Екатерина Вострова
Дракон проклятой королевы

Екатерина Вострова

* * *

Глава 1

– Кто это? – облизав разом пересохшие губы, спросила Киара у стоявшего рядом работорговца.

– Нианец, моя госпожа. Совсем дикий… Да вы и сами видели. Он даже языка не знает. Его только сегодня доставили на корабле.

– Сколько вы за него хотите? – сердце стучало как бешеное, а ладони вспотели. Кольцо-артефакт на пальце нагрелось, сообщая хозяйке, что странный мужчина перед ней именно тот, кого она так долго искала. Неужели ей наконец улыбнулась удача?

На мгновение ее глаза и глаза нианца встретились. Мужчина насмешливо поднял бровь, словно бы не он, а она сейчас стояла пред ним на коленях.

Кольцо на руке жгло, призывая сделать выбор.

– Ищете покорного слугу? – хрипло, с еле заметным акцентом проговорил он. Видимо, вопреки заверениям торговца, язык он все-таки знал.

В голове вдруг что-то щелкнуло, разум затуманился и поплыл. Шум рынка остался далеко позади, а впереди были лишь колдовские глаза с по-звериному узкими зрачками.

Киара моргнула и словно во сне двинулась в сторону нианца.

Мгновение, тот сделал резкий выпад, с легкостью сбрасывая с себя троих стражников, опутывая цепью от кандалов шею девушки и прижимая ее к себе.

Киара сразу же пришла в себя, словно из воды вынырнула. Тяжело дыша, она попыталась дернуться, но тщетно. Боги, неужели ее только что околдовали? Ее? Хранительницу силы и магии всего королевства? Заставили идти на чужой зов, как бычка на верёвочке…

– Я сверну ей шею, если вы не раскроете наручи, – потребовал мужчина тем временем.

Цепи от кандалов сильно нагрелись и болезненно жгли кожу. Видимо, сила чужестранца была такой большой, что даже антимагические оковы не могли полностью сдержать ее. Откуда он взялся здесь? Да еще и в качестве раба?

А в голове между тем набатом стучало: «Тот самый!», «Нашла!», «Наконец-то!».

До конца срока оставалось всего ничего. Время утекало сквозь пальцы, приводя Киару в отчаяние, и вот наконец – удача. Она нашла исток. Вот только тот не слишком-то рад их встрече.

– Отпусти, или тебя убьют, – прохрипела Киара, судорожно пытаясь решить, как быть.

Раба, посмевшего причинить вред свободному, было разрешено убивать на месте, в урок и назидание другим. Если он такой сильный, то почему не околдовал торговца, чтобы выманить ключ?

Вот только… Кажется, он даже не надеялся, что его безумный план сработает. Неужели он хотел… лишь умереть побыстрее?

– Пусть. Я не боюсь смерти, – засмеялся он, но этот смех был больше похож на кашель. – А вот ты прямо дрожишь… боишься.

«За тебя, идиот!» – мелькнула в голове злая мысль.

Стражники уже окружили их, того и гляди кто-нибудь ударит артефактом подчинения, любимой игрушкой работорговцев.

Вздохнув поглубже, девушка призвала свою силу, оборачиваясь змеёй.

Маг, не ожидавший подобного, лишь неловко дернулся, когда она выскользнула у него между рук.

Стражники бросились с копьями в его сторону, намереваясь проткнуть непокорного мужчину.

Киара едва успела обратиться в саму себя и встать впереди, закрывая собой мужчину.

– Сколько? – требовательно спросила она у торговца.

– Пять тысяч! – кажется, тот и сам ошалел от названной суммы и затаил дыхание, ожидая торга.

– Я его покупаю.

– Он попытался убить вас! – подал голос один из стражников. – Госпожа, его надлежит взде…

Он не договорил, сникнув под взглядом Киары. Зато голос подал нианец.

– Попытался и могу сделать это снова. Лучше уйди в сторону и дай им сделать свое дело, девочка, – голос был наполнен усталостью.

Как можно желать собственной смерти? Киара резко развернулась, придирчивым взглядом рассматривая мужчину. Смотреть ему в глаза она теперь опасалась.

Если бы речь шла о ком-то другом, она бы легко поставила на колени, навязав свою волю как единственно возможную. Но кольцо не могло ошибиться. Этот мужчина действительно тот, кто ей нужен.

Высокий, стройный, с различимым рельефом мускулов под тонкой рабской робой, темные волосы слегка вьются, отдавая едва заметной рыжиной на солнце. Кожа на руках покрыта каким-то узором. Может быть, это выбиты магические руны? Или в их стране принято так украшать себя?

Ее взгляд задержался на его ключице, откуда стекла под рубашку капелька пота.

– Ну что? Нравлюсь? – усмехнулся мужчина.

Киара прищурилась, раздумывая, что бы ответить наглецу, но с мысли ее сбил работорговец. Он суетился вокруг, боясь, что госпожа передумает или попытается сбить цену.

– Отдайте ему деньги, – приказала она сопровождающей ее страже.

– Благодарю, покорно благодарю, замечательная покупка, – торговец расцвел на глазах. – Артефакт подчинения, вот. Это парный к тому, что вшит ему под кожу.

Он кивнул на свою руку. Вещица выглядела как кожаный браслет с зеленым камнем.

Подчиняющие артефакты вживлялись всем рабам без исключения, как только люди попадали в руки торговцев. Противиться этой магии не могли даже самые-самые искусные чародеи, что уж говорить о не-магах.

К добру или к худу, но действие не было вечным. Год-два постоянного воздействия делало человека невосприимчивым. Вот только и один год – это достаточный срок, чтобы сломить волю и отбить желание к сопротивлению.

– Зачем я тебе? – прямо спросил мужчина, видя, что сделка вот-вот состоится.

– Как ты обращаешься к своей хозяйке, раб? – замахнулся на него торговец. Подчиняющий артефакт, который он еще не успел отдать, замерцал в его руке зеленоватым светом. Поняв, что сейчас произойдет, Киара легко перехватила руку торговца.

– Это больше не ваши проблемы, – предупреждающим тоном произнесла девушка. – Отдайте.

Спустя несколько секунд на ее запястье закрепили тонкую полоску кожи. Кольцо вновь предупреждающе нагрелось.

– А за дерзость наказывать ты предпочитаешь сама, да? – кажется, нианец откровенно нарывался. Или для него это способ все-таки получить такое желанное избавление?

Киара на несколько секунд прикрыла глаза, а затем приказала:

– Иди за мной.

Лицо мужчины мучительно скривилось. Киара опустила взгляд и увидела, что камень на браслете мигнул зеленым. Неужели артефакт сработал независимо от ее желания подчинить?

Путь до королевского дворца прошел в тишине. Обычно девушка любила гулять по улочкам Заира, нередко даже без стражи. Не любила брать повозки, предпочитая пеший ход. Вот только сейчас собравшаяся позади нее процессия сильно нервировала. Впереди она, затем нианец, которому так и не сняли кандалы с рук.

Обычно она так не делала, но в этом случае не могла ручаться, что по дороге дикарь снова что-нибудь не выкинет. Тем более что он, как выяснилось, маг…

Бездна! Кажется, силой такого надолго не удержишь. Придется договариваться.

Вернувшись во дворец, Киара прошла прямиком в свои покои и, заведя в них раба, отпустила стражу.

Спорить с хранительницей никто не решился, хотя она прекрасно видела, как переглядывалась охрана.

Дикарь осматривался без особого интереса. Она много раз видела бедняков, попадающих в богатые дома, видела, как они себя ведут… Нианец не был бедняком. Его ничто не удивляло и не трогало.

– Присаживайся, – сама Киара уселась на край кровати, а мужчине указала на кресло.

И вновь камень на артефакте мигнул зеленым, а мужчина сразу же исполнил приказ. Проклятье! И как теперь нормально разговаривать? Хотя, возможно, это даже и к лучшему. По крайней мере она получит честные ответы на вопросы.

– Как тебя зовут?

– Амоа Ди Малех.

Ди? Она не много знала о довольно закрытой стране нианцев, но, кажется, приставка «Ди» у них означала аристократическое положение или что-то вроде того.

– Как ты попал на рынок рабов?

– Продал себя.

– Что? – Киара удивленно вскинула брови, не понимая, как такое возможно. Что могло его заставить?

Амоа отзеркалил ее выражение лица, перехватив на секунду взгляд. В голове снова зашумело.

– Хочешь меня… – он сделал длинную паузу, а затем приподнял все еще закованные в цепь руки, – освободить?

Она облизнулась, не в силах противиться разгоревшемуся внутри желанию подойти к мужчине. Действительно, почему Киара все еще не сняла с него наручи?

Медленно поднялась с кровати и направилась к нему, с каждым шагом ощущая усиливающееся притяжение. Ключ не требовался, достаточно было магического импульса извне, чтобы снять их.

Она заскользила кончиками пальцев по выбитым узорам у него на плечах, любуясь перекатами мускулов.

– Освободи… меня… – повторил он, и она послушно потянулась к наручам. Но стоило призвать силу, как та помогла сбросить наваждение. Киара остановилась буквально в последний момент, перенаправляя импульс с наручников на него самого.

Раб изогнулся и сдавленно зашипел. Что? Больно? А не надо было снова пытаться подчинить!

– Создатель тебя прокляни, я запрещаю тебе это делать со мной! Ты понял?! Не смей больше применять ко мне свой гипноз! – она вцепилась ему в волосы, заставляя поднять голову.

Сердце стучало в висках, руки вспотели. Если артефакт не поможет, и она снова попадет под действие его чар, то все бесполезно.

Как его с такой силой смогли удержать простые работорговцы? Нет, тут точно что-то нечисто!

– Зачем я тебе? – глухо спросил Амоа, но при этом заколдовать еще раз не попытался.

– Я тебе расскажу. И… сниму оковы. Только обещай не применять магию без моего позволения, – только сейчас она заметила, как близко они находятся друг к другу. Как она нависла над ним, зарываясь рукой в волосы, чуть ли не на колени села…

Ей стоило больших трудов, чтобы сдержать себя и не пустить снова в ход магию.

– Тебе достаточно приказать, госпожа, – последнее слово он выделил интонацией.

Эти игры порядком надоели. Разозлившись на него и на саму себя, Киара громко произнесла:

– Тогда я приказываю. Не применять магию без моего позволения и не пытаться сбежать, – процедила она сквозь зубы, раздражаясь с каждой минутой все сильнее и сильнее.

Артефакт подчинения на запястье полыхнул зеленым.

– Как прикажете, госпожа, – буквально выплюнул он безо всякого почтения.

И от этого злого неприязненного тона больно резануло по сердцу. Почему возникло ощущение, что она сделала что-то, о чем будет жалеть?

– Меня зовут Киара. Те, кто хорошо меня знает, зовут Кая. Если хочешь, можешь обращаться по имени, – тихо проговорила девушка.

– Это тоже приказ, госпожа? – от усталости в голосе Амоа не осталось и следа. Сейчас в нем были лишь плохо сдерживаемые ярость и гнев.

– Нет, – она кашлянула и, чуть наклонившись, наконец освободила его от цепи, на всякий случай все же оставив антимагические наручи на запястьях.

– Какая честь, – фыркнул он, покрутив затекшими руками.

Нет, этого наглеца определенно стоило бы проучить!

Больших трудов стоило сдержаться. И чтобы не сделать того, о чем пожалеет, Кая отошла от него на несколько шагов.

– Действительно честь. Я хранительница магии королевства Диагон. И я выбрала тебя своим истоком.

Амоа безразлично дернул плечами, показывая, что это ему ни о чем не говорит.

Кая вздохнула, прижимая пальцы к вискам и собираясь с мыслями. Сложно объяснить постороннему то, что давно уже стало частью тебя. Ненавистной, неотделимой частью.

Она не могла стать матерью или выйти замуж. Она не могла претендовать на трон, несмотря на близкое родство с правящей династией. Она была проклята практически с рождения. И это проклятье медленно убивало ее. А через нее и всю ее семью. Отца, мать, младшую сестру. Время было их главным врагом. Срок почти подошёл к концу. Единственный шанс на спасение – найти для нее исток. Человека, жизненная сила которого была бы противоположна той, что течет в ней. Которая была бы способна не дать проклятью завершить начатое.

Но стоит ли раскрывать ему всю правду прямо сейчас?

Вытянув руку вперед, она кивнула на кольцо на указательном пальце.

– Это семейный артефакт. Он способен улавливать ауры людей. Он указал, что наши ауры подходят друг другу.

– Подходят для чего? – мужчина нахмурился и окинул ее долгим взглядом снизу вверх. Оценивающе хмыкнул.

Несмотря на всю уверенность и браваду, Киара почувствовала, как краска начинает приливать к щекам.

Он что, думает, что она потратила такие деньжищи просто потому, что ей его вдруг захотелось?

За ее двадцать с лишним лет еще ни один мужчина не интересовал Киару настолько, чтобы платить за ночь с ним. И уж тем более платить пять тысяч золотом!

Вдох-выдох. Спокойно.

Он мужчина, чего еще ожидать от его хода мыслей? Но она женщина. И она должна быть хитрее, терпеливее… как затаившаяся змея.

Нельзя контролировать человека, которому нечего терять. У которого нет желания выжить любой ценой, пусть даже не ради себя. Ради цели. Нужно найти, нащупать эту цель. Ну или дать ему новую.

А значит, нужно узнать о нем чуть больше. Односложные ответы ей не помогут. Сложно составить картинку, если не знаешь, о чем спрашивать. Но ведь спрашивать не обязательно. Иногда реакции говорят куда больше слов.

– Говоришь… сам себя продал. И ты при этом аристократ, – окончательно успокоившись, она обошла кресло, в котором он сидел, и встала за ним, разглядывая узоры на шее, уходящие под рубаху. Кольцо на пальце нагрелось, и от его жара начинало покалывать всю руку. – Сильный маг и, судя по твоему общению, привык приказывать…

Изо рта мужчины вырвался тихий смешок, и Киара поняла, что не угадала. Но как же так… получается…

– Но ты не всегда был аристократом, – о, вот теперь она явно попала в цель. Она видела это по тому, как забилась жилка на шее, как от мужчины потянуло флером плохо сдерживаемых эмоций. Тогда она сделала еще одно предположение. – Магом ты тоже был не всегда.

И снова в цель.

Обогнув его, она уже без стеснения села к нему на колени и осторожно дотронулась до колючей от щетины щеки нианца, заглядывая в его глаза с вертикальными зрачками, так похожие на звериные.

– Получив силу, ты совершил что-то, о чем жалеешь? – она попыталась прочитать ответ по его взору. – Поэтому ты?..

– Я. Ни о чем. Не. Жалею, – процедил маг. Его грудь часто-часто вздымалась, крылья носа раздувались, скулы побелели. Того и гляди взорвется.

От его слов по коже пробежали мурашки. Чистая незамутнённая ненависть. Ярость, почти не контролируемое бешенство, злость.

– Значит, у нас с тобой уже есть что-то общее.

Она не собиралась проникаться к своему пленнику. Не собиралась брать от него больше, чем нужно.

Так почему же сочувствует ему? Неужели он как-то обошел приказ и снова околдовал ее?

– Общее? Вряд ли у меня есть хоть что-то общее с избалованной девчонкой, привыкшей есть с золота и им же подтираться, – грубо отбил он, постепенно успокаиваясь.

Кая улыбнулась. О, нет. Он точно не родился благородным. Впрочем, чтобы делать более определенные выводы, нужно узнать подробнее о его родной стране.

Напоследок царапнув его ногтем по щеке, она с сожалением поднялась, подходя к окну. На площади перед дворцом собирался народ. Сегодня королевская семья произносила приветственную речь по случаю дня рождения наследного принца.

– А как насчет сотрудничества с избалованной девчонкой? – как бы между делом уточнила она.

Словно бы это было ей совершенно не важно. Словно бы от этого не зависела ее жизнь и жизнь ее близких.

– Сотрудничества?.. Хм… Дай подумать. Это предполагает, что и я что-то получаю, – протянул Амоа, окончательно справившись с приступом гнева.

Кая меланхолично смотрела в окно, не в силах опустить улыбку. Так и хотелось сказать: «Ну-ну, не прикидывайся пустышкой, друг мой, я уже видела, какой огонь спрятан внутри тебя».

– Вот только не вижу ничего, что бы ты могла мне предложить, – краем глаза она заметила, как он развел руки в стороны. – Освобождать-то ты меня явно не собираешься.

Это не был разговор раба с госпожой. Ни о какой покорности не было и речи. Но пока на это можно было закрыть глаза. Киара не сомневалась в себе. Она сумеет привить ему нужные качества.

– Почему ты не сделал этого сам? – браслет полыхнул зеленым. – Ты уже дважды околдовал меня. Неужели торговцы людьми оказались сильнее Хранительницы Диагона?

– Насчет «сильнее» не знаю, но в антимагических наручах воздействовать на них не получалось, – мужчина склонил голову набок, продолжая пристально рассматривать девушку. – Возможно, все дело в этой… как ты сказала? Ауре? Ты первая, кто поддался на зов, с тех пор как я оказался… где оказался.

Закончил он совсем тихо и даже отвернулся под конец фразы. Что же все-таки с ним случилось?

Закусив губу, Киара напряженно размышляла, как ей быть дальше. Этот человек явно не привык быть рабом и тяготился всем тем, что с ним произошло. Причем до такой степени, что был готов даже на смерть, лишь бы прекратить все это.

Она машинально дотронулась до горячего кольца-артефакта на пальце. Еще не проведя инициацию, она знала точно: он – тот самый. Единственный, кто может спасти ее. И она просто не может дать ему свободу. Физически не может. Ни через десять лет, ни через двадцать. А сколько продержится на нем эффект от артефакта подчинения? Полгода? Год? Если повезет, то может и два. И если она оставит все как есть, то никто не сможет поручиться, что по истечении этого срока он не сбежит.

Резко развернувшись, она снова встретилась с ним взглядом. Твердо, решительно. Сейчас от ее слов зависела не только ее жизнь.

– Что такое свобода по сравнению с тем, что тебя гложет? Я могу тебе дать куда больше, чем просто свободу. Как насчет мести?

– Мстить уже некому, – хрипло проговорил мужчина, но она видела, какой яростный огонь снова блеснул в его глазах.

– О, да. Именно поэтому тебя так распирает, когда ты говоришь о сожалениях? – с иронией заметила она. А затем, усмехнувшись, легко поддразнила его. – Нехорошо врать своей госпоже.

Амоа, поджав губы, опустил взгляд. А Киара мысленно выдохнула, поздравляя себя с первой, пусть и маленькой, победой.

Ничего. У нее есть как минимум год, чтобы приручить его. Заставить быть зависимым от нее. Вытравить даже малейшую мысль о том, чтобы хоть когда-нибудь покинуть Киару. И если ради этого она должна помочь ему стереть в порошок его врагов… что ж. Она сделает это.

Глава 2

Когда Киара проходила по коридору, она слышала, как шушукались служанки, как косились на нее стражники. Многие из них считали ее порождением Бездны, ведьмой, проводящей в подвалах замка нечеловеческие эксперименты. Порой ей казалось, что все думают, что рабов она покупает лишь для того, чтобы сожрать их в образе змеи. Мысли об этом заставили усмехнуться, плохая репутация порой служила отличной защитой.

Впрочем, наверное стоило поменьше на последних королевских советах спорить с хранителями казны и оружия. Не хотелось бы, чтобы те настроили против нее не только прислугу, но и знать.

Сегодня должен был состояться бал в честь Дня Рождения наследного принца, и ей как хранительнице пропускать подобное мероприятие было нельзя.

Но прежде чем готовиться к балу, было еще одно дело.

Ее семья жила тут же, во дворце. Отец был кузеном короля, внуком знаменитого Георга Завоевателя. Последнее время родители почти не выходили из своих покоев, очень ослабнув из-за проклятия. Но сестра пока чувствовала себя хорошо и тоже собиралась сегодня на бал в числе других придворных дам.

Когда она вошла, отец сидел у окна, подперев голову рукой и наблюдая за народными гуляниями на площади.

Она тихонько подошла, опускаясь перед седовласым мужчиной на колени.

– Папа, ты меня узнаешь? Это я, Кая, – потянула она мужчину за руку. Тот встрепенулся и удивленно посмотрел на девушку, словно только что заметил, что она в комнате.

– Кая? Где ты? – он рассеянно повертел головой и лишь затем обратил свой взор на Киару. – Вы не видели мою дочь? Мне кажется, я слышал ее голос…

Внутри все буквально оборвалось, горло сжалось, но она постаралась не выдать своего смятения. Нужно быть сильной. Теперь у нее есть ее нианец, Амоа. Она обязательно все исправит, вылечит их всех…

– Я здесь, папа. Это я. Ты меня понимаешь? Это я, Кая. Твоя дочь… – как можно более мягко, почти по слогам, произнесла она.

– Бесполезно, он такой уже третий день. Ты бы знала, если бы почаще вылезала из своих гримуаров, – Киара обернулась на голос. Позади, опираясь на дверной косяк и скрестив руки на груди, стояла ее младшая сестра Лиара. – Хотя, о чем я. Теперь у тебя новое развлечение. Раб? Наслышана.

– Лира, я нашла… – не дослушав обвинения сестры, Киара вскочила на ноги и, подбежав, взяла её за плечи. – Этот человек, нианец… он и есть исток. Кольцо не может ошибиться, если это так, то…

– Сколько раз ты уже так говорила? Сколько ритуалов проводила? – на глазах сестры выступили злые слезы. – Ни один не удался.

– До этого все было по-другому, я не была уверена. Кольцо не откликалось с такой силой… Но сейчас я уверена, этот – тот самый! – с жаром произнесла она, пытаясь убедить сестру.

Лиара поджала губы, всем своим видом показывая, что не верит ни единому слову. И Кая не могла ее винить. Из-за проклятия и она была под ударом. Она видела, как быстро угасают родители, их разум. И боялась, что с ней произойдет то же самое.

– Киара? – тем временем, вопрошал отец, смотря куда-то сквозь нас с сестрой. – Лиара? Идите обедать, а то урок танцев скоро начнется. Господин Дарий будет недоволен и опять пожалуется на вас маме.

Лира всплеснула руками и, кинувшись к отцу, принялась что-то мягко говорить ему.

Киара же прошла дальше и зашла в комнату, где спала мама. Рядом с ней сидела служанка, но при появлении Каи встала.

– Она приходила в себя? – отстранённо спросила Киара, наблюдая за тем, как мама во сне хмурится. Ее губы кривились, словно она вот-вот заплачет.

– Нет, госпожа. Иногда стонет в бреду, иногда плачет. Зовет вас и госпожу Лиару…

– Если что-то изменится, пошлите за мной, – глухим голосом произнесла Киара и поспешно вышла из комнаты. Лиара все еще сидела рядом с отцом. Но Кая больше не смотрела в их сторону. Она больше не могла быть здесь. Как же больно видеть, как близкие страдают, и понимать, что во всем виновата именно ты.

– Кая!.. – услышала она голос сестры вслед, но ноги снова несли её вверх по лестницам, по бесконечным коридорам замка.

Слуги с живыми букетами в руках, с украшениями для предстоящего бала сновали то тут, то там. Подготовка к празднику была в самом разгаре. Встречные люди косились на Киару и спешно пробегали мимо, пряча глаза. Должно быть, выглядела она не слишком хорошо и всклокоченно.

Понимала ли она сейчас купленного сегодня невольника, готового свести счеты с жизнью? Киара была готова решиться умереть, если бы это только помогло её родным. Но долгие годы поиска избавления натолкнули на неприятное открытие – её смерть ничего не решит, а лишь ускорит действие злых чар.

Кая уже почти дошла до своих покоев, как поняла, почему на неё все смотрят. Дотронувшись до щеки, наткнулась на влагу… По щекам градом текли слезы, а она этого даже не ощущала.

Хранительница магии королевства Диагон разревелась у всех на глазах. Какой позор!

Пытаясь утереться, крутанула рукой, сплетая пальцы в руну невидимости, и призвала силу, напитывая узор магией. Прошедший по телу холодок дал понять, что чары сработали. Нужно было куда-то зайти, чтобы утереть слезы и привести себя в порядок. Негоже хозяйке появляться перед рабом в том виде, в котором Кая была сейчас. Если он почувствует слабость, она уже не сможет повлиять на него. С такими, как он, нельзя быть слабой. Вывернув за угол, она осмотрелась и решила зайти в первые попавшиеся пустые покои, коих на этаже было великое множество. Уже собиралась отменить невидимость, как следом вошли еще двое.

Вернее, даже не вошли, а один, судорожно оглядываясь по сторонам, втащил за грудки другого.

Киара нахмурилась, пытаясь понять, кто перед ней. Их одежда не была похожа на одежду слуг, но и представителей знакомых фамилий Кая в них не узнавала. Впрочем, на бал съезжались люди со всего Диагона. Киара не могла знать всех.

– Ты уверен, что срок сегодня? Та, вторая, родилась на неделю позже.

– Она была лишь отводом. Но срок – таковым и остался, и он истекает сегодня.

Каким-то шестым чувством Кая поняла, что они говорят о чем-то очень важном. Важном непосредственно для нее.

Допросить бы этих людей, не привлекая внимания, а затем стереть им память.

Не выходя из невидимости, Кая начала сплетать руны пальцами, формируя вокруг этих двоих магическую сеть, которая могла удержать даже дракона. Оставалась всего пара плетений, когда дверь снова открылась.

– Вы двое. Вот вы где. Вас срочно ждет Его Величество.

Мужчины спешно покинули комнату, а Кая так и не сделала попытки их остановить. В голове все повторялась сказанная ими ранее фраза.

«Срок – таковым и остался, и он истекает сегодня…»

При этом в деле замешан Король Роберт? Почему интуиция буквально кричит ей, что это все как-то связано с ней? Своему чутью Киара доверяла полностью, оно еще ни разу не подводило.

Осев на пол, она зарылась руками в волосы, с силой потянув вниз. Боль немного отрезвила, помогла заглушить то, что сейчас творилось внутри.

Сегодня она специально искала в библиотеке информацию о Ниане. Книги говорили, что это закрытая страна, где маги редки, но зато те, кто встречаются, обладают невероятной силой. По всему выходило, что Амоа один из таких вот редких самородков-магов.

В отличие от Диагона, где верили в единого Создателя, на родине ее невольника верили во множество богов, живущих на горе Валаад, а также в подгорного короля, повелителя мертвых. Причем символы веры в этого короля, которые были указаны в книгах, были как раз такими, как тату на теле мужчины.

Фанатик? Служитель церкви? Жаль, не было времени разобраться с его прошлым получше, возможно именно в нем и лежит ответ на вопрос, почему именно он оказался подходящим истоком.

«Срок истекает сегодня», – мысленно повторила она и буквально заставила себя подняться на ноги.

О чем бы не говорили те, кого она подслушала, ей лучше перестраховаться и тоже закончить свои дела сегодня. Пусть она и опоздает на бал.

Значит, больше нет времени на уговоры и компромиссы с Амоа. Нужно действовать немедленно.

Привести себя в порядок пришлось тоже чарами. Все-таки косметическая магия – великое изобретение. Одна несложная руна, и вот уже никаких покрасневших глаз, лицо выглядит отдохнувшим и свежим. Остаток пути до своей комнаты девушка шла, продумывая каждое слово, каждый жест, каждый взгляд, который она адресует узнику.

Вот только недалеко от дверей ожидал… принц Стивен? Он стоял в нескольких десятках шагов, делая вид, что оказался в этом коридоре совершенно случайно, и теперь с явно преувеличенным интересом рассматривал одну из старинных картин, которыми был увешан почти весь периметр коридора.

Кая сбилась с шага. Странная встреча. Что он здесь делает?

– Киса! – увидев девушку, задорно позвал принц и направился в ее сторону.

Она мысленно представила, как пускает разряд молнии в него, а пальцы даже сами собой сложились в соответствующую руну.

– Вы потеряли здесь кошку, Ваше Высочество? – притворно удивившись, охнула Кая. – Позовите слуг, они ее мигом отыщут.

– Пф… – Стивен скривился, не оценив юмора. – Все-таки ты злюка, Киса. Я ж по делу.

Кая закатила глаза, тяжело выдохнув. Они с принцем были ровесниками. Он был старше всего на пару недель. Будучи детьми, они росли вместе, но Киара ненавидела то дурацкое прозвище, которое он ей придумал. Хуже всего было то, что вслед за ним ее так начинали называть и другие мальчишки из его окружения. Она ругалась на них, плакала, переживала, жаловалась родителям. Но ничего не менялось. Тогда она нашла в записях отца описание боевой руны-молнии. Мотивация была высокой, поэтому у нее ушло всего несколько месяцев, чтобы ребенком освоить эти чары. На полноценную молнию магического резерва не хватало, но результат вполне устроил. Уже через пару дней каждый из компании Стивена твердо знал ее настоящее имя и больше не рисковал коверкать. Она просто пускала разряд в каждого, кто смел назвать ее унизительной кличкой.

И самое смешное, что когда получившие по заслугам обидчики в слезах жаловались на ее, им никто не верил… потому что ну не может десятилетняя девочка владеть чарами молнии.

Вот только самого принца проучить Кая так и не решилась, ни до, ни после. За нападение на члена королевской семьи грозила как минимум ссылка для нападавшего и его родственников. Возможно, в ее случае ничем серьезным дело бы не кончилось, вот только рисковать благополучием родителей она не могла ни тогда, ни сейчас.

– Меня зовут Киара, – спокойно напомнила она. – Что-то случилось?

– Если б ты не пропустила предыдущий королевский совет, ты бы знала, – укоризненно покачал он головой.

– Не стоило назначать умирающую ведьму хранительницей магии Диагона, – пожала плечами девушка. В последнее время она действительно совершенно отошла от вверенных дел, все ресурсы тратя на поиск того, как избавиться от проклятия.

– Ну а кого еще, если у тебя самый высокий магический потенциал во всем королевстве, а, Киса? – фривольно подмигнул он. – Да и вся эта история с проклятием. Ты вообще уверена, что оно существует? Раз уж даже ты не можешь снять его, то, возможно, его просто нет.

Кая чуть ли не зарычала на него. Ну как можно быть таким поверхностным и легкомысленным? Он вообще соображает, что говорит? Будет продолжать в том же духе, и она не сдержится, превратит его в полено и скажет, что так и было.

– Вы пришли по делу, – напомнила Кая елейным голосом.

– Ах, да. По делу. Как я уже сказал, если бы ты не прогуливала, ты бы знала, что сегодня к нам на праздник приехала целая делегация из Ниана. А ты при этом именно сегодня умудрилась купить раба их расы. Ты ведь в курсе, какие они… нервные?

Девушка выразительно приподняла бровь.

– Намекаешь, чтобы держала раба у себя, пока его соотечественники не уедут? Без проблем. Будут еще указания, Ваше Высочество? – холодно поинтересовалась она.

– Все-таки ты злюка, Киса, – он качнулся вперёд, пытаясь поймать девушку в объятия, но та ловко выскользнула, оказавшись позади него. – Принцам не отказывают.

– Да что вы говорите, Ваше Высочество, – она притворно потупила взгляд, сделала глубокий вдох, прекрасно зная, что Стивен сейчас смотрит на вырез ее платья. Лукаво улыбнулась, подходя почти вплотную. – Вот только… Знаете, у меня весьма специфические пристрастия. Я же все-таки ведьма.

Принц, почуяв, что желанная добыча близко, наклонился к ней, совершенно, кажется, ее не слушая.

Она плотоядно улыбнулась, легко коснувшись бедра мужчины и, не удержавшись, пустила легкий магический импульс.

– Ай! – Стивен ужаленно подпрыгнул, ошалелыми глазами смотря на нее, а руками держась за причинное место. – Ты совсем спятила?!

– Вам не нравится, мой принц? – невинно похлопала она глазами. – Мне так жаль… Но, может, вы просто не распробовали… Это же так…

Она шагнула к нему, но принц лишь испуганно отшатнулся.

– Вот… ведьма! – он часто дышал, обиженно кривя рот. – Не подходи ко мне.

Он воровато огляделся, удостоверяясь, что никто их не видит. А затем выпрямил плечи и зашагал прочь.

– Разберись с рабом, – бросил он через плечо. – И больше не прогуливай советы… Киса.

Кая покачала головой и, закатив глаза, прикоснулась к двери, магией открывая ее. Делегация нианцев, надо же. Еще одно странное совпадение за сегодня. Представители этой страны очень редко сами искали контакта с другими королевствами. Возможно, Амоа может что-нибудь знать о том, зачем они здесь?

Впрочем, сейчас все это не главное. Главное – это исток.

Приоткрыв дверь, Киара осторожно зашла внутрь.

Никогда раньше ей не приходилось делить свои покои с кем-либо еще. Даже когда она жила с родителями, у нее всегда была своя комната. Но рабам отдельная спальня не полагалась. Можно было, конечно, отослать Амоа на двор, к другим невольникам. Но не в ее случае. Исток должен быть рядом.

Мужчину она обнаружила у книжного шкафа. Он придирчиво рассматривал корешки магических книг, водя по ним указательным пальцем. Услышав скрип двери, он повернулся к ней и тут же отдернул руку от шкафа, недовольно сверкнув глазами. Не рад, что она его застала за разглядыванием ее вещей? Или не хочет, чтобы она поняла, какая именно книга его заинтересовала?

Может быть, та, по которой она проводит ритуалы?

Вот только с внутренними демонами Амоа разбираться сейчас было совершенно некогда. Несколько секунд взвешивая «за» и «против», Кая кивнула собственным мыслям:

– Нам с тобой сейчас надо спуститься в подвал дворца, в ритуальный зал, – произнесла она.

Оставалось лишь надеяться на то, что они по дороге ни на кого не наткнутся.

– Нам? Или тебе?.. – глухо проговорил он, почти на пределе слышимости, а затем, усмехнувшись, добавил не слишком почтительно. – Госпожа.

Возникшее было желание в общих чертах объяснить ему, для чего нужно вниз, что за ритуал она собирается провести, оказалось погребено под вспыхнувшим раздражением.

Все и так не вовремя, счет возможно идет на часы, а он решил, что это идеальный момент для провокации?

– Я смотрю, ты не теряешь надежды на то, чтобы тебя все-таки убили, – холодно произнесла она, направляясь к шкафу, чтобы взять нужные для ритуала инструменты. – В ритуальный зал нужно мне. А ты пойдешь со мной. Ведь не зря же я пять тысяч выложила.

Кая позволила себе снисходительную и, возможно, в чем-то даже милую улыбку, хотя саму аж потряхивало от овладевшего ею раздражения, досады и волнения, что ничего не получится, все окажется зря…

Амоа чуть отступил в сторону, пропуская ее. На его лице на миг отразилась ярость, но он быстро справился с собой, натянув маску бесстрастности. Лишь губы так и остались стиснуты в тонкую нить, и потемнел взгляд.

Она думала, он что-нибудь возразит, снова начнет язвить. Но нианец ничего не ответил, отчего Киара неожиданно разозлилась еще больше, словно своим молчанием он специально действовал ей на нервы.

Хоть бы спросил уже, зачем им куда-то идти! Она бы тогда объяснила… Или потянула бы интригу в отместку за его поведение.

Взяв все, что нужно, она повела мужчину за собой. Его присутствие рядом она ощущала буквально кожей. Кольцо на пальце снова нагрелось, а от случайных касаний по телу проходил магический импульс, лишний раз подтверждающий: он – тот самый.

Драконье дерьмо, почему именно он?! Почему не кто-то менее эмоциональный, менее непредсказуемый, менее… опасный?

Искоса Киара бросила на него взгляд, отмечая каждую малейшую черту, словно впитывая, запоминая того, кто будет с ней теперь постоянно рядом.

Сегодня наконец у нее все получится. Иначе просто и быть не может. Чувствовал ли Амоа то же, что и она? Впрочем, что он мог чувствовать?

Бросив еще один взгляд на молчаливо следовавшего за ней нианца, Кая вздернула подбородок и, решительно тряхнув волосами, расправила плечи.

Знать бы еще, о чем он думает. Ее раб… Как же!

Как-то в детстве ей подарили котенка. Она так мечтала о нем. Как с ним будет весело играть, засыпать, прижимаясь к мягкой шерстке… Реальность оказалась жестока, животное было абсолютно диким и в первый же день расцарапало ее лицо и руки так, что пришлось вызывать целителя.

Вот и тут у нее чувство, словно она вместо котенка купила не просто дикого зверя, а как минимум саблезубого тигра, еще и оснащенного скорпионьим хвостом. И то ли сожрет, то ли просто убьет, то ли сам сделает своей зверушкой…

То ли у нее будет самый опасный и полезный «котенок». Осталось лишь приручить.

Он молчал всю дорогу, и от этого молчания становилось неуютно, а от случайных взглядов, которые она ловила, бросало в жар. Была ли это магия кольца? Влияние близости истока? Или снова его фокусы, которыми он уже пытался околдовать ее?

Сейчас он шел за ней, потому что она так приказала. Потому что действовал подчиняющий артефакт. Но Кая не обманывала себя. Без антимагических наручей и браслета у нее на запястье она бы не заставила его и с места сдвинуться без его на то желания.

«Впереди целый год, а то и два. Я смогу…» – мысленно приободрила она себя.

Киара знала практически все тайные ходы замка, так как провела все детство, исследуя путаные коридоры. Но не везде можно было пройти обходными путями.

Несколько раз им не повезло пересечься со слугами и прибывающими на праздник гостями, успевшими наводнить замок. Чужестранец так разительно отличался от окружающих своим внешним видом, что пялиться начинали даже самые, казалось бы, благовоспитанные вельможи.

И если покупка ею раба вызвала столько пересудов среди прислуги и стражи, то Кая могла представить ту бурю, которая поднимется теперь, после того как ее видели рядом со столь колоритными нианцем.

Счастье еще, что практически никто не мог сказать наверняка, кого же именно приобрела Кая и был ли у нее раб вообще. В любом случае, теперь можно было не сомневаться в том, что это обязательно свяжут с прибывшей в Заир делегацией из Ниана.

В том, что сегодня явно не ее день, девушка окончательно убедилась перед самым спуском в подземелья, потому что стоило им завернуть за угол, как они с Амоа оказались лицом к лицу к этой самой делегацией.

Перед глазами встало самодовольное лицо Стивена. «Очередной прокол, Киса», – словно наяву услышала она, и от мыслей об этом внутри поднялась такая волна негодования, что магия мгновенно откликнулась, просясь наружу и требуя причинить кому-нибудь боль.

– Мое имя – Киара, – одними губами прошептала она.

Ну уж нет! Любой прокол можно обернуть себе на пользу. Главное, действовать по обстоятельствам.

Представители чужой страны стояли небольшой группой, их было шесть человек, а рядом крутился дворцовый распорядитель с огромной папкой в руках, что-то в ней торопливо записывая.

Все нианцы в чем-то неуловимо были похожи на Амоа. В разных чертах лица без труда угадывалось общее. Но ни у кого из них не было ни татуировок, ни таких странных глаз с узкой радужкой.

Поняв это, Киара непроизвольно обернулась на своего пленника. Тот застыл, глядя на соотечественников. На лице – ни одной эмоции. Каменная маска, и та больше наполнена жизнью.

И? Что это значит? Он узнал кого-то конкретного?

Киара мысленно содрогнулась, представив, как сейчас пойдут крики, что она не имеет права держать в рабах их друга, брата, дядю, соседа, бездна знает кого еще…

Ну уж нет! Не она привела его на рабский рынок, заковав в цепи. Но она вполне законно его купила. Сумма выплачена целиком и полностью, документы в порядке. И пусть оспаривают это где хотят!

Впрочем, сейчас, пока интерес к ним высок, они могут обратиться напрямую и к королю. А тот, в свою очередь, конечно, может попытаться его отобрать, передав делегации в знак доброй воли… Станет он это делать или нет? Каковы планы Диагона на этот визит? Как же не к месту, что она пропустила последний совет!

«Так. Спокойно!» – скомандовала Кая сама себе. Она в любом случае успеет провернуть ритуал. Правда, проблем потом будет…

Киара снова посмотрела на делегацию… в том, что каждый из них узнал Амоа, сомнений не было. И он им был явно не дорогим и любимым родственником.

Смуглые лица побледнели, глаза расширились, рты приоткрылись…

Они, что – боятся его? Он их тоже цепями пытался придушить? С этого буйного станется…

– Ди… Малех? – слабым голосом отозвалась единственная в делегации женщина. Она приложила одну ладонь к щеке, но и невооруженным взглядом было видно, как затряслись ее пальцы.

– Какая встреча, Рене, – губы Амоа сложились в широкую улыбку, но от этой улыбки становилось не по себе. Мускулы на руках мужчины напряглись, словно он готов был вот-вот броситься вперед в зверином прыжке.

Киара прищурилась, оценивая ситуацию. Значит, знакомы.

Девушка едва слышно хмыкнула, привлекая внимание Амоа, и поправила длинный рукав платья, будто бы ненароком продемонстрировав ему хорошо знакомый браслет подчинения. Судя по чуть расширившимся зрачкам мужчины и ярости вперемешку с отчаянием, мелькнувшей во взгляде, намек он понял правильно. А в следующий миг на его лице отразилась немного пугающая саркастическая улыбка человека, которому уже нечего терять, ведь палач уже занес топор, остается лишь не подать виду, насколько все плохо… А в данном случае, насколько унизительно его положение.

Вот ты и попался, «котенок».

У каждого есть свои слабости. И Кая не удержалась бы при дворе, если бы не научилась их молниеносно просчитывать и находить у других.

Киара буквально впилась глазами в эту самую Рене. Высокая, выше Киары, чуть полноватая, но от этого ее грудь лишь сильнее выделялась под утягивающим корсетом. Темные волосы заплетены во множество мелких косичек, а в уголках глаз нарисованы длинные черные стрелки.

В Диагоне таких точно не встретишь.

– Ты же… – голос Рене дрожал, в нем слышалась самая настоящая паника. Последнее слово она произнесла почти беззвучно, но Кая прекрасно поняла, что именно та хотела сказать, – сдох…

Кая напряженно сглотнула, наблюдая за сценой.

Как интересно. Жаль, что время так сильно поджимает, было бы полезным послушать эту нианку. Сдается, ей было что рассказать об их общем «друге». Впрочем, если ей повезет и ритуал пройдет быстро, то на балу можно будет попробовать подобраться поближе. Поговорить о том, о сем…

Кая умела быть дружелюбной. Разумеется, все бы ей не сказали, но порой достаточно и самых нелепых слухов, чтобы выцарапать из них главное.

– Мастер Ди Малех… – отмер один из мужчин за спиной Рене. – Мы не знали, мы… очень рады… Если вы… только одно ваше слово…

Рады? Киара чуть не прыснула. О, да. Радость от встречи так и плещется на их омертвевших от испуга лицах. Трусливые шавки перед львом, того и гляди плюхнутся на колени…

А сам лев в этот же момент и вовсе застыл каменной статуей с приклеившейся на губах улыбкой, почти превратившейся в оскал. Кажется, даже не дышал. Напряжение стояло такое, что, казалось, достаточно мельчайшей магической искорки, чтобы прогремел взрыв.

Киара поймала взгляд Амоа, и на миг в нем промелькнуло что-то, чего прежде она никогда в нем не видела, но это что-то тут же было задавлено вспышкой всепоглощающей злости. Правда, Кая подозревала, что злился он не на нее, а на себя. Злился за то… что просит ее?

Кажется, Амоа был из той породы мужчин, что считают зазорным просить помощи… не хотят никому быть должны и обязаны.

Невольно ее губы тронула понимающая улыбка. А у них, похоже, больше общего, чем она думал. Но эту ее улыбку нианец трактовал по-своему, судя по отразившемуся в глазах презрению, почти животной ненависти.

Словно бросал ей вызов: ну вот он я, что же ты медлишь? Добивай!

Улыбка на губах Каи стала еще шире, когда она обернулась к делегации. Учтиво склонив голову, она с легким сожалением произнесла:

– Прошу простить, господа, но у нас с Мастером Ди Малехом дела неотлагательной важности. Как только обстоятельства позволят, уверена, вы обязательно еще встретитесь и обсудите все вопросы.

«Обстоятельства» – так Кая себя еще не называла.

Удивление и растерянность, на мгновение проявившиеся на лице Амоа, сделали его черты мягче и… человечнее, что ли?

Киара, залюбовавшись этим неведомым прежде зрелищем, затаила дыхание. Определенно, оно того стоило.

Амоа медленно повернул к ней голову и несколько заторможенно кивнул, а глаза его странно блеснули. И непонятно, то ли этот кивок предназначался для гостей, то ли таким способом он пытался поблагодарить саму Каю.

Тем не менее, это был шаг к сближению… И тот самый рычаг, которого Кае так не хватало, чтобы быть уверенной наверняка: она своего добьётся.

– Поспешим, Мастер… нас ждут, – вежливо обратилась она к нему и, бросив извиняющийся взгляд в сторону гостей, больше не оглядываясь, зашагала дальше, зная, что нианец не отстает ни на шаг.

Она знала наверняка: Амоа идет за ней. Такие люди просто физически не выносят быть должными кому-то. И теперь вдвойне интересно: а как же его вообще угораздило попасть в рабство?

Глава 3

Ключ от королевского ритуального зала был только у троих. У нее, как у занимающей должность Хранителя Магии Диагона, у Хранителя Ключей и у самого Короля.

Зал располагался в подвалах замка и был хорошо экранирован – мог удержать даже самый мощный поток чар. То, что происходило здесь, оставалось здесь же – даже если что-то пойдет не так, никто никогда не узнает о случившемся.

Когда Амоа вошёл следом за ней в зал, Кая с мрачной решимостью задвинула закрывающий изнутри засов, чтобы уже точно никто не смог им помешать сегодня. Скрестила пальцы в руну света, призывая магический огонь в развешенные на каменных стенах факелы.

За время пути он так и не спросил ее, куда конкретно и зачем они идут. С одной стороны, раньше она никому ничего не объясняла, разве что Филипу, но тот был не в счет.

Но, видимо, собственная участь интересовала ее невольника куда меньше, чем то, что произошло в коридоре. Стоило ей запереть их, как он наконец не выдержал:

– Почему ты не выдала меня?

Киара обернулась, глядя в светящиеся негодованием глаза мужчины. Внешне он был абсолютно спокоен, но это спокойствие явно давалось ему очень дорого. А что касается самого вопроса… эх, кажется, в такого покорность не вбить, сколько ни старайся.

– Ты сам попросил, разве нет? – она пожала плечами и сделала вид, что не заметила его поведения.

Нужно было поторопиться, расставить знаки силы, вычертить свежие руны, напитать их собственной кровью. Она отточенными заученными жестами принялась проводить подготовку, краем глаза наблюдая за внутренней борьбой, буквально написанной на лице у нианца.

До этого Киара уже пыталась провести похожий ритуал, и не единожды. Первый раз – несколько лет назад, когда ещё только-только сумела определить способ купировать проклятье.

Попыткой номер один был младший сын герцога Кейна – Филип, пытавшийся за ней ухаживать в то время. Киара рассказала ему о своей проблеме, а он вызвался помочь…

– Я не… – начал громко Амоа, но умолк на полуслове.

Кая подняла на него голову, приподняла брови, приглашая договорить. Он «не» что? Не просил? Не хотел, чтобы она прикрыла его перед соотечественниками? Может быть, он сейчас думает, что было бы лучше, чтобы она приказала ему что-нибудь? Как-нибудь унизила, показав, что он всего лишь раб и им нечего больше бояться его.

Или просто думает, что правда все равно рано или поздно всплывет и лучше бы это уже случилось?

– Спасибо, – после продолжительного молчания тихо произнес он, чуть склонив голову так, что спутанные волосы упали на лицо.

«Нужно было сказать ему помыться», – отстранённо подумала Кая и, кивнув в ответ, вернулась к начертанию символов.

Все как и до этого. Сначала руны, потом знаки, напитка, заклинания.

Отклик был даже в первый раз. Тогда на короткий миг она поверила, что все действительно так просто. Что юный герцог Филип станет спасением для нее и ее семьи. Но уже несколько секунд спустя парень начал задыхаться, синеть…

Это она убивала его, иссушала его жизнь своей магией, забирала силу…

Ей удалось остановить происходящее в последний момент до того, как он умер. Она помнила, как в отчаянии пыталась привести Филипа в сознание, как после несколько дней не отходила от его постели, чувствуя за собой вину, что втянула его в это…

О том, каких усилий ей стоило скрыть произошедшее, вспоминать не хотелось. Для всех остальных – юный герцог просто упал со ступенек.

В тот раз удача была на ее стороне, никто не узнал о ритуале, а сам Филип, придя в себя, ничего не вспомнил. То есть вообще ничего. Он даже не узнал ее. Каким-то образом магия выборочно стерла ему воспоминания обо всем, что было связано с Киарой.

Это было уроком, предупреждением. И пусть было больно от того, что пришлось вычеркнуть близкого человека из жизни, она не сдалась, продолжая поиски лекарства.

А ещё у неудавшегося ритуала был интересный побочный эффект – резко выросший уровень магического резерва.

Чтобы больше не рисковать, она начала покупать рабов. Нечасто, раз в несколько месяцев. Теперь она отбирала их тщательнее, пыталась найти того, кто бы подходил по ауре.

Но все заканчивалось одинаково. Неконтролируемый поток магии начинал убивать исток, рабы не выдерживали, и ритуал приходилось прервать. Она давала им время прийти в себя, после чего отсылала на работы по замку.

И искала следующего. С маниакальной настойчивостью веря в то, что она найдет то, что ищет. И она нашла.

Закончив приготовления, Киара снова повернулась к без интереса наблюдающему за ней Амоа. Любопытство явно не один из его пороков.

С другой стороны, если сегодня все наконец получится, будет лучше, если они оба будут понимать, что происходит.

Взгляд нианца был отсутствующим, словно бы он был не здесь, а где-то далеко.

Думает о своей Рене? Неожиданно мел в руке Каи треснул. Этот звук громом отозвался от пустых каменных стен. Но даже он не вывел ее невольника из раздумий.

Тихонько выругавшись, девушка решила все же начать разговор. Вот только заговорила она отнюдь не о ритуале.

– Кто такая эта Рене? – камень на запястье полыхнул зеленым.

Она подозревала, что это кто-то близкий. Возможно, жена, невеста, любовница. Ни одного человека нельзя ненавидеть больше, чем того, которого ты когда-то любил. Но ответ Амоа удивил.

– Подруга, – в его взгляде вновь промелькнул огонь недовольства, видимо, почувствовал магию принуждения, и она пришлась ему не по вкусу.

Подруга? Вот эта госпожа «Я думала ты уже сдох»?

Это как вообще? У самой Киары особо друзей никогда не было. В детстве никто не хотел с ней дружить из-за нападок принца, а когда она заработала себе славу «метательницы молний» к ней просто стали боятся подходить. А после случая с Филипом она и сама запретила себе близко сходиться с людьми.

Впрочем, эта тема сейчас действительно была не главной. Сначала ритуал, а затем все остальное. Ей показалось, или она слышит музыку оркестра, доносящуюся откуда-то сверху? Кажется, праздник уже начался. Нельзя, чтобы Каю хватились.

Вздохнув, Киара ненадолго прикрыла глаза, собираясь с духом. Она все еще хотела объяснить ему, что их ждет, чтобы быть уверенной, что все пойдет точно по ее плану.

– Этот ритуал очень важен для меня… – начала она неопределенно. – От того, что будет в итоге, зависит не только моя жизнь, но и…

– Это угроза? – холодно перебил ее Амоа. – Тогда не теряй времени даром, лучше прикончи сразу.

Киара сжала руки в кулаки, борясь с собой, чтобы действительно не прибить его. Бездна! С ним же невозможно разговаривать!

Так, спокойно! Не хочет слушать – пожалуйста, это его проблемы.

– Войди в начертанный круг и встань на колени, – собственный голос казался ей незнакомым и властным. Она даже почувствовала магию браслета, не оставлявшую нианцу свободы выбора. По телу пробежала дрожь предвкушения.

Сейчас все решится. Это ее последний шанс спасти близких.

На лице Амоа не дрогнул ни один мускул. Его губы не проронили ни единого звука. Не отрывая от нее звериных глаз, он вошел в ритуальный круг и плавно опустился на пол. Еле слышно хмыкнул, приподнял бровь. Совсем как тогда, на площади. У Каи даже дыхание перехватило от этого вида.

«Ищете покорного слугу?» – спросил он тогда.

Шумно сглотнув, она потрясла головой, отгоняя наваждение, и вытащила кинжал, которым, не мешкая, рассекла ладонь.

Из сжатой в кулак руки на пол потекли крупные капли. Стоило им упасть, как знаки силы по периметру круга засветились, откуда-то подул горячий сухой ветер, взметая вверх ее волосы.

Сосредоточившись на бурлившей внутри нее силе, она речитативом начала читать заклинание на одном из древних языков Диагона.

Она призывала магию соединить жизнь ее и стоящего перед ней на коленях мужчины.

Пока все шло гладко, Амоа словно не замечал той мощи, что сейчас разворачивалась рядом с ним, всем своим видом выражая смертную скуку и пренебрежение.

Но вот она наконец добралась до того места, когда каждый из ее предыдущих попыток не выдерживал и приходилось все останавливать. Перекрикивая стоявший в ушах шум, она обратилась к нианцу:

– Теперь повторяй за мной, – потребовала она. – Я отрекаюсь…

– Я отрекаюсь, – он недоверчиво сощурил глаза, начало фразы ему явно не понравилось.

– От своей жизни, – что-то было не так. Киара чувствовала это. Но пока не могла понять, что именно. – И вверяю ее в твои руки.

Амоа стиснул зубы, но фразу так и не повторил.

Как?! Как он это делает? Магии принуждения практически невозможно сопротивляться! По крайней мере, не так сразу.

– Повторяй! – приказала она, кровь стучала в ушах, волнение сковывало движения.

Только не сейчас! Создатель! Не дай ему все испортить!

Камень на руке светился зеленым, всю свою магию она направила сейчас на то, чтобы он повторил проклятую ритуальную фразу.

Он чуть склонил голову вбок. Видимо, сопротивление все же дорого ему давалось.

А ведь Кая ему даже антимагические наручи не сняла!

– От… – подчинение все-таки действовало, он начал говорить то, что требовалось. Но, Создатель, какая же сила воли у этого человека! – От…

Знаки силы начали мигать, свет рун стал гаснуть. Нет! Только не это! Ритуал не должен сорваться!

Кая часто задышала, из последних сил удерживая круг. Если сейчас ничего не получится, то второй раз сегодня напитать руны она не сможет, попросту не хватит резерва.

– Да повтори ты уже! – в отчаянии воскликнула она, чувствуя, как ее начинает колотить от жуткой смеси страха, паники и подкатывающего магического истощения.

Несколько мучительно долгих секунд они смотрели друг другу в глаза, а затем она наконец услышала:

– Я отрекаюсь от своей жизни и вверяю ее в твои руки.

На мгновение все стихло. Не было ни ветра. Ни магии. Ни даже звуков.

Ни разу прежде ритуал не проходил так.

Кае даже показалось, что она оглохла, и, чтобы удостовериться, что это не так, она щёлкнула пальцами.

Нет, все же слышит.

Но в этот же миг, словно подчиняясь ее щелчку, татуировки на теле нианца засветились жёлто-оранжевым, словно наполняясь огнем изнутри.

Знаки силы вторили им, подхватывая этот огонь, обступая Киару со всех сторон. А затем магия ударила прямо в нее.

Это было похоже на огромное светящееся море, толщи золотистых вод, обступившие ее со всех сторон.

И в этом бурлящем водовороте она ощущала себя лишь крохотной щепкой, которая не может сама выбирать направление. Которую несет потоком.

Перед глазами мелькали незнакомые места, которых она никогда не видела, события, в которых не принимала участия. Горы, подпирающие небо, облака, плывущие под ней. Что это? Откуда?

«Обретешь силу, но потеряешь свободу…» – слова на незнакомом наречии. Она слишком плохо знала язык нианцев, чтобы понять все, но, судя по всему, это был именно он. – «Эта сила должна быть подчинена людям, а ты человеком быть перестанешь…»

«Отплатить чужой болью за свое унижение…»

Все разворачивающееся перед ней было словно соткано из тумана. Издалека кажется, что что-то происходит. Вот она видит темноволосую девочку, бегущую по сельской дороге, и загорелого мальчугана, спешащего за ней. Киара хочет подойди, услышать, о чем дети кричат друг другу, но стоит приблизиться, как сцена расползается, как тот самый туман.

«Мама сказала, что я за тебя отвечаю!»

А в голове только обрывки чужих фраз, бестолково вертящиеся по кругу.

«…беглый раб, он ранен!» – лицо торговца людьми, искаженное алчностью. – «Сможем его перепродать, несите на корабль…»

Соленые брызги на губах. Чем-то похоже на вкус крови. На вкус мести. Сладкой-сладкой мести.

Незнакомый человек с перекошенным от страха лицом стоит на коленях.

«Я хочу, чтобы ты жрал землю под моими ногами…»

Киара вынырнула из чужих воспоминаний так же резко, как и попала в них.

Темнота обступала со всех сторон. Пальцы сплели руну света еще до того, как она успела подумать. Со всех сторон тут же вспыхнули факелы, даже глазам на миг стало больно.

Оглядевшись, она поняла, что все еще находится в ритуальном зале. Ритуальный круг погас, сила ушла из него.

– Амоа! – она взволнованно подскочила к неподвижно лежащему на полу мужчине.

Бездна! Неужели она снова ошиблась? Неужели… убила его?

Прижав палец к шее нианца, сосредоточилась, напряженно отсчитывая удары пульса. Жив… жив! Слава Создателю!

Она похлопала его по щекам, желая привести в сознание, но тот по-прежнему лежал неподвижно. Магическое определение состояния не выявило проблем.

В этот самый момент что-то словно ударило по перекрытиям. Киара подняла глаза к потолку и поняла, что музыка, едва доносившаяся сверху – умолкла. Она нахмурилась, машинально скрещивая пальцами руну определения времени. Странно, не прошло даже часа. Праздник не должен был так рано закончиться. Стивен всегда любил танцы.

До ее слуха донеслись крики. Испуганные вопли не одной сотни людей, топот множества ног…

Киара бросила последний взгляд на Амоа. Ничего не случится, если она оставит его приходить в себя здесь. Просто запрет зал на всякий случай, чтобы никто не вошел.

Решив так и сделать, девушка поднялась на ноги и выбежала в коридор, на ходу бросив запирающее заклятье на дверь. Зачастила по каменным ступенькам. Чем выше она поднималась, тем громче становились крики. А поднявшись на нужный этаж, Кая попросту угодила в толчею из людского моря.

Все с ужасом спешили убраться подальше из бального зала. Пришлось пробивать себе пусть чарами, воздушной волной отталкивая людей со своего пути. Отчего всеобщая сумятица только усилилась. Зато, расчистив дорогу, Киара наконец сумела попасть в зал.

– Что здесь происходит?! – воскликнула она, но голос ее сам собой увял, стоило ей наткнуться глазами на отвратительное зрелище.

Посреди зала, прямо перед тем местом, где стояли двое высоких правителей Диагона, уперев невидящие глаза в потолок, лежал принц, рядом с ним несколько человек. Она узнала главного целителя, в уголках губ которого запеклась кровь. Король с королевой, испуганно обнявшись, стояли всего в нескольких шагах от него.

Их со всех сторон обступила стража, держа наготове оружие, но явно не зная, против кого его применять.

Но самое ужасное было не это. А черная густая жижа, мерными толчками вылезающая изо рта принца и медленно растекающаяся по мраморному полу. Над мерзкой пузырящейся дрянью клубился пар, поднимающийся к самым сводам.

– Что… здесь произошло? – севшим голосом повторила Киара, привлекая к себе внимание.

– Это она! Она была со злым ящером! – фраза прозвучала на ломаном языке Диагона.

Кая повернулась на голос – чуть в стороне, тыкая в нее пальцем, стояла в окружении соотечественников Рене.

После ее крика все взоры скрестились на Киаре. Королева резко обернулась к девушке с искривленным от ужаса ртом, глаза женщины были выпучены.

– Ты! Это ты должна была сейчас сдохнуть вместо него! Стража! Это она что-то сделала с моим сыном! Схватить! Убить! Если она умрет, принц выживет! – истошно завопила она, буквально подпрыгивая на месте. Стража неуверенно двинулась в сторону Киары.

Что-что, а быстро соображать Кая всегда умела. Взмахнув руками, она призвала магию, атакуя первой. Плевать, что это только подтвердит обвинения королевы в чужих глазах. Ее уже назначили главным виновником произошедшего.

Ударная воздушная волна сбила солдат с ног. Один из них, подошедший ближе всего, отлетел прямо на тело принца и тут же забился в судорогах, изо рта полилась кровь.

«Это ты должна была сейчас сдохнуть вместо него…»

Разговор, который она подслушала, о проклятье, которое должно сработать через двадцать два года…

Это оно и есть? То, что мучило ее и ее семью долгое время? То, найти первопричину чего у нее так и не вышло. Потому что она искала ее не там, где следовало. Первопричина была не в ней, а в принце, на которого и были наложены злые чары. Чары, для которых она служила отводом. Но когда она сумела защититься от них, найдя исток – они со всей силы ударили по тому, на кого и были направлены изначально.

Ее снова окружили. Среди оставшихся в зале были маги. Лучи заклятий полетели над головой. Она скрестила пальцы, призывая щит, но все же пропустила один из лучей. Плечо прострелило болью, из глаз брызнули злые слезы. Магический резерв, опустошенный после ритуала, не давал перейти в наступление.

Но им не стоило ее злить. Глубоко вдохнув, Кая призвала остатки силы, чувствуя, как тело, следуя за ее волей, изменяется, становится более гибким, ловким, опасным, неуязвимым для чужой магии.

Через несколько секунд посреди зала подняла голову огромная змея.

Глава 4

Голова гудела, будто на нее упал камень с горы Валаад. Амоа потер виски, раздраженно посмотрел по сторонам. Похоже, его новая «Госпожа» сделала все, что хотела, и оставила его подыхать от боли в этом каменном мешке.

Поднявшись на ноги, он пнул один из камешков по периметру рунного круга.

«Я отрекаюсь от своей жизни и вверяю ее в твои руки», – воспоминания о словах, которые она заставила его произнести, жгли изнутри каленым железом.

Стерва! Напыщенная аристократка! Избалованная девица! Да кто она такая, чтобы он отдавал ей свою жизнь? Пусть даже она ему самому не была особо-то и нужна!

И ведь он сам хорош. Он чувствовал, что может сопротивляться ее приказу. Чувствовал, что если потянет еще немного, то получит такое желанное для него избавление. Забвение, в котором не будет боли – ни физической, ни душевной. Но посмотрел в ее глаза…

«Да говори же ты!» – ее полный отчаяния и тоски взгляд. Как там она сказала? От этого зависит не только ее жизнь? Только там, стоя перед ней на коленях в рунном круге, он понял, что они действительно в чем-то похожи. Что она так же, как и он когда-то, готова пожертвовать всем ради кого-то очень близкого.

И это сломило его сопротивление. Заставило чары согнуть его волю и произнести проклятую фразу. Он не хотел, но хватило малейшего сомнения, из-за которого подчинение оказалось сильнее.

Проклятая девчонка! В сердцах Амоа пнул еще один камень, и в этот момент его взгляд зацепился за лежащий под ногами кожаный ремешок. Нахмурившись, он поднял его. Зеленый камень поблескивал в свете факелов.

Это тот самый артефакт, что заставлял его выполнять приказы? В этот момент он разглядел собственные запястья – антимагических браслетов не было. Не веря в свою удачу, щелкнул пальцами, и в тот же момент на кончиках заплясали язычки пламени.

Как же он соскучился по этому. Внутри поднялась волна предвкушения, будто он уже сжег этот дрянной замок вместе со всеми его обитателями. На губах сама собой расцвела жестокая улыбка. Амоа был уверен, увидь его сейчас кто – испугался бы пуще подгорного короля.

Мужчина поскреб щетину на подбородке, ухмыляясь собственным мыслям. Поискав взглядом, обнаружил расстегнувшиеся антимагические наручи – должно быть, замок испортился из-за ритуала. Хоть что-то хорошее. Еще один щелчок – и голова перестала болеть. Как же все-таки хорошо владеть магией!

Амоа прислушался к себе, пытаясь понять, изменилось ли что-то. Но нет, кажется, ничего. Никакой связи с упрямой магичкой, вздумавшей его подчинить, он не ощущал.

Как странно, еще недавно он хотел умереть, но, как ни крути, ведьме все-таки удалось расшевелить его. Мы начинаем ценить что-то, только когда теряем. И Киаре определенно удалось задеть его за живое.

Спрятав браслет с камнем в карман, он прошел к дверям. Теперь самое время смыться отсюда.

Дверь поддалась проще, чем он думал – оказалось достаточно легкого магического импульса.

Амоа лишь удивленно вкинул брови на это, но особенного значения не придал. Кто знает этих диагонцев. Может быть у них принято не запирать дома, оставлять добро на улице, удивляясь потом, если сопрут. Изнеженные, наивные, привыкшие к тепличным условиям…

Раздумывая об этом, он даже не сразу понял, что что-то не так. Навстречу попалось несколько испуганных людей, они откуда-то улепетывали со всех ног. Он их не тронул. К чему тратить силы понапрасну?

Но судя по шуму, вскоре стало понятно, что где-то началась заварушка. Крики, шум, топот ног.

В любом случае – это уже не его проблемы. Добравшись до одного из нижних этажей, он нашел окно, выпрыгнул из него, прошел неспешным шагом по роскошному саду. Красиво, несомненно. И трудов, должно быть, вложено в эти идеально подстриженные кусты, деревья, мощеные дорожки было не мало. Цветы образовывали композиции, сплетаясь в различные рисунки.

Но при этом все это было… неживым. В Ниане такого не было. К чему придавать дереву форму шара, срезая его ветви? Зачем заковывать ручей в гранит? Кажется, стремление все и всех контролировать у Диагонцев в крови. Взять хотя бы то, что так называемые «подчиняющие артефакты» придумали именно здесь.

Неожиданно Амоа оступился, схватившись за горло. На шее затянулась удавка, он сделал несколько инстинктивных шагов назад, царапая кожу ногтями.

Подгорный король! Что это…

Дышать стало легче, будто ничего и не было. Амоа огляделся. Ни Киары, ни кого-либо еще. Что за фокусы?

Прошел чуть вперед… горло снова стянуло железной петлей, ни вдохнуть, ни выдохнуть, а от напряжения, кажется, глаза вылезут из орбит.

И опять все прошло, как только он отступил к замку.

Проклятая ведьма! Злость затмевающей разум волной поднялась из самых черных глубин его души. Она что – привязала его к себе? На поводок? На поводок? Как какого-то шелудивого пса?!

Хочет сделать его своим покорным рабом, бессловесной тварью, которой можно приказать любую мерзость?

О, эта ведьма просто не знает, с кем связалась…

От переизбытка эмоций рунная вязь, змеящаяся рисунком по его телу, начала слабо светиться. Глубокий вдох. Выдох. Действовать лучше с холодным разумом. Слишком много уже проблем он себе нажил, поддаваясь душевным порывам.

Что ж, он вполне может отплатить ей той же монетой.

Развернувшись, Амоа направился к замку. Вот только если до этого он сознательно выбирал тот путь, где никого не было, то теперь уже шел на шум. Не могла же, в самом деле, такая заносчивая самоуверенная ведьма, как Киара, пропустить все веселье?

Забравшись обратно через то же окно, мужчина пошел на звук, поднимаясь по этажам все выше.

– В северной башне! Хранительница! Она там! – он услышал крики стражников, прежде чем они выбежали из-за угла коридора прямо на него.

Амоа понятия не имел, много ли тут тех, кто называет себя Хранительницами, но решил, что это место определенно стоит проверить.

Не давая страже времени сориентироваться, он поднял ладонь вверх, и те, послушные его воле, взмыли в воздух, ударяясь о потолок.

Мужчина поморщился. Не то чтобы он беспокоился о том, чтобы не навредить кому-то, но раньше такого, чтобы он не рассчитал силы, не случалось. Странно…

– Где проход в северную башню? – потребовал он.

В ответ на него посыпались ругательства, проклятья. Вздохнув, он еще раз, уже сознательно, махнул рукой, впечатывая стражников в каменный потолок.

– Где проход? – нетерпеливо повторил он.

– Вторая лестница справа…

– Спасибо, – хмыкнул, убрав магию, и развернулся в сторону лестниц.

Стража за спиной с криками и стонами попадала на пол.

Как же приятно все-таки вновь обрести силу. После того, как он закончит с Киарой, будет неплохо заглянуть на рынок работорговцев. Стоит преподать урок и им.

Поднявшись по винтовой лестнице, он обнаружил несколько дверей по кругу. Но почему-то даже не сомневался в том, что угадает, за которой скрывается девушка. Его вело внутреннее чутье.

И снова, чтобы открыть дверь, оказалось достаточно лишь легкого импульса.

– А вот и ты… – Амоа шагнул внутрь и обнаружил сидящую у сводчатого окна девушку. Она выглядела смертельно бледной, зажимая окровавленной рукой плечо.

Победная улыбка сама собой сползла с его лица. Каким бы злодеем он себя ни считал, а добивать раненых – это удел шакалов, падальщиков. Но как бы то ни было, она просто обязана снять свои чары!

– Как ты вошел сюда? – требовательно спросила она, сверкая глазами. Если бы он ее сейчас не видел, ни за что бы не понял по голосу, насколько она вымотана.

Киара взмахнула рукой, по-особому скрещивая пальцы, и дверь позади захлопнулась с громким стуком.

– Если уж пришел, то хотя бы не мешай, – она тряхнула головой, тут же теряя к нему интерес, склоняясь над каким-то камнем.

От подобного безразличия Амоа почувствовал, как снова начинает закипать. Маленькая хранительница все еще чувствует себя хозяйкой положения? Зря она так беспечна.

– Да вот, пришел узнать. Ничего не теряла? – приподняв брови, он выудил из кармана кожаный браслет, помахав им перед ее носом.

Девушка скользнула по нему строгим взглядом. Будь на его месте кто-то другой, наверняка бы проникся от холода этих синих глаз, которым, казалось, можно было обращать в лед воду.

– Ты. Мне. Мешаешь, – отчеканила она и снова повернулась к камню.

– Ты что, не понимаешь, что я пришел убить тебя?! – не выдержал он, зажигая на руке огненный шар.

Нет, убивать ее он по-прежнему не собирался.

Но нужно было напугать ее так, чтобы она наконец поняла свою ошибку. Отменила свои пакостные чары, чтобы он смог убраться отсюда.

Да и что греха таить, ему очень хотелось проучить ее за то, что посмела купить его. Посмела вести его в цепях через весь город, как какое-то животное, затем использовать в непонятных ритуалах, заставила унизиться перед ней, стоя на коленях.

А унижения Амоа не прощал никому.

Глава 5

Еще никогда прежде Киаре не приходилось сражаться за свою жизнь. Быть одной против всех, использовать свои силы на полную. Самым сложным оказалось отпустить контроль, перестать бояться бить насмерть, бить, не думая о том, выживут ли ее противники.

К залу стянули всю дворцовую стражу, но Кае удалось выскользнуть оттуда, попасть в северную башню. Здесь были покои прежнего хранителя магии Диагона, он умер от старости пару лет назад. Но, несмотря на это, его вещи по-прежнему хранились в закрытой комнате.

Девушка же без проблем попала внутрь, отыскала один из магических кристаллов. Только бы у нее хватило остатков резерва, чтобы напитать его! Тогда можно будет его использовать как портал. Минуя стражу, добраться на другой конец дворца за родителями и сестрой, затем забрать Амоа и всем вместе покинуть это место.

При этом в правое плечо она умудрилась пропустить удар. Кровь остановила быстро, но вот боль пока утихомирить не удавалось, а потому приходилось пользоваться лишь одной рукой.

Сосредоточившись на силе внутри нее, Киара водила пальцами над кристаллом.

Бездна! Магия шла рваным потоком, ее определенно не хватало. Слишком сильно она уже сегодня потратилась.

«А ты думала, ты тут самая крутая, да, Киса?..»

Она вздрогнула от раздавшегося над ухом голосом Стивена, огляделась. В комнате никого не было.

– Мое имя – Киара, – упрямо прошептала она, напрягая силы для напитки кристалла. Звук собственного голоса помог почувствовать себя чуть увереннее.

Сумасшествие какое-то… Все происходящее – просто дурной сон. Еще и эта новость о том, что все это время она была лишь отводом для проклятия принца. Но ведь при этом Король с Королевой знали о ее постоянных поисках лекарства. Не думали, что в случае ее успеха злые чары шарахнут по их избалованному наследничку?

Дверь внезапно открылась. Кая дернулась, инстинктивно сплетая пальцы в защитной руне. Кристалл перед ней ярко мигнул и снова потух. Бездна!

– А вот и ты… – услышала она низкий бархатистый голос, полный злобного предвкушения. На пороге стоял улыбающийся Амоа.

И чего это он радуется?

– Как ты вошел сюда? – чуть прищурилась она, на ходу меняя план.

Как бы то ни было, то, что он здесь – хорошо, не надо будет тратить силы, чтобы забрать его из подвала.

Взмахнув рукой, она закрыла дверь за ним чарами и тут же снова переключилась на кристалл.

– Если уж пришел, то хотя бы не мешай, – сколько у нее осталось времени, прежде чем доберутся до ее родителей? Еще и Лиара неизвестно где… В зале она ее не видела. То ли сестра убежала раньше, как только принцу стало плохо, то ли не приходила, оставшись вечером с матерью и отцом.

– Да вот, пришел узнать. Ничего не теряла? – Амоа, словно не замечая, что ей сейчас не до него и она не настроена разговаривать, вытащил из кармана браслет подчинения, помахав им перед её глазами.

Киара досадливо поморщилась. Наверное, все же надо было раньше объяснить ему про ритуал и его последствия. Сейчас бы он ее не донимал.

– Ты мне мешаешь, – она постаралась произнести это как можно вежливее, но, кажется, получилось довольно грубо.

– Ты что, не понимаешь, что я пришел убить тебя?! – на руке нианца вспыхнул огненный шар, а глаза опасно засверкали.

В бездну его с его паршивыми нервами и характером! Он вообще соображает, что сейчас творит?! Можно подумать, это его семью сейчас могут убить с особым пристрастием и жестокостью.

Киара почувствовала, как ее саму начинает трясти от плохо сдерживаемого гнева. Убить он ее пришел, значит? Пусть встанет в очередь!

Девушка вскочила на ноги, руки сами собой сжались в кулаки.

– Отлично. У тебя пять секунд. Время пошло. Раз, два… – принялась считать она.

– Ты о чем? – наверняка в другой раз хранительница умилилась бы растерянному выражению на обычно бесстрастном лице, но сейчас это вызвало лишь досаду.

– Чтобы убить меня, бездна тебя побери! – голос срывался, и Киара подумала, что со стороны она сейчас, наверное, выглядит жутко, но тут же отбросила эту мысль. – Сделай уже хоть что-нибудь полезное, вместо того чтобы сыпать угрозами!

Она с вывозом уставилась на него, неуверенная, что это сработает. По идее, энергия его магии теперь не может причинить ей вред, ведь ритуалом она связала их ауры воедино. Вот только теория и практика – вещи совершенно разные. И то, что должно стать источником энергии, вполне может оказаться смертельным.

Но разве у нее есть выход? Да и если он так хочет убить ее, все равно попытается это сделать рано или поздно.

– Ты сумасшедшая, – Амоа поморщился, произнеся это так, словно только что пришел к такому выводу. Сжав ладонь, он погасил огонь, но Киара, видя это, лишь застонала от досады. – Отмени последствия своего колдовства, и просто разойдемся.

– Я не могу тебя отпустить, – покачала головой она. Затем, вздохнув, приказала. – А теперь снова вызови магический шар и кинь его в меня.

Она видела изумление в глазах у нианца, когда он понял, что собственное тело ему не подвластно, видела внутреннюю борьбу, отразившуюся на его лице. Неверие, когда он переводил взгляд с нее на браслет подчинения и обратно. Кажется, он не сразу поверил, что Киаре действительно больше не нужен артефакт, чтобы заставить его сделать что-либо.

А затем была ненависть, всепоглощающая ненависть в его глазах, от которой стыло сердце и холодело тело.

«Создатель, что же я делаю?» – мысленно ужаснулась она, и в тот же момент в ее грудь угодил большой огненный сгусток.

Соприкоснувшись с ней, он погас, но собственная магия мгновенно откликнулась, вырываясь из тела, на кончиках пальцев заструились потоки силы. Почувствовав это, Киара тут же забыла о нианце, потянулась к кристаллу, напитывая его. Кажется, получается!

Как только кристалл зарядился, она схватила его в одну руку, второй потянулась к Амоа, но мужчина отшатнулся.

– Мне нужно спасти моих родителей, – стараясь сдерживаться, произнесла она, перед глазами все еще стоял его полный отчаянной ненависти взгляд, когда она приказала ему ударить. Так смотрят не люди, так смотрят загнанные дикие звери, опасные хищники, готовые умереть, но не сдаться. – И для этого мне нужен ты. Пожалуйста.

Последнее слово он произнесла буквально шёпотом.

Амоа не сделал ни шага к ней, но когда она снова приблизилась, остался стоять на месте. Киара сжала его предплечье, сосредоточиваясь на кристалле и на желаемом месте переноса.

По телу пробежала горячая волна, ненадолго успокаивая воспаленное сознание и лишая возможности двигаться. Мир завертелся вокруг в радужном водовороте, и вот они с ее узником уже в родительской спальне.

Мама лежит на кровати, рядом отец…

Сестра…

А над ними клубится смрадная черная жижа, растекаясь по их телам.

Киара закричала. Громко, протяжно. Попыталась броситься к родным, но что-то не давало ей. Что-то мешало. Слезы застилали лицо, превращая мир в мозаику из цветных пятен. В ушах звенело так, что ничего больше не было слышно.

Она должна была им помочь. Она не смогла.

Это она должна сейчас лежать, пожираемая проклятием, не они.

Кто-то вошел в комнату. Все равно. Плевать.

Больше ничто не имеет значение.

Она не справилась, не смогла. Подвела их.

Пусть кто-нибудь действительно убьет ее, только чтобы никогда больше не ощущать эту мучительную боль. Или дадут ей кинжал, и она сама проткнет свое сердце, вырежет его из груди, чтобы не смело чувствовать.

– Госпожа Киара! Госпожа Киара! – кто-то пытался докричаться до нее, посторонние звуки слышались словно сквозь толщу воды.

Кая обвела мутным взглядом присутствующих, ноги едва держали ее. Она наверняка бы уже рухнула на пол, если бы не Амоа. Неужели это он удержал ее от того, чтобы кинуться к родителям и сгинуть от соприкосновения с проклятьем? Он ведь так хотел ее смерти? Или побоялся, что ее гибель теперь может отразиться и на нем?

– Госпожа Киара! – вокруг нее стояла дворцовая стража. Мужчины неуверенно переглядывались, мечи их, однако, были убраны в ножны.

А ведь менее чем полчаса назад они все хотели разорвать ее на куски.

– Госпожа Киара! – позвал глава дворцовой стражи, Ирил Нест. Седовласый мужчина с пышными усами и морщинистым лицом.

– Командир Ирил? – после долго молчания наконец откликнулась она потухшим голосом. – Тратите время на переговоры? Я думала, Королева дала вам приказ убить меня.

– Королева решила, что это вы виноваты в том, что случилось с принцем. Но, судя по всему, – он кивнул в сторону ее родителей и сестры. – Это не так. Я знаю тебя всю жизнь, Киара, ты бы ни за что не тронула своих родных. По крайней мере, я хочу в это верить.

Должность командира дворцовой стражи была в Диагоне очень почетна. По сути, человек перед ней был третьим по старшинству лицом в стране, ответственным за армию. Первым и вторым были Король и Хранитель Оружия.

– Она ведьма, – процедил стоявший рядом с Нестом страж, его старший сын Вирен, – при всем уважении, господин командующий. Ведьмам верить нельзя. Как и всем магам.

Он смотрел на Киару так яростно, что, казалось, если бы он мог воспламенять взглядом, та давно бы уже горела.

– У нас есть выбор?! – командир сердито повернулся к сыну.

– А как же Королева? – грустно усмехнулась Киара, прерывая этот семейный спор.

Кто бы что ни решил, у нее в любом случае нет шансов остаться в живых. Да и зачем ей теперь жить? Разве что Амоа жаль… Он явно не заслуживает разделить ее участь.

– Нет больше Королевы, – попросту сказал старый служивый. – Та черная дрянь… в зале… она расползается. Киара – ты единственный оставшийся во дворце маг. Если жижа будет расти и дальше, пострадает весь город. Ты обязана остановить это.

Какая ей разница, что будет со всем городом, когда у нее только что отняли самое дорогое?

– Я понятия не имею, что с этим делать, – голос звучал глухо и безжизненно.

Она действительно не знала, что это за жижа и как с ней справиться. Все эти годы она, оказывается, шла по ложному следу, была свято уверена в своей правоте, на что-то надеялась… Глупая наивная Киара. Как же жестоко она поплатилась за свою ошибку.

Как она может думать о том, что произошло в бальном зале, если рядом лежат ее родные, а проклятье расползлось по их телам?..

Да и единственным оставшимся во дворце магом она тоже быть не может. На праздник собрались гости со всего Диагона, только в нападении на нее участвовал минимум добрый десяток колдунов, а то и больше!

– Как создавать проклятья, вы, ведьмы, имеете понятие. А как исправить дело рук своих… – злобно чеканил слово за словом сын командира стражи.

– Вирен! – прикрикнул на него отец. – Заткнись.

Парень недовольно засопел, но перечить отцу не посмел, при этом грозно смотря на Каю.

– Ты должна попытаться, кроме тебя – некому, – мягко продолжил господин Ирил, уже обращаясь к ней.

– И остальные куда делись? – не выдержав, она снова посмотрела на отца, мать, Лару.

Создатель, как же больно! Почему? Почему она не умерла раньше них? Рука нианца, удерживающая ее, напряглась, и в этот момент Киара запоздало осознала, что Амоа действительно спас ее. Она обязана ему жизнью.

– Кто-то попытался остановить проклятье и погиб, кто-то бежал, кто-то использовал портал…

– Трусливые шавки… – услышала она тихое причитание Вирена.

На этот раз замечания ему командир не сделал. Должно быть, был полностью солидарен.

– Дайте мне минуту, – дрогнувшим голосом произнесла девушка, – я поднимусь вслед за вами.

– И эта тоже сейчас сбежит… что я говорил…

– Вирен! Еще одно слово, и ты отправишься устранять проклятье в одиночку! – гаркнул Ирил, а затем кивнул Киаре. – При всем уважении, мы действительно не можем рисковать, вдруг ты решишь воспользоваться кристаллом.

Он указал на все еще поблескивающий в ее руке камень.

– Я – приду, – твердо произнесла Кая. – А сейчас дайте мне минуту. Я только что лишилась родных.

Но никто из стражи так и не двинулся с места, и это словно сорвало что-то в ее душе, что-то, что сдерживало готовую в любой момент разразиться бурю. Магия поднялась, наполняя ее, пробуждая самые черные мысли и эмоции.

– Вон отсюда! – крикнула она, срывая голос, подкрепляя слова энергетическим импульсом. Стены затряслись от посланной волны чар, пол заходил ходуном. На ногах из стражи не устоял никто.

Откуда в ней такая мощь и сила? Впрочем, сейчас собственные возросшие возможности не имели абсолютно никакого значения.

Не прошло и минуты, как стража все же покинула комнату.

Стоило им закрыть за собой дверь, Киара рухнула на колени. Никогда прежде она не ощущала себя настолько сильной и настолько слабой одновременно.

Лиара, мама, отец… простят ли они ее за то, что она подвела их?

Черная жижа над телами родных бурлила и пузырилась, тягучие грязные капли стекали с кровати на пол.

Глаза Киары расширились от ужаса, когда она поняла, что происходит.

Она разрастается! Начала разрастаться именно сейчас!

– Дрянь питается магией… – услышала она тихий задумчивый шепот Амоа позади себя. – Что-то это мне напоминает…

Кая повернулась к мужчине, глядя на него снизу вверх. Нианец разговаривал сам с собой, с каким-то болезненным интересом глядя на непонятную субстанцию, а в глазах явственно мелькало узнавание. Он знает, что это? Знает, как с этим бороться? Как-то связан с проклятием? И, быть может, именно поэтому он тот, чья аура подошла ей?

При этом Амоа выглядел абсолютно спокойным, словно опасное смертельное проклятие и мертвые тела рядом совершенно его не трогали.

– Ты уже видел такое раньше? – Киара медленно поднялась на ноги, голос ее еще был слаб, но она компенсировала это магическим импульсом, принуждающим Амоа говорить правду.

Да, он ее спас. Да, она должна была ему как минимум сказать «спасибо». Но сначала она должна выяснить, не он ли вообще виновник всех ее бед. За что-то же ненавидит его эта самая Рене, а судя по виду самого Амоа, с этим проклятием он уже имел дело раньше.

В голове мелькнули обрывки его воспоминаний, которые она подсмотрела во время ритуала. Перекошенное от страха лицо незнакомого человека и голос, полный скрытого торжества, принадлежащий Амоа:

«Я хочу, чтобы ты жрал землю под моими ногами…»

Ее невольник явно не самый хороший человек на свете.

– Такое? Нет. Никогда прежде, – он поморщился, почувствовав, как на него действует ее сила.

– Но что-то похожее, ты сам сказал! Что это?

– Много есть похожих вещей. Знаешь, у нас в стране, когда приходит весна, льют дожди, два-три обоза по дороге пройдут, грязь потом так и чавкает под ногами…

– Да ты издеваешься надо мной! – в сердцах воскликнула она, с трудом подавляя желание запустить в мужчину чем-нибудь тяжелым.

И это разговор раба с госпожой? Он что, не понимает, что у нее сейчас нет времени на эти словесные игры?!

От злости на нианца магия снова пробудилась в ней, выполняя ее желание даже до того, как хозяйка успела сформировать его.

Она видела, как губы мужчины сжались в тонкую нить, как его лицо перекосило от боли, как он склонил голову набок, стараясь справиться с направленной на него волной:

– Дрянь питается магией, помнишь? – услышала она его чуть свистящий насмешливый голос.

Даже сейчас он умудрялся смеяться над всем, что происходит!

Кая запоздало опомнилась, беря эмоции под хоть какое-то подобие контроля. Со страхом повернулась к телам родителей…

Жижа действительно начала пузыриться быстрее, чаще, растекаясь по полу… Создатель! Что же ей делать?

– Но я действительно могу помочь тебе справиться с этим… – услышала она позади себя голос нианца, в котором проскакивали почти искушающие нотки.

Киара невесело хмыкнула. Он решил сменить тактику?

– Освободи меня, и я тебе помогу.

– Ты же ничего не знаешь? – не поворачиваясь к нему, произнесла она.

– Я много чего знаю. Например, то, что люди перед тобой – не мертвы.

– Что? – Кая встрепенулась, разом забывая обо всем, сердце забилось часто-часто, надежда на чудо вспыхнула буквально из ниоткуда.

Она сделала невидящий шаг вперед…

– Да стой же ты! – Амоа перехватил ее, удержав за предплечье и не давая приблизиться к кровати. – Я, конечно, могу понять твое стремление к саморазрушению, но сначала, ведьма, сними чары, которыми ты связала нас, а уже потом кончай с собой любым из возможных способов!

Киара сердито дернула рукой, стряхивая с себя ладонь нианца. Если бы кто-то другой посмел ее схватить и отчитывать в подобном тоне, то даже сотней ударов плетьми бы не отделался, но сейчас было не до того.

Пальцы дрожали, а потому руна для определения физического состояния у нее вышла лишь с третьего раза.

– Они не живы… – сглотнула она, пытаясь проанализировать вспыхнувшие на мгновение в воздухе результаты.

– Но и не мертвы.

Жижа громко булькнула, в очередной раз привлекая к себе внимание. Снова растет. Неужели на этот раз ей хватило одной безобидной руны, чтобы напитаться?

И, вместе с тем, в душе ярким огнем разгоралась сумасшедшая, безумная надежда, разливаясь по всему телу, придавая сил.

– Ты знаешь, что с этим делать? – голос был хриплым и чужим. Приходилось контролировать каждое свое слово, чтобы не вложить в него даже толику волшебства.

– Сначала освободи меня.

Вот же ж!..

Кая выругалась про себя. Патовая ситуация. Если она его отпустит, она сама подвергнется проклятью, и тогда родных уже точно не спасти. Если не отпустит – то придется заставлять его помогать силой, но при этом рядом с жижей силу использовать нельзя…

Последняя мысль эхом отозвалась в голове.

– Ее нельзя уничтожить магией… – прошептала Киара и тут же осознала весь ужас произошедшего.

Волшебное освещение в бальном зале, артефакты, а затем и магический бой! Сотня заклинаний, которые она отразила, ее собственная магия… Да еще и ритуал, который она провела под этим самым залом! Создатель, что же там сейчас творится!

Не давая себе опомниться, она кинулась к двери, выбегая из комнаты. Сначала надо разобраться с тем эпицентром черной магии, что сейчас в бальном зале, а потом… потом она обязательно придумает, как помочь родным.

* * *

Стражники толклись недалеко от закрытых дверей бального зала. Поднимаясь по этажам, Киара видела в окно, как силы действующего королевского гарнизона собрались вокруг дворца, оцепляя его. Видимо, командир Ирил уже сообщил начальнику гарнизона, что необходимо закрыть доступ вовнутрь, пока с магической заразой не удастся справиться.

Когда она подошла к Несту и его отряду, мужчины повскакивали на ноги. Сам командир все это время стоял, опираясь на боевое копье. По их удивленным усталым лицам было видно, что в то, что она придет, они верили слабо.

– Показывайте, – приказала она, надеясь скрыть за маской собранности и холодности свой собственный страх.

Стражники обернулись на командира, тот кивнул, и мужчины подошли к дверям, берясь за вбитые в них большие кольца-ручки.

Двери со скрипом отворились, и от открывшейся картины на несколько секунд перехватило дыхание.

Глава 6

Киара прикрыла лицо ладонью, с трудом справляясь с рвотными позывами. Она должна быть сильной! Она должна справиться. Просто обязана!

Все внутреннее пространство зала наполняла черная грязная жижа. Она капала с потолка, облепляла стены, тела людей, которым не посчастливилось остаться в зале…

Кая резко повернулась спиной, прекрасно понимая, что это могут расценить как слабость, но ничего не могла с собой поделать. Глубокий вдох. Выдох.

Амоа стоял в конце коридора и смотрел прямо на нее. Она не приказывала ему идти следом, но, видимо, он не терял надежды на то, что Киара сама попросит у него помощи.

Стражники, собравшиеся вокруг, переглядывались между собой, сын командира Вирен, скрестив руки на груди, покачивал головой, показывая всем своим видом, что не верит ей ни на йоту.

Киара прикрыла глаза, мысленно переносясь в прошлое, в тот момент, когда она сама была в этом зале и, обернувшись змеей, сражалась с толпой магов. Кажется, тогда она даже задела кончиком хвоста тело принца…

А ведь змеиная чешуя прекрасно защищает от посторонней магии! Ухватившись за эту мысль, Кая принялась раскручивать ее дальше. Чешуя… кроме змеиной, есть другая. Чешуя дракона – самая неуязвимая к магии вещь во всем мире. Значит ли это, что у самих драконов магии нет? Они для атаки используют нечто другое… огонь.

Огонь!

Кая ошеломленно распахнула глаза:

– Принесите мне кресало! – потребовала она у стражников.

Те молча исполнили приказание, а сама Киара сняла со стены ближайший к ней факел.

Всего спустя несколько минут у нее в руке было древко, на конце которого разгорался огонь. Подойдя к проходу в бальный зал, она невольно поморщилась, ощущая исходящую оттуда вонь, а затем протянула руку, опуская огонь на границу медленно булькающей субстанции, и с силой прижала, позволяя язычкам пламени облизывать мраморный пол.

Какое-то время ничего не происходило, но, подождав еще немного, она с изумлением поняла, что ее план работает. Грязь иссушалась, словно перед ней не черная магия, а самая обычная дорожная каша. Работает!

Подбросив факел в руке, она закинула его чуть подальше. Пламя, окруженное проклятьем, не гасло, зато само проклятье рядом с факелом перестало бурлить и подернулось сухой коркой.

Значит ли это, что победить чары может простой огонь? Вот только столько огня, сколько необходимо, чтобы спалить весь бальный зал, удержать вряд ли удастся. Пламя разойдется по всему дворцу, а с дворца может перекинуться на хозяйственные постройки, с них на торговые ряды… может загореться весь город! Нет, такого нельзя допустить.

Да и родители с сестрой. Если есть хоть мизерный шанс спасти их, она должна это сделать. Огонь же не пощадит никого, да, жижу удастся победить, но при этом ее родные окончательно погибнут.

– Есть план? – нетерпеливый голос командира стражи вывел ее из задумчивости.

– Да, – Киара сосредоточенно кивнула. – Но нужно еще раз все продумать.

А если создать силовое поле? Удерживающее огонь? Вот только магия будет подпитывать проклятье, и так оно сможет уцелеть, тогда уже пламени нечего будет пожирать, и оно погаснет.

– Слухи о гибели династии вскоре распространятся по городу, начнется паника, анархия! А потом день-два, и вести долетят до границы, мы станем лакомым кусочком для соседей. Триленд нас просто в порошок сотрёт, а всех жителей угонит в рабство. Земли Дротов снова поднимут головы, зараза Хейлема выползет из своих нор… У нас нет времени думать, нужно действовать! – вспылил Вирен, делая шаг вперед.

– Ну так действуй, – Киара отошла, любезно разводя руки в сторону.

Вирен, не ожидавший такого поворота, чуть замялся, а затем поднял валяющееся на полу кресало.

– Сожжём! Сожжём здесь все! Если эту заразу может вывести пламя…

Он смело двинулся в сторону зала, на ходу высекая искру. Его отец резко выбросил вперед копье, на которое опирался до этого, ударяя сына в живот. Парень согнулся пополам, взвыв от боли.

– Ты, может быть, весь Заир спалить тут собрался? Чего уж там, лучше сразу пошли Триленду перевязанные лентой ключи от Диагона! Глупый напыщенный юнец!

– А что, есть план получше? – по-мальчишечьи насупившись, с обидой спросил он.

Взгляды всех присутствующих снова скрестились на Киаре.

– Что? Она?! – буквально взвизгнул Вирен. – Да из-за таких, как она, все и случилось! Может быть, мы еще ее и на престол усадим?

Взгляд Ирила Неста стал жестким, седые брови сошлись к переносице. Расправив плечи, он приложил правый кулак прямо к сердцу в знаке, с которым приносят клятвы, а затем повернулся к хранительнице.

– Спаси город, спаси страну. И трон будет твой. Поддержку армии мы тебе обеспечим, – смотря прямо в глаза Киаре, произнес он.

Трон? По телу прошла неприятная дрожь при упоминании этого слова. Кае с детства вбивали в голову, что такая, как она, не имеет права претендовать на престол. Магия не была вне закона, но народ ни за что не потерпит правления ведьмы или ведьмака. Стать королевой – все равно, что плюнуть на вековые традиции.

С другой стороны, если она откажется, дворец действительно сожгут, и единственный способ не уничтожать тот эпицентр магической заразы, что сейчас разливается рядом с ее родителями – это взять ситуацию под личный контроль.

– Ты один из потомков Георга-завоевателя, – продолжал, тем временем, старый вояка, – его правнучка. Никто, кроме тебя, не может легитимно претендовать на престол.

– Но она – ведьма…

Кая, не выдержав очередной нападки, вспылила:

– Еще раз назовешь меня так, и я покажу тебе, насколько я ведьма, – с угрозой в голосе произнесла она. – А вы…

Она обвела взглядом остальных мужчин, остановившись на Ириле.

– Подумайте хорошенько, нужно ли это вам. Если я возьму власть в свои руки, обратно уже не отдам. А теперь я отойду на минуту, мне нужно кое-что кое с кем обсудить.

Амоа все еще стоял в конце коридора, вольготно прислонившись к стене, и с неизменной усмешкой на губах наблюдал за всем происходящим.

Кая успела сделать всего два шага, как раз поравнявшись с командиром стражи.

– С кем обсудить? С рабом?! – в очередной раз подал голос Вирен.

Этот парень определенно нарывается. Жаль, что магию использовать нельзя. Перехватив у неуспевшего сориентироваться Ирила копье, она ловко крутанула его и несколько раз ударила сына командира по спине тупым концом, затем еще раз, пока он не пришел в себя, под колени.

Принц Стивен с компанией любил играть в детстве деревянными мечами, ей, как женщине, даже игрушечный меч не полагался, а потому приходилось защищать себя разного размера палками. Когда его шобла собиралась с ним, магией она обороняться опасалась. Зато многому научилась в то время.

Ноги молодого стража подкосились, сыпля ругательствами, тот рухнул перед ней на пол.

Довольно хмыкнув, Киара бросила копье обратно седому командиру.

– Вам нужно улучшить подготовку кадрового состава, – буквально пропела она и, больше не сказав ни слова, зашагала по коридору к не сводящему с нее глаз нианцу.

На последних метрах Киара чуть замедлила шаг, будто надеясь, что так она сможет замедлить лихорадочное биение собственного сердца. Как повернуть разговор? Как уговорить его на сотрудничество? И если она не сдержится и воспользуется магией, достаточным ли будет расстояние, на которое они отошли от зала, чтобы зараза вдруг не «рванула»?

Амоа сверкал вежливой улыбкой, словно бы его ход предстоящего разговора ничуть не беспокоил.

– Иди за мной, – бросила она ему, скрываясь в ближайшей комнатке. Двери были закрыты, но для владеющего магией замки – сущая мелочь.

Это оказалась какая-то кладовка, доверху набитая старой сломанной мебелью, с одним-единственным окном, затянутым паутиной.

Должно быть, сюда перед праздником снесли с этого этажа все, что было не в самом лучшем состоянии. И нужно же было ей выбрать именно эту комнату!

Поняв, что тут даже сесть некуда, Кая развернулась, скрестив руки на груди. Амоа неспешно зашел за ней, скептически оглядывая помещение.

– Милое местечко… Ваше Величество.

– Ты все слышал, – констатировала она.

– Да, поздравляю с повышением, – кивнул он. – Смотрю, уже даже придумала, как победить заразу.

– Сожгу тут все, и дело с концом, – безразлично кивнула она.

– Мудрая правительница, взвешенные решения, – он демонстративно несколько раз ударил в ладоши.

– А у тебя есть предложения получше? – она сделала вид, что не заметила его сарказма.

– Кто я такой, чтобы давать советы моей госпоже? – он чуть склонился с деланной покорностью.

Улыбка Киары на секунду стала шире и словно прилипла к устам. Она шагнула к своему узнику, плавно покачивая бедрами. Как этому человеку удается всего за несколько секунд разговора вывести ее из себя?

Став почти вплотную, она осторожно потянулась к нему, проводя рукой по его плечу, груди. От прикосновений кончики пальцев начинало покалывать. Связанная воедино энергия их тел переходила от него к ней и обратно. Странное чувство. Приятное.

Идеальное тело, загорелое, подтянутое. Он все еще был одет в простую рубаху и шаровары, что были на нем на рынке, когда она купила его.

Пришлось напомнить себе, что это было только этим утром, хотя казалось, что с того момента прошла целая вечность. И сколько еще всего должно произойти, прежде чем этот проклятый день наконец закончится?

Киара привстала на цыпочки, чтобы ее губы почти коснулись мочки его уха.

– Ты ведь хочешь свободу? – вкрадчиво прошептала она.

– Я не настолько глуп, чтобы делать что-то в надежде, что ты отпустишь меня. Ты ясно дала понять, что не сделаешь этого, – невозмутимо хмыкнул Амоа, но она прекрасно почувствовала, как от ее близости и прикосновений у него напряглись мускулы и перехватило дыхание.

Киара мысленно ухмыльнулась. Возможно, на него их связь действовала даже сильнее, чем на нее. Да и кем бы ни был ее невольник, он был в первую очередь мужчиной, мужчиной, который очень давно не имел женского внимания.

Его глаза яростно сверкали, ему явно не нравилось то, как его тело реагировало, но он не отошел, не перехватил ее руку и даже не возразил ничего, и это дало Киаре своеобразное разрешение зайти еще дальше. Чем дольше длился контакт, тем свободнее лилась энергия, разнося по телу волны расслабляющего тепла и удовольствия.

– Свобода бывает разной, – ее пальцы погладили его спину, твердый живот. Эх, а он действительно, хорош! – Но я хочу, чтобы ты знал, что я не просто так выбрала тебя и провела этот ритуал. Он нравится мне не больше, чем тебе. Это был единственный способ, чтобы я так же, как и остальные мои родственники, не превратилась в живого мертвеца, извергающего пахнущую черной магией жижу. Твоя аура подошла мне, чтобы избежать этого. И боюсь, пока я не разберусь с истоками проклятья, я не смогу отменить чары.

Она не знала, говорили ли работорговцы ему о том артефакте подчинения, который вживляется всем рабам, контролер от которого теперь, благодаря ритуалу, ей был не нужен. Возможно, он даже не знал о том, что сила артефакта не вечна.

– Я не собираюсь подчиняться какой-то… – он замолчал, когда Киара запустила руку под его рубашку и чувствительно царапнула ноготком кожу. Ох, котенок, только не говори, что тебе это не нравится! – Ведьме.

Последнее слово прозвучало хрипло, и, не выдержав напряжения, нианец все же развернулся, схватив ее за запястье.

– Не играй со мной, – предупреждающе прошептал он. Ноздри при этом раздувались, грудь часто вздымалась, зрачки, бывшие до этого лишь узкими щелками, закрыли собой радужку. – Я – не один из твоих ручных зверьков и никогда им не буду.

– «Один из»? – не смогла удержаться от колкости Киара, захваченная каким-то новым, непонятным для себя чувством, сопротивляться которому оказалась не в силах. – Ну что ты, котенок. Ты у меня единственный.

Амоа моментально вспыхнул, утробно зарычав от этих слов. С силой толкнул ее к стене, зажав запястья девушки над головой своей огромной ручищей. Угрожающе навис, смотря на нее с яростью во взгляде. Казалось, в этот момент он раздумывал, какой из всевозможных способов убийства будет для нее самым мучительным.

– Похоже, мне удалось затмить собой остальных твоих врагов? – Киара не могла понять, откуда это мрачное веселье, буквально распирающее сейчас ее.

– Ну что ты. У меня нет других врагов. Ты единственная, – произнес он, тяжело сглатывая. Каких же сил ему сейчас стоило сдерживаться?

– Не я сделала тебя рабом. Кажется… ты говорил, что сам себя им сделал? – она указала взглядом на собственные руки, которые он до сих пор удерживал. – Так, может, стоит вести себя соответствующе? Раб?

От ее слов Амоа буквально затрясло, он вдруг отстранился и с безумным воплем что было силы ударил стену рядом с ее головой, оставляя в ней огромную вмятину. Рунные узоры на теле нианца заискрились теплым желтым светом.

Киара буквально задохнулась от испуга, понимая, что, кажется, перегнула палку, стараясь вывести его на эмоции.

Сам же мужчина резко развернулся, отходя от нее.

Некоторое время девушка не решалась вновь начать разговор, боясь, что за этим опять последует взрыв.

– Мне нужна твоя помощь, – наконец осторожно произнесла она после продолжительного молчания. – Ты говорил, что знаешь, как со всем этим справиться, что проклятие тебе знакомо. Помоги мне спасти моих родных, снять его. И тогда в ответ я сниму свои чары.

Кая думала, что сейчас он снова начнет язвить, обливать ее своим гневом и звериной ненавистью, но вместо этого услышала полный боли и усталости голос своего узника:

– А до того момента я останусь цепным псом у тебя на поводке? Я пытался уйти, не смог отойти от замка и на сотню шагов.

На языке так и вертелось: «Поводок можно и удлинить», но Киара благоразумно промолчала.

– Амоа… – кажется, она впервые назвала своего узника по имени.

Так странно было его произносить. Словно послала воздушный поцелуй, легкий и вместе с тем полный какого-то затаенного темного обещания. Как можно было назвать такого жесткого человека таким невесомым именем? А еще говорят, что имя определяет судьбу.

Он внезапно обернулся к ней, требовательно заглядывая в глаза, словно звук собственного имени был для него даже худшим оскорблением, чем слово «раб».

– Если я отпущу тебя, я умру, – просто сказала она ему. – А вместе со мной и моя семья.

– Хорошо. Я помогу, – внезапно сказал он, – избавлю от той заразы, что сейчас в зале. Но взамен хочу кое-что получить.

Кая кивнула, соглашаясь с его условиями.

– Если это не отмена ритуала…

– Женщина, что мы встретили в вашем дрянном замке. Рене. Отдай мне ее.

Киара несколько секунд взвешивала все «за» и «против». Она понятия не имела, где сейчас делегация из Ниана и жива ли эта сама Рене вообще, возможно, ее тело – одно из тех, что сейчас лежит в бальном зале.

А даже если эта женщина жива, не обернется ли проблемами с другой страной в будущем попытка схватить ее?

Так или иначе – будущее еще не наступило, а проблему с расползающейся заразой нужно решать прямо сейчас.

– Договорились.

Уголки губ Амоа дернулись, выдавая предвкушение. Мужчина задумчиво смерил ее взглядом, и было видно, что он собирается сказать что-то, возможно, добавить какие-то дополнительные условия. Но Киара его перебила.

– Почему ты так уверен, что справишься? Ты ведь понимаешь, что магию использовать нельзя? А обычный огонь без той же магии контролю не поддается.

– Ну, или даешь мне попробовать, или решаешь проблему самостоятельно, – хмыкнул он.

– Просто ты так и не ответил, где встречал похожее раньше, – протянула она, пытаясь понять, во что все это выльется.

В ответ Амоа лишь повел бровью и отступил к двери.

– Прикажешь, я отвечу, – хмыкнул он, – Ваше Величество.

Кая закатила глаза. Ответит он, как же. Она уже поняла, что нианец виртуозно умеет не только сопротивляться приказам, но и обходить любые вопросы.

Стража по-прежнему стояла в коридоре, хотя количество человек уменьшилось. Видимо, Ирил благоразумно решил отправить куда-то своего сына с поручениями.

Амоа вышел вперед, направляясь к раскрытым дверям. Киара вздрогнула, когда увидела, что он подошел слишком близко.

Что он творит?! В этот момент рисунок на его плечах и руках начал снова светиться.

– Над залом этажи или крыша? Ничего, если проломлю потолок? – бросил он через плечо.

– Что он?.. – возмущенно было начал командир стражи, но Кая подняла руку, показывая, что сейчас не время.

– Крыша.

– Отлично, – мрачно кивнул мужчина, и в этот же момент произошло нечто странное.

Золотистое сияние расползлось по его телу, сам он стал выше, крупнее. Фигура Амоа начала стремительно меняться и расти.

Изо рта Киары невольно вырвался вздох восхищения, когда она поняла, что происходит. Вторая ипостась была не у всех магов, лишь самые сильные могли обратиться в животное, соответствующее внутреннему темпераменту и характеру. Но… дракон?

В старых трактатах писалось, что подобное случалось всего несколько раз, и за последние столетия о таком упоминаний не было.

В момент перехода нианец подлетел над полом, проникая в раскрытые двери, завершая обращение уже внутри. Огромный зверь, хищный, опасный и вместе с тем невероятно красивый.

Где-то на периферии сознания она уловила лязг оружия – обернулась. Из рук нескольких стражников от удивления попадали мечи.

Это заставило прийти в себя. Кая встрепенулась, сбрасывая наваждение. Она видела, как огромная пасть открывается и внутри рождается огонь. Если верить книгам, в таком пламени нет магии, но при этом летучие ящеры могут полностью его контролировать.

– Закрыть двери! – приказала она. – Отойти от зала!

Мужчины поспешили выполнить ее приказ.

И только лишь когда проход закрылся, Киара запоздало осознала, зачем мог Амоа спросить про крышу.

На драконов не действует никакая магия. Что, если, обернувшись, ее пленник сможет разорвать связь и сбежать от нее?

Глава 7

Самое паскудное во всем этом было то, что Амоа не чувствовал лжи в словах ведьмы. Более того, после увиденного он не мог ей не поверить.

Слишком свежи были собственные воспоминания о столкновении с этой дрянью… Как давно это было? Полгода, год, два?.. Или целую вечность назад?

Быть может поэтому он и оказался здесь? Об этом говорила злосчастная тварь, пообещавшая невероятную силу? О том, что он потеряет свободу… Будет жалеть, что стал рабом. Но одно дело быть рабом богов, а другое – служить какой-то ведьме, еще девчонке, по сути! На такое он не подписывался.

Нет! Он ни о чем не жалел. Ни об одном из своих поступков. Разве что сейчас, когда он расправил крылья в пропитавшемся насквозь черной магией зале, запоздало подумал, что, возможно, это был не лучший момент, чтобы приоткрыть один из своих секретов.

Если связь ведьмы не отпустит его сейчас, она сможет просто запретить ему обернуться снова, лишая его рычага воздействия.

Липкая черная капля упала с потолка на макушку, возвращая его к реальности. Амоа резко потряс головой, чувствуя, как внутри зарождается пламя.

Пусть магически эта дрянь не действовала на него, но она рождала слишком много ненужных воспоминаний, подкармливала его внутренних демонов, напоминала о том времени, когда он сам был не более значим, чем грязь под сапогами благородных. Напоминала, что ему некого винить в своих бедах, кроме себя.

Струя пламени вырвалась из раскрытой пасти, ударяя в стены. Приходилось концентрироваться, не давая пламени вырваться на волю, чтобы не уничтожить больше, чем нужно. Да, он мог бы сжечь весь город дотла. Вот только как показал опыт, Киару это все равно бы не убило.

Киара. Ее имя звучало как рык рассерженной львицы. И сама она была похожа на дикого зверя, такая же язвительная и ершистая, готовая в любой момент отразить нападение. Она явно не из тех девушек, что занимаются ведением домашнего быта и вышивают в свободное время.

И как ему ни претит мысль подчиняться ей, нельзя гордости в очередной раз позволять управлять собой. Он должен быть умнее, хитрее этой заносчивой ведьмы.

Все эти ее намеки, поглаживания. Очевидно, что флиртовать и заигрывать юная хранительница не умеет, слишком уж топорно действовала. Но она явно пыталась его соблазнить, и Амоа чувствовал, как от ее касаний по телу разливается незнакомое прежде тепло. Это было странно, но неожиданно приятно. Должно быть, какое-то последствие ритуала, когда казалось, что с кончиков ее пальцев соскальзывают колючие искорки, обжигая кожу. И он видел, что на нее это действует точно так же.

Был ли у нее кто-то прежде? Так или иначе, но в тот момент, когда Амоа навис над ней, удерживая за руки, он ясно видел темное желание, плескавшееся в глазах девушки.

А какое разочарование мелькнуло на ее лице, когда он потребовал в качестве оплаты другую женщину?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.