Диана Луч
Операция «Убить президента!»

Глава 1.

На американском небосклоне сгущались тучи. Особенно остро это почувствовали в Белом доме. На внеочередном собрании Пентагона за длинным столом чинно расселись десятеро в темных деловых костюмах, ожидая появления госсекретаря США. Через пару минут в кабинет вошла темнокожая женщина. Коротко поприветствовав присутствующих, она сразу перешла к делу:

– Как вы знаете, у нашей страны есть одна большая проблема, это – Россия и во главе её – несносный президент, который умудряется всем понравиться и никак не свернет себе шею! В последнее время с ним, как назло, ищут встречи президенты разных стран. Все, как один, желают наладить дружеские отношения с Россией. Спросим у самих себя: почему? Ответ очевиден. Им нравится проводить время с русским президентом. В его компании главы других государств активно двигаются, бегают, плавают, карабкаются по отвесным скалам, прыгают с парашютом, летают на параплане, скачут на лошадях и сплавляются на байдарках по горным рекам.

Сидящие в кабинете нахмурились, а чернокожая помощница президента включила большой настенный телевизор:

– Вот, что говорят об этом в новостях!

Все присутствующие устремили взгляды на экран.

– После продолжительной встречи с главой российского правительства, – сообщала ведущая программы новостей, – французский президент полностью излечился от гайморита и ларингита, индийский – от невроза и миокардита, бразильский – от ожирения и артрита, турецкий – от дерматита и конъюнктивита, немецкий – от холецистита и панкреатита, а китайский – от скованности и простатита. Пострадал от общения с российским президентом только президент Египта. Он получил инфаркт после того, как российский правитель пригласил его заняться подводной фотоохотой на тигровых акул. Впрочем, эту проблему президенты урегулировали достаточно быстро. В тот год миллионы российских туристов провели свои отпуска на египетских пляжах, и экономика этой ближневосточной страны по показателям роста опередила даже своих соседей – известных нефтяных гигантов. Российский президент практикует многие виды спорта и всех своих помощников обязывает держаться в отличной физической форме. Его министры стройные и подтянутые, а секретарша даже в отпуске не сходит с беговой дорожки и занимается на тренажерах. Следуя повсюду за президентом, она носит большую кипу бумаг, которые тот прочитывает и заверяет своей подписью.

– Думаю, картина ясна, – подытожила темнокожая женщина, выключив кнопкой пульта телевизор, и обратилась к мужчинам в черных костюмах: – Какие будут предложения?

– Намекнуть нашему президенту, что неплохо было бы заняться спортом по примеру правителя России! – предложил один из них.

– Может, ещё обучить его песням и пляскам народов мира? Хотите устроить из нашего правительства балаган?! Да Вы с ума сошли! Надо решить эту проблему немедленно и радикально, а не заниматься всякими глупостями! – гневно оборвала его госсекретарь и продолжила: – К сожалению, сбросить на Россию атомную бомбу мы не можем. Это чревато разрывом дипломатических отношений со многими государствами. Химическое оружие применять тоже небезопасно, а биологическое не даёт результатов – русские едят столько лука и чеснока, и, как никто в мире, закаляются, купаясь зимой в проруби… Остаётся только один способ.

Она перевела взгляд на директора центрального разведывательного управления США:

– Ну-с, мистер Смит, поручаю Вам заняться решением этой проблемы! Сотрите президента России с лица земли и сделайте это аккуратно, чтобы не замарать наше доброе имя!

В тот же день директор ЦРУ вызвал к себе в кабинет заместителя и сходу проинформировал его:

– Из главного штаба поступил приказ: убить президента России!

Тот нахмурился и надул губы, изображая крайнюю озабоченность.

– Это, чтобы он нашей, то есть мировой, общественности не мозолил глаза своими бицепсами! – продолжил мистер Смит, попыхивая сигарой.

– Кого желаете послать на это непростое задание? – с готовностью отозвался помощник, вытянувшись, как струна, и послушно склонив голову.

– Сейчас подумаю, кто нам подойдет. Кто же, кто же, кто? – прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла директор ЦРУ. – Надо выбрать шпиона не столь заметного, не красавца и не супермена, скорее, самого обычного, чтобы он не выделялся на фоне других, и лучше не одного шпиона, а двоих, для подстраховки. Кажется, я знаю, кого послать на это задание! Пусть ко мне зайдут Ларри Нгит и Перри Тонит! Их-то я и отправлю в Россию! А что? Отличные парни, неброские и эффективные, своё дело знают!

Заместитель льстиво улыбнулся и вызвал шпионов к шефу, после чего, по-лакейски пятясь задом, вышел из кабинета.

Мистер Смит встал из-за стола и направился к графину с водой, однако, пить её не стал, а открыл стоящую рядом банку с кока-колой. Он не заметил, как шпионы открыли дверь и прошмыгнули в его кабинет. Глотнув кока-колы, директор ЦРУ решил перекусить и стал освобождать от обертки "Сникерс", но тот выскользнул у него из рук и упал на пол. Мистер Смит наклонился, чтобы поднять шоколадный батончик. В этот момент от пояса его брюк отлетела пуговица, ширинка расстегнулась, отчего брюки сползли с ягодиц, и взору шпионов предстали длинные, почти до колен, семейные трусы с изображением флага США. Низкорослый коренастый Перри и длинный, как каланча, худощавый Ларри переглянулись и, взяв под козырек, дружно запели американский гимн. Директор ЦРУ сконфузился, натянул брюки до пояса и, повернувшись к шпионам, сделал знак, чтобы они замолчали.

– Рад вас видеть, парни! – нервно кашлянув, сказал мистер Смит и, выставив вперед указательный палец, скомандовал: – Вы двое отправитесь в Россию с важной миссией: убить президента! Знание русского языка для этого вовсе не обязательно. С фальшивыми паспортами и трудовыми книжками вы устроитесь на работу к Василию Иванычу Чапанову – это начальник личной охраны российского президента. Он не любит болтунов, поэтому возьмет вас сразу после того, как вы продемонстрируете свою военно-спортивную подготовку. На все вопросы Чапанова отвечайте: "Так точно!", а в общении с коллегами обходитесь выражениями: "Здравствуйте", "До свидания" и "Спасибо"! Предупреждаю, что рядом с президентом сразу вас не поставят. Поначалу вы будете чем-то вроде запасных игроков. Именно поэтому важно не упустить шанса, когда вы окажетесь рядом с вашей мишенью! Ясно? Итак, с этой минуты тебя, Ларри, будут звать Лев Самсонович Плятцкер, а тебя, Перри – Григорий Зурабович Саканиашвили! Держите, вот ваши российские документы! Желаю удачи! Хотя… зачем таким, как вы, профессионалам, удача? Вы и без всякой удачи грохнете, кого угодно! Да, кстати, захватите с собой этот русско-английский разговорник! Полезная вещь, на случай неполадок с Интернетом, когда телефона не будет под рукой или он перестанет работать!

Сказав это, директор ЦРУ протянул Ларри Нгиту небольшой толстый томик, похлопал обоих шпионов по плечу, они взяли под козырек и столь же тихо и незаметно исчезли из кабинета, как минутами раньше там появились.

Глава 2.

Пару дней спустя два опытных киллера прибыли в Россию. Американское правительство поселило их в двухкомнатной квартире, расположенной в высотном доме центральной части столицы, неподалеку от Кремля. Ларри Нгит и Перри Тонит воспользовались автопереводчиком на мобильных телефонах и сразу по приезду внесли свои имена в список: претендентов на отбор в телохранители президента, к Василию Иванычу Чапанову. Вопреки их ожиданиям, местом отборочного тура стала не кремлевская площадь или секретный полигон, а село со странным названием: Кирпичный завод имени Безыменского. Сам Чапанов, невысокий брюнет с густыми длинными усами, руководил посадкой в большой красный автобус всех желающих стать телохранителями президента. В этом ему помогал бессменный заместитель и верный друг по имени Петька. Этот высокий худощавый блондин был гораздо моложе Василия Иваныча. Он часто краснел и смущался, но никогда не терял боевого духа и с готовностью выполнял приказы своего начальника. Когда Петька звонко выкрикнул:

– Григорий Зурабович Саканиашвили! – Ларри Нгит толкнул в бок Перри Тонита и процедил сквозь зубы: – Это тебя, заходи!

Через некоторое время в автобус зашел сам Ларри и занял свободное место. Последней по ступенькам туда забралась полная старушка в длинном платье, вязаной кофте и разноцветном платочке на голове. Прижимая к груди большую корзинку, она вежливо поинтересовалась у Василия Иваныча и Петьки:

– Ребятушки, вы не к Кирпичному заводу, случайно, едете?

– Туда, тетенька.

– Не подбросите часом?

– Отчего же, подбросим! – улыбнулся в усы Василий Иваныч.

Вскоре выяснилось, что в корзине у этой старушки лежат яйца. По пути из них стали вылупляться цыплята, а потом на белый свет появились: гусенок, индюшонок, павлин и два страусенка.

– Опять продавцы обманули: вместо куриных яиц надавали всякую всячину! – пожаловалась старушка Чапанову. – Вот везла сестре в подарок, хотела порадовать. Да вряд ли она такому подарку обрадуется! Тьфу ты, Господи! Хорошо, хоть крокодила в яйце не подсунули или какую ни то игуяну!

Она накрыла корзину тряпкой, и оттуда раздались громкие звуки дерущихся птенцов.

Ехали в село долго. С широкого московского шоссе автобус свернул в длинный туннель, оттуда выехал на двухполосную асфальтированную дорогу, а через час съехал с неё на еще более узкую. Пассажиры автобуса закрывали глаза, а некоторые в ужасе кричали при виде несущихся им навстречу: грузовика, запряженной лошадьми телеги, автобуса с сельчанами и других транспортных средств, хотя всякий раз все благополучно разъезжались, и аварии не произошло. Затем автобус выехал на грунтовую дорогу. Из-за облака пыли на ней вообще ничего не было видно: ни того, кто обгоняет, ни того, кто едет навстречу. Пассажиров это, как ни странно, успокоило, и вскоре все прибыли в место назначения. Из автобуса вышло тридцать молодых людей спортивного вида, и они последовали за Чапановым. К всеобщему удивлению, отборочный тур проходил на площадке, предназначенной для тренировки кинологами охранных собак.

– Там, где мы обычно проводим "смотрины" наших будущих телохранителей, сейчас ведутся ремонтные работы, поэтому временно воспользуемся этим вольером! – объявил Василий Иваныч и многозначительно пригладил себе усы.

– Что это? Собачья площадка? – брезгливо скривился Перри.

– Похоже на то, – обескураженно покачал головой Ларри.

После ухода кинологов в военной форме, все претенденты на службу в охране президента по команде Чапанова стали демонстрировать свои спортивные навыки. Один за другим они преодолевали высокие барьеры, вбегали на деревянную лестницу и скатывались с неё кувырком, прыгали в кольца и перелазили через деревянные щиты разной высоты. Вскоре некоторые так вошли в роль, что на вопрос Василия Иваныча:

– Как дела? Справляешься? – громко лаяли в ответ.

– Крепкие пареньки, но нам не подойдут: глуповаты! – поделился Чапанов своими соображениями с Петькой.

Одного претендента в телохранители он отсеял по причине чрезмерной волосатости. Всё тело этого мужчины было покрыто густой растительностью, а на лице красовалась длинная борода и торчащие, как у кота, в разные стороны усы.

– Испугает ещё кого-нибудь, обросший такой, мать его медведица! – покачал головой Василий Иваныч.

Несколько других испытуемых не подошли, так как, выполняя разные упражнения, то и дело сталкивались друг с другом.

– Этих вычеркни из списка! – приказал помощнику Василий Иваныч. – Не умеют работать в команде.

После этого парни приступили к стрельбе по мишени сначала из рогатки, затем стрелами из лука, а потом из пейнтбольного пистолета. Чапанов внимательно наблюдал за претендентами и безжалостно их отсеивал. Четверо ему не понравились тем, что очень уж тщательно следили за своим внешним видом: один после каждого задания причесывался, другой пшикал себя дезодорантом, третий надувал губы, пудрил нос, подводил карандашом брови, поглядывая на себя в небольшое зеркальце, а четвертый поигрывал бицепсами и подмигивал другим парням.

– У нас тут не конкурс красоты! Вычеркивай, Петька, этих прынцев из списка! – нервно потребив усы, заключил Василий Иваныч.

Он безжалостно расстался ещё с несколькими (изображавшими из себя дрессировщиков и дрессированных животных в цирке, самураев, полицейских и рок-певцов), назвав их артистами, а не выполнивших на "отлично" упражнения – неумехами. После полуторачасового просмотра начальник охраны президента подвел итоги:

– Вот этих восьмерых оставляю для дальнейшей беседы. Остальные свободны!

Отсеянные очень расстроились, недовольно загалдели, замычали, заухали, зашипели, а изображавшие собак злобно зарычали и залаяли.

Вместе со своим помощником Чапанов зашел в небольшой щитовой домик у собачьей площадки. Для того, чтобы провести в этом помещении собеседование, нужно было освободить его от посторонних лиц. Пришлось Василию Иванычу и Петьке выгнать оттуда пару овчарок, одна из которых, обидевшись, помочилась у ножки стола, а другая цапнула Петьку за палец. Перекусывающую там же уборщицу Василий Иваныч вежливо попросил:

– Освободи-ка помещение, теть Люсь! Потом пообедаешь! Мне надо с бойцами тет-а-тет побеседовать! Сама понимаешь: дело государственной важности!

Уборщица недовольно поворчала и, прихватив термос и бутерброды, удалилась, после чего Чапанов приказал верному помощнику:

– Давай, Петька! Заводи ребят по одному!

Когда все, кроме Перри Тонита и Ларри Нгита, были опрошены, начальник охраны президента тяжело вздохнул и, намотав на палец кончик усов, не скрывая своего разочарования, признался:

– Не люблю я болтунов, Петька!

– Да я знаю, Василий Иваныч!

– Все парни, как на подбор (сильные, красивые, ладные, складные), но на каждый мой вопрос отвечают по пять минут, всякие подробности рассказывают, о которых я и не спрашивал. На кой они мне сдались, детали их личной жизни! Вон её сколько в Интернете – бери не хочу, всё про всех рассказано и показано. Мы с тобой, Петька, охрану набираем не кому-нибудь, а самому президенту! Все в его окружении должны уметь отвечать кратко, по существу, и хранить служебные тайны. Ладно, осталось с двоими побеседовать. Давай их сюда!

Когда их позвали, шпионы вошли и вытянулись по струнке перед Василием Иванычем и его помощником.

– Так-так, значит, ты в армии служил, в спецназе работал? – изучающе посмотрел Чапанов на Ларри Нгита, перед этим заглянув в его трудовую книжку.

– Так точно! – гаркнул по-солдатски шпион.

– Угу, вижу: и охранником на пивзаводе… – прокомментировал вслух следующую запись в трудовой книжке Василий Иваныч, потеребив кончики своих усов. – Да… Работа эта нелегкая! У нас любителей выпить достаточно, поэтому воров на пивзаводах тьма-тьмущая. Надеюсь, ты к бутылке не прикладываешься? В рот не берешь? Трезвенник?

– Так точно! – снова гаркнул Ларри.

– Ладно, Лев, с тобой разобрались. Теперь буду опрашивать Григория! – продолжил Чапанов и, нацепив на нос очки, взглянул на него поверх стёкол: – Ты, орёл, Родину любишь?

– Так точно! – отчеканил Перри Тонит.

– А работу свою любишь?

– Так точно!

– Это хорошо! А жену или… подругу свою любишь?

– Так точно! – повторил шпион.

– Молодцы! – похвалил обоих Чапанов. – Не люблю болтунов, а эти двое, Петька, похоже, слов на ветер не бросают. Принимаю обоих к нам на службу!

Когда шпионы вышли из будки, Василий Иваныч набрал на прикрепленном к стене стационарном телефоне правительственный номер и радостно сообщил:

– Алё, господин президент, докладываю! Только что пополнился штат Вашей личной охраны! Что? А как же?! Отличные парни! Один силен, как лев, а другой, не глядя, поразит любую цель, как Георгий-победоносец! Вот такое у нас приятное пополнение в коллективе!

Глава 3.

На следующий день американские шпионы были официально зачислены в учебный отряд телохранителей российского президента и приступили к обучающим тренировкам. Кроме них, там было десятка три молодых людей, прошедших отбор и зачисленных в ту же группу ранее. Все они поздоровались с новенькими, хлопнув их по плечу или по спине, а один шлепнул шпионов по ягодицам и игриво им улыбнулся. Вдруг шпионам показалось, что в комнате погасили свет. Это подошел, чтобы их поприветствовать, Илья Муромцев. По примеру остальных, он уже было собрался хлопнуть шпионов по плечу, но передумал и протянул ладонь для рукопожатия, представившись:

– Илья!

Ларри Нгит сообразил, что от него требуется, и протянул ему руку. Муромцеву показалось, что он слегка сжал ладонь новенького, но из глаз у Ларри фонтанчиком брызнули слезы.

– Не-е-ет! – плача, выдавил он из себя.

– Да говорю же тебе: меня зовут Ильей, а фамилия моя Муромцев, – повторил гигант.

– А-и-и-и… – измученно пропищал Ларри.

– А тебя Лев, да? – допытывался здоровяк, не отпуская руку шпиона.

– Да, да! – с вытаращенными от боли и ужаса глазами прохрипел Ларри Нгит.

– Ясно! Вот и познакомились, – широко улыбнулся Илья Муромцев и отпустил его руку.

С неестественно загнутой в сторону ладонью Ларри Нгит прошептал что-то синюшными губами и потерял сознание. Илья удивленно пожал плечами:

– Это он от радости, что ли, грохнулся в обморок? – и протянул для рукопожатия руку другому новенькому.

Перри Тонит испуганно отскочил в дальний угол и оттуда приветственно пошевелил пальцами.

– Ты, значит, Григорий? – шагнув в его сторону, уточнил Илья.

– Да! – крикнул шпион из угла и сжался от напряжения, ожидая, что этот русский захочет его крепко обнять или ещё что-нибудь в этом роде.

– Странный ты какой-то, Гришка… – растерянно пробормотал Муромцев. – Нормально, по-русски, поздороваться не хочешь. Может, ты просто стесняешься? Стеснительный, да?

– Да, да! – закивал головой Перри, желая только одного: чтобы русский гигант оставил его в покое.

– Ладно, ребята, я пошел, увидимся на службе! – подмигнул им Илья и удалился.

Перри Тонит подбежал к Ларри Нгиту и стал трясти его за плечи, шепча на английском:

– Вставай! Ну, вставай же!

Тот открыл глаза и, кряхтя, стал медленно подниматься.

– Знаешь, – признался Ларри, – именно такими я представлял себе русских! Человек-гора!

– Или смесь австралопитека с Кинг-конгом! – презрительно хмыкнул Перри. – Ладно, приходи в себя и пойдем на тренировку!

В тот день учебный отряд телохранителей проходил тренировку в полевых условиях. Василий Иваныч Чапанов приказал Петьке поделить всех на две группы, а затем раздать им карнавальные маски и пейнтбольные пистолеты. Около часа "волки" сражались с "зайцами", после чего по команде Чапанова переоделись в костюмы ряженых, раздобытые Петькой у знакомых артистов с Масленицы. Одна половина стала "матрешками", а другая – "петрушками". Петька натёр "матрешкам" щеки клубникой, а "петрушкам" – свеклой и, подбоченившись, залюбовался на результат своего труда:

– Вот так гораздо реалистичней и оптимистичней!

Ларри Нгит попал в группу "матрешек". Он нехотя приблизил своё лицо к Петьке, и тот, промахнувшись, оставил у него на носу яркий отпечаток от клубники, отчего шпион стал похож на заядлого пропойцу. Перри Тонит тоже внутренне был против забавного макияжа. Его передернуло от недовольства, отчего досталось от Петьки свеклой аж два раза, и под глазами у Перри засияли "фингалы" фиолетового цвета. Затем обе группы стали стрелять друг в друга из больших игрушечных пулеметов мягкими мячиками, а через некоторое время Чапанов исчез в густых зарослях кустарника и выкатил оттуда на поляну две надувные пушки, приказав бойцам:

– Начинайте палить в противника большими надувными мячами!

Глядя на это представление, Петька поморщился:

– Вам не кажется, Василий Иваныч, что в нашей боевой подготовке многовато праздничной бутафории?

– Настоящий боец должен уметь обращаться с любым видом оружия и стрелять из всяких-разных предметов! – возразил Чапанов, загнув пальцами кончики своих усов кверху. – Кстати, знаешь ли ты, какой из самых обычных предметов бьет очень сильно, на поражение?

– Ну, скажите!

– Чугунная сковорода, а ещё скалка!

– Да кто же ими дерется?! – удивился Петька.

– Видно, ты ни разу своей супруге не изменял… – пробормотал Василий Иваныч и тут же бодрым голосом добавил: – Молодец, Петька! Так держать!

Некоторое время спустя учебному отряду телохранителей было приказано: переодеться в туземные одежды, и Василий Иваныч продемонстрировал боевой танец хака, исполняемый народом маори. Выпучив глаза и высунув язык, он стал вращать палкой, топать ногами, размахивать руками и издавать воинственные вопли. Ученики пытались повторить его движения, но поначалу всё делали не так. То они спотыкались, крутились и подскакивали, как ужаленные, то двигались слишком медленно, раскачиваясь из стороны в сторону, то отплясывали хип-хоп. У одних палка то и дело выпадала из рук, а у других ещё и отлетала в сторону. Когда это случилось с Ильей Муромцевым, то сначала палкой ударило по лбу Ларри Нгита, а потом рикошетом она отскочила в правую ногу Перри Тониту.

– Во даёт! В миг обезвредил врага! – задорно рассмеялись наставники, но заметив страдальческие выражения лиц у Перри и Ларри, Василий Иваныч подмигнул обоим: – Не обижайтесь, это – шутка! Враг для нас только тот, кто желает смерти нашему президенту! Надеюсь, это ясно?

– Нет! – невпопад ответили шпионы.

– Как это нет?! – опешил Василий Иваныч.

– Да, да! – поспешили исправиться они.

– Видно, вы на солнце перегрелись, ребята! – покачал головой Чапанов и гаркнул: – Объявляю следующее задание: все в аккуратных растительных нарядах будут "лешими", а в драных…

Он задумался и замолчал, поглядывая на потрепанные листья на туземных юбках некоторых бойцов.

– Ты бы прикрылся там, посередине, листочками, что ли, а то ведь сплошной стыд и срам! – покачал головой Чапанов, обратившись к бойцу, у которого из-под зеленой юбки выглядывали ярко-красные семейные трусы.

– Перед кем стыдно-то, Василий Иваныч? – возразил боец. – Здесь, кроме нас, никого нет, одни мужики.

– А вот и нет! В любой момент могут появиться лица женского пола! – помахал пальцем у него перед носом Чапанов. – Помню, как-то раз в самый разгар наших учений на эту поляну вышли сельчанки с корзинками. Они тут неподалеку грибы собирали. Ну, мы конечно… Хотя нет, лучше не буду рассказывать. Это неактуальная информация и даже немного неприличная. Но в жизни чего только не бывает! Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждешь, и всякое такое.

– Василий Иваныч, вторую-то группу мы как назовем? – прервал его монолог Петька.

– Чучела огородные! Кто же они ещё?! Отряд "огородных чучел"! Собирай всех, у кого травянистая декорация драная и труселя наружу, в одну группу! Они будут сражаться шишками и кидаться ими в "леших", как гранатами, а "лешие" станут отбиваться от них… – и он посмотрел вокруг себя. – Вот! Пусть обдерут эту яблоню и отстреливаются дикими яблочками! И ещё: бойцы, слушай мой приказ: никому не есть эти яблоки! Не то потом стрелять будете не яблоками, а кое-чем другим, и станете непригодными для тренировок!

Когда "лешие" с "чучелами огородными" устали от сражения так, что еле таскали ноги, Василий Иваныч устроил всем перекус.

– Чтобы сражаться, надо питаться! Закрываю наше светопреставление на обеденный перерыв! – объявил он.

Бойцы отправились в кусты переодеваться в свою обычную одежду, а Петька чесанул в затылке и поинтересовался:

– Чем будем перекусывать, Василий Иваныч?

– Пицца, картошка, роллы… устроит?

– Думаю, никто не откажется! Бойцы проголодались.

– Отлично! – кивнул Чапанов и стал заказывать по телефону: – Привезите нам разные пиццы, мясные и рыбные роллы, побольше жареной картошки и наггетсов с соусом. Запивать всё это будем киселем и квасом. Что? У вас нет киселя? Это серьезный промах! Непродуманное меню! А напиток из чайного гриба? Тоже нет?! А кумыс? Нет?! Ну, знаете ли! Что это за странное заведение общепита? Ладно, делать нечего! Тогда привезите нам минеральную воду без газа, комнатной температуры, с минимальным содержанием калия, высоким содержанием магния и средним содержанием натрия!

Через некоторое время на проселочной дороге остановился фургончик, и двое доставщиков выставили из машины несколько больших сумок с едой. Потом к полю подъехало трое доставщиков пиццы: один на мопеде, второй – на велосипеде и третий – на самокате. Они привезли столько коробок с пиццами, что от натуги пот струился по их лицам. К тому времени Илья Муромцев нашел родник и, вооружившись лопатой, вырыл лунку и очистил её от песка. Бойцы стали пить воду, черпая её ладонями, а Василий Иваныч отправился на поиски подходящего для перекуса местечка. Он никак не мог определиться, долго ходил по полю, выбирая место получше и спрашивая у Петьки:

– В теньке будем кушать или на солнышке, под деревом или под раскидистым кустарником?

Всё это время доставщики пищи, еле волоча ноги, таскали за ним тяжелые сумки.

Наконец Василий Иваныч отдал приказ: расположиться в тени огромного дуба, расплатился с доставщиками, съел кусок пиццы, закусил её роллами, запил минеральной водой и тут же заснул, громко храпя и причмокивая во сне. Петька заботливо укрыл своего начальника большими листьями папоротника, подложил ему под голову короткое бревнышко и, сев рядом, затянул тонким женским голоском колыбельную:

– Баю-баюшки-баю, не ложися на краю! Придет серенький волчок и укусит за бочок…

– Кончай песни петь! – в полусне пробормотал Чапанов. —Ты бы, Маня, лучше легла ко мне под бочок, да и чем-нибудь другим меня порадовала!

Петька вскочил как ужаленный и стал бродить вокруг Василия Иваныча, отгоняя от него папоротником насекомых, а через некоторое время присоединился к трапезе в компании телохранителей. Во время еды Ларри Нгит шепнул Перри Тониту:

– Эта жареная картошка, точь-в-точь, как в Макдональдсе.

– Видно, русские знают толк в американской еде! – хвастливо поддержал друга Перри.

Шпионы так проголодались, что с удовольствием съели бы ещё что-нибудь, но их поставил в тупик вид русских наггетсов, поскольку те были сделаны в форме матрешки, медведя, самовара, балалайки и шапки-ушанки.

– Что это? – брезгливо поморщился Ларри, разглядывая вкусно пахнущие, с хрустящей корочкой куриные наггетсы.

– Типичные русские сувениры, – громко икнув, уныло ответил Перри и добавил: – Не знаю, как это можно есть…

– Да очень просто, вот так! – молниеносно принял решение Ларри и покидал себе в рот один за другим сразу несколько штук. – Политически это некорректно, но нашего шефа здесь нет, а кушать хочется.

– Согласен… – промямлил Перри и, прожевав пару наггетсов, заключил: – А ничего, вкусные сувениры! Между прочим, нам ещё российский гимн петь придется, так что не будем заморачиваться! По долгу службы, мы должны приобщиться к российской культуре и следовать здешним традициям.

Когда все поели, Петька разбудил храпящего под дубом Василия Иваныча, и тренировочные занятия продолжились. На этот раз Чапанов приказал всем надеть рыцарские доспехи.

– Они не просто, как настоящие, а самые что ни на есть настоящие! Я их в музее взял под расписку, – похвастался он. – Для вас это означает: беречь как зеницу ока своё обмундирование! Не ломайте его, не карёжьте и не царапайте!

Он приказал Петьке сходить за лошадьми, и тот привел целый табун:

– Вот, полюбуйтесь, Василий Иваныч, какие жеребцы! Красавцы, как на подбор!

Только к Илье Муромцеву Петька подвел под уздцы Владимирского тяжеловоза. Илья махом прыгнул в седло, громадный жеребец оглушительно заржал и, мотнув головой, обрызгал стоящих рядом слюной, при этом больше всех досталось шпионам. У Ларри из-под белой липкой субстанции виднелся только один глаз, а у Перри – только нос.

– Вы прям, как приведения! – глядя на них, рассмеялся Петька.

– Отставить смешочки! Мы тут серьезным делом заняты! – гаркнул Василий Иваныч, сел на пони, приказал Петьке сесть на осла, раздал каждому бойцу по деревянной палке и распорядился: – Как стоите, через одного, разделитесь на две группы! Вы будете казаками, а вы – разбойниками! Всё! Начинаем сражение!

– Что-то не похожи они на казаков-разбойников! – возразил Петька. – Скорее, на роботов.

– Пусть так, – согласился Василий Иваныч. – Тогда эта группа у нас – роботы-казаки, а эта – роботы-разбойники!

Петька открыл было рот, чтобы ещё что-нибудь добавить, но Чапанов рассерженно на него прикрикнул:

– Никаких возражений не потерплю! Как сказал, так и будет! И вы, дорогие бойцы, хватит на меня, как на красну девицу, глаза таращить! Идите все… в бой!

Телохранители, сидя на лошадях, принялись колотить, что есть мочи, друг друга палками так, что рыцарские доспехи на них затрещали, а шлемы стали слетать с головы.

– Хорошо бьются: яростно, от души! – как болельщик на трибуне, помахал сжатым кулаком Василий Иваныч.

– Как взаправду на войне! – вторил ему Петька.

Но вот неожиданно, туда, где проходило сражение, примчался табун лошадей. Парнокопытные совершенно не слушались деревенского пастуха, стегающего кнутом по земле и орущего, что есть мочи:

– Назад! Туды нельзя! Это поле уже не ваше! Оно другой живностью занято!

Всем табуном лошади помчались к жеребцам, верхом на которых сражались телохранители из учебного отряда. Жеребцы заволновались и стали игриво скакать вокруг кобылиц. Бойцам в рыцарских доспехах было нелегко удержаться в седле. Жеребцы крутились и подпрыгивали, пытаясь стряхнуть своих седоков.

– Всё ясно, – потеребив усы, заключил Чапанов. – Это, Петька, кобылицы, учуяли наших жеребцов и теперь не прочь с ними познакомиться. Вот ведь, брат, какая деликатная ситуация!

Пастух яростно размахивал кнутом, хлестал лошадей и драл глотку. В конце концов ему удалось собрать кобылиц и увести их за собой. Сражение возобновилось, а через пять минут на поле пожаловало возглавляемое быком большое стадо коров, вслед за ними прибежали козы, овцы, свиньи и гуси с индюками. Вся эта компания мычала, блеяла, хрюкала, гоготала, кулдыкала, путаясь под ногами у лошадей в самый ответственный разгар сражения.

– Да что же это за кавардак такой, а?! – прижав ладони к щекам, посетовал Василий Иваныч и махнул рукой: – Всё, хватит! Сражение закончено!

– Кто же победил-то? – хитро сощурил глаза Петька.

– Животный мир, – буркнул в ответ Чапанов и крикнул бойцам: – На сегодня тренировка завершена!

Поздно вечером шпионы вернулись к себе на квартиру чуть живыми. Наскоро перекусив, один плюхнулся в кресло, а другой растянулся на диване.

– Боже, как я устал! – признался Ларри Нгит напарнику и добавил: – Кстати, кто бы мне объяснил, к чему был весь этот маскарад с костюмами?

– Для меня это тоже загадка, – отозвался с дивана Перри Тонит. – То ли в охране президента царит полный бардак, и телохранителей тренируют от балды, как придется, то ли… используется необычный творческий подход…

– Хочешь сказать, что именно такой должна быть современная подготовка бойцов, а наши американские военные службы безнадежно отстали и утратили свой профессионализм? – вопросительно посмотрел на него Ларри.

– Я этого не говорил… – смутился Перри.

– Да ладно, чего там… Мы здесь одни, поэтому можем быть друг с другом откровенны, – зевнув, буркнул Ларри и отправился на боковую.

Глава 4.

На следующее утро Василий Иваныч объявил отряду телохранителей:

– Сегодняшнее учение будет проходить при непосредственном участии президента России. Вам повезло, ребята! Охрана жизни и здоровья правителя нашего государства для нас – большая честь!

Услышав это, Перри бросил многозначительный взгляд на Ларри. Оба сжали кулаки, понимая, что эту возможность ни в коем случае нельзя упускать.

– У нашего президента запланирована важная встреча с главой Республики Алтай, поэтому будем двигаться в этом направлении!

– Все умеют прыгать с парашютом? – гаркнул Петька и прошелся вдоль учебной команды. – Кто не умеет, сделайте шаг вперед! Так… Из строя никто не вышел, та-а-ак…

– Да, ребята, вы уж говорите, как есть, начистоту! – поддержал его Чапанов, подвигал усами и, энергично жестикулируя, стал рассказывать: – А то ведь однажды такое приключилось! Один парень из учебного отряда не признался, что не умеет прыгать с парашютом, в итоге испугался так, что, прыгнув из вертолета, обхватил руками ещё троих. Все вместе они полетели камнем вниз. Им на помощь из вертолёта выпрыгнуло десять бойцов, а потом и остальные, все разом. От этого вертолет резко накренился, и из него выпали оставшиеся там люди, то есть мы с Петькой, инструктор по прыжкам и два пилота. Только у всех у нас парашюты раскрылись, летим мы себе спокойно, как вдруг слышим: шум мотора, сильный такой! Посмотрели вверх, а это наш вертолет падает прямо на нас. Оказывается, второй пилот, перед тем как выпасть из вертолета, случайно нажал на кнопку с функцией "бумеранга". Вертолет полетел в обратную сторону, а потом у него закончилось топливо. Не буду описывать, как мы на лету кувыркались, гребли по воздуху кролем и брассом, чтобы друг к другу приблизиться и пристегнуться, чтобы утяжелить вес и отлететь в сторону, подальше от падающего вертолета. Потом, правда, мы отстегнулись, сделали в воздухе пару-тройку сложных коллективных фигур с элементами синхронного плавания. Что? А, да! Того парашютиста-неумеху пришлось кому-то из наших прицепить к себе, как грудничка в слинге, и лететь с ним до самой земли. Так он ещё верещал всё это время, как перепуганный карапуз! Ну да ничего! Этот парень потом успешно освоил прыжки с парашютом. В тот день пострадала только одна боевая единица – вертолет. Остался от него черный ящик. Вот поэтому я хочу знать, все ли из вас обучены прыжкам с парашютом?

– Если молчат, думаю, да! Бойцы к прыжкам с парашютом готовы, Василий Иваныч! – доложил Петька.

– Отлично! – нараспев проговорил Чапанов и разгладил себе усы.

Шпионы надеялись, что их посадят рядом с президентом, но этого не произошло. В направлении Алтая взмыло несколько самолетов, и, в каком из них находился российский президент, шпионы не знали. Затем всем было приказано надеть парашюты и, выполнив прыжок, приземлиться на снежном склоне самой высокой горы. Там находился домик со сторожилой, сдающим напрокат горные лыжи для любителей экстремального спуска. Когда посадку совершила вся группа, в полном составе, первым надел лыжи и покатился вниз по горному склону сам президент. За ним последовали личные охранники, а уже за ними двинулся учебный отряд. Ларри Нгит и Перри Тонит быстрее других сложили в рюкзак парашюты и, встав на лыжи, помчались с горы по проложенной лыжне, отыскивая взглядом президента. Спуск был практически вертикальным, и клубящиеся облака снега не давали разглядеть тех, кто был впереди.

– Ты его видишь? – ускоряясь и выписывая немыслимые пируэты, кричал напарнику Ларри.

– Нет! – отвечал Перри. – Я вообще мало, что вижу!

Справа и слева от них, преодолевая пропасти и трамплины, неслись на лыжах другие телохранители. Наконец, Ларри удалось разглядеть президента, съезжающего в окружении нескольких телохранителей по вертикальному, как стена, склону вниз. Опытным шпионам не составило труда оттереть президента от его окружения. Одни во избежание столкновения отъехали в сторону, а других Перри и Ларри столкнули палками в снег, тем самым убрав со своего пути. Теперь только они вдвоем скользили по снегу рядом с президентом: Ларри был справа, а Перри слева. Переглянувшись, шпионы потянулись к своим пистолетам, как вдруг услышали сзади себя мощный гул.

– Что это? Лавина? – сжался от напряжения Ларри Нгит.

– Нет! Это… это… кажется, это – йети! Мы пропали! – крикнул на ходу Перри Тонит, увидев краем глаза приближающуюся к ним огромную белую фигуру.

На самом деле это на немыслимой скорости мчался к президенту Илья Муромцев. Увидев, что личная охрана президента осталась далеко позади, он поспешил к нему на помощь. Не успев свернуть в сторону, каждой из своих лыж Илья сбил шпионов. Те подлетели вверх и повисли на сосновых ветках.

– Извините, ребята! Я нечаянно! – прокричал им Муромцев и последовал за президентом, прикрывая его своей могучей спиной, а несколько минут спустя к нему присоединились другие телохранители.

Потоками ветра от проезжающих мимо лыжников у висящих на ветках шпионов сдуло с ног лыжи.

– Что теперь будем делать? – спросил Перри.

– Понятия не имею! – ответил Ларри.

В следующий миг в лицо им ухнул пролетавший мимо филин, и зашипела сидящая на ветке куница. Шпионы инстинктивно разжали руки и грохнулись вниз, провалившись под толстый слой снега и слыша, как сверху проезжают на лыжах остальные. Путем невероятных усилий обоим удалось выбраться наружу. Они нашли одну единственную лыжу, застрявшую между стволами деревьев, вытащили её оттуда и, встав на неё вдвоём, с грехом пополам съехали с горы.