлетают вверх, а глаза с удивлением смотрят на меня. Попрощавшись и сбросивши звонок, он молча смотрит на телефон.

– Что-то случилось?

Он поднимает на меня голову и на его лице сияет улыбка.

– Мне предложили перевестись.

Но эта информация не дает мне никакой ясности.

– Я не понимаю.

– Мне предлагают должность в руководстве издательства.

– Это же потрясающе, – тут же подпрыгиваю я. – А почему так поздно позвонили? Рабочий день уже закончен.

– Не знаю, но сейчас это не важно.

Кевин мечтал об этом. Он изо дня в день работал не покладая рук и вот, его мечта может исполнится. Так приятно наблюдать за человеком, который добился одной из своих целей. Так приятно смотреть на его улыбку и радоваться вместе с ним. Это такое потрясающее чувство, когда близкий тебе человек становится самым счастливым во всем мире и передает кусочек этого счастья тебе.

Утром я проснулась и отправилась на работу, когда Кевин еще спал. Он просил разбудить его, чтобы он проводил меня на работу, но видя его спокойное и милое спящие лицо, я решила этого не делать.

Только переступив порог телестудии, я попадаю в мир, в котором никто никогда не спит. Ведущие, отработавшие ночной эфир, отправляются домой, а на их место заступают новые. Я просмотрела утром письма пришедшие на рабочую почту и обрадовалась, что эфиров у меня на сегодня не намечено. Мне за ближайшую неделю предстоит написать статью, а также снять репортаж. И оба задания связанны с командой "Никс", а второе именно с Дэвидом. Мне нужно будет приготовить репортаж о нем, его школьных годах, его семье. В общем рассказать кто он такой и как он добился такого успеха в таком молодом для тренера возрасте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.