Виктория Скляр
"Люблю" на эльфийском

Я хочу только одного – любить тебя!

Чтобы видеть в твоих глазах лишь одно – то, что я думаю о тебе; что мои дни и ночи подчиняются взмахам твоих ресниц. Хочу бродить с тобой по пустынным улицам, наполняя их нашим смехом.

Новелла «Любовь»

Пролог

– Замечательно. Просто прекрасно! – в раздражении я всплеснула руками и начала расхаживать по выжженной траве, которая ровным кругом растянулась на сотни метров вокруг нас. Внутри росла тревога и множилась нервозность, которыми я не могла управлять. Все происходящее казалось просто невыносимым, невозможным бредом.

Посмотрев на своего сопровождающего, не сдержала злобного взгляда в его сторону.

– Одно не могу понять, почему именно ты?! – мой голос был пропитан яростью и обидой. – Почему меня не могло выкинуть в это Матерью забытое место, например, с Мэвнтом или Эксаном? Или на крайний случай, с Куртадоном? – я пнула валявшуюся под ногами ветку. Она отлетела на целых три метра в сторону и просто остановилась, словно там и лежала все это время.

– О, тебе бы очень этого хотелось, – я расслышала злость в голосе Тейеля и покачала головой.

В очередной раз развернувшись, врезалась в крепкую грудь, едва успев выставить перед собой ладонь, чтобы не упасть. Я почувствовала мягкость ткани под своими пальцами, и то, как напряглись тугие мышцы.

Сглотнув, я подняла затравленный взгляд на мужчину.

– Не подходи ко мне, – нарочито медленным голосом предупредила Тейеля, краем сознания отмечая для себя, что ладонь так и не убрала. Сердце эльфа под моими пальцами билось быстро и гулко, отчего мое собственное предательски сжалось и на миг остановилось.

– А то, что, Эмина? – мужчина наклонился, кончик его длинной, светлой косы сполз по плечу и коснулся моей щеки, отчего кожу начало приятно покалывать в этом месте.

Пусть меня бесил этот тип. Пусть он был красив, как забытые боги и каждый взгляд на него, заставлял мое сердце биться быстрее. Но! Он был эльфом, и я точно знала, что связываться с ним попросту глупо и наивно. Он никогда не примет меня как равную, Тейель, каким бы прекрасным он ни был, ни за что не свяжет свою жизнь с моей, потому что я не чистокровная. Скажу больше, даже являясь частично наследницей высших, я была испорченной и грязной для таких, как этот телохранитель.

Но даже подобные знания не изменяли одного важного факта – я безоговорочно и стопроцентно влюбилась в этого эльфа, и стоя рядом с ним, даже дыша с ним одним воздухом на двоих, я ощущала эйфорию счастья и боль, от того, что мое глупое сердце выбрало именно Тейеля.

– Ничего, у нас нет времени выяснять наши отношения.

– Отношения? – спросил Тейель, наклонив голову к правому плечу и непонятно почему хмыкая.

– Да, деловые отношения. Мы сейчас с тобой в одной лодке, Тейель и нравится тебе это, или нет, но выбираться также нужно вдвоем. Для начала необходимо понять, где мы находимся, – я сделала неосознанный шаг в сторону и повернулась спиной к эльфу, отмечая, что чувствовала его тяжелый, внимательный взгляд на себе. Как кочергой по нервам. – Судя по тому, что здесь растет сетанный подорожник, то мы, скорее всего у границы оборотней.

– Эмина, – позвал меня Тейель, и голос его был полон решимости и… просьбы.

Нет, не может быть. Эльфы не просят полукровок, они приказывают и требуют.

– Эмина, посмотри на меня, – повторил Тейель, но я продолжила его игнорировать.

Я не могла сближаться с ним. Не могла. Мне и без того тошно, что придется проводить кучу времени вместе, и, если я позволю себе хотя бы на мгновение поверить в счастливый конец, боль от разбитого сердца сломает меня.

Но эльфы не привыкли ждать. Они берут то, что хотят и, кажется, сейчас Тейель хотел поговорить. Как забавно. Когда я хотела того же и наладить отношения в начале нашего знакомства, он меня разве, что с грязью не смешал. Как забавно порой меняется наша жизнь в круговороте бытия.

– Что ты хочешь? – спросила я, развернувшись на пятках и поднимая взгляд выше, по шее эльфа и дальше по острому подбородку, манящим губам, от вида которых желание и боль растекались по моим венам, к высоким скулам, и остановилась на бесподобных, невообразимо прекрасных золотисто-синих глазах. Если приглядеться, то можно было разглядеть два темных пятнышка в левом глазу. Несовершенное совершенство.

– Мы не можем быть вместе, – сказал он, заставляя мое сердце остановиться, а кровь заледенеть в жилах. Боль пронзила мое тело, скручивая внутренности железными узлами. Мне было физически больно от слов Тейеля и он знал это.

– Знаю.

– Я старший сын своей семьи, – продолжил эльф, а я стиснула зубы. Сжав кулаки, впилась ногтями в собственные ладони, чтобы не разреветься от разбитого сердца, вставшего комом где-то в горле.

– Ты делаешь мне больно, – сказала я, чувствуя, как предательски дрожала нижняя губа. Еще мгновение и я попросту разревусь, как маленькая, брошенная девчонка.

– Malectum, Эмина! – злобно ругнулся эльф и в одно мгновение сжал меня в объятиях. Я даже не успела моргнуть, как оказалась прижата к крепкой груди, а сильные руки обвились вокруг моей талии. Я почувствовала ласковые поглаживания на своей спине. – Я знаю, что мы не можем быть вместе и проклинаю нашу встречу.

Нахмурившись, я качнула головой и уставилась на эльфа.

– Уж прости, что испортила твою прекрасную жизнь! – рыкнула я взбешенной фурией и оттолкнула Тейеля от себя. Но он даже из простого приличия не мог сделать шаг назад. – Ты думаешь, что я в восторге от этого?! – крикнула, чувствуя, как слезы все-таки сорвались с моих ресниц. Но мне было плевать. – Я ненавижу тебя и свои чувства к тебе, Тейель! Слышишь, ненавижу!

Сердце болело, а душа разрывалась на части. Мне хотелось сбежать, скрыться и унестись как можно дальше отсюда, от этого эльфа. Но я не успела. Потому что стоило мне зажмуриться, стирая предательские слезы со щек, как мои губы смяли голодным, жарким и жестким поцелуем. В этом прикосновении смешалось все – любовь, боль, отчаяние, гнев, ненависть… Жар опалил тело, заставляя стиснуть эльфа в своих пальцах и доверчиво прильнуть к нему, ища поддержки. И мы упивались этим, не имея сил сопротивляться притяжению между нами. Я вцепилась пальцами в волосы Тейеля и с силой дернула за золотистую косу, вырывая шипение с губ мужчины. Этот вибрирующий звук прокатился по моему горлу и ухнул куда-то в желудок, заставляя оторваться на миг и облизнуть свои распухшие губы.

Этот эльф определенно умел целоваться. И не удивительно, в его годы было бы стыдно не знать парочку интересных трюков.

– Ты разрушаешь меня, – сказала я, не смея отстраниться и уйти.

И пусть я слаба, пусть ничтожна, но я цеплялась за своего любимого эльфа. Он был мне нужен как воздух, и после… меня будет ломать от боли и одиночества. Но сейчас, я могла быть с ним.

– Мы разрушаем друг друга, красавица и, я ненавижу себя за это, – сказал Тейель и в новом поцелуе прижался к моим губам.

Глава первая

Любовь – над бурей поднятый маяк,

Не меркнувший во мраке и тумане.

Любовь – звезда, которую моряк

Определяет место в океане.

© Шекспир

Я сидела в кабинете непосредственного начальника и не верила – ни глазам, ни ушам, ни даже магическому чутью, которое никогда меня не обманывало.

Прошу, пусть это будет просто дурной сон, а не суровая правда жизни.

Умоляю!

– Простите, конечно, но я, наверное, неправильно вас поняла, – мой голос дрогнул от едва сдерживаемых эмоций, а в голове образовалась каша из мыслей и чувств.  Сердце предательски быстро билось в груди, заставляя кровь прилить к щекам. Нервно облизнув пересохшие губы, я сложила руки на коленях и впилась пальцами в ткань своей черной юбки. Необходимо держать себя под контролем, тем более, тут сидел мой непосредственный начальник. Я не имела права злиться в его присутствии. Не так рьяно, по крайней мере.

В конце концов, это крайне непрофессионально!

– Вы все правильно поняли, мисс Шекер, – качнул головой мистер Актан, посмотрев на меня с предупреждением в карих, выразительных глазах.

Он был простым смертным, но порой его взгляд… пробирал до дрожи похлеще, чем у какого-нибудь демона.

Мужчина положил руки на крышку отполированного, до зеркального блеска стола и подался чуть вперед. Эльф же, сидящий на мягком, кожаном диванчике слева, чуть позади от меня надменно хмыкнул. Одним этим звуком он полностью подтвердил мои опасения. Мало того, что меня вызвали сюда в разгар рабочего дня, когда мне завтра сдавать последний отчет и перевод с древнеэльфийского темного диалекта, так еще и…кажется, один длинноухий собрат считал, что я форменная дура.

Замечательно. Ничего другого от эльфов из Алмазного града я и не ожидала. Кучка надменных, гордых идиотов.

– Но… – я хотела возразить, но осеклась, заметив, как заметно нахмурился мистер Актан, поджав и без того тонкие губы. Он чуть качнул головой, заставляя меня замолчать.

– Это уникальная возможность, мисс Шекер, – произнес с заметным нравоучением мужчина почтенного возраста, стуча пальцами правой руки по столу. Я шумно сглотнула. Если он начинал разговор с подобной фразы, то точно жди беды. В прошлый раз, когда мне распылялись по поводу уникальной возможности, то отправили к оборотням на месяц послом доброй воли. В итоге озабоченные волки и парды всеми силами пытались зажать меня в ближайшем же углу. У них в тот момент как раз брачный гон был.

Так что уж простите, что я не прыгала от счастья на фразе: «… уникальная возможность».

Одного раза с лихвой хватило.

– Я думал, что полукровка будет более радостной от перспективы посетить Алмазный град, – с ядовитой насмешкой хмыкнул эльф, и я стиснула кулаки, сжимая их с такой силой, что у меня начали болеть пальцы. – Ты ведь никогда не была в этом святом месте? – спросил он, и я расслышала радостное мурлыканье в его голосе.

Гад.

Терпеть не могу высокородных эльфов. И вообще светлые у меня изжогу вызывали. Единственный, кто был нормальным среди них – это мой дед. Он настоящий мужчина и лучший эльф из всех, кого я знаю. А благодаря своей работе, мне «посчастливилось» познакомиться с сотнями представителей этой гордой расы. Поэтому уж поверьте, в данном вопросе мне можно доверять.

– Не имела подобного счастья, – фыркнула я, пренебрежительно дернув плечами, сбрасывая напряжение, сковавшее тело. Меня тошнило от одного присутствия эльфа в комнате.

– Разумеется, – хмыкнул ушастый.

– Эмина, – одернул меня мистер Актан, и краска смущения залила мои щеки.

Да, наверное, цапаться с эльфом на глазах у непосредственного начальства – плохая идея. Но этот длинноухий первый начал!

Святое место. Тьфу! Да отхожее место гномов у меня больше благоговения вызывает, чем Алмазный град.

– Прошу простить мою несдержанность, – поникла я, смиренно опустив взгляд на свои сцепленные руки и тяжело вздыхая.

– Не страшно, от полукровки ожидать чего-то иного попросту наивно, – я не видела, но точно знала, что эльф окинул меня недовольным, надменным взглядом, отчего волосы на моем затылке зашевелились.

Я непроизвольно стиснула зубы, чтобы не огрызнуться в ответ и не послать ушастого в далекие дебри их зеленых лесов.

А ведь так хотелось, так хотелось! Но нельзя.

– Мистер Голифтэн, прошу не оскорблять мою сотрудницу, учитывая, что это она нужна вам, а не вы ей, – осадил зарвавшегося эльфа мистер Актан, и я не удержавшись, улыбнулась краешком губ.

Мой начальник мог быть разным – грубым, требовательным, временами даже довольно милым, но он всегда защищал своих сотрудников и уж чего-чего, а оскорблять попусту нас никому не позволял. Особенно эльфам. Должна признать, что мужчина напротив также не жаловал ушастую братию, как и я. В этом мы с ним были очень похожи.

 Но фраза мистера Актана меня заинтересовала.

– Что значит?.. – хотела я спросить, но эльф меня некультурно перебил.

И после этого я еще невоспитанной буду выглядеть.

– Да, да, я знаю, – всплеснул руками длинноухий и вскочил со своего места. Я повернула голову и заметила, что он был очень высоким и откровенно странным. Нет, высшие всегда отличилась высоким ростом и грацией, но вот этот конкретный экземпляр… выделялся на фоне остальных. Для начала, у него были короткие волосы – они едва достигали плеч и красиво переливались золотыми искрами в свете полуденного солнца. И это насторожило меня.

Высшие имели исключительно длинные волосы и чем старше эльф, тем длиннее у него шевелюра. А тут… у него пряди почти, как у меня, хотя даже невооруженным взглядом было ясно, что мужчине уже лет сто пятьдесят, как минимум, и это весомый показатель. Я свои волосы обстригла месяца два назад, объявив бойкот матери с бабушкой. Они решили меня замуж выдать, и какого же было мое удивление, когда свататься заявился… высший эльф. Вот только вид у него был такой, что он скорее арматуру проглотит и переварит, чем на мне женится. И я сделала для нас обоих приятный подарок – откромсала свои длинные, серебристо-серые пряди. Теперь они едва закрывали шею. А, как известно, даже полукровка не может выйти замуж или жениться, пока коса не будет достигать хотя бы середины спины.

Вторым, что меня заставило внимательнее уставиться на Голифтэна, были его глаза. Они не светились магией, как это происходило всегда. У высших светлых глаза переливались золотом и зеленью в дневное время – всегда(!), в то время как у дроу, взгляд наполнялся силой исключительно после заката. Такая вот у них специфика жизни.

Но здесь, у Голифтэна не было завораживающего взгляда, от которого даже мне – полукровке с примесью темной и светлой крови, должно было стать не по себе.

– Эмина вам должно быть известно, что между королевством Хасши и моей родиной сейчас проходят мирные переговоры, в дальнейшем, которые должны завершиться свадьбой? – спросил эльф и подошел к моему креслу.

Мужчина был зол. Его движения не были плавными и грациозными, они казались рванными и дерганными. Он пребывал в ярости, которую едва мог сдерживать перед нами.

Эльф с перепадами настроения?

Какого diaba тут происходит?!

– Да, мне это известно, мистер Голифтэн.

– Прекрасно, – фыркнул он и оказался слишком близко. Он уперся руками в спинку моего кресла и наклонился непозволительно низко. Я почувствовала щекой мягкое прикосновение чужих волос и непроизвольно вздрогнула. Запах лесных трав заполнил мои легкие, отчего к горлу подступила тошнота. Волна отвращения прокатилась по телу, заставляя раздражение охватить руки и наполнить желчью рот.

Высшие не особо часто готовы идти на контакт с полукровками. Как и мы с ними, между прочим. А этого мужчину, я, кажется, на ментальном и физическом уровнях не переваривала.

– Королева приказала мне привезти вашу принцессу в Алмазный град, но ее высочество не владеет эльфийским в достаточной степени, чтобы спокойно разговаривать с моими сородичами.

– И поэтому вам нужен переводчик, – догадалась я.

Королева Дарталия отличалась жестким, порой жестоким характером. Она держала свой двор в ежовых рукавицах, и спорить с ней никто не решался. Наверное, единственный, кто имел на нее хоть какое-то влияние – старший сын. Он собственно и являлся женихом средней принцессы Хасши, Интеры.

Интера была милой девушкой – кроткая, далеко не дура, но она также была очень наивной и доверчивой. Ее обмануть так просто, что порой это казалось, даже неинтересным и бесчестным занятием. И это не давало мне покоя. Почему наш король выбрал в жены для скрепления договора о мире и помощи именно Интеру? Она ведь… как ребенок. Честное слово, я общалась с ней несколько раз на балах, и… с ней было что-то не так. Она любое слово воспринимала на веру. Эльфы и особенно королева Дарталия ее растопчут и сделают своей марионеткой меньше, чем за неделю. Неужели король этого не понимал?

Или ему было настолько плевать на собственную дочь?

– Да. Все верно. Нам необходим дипломированный переводчик.

– Но вы говорите с нами на общем языке, и даже не имеете акцента. Зачем вам я? Вы, мистер Голифтэн неплохо справитесь и сами.

– Вы – слуга короля и это было решено не мной, – по тону можно было понять, что эльфа тоже удручало происходящее. Он не был рад тому, что приходится общаться с какой-то полукровкой, еще и с примесью магии темных. Для него это, наверное, как плевок в душу. – Моя королева и ваш король сказали, что именно вы, Эмина, должны сопровождать принцессу Интеру. Вместе с вами из Хасши будут отправлены также две фрейлины невесты.

И вот тут я даже неприлично рот открыла.

– Погодите, – перебила я эльфа, поворачиваясь к нему лицом и замирая на миг. Слишком уж близко был этот длинноухий от меня. – Король приказал, чтобы я отправилась с принцессой в Алмазный град?

– Не приказал, – сказал мистер Актан и чуть улыбнулся. – Он настоятельно попросил меня убедить тебя.

Ага, понятно.

Когда король просил, то слуги выполняли и тут уж ничего не поделать. Видимо, если я не соглашусь, то лишусь работы, вместе с Актаном, поэтому…

– Хорошо, – медленно проговорила я, понимая, что терять место в посольстве не хотелось, мне нравилась моя работа(!). – Но для дальнейших действий я хочу знать полный список сопровождающих с обеих сторон, – сказала, и начала быстро соображать. Это был мой шанс вытребовать что-то стоящее. – Также эта командировка будет отражена в моем личном деле, у меня будет неприкосновенность со стороны эльфов, сто процентная, я должна знать дату начала и окончания мероприятия… и… я хочу поговорить с вами, – обратилась уже к эльфу, – наедине, – добавила и заметила, как скривился Голифтэн.

Ой, какой нервный, того и гляди, пошлет сейчас в Дремучие топи, комаров ловить.

– Имена я предоставлю, – недовольно сказал эльф, – по всему остальному… договоримся.

– Неприкосновенность не обсуждается, – настаивала я на своем. – Я слишком хорошо вас знаю, эльфы, чтобы так просто отдаться на вашу милость.

Голифтэн ругнулся:

– Infet!

– Эй! – одернула я эльфа, и он уставился на меня удивленно моргнув. – Да, ругательства на древнеэльфийском я тоже знаю, поэтому сдерживайте свои низменные порывы. Неприкосновенность, мистер Голифтэн.

– Я должен обсудить этот вопрос со своей королевой, мисс Шекер. Вы должны понимать, что подобные обещания не в моей юрисдикции.

– Хорошо, – понимающе кивнула я. Действительно, от согласия Голифтэна мне ни горячо, ни холодно, тут решает именно Дартиля, – тогда советую связаться с ней, как можно скорее. Иначе я не собираюсь иметь с эльфами никаких дел, – я поднялась с кресла и сделала шаг в сторону подальше от нашего гостя. – Простите, мистер Актан, но мне знакомы их уловки, и просто так соглашаться на поездку в Алмазный град не стану, даже под угрозой увольнения.

– Это весьма разумное требование, – согласился начальник, но его губы были растянуты в улыбке. Он гордился моей непоколебимостью. Я вот тоже, но только почему-то была уверена, что даже если мне и предоставят эту неприкосновенность, то ничем хорошим подобное мероприятие для меня не закончится. – Ты полукровка с примесью магии высших светлых и темных. Твои условия логичны.

– Логичны, – фыркнул Голифтэн и закатил глаза. Он был недоволен тем, что я прибегла к своему праву защиты.

Я была слугой короля, но помимо прочего, также являлась и представительницей аристократии дроу. Мой отец был старшим сыном герцогини Архансы, и отсюда вытекали как свои проблемы, но так и преимущества. Пусть во мне лишь часть ее крови, но бабушка меня признала, как внучку, поэтому простите, но теперь я и темная леди. И вот уж что-что, а правила и законы знала назубок. Если не договориться до начала поездки, то эльфы могут напасть на меня, как на представителя недружественной расы на своей территории или взять в заложники и выдвинуть условия Темной чаще. В граде я буду у них как на ладони, а они слишком уж не любят своих не братьев, чтобы у меня был хотя бы шанс.

– Мне нужна минутка, чтобы связаться с королевой, – сказал эльф, одернув свой золотой, с примесью зеленых и синих нитей камзол. – Разрешите, воспользоваться вашим зеркалом?

– Разумеется.

Мистер Актан дал небольшое зеркало эльфу, и тот скрылся за дверью, оставляя меня с начальником наедине.

– Почему я? – спросила у мужчины, когда он заметно расслабился после ухода Голифтэна. Да, моего начальника этот эльф тоже в восторг не приводил. Эти чувства у нас с ним были схожи. – У нас в посольстве есть полукровки менее раздражающего светлых происхождения, которые бы не подвергались такой опасности, как я.

– Знаю, – не стал отнекиваться Актан и недовольно скривился. – Во-первых, Интера просила отца послать с ней тебя, так что частично, это действительно приказ короля. А во-вторых, ты пусть и темная аристократка, но в тебе также наследие высших светлых. Твой дед чистокровный высший и когда-то его боялись и уважали среди сородичей. У Олили мать низшая эльфийка, и поверь, ее бы быстро запугали, а Стенри вообще на четверть гном.

– Меня запугать не так просто, – кивнула я, соглашаясь.

Олили действительно была полукровкой. Ее отец был человеком, а вот мать хоть и низшей, но все-таки светлой. Собственно, поэтому ее семья и покинула Алмазный град. Нечистые браки там ценились также высоко, как протухшее мясо на кухне. Высшие эльфы скорее удавятся, чем признают кого-то грязного.

Нас называли faex – грязь. Раньше это обозначение было общеизвестным, но в последние сто лет faex стало грубостью, за которую можно было и на дуэль вызвать.

– Я лишь надеюсь, что слава Эминтариэля сможет обеспечить тебе защиту. Он пусть и изгнанник, но силу не растерял, и всем известно, что за свою семью этот эльф пойдет даже против королевы.

– Не хочу подвергать опасности своих близких, – качнула я головой. – Это дела прошлого.

– Для эльфов прошлое и настоящее размытые понятия. Они живут долго, Эмина. Твой дед успел попортить много крови собратьям, особенно перед изгнанием.

– Они могут захотеть мести, мне известно это. Поэтому и требую неприкосновенности. Защита королевы дорого стоит и не каждый рискнет испытать на себе ее гнев. Она действительно умеет пугать, – меня передернуло.

Королева Дарталия вселяла ужас в своих врагов, а мой дед в свое время был ее лучшим воином и правой рукой. Но когда он решил жениться на простой смертной, в которой даже магии не было, то эльфийка восприняла это как плевок себе в душу и выгнала Эминтариэля с позором и отречением. У него забрали принадлежность к роду и защиту, но ему это и не нужно было. Мой дед был сильнее большинства своих собратьев, и если бы даже кто-то и рискнул на него напасть, то, что ж, земля им была бы гранитной плитой.

Мистер Актан хотел сказать что-то еще, но тут в кабинет вернулся Голифтэн и, судя по его потухшему взгляду, то мои условия были приняты. Уверена, этот эльф был бы более чем рад, если бы меня оставили в Хасши.

Что греха таить, я бы тоже лучше вернулась к своим прямым обязанностям.

– Королева Дарталия готова даровать неприкосновенность послу на время исполнения ее обязанностей.

– Не пойдет, – недовольно поджала я губы и взглянула в самые обычные глаза эльфа. Как-то непривычно, что меня магией не опаляет каждый раз. Такой жуткий опыт, если честно.  – Я требую неприкосновенности на все время нахождения в Алмазном граде.

Меня могли уволить в первые же дни, после начала работы, и с этого момента защита королевы бы на меня не действовала, так как послом я уже не являлась в стенах града. А вот моя формулировка обязывала Дарталию защищать меня все время, что я была на территории ее земель. И поверьте, это было меньшее, что она должна была мне дать.

Мирный договор нужен именно эльфам. Люди и маги слишком сильны, чтобы высшие могли нам противостоять, особенно после того, как наш король связал свою старшую дочь с бетой оборотней. Им нужен был мир, а не нам. Именно поэтому я и могла себе позволить подобные ультимативные замашки. Либо я неприкосновенна, либо никуда не поеду.

Голифтэн метнул в мою сторону взгляд полный ненависти и ярости.

Ох, как лестно. У меня впервые получилось взбесить эльфа в такие короткие сроки. Обычно на это уходило несколько дней. А тут меньше, чем за час. Горжусь собой.

– Кажется, ты забываешься… – начал было эльф, двинувшись ко мне и сжимая кулаки. Я была более чем уверена, что если дать ему волю, то он точно растерзает меня и отправит на кремацию, чтобы потом нельзя было воскресить.

– Нет, мистер Голифтэн и давайте, не забывать про минимальные правила приличия. Я – верноподданная короля, и наследница темноэльфийской герцогини Архансы, – сказала несколько пафосным, нарочито надменным голосом. Просто мне надоело, что какой-то остриженный эльф вел себя так, словно я не то, что не человек, моль вообще.

Голифтэна перекосило. Ой, а он не знал, что моя бабуля Тириэла Арханса? Какие нынче неинформированные эльфы пошли в граде, аж тошно. И надо отметить, что моя тесная, семейная связь с герцогиней, сотни лет назад именовавшейся Кровавой леди, сделала свое дело. Он посмотрел на меня уже иначе, не как на затравленную моль, которую хотелось раздавить начищенным до блеска сапогом. Нет, теперь он видел во мне угрозу, с которой, Отец вас подери, ему придется считаться, как и его королеве. Меня не просто так назвали в честь деда, характеры у нас оказались схожи даже в первые дни моей жизни. Я была требовательной, наглой, временами злобной и гордой. И эльфам, кажется, пора показать, что пусть чистота крови у меня хромает на обе ноги, но вот знания и сила даровались мне с лихвой.

– Это задание станет моей погибелью, – простонал пораженным голосом Голифтэн и вновь скрылся за дверью, громко хлопнув ею напоследок. Уверена, что пошел с королевой договариваться.

– До этого ты его просто бесила, теперь же пугаешь, – сказал мистер Актан. Он взглянул на меня с ноткой уважения во взгляде, которое он тут же сменил на холодную расчетливость и прагматичность. – Голифтэн сообщит королеве, что ты внучка Архансы.

– Дарталия и без его длинного языка знает все о семье своей бывшей правой руки, просто не делится этой информацией с посланцами.

– Почему, ты так считаешь?

– Начать можно хотя бы с того, что она прислала свадебный подарок моему брату. И подписала его «С наилучшими пожеланиями». Она осведомлена о том, кем являются мои ближайшие родственники. Это была лишь проверка, – пожала я плечами и нервным жестом откинула с глаз немного отросшую прядь. – Эльф не знает и половины правды, он лишь уловка для нас с вами, и это меня интригует.

Мистер Актан посмотрел на меня внимательным, цепким взглядом, недовольно хмурясь.

– Я знаю этот взгляд. Мне доводилось видеть его каждый раз, когда твой дед находил новый проклятый артефакт.

– И какой это взгляд? – поинтересовалась я, облизнув нижнюю губу.

– Сулящий проблемы всем, кто рядом, – вздохнул мужчина и покачал головой. – Тебе вверяют охрану принцессы, Эмина, не играй с эльфами, и не влезай в неприятности.

– Вы меня обижаете, – улыбнулась я. – Неприятности – моя вторая сущность, мистер Актан, – и оскалилась предчувствия, что события, которые должны случиться могут изменить многое… и не только в моей жизни.

Глава вторая

Приятный звук твоих речей

Со мной во сне не расстается;

Проснусь – и ты в душе моей

Скорей, чем день очам коснется.

© В.А. Жуковский

Как и предполагалось, королева града согласилась на мои условия и теперь я числилась в свите принцессы Интеры. И пусть остальное мне было известно – мы должны были отправиться к светлым эльфам для заключения брака, но я никак не предполагала, что о моей командировке станет известно деду. Он был в курсе уже вечером того же дня!

Эх… осведомленность Эминтариэля о делах его близких, порой доводит меня до дрожи ужаса. И мигрени.

– Эмина, детка, ты уверена, что твоя работа этого стоит? – спросил дедушка, насупившись и посмотрев на меня из небольшого карманного зеркала. Только эльфы умели общаться из отражающих поверхностей. Эминтариэль, я точно знала, при большом желании мог выйти на связь даже через воду.

– Это отличная возможность для меня, как переводчика и работника посольства.

– Я знаю, что ты любишь свою работу, детка, – тепло улыбнулся мужчина, который за последние шесть десятков лет не постарел и на год. Он, как и сотни лет до этого был прекрасен – высокий, изящно опасный, и красивый. О внешних и внутренних данных Эминтариэля слагали легенды, за многие века до моего рождения он уже был прославленным воином и главным оружием своей королевы. И поверьте, такое звание нелегко получить даже чистокровным, это зарабатывается болью, кровью и магией.

И что меня всегда радовало это глаза, которые перешли от бывшего воина, а ныне артефактора – насыщенная зелень с кольцом золота вокруг зрачка. Признак чистоты крови. Как бы смешно это ни звучало в моем случае.

Раньше я никак не могла понять, почему дедушка и бабушка такие молодые. Они должны быть старыми и с морщинками, а на самом деле им на лицо не дашь и больше сорока.

Как мне тогда объясняли – все дело в магии. Но в пятилетнем возрасте подобные слова ни о чем не говорили, и лишь к десяти годам, я поняла, что дедушка не просто женился на бабушке, а разделил с ней свою жизнь – в прямом смысле этого слова. Они связаны древней клятвой, которая даровала бабуле юность, а деду его любимую не на какие-то жалкие девяносто лет, а на целые столетия. Повезло, что в среднем эльфы живут где-то шесть-семь веков, в зависимости от силы и чистоты. Эминтариэль при желании мог отпраздновать и тысячелетний юбилей.

– Но ты все равно переживаешь за меня, верно? – спросила я и заметила, как мужчина кивнул.

Он всегда за меня переживал. Я же младшая в семье, его маленькая детка. Поверьте, это только звучит радостно, но на самом деле быть такой вот особенной это настоящая проблема. Меня же никуда не пускали, постоянно следили за мной, а Селек – любимый старший братец, – ко мне даже парней не подпускал. У него в крови больше магии дроу, поэтому он умел пугать неугодных одним лишь своим видом. Обсидиановая кожа и красные глаза могли довести до обморока любого.

– Конечно, переживаю, – не стал отрицать очевидные вещи эльф, отчего его чуть удлиненные кверху кончики ушей забавно дернулись. Дед обычно заплетал золотистые волосы в тугую косу, поэтому уши были на всеобщем обозрении. – Ты же наша малышка.

– Я не малышка, – немедленно возразила я, недовольно нахмурившись и скрестив руки на груди. И пусть дед последнего жеста не видел, но мне все равно стало легче. – Я уже взрослая, самодостаточная женщина, а не ребенок!

– Знаю, знаю, но для меня, детка, ты навсегда останешься малышкой, – покачал головой дед и тепло улыбнулся.

Он любил меня, я точно это знала. Вся семья для него была ценнейшим даром, за который, этот с виду добрый и милый эльф, мог порвать врагов на лоскутки и отправить на обжарку одному знакомому дракону.

– Для тебя даже бабушка до сих пор маленькая, – хмыкнула я, вспоминая, как дед обращался к своей избраннице.

Я любила своих близких, а бабу и деда особенной, трепетной любовью, но порой, они были настолько милыми и несдержанными в проявлении своих чувств, что с ними в одной комнате находиться было… неприятно. Они как новобрачные, честное слово, а ведь у них взрослая дочь, внук, внучка и даже правнучка! А иногда хуже подростков.

– Я уверен, что когда-нибудь ты встретишь своего единственного и будешь терпеть и более ласковые обращения к себе, детка.

– Упаси Матерь! – открестилась я, отодвигаясь от зеркала и тряся головой.

И пусть многие девушки моего возраста уже нянчились с детьми, и работали над увеличением населения, я относилась к этому с прохладой. Да, могла посидеть со своей племянницей и любила Маши, но… своих детей не хотела. Не сейчас, по крайней мере. Мне всего двадцать пять, а не два столетия, в конце концов.

– Ты такая забавная в эти моменты, – рассмеялся дедушка, и его голос лаской коснулся моей души, заставляя непроизвольно улыбнуться в ответ. – Жду не дождусь, когда ты влюбишься по-настоящему. Так и хочется поиздеваться над твоим женихом.

– Дед, вообще-то ты должен отстреливать моих кавалеров, а не ждать их появления как манны небесной, – напомнила я мужчине, сощурив свои, такие похожие на его глаза. Именно благодаря этим глазам я в детстве могла выпросить у деда что угодно – новую игрушку, старый артефакт, или даже путешествие в Драконьи горы, и самого дракона тоже.

А что, дядя Френгар никогда не был против моей назойливой компании. А как он мясо жарит! Мамочки, там не только пальцы, там все оближешь.

– Эх… наивная ты моя, крошка, – хмыкнул эльф. За его спиной послышался шорох и бабушкин голос.

– Милый, ужин готов! – крикнула ба, а после она появилась в отражении и широко улыбнулась. Ее лучистые, серые глаза искрились любовью и заботой. На моложавом загорелом лице уже появились морщинки, которые делали женщину лишь прекраснее. – Эмина, как я рада тебя увидеть. Ты совсем забыла о своих стариках! – пожурила она меня и погрозила указательным пальцем в зеркале.

– Не забыла, бабуль, ты же знаешь. Работа.

– Работа, работа, – закатила глаза женщина и громко фыркнула. – У тебя с дедом не только имя и глаза одинаковые, но еще и отговорки. Точная копия! – махнула она на меня рукой. – Все твое влияние, – а теперь бабуля обращалась уже к деду. – Ты мне ребенка испортил своими артефактами и приключениями, между прочим, она волосы обрезала, только бы замуж не выходить! А у нее были такие волосы… все темные эльфийки от зависти слюной капали на этот цвет и блеск.

– Маленькая, ну чего ты взъелась на Эмину? – робко посмотрел на любимую эльф. – Она еще слишком юна, чтобы выходить замуж, к тому же, сама вспомни. Ты в ее возрасте из дома ушла, только бы избежать этой участи.

– Так мне родители выбирали в мужья каких-то необразованных болванов, а мы с Фремой нашли ей прекрасного, умного и сильного эльфа.

Я закатила глаза.

– Ба, да он только от моего вида, чуть не скопытился, а ты про свадьбу говоришь. К тому же, что тебе этот эльф сделал? Он в нашей семье и недели бы не прожил. Вспомни, чем мой отец любит баловаться в свободное от работы время? – спросила у бабушки, на что она лишь неуверенно поджала губы.

– Он стреляет из лука, – несколько отстраненно ответила женщина. Оправив свой белый фартук с изображением самовара на хлопковой ткани, бабушка отвела взгляд в сторону. Она точно знала, на что я намекала и прекрасно поняла, почему эльф бы с нами долго не прожил.

– Ага, причем стреляет в иллюзорных светлых эльфов, – напомнила я, и заметила, как дед широко улыбнулся, а бабушка вновь сконфуженно потупила взгляд. И вот, между прочим, дед не обижался на забавы моего отца. Он ему этот трюк и посоветовал. – Считай, что я спасла этого гордеца от скоропостижной и жуткой смерти.

– Ладно, ладно, была не права, – выставила перед собой руки ба и отступила на шаг. – Но мы ведь с матерью тебе и оборотней предлагали и даже чистокровных некромантов.

– Угу, извини, конечно, но волк некроманта не слаще. Первый бы налево бегал каждый сезон гона, а второй таскал в дом протухшее мясо и не менее воняющих мертвецов. Прости, но перспектива так себе.

Дед уже не просто улыбался, он самым некрасивым образом ржал. И вот что не ясно, над кем он смеялся – надо мной, или над выбором своей дочери и жены? Надеюсь, что причина во втором.

– Я рад, что ты связалась с нами детка, но уверен, что ты хотела о чем-то спросить, – сказал дедушка и всю его веселость как рукой сняло. Теперь передо мной сидел мудрый, опытный мужчина, который в любой момент мог дать настоящий и дельный совет. А мне сейчас, именно это и нужно было.

– Можешь отправить мне личным порталом какой-нибудь защитный артефакт от эльфов? Я просто… не доверяю им, если честно, – вздохнула я и нервным жестом провела пальцами по своим коротким волосам. – Дарталия даровала мне неприкосновенность, но я не уверена, что это остановит некоторых особо нерадостных.

– Подобные политические манипуляции всегда имеют врагов. Эльфы ослабли за последние сто лет, и они знают это, – вздохнул дедушка, ба в это время осторожно оставила нас. Она не любила разговоры о жизни своего любимого до их встречи. И я могла понять ее, потому что и сама не жаловала светлую братию. В плане общения мне больше импонировали именно дроу. И пусть для златокудрых темные были врагами, которые не нуждались даже в уважении, но для меня последние были – друзьями, семьей и поддержкой.

– Почти вся аристократия в курсе того, что я твоя внучка, – сказала я несколько отстраненно и задумчиво. – И родственница герцогини Архансы. Они ненавидят тебя за предательство, и боюсь, что даже неприкосновенность со стороны королевы не даст мне спокойно завершить это дело, – грустно заметила, понуро опустив голову и в нервном жесте, жуя нижнюю губу.

– Именно поэтому я и не рад тому, что тебя отправляют с принцессой. Король, пусть и ведет себя, порой, как редкостный козел, поверь, я знаю, – сделал замечание мужчина, нерадостно улыбнувшись. – Но он не дурак.

– Интера слишком слабая и легковерная, – сказала я.

Краем глаза, заметила, как небо в один миг погрузилось в пучину тьмы и мрака. Наступил скоропостижный вечер. Завтра мне предстоит отправиться в Алмазный град, в компании принцессы и двух ее подружек. И только я понимала, что подобное мероприятие будет опасным и нервным. Эльфы будут защищать меня от агрессии со стороны врагов, но они не будут считать меня равной.

Я точно знала, как защититься от кинжала, летящего в меня, но как быть со словами, которые порой, куда больнее ранят, чем металл лезвия?

– Ей нужна поддержка, думаю, поэтому Эдуар и отправляет тебя вместе с Интерой, – дедушка был довольно проницательным мужчиной, поэтому я и надеялась, что он подскажет, кого следует опасаться сильнее всего.

– Кто представляет угрозу для меня в граде?

– Из эльфов – практически все, – грустно ответил дед, задумчиво нахмурившись. – Единственный, кому я еще могу доверять в граде – это Рантариэль. Он был моим другом по оружию долгие годы, пожалуй, он один из немногих, кто сможет поддержать и прикрыть в случае опасности.

– А по поводу артефактов? Можешь обеспечить меня несколькими?

– Разумеется. Перешлю тебе утром с подписями по использованию, – ответил дед. – Но я прошу тебя, Эмина, будь осторожна. Я не верю эльфам, хотя жил среди них долгие столетия. Будь всегда рядом с принцессой, ее они не посмеют обидеть, опасаясь политического скандала.

– Им нужен мир, – согласилась я.

Если свадьба не состоится, то эльфы окажутся на грани войны и вымирания. Люди, маги и оборотни не будут так просто ждать, пока ушастые найдут новые способы обороны и дальнейшего усиления. Им нужны силы, а нам нужны их знания и леса.

– Поэтому принцесса будет неприкосновенна в любом случае, а ты будь вместе с ней.

– Ага, глядишь, и не зацепят.

– Вот именно. Я свяжусь с Рантариэлем, договорюсь, чтобы он присмотрел за тобой, в случае чего, – дедушка расслабленно кивнул, и устало привалился к спинке стула. Я заметила, как осунулось его лицо, и отяжелели веки. Сейчас он казался даже взрослее своих четырехсот тридцати двух лет.

– Ты в порядке? – спросила с волнением и неприкрытой тревогой. – Выглядишь немного потерянным и усталым.

– Все в порядке, детка, не волнуйся. Я просто два дня разбирался с артефактом силы от Эдуара, устал как поднятый практикантом зомби, – зевнул дед и прикрыл рот рукой. – Я подготовлю для тебя защитные амулеты, утром они будут уже у тебя. И будь осторожна, Эмина. Мне бы не хотелось разрушать град, из-за того, что Дарталия не смогла тебя уберечь. Там леса красивые.

– Ты такой заботливый, – хмыкнула я с пониманием. – Но не переживай, они об меня все свои зубы обломают, – широко улыбнулась и услышала настойчивый стук в дверь. – Ко мне пришли, – я обернулась и поднялась с кресла. – Люблю тебя, и больше спи, иначе расскажу все маме, – наказала я деду и быстро оборвала связь. – Иду! – крикнула, поднимаясь с кресла и подходя к двери.

Я открыла ее без задней мысли, потому что точно знала, кто за ней.

Голифтэн. Эльф, который был приставлен к нам как надзиратель и являлся единственным связующим звеном между мной и королевой града.

Он был крайне недоволен тем, что я не только добилась своего от Дарталии, но также и вынудила его пообщаться тет-а-тет. Мне это было нужно, потому что доверия мужчина не вызывал.

Ушастый, сложив руки на груди, смотрел на меня исподлобья и одновременно сверху вниз. Я точно знала, что он не питал ко мне любовных чувств. Да что там, он, наверное, если бы был способен, то закопал меня под первым же дубом.

– О чем хотели поговорить, мисс Шекер? – и вроде бы слова правильные, а вот одним тоном мужчина сразу сообщил, что я ничтожество, недостойное внимания. – У меня времени в обрез, нужно подготовиться к поездке.

– Проходите, думаю, вы бы не хотели лишних ушей, – хмыкнула я с удовольствием отметив, как громко фыркнул эльф и закатил свои красивые, но самые обычные глаза.

– Еще не хватало, чтобы утром сообщили, что я – чистокровный эльф, выходил из спальни какой-то полукровки, – огрызнулся мужчина, злобно окинув меня тяжелым взглядом. Он разве, что не рычал, и от этого мне стало даже теплее на душе.

Каюсь, доставать светлых это мое хобби и любимая деятельность, которая, видимо, перешла по линии отца. Мы с братцем частенько кровь портили этим зазнайкам в детстве, да и став подростками никому проходу не давали.

Эх… юность.

– Не спальни, а кабинета, в котором стоит кровать.

– Разница невелика.

– Отлично, – улыбнулась я, представляя, как обрадуется мужчина моему вопросу, – тогда, мистер Голифтэн, давайте поговорим о том, что с вами не так? – помедлила я, и мои губы растянулись уже просто в издевательском оскале. – Мне очень хочется узнать, кто и по какой причине вам отрезал волосы, а еще, почему у вас практически отсутствует магия, высший светлый? – спросила, а эльф, услышав мои слова, действительно зарычал и грубо втолкнул меня в комнату. С грохотом захлопнув дверь за нами, он, совершенно обезумев, прижал меня спиной к стене. Его сильные пальцы впились в мою руку до синяков. Короткие, аккуратные ногти неприятно врезались в нежную кожу.

Эльфы умели пугать, особенно если не оставить им выбора, или наступить на больную мозоль. А я кажется, по этой болячке не просто прошлась, но еще и попрыгала. В свете лампы мелькнули белоснежные зубы с острыми клыками.

– Откуда ты знаешь это?! – с бешеным клацаньем спросил Голифтэн, приблизив свое лицо к моему. Я чувствовала его горячее, свежее дыхание на своей щеке и лишь усилием воли справилась с желанием оттолкнуть, а то и пнуть в особо уязвимое, мягкое место. – Отвечай! – рявкнул эльф, ударяя рукой по стене рядом с моим лицом. С потолка посыпались белые хлопья, падая мне на голову и нос.

Я удивленно и несколько испуганно вскрикнула и пнула. Чисто на рефлексах, потому что он меня напугал, и вообще, так себя вести совершенно не в духе высшего светлого!

Высшие. Тьфу! Хуже прислуги у оборотней.

Эльф от меня отпрянул, держась за свою голень и потирая ушибленное место. Да, пнула ниже, чем хотелось бы.

Чертыхнувшись, мужчина метнул в мою сторону еще один злобный взгляд, а я в это время отошла от стены и потерла свое запястье. Синяки точно будут. Поэтому один-один, придурок.

– Во-первых, не советую повышать на меня голос, – нравоучительно сообщила я Голифтэну, на что он лишь зашипел новый поток ругательств. – Во-вторых, возьмите себя в руки, вы же высший. И в-третьих, еще раз напугаете, и я пну уже выше и левее, – улыбнулась и в успокаивающем жесте провела пальцам по своим волосам, стряхивая штукатурку.

Меня била мелкая, неприятная дрожь, и не хотелось бы, чтобы эльф это заметил. Не хватало еще, чтобы эта паршивая овца в стаде понял, что умел быть жутким. Обойдется, итак его эго в дверь едва проходит.

– Ладно, поговорим спокойно, – Голифтэн оправил свой дорогой, синий камзол, обшитый серебряными нитями по краям. – Откуда тебе все известно? – эльф задал вопрос несколько даже скучающим тоном, словно вот-вот уснет.

Какое преображение!

Настоящий талант.

– Мой дед Эминтариэль Люнтэр, – напомнила я мужчине, на что он лишь закатил глаза. – Меня обучали традициям и законам светлых эльфов. Вам на вид лет сто пятьдесят, может больше, поэтому коса должна достигать минимум поясницы. К тому же, ваш взгляд… он обычный, и не несет в себе магической искры. Поэтому я задаюсь вопросом, почему прислали именно вас, и мне любопытно, за что вас так наказали?

– Меня не наказали! – огрызнулся эльф, мигом теряя всю свою концентрацию.

М-да… рано я его талантом обозвала. Халтурщик, самый настоящий.

– Хорошо, не наказали, – примирительно сказала я, посмотрев в глаза мужчины.

– И это, мисс Шекер, точно не ваше дело. Моя жизнь совершенно не касается какой-то полукровки, – последнее слово он аж с желчью выплюнул, едва ли не харкнув в мою сторону. Не плюнул по-настоящему, и на том спасибо.

– Да, я полукровка, но вам не удастся меня унизить этим словом, мистер Голифтэн. В моих жилах течет высшая кровь темных и светлых эльфов и поверьте, я ничуть не стыжусь этого, – заявила с искренней радостью. – Я горда зваться полукровкой, поэтому прекращайте уже. И это касается меня. Магия эльфов, пожалуй, одна из немногих ваших сильных сторон, мистер Голифтэн, а ее отсутствие скажется не только на мне, но и на принцессе. Без сил вы слабы, как котенок, и против колдуна не выстоите и минуты. А мне моя жизнь дорога.

– Вы назвали меня слабаком? – словно свинья на убое завизжал эльф, заставляя мои уши болезненно свернуться в трубочку.

Конечно, из всего, что я говорила он услышал лишь самое интересное.

Узколобый, глухой идиот.

– Нет, я сказала, что без магии вы не способны защитить ни себя, ни тем более кого-то другого¸– поправила я эльфа, покачав пальцем из стороны в сторону. Нечего мне тут предъявлять то, чего я не говорила. – Просто скажите, это навсегда или в дороге ваши силы вернутся? Мне нужно знать, можно ли на вас положиться в случае опасности только и всего, – я пожала плечами, совершенно не понимая, чего Голифтэн так взвился. Сам должен понимать, что такие вещи перед отбытием в град нужно знать точно.

– Силы вернутся в граде, – без особой радости ответил Голифтэн и скривился, будто от зубной боли. – Но я прекрасно владею мечом и кинжалами. Поэтому не стоит волноваться, себя мне вполне удастся защитить.

– Вот и славно, – кивнула я. – В таком случае, рада, что вы сможете уберечь себя от опасности и не будете обузой в путешествии, – улыбнулась с некоторым цинизмом. – И раз мы это выяснили, то милости прошу на выход. Не хватало еще, чтобы кто-то увидел, как из моей комнаты выходит высший светлый, – вернула я практически его же слова, отмечая, как перекосило бедного мужика.

Да, я ему не нравилась, и мне он тоже симпатии не внушал, а о доверии вообще можно и не заикаться.

– Выдвигаемся на рассвете, мисс Шекер и советую не опаздывать. Вас ждать никто не будет, – Голифтэн не мог уйти, оставив последнее слово за мной.

– Топайте уже, – но и я не могла подобное допустить, поэтому закрыла дверь прямо перед недовольным лицом эльфа, слыша, как он громко ругнулся и послал меня в далекие болота.

И diaba c тобой, все равно последнее слово за мной.

Посмотрев в окно, я отметила, что действительно нужно ложиться спать. Утром рано вставать, а опаздывать! Между прочим, я была самой пунктуальной девушкой в посольстве, поэтому… нечего на меня наговаривать!

Глава третья

Во всех природы красотах

Твой образ милый я встречаю;

Прелестных вижу – и в чертах,

Одну тебя воображаю.

© В.А. Жуковский

Насколько мне было известно, то до Алмазного града из столицы примерно два дня пути на лошадях. Учитывая, что порталами вблизи эльфийских владений пользоваться было нецелесообразно, то это лучшее, на что мы могли надеяться. В обители светлых имелся один из пяти самых сильных защитных источников. Поэтому любая попытка проникнуть внутрь грозила не только встречей со стражами, но и полным развоплощением.

Лучше уж провести несколько дней в дороге и ночевать в лесу, чем оказаться неизвестно где и в непонятно какой форме. Мне мои конечности весьма дороги, я к ним за последние двадцать пять лет очень даже привыкла.

– Я так волнуюсь, – призналась Интера, подходя ко мне и с тревогой касаясь моей руки.

От неожиданности я едва не подпрыгнула на месте. Моя сумка чуть не выпала из ослабевших пальцев, повиснув на предплечье тяжким грузом. И пусть девушка была красива и элегантна, но вот нельзя же так подкрадываться к людям со спины! Честное слово, она мне сейчас Селека напомнила. Он таким же безобразием дома занимался. Уж сколько раз он меня запирал и пугал в детстве… жуть просто, страшно вспоминать.

– Ваше высочество, – поклонилась я, приветствуя среднюю принцессу, отмечая для себя, что даже для путешествия она выбрала платье, вместо дорожного костюма. А ведь, в подобном наряде крайне неудобно передвигаться по лесу, даже в карете. – Вы меня напугали, – призналась я, ощущая, как кровь сначала отхлынула от лица, а после мои щеки окрасил теплый румянец. Выпрямившись, я посмотрела в лучистые, карие глаза девушки, отмечая, что ей очень шел нежно-розовый цвет платья.

– Прости, не хотела, – смущенно улыбнулась принцесса, отчего на ее щеках появились милые ямочки.

Интера действительно была красива. Если сравнивать среднюю наследницу с двумя сестрами, то она выделялась на их фоне своей кротостью и романтичностью. Тонкие черты лица в обрамлении темных, словно уголь волос, казались неестественно бледными. Глаза светились так ярко, что это первое, на что обращаешь внимание при встрече. Стройный стан подчеркивало розовое, простое, но утонченное платье, которое выделяло тонкую талию и облегало бедра.

Позади девушки стояли две ее фрейлины – Сидсель и Сандра. Русоволосые близняшки с теплыми улыбками, синими глазами и точь-в-точь, как у Интеры бледными лицами. Среди аристократии ходило поверье, что загорелая кожа признак прислуги, поэтому многие девушки страшились солнца, как вампиры освещенного серебра. Вот только… я не была с этим мнением согласна. Моя мама была аристократкой, но в тоже время она была довольно смуглой, про брата и отца вообще молчу – дроу, они даже в граде дроу. В семье, наверное, только мы с дедом и были как белая моль.

Взглянув на близняшек, я заметила, что они тоже были в платьях. Правда, в разных, что было для них несвойственно. Девушкам нравилось путать окружающих, несколько раз они и меня ловили на этом, отчего я злилась первое время, а потом привыкла. Фрейлины они неплохие, да и как собеседницы тоже хорошие. А желание иногда повеселиться… ну с кем не бывает, в конце концов?

У Сидсель была небольшая особенность. Она всегда носила исключительно разные серьги. Девушка была одета в синее, с металлическими переливами платье, которое подчеркивало ее пышную грудь, заметно приподнимая бюст.

Сандра же была одета в нежно-персиковый наряд, который выделял ее светлую кожу и подходил к высоким сапогам, явно дорожным. Ну, хотя бы обувь у девушек была подходящая для нашего задания.

– Здравствуй, Эмина, – поприветствовала меня Сидсель, зорким взглядом осмотрев мой наряд.

Да, я к этому событию подготовилась. Бабуля Ти с детства учила, что девушка должна быть не только красивой, но и смертоносной, поэтому они с дедом обучали меня некоторым особенностям боя и защиты темных и светлых. А на совершеннолетие бабуля Ти подарила мне дорожный, боевой комплект. В него входила серебристая рубашка под цвет волос с золотой вышивкой на груди, мягкая, кожаная куртка на шнуровке винного оттенка, узкие брюки одного тона с курткой и высокие сапоги на плоской подошве.

В левом сапоге имелось отверстие для кинжала.

И я трепетно любила этот костюм, надевала только по особым случаям, когда отправлялась с дедом в путешествия.

– Здравствуй, Сидсель, – кивнула я девушке, отметив, как расширились ее глаза. – Я научилась вас различать, девушки, поэтому теперь вы меня не обманете, – широко улыбнувшись, я заметила, как покачала головой принцесса. – Красивые платья, – похвалила внешний вид всех троих сразу, отметив, как кокетливо покраснела Сандра. Она была той еще скромницей.

– Скажи, что мне оно безумно идет? – покрутилась вокруг своей оси Сандра, отчего низ платья начал развеваться вокруг ее длинных ног. – Сидсель сама хотела его надеть, но я была первой, – и она игриво показала сестре язык.

Мы вчетвером стояли во внутреннем дворике посольства, куда принцессу и ее фрейлин рано утром привез королевский экипаж.

– А ты уже видела нашего провожатого? – спросила Сандра, подойдя ко мне ближе и хватая меня под локоток. – Говорят, что он эльф и очень хорош собой.

– Угу, эльф он стопроцентный, – согласилась я, одновременно с этим кивая.

– Не увиливай. Он красив? – настаивала Сидсель, подходя ко мне с другой стороны и беря под второй локоть. – Я знаю, что эльфы не могут быть некрасивыми, но порой даже красота отталкивает своей приторностью, – скривилась девушка, поджав свои чуть полные губы.

– Это точно не про него, – хмыкнула я, вспоминая, что Голифтэн не имел магии и сейчас был не страшнее первоклассника. Он ведь не мог воздействовать на умы смертных и в этом, наверное, был своего рода плюс. Не хватало еще, чтобы близняшки или не дай Матерь принцесса, влюбились по уши в этого остроухого. – Странно, что эльфы опаздывают, – решила я перевести тему. Обсуждать Голифтэна не было никакого желания.

Он меня раздражал на магическом и эмоциональном уровне.

И ведь действительно, сам же сказал не задерживаться, а в итоге мы тут стоим вчетвером, красивые, готовые к путешествию и одинокие. Даже мистер Актан куда-то подевался. Повезло еще, что погода благоволила.

Легкий ветерок лаской касался бледной кожи, колыхал яркие, зеленые листья тысячелетнего дуба, который стоял во дворе посольства. Я чувствовала, как жизнь вокруг меня пела, ведь в этом была часть силы моего эльфийского наследия.

Трава клонилась еще ближе к земле, обнимая ее своими острыми ручками, желая слиться с матушкой воедино. Мне нравился наш двор – множество тонких и красивых цветов, всевозможных оттенков, скамеечки, чтобы работники могли подышать свежим воздухом и отдохнуть.

Тут было… свободно.

– Вот-вот! – немедленно отреагировала Сидсель, воинственно осмотревшись. – Мы – девушки, и то пришли вовремя, хотя по всем правилам, как истинные леди, имели полное право опоздать! – заявила она и отошла от нас с Сандрой.

Но нужно отдать мужчинам должное. Они, словно почувствовав, что о них подумали, решили появиться ровно в положенное время. Эльфы, которые считают себя венцами творения, решили, что прийти заранее это выше их достоинства.

Как это… по-эльфийски.

– А вот и наши провожатые, – принцесса взглянула нам за спины, и мы с Сидсель и Сандрой одновременно, словно сговорившись, повернулись на пятках и застыли тоже единодушно.

Такая сплоченность – несвойственна представителям аристократии, но мы сейчас были не представительницами звонких фамилий, а простыми девушками, которые застыли в шоке от красоты мужчин.

Каюсь, и такое бывает. А что, мужчинам можно шеи сворачивать при виде короткой юбки, а нам при виде прекрасных эльфов нельзя?

Их было пятеро – четыре эльфа и мистер Актан, который затесался, словно совершенно не к месту. Последний, судя по его лицу, еще был и не в восторге от идеи идти рядом с ушастыми и их конями. Кстати, а для принцессы и фрейлин они приготовили повозку или девушки отправятся верхом? Ох, я бы на это посмотрела. В таких платьях и верхом. Это будет то еще представление. Кровь дроу давала о себе знать в моем несколько садистском юморе.

Голифтэн шел со стороны мистера Актана и тоже не был воодушевлен предстоящим путешествием, но не он привлек мое внимание. Этого длинноухого я уже видела. До сих пор тривиальный и высокомерный. То же мне, удивили!

Их было трое – незнакомых, прекрасных и высших. Одним своим видом они затмили яркость солнца и пение ветра в листве.

Даже с расстояния нескольких десятков метров они заставляли магией мурашки бежать по моей спине. Настоящие эльфы. Я встрепенулась и передернула плечами, сжав пальцами защитный браслет от деда. Он прислал мне еще и блокирующее кольцо, но… сейчас казалось, что ничего из этого просто не действовало, потому что стоя между принцессой и Сидсель, я с ужасом осознала, что мои коленки затряслись, и сердце ухнуло куда-то в пятки.

Мои ладони вспотели, и я самым низменным способом быстро вытерла их о свои брюки. Захотелось сбежать. Все мои инстинкты светлой и темной крови вопили о том, что мне нужно скрыться отсюда, оказаться как можно дальше от тех, кто представлял угрозу для моей жизни.

Я не должна находиться рядом с ними. Они опасны. Я видела смерть в их глазах, видела обещание боли, если сделаю что-то не так и не по их правилам, и они знали, что умели пугать одним своим видом.

Сглотнув, я облизнула вмиг пересохшие губы.

«Так, успокойся, Эмина», – мысленно приказала я себе, больно ущипнув пальцами свою руку.

Во-первых, я под защитой королевы Дарталии. Тронуть меня сейчас, значит, натравить на себя не только гнев правительницы, но и особую жестокость ее силы. И поверьте, даже ради собственного удовольствия, никто из эльфов не рискнет жизнью.

Во-вторых, я не жалкая девчонка. И пусть, в сравнении с высшими я была слабой и никчемной, а мой опыт в сражениях настолько мизерный, что о нем можно и вовсе не упоминать, но я не беззащитна. Дед и бабушка Ти вбили мне в голову одну простую истину – бейся или умри. И помирать в ближайшее время, тем более у светлых, я не собиралась.

И в-третьих, нужно привыкать к эльфам, в конце концов, в граде их раз в сто больше, чем сейчас. Поэтому, стисни зубы, детка и вперед на баррикады.

– Ничего себе… – восхищенно выдохнула Сандра, вцепившись в мою руку так, что, кажется, у меня начали синеть пальцы. – Какие вкусные мальчики-и-и… – сладко протянула девушка и привалилась всем своим телом к моему боку. Я заметно покачнулась.

Сандра не была толстой, скорее тонкой, как тростинка, просто… она весь свой вес на меня устремила. Так что я невольно покачнулась в сторону.

– Согласна… весьма и весьма аппетитные сопровождающие у нас, – согласилась с сестрой Сидсель и хищно облизнулась. Она поправила свое платье, чтобы вырез на груди стал более внушительным и видимым.

– Девушки, подобное животное поведение не достойно леди вашего рода, – с заметным осуждением произнесла принцесса, переведя взгляд с Сандры на Сидсель, а после на меня.

Я на эльфов слюной не капала. Я едва сдерживалась, чтобы не драпануть, как можно дальше, и как можно быстрее, например, домой к родителям. Там эти ушастые меня точно не найдут.

– Берите пример с Эмины, – привлекла ко мне внимание Интера и одобрительно продолжила. – Она ведет себя как настоящая высокородная и воспитанная девушка, что я и вам советую сделать, леди, – с совершенно не тайным намеком добавила принцесса и близняшки покорно сдались.

– Мы больше не будем, ваше высочество, – смиренно отозвались девушки, одновременно отойдя от меня и приседая в реверансе. – Мы вели себя глупо и непростительно.

Да уж, кажется, наш мир простых путей не ищет, а моя судьба еще и просто любит в особо жестокой форме поиздеваться над своей игрушкой.

И вот как, как спрашивается можно быть профессионалом своего дела, привилегированной леди, наследницей и т.д и т.п., когда единственное, чего мне сейчас хотелось – слиться с природой и стать невидимкой.

Но нельзя так просто пасть, тем более даже не попробовав сопротивляться.

Поэтому, когда мужчины оказались в непосредственной близости от нас, то мы, как истинные леди сделали реверанс, выражая тем самым свое глубокое уважение присутствующим. И если принцесса со своими фрейлинами обращались ко всем, то мои действия были направлены исключительно на мистера Актана. Он был единственным из всей этой группки, кого я не только уважала, но и безмерно ценила. Остальные… я их не знала. И если честно, то знать и не хотела.

– Ваше Высочество, леди, – первым поприветствовал нас мистер Актан, едва заметно улыбнувшись и подходя чуть ближе.

Если бы не его ободряющее присутствие, то мне было бы сложнее сдержаться от побега.

– Вы опоздали, – сказала Интера, и я в который раз за этот лишь начавшийся день заметила значительные перемены в поведении принцессы.

Она стала строже и начала выражать свое мнение. Это… было удивительно и одновременно с этим интриговало меня. Хотелось узнать, как далеко готова зайти девушка, желая показать свой новый характер. А может, она всегда была такой, но лишь сейчас ей, наконец-то выпал шанс продемонстрировать лидерские качества.

Как раз вовремя, учитывая, что мы отправлялись к эльфам, а они людей за равных не считали, даже тех, в ком текла королевская кровь.

– Прошу простить нас, ваше высочество, – смиренно поклонился мистер Актан, – это все моя вина. Мой секретарь не подготовила пропуски для наших… гостей, – на мгновение начальник замялся. И если близняшки и Голифтэн на это внимания не обратили, то остальные эльфы, и мы с принцессой отметили для себя данный факт.

– Ваше Высочество, – вперед вышел самый привлекательный и одновременно с этим самый пугающий гость. – Позвольте представить ваше сопровождение, – он сделал удивительное – поклонился принцессе, отчего я неприлично уставилась на него на долгие секунды. – Мы – лучшие воины града и ваша защита вне стен дворца и на весь путь. Меня зовут Тейель Лэйнэлиз из дома Вэента. Мои заместили Куртадон Дакатэль из дома Вэента, и Мэвнт Дакатэль из дома Вэента.

Вэента?

Я озадаченно задумалась, отметив, как скривился на представлении Голифтэн. А его, кстати, забыли назвать.

Интересно, интересно. И что же все-таки сделал этот жук, раз даже сородичи пренебрегали им, словно слугой.

Очень интересно.

– А кто ваш четвертый? – спросила принцесса, наверняка, заметив такое поведение эльфов.

– Голифтэн наш переводчик и связующий, – сухо ответил Тейель, а я все также продолжала на него пялиться, но уже тайком. Еще не хватало, чтобы эльфы заметили мое внимание. И без этого хватит проблем.

– Рад знакомству, ваше высочество, – натянуто улыбнулся Голифтэн. Он пытался изо всех сил быть очаровательным и пленяющим смертные сердца, но у него просто не было сил на это. И его бесил данный факт.

– И я безмерно рада, господа, – тепло улыбнулась Интера и решила, что и нас с близняшками нужно представить.

И надо отдать должное девушкам, они не капали слюной на эльфов, но явно попали под очарование магии ушастых. Особенно им понравился Тейель, я заметила это. И в глубине души что-то ревностно кольнуло.

Да ну бред какой-то!

Мне и дела нет до того, кому понравился этот высокородный.

– Мои фрейлины Сандра и Сидсель Аберот, – назвала девушек принцесса и те снова грациозно поклонились, демонстрируя внушительное декольте своих платьев.

Я не сдержалась и закатила глаза.

Горбатого только могила исправит.

– Помощница и переводчик Эмина Шекер, – теперь уже черед дошел, и до меня и я заметила, что эльфы оценили и, кажется, прекрасно поняли, из каких рас я происхожу. Отвращение, написанное на лицах Мэвнта и Куртадона так ярко читалось на их очаровательных мордашках, что я невольно оскалилась в ответ.

Эти двое были родственниками. Это и по фамилии было ясно и по тому, какой одинаковой у них была мимика. Но у Мэвнта были глаза насыщенного золотого цвета с легким серебристым блеском на границе зрачков, и губы у него довольно полные для мужчины. Куртадон же был, словно упрощенной версией сородича. У него глаза зелено-карие, со звездочками на границе темноты, а губы были обычными и тонкими.

Вот только это не умоляло того факта, что они казались одинаково великолепными. Длинные волосы цвета солнечных лучей у обоих были перетянуты на затылке, подчеркивая острые, словно гранитные скалы скулы и яркие глаза. Фигуры у мужчин были в форме перевернутого треугольника, отчего плечи были шире узких, мускулистых бедер, затянутых в кожу и ткань.

Красивые паршивцы. И они прекрасно это знали и подчеркивали своей магией.

Я коснулась своего браслета, ощутив, как густая сила привлекательности начала медленно растворяться. Мое сердце замерло на один краткий миг, а после начало мерно биться в груди, словно ничего и не произошло, мне стало чуть легче дышать. Сияние вокруг эльфов чуть померкло и перестало меня ослеплять, как полуденное солнце.

– Шекер? – переспросил Тейель и я, забывшись и расслабившись, взглянула прямо в его глаза, ощущая, как земля начала двигаться под неустойчивыми, ставшими ватными ногами.

Заместители у главного эльфа были красивыми, но Тейель… Матерь убереги! Эти глаза и губы заставили бы даже монашку отвергнуть все сущее и поклоняться ему одному. Взгляд хищных золотисто-синих глаз пробирал до мурашек и, казалось, проникал в самые потайные уголки моей души. Я ощутила, как сияние, которое мгновение назад стало лишь бликом в моем разуме, теперь ослепляло и уносило куда-то далеко.

Меня заметно передернуло, когда я впилась ногтями в свои ладони, но сердце гулко забилось в груди, заставляя жар растекаться по телу обжигающей лавой. Мои ноги были готовы подкоситься в любой момент, губы пересохли, отчего я быстро их облизнула, ощутив, как их начало неприятно покалывать.

Тейель использовал магию! Он обязан был это делать, потому что будь это не так… То я просто сошла с ума!

«Немедленно возьми себя в руки! Ты не же какая-то похотливая дриада, чтобы пасть на колени перед пусть и красивым, но все же эльфом!», – я практически рявкнула на себя, сильнее вжимая ногти в мягкую плоть ладоней и чувствуя влагу на пальцах.

Сделав глубокий вдох, я вновь взглянула на эльфа, отмечая, что его красота пусть и не исчезла, как мне бы этого хотелось, но хотя бы померкла для моего спокойствия.

Длинные волосы мужчины были заплетены в тугую косу и перекинуты на плечо. Кончик косы практически достигал талии, и я завистливо вздохнула. У меня когда-то тоже были такие волосы.

– Родственница Атеса? – с ноткой интереса спросил Мэвнт, и на миг мне показалось, что я его даже заинтриговала. Между его идеальной формы бровей пролегла вертикальная морщинка, казавшаяся просто дикостью на прекрасном лице.

– Дочь, – с гордостью ответила я.

И именно в этот момент, словно по сигналу, эльфы вмиг вытащили свои мечи из ножен, направив их в мою сторону.

Глава четвертая

Святая наука – расслышать друг друга с

Сквозь ветер, на все времена

Две страницы вечных – любовь и разлука –

Поделятся с нами сполна.

© Окуджава

Эльфы самые тупые во всем мире создания!

Ладно, не все эльфы, я, конечно, утрирую, но вот конкретно два эльфа из четверых, которые нас сопровождали, были непроходимыми тупицами. Настолько тупыми и непроходимыми, что у меня от одного их присутствия в нашей компании руки сжимались в кулаки и хотелось забить эту парочку до смерти сапогом.

И я это говорю не потому, что они не назвали меня красивой и не пали к моим ногам, как делали многие мужчины до них. Я вас умоляю, эльф, да пал к ногам, скорее мир перевернется. Дело в том, что они меня убить пытались! Причем вполне серьезно. Хорошо, я снова преувеличила, они хотели меня задержать для дальнейшего выяснения. Но! Мне-то известно, что я осталась в живых только потому, что имела защиту королевы Дарталии.

– Немедленно опустите свои мечи, господа! – рявкнул на наших сопровождающих мистер Актан, становясь рядом со мной и выставляя руки на манер щита. – Что вы себе позволяете?! – мужчина был напряжен и зол настолько, что его голос казался грубее и злее.

Я же стояла там, смотря на то, как два почти-одинаковых эльфа направили на меня острия своих мечей явно с недобрыми намерениями.

– Родственники Атеса Шекера должны быть допрошены вне зависимости от их расовой принадлежности, пола, возраста и магии, – грубо заявил Мэвнт, выступив чуть вперед и пытаясь обойти мистера Актана. – Люди не могут вмешиваться в дела эльфов и дроу.

Я с искренним неверием перевела взгляд с широкой спины мистера Актана на Мэвнта, отмечая, как поджались его губы и теперь взгляд невероятно красивых глаз стал поистине хищным и пугающим. Меня хотели не просто допросить, а как минимум засунуть в самую темную и глубокую темницу, чтобы после заставить моего отца прийти к ним добровольно.

– Могут, когда допрашиваемый числится не только под защитой королевы, но также и состоит на службе у короля дружественной расы и находится под защитой семейной и традиционной магии, – мотнул головой мистер Актан.

– Ее отец преступник! – оскорбил меня и весь мой род Куртадон, делая шаг в мою сторону и одновременно с этим, пытаясь обойти препятствие в виде мистера Актана.

– Эй! Мой отец самый честный из всех известных мне дроу, и уж куда более честный, нежели эльфы! И я не потерплю клеветы в его сторону от парочки ушастых идиотов!

А нечего моего отца обзывать и ложно обвинять. Между прочим, я за такое могу и проклятие наслать, а еще какую пакость сделать.

– Это задание становится все интереснее и интереснее с каждой минутой, – хмыкнул себе под нос Голифтэн, отчего удостоился злобного взгляда от меня и двух непроходимых… ну сами знаете кого.

– Заткнись, – огрызнулась я на Голифтэна. – Хотелось бы вам напомнить, господа, что я ныне нахожусь под защитой королевы Дарталии, так что если по вашей вине на мне останется хотя бы царапина, то вас ждет наказание и вряд ли оно вам понравится.

Да, пользоваться защитой Дарталии было подло, и вести себя так тоже не очень прилично и здраво, вот только они меня сами вынудили. Первые начали, в конце концов.

– Спрячьте мечи в ножны, братья, – холодно и требовательно приказал Тейель, положив руку на плечо Мэвнта и сжимая так сильно, что подчиненный заметно скривился. – Мисс Шекер права, сейчас она находится под защитой нашего монарха, и не может быть ни допрошена, ни тем более задержана, – добавил Тейель, метнув в мою сторону раздраженный взгляд. Меня прошибло от головы до самых пят от того, сколько агрессии и злобы плескалось в удивительно прекрасных глазах.

Шумно сглотнув, я постаралась придать своему лицу самое скучающее выражение, на какое было в тот момент способна.

Что не так с этим эльфом?!

– Совершенные ее отцом злодеяния пока ее не касаются. Необходимо сосредоточиться на нашем задании и в целости и сохранности доставить принцессу Интеру в Алмазный град.

Мэвнт хотел поспорить со своим командиром, я так ясно читала это в его глазах и мимике, что невольно залюбовалась. Неподчинение и своеволие в стане эльфов? Как интересно и интригующе. Должна признать, что впервые видела нечто столь… воодушевляющее.

– Слушаемся, – спустя томительную минуту ожидания Мэвнт и Куртадон склонили свои головы и одним отработанным движением спрятали мечи в заспинных ножнах, отступая на шаг в сторону.

– Данный инцидент станет известен королеве Дарталии, – сообщил встревоженный и очень разозленный мистер Актан. На что я радостно оскалилась. Вот так их. – Я позабочусь о том, чтобы и семья Эмины была в курсе произошедшего.

Так, а вот этого не надо!

– Мистер Актан не стоит… – я схватила начальника за руку, дергая его в свою сторону. И переходя на шепот добавила: – Вы же знаете, что отец и дед взбесятся, а я не хочу стать причиной того, что мир между нами и эльфами не будет заключен. Меня же бумажной работой и отчетами потом в гроб загонят.

– Не спускай с них глаз, Эмина. Кажется, отправить тебя было большой ошибкой.

– Не волнуйтесь, где наша не пропадала, и вы знаете, что кандидатов с моим опытом в департаменте нет, – пожала я плечами, бросив быстрый взгляд на четверку эльфов и особенно замечая, что Тейель продолжал с раздражением взирать на меня. – Они не причинят мне вреда, а отец действительно может натворить глупостей.

– Если что-то случится, то немедленно сообщи мне, – вынудил меня поклясться мистер Актан, хмуро взглянув в мои глаза. – Я отвечаю за тебя, и не хочу оказаться с колом в заднице, если они тебя в темнице запрут.

Я непроизвольно фыркнула.

– Мистер Актан, королеве станет известно, – спокойно сообщила Интера, взглянув сначала на Тейеля, а потом на меня. – Подобное поведение совершенно непрофессионально, – теперь она обращалась уже непосредственно к виновникам торжества.

– Они понесут наказание за свою импульсивность, ваше высочество, – заверил принцессу Тейель, – я об этом позабочусь, но у нас нет времени и дальше задерживаться здесь, необходимо отправляться в град, – напомнил он нам причину сбора, и мы немедленно заторопились. – Лошади запряжены и готовы ехать. Карета для принцессы и ее сопровождающих стоит за зданием, – сказал эльф, а я поджала губы.

– Пожалуй, я выберу лошадь, не люблю тесные пространства, – широко улыбнулась я, обходя мистера Актана и по дуге проходя мимо эльфов, словно они заразными были, – и чего стоим, господа? Лошади сами себя не приведут, – подмигнув их откровенно шокированным лицам, я направилась к самой красивой и статной лошадке с невероятным серебристо-белым окрасом.

Этот поход точно будет тем еще воспоминанием. Впервые меня пытались прикончить через пять минут после знакомства. Если подумать, то это даже лестно. Моего отца в последний раз ушастые пытались застрелить из лука только через час после начала переговоров о поставках черных бриллиантов из чащи. Значит, я пока лидирую в семейном деле.

***

Следующие несколько часов нашего путешествия проходили в пугающей, давящей тишине, которую разрушали лишь топот копыт и громкие голоса фрейлин в карете. Надо сказать, тот факт, что я не стала залезать в эту магически охраняемую коробку довольно сильно удивил и несказанно встревожил наших телохранителей. Мэвнт, которому я, видимо, с первой минутой нашего знакомства где-то поперек горла встала даже иногда равнялся со мной, окидывал тяжелым, несколько недоуменным взглядом и явно хотел что-то спросить, но смелости каждый раз не хватало.

А он так уже четырежды делал.

Сама воинственность, куда деваться.

Тейель был действительно лидером группы, и он точно терпеть не мог Голифтэна. Правда по всему, этого ушастого тут никто не переваривал и это делало светлого лишь интереснее в моих глазах. Нет, я все еще считала его навозным жуком и ошибкой Матери при рождении, вот только, чтобы вызвать такой негатив у своих же, да еще и волос лишиться… Это же явно было не просто непослушание с его стороны, тут наверняка кроется что-то более глубокое, и определенно очень личное.

Может этот остриженный увел у Тейеля девушку?

Хотя нет. Это вряд ли.

– А ты умеешь произвести впечатление на мужчин, – услышала я неприятный голос справа от себя и, повернув голову, увидела причину своих размышлений.

– А ты, кажется, бесишь не только меня, – оскалилась я нисколько не добро, сверкнув глазами. – Не думала, что между эльфами может быть настолько явная неприязнь. Нет, вы, конечно, дружелюбием не отличаетесь даже друг с другом, но, чтобы так открыто ненавидеть…. Колись, ты у него девушку отбил? Или принес в жертву его любимого единорога?

Я думала, что Голифтэн огрызнется, как это было в прошлые разы, но вместо этого он лишь сверлил меня жутким, немигающим взглядом, от которого моему Сиянию – лошади, которую я себе забрала, – стало не по себе, и она поспешила отойти от эльфа подальше, неприятно взбрыкнув и громко фыркнув.

– Он просто придурок, – пожал плечами Голифтэн и оставил меня в покое.

Странный этот ушастый какой-то… Своих не особо любит, чужих за людей не считает, но в тоже время ощущение, словно его сильно обидели, и именно поэтому он стал злобным засранцем.

– Ваше высочество, как вы себя чувствуете, не устали ехать? – услышала я знакомый голос и обернулась прежде, чем осознала это действие.

Тейель подобрался ближе к карете и наклонился ниже к окошку, отодвигая бархатную шторку, чтобы видеть лицо принцессы.

Невольный укол ревности сдавил мое сердце, заставляя непроизвольно дернуть поводья Сияния. Лошадь громко фыркнула, повернула ко мне свою красивую голову и окинула недовольным взглядом. В почти черных глазах я даже разглядела немой укор.

– Немного, но мы с девушками в порядке. Если нужно еще проехать, то мы не против.

– Через несколько километров будет небольшая поляна, на которой мы разобьем лагерь и передохнем, – сообщил Тейель, укрощая своего жеребца, чтобы тот немного сбавил темп. – Она скрыта иллюзией и рядом есть небольшое озеро.

– Благодарю, вы очень предусмотрительны, Тейель.

Я заметила, как виднеющаяся часть лица Интеры немного расслабилась, и теплая улыбка растянула уголки ее губ. Девушке определенно удавалось наслаждаться происходящим, что можно было назвать настоящим даром. Я ничего против прогулок на лошадях не имела, и в свое время много путешествовала с отцом и дедом, когда им разрешали меня взять с собой. Вот только проводить столько времени в тесном соседстве с эльфами – это для меня впервые, и я была несколько удивлена, насколько обеспокоился Тейель о благополучии и спокойствии Интеры.

Словно заметив мой взгляд, мужчина резко повернул голову и уставился на меня своими яркими, удивительно прекрасными глазами, отчего мое дыхание перехватило и румянец залил алым щеки и шею.

Я отвернулась, чертыхаясь себе под нос и прижимая ладонь к груди.

Да что со мной такое?

Или это что-то не со мной, а с этим ушастым?

Почему мое тело и мои мысли были так зациклены на нем, почему я так реагировала, словно уже по уши в него была влюблена и мечтала о взаимности?

Я в него не влюбилась!

Он же эльф, право дело! Мы знакомы, сколько, полдня? Это то же самое, что отдать сердце одному из инкубов – самым изменяющим жителям мира со времен создания. Они с одним партнером не проводят больше недели.

Это просто стресс. Самый обычный, никому не интересный и определенно убивающий мой разум стресс. И, наверное, усталость. Да, это задание утомляло меня и выжимало все соки, чтобы я была нормальной и не пыталась вывести эльфов из себя, как бы сильно этого ни хотелось. И именно поэтому мой разум давал сбой, вместе с чувствами. Вот теперь все верно.

Я просто сошла с ума!

– Тейель, – окликнул командира Мэвнт, заставив меня внимательно взглянуть на него. На лице эльфа было написано недовольство и немного тревоги и последнее, мне ой как не понравилось. Эльфы умели контролировать свои чувства, и для незнающих, что искать, мужчина был совершенно спокоен. Как гранитная стена. Никаких чувств. У кирпича больше эмоциональных реакций можно обнаружить. Но я видела обеспокоенность в чуть поджатых губах, и глазах, которые метались от одного дерева к другому.

Тут было что-то не так.

– Прошу меня простить, – извинился Тейель и подоспел к своему подчиненному, наклоняясь к нему и слыша едва разборчивый шепот.

По крайней мере для меня это был шепот, и я окончательно растеряла всю радость, когда Тейель и Мэвнт переглянулись с Куртадоном и даже Голифтэном. Ну уж, если последнего к себе подозвали, то дела не просто плохи, мы в заднице!

Интера была связующим звеном между людьми и эльфами, она гарант мира между королевствами и именно меня попросили уберечь ее от опасности. И пусть в сравнении с опытом эльфов я была лишь жалкой и наивной девчонкой, но драться умела, и была хороша в этом.

В конце концов, я была ответственной за принцессу.

Несильно ударив пятками Сияние по бокам, заставила ее поравняться с Тейлем и Голифтэном. Мне нужно было знать, что тут происходит и какими проблемами это может стать для нас и принцессы.

– Что случилось? – прямо спросила я у эльфов, не обращаясь ни к кому конкретно. – У нас какие-то непредвиденные проблемы на пути?

– Мы во всем разберемся, вернись к карете, – не особо вежливо отправил меня Мэвнт, для наглядности махнув рукой в сторону.

Но я проигнорировала его недовольство. Мало ли, вдруг он с не той эльфийки ночью свалился, откуда мне знать.

– Ага, бегу уже, – фыркнула я с явным пренебрежением. – По вашим лицам видно, что у нас неприятности, и судя по тому, что вы позвали даже Голифтэна, то мы влипли. В чем дело, мальчики? – настаивала я, подавшись чуть вперед и посмотрев на каждого эльфа по очереди.

Куртадон на мое заявление постарался никак не отреагировать, Голифтэн насупился как обиженный ребенок, а Тейель оценивал меня не как какое-то надоедливое насекомое, а даже возможно, как потенциального помощника.

– Мэвнт заметил вихревые ловушки через пятьсот метров. Мы подозреваем, что тут промышляют разбойники. В лучшем случае это лишь бродяги, решившие нажиться на экипаже, но есть вероятность, что это не простое совпадение.

– Считаете, что кто-то приготовил засаду именно для Интеры, – кивнула я скорее себе, чем Тейелю. – Союз эльфов и людей для многих станет костью в горле. Вампиры и драконы не в восторге от предстоящего брака.

– Мы не можем сказать наверняка, пока не проверим, но если это действительно ловушка, то последствия могут быть неприятными.

– Тогда нужно разыграть туза, – улыбнулась я, подмигнув Тейелю и его невозмутимо, лишь немного удивленному выражению лица. – Они ожидают карету с сопровождением, которое немедленно станет оказывать всевозможное сопротивление. Если так, то бандиты готовы к магии эльфов и вашему оружию.

– Ты частично человек и дроу, – понял мою мысль Тейель. – Но вихревые ловушки, поставленные на эльфов, причинят достаточно боли и тому, кто несет в себе даже часть крови светлых, особенно высших.

– Уж и без вас знаю, – быстро облизнула я вмиг пересохшие губы. Нервная работенка у меня однако. – Но принцессу доверили не только вам, ушастики, но и мне. Поэтому ответственность за ее жизнь лежит и на моих плечах. К тому же, дроу никогда не бегут от драки, тем более, когда кто-то пытается поймать нас в ловушку, – улыбнулась я, демонстрируя ровные белые зубы, и отмечая, как закатил глаза на мои действия Голифтэн. – Лапуля не куксись, в следующий раз на фронт отправим тебя, – и, подмигнув любимому ушастому, я взглянула на Тейеля.

– Мы направимся к ловушкам, Мэвнт и Куртадон поставьте защитный барьер на карету, задействуйте человеческие амулеты, это усилит сопротивляемость, а ты, – командир взглянул на Голифтэна, – охраняй карету, – приказал он и в следующий миг галопом направил своего жеребца дальше по тропинке.

Этот эльф просто что-то с чем-то!

А какой у него вид сзади…

Я вообще-то про коня, именно про коня!

Глава пятая

Позабыв про горе и страданья,

Верю я, что кроме суеты,

На земле есть мир очарованья,

Чудный мир любви и красоты!

© И.А. Бунин

– Это будет больно, – предупредил меня Тейель, когда мы приблизились к ловушке. – Подобные магические вихри действуют, парализуя всякого в ком достаточно эльфийской крови, – продолжал наставлять он, внимательно следя за моим лицом, а точнее за реакцией на свои слова.

– Любите вы мужики преувеличивать, – скривившись, буркнула я, передернув плечами. – Не думаю, что это больнее укуса мантикоры, – воспоминания о той демонической боли вспыхнули лавой в моей памяти, заставляя скривиться. Вот только спустя несколько мгновений улыбаться мне уже перехотелось окончательно. Я почувствовала момент, когда сработала ловушка и то, как ее магия впилась в меня, будто раскаленные, тупые ножи, вырывая хрип боли. – Не-на-ви-жу эль-фов! – прорычала я, едва сдерживая сотрясающий тело вопль. Перед моими глазами все поплыло и словно сдвинулось, заставляя с отчаяньем стиснуть зубы и вцепиться пальцами в поводья с такой силой, что побелели костяшки. Кожа впилась в мои ладони, оставляя красные следы и раздирая до крови.

Я чувствовала, как бешено стучит сердце в районе горла и пот впитывается в мою рубашку, отчего та неприятно липнет к телу, сковывая движения. Я видела перед собой лишь рой разноцветных мошек, мельтешащих перед глазами, перекрывая обзор.

И пусть это чувство продлилось лишь два коротких вдоха, но это было достаточно, чтобы мое тело выгнулось дугой в седле. Прижавшись быстро вздымающейся грудью к горячей спине Сияния, я мечтала только об одном – чтобы это прекратилось и боль, какой бы яркой и короткой она ни была исчезла, не оставив после себя никаких воспоминаний.

– Только не отпускай поводья! – словно издалека донесся до меня ледяной как дыхание обратного дракона голос Тейеля. – Держись в седле! – рявкнули где-то неожиданно близко, заставляя вздрогнуть и встрепенуться, прогоняя остатки сковывающей и удерживающей меня силы.

– Держись в седле, – раздраженно пробурчала я себе под нос. – Легко тебе говорить, ушастый! – огрызнулась почти обижено, но будто против воли сжала пальцами поводья и стиснула бедра до натирающей ноги боли.

Видимо, какой бы грязнокровкой я ни была, во мне было достаточно эльфийского, чтобы меня приняли за долгожданную цель, и зачинщики этого бедлама вылезли из своих укрытий.

Передернув плечами, я резко выпрямилась и рыкнула ругательство:

– Diaba! – чувствуя, как браслет и кольцо, подаренные дедом, вспыхнули зеленым сиянием и магические вихри отступили, рассыпаясь жеванными листьями под копытами Сияния.

Моя лошадка брезгливо фыркнула и встала на месте, не желая ступать по какой-то мерзости. И я не могла ее винить. Вид у остаточной магии был просто тошнотворный. Дерьмо у орков и то приятнее выглядит.

– Держите девку! – крикнули откуда-то слева и в меня метнули магические путы, что впились в ребра и грудь, не позволяя сделать даже маленький вдох. Плотно обхватив мое туловище, цепи сжимались и сжимались, извиваясь разъяренными змеями на теле. – Не позволяйте этой эльфийке колдовать! – предупредил грубый, чуть хриплый мужской голос, и в следующий миг Сияние взбрыкнула, ударяя одного из похитителей копытами в грудь и отбрасывая того в ближайшее дерево. Послышался глухой удар и отборные ругательства.

– Porvahe, – прошептала я заклинание разрушения и путы исчезли с моего тела так же неожиданно, как и появились.

Сделав судорожный вдох, я на миг позволила себе прикрыть глаза от удовольствия, а затем едва успела увернуться от очередного заклинания. Оно было не таким милым как путы, и судя по тому, как магия искрилась черным и сапфировым сиянием, то меня решили самым подлым образом вывести из игры.

Ага, разбежались, гадкие выродки!

Плавным движением, спрыгнув со своей кобылки, я выхватила кинжал из левого сапога и метнула его в наемника, попав тому точно в ногу. Под мужчиной начало растекаться кровавое пятно, он захрипел от боли, зажимая рану и падая на колени.

– Somnume, – приказала я, и зеленые искры сорвались с моих пальцев, погружая высокого, жилистого мужчину в сон. Он даже не успел накрыться щитами, как магия скрутила его, с силой ударив по макушке. Теперь на несколько часов он перестанет быть нашей проблемой.

Повернувшись в поисках очередной жертвы, я завороженно застыла, наблюдая за тем, как грациозно и безжалостно расправлялся со злодеями Тейель. Это был смертоносный танец, которому обучали эльфов из дома Вэента практически с пеленок. Поэтому они считались лучшими воинами и самыми дорогими телохранителями, если решали продавать свои услуги вне стен града.

Он двигался по-змеиному плавно и жутко, отработанные годами движения казались мазками силы и превосходства, от которых даже заправский воин бы завистливо стиснул зубы.

Взмах руки и противник лежал без сознания, инстинктивно хватаясь за рану, оставленную серебристым лезвием меча. Легкое уклонение и наемник кричал от боли во всем теле, когда магия и нож вонзились в него, заставляя вопить, словно маленькая девчонка при виде таракана.

Тейель был воплощением силы, грации и стати, от которых мое дыхание предательски сбилось, и рот неприлично открылся.

Я видела, как сражался мой дед и… сравнивая двух мужчин, было сложно сказать, кто из них вышел бы победителем в настоящей схватке.

Тейель был очень хорош. Даже до безобразия идеален и отточен, из-за чего мое сердце сжалось в предательской боли, заставляя кровь замереть на один короткий миг. Он справился уже с добрым десятком противников, устраняя их с такой легкостью и с таким великолепием, что стало не по себе.

Да он даже не вспотел!

Его лицо продолжало быть идеально прекрасным, а натянутое, словно тетива тело, было готово к любой атаке.

– Отпусти меня! – услышала я напуганный голос Сандры и метнулась в сторону кареты, из которой девушку пытались вытащить прямо за волосы. – Отпусти урод! – верещала фрейлина, отбиваясь руками и ногами, но ее попытки были безуспешными.

Где Мэвнт и Куртадон? Чем занимается Голифтэн, Отец вас упокой?!

Голос Сандры неожиданно оборвался, когда похититель наотмашь ударил девушку по лицу, и та потеряла сознание. Звон пощечины отразился внутри меня эхом боли и треска.

Во мне поднялись злость и жажда крови.

Перед глазами вспыхнула красная пелена, и меня просто перенесло к Сандре и наемнику.

– Тебе разве не говорили, что бить девушек фатально для здоровья? – холодно улыбнулась я мужику, отметив, как он удивился от моего появления. – Sangius, – приказала я, одновременно с этим, ударяя мужчину его же небольшим ножичком в бок. Противник заверещал и упал на колени, выпуская Сандру из своих крепких рук. Я успела подхватить девушку под подмышки, не позволяя ей пропахать носом землю. Спасибо она мне за порчу своей красоты точно не скажет, даже учитывая, что я ее спасла.

Положив Сандру рядом с каретой, я услышала звон мечей слева от себя и едва успела пригнуться, когда в нескольких сантиметрах от моей головы в дерево воткнулся длинный, чуть изогнутый кинжал. Выпрямившись, я увидела, что метнул его Голифтэн и уставилась на него с желанием отрезать эти пакостные и криворукие конечности.

– Ты слепой, что ли?! – рявкнула я, доставая кинжал из дерева, и подкидывая его на ладони.

У клинка хороший баланс. Рукоять была довольной простой, без каких-либо украшений, обычная деревяшка, обтянутая темной кожей.

– Он увернулся, я целился в наемника, а не в тебя! – огрызнулся Голифтэн, на что я лишь закатила глаза.

Инфантильный и криворукий. Как он вообще до своего возраста дожил и не был жестоко убит собратьями?!

– Сдавайтесь, – услышала я голос Тейеля и обернулась. Он держал за шкирку, будто нашкодившего котенка какого-то мужика. Приставив к его горлу острие своего убийственно прекрасного и опасного меча, эльф повторил. – Сдавайтесь, пока мы вас всех не перебили.

Лидер нашей компании явно был не в самом лучшем расположении духа. И я вновь невольно восхитилась его силой и непоколебимой уверенностью. Он внушал страх, уважение и заставлял мои внутренности плавиться одним лишь своим видом.

Я осмотрелась, замечая, как небольшая горстка наемников в черных одеждах, которые еще могли стоять и даже сражаться положили оружие на землю и подняли руки вверх.

– Девушки в порядке? – спросил Тейель, не обращаясь к кому-то конкретно.

– Принцесса и одна из фрейлин в полном здравии, – сообщил, наверное, Мэвнт, потому что я видела лишь макушку эльфа из-за кареты.

– У Сандры обморок, нужно будет потом ей что-то холодное к щеке приложить, – пояснила я, замечая, как красный след пятерни отпечатался на ее бледной коже. Грудь девушки мерно вздымалась и опускалась. Она в полном обмороке, и не пробудится еще несколько часов.

Интеру и Сидсель вывели из укрытия и, судя по тому, какой бледной была фрейлина, то ей подобный стресс не пришелся по душе. Но стоило ей увидеть сестру на земле, как Сид преобразилась, свирепея на глазах.

– Кто это сделал?! Кто посмел ударить мою сестру?! – прорычала, будто взбешенный оборотень Сидсель, падая на колени рядом с Сандрой. Она нежно водила кончиками дрожащих пальцев по коже Сандры, едва касаясь, словно боясь причинить боль. Нижняя губа Сид затряслась, а щеки покраснели от злобы. – Скажи, что он поплатился, – обратилась ко мне девушка, подняв на меня свои блестящие жаждой крови глаза. Я невольно покачала головой, отмечая, как злость может менять людей.

– Разумеется, или ты сомневаешься в моих садистских наклонностях? – невесело улыбнулась я.

Поджав губы, встретилась взглядом с тревогой в глазах Интеры, стоило ей оценить масштаб происходящего.

– Нападение было из-за меня, – принцесса не спросила, она была достаточно умной, чтобы сложить два и два. – Ты не ранена? – спросила девушка у меня, заглядывая в мои глаза с видом старшей сестры.

– Нет, я в порядке.

– Выглядишь не очень, – вставила свои пять монет Сидсель, когда поняла, что с сестрой уже все нормально. – Зато я поняла, почему ты не надела платье, – чуть весело улыбнулась она, окинув цепким, расчетливым взглядом мой костюм. – Скажешь, где можно достать нечто похожее?

Я улыбнулась, качая головой и вертя в руках кинжал Голифтэна. Как-то все было слишком просто. Наемники были сильными, но так отвратительно обучены, что даже становилось обидно. Либо нас не посчитали серьезной угрозой и отправили кто попался, либо это была лишь проверка на вшивость. Нападавшие знали про эльфов и должны были понимать, что выиграть им не удастся, тем более с какими-то двумя десятками воинов.

Двадцать человек, пусть и частично магов против трех с половиной обученных эльфов?

Это же просто смешно.

– Мэвнт, Куртадон свяжите наемников и перетащите к краю дороги. Поставьте купол над ними и обыщите, – холодно приказал Тейель, подходя к нам с принцессой вместе с, видимо, главарем банды на вытянутой руке. – Голифтэн, исцели фрейлину принцессы.

Видимо, какая-то часть магии в жилах эльфа все-таки осталась.

– А я без дела осталась, – буркнула я себе под нос, явно не ожидая того, что меня просто так задвинут на скамью запасных.

– Нет, не осталась, – услышал меня Тейель, и чуть заметно улыбнулась краешком губ. Всего на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы мое сердце подскочило к горлу, а затем истошно забилось в груди.

– Что прикажете, командир? – шутливо поклонилась я, замечая, как проследил за этим движением Тейель, пристально уставившись мне на грудь, а затем и на ноги.

Упс!

Забыла, что костюмчик не такой уж и просторный.

Но было лестно осознавать, что чистокровный эльф хоть и на мгновение, но показал себя простым мужчиной. Значит, не такие уж и расчетливые засранцы эти ушастые собратья.

– Он не говорит на общем языке и не понимает человеческого.

– Сейчас разберемся, – кивнула я, и посмотрела прямо на мужчину перед собой.

Он был довольно симпатичным. Немного смазливые черты лица, карие, чуть раскосые глаза, прямой, длинный нос и узкие губы. В его ауре не было примесей или ответвлений. Он был простым человеком, что разнилось с тем, что он командовал колдунами. Они бы не позволили не-магу управлять своими действиями. Слишком гордые, чтобы так просто подчиняться не ровне.

Грязный, пыльный черный костюм явно был сшит на заказ, учитывая, какие широкие у мужчины были плечи. Такие рубашки не купишь на рынке.

– Vir wie werk jyt? (На кого вы работаете?), – спросила я на древнем, человеческом диалекте.

Но, судя по пустому выражению лица собеседника, он меня не понял.

– Kami jot sari? (Кто вас нанял?), – теперь я говорила на языке шаманов, надеясь, что это что-то даст.

Но вновь ответом мне было безразличие в карих глазах.

Хорошо, значит, по-человечески со мной никто сегодня не хочет общаться.

Стянув с себя куртку, я бросила ее Сандре на колени и закатала рукава рубашки. Не хочешь быть милым и говорливым кроликом, что ж, я могу тебя заставить. В конце концов, кто сказал, что переводчик это рутинная, сидячая и пыльная работа? Пыльная согласна, столько древних фолиантов, что просто ужас. Но немногие работники моей профессии шли дальше и проходили курсы телепатии, на случай, если с нами отказывались общаться или мы не понимали, на каком языке говорил собеседник.

На внутренней стороне предплечий у меня были две татуировки. Слева красная змея, которая кусала себя за хвост, а справа золотое перо, с черными чернилами на кончике.

– Печати? – с искренним удивлением спросил Тейель, посмотрев на рисунки на моей коже. Золотисто-синие глаза, казалось, желали очертить каждый миллиметр татуировок, чтобы удостовериться в их подлинности. – Я думал их запретили. Даже у эльфов эти отметины практически исчезли, – мужчина наклонил голову к правому плечу, заставляя меня против воли довольно улыбнуться.

– Ты забыл, но я еще и дроу, – пожала я плечами. Одним плавным движением, скользнула ближе к допрашиваемому, и застыла в нескольких сантиметрах от него. Всматриваясь в карие, бездонные глаза, с удовольствием отметила для себя, что мой собеседник не так глуп, каким пытался казаться. Он понял, что я собралась сделать, и в его взгляде промелькнул страх раскрытия.

В остальном он продолжал быть равнодушнее мертвеца, но глаза… недаром же говорят, что глаза – зеркало души.

– Aperire veritatem, – прошептала я в лицо мужчине, отчего тот дернулся в сторону в руках Тейеля. Обхватив пальцами мускулистую, напряженную до предела шею наемника, я выгнулась, когда перед глазами вспыхнули образы и отрывки истины.

Стоило мне открыть рот, как мы заговорили с пленником одновременно:

– Мы призваны захватить принцессу. Союз эльфов и людей невозможен, он безбожен. Никто не остановит Орден. Он пробудится, и мир очистится в его пламени правосудия.

Вспышка схлопнулась, и я упала на колени, чувствуя, как подкосились ноги. Рефлекторно проведя языком по пересохшим губам, я ощутила металлический, соленный привкус во рту и приложила большой палец к носу. Кончики пальцев были раскрашены кровью.

– Эльфы падут, – сказал наемник, посмотрев в мои глаза с пламенной яростью во взгляде. Против воли вздрогнув, я с трудом сдержалась, чтобы не отпрянуть от него и не сбежать. – Эльфам больше нет веры. Они испорчены, – а после мужчина выгнулся дугой в руках Тейеля и превратился в горстку пепла.

Эльф едва успел убрать руки от мужчины, чтобы его самого не задело пламя сожжения.

Я была уверена, что и остальные наемники стали пылью и, что допросить их у нас уже не будет возможности.

– Командир! – крикнул Куртадон, подходя к нам с тревогой во взгляде.

– Они стали пеплом, – также догадался Тейель, смотря на меня.

Я тяжело дышала, не имея сил подняться на ноги и смотря исключительно на то, что раньше было наемником. В голове не укладывалось, что это сейчас такое произошло, но скорее хотелось задать вопрос: «Почему?».

– Что с переводчиком? – спросил Куртадон, заметив меня на земле и с кровью на пальцах. Его зрачки расширились. Мужчина поджал губы, лихорадочно переводя взгляд с меня на командира и обратно. – Ее ранили? – с нескрываемым ужасом спросил эльф, а я невольно хмыкнула себе под нос.

– Не волнуйся, грозная королева вас не выпорет за это, – на шатающихся ногах, я все-таки смогла принять вертикальное положение. Тошнота подкатила к горлу, заставляя прижать кулак к губам и шумно сглотнуть желчь. На кончике языке ощущался привкус горечи. – Но что более интересно, – я взглянула на слишком уж молчаливого Тейеля. – Что еще за diaba Орден?!

– Не знаю, но уверен на сто процентов, что ничем хорошим для нас это не закончится.

– Кажется, у вас появились недоброжелатели, ушастики, вот это поворот, – закатила я глаза, отметив для себя, что Тейель и Куртадон моего сарказма не оценили.

Их проблемы, я сама веселость. И вообще это у меня просто реакция на стресс. Передо мной впервые кто-то без заклинания в пепел превратился, уж простите мне мою нервозность. Пусть радуются, что у меня желудок крепкий, и я не украсила чудную полянку своим скудным завтраком.

– Ты тоже частично эльф, – напомнил Куртадон, с явным неудовольствием.

– Правда, что ли? – картинно удивилась я, стрельнув в сторону эльфа враждебным взглядом.

– Хватит, – урезонил нас Тейель, присев на корточки рядом с пеплом. Он провел рукой над горской бывшего человека и нахмурился. Обуглившиеся частички плоти и костей все еще едва заметно дымились. Легкий ветерок поднял тоненькую стройку дыма, унося ее прочь. – Магия действовала извне. Это было послание, – сообщил командир, грациозно-резким движением поднявшись на ноги и посмотрев куда-то вдаль. Прошло не больше секунды, как эльф взглянул на меня. – Мне нужно связаться с Эминтариэлем.

– Зачем?

– Твой дед предатель.

После этих слов я заскрежетала зубами, готовая двинуть эльфу в нос. Едва ли у меня это получится сделать, но попытка будет достойная.

Однако Тейель продолжил, словно и не заметив моей враждебности:

– Но он все еще один из самых информированных эльфов мира.

– Уверена, что признать это было сложно.

– Эльфы гордецы, – не стал отрицать очевидных вещей Тейель, шагнув ко мне и встав слишком близко. Мой пульс предательски подскочил, когда мужчина схватил меня за руку с браслетом на запястье и сильно сжал, не до боли, но достаточно, чтобы я утихла. – Но мы не идиоты. Эминтариэль долгие столетия служил подле королевы и лучше любого информирован о врагах нашей расы.

– Эм, – я прочистила горло, кашлянув, и дернула руку обратно, пытаясь избавиться от хватки эльфа на своем предплечье. Мне было не по себе от столь явной эмоциональной речи эльфа. У них же диапазон чувств как у зубочистки. – Я свяжусь с дедом и дам вам поговорить. А пока… не мог бы ты… отпустить мою руку, – несколько сконфуженно и тихо попросила я Тейеля, а он взглянул на свои пальцы на моей коже и, словно не в себе, провел большим пальцем по чувствительному местечку у меня на запястье.

Я стиснула зубы, чтобы не выдохнуть от наслаждения. Внутри меня вспыхнуло непреодолимое желание в отместку дернуть эльфа за кончик его длинного хвоста, просто из вредности. И если честно, я не привыкла отказывать себе в удовольствии. Подойдя ближе к эльфу и приподнявшись на носочках, я замерла в нескольких миллиметрах от потрясающе симметричных, бледных губ мужчины. Командир даже не удивился, лишь смотрел на меня с некоторым ожиданием, мол, что ты сделаешь дальше полукровка. Наше дыхание смешалось, Тейель не успел отодвинуться, когда мои пальцы двинулись к его длинной косе, и я со всей силы дернула его за хвост, заставляя голову высшего дернуться, а его тело вздрогнуть.

Мы застыли, смотря друг на друга. Я часто дышала, продолжая сжимать в пальцах жидкий шелк эльфийских волос, и борясь с новым желанием – притянуть этого гордого и раздражающе притягательного ушастика и поцеловать. Так, чисто из вредности. Исключительно из вредности!

Пальцы на моей руке сжались сильнее, наверняка оставляя синяки, но мне было плевать. Я смотрела в удивительно прекрасные глаза Тейеля, чувствуя, как в них плескалось пламя истинных эмоций – не напускного холода или чисто эльфийского равнодушия, а чувства, почти человеческие. Они были почти осязаемыми. Казалось, вот, протяни руку и сможешь коснуться многообразия феерически пылких эмоций.

– Командир, принцесса Интера хочет поговорить со своим переводчиком, – появился Мэвнт, отчего мы с Тейелем одновременно повернулись и взглянули на другого эльфа. – Кхм… – озадаченный взгляд Мэвнта остановился на нас с его лидером, и я оттолкнула мужчину от себя, чувствуя, как щеки предательски покраснели и во рту пересохло.

Куртадон чуть в стороне от нас не издавал ни звука, он все это время просто пялился.

Ну, класс! Просто замечательно!

– Проведи по камню на браслете, и дед тебе ответит, – я сняла с запястья браслет и кинула его Тейелю.

Это задание становится все страннее и страннее с каждой, проклятой минутой!

Но будто помимо воли, я коснулась своего запястье в том месте, где пальцы эльфа сжимали мою плоть. Синяков не было, лишь легкое покраснение.

Идиотизм какой-то.

Нужно немедленно привести мысли в порядок, потому что сейчас, это определенно не порядок!

Глава шестая

В пустыне, в шуме городском

Одной тебе внимать мечтаю;

Твой образ, забываясь сном,

С последней мыслию сливаю.

© В.А. Жуковский

Наверное, не стоило отдавать браслет для связи Тейелю.

Хотя нет.

Наверное, не стоило вообще соглашаться на это мероприятие и отправляться в град, желая помочь и защитить принцессу. И плевать, что именно меня просили это сделать. Я могла отказаться, сослаться на здоровье или то, что к моей семье у эльфов предвзятое отношение, которое может лишь испортить весь союз. Могла, но не стала.

И теперь жалела об этом, потому что стоило деду узнать о нападении на Интеру и то, что сообщил наемник, прежде чем превратился в горстку дымящегося пепла, как Эминтариэль взбесился. А эльфы, пусть и взрослые, когда их охватывают эмоции, то очень плохо себя контролируют.

– Ты немедленно возвращаешься домой! – рыкнул бешеным зверем дед, заставляя меня неприятно скривиться и отодвинуть браслет подальше от уха. Просто такой крик, я думала, что потеряю слух на несколько лет. – И это не обсуждается, Эмина!

– Но деда… – я вновь попыталась воспрепятствовать столь радикальному решению, которое дед принял единолично. Он ведь даже с бабушкой не посоветовался, он со мной не обговорил это, а просто заявил, что я должна вернуться. Обязана!

Я никому ничем не обязана!

– Никаких «но деда» и другого детского лепета, – холодно отрезал эльф, и я была уверена, что если бы видела его лицо, то немедленно отвернулась, а возможно и выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью на прощанье.

Я помню лишь два случая, когда дед был столь громогласен и непоколебим.

Первый, когда мать запретила обучать меня боевым искусствам.

Второй, когда отец увез меня в Темную чащу, выкрав прямо из академии.

– Эминтариэль, ваша внучка нужна нам для миссии, – вмешался Тейель, оказавшись непозволительно близко ко мне.

Я чувствовала жар его длинного и мускулистого тела, ощущала травяной, приправленный мятой и шалфеем запах, который исходил от бледной кожи мужчины, и мне потребовалась вся моя воля и выдержка, чтобы не коснуться этого волевого эльфа. Он был красивым, решительным и таким привлекательным, что мое бедное сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Какая-то идиотия!

Что за бред поселился в моей бедной голове?

Может, я не заметила, как мне в драке прилетело в лоб?

Пришлось кашлянуть, чтобы выплыть из дурманящего омута, и сосредоточиться на словах двух эльфов.

Тейель сказал, что я ему нужна?

Им!

Нужна для миссии, дура!

– Вам нужен переводчик, для этого сгодится и Голифтэн, и ты сам, – дед специально «тыкал» Тейелю, подчеркивая юный возраст собеседника и свой опыт в вопросах государственных дел. – Насколько мне известно, эльфов обучали множеству языков. Или гордыня не позволяет изучать что-то большее, чем эльфийский этикет? – насмешка была столь явной, что я невольно рассмеялась.

Тейель если и понял намек, то решил не обращать на него внимание.

И правильно сделал. Умные эльфы нынче редкость, законсервировать этот экземпляр, что ли?

– Эминтариэль… – снова обратился к моему деду эльф.

– Господин Алекрато, – грубо перебил Тейеля дед, а не сдержалась и закатила глаза.

– Господин Алекрато, – быстро исправился эльф, – Эмина высококвалифицированный работник, – сообщил мужчина, а у меня в голове образовался розовый туман от его слов и губы сами собой растянулись в довольной улыбке, – ее навыки и умения необходимы нам для дальнейшей миссии и к тому же, у нее имеются печати, которые среди эльфов более неприняты.

– Пф, – фыркнул дед, уверена, что он сейчас сложил руки на груди и возвел очи горе к потолку. – Ваши проблемы, не мои. И не Эмины.

– Ваша внучка пусть и лишь частично, но высшая эльфийка, обученная боевым искусствам и повторюсь, только у нее имеются печати, которые и позволили нам узнать истинные мысли наемников.

– Да, Эмина умна и знает лучше вас всех вместе взятых, что цель оправдывает средства.

– Дед, пойми я должна сопровождать Интеру, ты знаешь, почему это для нее важно, – напомнила я дедушке и услышала его тяжелый вздох. – К тому же, Тейель прав, только с печатями можно выяснить правду.

– Среди эльфов найдется пара-тройка обладателей этой магии. Ты там не обязана находиться, – упорствовал мужчина и я прекрасно понимала, что вот сейчас он это делал уже чисто из своей вредности.

– Интера доверяет мне, король доверяет тебе, и мы оба понимаем, что выгода от союза эльфов и людей превышает опасность для одной и даже двух жизней.

– Верно, но только если это не твоя жизнь, детка.

– Я всего лишь слуга короля и посланец его воли. Моя жизнь также ценна, как и жизни других людей, дед, и тебе это известно лучше меня. Сейчас за тебя говорят любовь и страх, но как прожженный эльф ты понимаешь, что отсылать меня сейчас уже просто глупо.

Послышалось молчание. Я почувствовала тяжелый взгляд на себе и повернула голову, заметив, что на меня с серьезным выражением уставился Тейель. Его четко очерченные губы были задумчиво поджаты, а удивительно притягательные, зачаровывающие своей глубиной золотисто-синие глаза, казалось, утягивали меня в свой омут. И мне не хотелось выплывать. Я хотела тонуть в нем дальше, а лучше, коснуться нахмуренного лба, чтобы разгладить заметные морщинки.

– Эмина, ты же понимаешь, что произойдет, если с тобой что-то случится, – вздохнул дед. – Твой отец будет в ярости, детка. Я очень сильно расстроюсь и боюсь, что град моего расстройства может и не пережить.

– Знаю. Но вы не станете вмешиваться в это, пока я действительно не буду в беде. Дед, я уже взрослая девушка, и могу здраво оценивать свои возможности. Или ты считаешь, что я до сих пор неразумное дитя?

– Для нас ты, и даже твой брат, навечно дети, – напомнил дед, и я невольно улыбнулась.

Он прав.

Дети навсегда останутся детьми для своих старших родственников. А учитывая, что эльфы и дроу народ долгоживущий, то даже когда у меня появятся внуки, я все равно буду лишь деткой.

– Позволь мне спокойно работать, и если все закончится хорошо, то… – я скрипнула зубами, – я даже подумаю о том, чтобы встретиться с потенциальными женихами, которых бабушка и мама мне выберут.

Это был отчаянный поступок, который должен был показать деду, насколько важно для меня это задание.

– Даже так? – хохотнул дед, а я покраснела от того, насколько не верил в мои последние слова мужчина. – Ты даже согласишься с ними сходить на свидание и выслушать? Действительно? – вот теперь точно издевался.

– Да, – совершенно невесело подтвердила я, качнув головой, но кроме Тейеля этого никто не видел. – Даже не стану снова обрезать волосы и травить не буду никого.

– Хорошо, детка, дай мне грозного командира этого детского сада, нужно обговорить несколько щепетильных моментов, – голос деда перестал искриться весельем и радостью, теперь он стал серьезным насколько, что я невольно скривилась от этой быстрой трансформации.

Эльфы… Они умели лучше остальных меняться в мгновение ока. И порой это пугало даже в близких для меня людях.

– Не издевайся над ним, кажется, этот командир не так плох, как его собратья и я его еще не успела помучить, – не смешно пошутила я, не сдержавшись и снова дернув эльфа за хвост.

Да, порой, мне нравилось поддаваться своим желаниям, и сейчас мне хотелось хоть на мгновение стать вновь веселой и беззаботной. И… я заметила мимолетную, на грани видимости улыбку, тронувшую совершенные губы Тейеля.

А он на самом деле не такой уж и плохой, как остальные.

Возможно, лишь возможно, за этой оболочкой грозного вояки и героя меча и стрел скрывается даже чувственный темперамент, который я смогу пробудить.

Забирая браслет из моих пальцев, Тейель, будто случайно коснулся моей руки, отчего пульс истошно забился в районе горла, а краска смущения залила бледную кожу.

Пора с этим что-то делать. Кажется, эльфы говорили о том, что чуть дальше рядом с поляной есть озеро. Наверное, стоит нырнуть в него с головой, чтобы хоть немного остудить взбесившееся сердце и эмоции, которые совершенно вышли из-под контроля.

Оставив Тейеля общаться с моим дедом, я вернулась к принцессе и ее фрейлинам. Надо отметить, что синяк на лице Сандры практически исчез, и на щеке осталась лишь небольшая припухлость. Девушка была в бешенстве, когда очнулась и хотела выбить из напавшего на нее не только все дерьмо, но еще и любую возможность размножатся.

– И что постановил совет старших? – спросила Сидсель, скривившись и положив голову на плечо сестры.

Мы уже успели разместиться на небольшой поляне.

Куртадон в это время собирал хворост для костра, Голифтэн занимался какими-то бумагами, а Мэвнт бдил за периметром, чтобы никто и ничто не просочилось в круг жизни. Видимо, нападение на принцессу повлияло на эльфов сильнее, чем я предполагала. Потому что сейчас они казались сдержаннее и воинственнее. На их лицах прямо крупными буквами было написано, что если нечто подойдет ближе, чем нужно, то они его на лоскутки порвут и сожгут в праведном пламени своей силы.

– Пока решили, что все остаются на своих местах, включая меня. Ты как? – спросила у Сандры, которая обиженно поджала губы и сложила руки на груди. Сестры сидели рядом с зачарованным шатром, прижимаясь друг к дружке, словно не виделись несколько лет. Руки Сид обвивали талию близняшки, в порыве желания уберечь от любых неприятностей.

У нас с братом были такие же теплые отношения, пока этот великовозрастный ребенок не портил все своими дурацкими шутками и розыгрышами. Вот столько лет мужику, уже семья есть, а до сих пор как пятилетний шкодник. Но мне его не хватало. Как и все дроу, я обожала свою семью, и разлука с близкими давалась мне тяжело. Особенно сейчас, когда вокруг царил форменный беспредел, и медленно, но верно мы приближались к Алмазному граду.

– Я зла, обижена и оскорблена, – заключила Сандра, когда Сид сильнее обняла сестру и чмокнула ту в здоровую щеку. – Спасибо, что спасла меня, – искренне поблагодарила меня девушка, протянув свою руку в мою сторону.

Я поняла, чего хотела Сандра и подошла ближе, позволяя себя коснуться. Сжав хрупкие пальцы подруги, я мягко провела по ее ладони, посылая импульс целительной магии по хрупкому телу.

– Именно поэтому я и хотела, чтобы ты отправилась с нами, Эмина, – сказала Интера, снова меня напугав. От неожиданности, я чуть сильнее сжала пальцы Сандры, на что та лишь тепло рассмеялась. – Снова напугала? – спросила принцесса с заметным смущением во взгляде. – Прости.

– Это все моя вина, – качнула я головой и смущенно улыбнулась принцессе. – Порой забываю, насколько вы тихо двигаетесь для человека.

– Прирожденная способность, когда у тебя две сестры, – хмыкнула Интера, на что мы все улыбнулись.

Сандра потянула меня за руку, предлагая сесть рядом. И я не стала отнекиваться. В конце концов, я тоже устала, и пусть являлась частично эльфом и дроу, но драка и применение печатей вымотали меня. Особенно телепатия. Она выжимала из меня все силы, не позволяя нормально думать.

– Понимаю.

– Итак, а что мы будем кушать? – оживилась Сид, посмотрев на Голифтэна, а потом переведя взгляд на Мэвнта. – Мальчики-воины, а кормить нас кто-нибудь будет? И вопрос, вы готовить умеете или только мечами махать?

Голифтэн недовольно скривился, я заметила это, и отметила для себя, что от Интеры подобное тоже не укрылось. Мэвнт лучше контролировал свои эмоции и поэтому его ответ был более сдержанным.

– Если вы желаете, то в наших сумках имеются бутерброды и листья вета.

– Листья вета? – удивилась я, не имея сил скрыть свой восторг. – Это ведь… очень дорогое растение.

– Именно поэтому его положили нам, когда мы отправились за принцессой. Листья вета насыщают лучше мяса.

– То есть… готовить нам никто не будет, да? – только и смогла уточнить Сид, на что я лишь покачала головой.

Порой даже образованные и интеллигентные дамы были простыми девушками, которые хотели не утонченные деликатесы и дорогие блюда, а просто… мяса.

***

Спустя несколько часов, когда солнце окончательно зашло за горизонт, а Мэвнт, что удивительно, приготовил довольно съедобную похлебку из зайца и листьев вета, я продолжала чувствовать себя не в своей тарелке.

Точно не могу сказать, что именно вызывало стойкое ощущение некой обреченности, сковывающее тело и разум, но избавиться от этого чувства у меня не получалось. Я смотрела перед собой, подогнув под себя ноги, а руки сложила на коленях. Для остальных это выглядело как отдых, но эльфы точно знали, что я медитировала в излюбленной манере именно светлых ушастиков.

Эта техника позволяла быть одновременно в двух местах. Мое ментальное тело бродило по окружающей меня действительности – лесу, поляне, даже мимо озера несколько раз пролетало, в то время как моя физическая оболочка находилась под неусыпным наблюдением бдящего все это время Куртадона.

Надо отметить, что именно этот эльф казался мне чуть менее привлекательным, чем Тейель, более приятным, чем Мэвнт и в разы лучше, чем Голифтэн. Отношения с последним как не сложились с первой встречи, так продолжали лишь погружаться в пучину раздражения и высокомерия.

Но пусть я находилась в двух местах одновременно, но в обеих версиях себя мне удалось упустить появления Тейеля рядом. Он коснулся моего плеча своей сильной, горячей рукой и всю мою концентрацию, выстроенную целыми часами спокойствия, разнесло в щепки, раскурочивая и уничтожая, будто ее и не было вовсе.

Я вздрогнула и покачнулась, когда мое ментальное «я» вернулось в физическое. Легкая тошнота подкатила к горлу, и мне пришлось с усилием сглотнуть горечь, одновременно с этим пытаясь сфокусировать взгляд на Тейеле. Сейчас мне виделось три эльфа перед собой. Тряхнув головой, мне удалось привести себя в чувство, но раздражающая боль в ответ зажала в тиски мой мозг.

– Я не думал, что тебя обучали медитации светлых, – сказал эльф, садясь рядом со мной на небольшую тканевую подстилку. Мужчина вытянул перед собой длинные, мускулистые ноги, положил меч на колени и оперся спиной о толстый ствол дуба.

– У деда были свои представления о том, что я должна уметь, – пожала я плечами, посмотрев в прекрасное лицо Тейеля.

Он был непозволительно красив. Его идеальный профиль заставил бы даже Отца завистливо скрежетать зубами, а Мать восхищенно хлопать в ладоши. Высокий лоб, густые светлые брови, непростительно ровный, длинный с хищными крыльями нос, и упрямые, манящие губы, от вида которых все во мне бунтовало и протестовало.

– Эминтариэль до сих пор легенда в граде. Его ненавидят, но большинство продолжает бояться. Твое появление взбудоражит умы эльфов, особенно высших, – сообщил мне и без того известный факт Тейель.

– Знаю, – кивнула я. – Поэтому именно меня и отравили с вами в этот поход самоубийц, – сказала и поджала губы, не зная, как себя вести и не понимая, почему Тейель вообще начал весь этот разговор. – Всем известно, что Эминтариэль будет мстить, если со мной что-то произойдет в граде. Однако ты ведь и без меня это знаешь, – я повернулась к эльфу, скрестив ноги, села к нему лицом, продолжая наслаждаться точеным профилем.

Упрямый и гордый мужчина, еще и эльф.

И угораздило же меня…

Видимо, вся моя семья не ищет легких путей.

– У твоего деда остались враги, – вкрадчиво проговорил Тейель, всего на мгновение повернув голову и взглянув на меня. Отвернувшись, он продолжил: – Они сильны и за последние годы успели высоко забраться под крыло королевы.

– Это ты таким образом пытаешься… что? Напугать меня или взываешь к моему чувству самосохранения, что сбежала, пока цела? – я нахмурилась, поджав губы и посмотрев на эльфа уже с легкой ноткой раздражения. Водя большим пальцем по колену, медленно пыталась успокоиться. – Дроу не бегут от драки, – смело заявила и скрестила руки на груди. Окинув мужчину недовольным взглядом, нахмурилась, пытаясь понять для чего весь этот разговор.

Если он действительно считал, что после встречи с наемниками я сбегу, роняя сапоги и взывая к Матери и Отцу за спасением, то он был не таким уж умным и сообразительным. Потому что последнее, чего мне сейчас хотелось – сбежать. Нет, во мне проснулся уже чисто спортивный интерес и к тому же, он сам сказал, что я им нужна и про печати не забыл упомянуть. Эльфы с такой магией давно не в ладах, большинство из них умеют только деревьям анекдоты рассказывать, а не проникать в умы тех, кто еще и сопротивляется из последних сил.

– Эльфы тоже не привыкли отступать, – напомнил Тейель и я фыркнула.

– Вот именно. Поэтому я не понимаю, чего ты добиваешься, грозный командир? Чего ты хочешь, Тейель? Или считаешь, раз я девчонка и юна, то у меня и мозгов нет, и мне невдомек, что предстоящие события грозят масштабными проблемами и вечным стрессом? – а вот теперь я начала злиться.

Ишь, посмотрите на него такого взрослого и спокойного.

– Тогда напомню, что именно я смогла узнать мысли того наемника, и без меня тебе бы, умный ты воитель пришлось разговаривать с горстками пепла. Но они, как известно, не шибко болтливы!

Вот разозлил все-таки!

А я ведь только успокоилась и равновесие себе душевное вернула.

Гад!

Ушастый гад!

И пока я дышала праведным гневом, стискивая кулаки и прожигая дыру в одном красивом, но дико бесящем эльфе, этот самый эльф просто рассмеялся. Он рассмеялся, и я замерла, не смея разрушить этот поистине прекрасный момент расслабления и единения. Его смех… перелив горного ручья и первозданная чистота. Его смех… это сила и слабость, от которой мои бедные коленки задрожали, и я была счастлива, что уже сидела. Иначе непременно упала бы, прямо эльфу в руки.

– У тебя красивый смех, – сказала я раньше, чем сообразила, что вообще сморозила.

Класс! Молодец Эмина, ты просто мастер флирта!

Прирожденный.

Но эльф не оскорбился.

Он одним плавным движением повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза таким темным, долгим взглядом, от которого все мои внутренности грозились расплавиться. И я не смогла сбежать, не смогла, потому что не хотела. А еще поняла одну вещь, от которой сердце предательски сжалось, словно от боли.

Кажется, мне начинает нравиться этот эльф.

Глава седьмая

Не сравняю я другую с тобой,

Хот казни меня – расстреливай.

Посмотри, как я любую тобой!

Как мадонной Рафаэлевой!

© В. С. Высоцкий

Оставшийся до града день пути прошел в относительном спокойствии. Принцесса и фрейлины о чем-то постоянно разговаривали в своей карете, совершенно не обращая внимания на эльфов с их отличным слухом, а сами же ушастые, словно свихнувшиеся перестраховщики постоянно проверяли дорогу на любые признаки опасности или ловушки. Пару раз, правда, мы наткнулись на пьяных и не особо адекватных бандитов, но с ними и один Мэвнт прекрасно разобрался. Первых он просто оплел лианами, которые выросли прямо из земли, а вторых уже раскидал своим воинским умением, заставляя меня отметить, что парень был в прекрасной форме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.