# Шёпот

Александр Александрович Мишкин

После получения тревожного сигнала от затерянного в глубоком космосе исследовательского корабля «Титан», гильдия старателей отправляет к нему спасательную экспедицию. Кир и Николай – двое грубоватых, но опытных космонавтов – в сопровождении многофункционального робота Ви берутся за задание. Им предстоит не только отремонтировать обесточенный корабль, но и выяснить судьбу его экипажа.

На «Титане» всё идёт не так: в отсеках парят клочья неизвестной материи, системы молчат, а выжившие ведут себя странно. Один из учёных, Селезнёв, одержим загадочной инопланетной записью. Он слышит неразборчивый шёпот – древний голос, проникающий в сознание. Погружаясь глубже в одержимость, Селезнёв идёт на чудовищные жертвы ради понимания… или подчинения.

«Шёпот» – это история о разложении разума на фоне изоляции, незримого вторжения и утраты человеческой идентичности. Где проходит граница между знанием и безумием, свободой и одержимостью? И можно ли заглянуть в чужой разум – не потеряв при этом свой?

1.


Исследователь Селезнёв посмотрел на вмонтированный в панель экран планшета и нахмурил брови. Синяя полоска застыла на отметке девяносто восьми процентов. Кругом гудело и пищало оборудование пульта управления. Маленькие разноцветные лампочки горели и переливались. Рядом с мужчиной парила смятая бумажка. Две минуты назад он бросил её в пространство и забыл.


Тонкие белые руки обвили грудь мужчины, милой внешности девушка клюнула щетинистую щёку.


– Не сейчас, Лу, – сказал Селезнёв. Девушка убрала руки. – Маша!


– Я тут, Миша! Что такое?! Получилось?! – из-за стенки прохода в пульт управления выглянула Романова.


– Нет. Висит на девяноста восьми и не думает двигаться дальше. Ты проверяла процессоры? Может в них что-то?


– Миша, я уже тысячу раз всё перепроверила. Машина думает.


– Это квантовый мозг! Две недели думать над одним петабайтом!


– Это очень… трудно… – сказала девушка. – Эта культура… её язык шифрования… сложный…


– Что?! Что ты сказала?! Маша, ты слышала?!


– Лу, милая, повтори… – исследователь Романова подлетела к девушке, она продолжала улыбаться, совсем как ребёнок.


– Мне тяжело. Я думаю… Я… Я… – её лицо стало вибрировать и через секунду растаяло. Двумя громадными синими линзами на исследователей смотрел робот.


– Лу, малышка, отбой, – сказала Романова и прикоснулась к гладкой металлической поверхности лицевой пластины робота. Секунда – и милая девушка снова улыбалась двум исследователям.


– Маша!.. Смотри!


Пока исследователи отвлеклись на робота, квантовый мозг закончил обработку. На экране планшета появилось худое лицо морковного цвета без носа, с узкими прорезями глаз. Маленький рот открывался. Произносил слова на неизвестном, инопланетном языке.


***


Два космостарателя копошились у своих шкафчиков. Переодевались в рабочую форму. Одного, что был повыше, с рыжим ёжиком на голове, звали Кир. На противоположной стороне бытовки стоял старатель поменьше, но пошире, по имени Николай, с гладкой, как колено, макушкой. Кир, одной ногой в комбинезоне, будто турбина, всасывал воздух, вытягивал бугристые от мышц руки. Коля, тянул собачку от молнии вверх, но на половине пути она упёрлась и дальше не двигалась. Старатель выпучил второй подбородок, пыхтел, дёргал замок, проклинал всех когда-либо живущих.


– Да чтоб тебя… курва!


– Э-эх! – проревел Кир. – Что там уже у тебя не получается? – он на раз-два натянул комбинезон и «вжикнул» молнией.


– Да собачка эта… курва!


– Это всё потому, что кто-то слишком много ест! Ещё пару килограмм и по габаритам будешь классифицирован, как сверхтяжёлый объект!


– Да иди ты! В нормальной я форме. Ай! Курва! – выругался Николай.


В этот момент «собачка» решила двигаться дальше, подобралась ко второму подбородку старателя и цапнула прямо в мясистую выпуклость.


– Ага. Я и вижу, – сказал Кир.


– Иди ты… курва… чтоб тебя!


В бытовку ворвался грубый и мощный голос. За ним бухая тяжёлыми ботинками вошёл мужчина: широкий, высокий, статный, в зелёной форме.


– Так, работяги, знакомьтесь! –сказал начальник пятого корпуса планетоида системы Проксима.


За ним в помещение вошёл робот. Чёрный, широкий, гладкий, с большими красными линзами. Мужчина обнял машину за массивные плечи. Заметил замешательство в глазах старателей. Те пялились на спутника рядом, который был чуть выше великана Михалыча.


– Это Ви! Дубль Ви вашего корабля. Мать, отец, брат, сын и любовница. Лучший ваш друг и товарищ. Злейший враг и просто хороший робот. Следующий год он будет сопровождать вас. Ви, поздоровайся.


– Здравствуйте, – издал звук Ви, будто кто-то ударил по струнам электрогитары.


Мужчины удивились.


– А зачем нам робот, Михалыч?! – одновременно спросили старатели.


– Отправляетесь в спасительную экспедицию. Как самые ответственные старатели гильдии. Поздравляю!


– Какую экспедицию? Кого спасать? Мы же должны были к ГПшке лететь! – сказал Кир.


– Так! Камни свои пробурить ещё успеете. Целая система этого добра. Приказ гильдии, подписан директоратом!


– А почему мы? – спросил Николай.


– Потому что из всех доступных старателей, обладающих достаточной квалификацией, у вас меньше всего косяков. Всё! Приказы не обсуждаются. Знакомьтесь с Ви, он введёт вас в курс дела. Потом в мой кабинет, распишетесь в приказе и на вылет. Всё понятно?


– А что платят? – опять в один голос сказали старатели.


– По-среднему, но будет доплата – за вредность.


– Сколько?


– Не обидят. Всё! – рявкнул начальник и ударил широкой ладонью по корпусу робота. Раздался звук, будто кто-то со всей силы ударил мокрой ладонью по бетонной стене.


– Ви – это твои старатели. Кир и Николай.


– Здравствуйте, Кир и Николай.


Старатели пялились на робота и молчали.


– Да что вы как не родные? Робота никогда не видели? Ви! Покажи, что умеешь.


Робот завибрировал. Маленькие волны стали ходить по чёрному корпусу, казалось, что тот полностью состоит из жидкости. Машина пропала. Перед мужчинами стояла стройная рыжеволосая девушка в лёгком вечернем платье.


– Видели? Как вам? А? Вещь! Всё! За работу, – сказал Михалыч и будто многотонный товарняк вылетел из бытовки.


Девушка пропела мягким и нежным голоском:


– Здравствуйте. Кир. Николай.


– Такого я точно не видел… – сказал Кир и провёл пятернёй по и так торчащим волосам.


– Меня зовут Ви. Я робот компании Проксима-Солар. Моя задача следить за физическим и психическим здоровьем экипажа. Дублировать мозг корабля в случае неисправности. Выполнять обязанности капитана, кока, медика, преподавателя, друга, психолога, родителя, сексуального партнёра.


Услышав последнее Кир оживился.


– Сексуальный партнёр? А это ещё зачем?


– В условиях длительного пребывания в замкнутом пространстве, в дали от планетоида, при дальних перелётах используются роботы серии АТ-22003. В их обязанности входит полное обеспечение членов экипажа всем необходимым. Удовлетворение физиологических потребностей является частью программы для сохранения психического и физического здоровья космонавтов.


– А нельзя таблетку там какую-нибудь дать?


– Это не гуманно. Статья 235 РК кодекса гильдии старателей системы Проксима-Солар, о вреде синтетических веществ на организм человека, при длительных перелётах с нулевой гравитацией.


– Ты что-нибудь об этом слышал, Колька?


– Слышал, – сказал Николай и подошёл к роботу. Девушка улыбнулась. Николай дотронулся ладонью до щеки робота. – Как настоящая…


– Так, а что ты слышал?


– На дальняки, как года два уже больше двух человек не пускают, после инцидента с исследовательской командой Комарова. Три года в космосе болтались. Разосрались они там, или что с ними стало, в общем чуть не поубивали друг друга. А баба, что на корабле была, так вообще и говорить нечего…


– Так кто же с мужиками одну бабу то отправляет? – сказал Кир и подошёл ближе к роботу.


– Так-то не мы с тобой. Учёные. Все испытания прошли, стимуляторов хватало, но увы, не сдюжили мужики.


– А-а, – протянул Кир. – Этот Комаров, дрыщь такой? Бородатенький, бледненький?


– Он самый. Курва….


– И что? Этот карапуз устроил настоящий бунт?


– Да хрен их знает. Михалыч по синьке проболтался, когда повышение его мочили.


– А чего я ничего не знаю?


– Да потому что ты тогда Людку из бухгалтерии тискал.


– А-а… – Кир улыбнулся. – Да… Было дело.


– Ну вот… Знаю только теперь одно. В космос, на дальняк, теперь по два. Робот третьим. Чтобы и помочь, так сказать, и обезвредить. Двоих – спокойно. Больше – уже проблема. Тот, что с Комаровым был, успел только одного обезвредить, другие четверо башку ему проломили чем-то. Так что теперь с роботом по два. Плюс дополнительные меры предосторожности. Умные головы решили, курва…


– Да уж. Дела… – сказал Кир и подошёл в плотную к роботу, ущипнул того за талию. – В натуре, как настоящая!


– Здравствуйте. Кир. Николай.


– Чего это с ней?


– Тупит, наверное, и кажись у этой штуки даже пола нет.


– Чего?


– Ну не мужик и не баба.


– А нахера это?


– Так давай у него и спросим. Ви, почему у тебя пола нет?


– Пола? Я вас не понимаю, – ответил Ви.


– Блин, как же это… – кожа между бровями Николая сложилась буквой «W». – Гендур… грендир… курва…


– Вы хотите узнать мой гендер?


– Да!


– У меня нет гендера. Я – машина. Но в ксенобиотической форме принято называть меня тритоид.


– Как? – спросил Николай.


– Коль, может хер с ним?


– Не, интересно же. Так почему три… тритоид?


– От греческого слова «το τρίτο» – третий.


– Во! – сказал Николай. – Третий пол. Понял? Это наши чудики на Земле некоторые себя так называют. Вот откуда у меня это гендерная идентичность всплыла!


– Жесть… – сказал Кир.


– Вот тебе и жесть. Так почему ты тритоид, Ви?


– Ксенобиотическая оболочка моего корпуса обладает способностью к мимикрии, что позволяет мне воспроизводить облики людей. Тритоид – данный термин служит для моего полового определения в ксенобиотической форме. По причине антропоморфизма, а также консервативных патриархальных идей и установок, понятия андроид и гиноид использовалось по отношению к роботам, согласно принадлежности к одному из двух биологических полов. Андроид – мужчина, а гиноид – женщина. Согласно инструкции, КВ-245 социальной защиты, все роботы, обладающие способностью к мимикрии в ксенобиотической форме, должны идентифицировать себя как тритоиды. Для искоренения остатков ксенофобии, консерватизма, шовинизма, сексизма и прочих антисоциальных мыслей, и действий по отношению не только к машинам, но и к людям.


– Во! Понял?


– Херня какая-то… Зачем такие заморочки? Ну какая кому разница? – сказал Кир.


– Пойди сам спроси тех чудиков, курва… кто эти машины делает, и кто людей в космос отправляет, – сказал Николай. – Мы люди маленькие. Им виднее. Но однако интересно, что на Земле вообще делается.


– Херня какая-то на Земле делается. Совсем уже поехали со своей социальной справедливостью. Дед ещё мой помню рассказывал, как это всё появлялось. Так и помер ничего неотдуплив.


– Да-а.... Вот поэтому многие и валят. Такие, как мы, например. Дай ещё кое-чего спрошу. Ви, а как же получается, что ты ещё и сексуальный партнёр? Я вот, например, мужик нормальный, разве превращаться в женщину и удовлетворять мои потребности – это не плохо? А?


– Удовлетворение физиологической потребности в сексе происходит согласно инструкции. После проведения тестов и сбора анализов, я определяю ваше психологическое и физическое состояние, и на основании полученных данных, если вы нуждаетесь в процедуре, использую ксенобиотическую оболочку для выполнения инструкции РГ-57, согласно вашим сексуальным предпочтениям. В случае грубого обращения и не соблюдения правил по эксплуатации тритоида серии АТ-22003, в качестве приспособления для выполнения инструкции РГ-57, я имею право прекратить выполнение процедуры и отложить её на неопределённый срок. Отвечаю на Ваш вопрос: нет, не плохо. При соблюдении всех инструкций.


– Слышал? – Николай повернулся к Киру и усмехнулся.


– Но зачем всё это? Это же машина.


– На Земле считают, что если ты будешь груб с машиной, то так же будешь вести себя с человеком.


– Они там совсем с ума посходили что ли? Мы же инженеры! Старатели! Астронавты! Они нас за кого принимают? За животных?


– Мы ещё и мужчины: белые, гетеросексуальные, вымирающий вид, курва…


– Никогда не понимал этой туфты.


– Такая же история… Поэтому мы и здесь. Нет на Земле белому мужику места.


– Дык они и сюда добрались!


– Здесь тебе не Земля Кирка. В космосе всё строго, а это только лишь формальности. Не будешь ты с ней играться, как с куклой, когда захочешь. И угнетать не пожелаешь – времени не будет. Не заставят тебя тысячи гендеров учить и слова подбирать правильно. Тут всё по инструкции. Хоть это радует. Здесь всё по полочкам.


– Это да. Но какого хрена?! Обидно, что ли.


– Забудь. Это всё мелочи жизни. Давай лучше спросим, куда лететь будем. Ви, кого спасать летим?


Девушка заговорила голосом робота:


– Система Проксима Центавра. Исследовательский корабль Титан. Экипаж: старший инженер-конструктор Романова Мария Олеговна. Селезнёв Михаил Юрьевич, физик-теоретик. Получен сигнал о недееспособности экипажа. Шесть земных месяцев связь между экипажем и планетоидом отсутствует.


– Такая же херня, что и с Комаровым. Только те автоматом вернулись, а эти кажись что-то учудили.


– Нахер оно нам упало, а, Колька?


– Упало не упало, а уже не спрыгнешь. Контракт не продлят, сам знаешь. На Землю вернут. К чудикам нашим, местным, что себя собачками да котиками считают, да и хрен пойми кем ещё. Так что пердеть нам с этим товарищем, – он кивнул в сторону улыбающейся Ви, – годика полтора, не меньше.


– Жесть! – Кир подошёл к своему шкафчику и хлопнул дверкой.


– Ви, – обратился Николай к роботу, подошёл к шкафчику, достал тоненький и чёрный прямоугольник. Вернулся. – Смотри, – он показал роботу экран смартфона, на котором был изображён молодой Николай, в военной форме, обнимающий за плечо пухлого и улыбающегося мужчину в похожей одежде. – Сможешь в такого обратиться?


– Набор ксенобитических форм ограничен. Могу использовать имеющиеся конфигурации для создания примерного облика. – Закончил говорить робот и опять завибрировал. Через секунду перед мужчинами стоял пухлый здоровяк, только чуть-чуть отличавшийся от парня на фотографии. Он был немного худее.


– Это ещё кто? – спросил Кир.


– Это мой школьный друг – Егор Стриков. Вместе в лицей пошли, потом в армию. Погиб при подготовке…


– А-а, – сказал Кир. Лицо его стало мрачнее. – Покажи фотку. Ну… Похож.


– Здоро́ва, Колька! – пробасил Ви.


– Не, сейчас. Вот. – Николай включил запись. На экране смартфона появился товарищ Николая, он играл на гитаре. Мягкий баритон разлетелся по бытовке, распространяя классическую песню неизвестного автора о девчонке, что не дождалась своего солдата.


– Здоро́ва, Колька! – сказал Ви, повторил голос парня на записи.


– Один в один. Ха! – Николай похлопал по плечу старого товарища. – Егорка. Как живой… кур… – лёгкая судорога пробежала по его лицу.


– Сохранить данную конфигурацию? – сказал Ви голосом товарища.


– Нет. Стирай. Лучше не баловаться подобным. Проверить хотел, – обратился он к Киру.


Кир промолчал. Ви завибрировал и стал самим собой: чёрным, гладким, с большущими красными линзами. Николай вернулся к шкафчику.


– Здравствуйте. Кир. Николай.


– Да здоровались уже. Вот заладил…


– Видимо новый. Ещё не привык, – сказал Николай, закрывая шкафчик. – Ладно, пошли к Михалычу.


– Пошли, – сказал Кир и шлёпнул Ви ладонью по корпусу в то место, где у человека должна быть грудь. – Ты с нами?


– Да, – сказал Ви и развернулся. Зашагал к выходу так, будто в задницу ему воткнули метровый лом.


– Послушный, курва…– сказал Николай. – Я думаю, мы с ним подружимся.


– Надеюсь, – сказал Кир.


Старатели вышли из бытовки. Эхо шагов отражалось от гладких зелёных стен. Минута – и датчик движения подал сигнал отключать свет. Обозначил, что живых в бытовке больше нет.


***


Михалыч сидел за широким столом с планшетом в руках. Стол светился синим. Старатели и Ви вошли в кабинет.


– Ну что, молодцы, познакомились? – сказал Михалыч отрываясь от планшета.


– Так, – сказал Николай, – слегка.


Кир промолчал.


– Тогда вот вам инструкции, – он бросил широкий планшет. – Ознакомьтесь. Подписывайте и на сборы.


Старатели подошли к столу. Николай взял в руки планшет и стал читать. Кир стоял чуть позади, Ви был ещё дальше.


– Читать будешь? – обратился Николай к Киру.


– Что я там не видел. Давай подписывай.


Кир подошёл. Старатели подписали.


– Михалыч, – обратился Кир к начальнику. – Так что там за ситуация такая с кораблём этим исследовательским?


Начальник посмотрел в лицо Кира и тяжело выдохнул.


– Ладно, вы парни нормальные. Короче… Год назад на планетоид пришёл доклад ИИ корабля исследователей. В нём сказано, что один из исследователей эмоционально нестабилен. Робот недоступен. Башка врубила заднюю, заложила курс на планетоид, согласно инструкции. Начала отправлять рапорты… Нет, мужики, о чём, рассказать не могу. Секретная информация. Короче… Лететь им от того места, где эта вся херня случилась, около года, но вот в чём проблема. Спустя два месяца после отправки сигнала, пришёл ещё один. В нём говорилось, что один из исследователей частично обесточил систему и нагрузил её так, что вышел почти весь запас энергии. Корабль сдох, но, как и следует послушной машине, отправил последние данные с корабля.


– Так, а в чём наша задача?


– Ваша задача вот в чём: берёте Колибри, набираете ускорение, в определённой точке начинаете торможение, затем набираете нужную скорость и ровняетесь с кораблём исследователей, который летит по инерции. Заходите на корабль, ставите батарею, берете на буксир и доставляете на планетоид. Исследователей, если живы, эвакуируете. Всё! Ничего сложного.


– Так, а нельзя парочку таких вот Ви отправить? – спросил Кир указав на робота. Ви продолжал стоять как камень, но лёгкая волна прошла по корпусу.


– Один такой стоит как десять ваших Колибри. Два таких… короче, скажи спасибо, что вообще дали.


– Так, а где все эти, специалисты? – продолжил спрашивать Кир.


– Ты я смотрю шибко умный, Некрасов! В работе все! Рядовая экспедиция была, кто же знал, что до такого дойти может! А на буксир корабль взять и вам доверить можно.


– Подожди, Михалыч… А на буксир то брать зачем? Он же автоматом курс держит на планетоид…


– Ты меня слушал или нет? Корабль частично обесточен. Это вопрос безопасности. Так сказать, чтобы при состыковке с планетоидом не повредилось чего. Всё! Подписывайте и за работу.


Мужчины вывели пальцами парочку закорючек и отдали планшет начальнику.


– Всё, молодцы! В добрый путь!


– Ага, – в один голос сказали старатели, повернулись к начальнику спиной. Зашаркали тяжёлыми ботинками, выползли из кабинета. Ви забарабанил следом.


***


Селезнёв дотронулся пальцем до чёрной пластины. Свет от монитора упал на бледную фигуру исследователя. Болезненный, с впалыми глазами, он скрючился перед экраном в позе эмбриона, прикоснулся к панели, забегал тонкими пальцами, включил инопланетную запись. Краски заиграли на лице. Видео не интересовало мужчину. Он прикрыл веки, качнулся плавно в невесомости, вслушался. Инженер старался разобрать голос, что звучал, будто из глубин самого космоса, древний и трудноуловимый. Шёпот, указание на родном ему языке…


2.


Кир и Николай висели перед шестиугольным иллюминатором. Кир прислонил две широкие ладони, прижался носом к прозрачной панели.


– Нихера их не видно, Колька, хотя… Вон! Смотри!


Кир повернул лицо к товарищу, раскрыл рот, палец тыкнул в иллюминатор.


Вдалеке, под лучами Проксимы, засветился бок корабля исследователей. Белый, с множественными приборами, по всему выпуклому борту. Виднелся краешек тупого хвоста, который походил на обрубок. Махина представляла собой внушительных размеров цилиндрическую конструкцию, длинной около тридцати метров, с большим сферическим приспособлением на носу. Определить, где спина, а где брюхо монстра, можно было по положению фотонного паруса, который располагался с противоположной стороны от солнечных батарей – на спине. Восемь плоских, отливающих синим пластин, будто лапки насекомого, помещались под круглым брюшком. Фотонный парус, похожий на сложенные крылья, одним концом уходил к шарообразному устройству, которое служило механизмом поднятия. Кир увидел обрубленную задницу Титана и часть золотых крыльев.


– Значит догнали, – Кир отлип от иллюминатора. Николай продолжал любоваться кораблём. – Поплыли?


– Что? А… да… погнали.


– Тогда догоняй, туша! – сказал Кир и оттолкнулся двумя ногами от широкой задницы Николая. Засмеялся. Полетел к выходу.


– У-у! Курва! – Крикнул в след товарищу Николай и поплыл следом.


В пульте управления, спиной к множеству мониторов и лампочек, на твёрдых и вытянутых ногах, с рукой на узкой талии, стоял Ви. Лицом и фигурой Робот походил на одну из знаменитых актрис виртуальной реальности. Чистый и светлый комбинезон, выпирающие манящие выпуклости, яркие зелёные глаза, губы в красной помаде, маленький и острый носик. Ви в форме актрисы ждал старателей.


Он сделал ручкой, как только мужчины показались в проёме входа на пульт управления. Ласковым и нежным голоском произнёс:


– Ну что мальчики? Как вам вид? Увидели корабль?


Старатели застряли. Чтобы пролезть первым, Кир использовал подлый приём: схватил Николая подмышкой, воспользовался приступом смеха и протиснулся в помещение. Обратился к Ви, красный, с улыбкой до ушей:


– А то! Догоняем собаку! – увидел в каком виде Ви. – Оба!..


Кир подлетел к роботу, приобнял за талию. Чмокнул в носик и сказал:


– Ты у меня сегодня актриса? Что за она? – он повернул голову к Николаю, который пролетел мимо к вогнутому монитору в центре пульта управления. Николай, не глядя на товарища, буркнул:


– Хрен её знает. Борька, дружище, ты мне лучше расскажи, через сколько мы догоним корабль?


Кир оторвал руки от красотки будто ошпаренный. Только Николай обратился к Ви, чудовище сменило красавицу. Перед ним появился бородатый мужик, лет пятидесяти. В грязном и почти рваном комбинезоне. Лысый как Николай. Он издал звук, похожий на рёв дикого зверя:


– Пятнадцать минут, Колян.


– Фу! Зачем ты его в это превращаешь? – кривясь сказал Кир.


Николай повернул голову, улыбнулся, сказал:


– А че? Прикольно, на батю моего похож. Это чтобы ты о работе больше думал, а не о красотках. Дали товарищи директоры напарничка, тоже мне…


– Сам не лучше, – сказал, скаля зубы, Кир. – Видел я во что ты его превращаешь, извращенец…


– Ладно. Давай мне тут без подколов. По инструкции положено!


– Ага, мне бы такие инструкции, – сказал Кир и повернулся обратно к Ви. – Помнится у меня было по инструкции положено ещё пятнадцать минут. – Сказал он и улыбнулся, подмигнул тритоиду. Николай смотрел в мониторы, но как только услышал игривые нотки в голосе Кира, бросил на него незаметный взгляд.


Стоило Киру подать привычный знак, как Ви в тот же момент превратился в красотку.


– Милая-милая Ви, – сказал Кир и клюнул красавицу в носик. – А не заняться ли нам чем-нибудь интересным?


– Чего хочет мой космонавт? – томным голосом произнёс Ви.


– Помассируй меня… Там… – Кир откинул назад голову и расправил руки, слегка откинулся спиной назад, выставил выпирающее достоинство.


– Я не могу, Коля здесь… – хлопая глазками и отводя личико в сторону сказал тритоид.


– Ничего страшного, он не смотрит, да, Колян?


– Чего? – отозвался Николай. – Ой да иди ты в сраку, честное слово, когда вы меня стеснялись…


– Ну вот видишь малышка, – сказал Кир. – Всё шикарно – приступай.


Тоненькая и бледная ручка тритоида опустилась ниже. Кир довольно замурчал.


Бесшумный Николай подлетел к парочке с фланга. Шепнул на ухо красавице команду и подпрыгнул к потолку.


Кир нахмурился. Что-то было не так. Он открыл глаза и увидел, как милое и красивое лицо красотки сменилось на широкое, не бритое, сальное и уродливое рыло Ви Николая, скопированное с образа какого-то старого товарища, который развлекал старателя анекдотами и историями из далёкого прошлого двадцать первого века.


Здоровенный дядька в сальном комбинезоне, массировал член другому здоровенному мужику.


– Что?.. Убери!.. Сука! Убери свою руку! – Кир, махал руками и пятился, будто увидел что-то страшное. Ви продолжал смотреть на Кира, улыбнулся. Николай хохотал под потолком, широкие руки схватили живот.


– Что такое Кирка? – через смех прохрипел Николай. – Не твоего типажа красотка?


– Да я!.. Тебя!.. А ну иди сюда, скотина… Сука!..


Красный от гнева и стыда он, прыгнул в сторону Николая. Два здоровенных кулака нацелились на товарища. Коля хохотал под потолком, но через слёзы успел увидеть друга, багрового, с боевым оскалом и морщинистым лбом. Парень переменился в лице, стал белым как мел. Ви, в облике красотки, изменился за долю секунды. Чёрный, монолитный со сверкающими глазищами, он долетел до Кира, и схватил того за кисти, потянул на себя. Старатель смог отскочить, прежде чем машина и человек ударились об обшивку корабля, в том месте, где только что был он. С заведёнными за спину руками, Кир попытался выбраться из мёртвых и крепких клешней робота, попробовал ногами задеть обидчика. Зашипел, зарычал, но не достал. Одним ловким движением робот прикоснулся к шее Кира, оставил маленькую точку, из которой сразу же выползла капелька крови. Мужчина успокоился. Обмяк и побледнел. Ви бросил старателя, направился ко второму нарушителю.


– Эй! Ты чего? Я же пошутил, меня то за что? Ой!..


Ви уколол кончиком пальца шею Николая. Маленькая капелька появилась на коже.


– Старатели Николай Воронин и Кир Турчин! Согласно инструкции ТВК-234 кодекса гильдии старателей в свободном космическом пространстве, за грубейшее нарушение дисциплины, вам объявляется выговор. О случившемся инциденте я вынужден доложить вашему руководству немедленно.


– Да ты… ох…л… – пытаясь выразить своё недовольство прохрипел Николай. Кир молчал.


– Через две минуты действие успокаивающей инъекции кончится. С вами будет проведена профилактическая беседа и внеплановый инструктаж, по технике безопасности в космосе. В будущем попрошу вас не допускать подобных нарушений.


– Железяка… еба…я – прокряхтел Кир.


– Прошу прощение, – сказал Ви. – Но я был вынужден. Остыньте. Придите в себя. Сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов. Мы поговорим, если вы этого пожелаете. После инструктажа. До состыковки с кораблём исследователей осталось тринадцать минут сорок секунд…


***


Инструкция к применению.


Стимулятор РЗ-245. Применяется в условиях полной невесомости для стимуляции мышечной ткани и недопущения дистрофии. В условиях среды обеднённой кислородом используется для внедрения в кровь частиц синтетического кислорода с ксенобиотическими добавками. Является психоактивным веществом. Передозировка приводит к нарушению психологического здоровья. Кислородному отравлению. Смерти.