Порочные странствия
Владимир Горбунов

© Владимир Горбунов, 2022

ISBN 978-5-0056-7131-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Все пути одинаковы – они ведут в никуда. Спроси себя, есть ли у этого пути сердце? Если есть – путь хорош; если нет – он бесполезен. Все пути ведут в никуда, но у одного пути есть сердце, а у другого – нет. Один путь доставляет радость, и пока ты идёшь по нему – ты неотделим от него; а другой путь заставляет тебя проклинать всю свою жизнь. Один путь наделяет тебя силой, другой – лишает её.

Карлос Кастанеда

Конь нёс рыцаря в разбитых и окровавленных доспехах на себе, как чучело, не разбирая дороги. Конь сам был ранен в бок и метался от каждого шороха. Была полуденная жара и зной, но в густом лесу стояла влага. Птицы, как и прежде щебетали, шумели ветви и листья, шептала трава под ветром.

Конь периодически останавливался и вслушивался в шум леса. Его звали неизвестные позывы к месту, которое он так отчаянно пытался найти.

Сквозь густоту леса резко потянуло свежестью, прохладой и рвущимися от сока яблоками. Конь встрепенулся и как заворожённый медленно пошёл к цели.

Густой лес резко оборвался. Впереди раскинулось зеркально-голубое озеро. Прозрачная гладь его совсем не рябила. В центре озера находилась изящная и небольшая яблоня, растущая из воды. Солнечные лучи предавали красок и без того великолепной картине.

Конь подошёл к озеру и наклонился к воде. С первым же глотком упал замертво. Кровь из раны коня начала литься с бешеной силой и вливаться в озеро, но не смешиваться с водой, а струями уходить к яблоне. Яблоня налилась кровью, тут же созрели кровавые яблоки. Конь высох и превратился в пепел.

Липкий страх овладел, пришедшего в себя рыцаря, который за этим наблюдал. Он попытался отодвинуться, а то и убежать, но израненное и измученное тело ему этого сделать не давало. Он взвыл от безумия происходящего.

С противоположного края озера из леса вышла обнажённая девушка.

Она улыбнулась солнцу, поправила свои длинные пшеничные волосы, потянулась. Рыцарь окаменел. Никогда не встречал он такой красоты и грациозности. Даже на балах и праздниках, которые он посещал, и где собирали самых красивых дев в усладу монаршим особам, не шли не в какое сравнение с ней. Он даже забыл, что похоже умирает в этот момент.

Она заметила его, улыбнулась и направилась прямо к нему через озеро. Как оказалось озеро было не глубоким, и девушка спокойна шла по колено в воде.

Проходя мимо яблони, она сорвала один плод. И только сейчас он заметил, что най была небольшая сума через плечо. По мере приближения её он привставал, пока вовсе не сел. Она подошла к нему и поставила ногу на грудь.

– Адацио, меня зовут Адацио…

– Молчи -резко его прервала.

Она достала из сумы серебряный кубок, другой же рукой раздавила яблоко и красный сок брызнул в посуду. Она слегка покружила в воздухе кубком, перемешивая сок.

– Рот открой

Он послушно открыл рот. Тонкой струйкой она влила содержимое кубка. Адацио жадно проглотил терпкий сок. Она убрала ногу с груди, отбросила ошмётки яблока в сторону и убрала кубок назад.

– Кто ты? И как тебя зовут? И почему так странно? Я умер?

– Похоже ты наконец то приходишь в себя… И похоже ты очень хочешь меня любить… -вдруг засмеялась она.

Юноша смутился от что его возбуждение и интерес к ней был сейчас заметен очень сильно. Он смутился ещё больше, когда осознал, что она стояла перед ним абсолютно обнаженная.

– Не стесняйся. Скажи, что ты хочешь? – обратилась она к нему

– Тебя

– Мужчины. Даже умирая, хотят вина и женщин. Я бы в принципе, тебя и не спрашивала об этом, судя по твоему ощущению. Просто, знаешь ли, скучно раз за разом слышать одно и тоже от раненых воинов.-она снова засмеялась.

– Ты знаешь я на самом деле жить хочу любой ценой. Извини, но после пыла и жара сражения, увидеть обнажённую деву, которая поит тебя соком … -он снова смутился. – и.…сразу хочется любви, и чтобы мысли твои ушли от боли.

– Вот это уже интереснее -она вытерла кровь с его лица ладонью и присела рядом. – продолжай.

– Ты извини меня, прекрасная незнакомка, я всё ещё не знаю твоего имени и возможно не узнаю. Жить мне осталось видимо не долго.-он вдруг огляделся и вспомнил всё что было ранее.-Я не понимаю… что происходит… Что это за место… Но, если ты не споришь, что я сейчас жив – значит так оно и есть.

Адацио нервно начал скидывать с себя остатки разбитых доспехов до тех пор, пока не остался в льняной рубахе, кожаных штанах и сапогах. Всё своё оружие он видимо потерял. А также на шее висел медальон королевства, запачканный кровью, который он с отвращением сдернул и бросил в сторону.

– Дьявол бы побрал этих королей и их кровь, и плоть, в месте со всеми их престолами! -выругался он.

– Ты не взываешь к богу, королю или ещё кому ни будь.-удивилась она.

– Сейчас ты моё всё, сейчас только ты и я. Я верю лишь в это.

Она улыбнулась и достала из сумы маленький кривой нож.

– А на что ты готов чтобы выжить?

– Я умираю, на всё! спаси меня если можешь! -взмолился Адацио.-Я вижу, что ты не простая дева.

Она резко вскочила, откинула его ногой, он распластался под ней на траве хрипя от боли. Одним движением она вспорола ему грудь. Брызнула кровь. Она двумя руками вскрыла его грудь, как будто открыла створки окна. Резко выдернула сердце и начала пожирать с упоением, заливая своё прекрасное лицо кровью. Когда она закончила, то облизала пальцы. Затем присела на корточки, изогнулась, взяла его руки и просунула себе между ног.

– А теперь тяни! Тяни свою душу из меня! Рождайся!

Он схватился за что-то холодное и твёрдое и начал тянуть. Глаза полопались и налились кровью, тело билось в судорогах. Задыхаясь, он вытянул белый камень, размером с два кулака.

– Хорошо! Я помогу. Не бойся. Уже скоро.

Она взяла камень из его рук и воткнула в грудь, сдвинула разорванное. Встала с него, схватила за шею одной рукой и подняла перед собой.

– Запомни кто тебя родил. Запомни, что ты умалял. Что веришь в меня. Вкусил плоды дерева смерти ты, да не напился. Что я теперь мать твоя. И имя мне Лилит. Не служи никому, но почитай меня.

Лилит швырнула его в озеро. Брызги крови с водой разлетелись в разные стороны. Она омылась в озере и ушла в лес напевая колыбельную.

«Спи сынок, сыночек мои спи…

А проснёшься- возгари…»

Вода в озере успокоилась, снова стала зеркальной и гладкой. Адацио камнем сидел, облокотившись на яблоню. Всё стихло.

2

Глухой туман накрыл лес, бледная луна золотила его своим холодным светом. Хищники вышли на охоту и самый дальний уголок леса жил теперь по ночным правилам.

Тело Адацио дрожало, он почти полностью разбил голову обо что-то твёрдое сзади. Шёл пар изо рта. Его всхлипы и стоны, пожалуй, глушили только протяжные и ухающие крики совы.

Адацио медленно открыл глаза, дёрнулся и схватился за грудь. Всплеск воды и не израненная грудь принесли покой. Яблоня прошелестела над ним, осыпая росой, солёной как слёзы матери.

Он умыл лицо и стало ещё спокойней. Не было чувства голода или жажды. Всё тело его согревал какой-то неугасаемый очаг внутри.

На берегу озера сидел лис. Лис был сосредоточением поглощения света и цвета, он был чернее самой ночи. Лишь глаза его фосфоресцировали зелёным светом.

Адацио встал из воды, опершись на яблоню.

– Лилит… -позвал он шепотом. Ему не хотелось нарушать покой этого места.

Он стянул шнуровку на рубашке, пригладил волосы и вдруг заметил в отражении воды, что некогда чёрные волосы, стали цвета пепла.

– Неправильно зовёшь её… Да и она не придёт теперь, пожалуй, очень долго. Она приходит лишь раз в тысячу лет, когда созревают плоды дерева отчаяния.-донеслось с берега журчащим и мелодичным голосом.

– Позвольте спросить Вас? А как мне звать деву что была здесь прежде? Но для начала, позвольте представиться…

– Представляться Вам не нужно.-прервал его всё тот же жучащий голос.-Теперь каждый, кого пьянит луна, знает ваше имя. А деву, которую вы призываете и которая подарила вам жизнь, следует звать матерью. Но, как я уже говорил ранее она придёт ещё очень нескоро. Ей надо выспаться, она устала. Меня простите за грубость, так как скорее я не представился Вам. Меня зовут Флоэрино.-лис поклонился.-к вашим услугам. Я желал бы Вас сопровождать.

Адацио удивился, но виду не подал и как мог почтительнее поклонился в ответ.

Он отряхнулся и зашагал к берегу, ещё раз оглянувшись на яблоню, которая как бы попрощавшись, слегка качнулась.

Наконец выйдя на берег, он погладил Флоэрино по голове, вздохнул и пошёл в неизвестность.

3

Неизвестность направления его не пугала. Теперь он просто шёл, бесцельно, но с полным осознанием смысла происходящего. Флоэрино шёл рядом, ступая мягко и не слышно, по-звериному, иногда ловя пастью светлячков, иногда попадавшимися им на пути.

– Ты знаешь -начал вдруг лис, заметив, как Адацио смотрит на него каждый раз, когда он клацал зубами.-я ловлю этих светлячков не ради забавы, да и не светлячки – это вовсе. Однажды один дурной попал сюда случайно, как он сам считал. Когда-то он насиловал детей, убивал их и считал, что души их проникали в него. Ну считал он правильно, уж не знаю откуда они такие вещи знают, а когда он попал в лес, то души очень долго насиловали его изнутри своим светом, до тех пор, пока он не разорвал себя в клочья, души вылетели и разлетелись. Я их собираю теперь, им тут не место.

– Так и что же, раз он себя порвал, так его мучения закончились?

– Нет теперь его мясо нарастает на нём, зудит, гниёт. Он вынужден вечно рвать его на себе.

– А души в тебе сейчас.

– Они у меня под язычком, им там тепло и уютно. Когда всех соберу передам отцу.

Адацио промолчал и не стал спрашивать, кто этот отец и почему ему нужны души детей.

Они вышли на поляну. Туман рассеялся. Поляна была в синих цветах и бабочках. Лунный свет придавал пейзажу загадочности. Пахло хмелем, душистыми травами и чем-то терпким.

– Смотри, Флоэрино.-рыцарь пригнулся и понизил голос до шепота. – что за женщины там танцуют?

– О рыцарь, вам не стоит их бояться, но опасаться следует. Это сёстры соблазнительницы. Они соблазняют заблудших похотью, грязными и порочными мыслями. Впрочем, они так и же братья. Но чаще они женского пола, поэтому зову их сёстрами. Сейчас они уже насытились и танцуют сладостный танец совращения. Посмотрите им под ноги.

Адацио привстал и разглядел тысячи мертвых тел женщин и мужчин с разорванными половыми органами, ртами и прочими отверстиями. Сёстры танцевали на телах и ноги их были в крови.

– Не правда ли, сладостное вино похоти и разврата слаще всего на свете? -сделал заключение, от увиденного лис.

– Так они вино делают?

– Лучшее из когда-либо созданных- улыбнулся лис и облизнулся. – А за ягоды… -лис махнул носом на разорванные тела.-вы не переживайте. Они сами хотели, чтобы их пользовали.-Флоэрино задумался- Удовлетворены! – закончил он многозначительно и даже поднял лапу вверх, чтобы подчеркнуть.

Сестры всё безумнее танцевали под зловещее завывание ветра. Какой-то момент они стали рвать на друг дружке платья и балахоны. Затем стали неистового иметь друг друга невесть от куда выросшими детородными органами, дико стонать, шлёпать и избивать друг друга, таскать за волосы. Действие поражало и возбуждало своей порочностью и неприкрытостью.

– Оооо пошли-ка отсюда Адацио.-Флоэрино дёрнул рыцаря за рукав зубами.-Ты я вижу засмотрелся и поучаствовать вознамерился. Такие поимеют тебя и сделают тебя вином. Тем более ягодки собираются.

На поляну по одному стали выходить люди. Они сначала шли, потом ползли на коленях, умоляли сделать с ними самые извращённые вещи. Сёстры целовались, облизывали друг друга, отпиннывали людей и называли их чем и кем угодно, где «падаль» было самое приличное слово. И те и те на поляне знали, чем это для каждого закончится и что здесь можно наконец то перейти грань.

4

Двое заворожённых стояли в траве -на краю безумия. Хотелось хотя бы на расстоянии вкушать утончённый ужас происходящего.

– А ты ведь не знал плотских удовольствий? – спросил со вздохом Флоэрино.

– Наш род не богат, хотя и знатен. Честь и неверие – вот что написано на нашем гербе. Отец совсем малышом отдал меня на воспитание в аббатство, пока сам в длительных походах сражался за корону. А в аббатстве кроме письма, изучения божьего слова, дисциплине больше и не учили ничему.

– Странно … -удивился лис.-Я слышал о подобных местах несколько иное. Слышал, что братья отгородили себя от дев настолько жестоко, что обучают мальчиков терпеть твёрдые предметы, кои когда-то сами терпели поначалу. Затем они уже не терпели, но получали благодать.

Адацио покраснел.

– Да и мне клали в рот свои отвердевшие начала, объясняя это обучением смирению. Я всегда знал, что это не смирение, а растление. Но ночи там темны и места одиноки, поэтому если что-то случится с мальчиком, конечно он будет в этом сам виноват.

– Даже так? -удивился лис и прищурил глаза. – Ну я думаю что-то мы застоялись здесь. Пойдём.

Не успели он развернуться, как одна из сестёр взмахнула плетью, которая с бешенным с хлипом обвила тело Адацио. Одним движением сестра втянула Адацио в середину адской винодельни. Момент и одежда была снята с него. Ещё момент и одна из сестёр уже лежала под ним и отдавалась ему, вторая же имела его сзади, как мужчина, третья же стегала его кнутом до мяса по спине. Они делали это синхронно и упоительно страстно. Каждое движение вызывало безумное наслаждение и безумную же боль.

– Пощады! -взмолился в истоме Адацио.

– Ты теперь наш и всегда хотел быть нашим. Получай удовольствие.-простонали все хором.

На спину Адацио одним мягким прыжком взмыл Флоэрино. Сестры резко разбежались стороны.

– Одевайся и пошли.-прорычал лис.

Теперь его глаза уже небыли зелёными, а горели яркими амарантовыми огнями, которыми он с лёгкостью распугивал окружающих.

– Вам ягодок не хватает?! Блудницы! -прорычал лис сёстрам.

– Какое бы вино из него вышло… -простонали сёстры с разочарованием.

– Да что с вами говорить, безумные. Продолжайте, но без нас.-сказал лис, схватил одевшегося Адацио за ворот и одним прыжком перенёс его за пределы поляны.

– Ссспасибо… -еле вымолвил рыцарь, наконец то пришедший в себя.

– По крайней мере, ты теперь не девственник.-посмеялся лис. Его глаза снова стали зелёными и выражали спокойствие. И добавил-Мать будет в ярости. А теперь точно пойдём и поскорее. Дальше тебе точно понравится. Я думаю, то, что тебе нужно сейчас, находится в далеке, где огни.

Они двинулись прочь от безумия. Адацио заметил, что идут они вдоль резвых ручьёв, которые текли с поляны сестёр.

Шли они молча. Флоэрино изредка ловил светлячков, фырчал и изредка посмеивался над чем то, что ему вспоминалось. Было спокойно, хотя изредка из тьмы доносились стоны, завывания и даже плачь не упокоенных.

Впереди виднелись огни, слышалась музыка и смех. Начался лёгкий летний дождь.

Так они шли, пока не вошли в этот безумный пляс толпы. Ещё на подходе нос был истомлён уже ароматами вина и сладкими наркотическими изысками.

Фонтаны до били до небес. Только сейчас рыцарь понял, что это был не дождь, а брызги фонтанов. Стояло тысячи столов, заставленных всевозможной посудой для питья и лавочек. Некоторые фужеры и кубки были настолько искусны, что их можно было бы причислить к произведениям искусства.

Играла весёлая музыка- смесь лютни, барабанов, свирелей и дудочек. В такт барабанов направление брызг фонтана менялось. Музыка то ускорялась до невозможности, то замедлялась.

– Выпей, тебе сейчас в самый раз.-Флоэрино провёл лапой по ободку фужера и тот запел.-Я, пожалуй, составлю тебе компанию.

Лис стал лакать из всё того же фужера вино.

– Всё-таки умеют сестры делать вино, но процесс конечно даааа.-вымолвил вдруг лис прервавшись.

Адацио взял кубок и жадно выпил его, тот брызгами снова наполнился.

– Что это за место? Здесь гораздо лучше и веселее.

– Веселее? Дааа.-облизнулся лис. – Здесь все, кто чувствует жажду и пытается уйти от своего рассудка. Они пьют, вдыхают, впрыскивают в себя вино. Танцуют, плачут, смеются до состояния стекла и фарфора. Затем они просто рассыпаются на мелкие осколки. Видишь весь пол усыпан. Затем самые искусные мастера- пауки и прочие гады собирают осколки и делают из них кубки и фужеры. Вот, видишь, они снуют под ногами. Они -лис показал на толпу- употребляют сами себя из самих же себя. Пожалуй, посидим здесь, передохнём.

Адацио выпил ещё и вытер вино рукавом.

– Всё что ты говоришь Флоэрино, очень печально.

– Не грусти, друг мой. Людям нравится разрушать себя.

5

Сидели они в этом фарфоровом танце и пили вино долго. Наконец Флоэрино встрепенулся и повернулся к Адацио.

– Нам пора.-произнес он захмелевшим голосом. – Нам ещё долго идти.

Они встали пошли, расталкивая беснующийся люд.

Снова они вошли в покои леса. Брызги пропали и стихла музыка. Темно, спокойно, освежающе. От прежнего хмеля не осталось и следа.

Шли молча, каждый думая о своём, хотя поговорить было о чём.

Вдруг из тумана показался небольшой прогал леса. В центре прогала в воздухе недвижно висела пылинка.

– Что это? -заворожённо спросил лиса Адацио.

– Оооо ты видишь это? Это очень большая редкость и встречается не каждому. Многие ищут её всю жизнь, а многие находят, да не понимают, что это она и отмахиваются. Но если ты ясно видишь её, то должен подумать тысячу раз. «Достоин ли ты? Нужна ли она тебе? Так ли она ценна?»

– Я не совсем понимаю о чём ты

– Она незрима многим. Многие даже убивают за неё, а также сами убиваются. Догнать её невозможно. Она сама выбирает… Неожиданность… Эфемерность… ничто и всё… – лис взмахнул пушистым хвостом, закрыл глаза, вздохнул и произнёс.-Любовь

– Но как? откуда? в таком месте?

– Никогда не знаешь где встретишь. Она не подчиняется даже высшим силам мироздания. Не хочу тебя сильно утомлять, ты сам поймёшь. Вон смотри.

Адацио увидел девушку.

– Как её не заметил сразу? Она прекрасна. Я что-то чувствую.-выпалил юноша.

Девушка была стройной, бледной, рыжеволосой. Рыжие волосы её были заплетены в косу. Глаза её были синими и печальными. На ней было надето короткое почти прозрачное платье. На одной из босоногих и бледных ног был надет серебряный браслет. Она медленно ходила, собирала белые цветы и тихонько напевала.

«Цветы любимому подарю… подарю…

Ведь его я люблю… люблю…»

Флоэрино толкнул мордой в спину Адацио.

– Иди к ней, раз уж встретилась. Жалеть будешь потом.

Адацио вышел из леса к девушке. Только сейчас он разглядел порезы на её руках, из которых сочилась кровь. Он повернулся к лису от неожиданности увиденного. Лис махнул лапой, намекая на то, чтобы он не обращал на это внимание. Он подошёл ближе, пылинка вдруг резко дёрнулась и врезалась ему в грудь. Девушка вздрогнула от неожиданности, увидев юношу.

Он медленно подошёл к ней, взял её руку и приложил к своей груди. Они смотрели друг другу в глаза.

– Я заблудилась здесь.-несмело начала она. – Вы поможете мне? Отведёте туда, где я смогу найти покой?

– Что с вами случилось? Я отведу вас куда захотите. Правда я не знаю куда вам нужно, но может он знает.-он указал на лиса.

Флоэрино уже стоял рядом. Лис лизнул её в колено и произнёс. – Я знаю куда вам надо. Садитесь на меня. Я вас отвезу, а по дороге вы можете поговорить с моим другом.

– Спасибо пушистый незнакомец. Вы оба очень добры ко мне.

Она слегка поклонилась им обоим выразив почтение. Адацио помог усесться на спину лиса, а сам пошёл рядом, сопровождая их. Изнутри его грела пылинка.

6

Девушка сидела на спине, иногда вдыхала по одному цветы, и тут же недовольная отбрасывала их. Периодически она напевала песню про любимого и поправляла браслет на ноге.

Адацио брёл рядом. Ему хотелось поцеловать её, обнять и укрыть собой от всех печалей.

– Мучительно? Правда? -вдруг обратился лис к нему. – Она мила, красива, но…

– Что, но? – осёкся рыцарь.

– Она влюбилась не в того человека. Он заманил её и продал своим друзьям, которые заточили её в темницу к остальным таким же и каждую ночь истязали. Она звала его в бреду. Следы истязателей не отразились на ней, она чиста, как первый снег. Как видишь она нашла выход. Порезала руки об острые камни. Теперь она здесь с нами и единственное, что ей нужно это покой.

Адацио посмотрел на неё и погладил её по голове. Она взглянула на него и взгляд её был всё так же печален.

– Что за покой она ищет, Флоэрино?

– Это особый цветок. Он растёт на склонах забвения и редко кому попадается. На склонах много таких как она. Там тихо и даже есть водопад слёз. Пахнет там цветами и свежестью. Ветер их обдувает нежно и ласково.

Вскоре Адацио сам убедился в этом, увидев склоны забвения.

Они остановились. Он помог девушке слезть. Она поклонилась.

– Прощай незнакомка. Ищи покой. «Я буду любить тебя всегда», – произнёс Адацио.

Она развернулась и пошла на склоны к тысячам таких же как она.

Долго ещё удаляясь всё дальше от склонов забвения, они слышали её печальную песнь.

7

Двое подобных зверю и человеку прорывались сквозь непролазную густоту леса. Ветки будто бы пытались схватить их и задержать. Ветви вгрызались в кожу, волосы и нещадно рвали их.

Адацио почувствовал запах гнили, от которой заболела голова.

– Что за вонь? -спросил он лиса.

– Ты чувствуешь эту ничтожность и низость. – с отвращением ответил Флоэрино и фыркнул. – Мы приближаемся к океану богатства.

– Океану?

– Да. К сожалению, обойти его нельзя и придётся проходить через него.

– Я подумал, что это океан. И скорее уж надо плыть?

– Ты сам поймёшь. Слушай меня и делай как я, и мы пройдём.

Густота леса резко оборвалась и ноги стали утопать в мерзкой грязи. Адацио не верил своим глазам. Перед ними раскинулся целый океан грязи, наполненный людьми. Они барахтались, орали, душили и рвали на части друг друга, дрались и ползали в этой воняющей мерзости. Стоял страшный и дикий осаливающийся в отчаяние и радость.

– Они пытаются быть богаче друг друга. Эта мерзкая дрянь, кажется им самой ценной вещью на свете. Посмотри, как она блестит и сверкает, будто бриллианты или золото.-произнёс Флоэрино.

– Они обезумели.

– Да. И я не советую слишком долго смотреть на эту грязь, иначе тоже покажется богатством. И будешь что угодно делать, лишь бы завладеть большим её количеством. Пошли.

– Что? Прямо по людям?

– Пошли.-усмехнулся зверь. – старайся перепрыгивать с одного на другого. И старайся прыгать на тех которые жрут грязь, они спокойнее.

И они начали свой прыгающий путь. Голова разламывалась от удушья. Глаза болели от того, что не могли охватить величия всего океана.

Несколько раз в ноги рыцаря вцеплялись чьи-то руки, но лис ловко подгребал им грязи и руки направлялись в сторону шлепков и чавканья.

– Ты знаешь …! -крикнул лис.-Надо бы тебе меч раздобыть! А то рыцарь без оружия, это шутка! Преодолеем океан и раздобудем! Есть одно место по пути! Тебе понравится! Там есть своя красота!

Ноги сбивались в кровь об головы богатеющих. Над океаном витала мерзкая взвесь. Адацио мотало от безысходности и напряжения.

– Оставь меня. Я больше не могу. Я здесь хочу найти покой.

– Покоя ты здесь не найдёшь, мой друг океан уже заканчивается. «Вон и берег уже и лес», – сообщил задыхаясь

Флоэрино.

Сколько продолжался этот переход неизвестно, но в какой-то момент ноги почувствовали земную твердь.

Оба они облокотились на стволы деревьев и тяжело дышали. Затем сползли вниз, идти дальше без передышки не было сил.

8

Отдохнув, они наконец углубись в уже привычный дикий лес.

– Знаешь, что печалит больше всего меня? -прервал тишину Адацио.

– Что?

– Столько людей и все в ничто. Несутся к своим безумным желаниям.

– Они слабы. И безвольны. Не все из них достойны называться людьми, даже при существовании.

– Прости. При существовании? А я существую?

– Ты сейчас живой среди жатвы смерти. Но ты и не существуешь в понимании материальной жизни. Смотри сколько ран на тебе, но ты идёшь и не слабнешь, а беспокоит тебя, мой друг лишь, внутреннее состояние. Сейчас ты лёд среди пламени.

– Я всё могу понять, но не могу понять, куда я иду среди этого пламени?

– Как и все в этом мироздании. Идём мы и не ведаем, куда. Пока не придём.

Не придёшь-не поймёшь. А не пойдёшь-не узнаешь, куда ведёт путь.

Они снова замолчали. И шли, иногда ускоряя шаг, как бы подбадривая друг друга.

Впереди показались заледенелые деревья и кусты. Становилось всё холоднее. И вот уже трава начала хрустеть и лопаться под ногами. И даже пар изо рта не успевал разойтись, а осыпался ледяными осколками.

– Где это мы, Флоэрино? -еле смог выговорить Адацио.

– Это место вечной красоты и молодости.

Лис от мороза стал совсем белый, его тоже пробирала дрожь.

Перед ними возникла огромная глыба с надписью «Всяк тлеющий и дряхнущий. Если считаешь, что время уничтожает твою красоту-оставайся с здесь»

– Здесь ты можешь остаться и сохранить свою красоту нетленной и всякий проходящий или приходящий будет ей восхищаться.-проговорил дрожащим голосом побелевший лис.

Они прошли глыбу и их взору престали множество ледяных статуй нереальной красоты.

– Неужели кто-то настолько влюблён в себя, что готов вечно стоять здесь куском льда?

– Эти люди не поняли, что в живом и есть прекрасное. Мёртвая красота доступна лишь скалам, но и они движутся.

Флоэрино замедлился и упал.

– Нет, нет мой друг. Не смей!

Адацио взял почти заледенелого лиса за передние лапы и взвалил его себе на спину.

Он шёл так быстро, что почти бежал. Ещё теплилась надежда, что его друг не останется навечно красив.

Когда надежды уже почти не осталось, ледяная корка проломилась под ними, и они сползли со склона к кипящим гейзерам и огненным рекам.

9

Разрывы снарядов, оглушающим воем выдернули Адацио из забытия. Кругом были крики, бегали люди, призывной звук рогов и барабанов был твёрд и настойчив. Рядом сидел, снова ставший чёрным лис. Он с интересом малыша наблюдал за происходившей огненной вакханалией.

– А очнулся наконец. Ты ведь мог спокойно меня оставить там, но не бросил. Люди обычно безразличны к животным и считают их как будто ненастоящими… Но ты не бросил.

Лис повернулся к нему и положил лапу на плечо.

На юношу страшно было смотреть. Он был весь израненный, волосы слиплись, а губы ссохлись и кровоточили.

– Ну ничего потерпи, страдания очищают.-подытожил Флоэрино, глядя на измочаленное тело рыцаря и продолжил- Я тут твою голову собрал. Видимо падая, ты её расколол об эти острые камни… А так как здесь кроме терновника ничего не растёт, я тебе им и смотал голову.

Адацио сразу схватился за голову и сразу же укололся. Через лоб до затылка и обратно шла терновая стяжка. Слёзы отчаяния хлынули из его глаз.

– Поплачь, мой друг. Может действительно, не можете вы люди иначе. Обязательно вам нужно воду проливать…

– Ты лучше скажи Флоэрино, куда нас занесло?

– Это вечная война и я хотел обойти это место, поэтому и вел тебя окружным путём. ПО дороге надеялся найти тебе какое ни будь оружие. Много его тут валяется. А не рассчитал-сам замёрз.

– Ну так давай скорее выбираться от сюда…

– Да ты отдохни пока. А отсюда выбраться непросто. Здесь вечная война, запал …И решает кого от сюда выпустить, одна только Сумет. Здесь её царство.

С грохотом и треском рядом к ним ввалилось тело, проткнутое колом, торчавшим из него. Тело было всё в крови и орало и просило отнесли к Сумет, чтобы напиться славы и забвения, чтобы наконец вернуться домой. Затем тело забилось в агонии и наконец затихло.

– Ну вот, а потом оживёт и снова в бой. «И снова и снова… -произнёс лис. – Сначала он сгорит от всё прибывающей лавы». Если ты не заметил, то мы сейчас в кольце, этой огненной реки. Она извергает всё новые и новые орды горящих воинов из себя и сжимает кольцо. Лишь в центре гора, на которой восседает Сумет, ей не доступна. И нам пора туда отправляться.

Флоэрино взял за ворот Адацио и потащил его в центр, прочь от прибывающего жидкого огня.

10

Огненное кольцо сжималось. Красное зарево и дым бесновались по всюду. От горы прибывало всё больше людей с оружием, они бились с огненными воинами, выходившими из лавы. Металл плавился от столкновения с огнём. В этой битве плоти против огня было не победить.

Адацио наконец шёл сам. Он держался за хвост лиса, чтобы не сбиться с пути. Едкие дымы выжигали глаза и горло.

Отовсюду доносились боевые кличи и призывы к бою. Воины всех видов, рас и религий бежали от центра к огненному кольцу, чтобы сразиться с бушующей, уничтожающей всё стихией, и погибнуть, покрыв себя славой.

Сквозь смок и пепел Адацио увидел кривую гору, торчавшую подобно чёрному клыку. Он был опутан терновыми ветками, по которым стекала кровь. Воины съезжали с этой горы, обдирались до мяса об терновник и достигнув земли бежали с криками в бой.

Огненное кольцо со своими порождениями всё больше сжималось вокруг горы. Бой закипел ещё яростнее. Казалось, масса плоти и огня перешла в бурление. Огненный дождь хлынул с небес.

Адацио и Флоэрино ничего не оставалось, как подниматься по терновым ветвям прямо на гору.

Юноше приходилось хвататься за колючки лишь бы лезть вверх, разбирая и протыкая руки. Лис же прыжками из стороны в сторону взмывал всё выше.

Крики внизу перешли в стенания, и воины уже не скатывались с горы. Огненная река омывала гору. Прозвучал протяжный рог. Бой был в очередной раз проигран.

11

Наконец забравшись на срезанный пик горы, их взорам предстал трон. Трон был из костей, намертво стянутых терновыми ветками. На троне восседала Сумет. Это была женщина в набедренной повязке с головой львицы. Пальцы её, даже на ногах, были в кольцах и перстнях. Из сосков её сочилось кровавое молоко. Перед троном стоял круглый стол с картой. На нём кроме карты стояли кубки и большая тарелка с кусками человеческой плоти. Вокруг стола стояло девять безголовых воевод. Они лишь толкались между собой и показывали что-то на карте. Это был безмолвный военный совет, который постоянно спорил о военной тактике.

Завидев двух оборванцев Сумет стукнула кулаком по трону и воеводы замерли.

– Что вы тут забыли трусы!? -прокричала она.

– Мы, о устрашающая Сумет, всего лишь заблудившиеся путники и просим пропустить нас через ваши владения.-произнёс с покорностью Флоэрино и поклонился.

Сумет резко вскочила с трона, схватив ледяной меч из-за трона и моментально оказалась рядом с путниками. Одним взмахом она надела лиса на меч и подняла на уровень своей головы.

– Да как ты смеешь! Поганый волосатый прихлебатель, бежавший с поля боя, открывать свой рот! Вы оба трусы! Казнить! Казнить!

Сумет резко опустила меч и лис замертво упал к её ногам.

– Тебя же … -обратилась она к Адацио.-Ждёт казнь от моих воевод. Они разорвут тебя на части, и ты пополнишь тарелку на столе! Теперь можешь сказать последние слова – это закон смертника. Но не проси тебя пощадить! Этого не будет!

Адацио во время её слов смотрел на мёртвое тело спутника. Когда она закончила, он поднял глаза на неё. В груди разгоралось пламя. Он смотрел ей в глаза и гнев его накрывал всё сильнее. Также одновременно с этим всё больше разрывало от чувства потери друга. Глаза его налились ненавистью и болью. Лицо всё больше перекашивало в нечеловеческую гримасу. В груди невозможно жгло. Наконец стало совсем невыносимо и Адацио вырвал источник боли из груди, сжимая его в кулаке. Когда кулак оказался снаружи его груди, он светился белым испепеляющим светом. Адацио увидел заворожённость и ужас в глазах Сумет. Он размахнулся и начал яростно бить её кулаком всё быстрее и быстрее. Бил до тех пор, пока её голова не разлетелась месивом. Когда то, что осталось от Сумет рухнуло, он пришёл в себя. Свечение вонзилось обратно в грудь.

Наконец опомнились воеводы и направились к нему, размахивая когтистыми руками.

Времени на раздумья не было. Тело само решило за рыцаря.

Адацио схватил ледяной меч одной рукой, другой схватил лиса за хвост.

С криками «Не сегодня», он разрубил пополам воеводу в центре и быстро пробежал сквозь образовавшуюся брешь. Оббежав трон, он спрыгнул с края среза горы и начал скатываться к лаве.

В голове мелькали мысли одна безумнее другой. Колючки драли его тело, которое неслось с огромной скоростью к огненной реке. По мере приближения становилось всё жарче.

Наконец они свалились к подножью горы.

– К чертям всё! Твари! -выругался он и начал от злости рубить колючки, камни и всё что попадалось под меч.

С удивление он заметил, что разрубает и лаву. Адацио взглянул на свой меч.

– Не убоюсь я.-сказал он, схватил Флоэрино за хвост и двинулся вперёд, прорубая себе путь сквозь огненную жижу.

12

Небо вглядывалось своим огромным оком в каждого, кто был под ним.

Адацио сидел посреди леса на сваленном дереве. Подмигивал, поигрывая светом небольшой костерок, который рыцарь развёл, нашедшимся в кармане его штанов, огнивом. Меч был воткнут в землю рядом. Кровь с лица рыцарь вытер своей многострадальной рубахой. Его уже совсем не беспокоила стяжка на голове, а беспокоило его тело, лежащее рядом на ветках, которое он так бережно положил.

Тело не двигалось и было проткнуто.

Костерок потрескивал, выдавая неподвластную никому музыку. По лицу рыцаря текли слёзы.

Наконец он набрался смелости подойти к лису, чтобы последний раз заглянуть в его мёртвые глаза.

Юноша присел, погладил зверя по голове. Он вгляделся в его морду и вдруг заметил в его пасти свет. Рыцарь раздвинул челюсти и из пасти прыснули вверх светлячки. Они взмыли высоко над деревьями и образовали кольцо. Деревья начали раскачиваться, поднялся ветер. Сквозь кольцо впорхнул огромный красный дракон.

Он выглядел как порождение безумной фантазии. По спине его шли разряды красных молний. Глаза дракона горели амарантовым огнём.

Дракон впорхнул так быстро, что Адацио еле успел отпрыгнуть. Красная громадина встала. Дракон взвыл. Затем он поднял морду и с огромной силой вдохнул в себя кольцо светлячков. Красные молнии покрыли всё его тело. Мощь молний набрала пиковую силу, и дракон вдарил разрядом из пасти. Адацио ослеп на мгновение и закрыл глаза. Вдруг всё прекратилось и стало как прежде темно и тихо.

Когда Адацио открыл глаза перед ним стоял Флоэрино живой и как прежде невозмутимый.

– Я хорошо потрудился, мой друг. «Отец вознаградил меня за труды», – произнёс лис.

13

Они сидели теперь уже вместе на стволе всё того же упавшего дерева и вглядывались в костерок. Что им сейчас было нужно, это отдохнуть.

– Это и был твой отец?

Он, конечно, не идеальный, но уж какой есть. Он приходит неожиданно и уходит также.

– Всегда хотел тебя спросить. Кто ты такой? И кто твой отец?

– Давно это было… -начал Флоэрино. – Я помню лишь что жил тогда тёмной жизнью. Грабил, убивал, насиловал. Я даже получал удовольствие и достиг определённых высот в этом искусстве. Но однажды я со своими людьми забрели в какой-то храм. Мои люди обнаружили в нём несколько старцев и их учеников. Всё что было у них, это фолианты с письменами и немного еды. Я взял один из фолиантов и не понял ничего, читать я не умел. Я смял его и хотел бросить в огонь. Как вдруг один старец набросился на меня. Я отбросил его. И старик начал умолять не уничтожать знание, даже взамен его жизни. Мои люди без раздумий, засунули в рот ему этот фолиант, чтобы он заткнулся и срубили ему голову. Не знаю, что со мной в этот момент произошло, но я перебил своих людей, бросил меч. Затем я вытащил фолиант изо рта отрубленной головы, встал на колени перед старцами и учениками и стал умолять обучить меня всему, что они знают. И я очень удивился что меня не убили, а приняли в ученики храма света. Там отрёкся от всего мира. Год за годом, десятилетия познавал я мудрость. Молился, соблюдал обряды и посты. Я даже забыл кто я. Какого же было моё удивление, что тот самый фолиант, люди из храма и сами не могли прочесть. Долгие годы я над ним работал… И…

– Ты его прочёл?

– Как только я утратил всё и даже рассудок. Я смог прочесть его. Там был призыв несущего свет. И только я призвал… -Флоэрино задумался на мгновение и продолжил.-Как произошло, то, что ты сегодня наблюдал сам. Эта громадина сказала, что я его сын, потому что истинные его дети находят его тернистым и безнадёжным путём. Он сказал, что имя моё Флоэрино. Что стремится мне больше не к чему, подобно зверю, который просто живёт и знает тайну природы своей. Обратился я в лиса. Передал отец мне часть огня своего. Отныне собираю души погибших детей для него, ибо не место им в этом мире тьмы. И провожаю всяк заблудшего, да не знающего цели своей.

– Как же давно это было Флоэрино?

– О мой друг. Это было так давно, что этого леса ещё здесь не было. И даже, наверное, уже и того храма стены не сохранились.

Флоэрино поймал ещё одного светлячка.

– Ну я думаю, мы отдохнули и кстати теперь нам рукой подать до оазиса. Туда-то нам и нужно.

14

Как только они покинули владения леса, взошло солнце. Ветер раздувал печали и невзгоды. Адацио по совету Флоэрино смастерил ножны, из кусочков дерева и какой-то лозы, дабы не смущать встречных видом оголённого клинка. Перед ними лежали зелёные поля. Слева в далеке виднелись горы, покрытые зеленоватым туманом и шапками снега. Справа, мерцающим жемчугом бликов воды, раскинулось море. В море отчаянно искали пристанища корабли. Между скалами и морем стоял Град. Град был воистину огромным. Белые стены, башни, покрытые серой черепицей, увеличивались по мере приближения.

– Это и есть оазис.-произнёс Флоэрино, глядя на поражённое лицо Адацио.

– Град.…здесь?

– Люди всегда стремятся объединятся и этого вырастают грады. Я помню раньше он звался «Оазис светочей», но «светочи» не прижилось и теперь это просто «оазис». Здесь миллионы заблудших, которые обрели спокойствие здесь. Его вырубили из зелёных скал. Правители града сего Кром и Стиз. Медведь в обличие человека и человек в обличие медведя.

– Как это понять?

– Это существо раздираемое двумя обличиями. В одном обличие он медведь разумный, в другом человек безумный.-Флоэрино взглянул на ошалевшего Адацио.-Не забивай голову, нам в оазисе надо найти дом познаний, дабы разобраться, куда путь держать. Иначе вечно будем скитаться, не понимая цели твоей.

– Но мы же шли и шли уверенно к ней?

– Добраться к цели можно и не поняв, к чему ты в итоге пришёл. А чтобы разобраться, помощь нам явно не помешает. И лишь в оазисе мы можем хоть какие-то крупинки ответов получить. Знания, мой друг, знания.

15

Полями они вышли прямо к воротам оазиса. С полей летел пух одуванчиков и запах свежей травы.

– Стражники! Пустите двух путников в пристанище! -заблажил Флоэрино и постучал лапой по каменным воротам.

– Ага… ага! Мы вас из далека ещё

заприметили! Ежели вы заблудшие, то милости…! А если чернота поганая… разберёмся! -донеслось от куда-то сверху.

Заскрежетало и залязгало. Ворота разделились на сегменты и по одному сегменту разошлись.

– Проходи вперёд! -снова донеслось.

Двое прошли шагов на десять вперёд. Их встретил строй стражников, облачённых в чёрные доспехи, наизготовку пиками. Сзади снова залязгало и заскрежетало. Через стражников просочился худой, но жилистый человек в синем одеянии. Голову покрывал капюшон. На груди блестел знак врат. Он махнул рукой, и стражники подняли острия копий вверх.

– Меня зовут Талио.-начал человек спокойным и чётким голосом.-Я привратник Оазиса.-он сделал круг в воздухе рукой.-А также распорядитель по первичным вопросам. Это стражники.-он снова сделал круг в воздухе.-Они совершенно беспристрастны и в любой момент, по моему приказу, наткнут вас на копья. Теперь сообщите, кто вы, этому лжемеру. – и достал из кармана куб зелёного цвета.

– Я.… -начал Адацио.

Его тут же прервал лис, хлестнув незаметно для всех хвостом по спине.

– Мы… путники.-сказал Флоэрино.-Он заблудший, а я собственно проводник. Ищем убежища.

Зелёный куб гукнул. Человек в синем остался удовлетворён ответом и убрал куб обратно. Он хлопнул в ладоши и стража разошлась по сторонам. Затем он развернулся и пошёл, кинув на ходу «Двое, за мной»

Все трое вошли в слабо освещённую комнату. Посередине стояли стул и видавший лучшие времена стол, за который сел Талио.

– Имя, естество, может быть несколько естеств? -отчеканил он, раскрыл большую книгу, перетянутую кожей, и приготовился записывать.

– Фло-э-ри-но… -начал выговаривать лис и продолжил.-Проводник лис.

– Лис чёрного окраса.-поправил Талио и записал пером в книгу.

– Адацио.-быстро произнёс рыцарь, когда распорядитель по первичным делам перевёл на него взгляд.

– Ага Адацио, волосы серые, мужчина, заблудший… ага. Наш писарь вас уже зарисовал для отчётности.-он указал на маленькое окошечко сбоку, в котором сидел бородатый человек с кусочком угля и бумагами и продолжил.-Света вам и покоя.

Он поставил на стол два мешочка.

– По сто камушков каждому вновь прибывшему, распоряжение Стиза. Можете идти.

Они взяли по мешочку и вышли в боковую дверь.

Круговерть беготни Оазиса сразу захватила их с порога. По мощёным улочкам туда-сюда бегали люди и животные. Вывески и надписи на домах сообщали различную принадлежность к занятиям-цирюльни и игровые дома, пошив платьев и трактиры, читальни и ночлежки, бани и лавки, винокурни и бордели. Всё было столь различно и в то же время сливалось в общую гармонию ритма Града. Город был многоярусным, сказывалось скальное строительство. Множество лестниц вели неизвестно куда и неизвестно от куда. ПО дорогам сновали каменные безлошадные телеги, развозя население по разным делам.

– Я бы сказал, Оазис изменился.-только и сумел изречь Флоэрино, охватив взглядом этот хаос и добавил.-нам явно нужна карта.

Они прошли до первой попавшейся лавки. Торговец небрежным движением положил перед ними причудливо сложенную бумажную карту, оглядев покупателей и сразу поняв, что им нужно, и сказал.-Пять камушков карта Оазиса. И за дополнительные три, могу дать приписку с пометками различных мест удовольствий.

Адацио отсыпал пять камушков в руку торговца и взял карту. Флоэрино под итожил -Приписочка не требуется.

Торговец сделал кислую мину. Двое отошли подальше от палатки и раскрыли карту.

– Нам сюда.-Флоэрино ткнул место на карте с надписью «Дом познания»

16

Они продвигались вдоль улочек Оазиса, всё больше погружаясь в атмосферу беготни. Периодически они встречали горожан, которые, чуть не до драки, о чём-то спорили. Чувствовалась напряжённость града.

Проходя мимо здания из синих кирпичей и резной фигуркой змеи, Флоэрино остановил Адацио.

– А почему бы нам слегка не залатать свои раны? Выглядим мы с тобой, мой друг… Не очень-то …неудивительно что нас так встретили в воротах. Приняли за тёмных.-предложил Флоэрино.

– Тёмные?

– Они существуют по бескрайним местам этих мест и не подчиняются не смыслу не правилам. Они по-своему правы… Так вот иногда им надоедает такая жизнь и они рвутся в Град. Но и есть такие, которые хотят лишь увеличить мощь своей армии за счёт града. Последний раз Оазис захватили Кром и Стиз… А затем они неожиданно для себя открыли в себе дар правителей столь сложного поселения. И как-то само собой всё решилось. Пришедшие тёмные ушли, пообещав вернуться. Но… Стиз и Кром всё правят, а тёмные так и не появлялись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.