Виктория Цветаева
Измена. Точка невозврата

Часть 1. Грёзы любви.

– Вика, ты почему такая копуша, опять опоздаем! – подгоняла я младшую сестру, которая прежде чем куда-то собраться десять нарядов перемеряет, пять вариантов причёски и минимум три варианта макияжа. Это сущий кошмар!

– Это тебе без разницы как ты выглядишь, а мне нет, – продолжала она без конца то распускать свои волосы, то вновь собирать их в хвост.

– Мне не все равно, как я выгляжу, просто предпочитаю быть собой, а не делать из себя роковую красотку, коей я не являюсь.

– Настя, да в этом и вся прелесть. Я хочу быть с тобой на равных и выглядеть взрослее! Всегда все парни только на тебя засматриваются, пусть увидят, что я теперь тоже взрослая и ничем не хуже тебя, а даже лучше! – топнула она ногой от досады.

Меня достали эти её вечные капризы, психи, и глупости которые из нее так и лились нескончаемым потоком. Я быстро вышла из комнаты, не в силах больше выносить ни её, ни этот разговор, и кинула ей напоследок:

– Как хочешь, а я пошла и ждать тебя больше не намерена! В коем-то веке решили вместе на теплоходе покататься. Смотри, так и проведёшь всю свою жизнь у зеркала.

Больше, не дожидаясь её, я развернулась и вышла из дома. Жили мы недалеко от пристани, где стоял дебаркадер с речным вокзалом, в котором было кафе, билетная касса и зал ожидания, идти было минут двадцать, не больше. У меня было хорошее настроение, я решила, что этот вечер она мне не испортит. Вика моя младшая сестра и вечный любимый, но надоедливый хвостик с самого детства. Родители на мой взгляд её баловали, а я, как старшая, всегда была обязана опекать её. Так и пошло изначально, что все заботы упали на мои плечи.

– Настя! – услышала я её крик, когда уже дошла до конца улицы. – Подожди!

Я остановилась и наблюдала, как эта фифа на высоких каблуках вышла из дома и, медленно вышагивая, даже не прибавляя скорость, явно испытывая моё терпение, двигалась ко мне на своих «копытах», виляя бёдрами.

– А побыстрее можно? – сложила я недовольно руки на груди, ожидая эту неспешную леди.

Вот зачем такой прикид на обычную прогулку по реке, перед кем рисуется непонятно. Пока она шла, я опустила взгляд на себя, оценивая вещи, которые надела сама: обычные летние белые шорты, такая же футболка с незатейливым рисунком, чёрным сердечком посередине и голубые сандалии на сплошной подошве. Обожала такую простую и удобную одежду, а эти каблуки и шпильки-убийцы просто на дух не переносила.

– Я не могу быстрее, я же на каблуках, Настя, ты что плохо видеть стала за последние пару минут! – ещё и возмущалась она.

Я уже привыкла к её выходкам, но с каждым годом сестра бесила меня всё больше и больше, а главное всё больше и больше наглела. Взросление делало эту несносную девчонку невыносимой. Какие же мы были с ней разные, просто небо и земля. Я во всём придерживалась минимализма, как в косметике и одежде, так и в быту, Вике же всегда было нужно всё самое дорогое, брендовое и лучше, чем у её подруг и у меня в том числе.

– Зато посмотри на меня и на себя, – гордо вздёрнула она подбородок, – именно так и должна выглядеть настоящая девушка: платье, макияж и туфли на высоком каблуке. Запомни, именно каблук делает женщину сексуальной. И кого я учу интересно, старше меня, а в моде и мужчинах ничего не понимаешь!

– Меня, Вик, не волнует такая ерунда, есть в жизни вещи поважнее моды и внешнего вида в том числе. Я выгляжу нормально, главное мне комфортно, а ты, если расшибёшь себе голову, пеняй на себя. И вообще не рановато о парнях тебе думать?

– В самый раз, моя правильная и занудная сестрица! – некрасиво кривлялась она. – Вот увидишь я первая замуж выйду, а ты так и сиди в старых девах. Двадцать два года, а не встречалась ещё ни с кем нормально, стыд и позор!

– Я не встречалась, как ты выражаешься ни с кем потому, что мне никто не нравится, ясно, а желающих было хоть отбавляй! Я сама не хочу, тебе понятно, малявка, мне не нужен кто попало, а особенный, только мой человек, на меньшее размениваться я не хочу!

– Фи! Первый сексуальный опыт нужно получить как можно раньше, а любимому потом уже опытной достаться.

– И где ты, Вика, этого набралась? Что за пошлятина? Выброси эти глупости из головы! – сказала я, как отрезала, и, схватив её за руку, потащила на полной скорости на причал, не в силах больше выслушивать этот бред.

Ну молодежь и что у них в голове? В одном Вика была права, я была ещё девственница в свои двадцать два года, но не считала это позором. Пару раз целовалась с парнями, но мне не понравилось. Я часто думала об этом и пришла к выводу, что я или фригидная, или это не мой человек, или мне надо сильно влюбиться, чтобы что-то почувствовать, но я не ощущала даже капли возбуждения или желания. Первый был мой одноклассник Саша, с которым мы сидели за одной партой и жили на одной улице, мой сосед и хороший друг. Внаглую он ко мне не лез, однажды после одиннадцатого класса спросил, когда мы на берегу реки собрались после окончания школы, чтобы отметить это знаменательное событие:

– Настя, можно я тебя поцелую? – стесняясь этого разговора немного сконфуженно, переминаясь с ноги на ногу, начал он этот непростой для него разговор. – Ты не подумай ничего плохого, это просто в целях эксперимента.

– Хорошо, – согласилась я, немного подумав.

Мне самой было любопытно это сделать, тем более знали мы друг друга с детства и лучшей кандидатуры на эту роль не найти. У Саши опыта тоже было маловато, и я не знала правильно ли мы это делаем или же это не поцелуй, а его подобие. Не скажу, что мне было противно, наоборот приятно, но на этом всё, собственно как и ему тоже. Сразу после поцелуя мы решили закончить наше тесное общение и остаться друзьями, коими мы и были по жизни.

Второй опыт был ещё менее удачным и произошёл в период, когда я училась в университете, получая экономическое образование. Парень был, наоборот, в противовес Саше, слишком наглый и напористый и это мягко сказано. После первого поцелуя, сразу потащил меня в кровать, если учесть, что познакомились мы минут пятнадцать назад. В тот вечер я еле отбилась от него и даже немного испугалась. Что от меня ему было нужно, я поняла сразу, но дарить себя непонятно кому не собиралась. Я не то что берегла себя для одного единственного, просто не одобряю беспечные половые связи. Если и спать с кем-то, то хотя бы испытывать к парню что-то похожее на симпатию, а этот без разбору кидался на всех, кто в юбках. Это омерзительно!

Я скосила глаза на свою сестру и ужаснулась макияжу на ее лице, даже тени на глаза умудрилась нанести и это в такую жару! Идёт с таким видом, как будто королева красоты. Страх за неё не отпускал, только поступила в университет, учиться надо, а у неё одни парни в голове. Я боялась, что она наделает глупостей и в таком раннем возрасте залетит и станет слишком молодой мамой. Старалась ограждать её от всего, но не всегда могу быть рядом. Глупышка, какая же она всё-таки ещё глупышка…

На пристани на мою радость людей было немного, круизные теплоходы с многочисленной армией туристов уже прошли шлюзование. До завтрашнего утра будет почти полная тишина, поэтому возле касс собрались лишь те, кто пожелал совершить небольшой прогулочный вояж по Волге. Мы успели вовремя, половина стояли в очереди покупать билет, другие уже ждали теплоход, кто на набережной, а кто в открытой части зала ожиданий на втором этаже речного вокзала.

– Как красиво! – залюбовалась я открывающимися нашему взору видами.

Я любила Волгу с самого детства: её речную гладь, теплоходы, катера, «Метеоры» и «Кометы», баржи самоходные, и в паре с буксирами маленькие ялики и важные яхты. Любила их суету и стремительность, буйки на воде, чаек, стрижей и конечно же гудки – это самая прекрасная музыка для моих ушей. Я родилась здесь и выросла, Волга для меня – это часть самой меня, судовым механиком работал мой отец и его брат, дедушка был матросом, на реке работало большинство моих друзей и соседей. В Волге мы купались, удили вместе с мальчишками рыбу, бросали кругляши, а позже за небольшую плату водили небольшие экскурсии для приезжающих каждое лето туристов по набережной, обеим площадям, монастырю, остатками кремля и конечно ГЭС и шлюзам…

– Да, действительно… – услышала я томный вздох сестры и посмотрела на неё, проследив за её взглядом. И была права, восхищалась она явно не природой, а компанией из трёх парней, которые стояли в кассу перед нами, изредка поглядывая на нас.

– Три, пожалуйста, – протянул парень деньги девушке, которая подала ему в ответ сдачу и маленькие беленькие билеты в количестве трёх штук.

Я хотела сделать шаг, чтобы продвинуться вперёд ближе к кассе, но отходить они не торопились. Мне надоело ждать, и я решила протянуть только руку, в которой были зажаты деньги. Но этот парень опередил меня, озорно подмигнув мне, и протянул деньги кассиру с просьбой:

– И ещё два для этих прекрасных девушек.

Такого я точно не ожидала и в первые несколько секунд остолбенела, не в силах вымолвить ни слова.

– Но я сама могу купить! – начала я возмущаться, когда пришла в себя.

Вика расплылась в соблазнительной улыбочке и, опередив меня, тут же взяла билеты из его рук, которые он протягивал мне.

– Спасибо, мальчики, – и зазывно прикусила губу.

– Вика, ты что творишь? Так нельзя себя вести! – отвела её в сторону я, чтобы они не слышали наш разговор и пыталась отобрать билеты.

– Не будь ханжой, будь попроще, Настя, и люди к тебе потянутся. Это нормально, когда парни делают девушкам такие комплименты, не вижу в этом ничего дурного.

– Да, это уместно с другом, братом, своим парнем или хотя бы знакомым, но мы их впервые видим! Ты хоть понимаешь что ты натворила, опозорила нас, мы теперь им обязаны?!

– Я понимаю только то, что нас позоришь ты! Посмотри, на нас все смотрят, – обвела она рукой пространство вокруг нас.

Я посмотрела по сторонам и действительно заметила, что мы привлекли слишком много ненужного внимания. Многочисленные любопытные зеваки косились на нас с ухмылками на губах. Видимо, я слишком громко возмущалась, нужно взять себя в руки. Мне эта ситуация не нравилась, терпеть не могла хоть кому-то быть обязанной. Я съела это всё, что устроила Вика и этот незнакомец, но при первой же возможности собралась найти этих наглецов на теплоходе и отдать им деньги.

Парни скрылись из вида и мне ничего другого не оставалось, как идти за Викой, у которой была улыбка до ушей, и она гордо несла подаренные нам два билета. Зато у меня настроение было совсем испорчено, провела приятный вечер называется… Мне нужно было успокоиться, видеть сестру совсем не хотела, поэтому когда мы по трапу перешли на судно, я отошла от неё в сторонку. Положив руки на перила, я снова залюбовалась красотами, которые открывались с того места, на котором я стояла. Вид на наш старинный город открывался захватывающий, сколько раз его вижу, столько и замираю в восхищении, как и на Волгу смотрела бы и смотрела до бесконечности… и не надоест. Кто-нибудь из жителей больших городов назвал бы его провинциальным городишком со старинными постройками, но я знала, что лучшего места в мире не найти. В нём несмотря ни на что была жизнь, теплота и умиротворённость… Ни в каком другом месте этого огромного мира я не хотела бы жить так сильно, как здесь…

– Странно… – очнулась я от созерцания окружающих меня красот. – А где интересно моя неугомонная сестра?

Я начала искать её глазами, но видела только незнакомых мне людей. Теплоход был большой, и я пошла её искать, волнуясь, чтобы эта егоза не натворила глупостей. Когда обошла по кругу, на другой стороне обнаружила свою пропажу, которая стояла и мило беседовала с теми тремя парнями. Они меня не видели, зато я из-за угла прекрасно их рассмотрела. Тот парень, который нам купил билеты, был самый старший из них и выглядел лет на двадцать пять не меньше, да он Вику на восемь лет старше, а она именно ему глазки строила, покручивая выбившийся из прически локон своих волос. Остальные два парня были мне знакомы и одного со мной возраста, местные близнецы, которые учились в своё время в другой школе. Я была наслышана о них и их похождениях. Любимая забава этих юных ловеласов – прикидываться друг другом, чтобы девушка не догадывалась, что братья меняются ежедневно, и спали с ней каждый, прикидываясь другим. Это было так мерзко, что меня передёрнуло от отвращения. С такими общаться не стоит, держаться от таких подальше – главный принцип моей жизни! Нужно срочно забирать оттуда Вику! Напустив на себя решительный и уверенный вид, я двинулась к ним быстрым шагом, готовая ринуться в бой. Деньги держала в руке, чтобы сразу вернуть долг.

– Вот возьмите, мы можем сами за себя заплатить, – сходу протянула я ему нужную сумму, но этот красавчик вовсе не торопился их забирать.

– Только если сходишь со мной на свидание, это моё условие, – сложил он руки на груди, обаятельно улыбаясь, и с вызовом посмотрел на меня.

– Вы в своём уме? Я вас знать не знаю и впервые вижу, заберите свои деньги, иначе я их выброшу в реку, и мы будем в расчете!

– Ни в коем случае, выбросите вы, а не я, а долг ваш так и останется непогашенным…

– Слушайте, я не просила покупать нам билеты, это было ваше решение и расхлебывать вам! Я жду!

Сощурив глаза, теперь я стояла с вызовом в глазах, будучи на грани взрыва и терпение моё заканчивалось. Мне не терпелось, чтобы он побыстрее забрал эти проклятые деньги, которые жгли мне руку, напоминая, что нас хотели купить, и мы уйдём. Видеть их больше мне совсем на хотелось.

– И не подумаю! – сделал он шаг, плотно ко мне прижавшись, склонив голову очень близко к моему лицу, где нас разделяли каких-то несколько сантиметров.

Я ощутила его горячее дыхание на своих губах, с которых он не сводил своих пронзительных карих глаз. Неожиданный жар разлился по всему моему телу, а голова закружилась, перехватывая дыхание в районе груди. Реакция моего тела показалась мне странной, никогда ещё ни один парень так не действовал на меня. Мне хотелось ударить его по лицу за его наглость, убежать, скрыться от этих пугающих меня чувств и человека, который их вызывал, внезапным вихрем вторгаясь в мою жизнь. Но всё что я могла, так это стоять и наслаждаться нашей близостью, этими сильными эмоциями, которые впервые прострелили всё моё тело импульсами желания. Они, как огненная лавина, внезапно накрыли меня, не оставляя шанса на спасение.

– Егор, – протянул он руку к моей свободной от денег руке и неспешно взял её в свою, нежно поглаживая тыльную сторону ладони, что мурашки с ног до головы забегали по моему телу.

Как я не сопротивлялась этому притяжению между нами, не могла ничего сделать. Туман заполнил голову, я с трудом соображала, не в силах сохранять хоть каплю здравого смысла. Желание, чтобы он поцеловал меня было нестерпимым, я даже неосознанно приоткрыла губы, приглашая парня в свой рот…

– Я пойду с тобой на свидание, Егор, – вмешалась в нашу бессловесную беседу Вика и развеяла это взаимное притяжение между нами. – Настя не ходит ни с кем на свидания и ни с кем не встречается. Она не любит и презирает весь мужской пол, а вот я очень даже люблю, – прикусила губу она, на полном ходу соблазняя парня намного старше её.

– Ты обнаглела, Вика, ты как себя ведёшь, придём домой все родителям расскажу и тебя посадят под домашний арест! Мальчики, предупреждаю, – обратилась я ко всем собравшимся, особенно сверля близнецов, которые плотоядно улыбались, не сводя с Вики похотливых глаз, – моей сестре семнадцать лет. Тронете её хоть пальцем, и я вас засажу, это и тебя касается, как там тебя, Егор, кажется, неважно!

Распалилась я не на шутку и не могла остановиться. Вика вела себя недопустимо для приличной девушки, даже развязно, как шлюха с панели. Мне стало мерзко на душе, она чуть ли не вешалась на них и открыто себя предлагала и это моя сестра…

– Вот, – засунула я этому Егору в карман шорт деньги, – мы в расчете, а теперь мы уходим и не надо больше нас преследовать!

Схватив Вику за руку, я насильно потянула её в сторону.

– Мне больно! – орала она на всю палубу, но мне было безразлично на её вопли.

Я была красная и злая, такого позора натерпелась по воле сестры, что мне хотелось провалиться сквозь землю, если не глубже.

– Потерпишь, прекрати вести себя, как шлюха! Насчет родителей я не шучу, поняла?

– Да они скорее тебя на домашний арест посадят, чем меня! Я им скажу, что ты всё врёшь, наговариваешь на меня и завидуешь моей молодости и красоте. Стало завидно, что на меня парни клюют, а на тебя нет?

– Вик, совсем с ума сошла, ты что такое несешь? Совсем не понимаешь что ли ничего? Ты ведешь себя вульгарно и развязно, кто тебя будет серьезно воспринимать. Не превращайся в девушку-однодневку только для постели, где твоё достоинство, сестра?

– Да лучше так, чем как ты никому не нужна.

– Может быть, и не нужна, Вика, но и ты им нужна, чтобы переспать с тобой, глупая.

– Ну и что, я не хочу так, как ты, до двадцати двух лет быть девственницей и шарахаться от всех! – завизжала она, что я уверена весь пассажирский состав этого теплохода был просвещён насчёт моей личной жизни.

Я не сдержалась и ударила её по щеке. Сама от себя не ожидала, но рука моя жила в этот момент своей отдельной жизнью. Щека быстро вздулась на моих глазах, а Вика смотрела с такой ненавистью, что мне стало страшно. Мне было стыдно за свой поступок, но сделанного не воротишь.

– Маленькая ещё о сексе думать, у тебя первый курс на носу, займись лучше учёбой!

– Стерва! Ты за это поплатишься! Всё маме расскажу! – и убежала прочь.

Я безумно устала от своей сестры. Бегать за ней больше не собираюсь, пусть делает что хочет, её жизнь. Сил больше не было ни моральных, ни физических. Плечи мои проникли вниз, а уголки моих губ ещё ниже, так я была расстроена нашей стычкой с Викой. Нам оставалось кататься ещё минут двадцать, и я не могла уже дождаться конца этой поездки. Надо же ждала эту прогулку по реке с таким нетерпением, а теперь не могу дождаться конца этого путешествия, которое превратилось в кошмар. И всё из-за этого Егора, который всю оставшуюся часть пути ходил за мной по пятам и не спускал с меня глаз…, и самое странное я с него тоже. Куда бы я не ходила, сразу начинала искать его глазами, это было неосознанно и совсем не в моей власти сопротивляться зову своего тела. Он был очень красив внешне: высокий, статный, крепкий брюнет, притягивающий сразу к себе женские взоры. Но не только внешняя красота меня манила, но и его твёрдость, решительность, дерзкий взгляд и обаятельная улыбка. Терпеть не могла таких наглых, но в нём эта черта не отталкивала, наоборот притягивала и интриговала.

Я вся извелась и не могла дождаться, когда уже теплоход причалит к берегу. Как только это случилось, я просто летела впереди планеты всей, чтобы сбежать, и больше никогда с ним не встречаться. Он бабник, это видно сразу, мне с таким не по пути. Взгляд его порочен и сулит одни страдания и неприятности, с таким разбитое сердце мне обеспечено…

Конечно, как и говорила Вика, родители встали на её сторону. Тем более отпечаток моей руки отчётливо был заметен на левой половине лица девушки. Сложно было его не заметить, а Вика ещё подливала масла в огонь, выставляя себя невинной свечкой, а я чуть ли не злобная Баба Яга на метле.

– Как тебе не стыдно, Настя! – сказала мама. – Зачем наговариваешь на сестру? Отличница была в школе, сейчас тоже бесплатно поступила, учится, старается, ещё и ударила ребёнка, ты в своём уме руки распускать?

Пока меня ругали, я не отрываясь смотрела на Вику, у которой лицо чуть от удовольствия не треснуло. И этой девушке скоро восемнадцать лет? Дома Вика вела себя безупречно и была та ещё лисичка, постоянно подлизывалась к родителям, почему и была ожидаемо их любимицей. Я же более сдержанный человек, мне сложно проявлять эмоции открыто, да и лицемерить, как Вика, я не могла. Если я не согласна с кем-то, я открыто отстаиваю свою позицию, даже если она идет вразрез с мнением родителей, а Вика всегда хорошая, потому что поддакивала и со всем соглашалась, чем заслужила звание любимой и самой покладистой дочери, которой всё всегда сходило с рук. Говорила им, чтобы не давали так много ей воли, но они махали рукой, считая её серьёзной и ответственной, совсем не обращая внимания на то, что она выросла и приоритеты уже давно расставила по-другому.

Диплом экономиста у меня был на руках, и мне не терпелось поскорее найти работу и от них съехать. Если Вики не будет в моей жизни, я только лишний раз вздохну от облегчения, пусть сами с ней нянчатся. Мне за всю жизнь хватило её истерик и капризов. Если мне покупали платье, то ей нужно было ещё красивее и ещё дороже, если мне нужна сумка, то ей сразу две сумки и летнюю, и зимнюю, ах да забыла, ещё и клатч впридачу. Мне то он не нужен, ведь я каблуки не ношу, а эта штучка только с туфлями на высоких шпильках смотрится. И родители выполняли все её прихоти, совсем не воспринимая меня. Было очень обидно, но только первое время, когда эта разница стала мне бросаться в глаза, сейчас уже нет. Я устала, мне было всё равно, хотелось жить самостоятельно и не зависеть больше от них и видеть только по выходным, а то и по праздникам. Пусть Викой любуются!

Как же я завидовала белой завистью другим семьям, где сёстры были очень близки, дружны и поддерживали друг друга, а от Вики взаимности я никогда не видела, одни неприятности. Если что-то не по ней, она сразу бежала ябедничать к маме, а наказывали меня, не разбираясь кто прав, а кто виноват… Довольная тошнотворная улыбочка всегда окрашивала её лицо, делая его кривым и не очень приятным, так она была довольна своими проделками, а у меня вызывала этим только отвращение…

Сегодня я собралась в кинотеатр, который совсем недавно открыли в нашем городе, чему все были очень рады. Показывали много фильмов, но мне был интересен только один –«Мэнсфилд-парк» снятый по одноимённому роману моей любимой писательницы Джейн Остин, книги которой в полном составе можно легко обнаружить на полках в моей комнате, которые я зачитала до дыр. Дух захватывает от мысли, что скоро посмотрю новую экранизацию на огромном экране.

Я решила уйти из дома незаметно, чтобы Вика не увязалась как обычно за мной. Мне удалось это сделать, и я не могла нарадоваться этой небольшой победе, хоть один вечер без её назойливого и вечно всем недовольного голоса, когда она считает, что умнее и лучше всех, а я, как та Золушка на побегушках при богатой сестре, и родители, как не родные. Эти мысли сами напрашиваются, ведь отношение к нам было настолько различным, что даже окружающие замечали эту разницу. Может, я им не родной ребёнок, и они меня взяли из детского дома? Я предполагала уже и такое, да и по внешности я была совершенно не похожа на них, в отличие от Вики, которая была копия мамы. Если у сестры были карие глаза, то у меня голубые, и волосы намного светлее, чем у неё, да и ростом я выше сантиметров на десять. Но на все мои намёки родителям на эти наши отличия мне всегда говорили одно и тоже.

– Что ты, конечно вы родные, как ты могла такое подумать! Ты просто в прабабушку пошла по отцовской линии и фигурой, и внешностью, и мы тебя с папой очень любим.

Но на этом их любовь заканчивалась. Нет, они меня не били, не унижали, кормили, всё покупали, если мне нужно, но такой теплоты, которая бывает между мамой и дочкой у нас не было, с отцом также, а я чувствовала себя изгоем и никому ненужным элементом. Мне было одиноко и совсем не с кем было поговорить по душам или поделиться наболевшим. Думала сестра есть и радовалась поначалу, но Вика только и делала, что любовалась собой любимой, до меня ей дела нет и никогда не было. Хотя если что-то надо ей, то я в лепешку всегда расшибалась, если не больше.

В кинотеатре было прохладно, и я ненадолго закрыла глаза отдыхая душой и телом от удушливой жары и от своих родственников в том числе. Фильм мне понравился, несмотря на то что отличался от книги, что я не очень любила, но фильм есть фильм, там не грех и немного приукрасить. В душе я была романтик и мечтала о такой любви, как у Фанни с Эдмундом, которую в конце фильма обрели герои. Не стоит размениваться по мелочам, оглядываясь не на тех людей, нужно смотреть прямо перед собой, и однажды там появится он, один единственный, твой человек…

Когда я вышла из зала, настроение у меня было хорошее. Я шла, погрузившись в свои эмоции от просмотра фильма и совсем не смотрела по сторонам.

– Ты должна мне свидание, – услышала я знакомый голос в районе своего уха и подскочила на месте от неожиданности.

– Что ты здесь делаешь, следишь за мной? – совсем не была рада я этой встрече.

– Нет, вовсе нет, люблю Джейн Остин, все её книги стоят у меня на полке в моей комнате.

– Хватит заливать и лапшу мне на уши вешать. Я эти длинные макаронные изделия вообще не ем, можешь не стараться меня ими пичкать. Вешай её таким наивным и падким до таких дешёвых подкатов девочкам, как моя сестра, я на такое не ведусь и не мечтай!

– Не веришь? Пойдем ко мне домой и сама проверишь.

– Размечтался! Мне плевать, любишь ли ты Джейн Остин или нет. Ты мне не нравишься, понял?!

– А я думаю, что нравлюсь, только ты слишком упрямая, чтобы это признать.

– Что ты хочешь? – резко остановилась я, мне осточертело, что он идёт за мной по пятам, надоедая своим бесконечным жужжанием на ухо.

– Я уже озвучил своё желание – свидание, чтобы узнать друг друга получше, по-моему кто-то сформировал обо мне неправильное мнение.

– Зачем?

– А, может, я влюбился, разве ты не веришь в любовь с первого взгляда?

– Конечно, нет! В такое только глупые дурочки верят!

– Думаю, ты лукавишь, ты же не относишься к тем девушкам, которые считают, что любовь расцветает во время отношений? Любовь, желание, влечение – назови, как хочешь, они или есть или их нет. Так вот, я сразу почувствовал к тебе все эти эмоции из вышеперечисленных… Ты моя женщина, и я хочу тебе это доказать…

– И каким же образом, стесняюсь спросить, ты будешь это делать?

– Увидишь! – заинтриговал меня он.

Да, этот парень знает толк в соблазне и умеет пробуждать интерес к своей персоне. Удержаться не было сил и я согласилась. А что я теряю, если что уйду без зазрения совести и имя его больше не вспомню.

– Хорошо, уговорил, где и когда?

– Жди официальное приглашение! – выкрикнул мне напоследок Егор и побежал от меня прочь, оставив в недоумении пялиться ему вслед.

– Но разве ты знаешь, где я живу?– крикнула ему вслед я, на что он только помахал рукой и загадочно подмигнул левым карим глазом.

Егор был необычным, тем и волновал меня до дрожи во всём теле. Самое интересное, что я для себя открыла, когда он скрылся из поля моего зрения, я до безумия хотела с ним встретиться ещё. Это было тайное, потаённое желание, которое манило сделать что-то запретное и порочное, то, чего я не делала никогда, а теперь хочу и именно с ним…

– Он тебе не нравится! – шла и твердила себе всю дорогу я, но ловила себя на мысли, что не могу не думать о его слегка пухлых губах и пронзительных цвета густого шоколада глазах.

А его ямочка на левой щеке, когда он улыбается, делает его просто неотразимым, сногсшибательным и до дрожи в коленях сексуальным. Так хотелось прикоснуться губами к ней и почувствовать теплоту его кожи. Я прикрыла глаза, представляя как делаю это, и чуть не задохнулась от наплыва чувств. Боже… и это я даже ещё не прикасаюсь к нему… Пока я шла домой, меня бросало то в жар, то в холод…