Евгения Халь
Замужикалье: Кухня женского счастья

Глава 1. Попала так попала!

Пролог

– Немного женского счастья –это всё, чего я хочу! –взмолилась она и сжала тонкие руки в отчаянном жесте. –Муж охладел ко мне. Он окружён молодыми и красивыми студентками, каждая из которых мечтает занять мое место.

–Но ты ведь знаешь, богиня, что это невозможно! – усмехнулся высокий брюнет, Король-Повар Женского Несчастья.

Его черные глаза полыхнули. Он откинул со лба смоляную прядь и надменно вскинул подбородок.

–Умоляю тебя: дай мне поговорить с Королем Женского Счастья, – попросила она.

–Вот еще! –огрызнулся брюнет. – Разговаривать будешь со мной. Я и только я реш… –договорить он не успел.

Черты его лица расплылись. Легкое облачко окутало их и из него проступило красивое голубоглазое лицо с доброй улыбкой. Белоснежные пряди падали на высокий лоб.

–Я здесь, богиня, – добродушно прищурился блондин. – Рад бы помочь, но ты же знаешь законы Ковра Миров. Хотя… наверное, можно подумать.

– Нечего тут думать! –лицо Короля-Повара Женского Счастья исказилось, поплыло и превратилось в лицо брюнета.

Он окинул гостью презрительным взглядом.

–Нет ничего невозможного! –горячо возразила она. – Разве кто-то ожидал, что я займу свое место? Ковер Миров ужаснулся, когда узнал, что именно я теперь вплету в него новые нити судьбы.

– Я ничем не могу тебе помочь, –пожал плечами Король. – Женское счастье, равно как и несчастье, распределяется равномерно. И даже я не могу предугадать как. Разве что… ты отдашь мне Жаборыла. Навсегда. В мое личное распоряжение.

– Ты знаешь, твое кулинарное величество, что это невозможно! Жаборыл – мой. Вернее, наш с мужем. Что я ему скажу? Он ни за что не согласится!

–Ну тогда и я не могу совершить невозможное и вернуть тебе горячую любовь твоего муженька.

– Отказываешь мне? – в ее голосе послышалась ярость. – Ты пожалеешь, твое кулинарное величество. Это ложь! Ведь можешь приготовить блюдо, которое навсегда привяжет мужа ко мне. Не советую со мной ссориться. Ты всего лишь повар судьбы, а я…

–Я Король-повар! – огрызнулся он. – И не дерзи мне. На моей кухне варят твое счастье. Будь довольна тем, что имеешь.

Она подошла к нему вплотную, приподнялась на цыпочки, заглядывая в глаза, и прошипела:

–Я знаю, что это ты каждый раз что-то подмешиваешь в еду моего мужа. И я тебя поймаю. Ты пожалеешь. Будь ты проклят, твое кулинарное величество! – прошептала она и исчезла в серебряном проеме портала.

Варвара

Почему я такая невезучая? Бешамель снова пригорел. Сейчас эта ведьма, моя мачеха, меня со свету сживет. И хотя Анжелы на кухне нет, но ее переделанный в Швейцарии нос моментально учует этот специфический запах пригоревших молочных продуктов. А ведь я специально пришла на три часа раньше, чтобы спокойно его сварить. Кухня еще пуста. Поваров нет. Зато на металлическом разделочном столе немым укором мне, косорукой неумехе, возвышается роскошный торт, который вчера сделала моя мачеха.

У нее все всегда идеально и инстаграммно. Длинные, шелковистые волосы. Фигура, вылепленная в спортзале. Лицо, которое кромсали европейские хирурги, переделывая тульский пряник в изысканно-одинаковую мордаху жены то ли рэпера, то ли футболиста. И как их только не путают одну с другой? Всех этих Самойловых, Решетовых и прочих? И брехомёт на поллица. Потому что ртом это назвать сложно. Как только он открывается, сразу начинает метать брехню и вранье длинными очередями.

Сейчас мачеха примчится на метле, замаскированной под "Майбах", и полчаса будут фоткаться на фоне торта. А мой папа будет глупо улыбаться, очарованный ее тупыми ужимками.

–Анжела, курочка моя! –ласково называет ее папа.

Вот имечко подобрала! Курица недогриленная.

Почему мужчины такие наивные? Какая она курочка? Это целый курокрокодил. Зубастый, жадный и наглый. И возрастом от силы на пять лет старше меня.

Я взяла тряпку, намереваясь быстро отмыть залитую молочной пеной плиту. Но тряпка намертво прилипла к горячей поверхности. Ну прекрасно! Еще и плиту испортила. И устала уже с утра. И есть хочется.

Я осторожно колупнула кремовый завиток на торте мачехи и облизала палец. Вкусно, конечно! Эта курокрокодила умеет делать сладости. Интересно: во что мой папа –владелец самого дорогого в Москве ресторана –влюбился раньше? В ее торты с пирожными или в туповатую физиономию с вечно приоткрытым ртом?

Какие глупости лезут в голову! Нужно же уничтожить улики! Я схватила кастрюльку, метнулась к мусорному ведру под разделочным столом и вылила туда соус. Сейчас новый забацаю. Быстрее, Варя, быстрее!

Я резко выпрямилась и перед глазами все поплыло. Голову сдавило, в груди закончился воздух. Всё тело пронзила страшная боль, как будто меня разрывает пополам. Я завизжала, потеряла равновесие и… бухнулась лицом вперед на разделочный стол, подминая под себя мачехин торт.

–Свинокорова ты! Бегемототюлень! Нас сейчас казнят! –раздался в голове визгливый голос.

Я вскочила на ноги и оглянулась –кухня была пуста. Мамочки, я, кажется, схожу с ума!

–Как ты можешь сойти с того, чего у тебя отродясь не было? – захихикал противный голос у меня в мозгу.

Скорую! Врача! Я точно ударилась головой о металлический стол и у меня глюки.

–Чего? Что это еще за глюки? –не унимался голос. – У тебя внутри я. Так что лекарь отменяется.

–Кто там? –шепотом спросила я, чувствуя себя идиоткой.

–Меня зовут Игата. И я внутри тебя.

–Ты -паразит? Говорящий глист? Шизофрения?

–Дура ты! –обиженно протянул голос. –Я просто неудачно колданула. Ошиблась в расчетах, так сказать. Мне вообще-то нужна была твоя мачеха. А теперь вот приходится сидеть в толстой и неуклюжей свинокорове. Осторожно! У меня сейчас случится бурная истерика на нервной почве!

Я лихорадочно пыталась вспомнить: были ли у нас роду психические заболевания? Но ничего не приходило в голову. Нужно будет у папы спросить. У мамы, конечно, тоже бы не помешало поинтересоваться, но никто не знает, где она. Она сбежала от отца десять лет назад.

–Только попробуй рассказать кому-то обо мне, тупая животина! –пригрозил голос. –Никто не должен знать, что я внутри тебя. И нам нужно срочно вернуться обратно. Так что привыкай к мысли, что ты теперь не одна.

А может быть, она бес? Ну как в этих страшных фильмах, которые всегда казались мне бредом? На всякий случай я сложила пальцы крестом и прошептала:

–Изыди!

–Куда, идиотка? –поинтересовался голос. –Я бы рада, да некуда. Все еще не веришь, что я внутри тебя? Вот же никчемное, тупое создание. Хуже, чем малолетний тролль. Гляди, как я тобой управляю!

Мои руки вдруг поднялись и шлепнули меня же по щекам.

–Видишь? –осведомился голос. –Какие ужасные у тебя ноги! Похожи на гномьи сосиски из молочных кротов.

Мои ноги принялись отплясывать сами по себе. Я схватила их руками и едва не упала. Изо всех сил пыталась перехватить контроль над мышцами, но всё было тщетно. Тело не слушалось. А руки снова начали хлестать меня по лицу, отвешивая звонкие пощечины и разбрызгивая во все стороны ванильный крем, прилипший к щекам.

–Хватит! – завопила я.

–Ну, поверила, наконец? –осведомился голос.

–Ддаа… –осторожно произнесла я.

–Нет, не до конца, – огорченно вздохнула незваная гостья. –Продолжим урок.

Мои руки снова поднялись, но внезапно замерли. Потому что за спиной раздался дикий визг:

–Ты! Ты! Мерзавка! Дрянь! Сволочь! Ты уничтожила мой шедевр! –в кухню ворвалась мачеха.

За ней зашли повара и молча остановились на пороге, в ужасе разглядывая разгромленную кухню.

–Анжела, что за крики? – отец зашел в кухню, поскользнулся на креме от торта и едва не упал, в последний момент схватившись за угол стола.

–Ты видел, что она натворила? –Анжела схватила блюдо с остатками торта и нависла надо мной, яростно дыша. –За что, гадина, за что? За что ты меня так ненавидишь?

–Я случайно, Анжела. Не хотела, правда. Просто пришла пораньше, чтобы сварить бешамель. И тут…

–Ага, расскажи ей, что я внутри, и тебе конец, –предупредил голос в моей голове.

Согласна. В психушку нас загребут сразу.

–Мне стало плохо, голова закружилась, я упала и…

–На мой торт? На всей этой огромной кухне ты случайно упала именно на мой торт, который стоял сбоку? Ты видел, милый, видел, как она тупо врет? –Анжела протянула испачканные кремом руки к моему отцу. –Она даже не запарилась придумать нормальную отмазку.

–Ну, курочка моя, ты преувеличиваешь, –ласково прожурчал папа, обнимая это губастое, блондинистое чудовище. – Варя случайно. Я уверен. Ты же знаешь, как это бывает в спешке.

–Знаю! – победоносно заверещала она. –Знаю, что она все время ищет возможность, как бы мне подгадить. Потому что завидует моей красоте, уму и успеху! И особенно фигуре.

–Было бы чему, –проворчала я.

–Толстая овца! –завизжала Анжела.

–Не толстая, а крепко сбитая, а ты –шкильда- селедка в обмороке! –не сдалась я.

–Девочки, не ссорьтесь, –миролюбиво сказал отец. –Анжела, позвони-ка в кондитерскую и закажи торт на сегодняшнее торжество. Приготовить его за один день ты одна не успеешь. Только пусть логотип ресторана поставят. Не забудь им напомнить. А ты, Варя, – сухо бросил он мне, –зайди в мой кабинет, – он повернулся и вышел из кухни.

Меня всегда поражало, что голос мачехи действовал на отца каким-то магическим образом. Особенно, когда Анжела визжала. Спасибо, папа! Только что твою единственную дочь обозвали толстой овцой, а ты даже не возразил. И явно злишься на меня. Потому и позвал в кабинет. Сейчас начнешь мозг полоскать, что Анжела –твоя законная жена. И что как бы я ни скучала по маме, обязана ее уважать.

–Не до разговоров сейчас, –заявила оккупантка внутри меня. –Папаша обождет. Есть дела поважнее!

Мои ноги сами направились к мачехе. Нет, к ней не пойду! Я вцепилась в стол и крепко уперлась ногами в пол.

–Вот же упрямое троллье семя! – возмутился голос внутри головы. –Пойдешь, как миленькая! Мне нужно с ней поговорить.

Вместо ответа я еще крепче уперлась ногами в пол. И с ужасом увидела, как мои пальцы разгибаются один за другим, отцепляясь от стола. А непослушные ноги несут меня к этой губошлепке.

–Чего тебе? –прошипела Анжела. –Еще не все разнесла, толстая и тупая овца?

–Заткнись, Нивейлис! –произнесли мои губы без всякого согласия с моим же мозгом.

Анжела замерла, изумленно открыв рот. Мачеха схватила меня за шиворот белого халата и потащила в комнату-холодильник.

–Кто ты? –она плотно захлопнула дверь.

–Игата, –ответила я, даже не понимая, что говорю, потому что рот меня не слушался, он просто транслировал мысли червячины, что засела внутри. –У меня очень мало времени. Я сюда ненадолго заглянула. Мне нужен твой дар. Одолжи немного для экзамена на Кухне Женского Счастья и Несчастья. Я обязана пройти отбор, сдать экзамен лучше всех и попасть в Замужикалье. Без твоего дара у меня ничего не выйдет. Помоги! Прошу!

–Как же я по тебе скучаю! –глаза этой вредной стервы Анжелы наполнились слезами и она крепко обняла меня.

Меня! Ту, которую ненавидела больше всего на свете. Доктор, нас вылечат? Нет, вряд ли. Сидеть мне в психушке до конца жизни.

–Жди здесь, дорогая, –прошептала Анжела. –Сейчас принесу. Держи под контролем эту малолетнюю тупую корову Варьку.

Я попыталась разжать губы, чтобы ответить ей, но они меня не слушались.

–Даже не думай! –предупредил голос внутри. –Пока мы в этом мире, я волочу тебя на веревке. И тебе со мной не справиться. Так что сбереги запал до лучших времен.

Но контролировать все процессы моего несчастного организма ей было не под силу. Природа взяла свое. Внутри меня вдруг возникло серебристое ощущение, зовущее немедленно покинуть холодильник и быстро добежать до туалета. Я попыталась шагнуть к двери. Мне это даже почти удалось, но оккупантка снова перехватила контроль над телом и я ткнулась лбом в стену.

–Стоять! –рявкнула она.

–Мне в туалет нужно! Ты что не чувствуешь? –мысленно заорала я.

–Очень вовремя! –прошипела она. –Идем.

Я побежала в туалет. Открыла кран, помыла руки, ополоснула лицо, взглянула на себя в зеркало и замерла. За моей спиной стояла девушка, очень похожая на Анжелу. Такая же высокая, тонкокостная, как модель. Длинные, светлые волосы струились по плечам. Огромные зеленые глаза буравили меня злобным взглядом.

–Что уставилась? –пробурчала она. –Никогда не видела таких красивых, как я?

Если она в зеркале, значит, не внутри меня. Это как? Выскочила, пока я была в кабинке? Я медленно обернулась, но за спиной никого не было.

–Чего ты башкой крутишь, как лысый драконий филин? – она брезгливо поморщилась. –Я внутри тебя. Просто в твоем перевёрнутом мире в зеркалах отражается то, что в нормальных мирах скрыто магией. Неси свою тушу обратно к Анжеле. Мне нужно с ней поговорить. Я к ней шла через миры и сама не понимаю, каким образом попала внутрь тебя. Хотя… мне вообще-то твое тело не нравится, но в Митбахе такие идут нарасхват.

–Какой еще Митбах? – спросила я, подставляя руки под теплую струю из сушилки.

–Потом поговорим, –отрезала Игата. –Иди к мачехе.

–Не пойду!

То, что я внезапно увидела оккупантку в зеркале, придало мне уверенности. Во-первых, я поняла, что не схожу с ума. Хотя бы потому, что и Анжелка сразу поверила во все происходящее и даже каким-то непостижимым мне образом рассмотрела эту нахалку внутри меня. Во-вторых… вот этого я пока не знала, что во-вторых. Но сдаваться не собиралась. Мало мне того, что эта губошлепка-мачеха меня терроризировала дома и на кухне ресторана, так еще и ее подружка захватила мой организм изнутри. Это какое-то сексуальное извращение без секса как такового! Но налицо изнасилование мозга инстаграммными тупицами.

–Слушай меня внимательно! –я оперлась руками о мраморный стол, буравя ее взглядом в зеркале. –Выйди из меня и пойди к черту! Мне плевать, какие дела у тебя с Анжелой. И тем более наплевать на то, кто ты. В это всё верится с трудом. Но тем не менее, выхода у меня нет. Придется поверить. Подчиняться тебе не буду! Пошла вон, глистообразная захватчица!

–Ах ты упертая скотина! У меня времени нет на твое сопротивление. Мы из-за тебя опоздаем на экзамен. Бери свои окорока в лапки и бегом к мачехе.

–Перебьёшься, дылда нахальная!

–Да ты! Да я… –меня швырнуло вперед на мраморный стол, потом назад, потом снова вперед.

Не уступлю! Я распласталась по столу, вцепившись в него руками. Подняла голову, чтобы посмотреть в зеркало на эту дрянь. И вдруг увидела голубоватую прореху в воздухе.

–Портал открывается! Портал! Беги, троллье семя, к мачех… –испуганно завизжала блондинистая оккупантка.

Но было поздно. Ее голос доносился откуда-то издалека. Меня подняло, швырнуло в голубую прореху и я, наконец, потеряла сознание.

Дышать трудно. Что-то мешает. Открываю глаза. С большим трудом, кстати. Голова гудит, хочется свернуться калачиком, укрыться мягким одеяльцем и продолжить спать.

–Да очнись уже, бегемототюлень! – яростно визжит в голове пронзительный, как электропила, голос. –Посмотри, куда ты рухнула?

Я рухнула? Боже! Воспоминания молнией пронзают затуманенный мозг. А лицо крепко впечатано в мужской торс, туго обтянутый белой рубахой и золотыми нитями поверх нее.

Потому и дышать трудно. Мышцы на груди просто железные. Того и гляди: прорвут тонкую шелковую ткань рубахи. Ползу взглядом ниже. Там черные замшевые брюки плотно сидят на узких бедрах и подчеркивают длину ног в черных сапогах из мягкой кожи.

Крепкие мужские руки бережно обнимают меня за талию. Причем прилично обнимают, не совершая попыток тихо скользнуть вверх к груди или вниз к попе. С трудом отстраняюсь. В таких руках хочется замереть на всю оставшуюся жизнь. Нет, я точно головой стукнулась. Никогда меня такие мысли не посещали.

–Ты при рождении стукнулась! –шипит внутри Игата. –Тебя повитуха уронила на пол, головой вниз. Наверх посмотри. Поверни уже свою короткую шею.

Поднимаю голову и цепенею от ужаса. Всё это невероятно красивое мужское тело приделано к ужасной голове с жабьей мордой. Сама голова сплющенная, как у лягушки. А лицо, если этот кошмар можно так назвать, всё покрыто зеленой чешуей, на которой разбросаны крупные, с орех величиной, бородавки. Глаза огромные, навыкате, на пол-лица. А рот от уха до уха. Такое впечатление, что взяли огромную жабу, оторвали ей башку и прилепили к шикарному мужскому телу. И паричок сверху присобачили. Ну не может же это быть натуральными волосами! Роскошная грива ниже плеч, с длинной челкой, спадающей на глаза, четко поделена на две половины: одна снежно-белая, другая –угольно черная.

От неожиданности я ору. А незнакомец издаёт странный квакающий звук и… бьёт меня хвостом. Длинным, голым, как у ящерицы.

Громко визжа, пытаюсь отпрыгнуть назад и увлекаю этого лягуха за собой. Он квакает громче и еще сильнее бьет меня хвостом.

–Да отцепись же от него! Он в цепях! –орет внутри меня Игата.

И только сейчас понимаю, что то, что я приняла за золотые нити, было тонкими цепями, которые тянутся от лягуха в обе стороны, потому что их крепко держат мужчина и женщина, стоящие рядом с этим чудищем.

Мужчина высоченного роста. Точно больше двух метров. Жгучий брюнет с узким лицом и бирюзовыми глазами, которые полыхают холодным огнем. В одной руке он держит цепь, что тянется к лягуху, а в другой – длинный острый нож. Женщина высокая, стройная, очень похожа на модель. Светлые волосы спускаются до попы. Васильковые глаза расширены в недоумении: что здесь происходит? Рот приоткрыт в изумлении, а пальцы аж побелели, так крепко она ухватила цепь.

Спасаясь от хвоста лягуха, спотыкаюсь и почти заваливаюсь назад. Но чудище крепко обхватывает меня двумя руками, не давая залечь на спину. А его хвост угрожающе поднимается и маячит перед моим лицом. От ужаса ору еще громче.

–Чего ты орешь, как гнидоног в период брачного призыва? –шипит Игата внутри моей головы. – Мужик с ножом –это ректор Академии Судьбы Горал. Он же мужская часть Божества Судьбы Фатумора. А блондинка –женская часть Фатумора, богиня Макоша. Заткнись и отползи. И кланяйся им. Кланяйся!

Мелко тряся головой, изображаю поклоны и пытаюсь выскользнуть из рук чудища. И только сейчас вижу то, что не заметила раньше. Между нормальными человеческими пальцами у него перепонки нежно-зеленого оттенка. А еще от него ужасно пахнет тиной и болотом. Тошнота подкатывает к горлу. Ненавижу всю эту болотную шушеру: лягушек, жаб, даже ящериц не терплю.

–Что здесь происходит? –ревет ректор. –Кто она такая?

Со всех сторон раздается испуганный шепот. Оглядываюсь. Мы на площади возле двухэтажного круглого дома, облицованного ярко-алой плиткой. Крыша зеленая, черепичная. И больше всего этот дом похож на гигантский болгарский перец. Вся площадь вымощена алой и зеленой плиткой и забита людьми. В центре площади я, лягух, бог судьбы и богиня. Вокруг какие-то девушки. Все до единой в черных остроконечных колпаках и алых передниках. За ними колышется многолюдная толпа. А рядом с божествами стоит гигантский, размером с грузовик, горшок, под которым весело трещит поленьями огонь.

И вдруг на боку горшка прорезаются глаза, рот и пышные усы. Горшок сдувает попавший в рот ус и зычным басом орет:

–Мы сегодня проведем экзамен или нет? Что это за недоделанная мясником колбаса, которая свалилась нам на головы?

Это он обо мне? Вот гнида! Мне и так сложно. Вообще не понимаю, где я и кто все эти люди, если их можно так назвать. Еще и в плену у ужасного Ихтиандра –человека-амфибии.

И тут меня охватывает дикая злость. Со мной это случается крайне редко. Так-то я вообще девушка тихая. Тихо убью, тихо закопаю, тихо отпраздную. Но с самого утра меня сегодня оскорбляют и унижают. Сначала мачеха, которая как открыла свой брехомёт, так и закрыть не могла. Потом эта иномирная червячина Игата, которая без разрешения забралась внутрь меня. А теперь еще горшок. Горшок! Кусок глины на огне! Да вы издеваетесь?

Бросаюсь к горшку. Снова впечатываюсь лицом в грудь лягуха. Отпрыгиваю назад. Цепляю ногой цепь. Она моментально обматывается вокруг моей лодыжки. Пытаюсь высвободить ногу, но еще больше запутываюсь. Цепь наматывается уже по колено. Ректор академии чувствует, что цепь яростно рвется из рук и дергает ее на себя. Богиня Макоша, не ожидая рывка, падает лицом вниз, выпустив цепь, которая остается на моей ноге, в руках ректора и на теле Ихтиандра.

Лягух, видя, что второй конец цепи свободен, бросается к богине, пытаясь ухватить его.

–Куда? –ревёт ректор и снова дергает цепь на себя.

А она ведь намотана на мою ногу по колено! Падаю, не удержав равновесия, и на спине еду к горшку. На меня падает болотное чудище. Кто сказал, что боги умные? Эта мужская часть божества судьбы Фатумора вместо того, чтобы ослабить цепь, с ревом наматывает ее на здоровенный кулак. И мы с лягухом, барахтаясь друг на друге, доезжаем до горшка, но не останавливаемся.

–Стоять! – басом рявкает горшок.

Поздно. Мы врезаемся в постамент, сложенный из булыжников, под которым мечется пламя. Ногами выбиваем камни. Горшок, покачнувшись, выплескивает кипящую жидкость через края. Всё! Мне конец! Сейчас превращусь в наваристый бульон. Визжу, пытаясь барахтаться и уползти от горячей жижи, которая вот-вот попадет на меня. Но в этот момент лягух одной рукой хватает цепь, подставляет ее под кипящее варево, а другой отталкивает меня в сторону. Вместо того, чтобы выплеснуться на меня, кипящая жидкость окатывает цепь. Она рвется, распадаясь на золотые крупинки. Лягух вскакивает на ноги, взмывает в воздух в прыжке и –бултых в горшок. Только его и видели.

Мне даже его как-то жалко. Для чего самоубился? Для лягушачьего супа, как в Париже?

–Дурында! – вопит Игата в моей голове. –В горшке вход в порталы. Он сбежал! Нам конец! Все надежды пропали! И всё из-за тебя, невезучая свинокорова! Только Жаборыл мог нам помочь пройти экзамен.

–Кто? –мысленно спросила я.

–Жаборыл! Фамильяр двух Королей-Поваров Женского Счастья и Несчастья. Их душа, можно сказать. Ты же курица болотная даже не знаешь, наверное, что такое фамильяр. Это ожившая душа мага. Боги судьбы держат его у себя в заложниках и выпускают раз в год, на экзамен-отбор. А теперь он сбежал.

– А ты овца тупая, –огрызнулась я. –Нечего было в меня забираться. Сейчас сидели бы по домам. Ты в своём, я в своем.

–Жаборыл сбежал. О, горе! Жаборыл сбежал! – рыдали девушки в черных ведьмовских колпаках, срывая передники и хватая себя за волосы.

Толпа на площади испуганно перешептывалась. И вдруг люди начали бросаться на землю, испуганно закрывая голову руками.

–Ложись! – завопила Игата и бросила мое тело на землю.

Глава 2. Укус библиотекаря

Я даже сообразить ничего не успела. Лишь почувствовала, как мои руки закрывают голову. И очень вовремя. Ректор академии, он же божество, он же псих ненормальный вдруг подпрыгнул и превратился в огромного огненного дракона.

Мама! Мне это снится. Сейчас проснусь в своей комнатке, в уютной постельке. Потянусь, выпью кофе с молоком. Потом два раза пошлю мачеху и спокойно пойду на работу. Потому что так не бывает, чтобы…. додумать я не успела. Дракон заревел. Да так, что все виденные мной до этого в кино Годзиллы и Кинг-Конги пошли нервно перекурить в тихом углу. От его рева лопались барабанные перепонки и дрожала земля. Так ладно бы только это! Он еще и выпускал длинные струи огня. Причем без остановки и одну за другой. Пламя металось над толпой. Люди в ужасе вжимались в землю. А горшок вдруг отрастил себе толстые ноги в огромных башмаках и полосатых носках, соскочил с постамента и громко топая побежал за угол здания, похожего на болгарский перец.

И только сейчас я увидела то, что он скрывал. За постаментом стоял бело-черный трон, сложенный из странного материала, похожего на лед. На нем сидел высокий мужчина. Спокойно так сидел, задумчиво глядя на дракона, который исходил огнем. Нет, я его с одной стороны понимаю. Мне этот дракон тоже напомнил Шумахера: шуму много, а толку… как во второй половине фамилии.

К мужчине, не обращая внимание на пламя, спешила богиня судьбы.

–Хватит, Горал! –закричала она, обращаясь к дракону. –Посмотри на короля!

Дракон напоследок плюнул огненным шаром и превратился в человека.

А с мужчиной творилось что-то странное. Сначала на троне сидел высокий брюнет. Его хищное лицо с резкими чертами презрительно кривилось, когда он наблюдал за суматохой на площади. Огня мужик явно не боялся. Внезапно лёгкая дымка окутала трон и вместо брюнета появился высокий блондин. Добродушная улыбка играла на его губах. Это что за фокусы?

–Это не фокусы, –немедленно отзывалась Игата. –Это Король-повар Женского Счастья и Несчастья. Их два вообще-то, но в одном теле. Один из них все время исчезает, другой появляется. И так веками.

–А голова у них не бо-бо от такой качки? –осведомилась я.

–Чего? –не поняла она.

–Забудь. Неважно, –поспешила успокоить ее я.

–Ты все о глупостях думаешь, – вскипела она. –Что-то не так с королем. О, миры судьбы! С ним что-то происходит!

Толпа начала подниматься на ноги, во все глаза глядя на короля. Кажется, впервые за сегодня я согласилась со своей оккупанткой. Мужика явно сильно корёжило. Лики блондина и брюнета менялись с такой скоростью, что за ними уже невозможно было уследить. Он вскочил с трона. Богиня испуганно попятилась. Муж закрыл ее собой. А король начал кружиться на месте. Бело-черный ледяной кокон вырос вокруг него и… вдруг лопнул, разлетевшись на куски. Завораживающе-красивый двухцветный ледяной веер из осколков вырос над площадью, замер на мгновение и рассыпался мелкими шариками. Из осколков выступили двое мужчин: высокий брюнет и такой же высокий блондин.

Большая часть толпы дружно рухнула в обморок. Оставшаяся с визгом покидала площадь бегом. Брюнет с наслаждением потянулся и сказал:

–Наконец-то свобода! Как же ты мне надоел за долгие века! – он ткнул блондина кулаком в плечо.

–Могу ответить тем же, –блондин двигал головой из стороны в сторону, разминая шею.

–Этого не может быть! –воскликнула богиня.

–Да, не может! –рявкнул ректор и на его пальцах начали стремительно отрастать длинные драконьи когти. –Живо соединитесь снова! Вы не можете существовать по отдельности! Такого не случалось никогда с тех самых пор, когда Ковер Судьбы был несколькими жалкими ниточками.

–Ты мне больше не указ, Горал! –гневно возразил брюнет. –Вы оба, божество Фатумор, мне больше не указ. Вон из моего мира! Здесь хозяин я! –он достал из кармана черного длинного сюртука пригоршню какой-то сухой травки и бросил в сторону богов.

Травка моментально превратилась в паучка размером с горошину. За пару секунд паучок, сплетенный из травинок, вырос до размеров кошки, и резво двинулся в сторону божества Горала. Тот попятился. А паук вдруг щелкнул огромной, размером с половину туловища пастью, и бросился на божество.

–Отойди в сторону! Шевели своими колбасками! –завопила Игата, перехватывая контроль над телом. –Это драконья разрыв-трава. Если она его догонит, будет такой взрыв, что разнесёт всю площадь.

–Даже боюсь подумать, что конкретно она разрывает у дракона. –прошептала я.

–И это тоже. Так что лучше тебе не знать, –подтвердила Игата.

Мои ноги быстро понесли меня прочь. Горал, видимо, решил отступить и не связываться. Он припустил по площади, на ходу вытягивая золотую нить из мощного браслета на руке. Сверкнула молния, и он исчез. Богиня по прыти не уступала ему. Она быстро рванула в другую сторону, вытаскивая из браслета такую же нить, и тоже пропала в золотой прорехе, открывшейся в воздухе.

Я по инерции продолжала бежать. Как вдруг передо мной, как из-под земли, вырос брюнет. Он перегородил мне дорогу и хищно улыбнулся.

–Ну здравствуй, незнакомка, освободившая меня. Я –Асан, Король-Повар Женского Несчастья, –он поднял меня на руки и крепко поцеловал в губы.

–Эй, оставь ее в покое! –рядом тут же появился блондин.

Он буквально выхватил меня из рук брюнета, поставил на ноги и закрыл собой.

–Ничего не бойся, прекрасная незнакомка, –заявил он. –Меня зовут Ошер. Я –Король-Повар Женского Счастья.

–А ты мне не приказывай! –возразил брюнет.

–А я буду. Мы равны, –не сдался блондин.

–Вот еще! – вспылил брюнет. –Я здесь главный. И только я.

Я начала тихо пятиться. Причем не по своей воле. Игата снова перехватила контроль над телом. На этот раз молча. И что примечательно: спорить с ней мне вообще не хотелось. Возможно, я бы тихо добралась до края площади, но брюнет вдруг посмотрел на меня, словно вспомнил что-то важное, и спросил:

–А ты вообще кто такая?

–Повторяй за мной, –прошипела Игата. –Никаких вольностей! Только то, что говорю. Ты, то есть я…

–Ученица магической кулинарной школы, –послушно залепетала я, – из мира Фарон. Опоздала на отборочный экзамен. Очень спешила. Просто очень! –я прижала руки к груди, –но тролли закрыли порталы и не давали мне пройти. И еще пробки, – коронная московская отмазка как-то сорвалась с языка сама собой.

– Какие пробки? –оживился вдруг брюнет. –Сверхпрочные из мореного пуха утколапа?

–Нет, автомоб… – начала я и почувствовала взрыв в голове.

Моя челюсть щёлкнула, захлопываясь.

–Идиотка! –взвыла Игата. – Какие автомобили в этом мире? Закрой рот с той стороны, запри на ключ и выбрось в черный портал, ведущий в мир нежития.

–Простите, –выдавила я. –У меня просто шок после портала. Я плохо переношу полеты и качку. Можно мне отдохнуть?

–Иди отдыхай, – разрешил блондин.

Я быстро пошла к выходу с площади. От страха и усталости даже не видела ничего вокруг. Мне хотелось забиться куда-нибудь, пусть в собачью конуру, но чтобы там было тихо и спокойно, и все обдумать. И просто перевести дух. Наконец, мое тело, которым сейчас управляла Игата, остановилось возле огромного дерева с раскидистой кроной. В толстенном стволе прятался крошечный домик, похожий миниатюрный замок. Дверь открылась сама, едва я коснулась ее рукой.

Обстановка домика была скромной, но уютной. Пенек вместо стола. Сплетенная из прутьев кровать, застеленная мягкими шерстяными одеялами. И даже крошечные окошки, украшенные занавесками из ярко-зеленых листьев. Мое уставшее измученное тело добрело до кровати. Но не успела я прилечь, как в голове раздался вопль:

–Как же я тебя ненавижу!

Мои руки сами собой взметнулись к горлу и крепко сжали его. Сопя и пыхтя, я пыталась перехватить над ними контроль, но эта оккупантка крепко завладела моими мышцами.

–Вообще-то наши чувства взаимны, –просипела я, одной рукой отдирая от горла пальцы второй руки. –Меня выдернули из самого крутого в Москве ресторана, который принадлежит моему отцу, и утащили в какую-то дыру!

Моя нога поднялась и больно стукнула меня по уху. Ничего себе у меня гибкость образовалась! Даже не знала, что могу ногой дотянуться до уха.

–А я почти победила в отборе, – зарычала червячина, вгрызаясь в мозг. – Столько прошла ради этой победы! Осталась самая малость: секретный ингредиент, которым пользуется твоя мачеха. За ним я и отправилась в гномью задницу, в твою эту Москву.

Невидимая сила перевернула меня лицом вниз, стащила с кровати и поволокла животом по полу. Противоположная стена с угрожающей скоростью надвигалась на меня. Да она мне сейчас голову о стену размажет, психопатка магическая! Так, главное, уцепиться за что-нибудь. Энтузиазм не подойдет. У меня его нет, но хотя бы за пенек. Как раз его проезжаю на пузе. Мои пальцы чиркнули по краю веселенькой лоскутной скатерти, которая свисала с пенька, но ухватить не успели. Меня подняло к потолку вверх ногами.

–Может, поговорим нормально? –примирительно заметила я, зависнув, как летучая мыша, вниз головой.

–Не заслужила! –отрезала Игата, швырнула меня на кровать и немедленно накинула подушку на лицо.

Мои собственные руки крепко прижимали подушку к моему же лицу.

–Дышать… нечем… отпусти… –захрипела я и принялась молотить ногами по кровати.

–А это лучше всего! Дыши через свой огромный зад, бочкообразная овцевидная моль!

Свет начал меркнуть в глазах. Вот и все. Сейчас она меня придушит. Ну и ладно. Мне уже все равно. Я вытянула руки вдоль туловища и приготовилась спокойно принять свою судьбу. Но мои руки отшвырнули подушки и принялись хлестать меня по щекам.

–Я прошла через половину Ковра Судьбы, в эту троллью задницу, чтобы взять у твоей мачехи секретный ингредиент, с помощью которого она околдовала твоего отца.

Ага! А я ведь давно знала, что Анжела ведьма. Ну как иначе это серое, бездарное, лишенное мозгов и совести губошлепное существо могло выйти замуж за моего отца?

Ощущение собственной правоты придало мне сил. Я умудрилась обуздать свои руки и крепко сплести пальцы, не давая рукам разомкнуться.

–И что это за секретный ингредиент? –осведомилась я.

–Не твоего утколапого ума дело! –отрезала она. –Важно другое: раз в год на экзамен прибывает божество Фатумор: ректор академии судьбы Горал и его супруга Макоша. Они привозят Жаборыла –уникальное существо. Единственное во всем Ковре Миров, которое умеет соединять несоединяемое. Все девушки, что прибыли на экзамен, а это лучшие студентки кулинарных академий из всех миров, готовят напиток из хвоста Жаборыла. Король-повар Женского Счастья и Несчастья пробует каждый напиток, приготовленный студенткой. Но лишь одной из них удается приготовить его так, чтобы удержать Короля Счастья и Несчастья в одном теле. Этот секретный ингредиент, которым владеет твоя мачеха, должен был помочь мне выиграть отбор. А также удержать двух королей в одном теле. А теперь они разделились. И даже божество судьбы Фатумор не знает, чем это все закончится.

–А что другого Жаборыла нет? –пожала плечами я, встала с кровати, сделала круг по комнате и открыла шкафчик в углу над рукомойником.

Очень хотелось есть. В шкафчике нашлась сухая корочка хлеба. Чувствуя себя Буратинкой, я вцепилась в нее зубами. Ничего так хлебушек. Вкусный.

–Нужно просто взять другого лягуха и всё, – промычала я, заталкивая остатки корочки в рот.

–И всё! –передразнила меня Игата. – Жаборыл один-единственный во всех мирах Ковра Судьбы. Поэтому его так берегут. Жаборылы почему-то перестали размножаться еще пару веков назад. А почему никто не знает.

Как у них здесь все сложно! Я смахнула с губ крошки и снова полезла в шкафчик, надеясь найти там еще что-нибудь съедобное. Сейчас бы круассан с чашкой горячего какао, и чтобы сверху плавали зефиринки.

–Хватит пихать все подряд в ненасытную утробу! –возмутилась Игата. –И так бока, как у беременного гнидонога.

–Я не толстая. У меня идеальные пропорции, если хочешь знать. Шестьдесят килограммов при росте метр шестьдесят!

–Это ты над весами в воздухе зависаешь? –ехидно осведомилась она.

–Ты мне просто завидуешь, –я открыла входную дверь, намереваясь выйти.

Нужно же как-то осмотреться. Понять, где вообще нахожусь. Но меня отнесло назад, а дверь со стуком захлопнулась.

–У нас нет времени на прогулки! Нужно исправлять то, что ты натворила. Из-за тебя Жаборыл сбежал. Из-за того, что тебя судьба не любит. Невезучая ты, неловкая и глупая.

Горькая обида сжала мое горло. Разве я виновата, что всегда была девочкой-бедой? Ни в чем мне никогда не везло. Там, где все с легкостью проходили, даже не замечая трудностей, я оскальзывалась и падала. Всё мне давалось сложно, душно, через сжатые зубы и кровавым потом. Я присела на плетеный стул, оперлась локтем на пенек и заплакала. Все события сегодняшнего дня навалились на плечи бетонной плитой, и слезы хлынули, прорывая невидимую плотину.

–Не реви! – сердито приказала Игата. –Если кто и должен рыдать, так это я. Теперь всё придется начинать сначала. И у меня нет тела. Только твое корявое с кривыми руками.

–Я, между прочим, закончила парижскую академию шефов! –спинка плетенного стула больно уколола шею, ну и пусть.

Хуже уже не будет.

–Видели мы уже, что ты закончила. Твоя голова, Варвара, изнутри похожа на пещеру тролля: солома, погасший костер и высохшие кости, оставшиеся после позавчерашнего обеда. А тебе нужно стараться за нас двоих. Но сначала нужны все знания о мирах. Ты же с обочины Ковра Судьбы. У вас там боги судьбы фатумы и фатальи работают мало, редко и несогласованно с общим узором Ковра. То есть, плетут судьбу отдельных людей, но не вплетают их в общий Ковер Судьбы миров.

–Это что еще за фатумы? –не поняла я. –Ты же сказала, что божество судьбы – это Фатумор: дракон, что огнем плевался, и его жена-блондинка.

–Но не может же божество само со всем справиться, дурья ты башка! –возмутилась она. –Для этого у них есть подмастерья: младшие боги судьбы. Фатумы плетут судьбу женщин, фатальи – судьбу мужчин. Я поэтому и хотела выиграть отбор. Потому что победительница отправляется учиться в академию Судьбы, на факультет помощников, которые не родились фатумами и фатальями. И если бы не ты, сидела бы я сейчас в уютном классе Замужикалья –отделения академии для фаталий. И училась бы помогать богам. А вместо этого возись тут с тобой, –она внезапно всхлипнула.

Я даже как-то растерялась. Оккупантка плачет?

–Эй, ну ты это… успокойся, –осторожно начала я.

–Не трогай меня! Хочу побыть в одиночестве, –проревела она и нервно икнула.

Вот те раз! И как ее успокоить, если мы с ней вдвоем в одном теле? Даже не обнимешь по-человечески. И сладким не угостишь. Хотя… почему бы нет? Вкусненькое нам обеим сейчас не помешает. Я порылась в карманах передника с логотипом ресторана, который так и не сняла. Вообще-то у меня всегда припасено пару конфеток на такие случаи. В поисках сладкого я выудила из кармана маленькое круглое зеркальце, автоматически взглянула в него и вздрогнула.

Нет, не от собственной красоты несказанной. Хотя и это тоже. Видок у меня тот еще! Лицо покрыто сажей, волосы всколочены, глаза выпучены, как у рака. Но главное: позади меня в зеркале скрючилась оккупантка. Правильно. Ведь она еще там, в ресторане, говорила, что в наших зеркалах отражается то, что в остальных мирах надёжно скрыто магией.

–Эй! – я погладила зеркальную поверхность. –Ну ты это… не раскисай, что ли? Мне ведь хуже, чем тебе. Я до сегодняшнего дня даже не знала про все эти ваши ковры, академии, королей и прочее.

–Это легче, –всхлипнула она. –Лучше не знать. И потом у тебя есть тело и отец. А у меня ни тела, ни семьи.

–А ты вообще кто? Человек или…

–Или, –она потерла кулаком глаза.

–Конфетку хочешь, оккупантка? Вкусная! У вас таких нет! –я повертела перед зеркалом шоколадный трюфель в золотой фольге.

–Давай, – кивнула она.

Я развернула фольгу, кинула конфетку в рот и покатала за щекой.

– Действительно, вкусно, –улыбнулась она. –Еще есть?

–Обижаешь! Стратегический запас всегда под рукой! –я вытащила из кармана передника горсть шоколадного успокоительного.

А у нее губа не дура. Магия магией, а швейцарский шоколад заценила сразу.

–Спасибо, –тихо прошептала она. –Давай-ка умойся. Предстоит много дел. Утром мы должны быть на королевской кухне. У нас всего одна ночь, чтобы ты поняла, где находишься, и научилась самым обычным вещам: простенькой бытовой магии, некоторым рецептами и прочему.

–Я могу приготовить крепкий кофе и выучить. Привыкла не спать по ночам, когда училась в Париже.

– Не поможет, –вздохнула она. – Нужен укус библиотекаря.

Воображение немедленно нарисовало худенького ботана в очках, который нервно потер тоненькие ручки, хмыкнул и вдруг раззявил огромную пасть, утыканную острыми клыками. Ну уж нет! Кусать себя не позволю!

–Дурочка ты! –захихикала Игата. –"Укус библиотекаря" – это отвар из слюны книжного червя, вмешанный в тесто из сушеной книжной моли. Твое счастье, что у меня немного слюны есть. Когда к экзамену готовилась, решила подстраховаться, чтобы не забыть ни одну мелочь рецепта. А ну-ка, открой шкафчик.

Я послушно достала из шкафчика мешок с мукой и бутылёк. Следуя внутренним распоряжениям Игаты, открыла бутылек и вылила прозрачную жидкость в серую, с затхлым запахом муку.

–Не рассыпь ничего, троллье ты несчастье! – зашипела Игата.

Я замесила ноздреватое тесто.

–А теперь ешь, – приказала Игата.

–А может, сначала, спечь? – серый ком текста на глазах затвердевал и покрывался плесенью.

–Нельзя. На запах сбежится весь Митбах. Знаешь, как пахнут легко дающиеся знания? Против этого аромата никто не устоит.

Так что ешь так.

Что-то в этом, определенно, есть. На халяву и уксус сладок. Но как проглотить кусок серой глины? Я отщипнула кусок теста, поднесла его ко рту и немедленно почувствовала тошноту.

–Сейчас, подожди, есть одно заклинание, которое поможет тебе это проглотить, –зашептала мне в мозг Игата. –Вэ таасус угатус!

Тесто в моих руках превратилось в румяный пирожок. Ну так-то легче, конечно! Я укусила сдобный бочок. И вдруг из пирожка выросла гигантская книга. Она взмыла в воздух и с размаху треснула меня по голове. Свет померк в глазах. Я рухнула на пол, даже не почувствовав боли от удара. А когда пришла в себя, то чуть не отключилась еще раз. Потому что четко знала, где нахожусь. И от этого знания мои длинные волосы встали дыбом.

Макоша

Ей бы не помешало немного женского счастья. Чтобы Горал стал снова прежним: ласковым, заботливым, страстным. Чтобы забыл ту студентку, которая у него сейчас на курсе ходит в любимицах. Она самая умная, красивая и молодая. А ты?

Макоша подошла к зеркалу и сбросила длинное платье. Вроде всё пучком: ноги от ушей, бедра узкие, как у борзой, кардашьян орехом, грудь прежняя. И лицо… нет, с лицом проблемы. Даже богини стареют. Не так, как обычные женщины, конечно, но всё же. А главное: будь ты сто тысяч раз свежа, как едва созревший персик, но эту красоту твой муж видит каждый день во всех видах. И она постепенно приедается.

И ты в свое время была любимой студенткой ректора. Хоть он и изображал, что на дух тебя не выносит. Думала, что ты первая, последняя и больше у него уже никого не будет?

Правда, тогда Горал не был женат. Но он же огненный во всех смыслах дракон. А когда это их останавливало наличие или отсутствие официального брака?

Ну вот как можно воздействовать на бога судьбы? Нити судьбы к нему не пришьешь. Ничем магическим не воспользуешься. Тут и с обычным мужиком не всегда справляешься. Еще до того, как ты, Алиса из Волчедуйска, стала богиней Макошей, всё пыталась подобрать ключик и раскрыть этот секрет управления мужиками. Да так и не вышло ничего. Кажется, легче разрушить весь Ковёр Судьбы, а потом скроить его заново, чем разобраться, какие мысли кружатся в голове одного мужика.

В прежней жизни ты бы сказала:

–Ушатай их всех Китай!

Но теперь ты – богиня. И нужно вести себя соответственно.

Глава 3. Кому нужны дурнушки?

Алиса вздохнула и натянула небесно-голубое платье из морского шелка, украшенное вышивкой из слез русалов-девственников, которое стоило столько же, сколько небольшое королевство. Уже и наряды не радуют. Что дальше? Грусть, тоска, печаль и каждый день одни и те же туфли? Ну уж нет. Встряхнись, Алиса!

Она нервно заходила по комнате. Рассуждая логически, нужно что-то судьбоносное, что может повлиять на ее мужа Горала, который сам бог судьбы. Но при это сам Горал должен быть не властен над этим. Ничего себе задачка! Это еще хуже, чем прибрать к руками весь алюминий России в лице золотого рыбца олигарха Демидова.

–Не ной! –прошептала она сама себе, остановившись перед зеркалом. –У тебя с рыбцом почти получилось. Если бы тебя тогда не забросило в Академию Судьбы, сидела бы сейчас в Куршевеле.

Идея сверкнула в мозгу, как молния. Кухня женского счастья и несчастья –вот что ей нужно. Фатумор, то есть сама Макоша и Горал вместе взятые не властны над кухней. Значит, короли могут ей помочь. Но они предпочитают не вмешиваться в дела Фатумора и сложный процесс плетения общего Ковра Судьбы.

Табахов –верных слуг королей-поваров тоже просить нельзя. Слишком преданы хозяевам. Придётся сплести сложную интригу. Не мытьем, так катаньем она вернет себе любовь мужа, чего бы это ни стоило. Но самое главное, она получит то, о чем так мечтает – ребенка.

Алиса взяла с кровати золотую подушку, просунула под платье, повернулась к зеркалу и полюбовалась на себя сбоку.

И плевать на то, что богини судьбы-фатальи не могут рожать, потому что сами рождаются от фатума и обычной женщины из любого мира.

И как же невыносимо горько осознавать, что ее муж Горал регулярно уходит в другие миры, чтобы зачать новых богинь судьбы. Алиса об этом знала с самого начала. Но смириться за столько лет так и не смогла.

Выход был. Фантастический, невероятный, но был. Ей ли привыкать к невероятному? Она – бедная сирота из детдома в Волчедуйске, родители которой погибли, родилась в мире, что не вплетён в Ковер Судьбы. Она не знала, что ее отец был фатумом. Она приехала в Москву и зубами выцарапывала свое счастье.

Тогда казалось, что счастье – это муж-олигарх. Но она попала в Академию Судьбы, победила всех соперниц и стала Макошей.

Кто же знал, что та вершит судьбы всех, сама будет несчастна?

Ребёнок – вот что ей нужно. И выход есть. И если ради этого потребуется перевернуть весь Ковер Миров, то она это сделает.

Варвара

–Да просыпайся же, тухлятина иномирная! –Игата сверлила мой сонный мозг раскаленной иглой.

Я с трудом открыла глаза. Ножка кровати, половичок, в него впечатано мое лицо. Сколько же я так пролежала? Всё тело ныло, словно меня пинали ногами.

–Да что с тобой делать? –ревела Игата. –Нужно идти на кухню. И так опаздываем.

Желудок громко заявил о себе. А я ведь со вчера не ела, если не считать сырое тесто, которое моя оккупантка замаскировала своими ахалай-махалаями под румяный пирожок.

–Завтрак бы! – я подошла к рукомойнику и плеснула в лицо холодной воды.

–Там поешь. Лучше открой сундук. Тебя необходимо переодеть, иначе всю улицу распугаешь.

Сундук в углу комнаты был набит разноцветным тряпьем.

–Не думаю, что у нас с тобой один размер, – копаясь в одежде, заявила я. – В зеркале ты выглядела худой и высокой. Так что не налезет на меня ничего, –наряды, вытащенные из сундука, служили наглядным подтверждением моих слов.

Одно белое платье чего стоило! Длинное, узкое, полупрозрачное, оно налезло на одну мою руку. Для второй руки места уже не осталось.

–Я в своем теле жила очень недолго, – мозгоклюйка завладела моими руками и принялась быстро вышвыривать тряпки из сундука. –Потому что так заведено, что мне приходится всё время перемещаться из одного организма в другой. Иначе будут неприятности.

–Почему? –я бросила белое платье в сундук. –Чего тебе на попе ровно не сидится?

–Не твоего ума дело! –отрезала она. – Поэтому и одежда здесь припасена разная. Мало ли кто попадется? В том числе и толстухи вроде тебя.

А вот сейчас было обидно! Я не толстая!

–Вот, возьми, –мои руки сунули мне под нос василькового оттенка платье, вышитое мелкими белыми цветочками.

Корсет на шнуровке, по талии все обтянуто, широкая пышная юбка в пол, отороченная кружевом-ришелье. Ничего так! Винтажненько.

–Теперь волосы, –Игата донесла меня до рукомойника и заставила взять гребень с крошечной полочки, сплетённой из цветов.

Может, я и не писаная красавица, но волосы всегда были моей гордостью. Темно-каштановые, густые и длинные, с легкой, почти незаметной рыжиной, которая медью отливала на солнце. Гребень немедленно застрял в шевелюре и сломался. Игата взвыла и зашептала заклинание красоты. Откуда я это знаю? Я, человек, у которого дома был айфон, понимаю, что она шепчет очередной ахалай-махалай!

–Да не вертись ты, –мои руки под управлением оккупантки ловко причесывали пальцами непокорную гриву.

И волосы при этом выглядели так, словно их вытягивают феном. А мне, кажется, начинает нравиться этот магический трах-тибидох. Удобно как! Утром встала, и вместо того, чтобы на сонное, хранящее следы от поцелуев взасос с подушкой лицо, начинать кое-как слоями наносить макияж, просто пошепчешь заклинание –и вуаля! Красавица!

–Быстро на королевскую кухню! –меня толчком отнесло к двери.

Да так, что едва не впечатало в нее лицом. Опять? Она меня покалечит когда-нибудь! Щурясь от ярко-розового утреннего солнца, я вышла из домика и пошла вверх по извилистой, горбатой улочке, которая петляла в густом лесу. Под деревьями располагались лавки, многочисленные лотки с разноцветным тряпьем. Из харчевен доносились пряные запахи. В больших котлах, установленных прямо посреди улицы, кипели и булькали густые похлебки, исходя ароматным паром. Над головой проносились какие-то странные существа, похожие на колобков: круглые, румяные, размером с футбольный мяч, они сжимали в крошечных ручках целые охапки булок самых причудливых форм.

Один из них спикировал прямо на голову здоровенного мужика с густой бородой, ловко всунул в его открытый рот здоровенный калач, выхватил из кармана мужика квадратную монету и снова взмыл воздух.

–Это булочники, – пояснила Игата. – Короли-Повара Счастья и Несчастья не выбрасывают остатки теста, а лепят из них колобков. Из остатков, конечно, мало что пригодное может получиться. Характер у булочников скверный, того и гляди норовят от всех убежать. Зато хлеб разносят исправно. Хоть и тупые, как пробки.

Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел. А возможно ли, чтобы эта сказка была отголоском того, что случайно подсмотрели наши предки в других мирах?

– Все ваши сказки ворованные, –заверила меня Игата. –Я вот тут покопалась в той соломе, которой набита твоя голова.

–Но-но, оккупантка! Давай только без губоприкладства!

– А ты думала, что там мозг? –противно захихикала она. –Но насчёт сказок ты правильно поняла. Вы ведь дикари, отлученные от Ковра Судьбы. Но иногда видите что-то не поддающееся объяснению, которое случайно просочилось из других миров, и по дикарской своей логике складываете сказки и легенды. Вот как с тем булочником, которого вы назвали Колобком.

Шмыг! Мимо меня промчался колобок, резко затормозил в воздухе, повернулся, ощупал меня круглыми злобными глазками и запустил большой круглой булкой прямо мне в физиономию.

–Да какого… –начала было я, но тут булка влетела мне между зубами.

От неожиданности я, как собака, клацнула челюстями, смыкая их на булке. Это было грубо со стороны колобка, но очень кстати. Хрустящая ароматная корочка и нежнейший мякиш моментально наполнили мой рот. Поддерживая булку левой рукой, правой я порылась в кармане платья и выудила монетку. Булочник немедленно спланировал на мое плечо, вырвал монетку из рук и взмыл в воздух.

–Поторопись! –зашипела Игата. –Пильпель ненавидит, когда опаздывают!

–А это кто? –булка была настолько вкусной, что хотелось сесть под деревом и насладиться ею сполна вместо того, чтобы лихорадочно давиться на ходу.

–Скоро увидишь, – в ее голосе прозвучала угроза.

Пришлось прибавить шаг. Вот и пригорок, на котором блестит под солнцем здание кухни в форме гигантского болгарского перца. А за кухней возвышается еще один холм, на котором сверкает белизной стен огромный дворец с аспидно-черной зеркальной крышей, утыканной остроугольными башенками. Дворец Короля-Повара Женского Счастья и Несчастья. Вернее, двух королей, которые разъединились из-за меня.

Я глубоко вздохнула, пытаясь справиться с волнением, и зашла в здание кухни. В самом центре гордо красовался тот самый горшок, который стоял на площади в момент моего эпичного приземления в мире Митбах.

По обе стороны от него линеечкой выстроились девушки, каждая из которых мечтала сдать экзамен и выиграть отбор. Кого здесь только не было! И шестиногие арахны – паучки, и ящерки-летайи с золотистыми волосами и янтарно-желтыми глазами, и эльфийки, и даже крошечная Дюймовочка. Но не изящная, как в мультике, а вся квадратная и с колючим, недобрым взглядом. Катаньи-гномы –услужливо подсказала мне память, покопавшись в ворохе знаний, которые я усвоила за одну ночь после "Укуса библиотекаря".

Напротив девушек вальяжно развалились на стульях табахи –помощники Королей-Поваров. Здоровенные, под два метра ростом, мужики, все словно состоящие из шаров разного размера. Красномордые, мощные, в черных колпаках и красных передниках, они рентгеновским взглядом осматривали девушек, которые стыдливо переминались с ноги на ногу. Навстречу мне шагнул самый крупный из них. Морда у него была такая багрово-помидорная, как будто его всю ночь томили в духовке. Из-под колпака выбивался смоляной чуб. А над толстогубым ртом затейливо изгибались вверх черные густые усы.

–Это Пильпель –правая рука Королей-Поваров. В их отсутствие он на кухне главный. Замри и будь заинькой, –шепнула Игата.

Быстро проведя работу среди себя, я настроилась на волну вежливости, позитива и откопала самую робкую и милую улыбку. Такую слегка даже заискивающую. Но на Пильпеля моя готовность быть хорошей девочкой не произвела ни малейшего впечатления. Он упер руки в бока и грозно зарычал:

–Имя?

–Варвара, –пискнула я, невольно делая пару шагов назад.

–Вар-вар-вар-варрррра! –заревел он, и табахи довольно загоготали.

–Почему опоздала?

–Простите! У меня была уважительная причина.

–Ты умерла? Над тобой надругался тролль? –один его ус выгнулся вверх, а другой вытянулся в сторону, как стрелки на часах, показывая девять часов.

–Ннеет… пока… еще, –растерялась я.

–Значит, причины для опоздания не было, –отрезал он. –И вообще я тебя не помню. Значит, ты настолько плоха в поварском искусстве, что мои глаза отказываются это видеть. Поэтому проверку мастерства мы начнем с тебя, –он хлопнул в ладоши и мне на голову нахлобучился упавший с потолка черный остроконечный колпак.

А откуда-то из-за горшка вылетел алый передник и самостоятельно повязался вокруг моей талии. Пильпель молча указал на огромный стол, полукругом выстроенный вокруг горшка. На дрожащих ногах я пошла к столу. Девушки поспешили занять места рядом со мной. Деревянная столешница поднялась, открывая множество ящичков. Из них свистя вырвались ножи и легли в наши протянутые руки. Табахи притащили мешок и всем раздали по квадратному булыжнику.

–Каждая из вас, а особенно ты, –Пильпель ткнул в меня пальцем, – должна тончайшими пластинами нашинковать таизянские съедобные камни.

–А нельзя магическим слайсером? –не удержавшись, шепнула я.

–Что ты сказала? Что такое слайсер? –грозно нахмурился Пильпель.

–Ну это такая машинка для…

–Дура квашенная! –завопила внутри меня Игата. –Замолчи! Ты погубишь нас обеих!

–В смысле… магическая… эээ… методика нарезки тончайшими пластинами, как вы сказали.

–Кажется, ее все-же утащил в пещеру тролль, –к Пильпелю подошел один из табахов и озадаченно почесал под колпаком.

–Думаешь, надругался над бедной девшукой, а она не помнит? – серьезно спросил Пильпель.

–Думаю, что надругался даже два или три раза, –кивнул табах. –А потом достал из ее прехорошенькой головки мозг и сожрал. Потому что там, внутри, явно ничего нет.

Все табахи загоготали, а девушки захихикали. А я не знала, что делать раньше: злиться, пугаться или удивляться. Потому что в первый раз в жизни меня назвали прехорошенькой. Хотя до этого никто в жизни такого не говорил. И я как-то смирилась.

Ну не дала природа-мать смазливую мордаху. Перекраивать ее в Швейцарии я не собиралась, даже если бы сама, без помощи отца заработала кучу денег. Какое ни есть лицо, а мое. Хотя в школе я не раз рыдала, глядя на себя в зеркало. Лицо у меня круглое, широкое, грубо высеченное. Как будто Папа Карло начал Буратинку строгать, но тут начался футбол, он пошел пиво пить и болеть за любимую команду, а меня так и оставил. Глаза маленькие, зато выразительные. И вообще мимика у меня подвижная. С одной стороны, это хорошо, потому что оживляет лицо. А с другой на фото я выхожу кошмарно. И все фотографы всегда жутко страдают, пока находят нужный ракурс. Так что я хороша в динамике, а не в статике.

Парни всегда смотрели сквозь меня. Я просто не цепляла их взгляд. Разве что на пару секунд: глянул, оценил, понял, что это не то и переключился на другую, более достойную кандидатку. Наверное, поэтому я в свои двадцать три года до сих пор девственница. И моя мачеха не упускает возможности пошутить на эту тему раз десять каждый день. Сама-то она, видимо, девственность потеряла прямо при рождении. Ведьма во всех смыслах!

Задумавшись, я взяла длинный нож с широким лезвием и полоснула по камню. Нож жалобно звякнул и сломался. Пильпель начал багроветь еще больше. Он вскинул руку, направил на меня, а потом вытянул ее в сторону. Еще миг – и покачусь отсюда колбаской по Малой Спасской!

–Всё гениально исправлю! Всё! Дайте только пару минут! –пискнула я.

–Отключи голову, дай мне работать! –заорала Игата, перехватывая контроль над телом.

Мои руки потянулись к маленькому тонкому ножику. Она совсем свихнулась? Я отбросила нож в сторону и взялась за другой: еще больше того, что сломался.

–Да не то, тупица! Это как с мужчинами: размер не имеет значения! Нужно правильное заклинание. Отпусти нож, – мои пальцы разжались и нож упал на стол. –Просто не думай! Совсем! Отключи это сырое тесто, что ты гордо называешь мозгом, и дай мне работать.

Гнев на лице Пильпеля сменился любопытством. Слышать наш внутренний диалог он не мог. Или всё же мог? А вдруг у него тоже особое заклинание? Телепатический ахаалй-малахай?

–Да нет же! Просто физиономия у тебя сейчас очень глупая, –прошипела оккупантка. –Вот он и подумал, что ты кем-то укушенная. Но к делу! Вэ лахтохус эт а эвенус! – ножик вдруг вспыхнул.

Разноцветные искры брызнули во всем стороны от горящего лезвия и нож начал тончайшими пластами нарезать камень. Какой там слайсер! Так пластовать даже мой отец не умеет. Хотя в Москве он считается поваром номер один.

–А она не так плоха, – Пильпель одобрительно кивнул.

–А я думаю, что она хуже, чем тебе кажется, –раздался за моей спиной ледяной голос и в Кухню вошел Асан, Король-Повар Женского Несчастья.

Он был весь в черном: длинный, почти до колен черный камзол сливался с широкими черными брюками и мягкими полусапожками. Асан протянул руку. На пальцах сверкнули три круглых кольца, выточенных из цельного камня: черное, темно-шоколадное и янтарно-желтое. Холеной рукой, холодной, как ледышка он вдруг крепко ухватил меня за волосы, которые струились по спине из-под колпака.

–Ты –виновница побега Жаборыла. Ты –причина нашего с Королем Счастья разделения. Ты – вселенская беда в пышном теле, –другой рукой он хлопнул меня по попе. –Что ты делаешь на моей кухне? Как смела ты в своей непостижимой дерзости явиться мне на глаза? –он резко дернул мои волосы назад, заставляя выгнуть спину.

Всё! Сейчас переломлюсь пополам! Никогда особой гибкостью не отличалась. А он меня реально в бараний рог согнул! Меня сейчас можно, как подкову, вешать на дверь. Счастья точно не принесу. Зато могу качественно сглазить ваших недругов.

–Извиняйся перед ним! Повинись! –заметалась внутри меня Игата. –Только в глаза не смотри!

Поздно! Он склонился надо мной, заглядывая в лицо. Его глаза были угольно-черными, как у демонов в мистических триллерах: ни радужки, ни белой склеры, ни зрачка –сплошная тьма растеклась между ресницами. И в этой непроглядной черноте я вдруг ясно увидела свое будущее: одинокая, сгорбленная, никому не нужная старушка, так и не узнавшая, что такое любовь. Ну страшная потому что! Кому дурнушки нужны?

–Мне! –прошептал Асан. –Мне нужны!

Что? Да откуда он узнал?

–Ты сказала это вслух, так как взгляд Асана завораживает! –шепнула Игата. – Молчи, Варвара, прошу тебя! Отведи взгляд!

Он явно владеет гипнозом. Потому что мне вдруг захотелось рассказать ему, как на духу, обо всех своих женских печалях и неудачах.

– Женские беды, боль, слезы и разочарования –мой хлеб, воздух и вода, – Асан провел пальцем по моим губам, и они покрылись морозным инеем. – Моя радость –в твоих слезах. Моя сила – в твоем несчастье! Каждая слезинка ночного одиночества, что скатилась по твоей щеке, и которую не вытерла мужская рука, превращается в черный бриллиант, что хранится в моем сердце. Плачь, Варвара, плачь! А я буду наслаждаться.

Но в этот момент за спиной Асана вдруг появился Ошер –Король Женского Счастья. Он положил руку на плечо Асана и спокойно, но властно произнес:

–Отпусти ее! Она ни в чем не виновата!

–Я так не думаю! –Асан склонился еще ниже, проведя ледяным языком по моей шее.

Неожиданно для себя я тихонечко завизжала от страха. Это как-то само собой получилось. Ошер взял Асана за руку и медленно, но верно разжал его пальцы. Я с облегчением выскользнула из ледяных рук Короля Несчастья и быстренько спряталась за спиной Ошера.

–Ладно, –усмехнулся Асан. –Но ты, Варвара, возместишь мне ущерб. Отработаешь. По-разному! –он мерзко усмехнулся и быстро облизал губы длинным острым языком.

Меня невольно передернуло. По спине протопала целая армия мурашек. А в животе кто-то прошагал большими ногами. Ошер повернулся ко мне, несколько минут молча рассматривал меня, тепло улыбаясь.

–Кланяйся, недофритюренная отбивная! И благодари! –бесновалась внутри мозга Игата.

–Спасибо, ваше кулинарное величество! –я попыталась изобразить легкий и непринужденный реверанс.

Но ноги еще дрожали после перенесённого ужаса. Я завалилась на бок и сбила высокий табурет, приставленный к разделочному столу. На табурете пристроилась на задних лапках какая-то странная зверушка, похожая на светло-коричневого крота. Только в длинном платье с ужасными оборками, которые начинались от груди и веером спускались вниз, скрывая кривоватые лапки с семью розовыми пальчиками.

Зверюшка хлопнулась об пол, где уже лежала я, на боку, в позе наложницы гарема, завизжала и прыгнула мне на грудь. Вцепившись ручками мне в волосы, она дернула их, да так больно, что я, в свою очередь, заверещала. Кухня грохнула от смеха. Пильпель, напополам сгибаясь от хохота подхватил зверушку одной рукой, пристроил на ладони и простонал:

–Девочки, не ссорьтесь!

–Я тебя испепелю! –пропищала кротовидная гнида, потрясая мелкими кулачками.

–Прошу вас, ваше острейшество, не волнуйтесь! –трясясь от смеха, прорыдал Пильпель.

–Тогда я испепелю весь Ковер Миров! –не унимался крот в юбке.

– Ну зачем вам эти сложности? Тратить силы и магические ресурсы из-за ерунды! –Пильпель отнес ее на другой стол и что-то зашептал на ухо.

Неужели она разумная, эта мохнатая идиотка?

–Горе мне, горе! И угораздило же меня попасть в такую тупицу! Башмак и тот умнее тебя! Даже "Укус библиотекаря" не всегда помогает таким глупым, как ты! Это же Тавлина – королева фей специй! Тавлины добывают приправы для всего Ковра Миров. Если они на нас разозлятся, то можно всю Кухню сразу закрывать. Потому что готовить без приправ невозможно. А характер у тавлин от рождения склочный и мстительный. С ними никто не связывается. Даже Короли-Повара стараются быть вежливыми.

–Значит, извинюсь перед ней, – я встала с пола и потерла ушибленный бок.

Это еще хорошо, что он у меня мясистый. А была бы худышкой, точно бы сейчас все кости переломала бы.

–Даже не думай! –заверещала Игата. –Просто обходи ее по широкой кривой. И даже не здоровайся при встрече. Она скоро сама всё забудет. Просто проведи хотя бы пять минут спокойно!

Умная какая! Я и сама об этом мечтаю. Ровно двадцать три года. С тех самых пор, как появилась на свет.

Глава 4. Особый десерт для тролля

Асан не спускал с меня ледяного взгляда. Мурашки уже устали бегать по моей шее и спустились ниже. Туда, где спина теряет свое благородное название. Это кошмар! Он мне жизни не даст. Вот нарвалась, а?

–Тот редкий случай, когда с я с тобой полностью согласна! –прошептала оккупантка в моей голове.

–Ваши кулинарные величества, нужно бы торжественно открыть горшок и начать работать, если вы соизволите, – елейно прогудел Пильпель и склонился в низком поклоне, отчего его морда покраснела еще больше.

В голове заворочались полученные ночью знания. Никто не знал, откуда взялся горшок. По слухам его как-то обронили давно исчезнувшие из Ковра Миров расы. Не то гигантские гномы, не то крошечные эльфы –чтоб им всем лопнуть! Горшок был таким огромным, что в нем без труда смогли бы уместиться несколько человек. В вечно кипящем вареве скрывались порталы, ведущие во все уголки Ковра Миров. Поэтому горшок кипел, шкворчал и бурчал круглый год двадцать четыре часа в сутки. Лишь раз в году перед экзаменом бурление прекращалось и Король-Повар торжественно вывозил горшок во двор кухни.

Асан и Ошер подошли к горшку, скрестили над ним руки и принялись шепотом читать заклинание. Все, кто был на Кухне, одновременно рухнули на колени, благовейно закатив глаза.

–Йидалек! –крикнули Короли-Повара хором, и из горшка вырвалась густая струя пара.

Внутри забулькало густое варево, и прямо из кипящей жидкости в Кухню шагнули два фатума. Оба держали в руках берестяные свитки с написанными на них заказами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.