Андрей Ильин
Раса инженеров. Часть первая: Техно-вирус

Предисловие.

Тишина. Мрак. Вечное забвение.

Бесконечность космоса так глубока, так холодна и так страшна. Планеты, звёзды, галактики и чёрные дыры, различные частицы и материи. Что это всё? Кто это создал? И создал ли вообще? Или оно само собой получилось? Непонятно…

Но вот на одной небольшой планете появился он – Лука. Почему появился? Непонятно. Зачем появился? Неизвестно. Звёзды так сложились, видимо, и всё тут.

Лука не видит этот мир и совершенно ничего не понимает. Пока всё что может делать – это цепляться за жизнь на «пустой» планете. Жить любой ценой! Хватаясь за своё существование жгутиками, усиками, ластами, лапами, зубами, когтями, руками в конце концов…

Что отличало луку от своих сородичей – так это стремление жить, и создавать себе подобную копию, хотя, не без ошибки. Но это даже к лучшему, ибо данное обстоятельство вело к разнообразию потомков Луки. И он выживал. Размножился на этой пустой и безжизненной планете, создавая бесчисленные образы.

Так прошли миллионы и миллиарды лет. Теперь Лука всё видит, чувствует. Что-то даже понимает, осознаёт. И словно «Маленький принц» видит себя одного на бездушном мрачном шаре. Видит и другие планеты. Но в отличие от героя романа не наблюдает на оных никаких признаков жизни. Абсолютно никаких! А до более далёких ему попросту не добраться. Возможно, никогда…

Часть первая. Техно-вирус.

Глава 1. Тайное совещание.

Страшное, ужасное время было тогда на планете. Войны, нищета, разруха, голод, смерть. Впрочем, как и в любое другое время на земле, даже несмотря на явный интеллектуальный прогресс некоторых потомков Луки. Жизнь, она просто так устроена. Каждая особь стремиться к максимальной выгоде для себя, и своего потомства.

Человеческое мышление не оказалось панацеей. Люди, как более остервенелые животные, уничтожали, унижали и использовали себе подобных с присущей им лёгкостью и азартом. Высокий интеллект позволял это делать уже более массово и изощрённо. Не остались в стороне животные и планета, которые были «выпотрошены» ради разного рода ресурсов. А с другой стороны, человеческий ресурс – главный ресурс. За него и идёт основная война современного человека с человеком.

Идёт война. Ну, как война? Скорее небольшой военный конфликт, как это называют в нынешнее время. Одно государство более мощное, более продвинутое и технически развитое. Другое – недоразвитые «туземцы». И в принципе, не должно быть никакой войны. Одни просто захватывают других, и всё. Но, почему-то не так.

Но дело в том, что таких технически развитых стран и сил на планете несколько. И выясняют они свои отношения по-разному: в прямых боевых столкновениях, и при помощи отсталых стран, исподтишка спонсируя «туземцев» деньгами и оружием, обучая пользованию последним. В ход идёт всё, чтобы насолить своему глобальному врагу.

А в последнее время прямых столкновений между империями уже нет. Слишком дорого будет стоить такая война для человечества, и планеты в целом. Изобретённое ядерное оружие сотрёт всё с «лица» земли, оставив после себя выжженную голую пустыню и ядерный «колпак» над головой.

Нет, жизнь это конечно не уничтожит полностью. Возможно, даже людей как вид. Но совершенно точно понятно, что эволюции будет нанесён серьёзный урон, и человек, если он выживет, окажется в условиях средневековья. А возможно, и того дальше – обратно в пещеру…

Вот и забавляются сильные мира сего, используя слабые недоразвитые авторитарные страны, дабы доказать свою силу сопернику. Играют мускулами друг перед другом на чужом «полигоне». Смерть, нищета, разруха, бедность, боль, страх. Всё вобрали в себя эти несчастные страны. А возможно, они ввиду особенности своего развития, менталитета и прочего, попросту не умеют жить по-другому?

Отставшие в развитии однажды теперь пожинают плоды своей отсталости. И даже не знаешь, что лучше: плясать у костра, есть соплеменников, возможно, самому стать их обедом. Вдогонку – тиф, холера, дизентерия. Или же рабство, с возможностью для потомков стать частью передового социума. Кто знает? Но, пока так…

США. Пентагон. В одном из кабинетов этого грозного пятиугольного здания проходит весьма серьёзное совещание. Присутствует сам лично президент Америки и, разумеется, всё высшее командование, а также несколько человек из научной военной сферы. Всего человек пятнадцать.

Два больших стола стоят неподалёку друг от друга. Располагаются не в линию, как это делают в учебных заведениях, а немного повёрнутыми в центр комнаты, чтобы сидящие за ними могли хорошо видеть всех присутствующих и друг друга. Собственно, за этими одинаковыми столами восседают президент и его правая рука вооружённых сил – министр обороны.

Напротив них расставлены стулья, куда усадили свои зады все остальные. Совещание уже идёт несколько минут.

– Так, – слово взял президент, – к испытаниям мы готовы. Хорошо. Но у нас имеется нерешённый вопрос с заложниками! В таком случае мы будем вынуждены сдвигать дату испытаний, либо проводить их вообще в другом месте. А настолько закрытую локацию как эта найти не так-то просто. Пока будем искать подобную, сроки сдвинуться ещё больше. Надо решать вопрос с заложниками! Ник, что у нас с заложниками?

Вопрос был адресован министру обороны, сидящему за соседним столом. Тот, шевеля своими огромными усищами, и тряся не менее впечатляющими погонами, переадресовал вопрос одному из генералов, сидящему в первом ряду: «сколько нужно времени, чтобы провести операцию по освобождению пленных в секторе четырнадцать?»

– У нас всё готово, сэр! Отряд уже сформирован и проинструктирован! Ждёт приказ на выполнение боевой задачи!

Генерал был весьма грозного и воинствующего вида. Весь в заросших шрамах и сверкающих орденах. Говорил кратко, быстро и громко. Такой классический солдафон в погонах.

– Мы сейчас ведём переговоры. – перехватил внимание другой генерал, сидящий во втором ряду. – Именно сейчас они сдвинулись с мёртвой точки. Дайте нам ещё неделю. Всё должно получиться.

– Не думаю, что у вас получиться с ними договориться. Дикий народ. Я склоняюсь к военной операции по освобождению пленных. Судя по всему, переговоры ни к чему не приведут. Придётся действовать грубой силой! – произнёс глава страны, и обратился к боевому генералу из первого ряда. – Доложите информацию по пленным на данный момент.

– Трое наших солдат, и около двадцати гражданских мирных жителей, сэр.

– Каковы шансы на успех? Нужно вернуть всех до последнего! В целости и сохранности!

– Сделаем, господин президент. Разрешите выполнять приказ?! Отряд тотчас же будет отправлен на задание! – как обычно, звонко, прокричал боевой генерал с первого ряда.

– Подождите, не торопитесь. Надо всё как следует обдумать. А что нам скажут господа учёные? Может следует эту задачу поручить нашему проекту? Вы такой вариант не рассматривали?

Слово взял человек в гражданской одежде, сидящий в первом ряду.

– Нет, но в принципе, готовых кодов для исполнения в памяти имеется много, даже новый писать не потребуется. Дайте только фотографии бойцов и мирных, если имеются. А если и не имеется, искусственный интеллект распознает: кто бандит, а кто заложник. На тестах он это делал эффективно. Главное загрузить в него фото наших солдат. И моё детище «разнесёт» их в пух и прах. Попробовать можно. Мой вердикт такой.

Боевой генерал покраснел от злобы и развернулся в сторону учёного, чтобы высказать прямо в лицо своё негодование.

– Что значит попробовать!? Там вообще-то наши парни! Это вы потом будете матерям весть о гибели сыновей приносить?! Нет не будете…

– Так, так. Остановитесь! – угомонил президент пыл своего подчинённого. – А Вы насколько эффективнее сможете освободить заложников? Там джунгли всё-таки. Сведений не так много, как хотелось бы. Да и русские постоянно диверсии устраивают: и деньгами, и оружием помогают, и военных экспертов подключают для обучения боевиков. А Вы уверены, что там засады не будет, или «сюрприза» какого? Ведь тогда могут поубивать не только пленников, но и тех, кто их пошёл спасать! А это уже совсем другие цифры! И плачущих матерей больше будет.

– Мои ребята – отборные спецы! Лучшие из лучших! Осечка исключена, сэр!

– Ладно. Я понял. А какова вероятность неблагоприятного исхода у роботов? Дадим мы фотографии, которые, вполне возможно, сделаны достаточно давно. Да и к тому же человек несколько месяцев в плену: похудение, изнеможение, растительность на лице могла отрасти. Совсем другой человек.

Мужчина в гражданском обернулся назад, и искоса посмотрел на женщину в белом халате, как бы намекая той, что пора и ей вступить в разговор. Та покорно подчинилась.

– В ходе испытаний искусственный интеллект показал немыслимое, даже для человека распознавание лиц. Даже мать хуже распознает своего ребёнка, чем это делает наш проект. Ошибка недопустима.

– Хорошо. Самозащита, я так понимаю, тоже готова полностью? Русские ни в коем случае не должны завладеть образцом! И в любой момент мы должны иметь возможность отключить проект, или включить самоликвидацию, если вдруг что-то пойдёт не так!

Президент пристально смотрел на человека в гражданском с первого ряда. Взгляд был суровый и пронзительный.

– В ходе многочисленных испытаний никаких сбоев не выявлено. А что касается русских, то тут могу сказать следующее: протокол 56 был многократно протестирован и показал свою крайнюю эффективность! Последние испытания были предельно агрессивны, хотя и предыдущие считались избыточными. Русские максимум что получат: это кучку железа…

– Так, ладно. А что думает министр обороны?

– Я приму любое Ваше решение, товарищ верховный главнокомандующий. Возьму под свой личный контроль ход операции и буду регулярно докладывать о её исполнении. – послышалось с соседнего стола.

– Что-ж. Решение принимать мне всецело, хотите сказать. С другой стороны – знал, на что подписывался, когда избирался. Такс…

Президент внимательно осмотрел всех присутствующих. Старался смотреть в глаза, как бы пытаясь увидеть в них правильное решение. Но правильного решения не было, и не могло быть никак. Решение только одно – это его собственное.

Но, тем не менее, взгляд задерживался на двух противоборствующих участниках собрания.

Бравый генерал решительно смотрел верховному главнокомандующему прямо в глаза. Он, как верный пёс, ждал приказа: «фас!» Больше ему не надо было ничего.

Его же оппонент в гражданском ловил взгляд президента не менее бойко. Он тоже хотел испытать своих бойцов в деле. Взгляд его был не менее решительным, но более холодным и расчётливым.

Президент внимательно смотрел в глаза одному и другому. Увидев абсолютную уверенность обоих, снова окинул взглядом всех присутствующих. Затем пристально посмотрел на министра за соседним столом. Не найдя и в его глазах ответа, произнёс: «я принял решение. Освобождать заложников будет проект. Но, в режиме полной готовности, тем не менее, будет находиться ваш отряд, генерал! Вам всё понятно?! Полная боевая готовность на момент проведения операции!»

– Так точно, Сэр! Есть – полная боевая готовность, Сэр! – так же бойко произнёс генерал, хотя глаза его были наполнены смятением и грустью.

– Проект будет брать в плен врагов, или он рассчитан на полное тотальное уничтожение? – спросил президент у учёного мужа.

– Как настроим. Возможна подстройка на любой сценарий. Я бы предложил так: если пойдёт по наилучшему сценарию – то почему бы и нет, а если жизни пленников будет угрожать опасность – огонь на поражение.

– Хорошо. Так и производите настройку. Ну, что ж. Раз мы всё обсудили, и всем всё ясно – принимаемся за дело. Завтра поутру начинаем операцию. Или у кого-нибудь есть вопросы? Дополнения? Может быть предложения?

Никто из присутствующих не изъявил желания высказаться по данным вопросам.

Глава 2. Операция «живой металл».

Утро следующего дня. Планета совершила очередной поворот вокруг своей оси, поворачиваясь к солнцу тем бочком, где, собственно, и наступило утро. Лучи света молниеносно бросились согревать «бренное тельце» планеты.

Проснулись джунгли. Все ночные твари убрались в свои норы и пещеры. Все же дневные жители пробудились от ночной спячки.

Засуетились и люди на поселении внутри этих самых джунглей. На территории укреплённого со всех сторон мешками с песком, автоматчиками и рвами объекта. Да и в целом вооружённых людей там было много, как и разного рода военной техники.

Поселение это не находилось на пустыре или поляне, не имело хоть сколько-то высоких зданий. Скорее наоборот: землянки среди деревьев, боевые машины застланы дёрном. С высоты этот объект никак не обнаруживался.

Люди в этом поселении были явно неевропейской наружности. Может это были негры, возможно они были узкоглазые и желтолицые. Но внешность не имела никакого значения, так как раса – это что внутри, а не снаружи. В общем некоторые представители местного населения, которое с оружием в руках принялись защищать свою землю от пришлых захватчиков, как им казалось, попутно насилуя, убивая и грабя своих сородичей. Буду называть их «повстанцы».

Одни повстанцы разгружали очередной грузовик с оружием, пришедший от русских. Другие несли службу на блок постах, охраняли пленников. Основная группа делала зарядку и готовилась к обучению военному мастерству от российских спецов. Повар готовил харчи, оружейник чистил и чинил оружие, руководство заседало в командной землянке – обычное среднестатистическое утро боевого подразделения. Ничего, так сказать, не предвещало беды.

На территории лагеря были выкопаны ямы, в которых находились изнеможённые американские солдаты, запертые металлической решёткой с замком. И ещё несколько ям с местной публикой, за которых тоже хотели выкуп, но на много меньше. Неподалёку от мест заточения находились два вооружённых бойца, уютно расположившиеся в теньке на пучке соломы.

Мирную, беспечную, «медитативную» обстановку нарушил летящий в их сторону самолёт. Это был грузовой беспилотник. Первым его увидел караульный, сидящий на высоком дереве, и подал сигнал остальным.

Повстанцы засуетились. Бросили свои учения и другие дела, принялись занимать боевые позиции и «паковаться» в военную технику. Замерли. Из штабной землянки выбежали главари.

Самолёт приближался, беря курс чуть правее лагеря. И когда почти поравнялся с ним, сбросил груз: деревянную коробку с нарисованным на ней «весёлым Роджером» (человеческий череп и скрещенные кости под ним).

Коробка была достаточно крупная, кубов на восемь (8 м³). Не было над ней никакого парашюта, поэтому она камнем устремилась вниз.

Главный повстанец скомандовал бойцам открыть огонь по грузу и беспилотному самолёту.

Шквал пуль, снарядов и гранат были выпущены в том направлении. Лётный агрегат был подбит и с рёвом отправился «целовать» землю. Груз тоже получил достаточно серьёзные повреждения. Пули решетили его словно швейцарский сыр, часть коробки разорвало, и оттуда вывалились какие-то металлические куски.

Но очень быстро коробка опустилась так близко к земле, что стреляющие перестали её видеть из-за высоких деревьев. Но стрельбу не прекращали до последнего, примерно понимая, где она должна находиться, исходя из постоянной скорости падения. Бойцы своими выстрелами косили крупные деревья и кустарники, словно траву газонокосилка.

Вожак скомандовал прекратить огонь, когда короб практически был у самой земли. Велел укрепить периметр, а в направлении падения – многократно.

Параллельно с этим часть бойцов выдвинулась к месту падения, а ещё одной группе было велено разворачивать какую-то установку на основе автомобиля «КамАЗ».

Из грузовика высунулись металлические лапы, и опёршись на грунт в четырёх местах, подняли его колёса над землёй, увеличивая площадь опоры, соответственно, и устойчивость. Затем, лежавшая горизонтально на раме установка, пришла в движение, медленно принимая вертикальную ориентацию. После чего на вершине открылся люк, и оттуда, также плавно, высунулся длинный стержень с хитрой каркасной конструкцией, которая впоследствии раскрылась как зонтик на самом верху.

Между лучами этого зонтика начали проскакивать электрические разряды с характерным потрескиванием. Разрядов становилось всё больше и больше, пока излучатель не засиял полностью однотонно. Громкость разрядов вблизи уже была невыносима, отчего бойцы, находящиеся поблизости, надели специальные подавляющие шум наушники.

А собственно, было таковых солдат не мало. Пара человек сидели внутри этой установки. Водитель на своём штатном месте за рулём, готовый в любой момент вернуть колёса на грунт, да вдавить педаль газа в пол, унося установку подальше от «шаловливых» вражеских ручонок. Второй сидел непосредственно внутри поднявшейся конструкции и внимательно наблюдал в два монитора. Попутно возил мышку по столу, нажимал кнопки на клавиатуре. Делал это не быстро и нелепо, как это показывают в идиотских фильмах для слабоумных, а действовал с абсолютным пониманием того, что жмёт и для чего.

Глазами выискивал цели на одном мониторе, где была карта со спутника в реальном времени. Не забывал и про второй, который управлял излучателем. Там находились различные таблицы, показатели и виртуальные кнопки.

Остальные же, прикреплённые к этой установке бойцы, оперативно кинулись расставлять вокруг КамАЗа антенны, которые были сложены неподалёку. Это были метра по три металлические пруты, заполненные какой-то жидкостью. Заострённые и зауженные снизу, чтобы было проще втыкать в землю. Диаметр кверху уменьшался сегментными частями, как у складной удочки.

Ближе к макушке находилось кольцо, обвязанное верёвками, к противоположным концам которых крепились колышки. Они также втыкались в землю по периметру антенны с небольшим натягом, придавая вертикальной устойчивости металлическому продолговатому телу.

Расставив антенны вокруг установки, бойцы, вооружившись автоматами, залегли неподалёку от неё.

Тем временем отряд из человек тридцати, пара БТРов и один танк приближались к месту падения груза. Шли осторожно и сосредоточенно.

Коробка упала километрах в двух от лагеря, но дойти до места падения нашим бойцам не суждено. Где-то в середине пути на них напали странные металлические создания. Они атаковали с земли, с крон деревьев, накидывались из кустов.

Выглядели все по-разному, и размеры были у них различные. Одни роботы размером с кошку, другие покрупнее – с гориллу или льва. А один был размером с носорога. Видимо «танк» или главарь, а возможно одно и тоже. Двигались резко и быстро. Снаружи были покрыты металлическими пластинами, под которыми виднелись места сочленения подвижных частей.

Движения их были отчасти скопированы с животных, внешность которых брали при создании. Но с некоторым апгрейдом, так как конечности и туловища имели несколько большую подвижность, чем исходный вид. Сила этих роботов была несопоставимо больше по сравнению человеческой, даже у маленьких.

«Железяки» хладнокровно и быстро кинулись на людей. Пробивали и прорезали плоть острыми пиками, лезвиями и пилами на своих конечностях, выпуская кровь наружу. Те, что покрупнее, даже дробили и ломали человеческие кости.

В ответ направились пулемётные и автоматные очереди которые, надо сказать, тоже наносили серьёзный урон роботам. Особенно если попадали в места соединения конечностей.

Танк здесь был бесполезен. Из его достаточно большого дула было смысла открывать огонь столько же, как из пушки по комарам. Да и давить корпусом атакующих не очень-то получалось. Уж очень прыткие они. Разве что пулемётчик на его башне присоединился к шквальному огню, как и боец БТРа.

Бой длился недолго. Минуты три. Молниеносно машины отправили всю пехоту на тот свет, и принялись за экипажи боевых машин.

Самый крупный запрыгнул на танк и одним ударом «лапы» убил пулемётчика. Оторванная голова с хрустом отлетела в сторону. Сам пулемёт задет не был. Экипаж среагировал молниеносно, закрыв люк боевой машины прежде, чем эта неведомая тварь туда сунулась. Обезглавленное тело боевого товарища вселяло неистовый ужас в души экипажа.

Не успев в люк до его закрытия, робот не оставил попыток проникновения внутрь. Одна из конечностей монстра раскрылась как цветок, обнажив сверло, которое принялось «грызть» корпус машины, погружаясь туда как в масло.

Танк пришёл в движение. Командир боевой машины приказал водителю стряхнуть тварь. И тот, надо сказать, старался как мог: быстро ускорялся, резко тормозил; судорожно дёргал рычагами поворота. Параллельно с этим наводчик-оператор (человек в экипаже, управляющий башней, дулом и иным тяжёлым вооружением) пытался всячески вертеть башней, помогая товарищу избавится от непрошенного гостя.

Но все их усилия были тщетны. Металлический оккупант плотно вцепился в кузов боевой машины конечностями. А завидев поворачивающийся в его сторону ствол, перепрыгнул на башню, и там принялся сверлить новое отверстие.

Танк продолжал мчаться по джунглям, валя деревья на своём пути, пока в один момент не остановился. Но остановку сделал не экипаж. Всеми рычагами и педалями уже управляла неведомая тварь. Просверлив отверстие, оно с лёгкостью трансформировало своё тело, чтобы туда пролезть вслед за сверлом, складывая металлические щитки как мозаику. Пробравшись внутрь, разумеется молниеносно убило весь экипаж. Они даже толком понять не сумели произошедшего.

Затем робот быстро откинул трупы в сторону, и всевозможными отростками из тела полностью завладел контролем над боевой машиной. В том числе и пулемётом снаружи, оставив часть себя вне боевой машины. Также под контроль ушёл механизм зарядки и наведения пушки.

За секунды робот вник в тонкости советского танкостроения, и как только все конечности оказались на своём месте, с силой надавил педаль газа, развивая максимальную мощность двигателя. Направление брал на лагерь.

Остальные «зверушки» тоже времени даром не теряли. И вот уже все боевые машины движутся в обратном направлении с максимально возможной скоростью. Рядом бежит «пехота». Роботы подобрали оружие бойцов, закрепив у себя на теле. Не привлекая к этому основные конечности, галопом бежали в бой вслед за бронетранспортёрами и танком.

Но были и те, которые не двинулись с остальными на врага. Они, словно медсёстры, проявили заботу к падшим боевым собратьям. Ползая по земле, собирали их узлы и оторванные детали, а также остатки металла неприятеля. Начали чинить своих сородичей до полной боевой готовности. Через несколько минут восстановленные становились на ноги и торопились в бой за убежавшими.

Завидев на мониторе ярко выраженное движение в строну лагеря, благодаря следу из поваленных деревьев и машинам, что их оставляли, боец, управляющий установкой навёл курсор мыши на точку, где танк должен будет находиться через несколько секунд. Движение было прямолинейно и имело постоянную скорость, поэтому такой просчёт был не сложным. Любой игрок в компьютерные игры с военной тематикой мог с лёгкостью это сделать.

Когда цель вошла в нужную позицию, нажал кнопку мыши. Зонт на большой антенне резко разрядился. Из него вышел яркий луч, сопровождаемый небольшой тонкой молнией. Характерный звук грома тоже был. После чего установка ушла на перезарядку, вновь наращивая заряды на зонтике до полного монотонного сияния.

Луч направился сначала вертикально вверх, затем, метрах в тридцати от земли резко повернул ровно на девяносто градусов, будто отражённый от зеркала и разделился с молнией. Повернул, понятное дело, в том направлении, куда указывал курсор мыши. Достигнув этой координатной точки, со снайперской точностью, также, сделав поворот на девяносто в сторону земли, обрушился прямо на танк. Разряд молнии прошёл по дуге над этим лучом и ударил в ту же самую точку. Танк остановился и больше никакой активности не предпринимал. Заглох даже мотор.

Бегущий неподалёку робот, размером и формой похожий на собаку, быстро остановился и проследовал к нему. Он видел момент попадания и подбежал оценить ущерб. Танк стоял абсолютно целый, а вот почему остановился – это и следовало выяснить.

Из туловища «собаки» показалась антенна, видимо, для связи между этими созданиями, и была направленна в сторону танка. Не получив сигнала в ответ, робот с лёгкостью пролез в просверленное ранее отверстие. Пробыл там не долго. Выбравшись из боевой машины, снова высунул антенну из тела. Но на этот раз она тянулась как можно выше, и распушилась во все стороны.

В ту же секунду отряд атакующих боевых машин сменил тактику. Два БТРа теперь ехали змейкой, резко ускоряясь, и так же стремительно сбрасывая скорость. Остальные двигались аналогично. Теперь их скорость упала, но тем не менее, к своей цели они шли весьма уверенно и целенаправленно.

Чуть позади ползли по земле роботы, конструктивно похожие на змей. Разумеется, и передвигались они медленнее, чем остальные. Получив сигнал, высунули из передней части нечто похожее на бур или шнек, и принялись зарываться в землю. Дальнейшее движение осуществляли уже там. Разумеется, их скорость упала до минимума, но надёжность теперь была в приоритете.

Последующие попытки оператора установки попасть в цель такого успеха уже не возымели. Максимум что удалось – это попасть рядом с бронетранспортёром. Луч попал прямиком в бегущего рядом небольшого робота, и полностью его уничтожил. Секунд на двадцать вывел «водителя» боевой машины из строя, заставив перезагружать систему. Оклемавшись, БТР продолжил своё движение к цели. Времени перезарядки, для того чтобы добить стоящую цель, не хватило.

Вот уже роботы подобрались к лагерю. Люди открыли огонь из всех орудий по ним. Те принялись стрелять в ответ из захваченного арсенала.

Металлическое крошево летело во все стороны, как и кровь человеческая. Но выстрелы роботов были на несколько порядков точнее, так как мощный компьютер внутри лучше целился и просчитывал траекторию. Да и в целом им был не ведом страх, а как следствие: дрожание, паника и прочие производные этого чувства. Собственно говоря, не знали они усталости и боли.

Подобравшись вплотную, атакующие перешли в рукопашную, не оставив ни единого шанса кожаным оппонентам, как и отряду до этого.

Люди в панике оставили свои позиции и побежали прочь. Но злобные монстры бросались им вдогонку. Тех, кто оставался с оружием убивали нещадно и молниеносно. А бойцов, что избавлялись от него и демонстрировали свою беспомощность и покорность, оставляли в живых. Сгоняли в толпу, охраняемую по периметру.