Ольга Висмут
Свободные отношения с боссом

Пролог

– Софья, принеси мне кофе и письма, – раздалось из динамика коммутатора.

Я поправила юбку и блузку. Взяла поднос, на который поставила свежесваренный кофе без сахара и пачку писем.

Да, неделю меня на работе не было, и бедлам в приемной устроили. Вадим Сергеевич просил девочку на побегушках из бухгалтерии посидеть на моем месте, но не справлялась она.

Я зашла в кабинет, закрыла дверь на замок. Просторный кабинет с минимальной обстановкой: широкий стол в форме буквы Т, слева возле стены – огромный мягкий диван. Босс любит там отдыхать, а иногда и ночевать.

Вадим сидел за столом, опершись на один локоть и поглаживая пальцами губы. Второй рукой он клацал мышкой по рабочему столу. Я залюбовалась его сосредоточенным лицом. У него красивый профиль – прямой нос, пухлые губы, широкие кустистые брови. Ему тридцать три года – молодой начальник. Он мельком глянул на меня зелеными глазами. Волна жара прошлась по моему телу под его внимательным взглядом. Выдавила из себя улыбку. Как же я соскучилась.

Я подхожу с правого бока к нему, ставлю поднос на стол. Протягиваю пачку писем. Наши пальцы соприкасаются, а меня будто током пронзает.

Вадим начинает перебирать почту. Находит нужное письмо и передает мне.

– Читай, – говорит низким бархатным голосом, обволакивающим мое тело. Вибрирующие нотки заставляют чуть ли не подгибаться мои ноги. У меня всегда такая реакция на него.

– Договор? – спрашиваю, приподняв одну бровь. Мы еще перед моим отпуском заключили сделку с этим предприятием, и они только сегодня прислали подписанный экземпляр контракта.

– Настоящий договор составлен: с одной стороны – Зимневым Вадимом Сергеевичем, и с другой – Деревянко Дмитрием…– я застыла на месте, почувствовав горячую ладонь под коленом.

– Продолжай, – Вадим начал медленно поднимать юбку.

А я вспомнила, что дверь закрыта. От предвкушения продолжения трусики тут же стали мокрыми. Я продолжила читать, ощущая, как его рука движется вверх по внутренней стороне бедра. Мурашки покрыли тело, а я чуть не застонала, когда его палец коснулся краешка ткани.

Вадим упорно смотрел на экран ноутбука, а пальцем водил вдоль моих трусиков, задерживаясь на клиторе. И главное, делал все с таким скучающим видом, что создавалось ощущение, что ничего не происходит. Только я вцепилась в бумажку, когда его пальцы отодвинули краешек мокрой ткани. Он вставил указательный палец внутрь меня, а большим надавил на пульсирующую точку.

С моих губ сорвался стон.

– Повтори последнее предложение, – невозмутимо сказал он.

Ага, у самого голос хриплый. И с моего места не видно, что под столом, но не сомневаюсь, что там уже бугор в его штанах.

– Со стороны заказчика… – я хриплю с каждым словом.

К первому пальцу присоединяется второй, а я выгибаюсь. Какое чтение? Ослабевшие пальцы выпустили договор, упавший на пол, будто сорванный ветром осенний лист.

Мужчина резко вынимает пальцы, не давая мне разрядки. Я тянусь за ним, но он усаживает меня на край стола. Подтягивает к талии юбку и разводит мои ослабевшие ноги.

– Я соскучился, – говорит он, не отводя взгляда от влажных складок у меня между ног.

По ним или по мне? Иногда я чувствую, что он готов дифирамбы петь моей вагине. Хотя в нашем случае не о романтике.

– Только давай без всякой романтики, – я ложусь на стол, выгибаясь. – Мы же договорились.

– София, – угрожающе говорит Вадим, сжимая мои бедра. Смотрит на меня своими зелеными глазами, будто хочет залезть в голову. У него давящий взгляд. Партнеры по бизнесу выдержать не могут, что уж говорить о женщинах, которые штабелями у его ног падают. Что тут про меня говорить. Уже полгода как таким штабелем укладываюсь. Зато все честно. Я попросила о помощи, а он мне ее предоставил. Именно тогда, когда нас с сестрой чуть ли в асфальт не закатали.

Я знаю, что у него помимо меня есть женщины. А вот ему необязательно знать, что он у меня единственный. Никогда ему этого не скажу. Я безмерно благодарна ему за все. Даже за то, что все без чувств.

Все по-честному. Это его условие, которого я придерживаюсь. Мы просто трахаемся. Никаких отношений. Но фраза «я соскучился» – уже немного больше. Для меня. Я все-таки женщина. Что она значит? Но проанализировать ее мне не дают.

Мужчина коснулся меня языком.

Я выгнулась дугой, сжав руки в кулаки. Его движения дарили немыслимую ласку – нежно-сладкую пытку, заставляющую мое тело гореть от удовольствия. С ним всегда так.

Я извиваюсь в его руках с каждым движением его языка, ласкающего меня как конфетку. Я выгнулась, когда он вставил два пальца вновь. Придавил меня к столу плечами, а свободная рука легла на мой рот. Слишком уж громко начала стонать.

Удовольствие волнами проходит по телу. Тяжело сдерживать себя. Кусаю его ладонь, насаживаясь сильней на его умелые пальцы, задвигавшиеся внутри меня с утроенной скоростью.

Глаза в глаза. Рука на губах, шепчущих немое признание. Оргазм не заставил себя долго ждать. Я вцепилась пальцами в край стола, извиваясь, когда удовольствие пронзило меня насквозь.

– Хочу на ночь, – услышала голос Вадима рядом со своим ухом. Я распласталась как звезда, тяжело дыша.

Да, еще б уснула.

– Нет, – поправляю одежду. Я не хочу к нему на ночь. Только не сегодня. И вообще ни в какой другой день.

Пора заканчивать это саморазрушение. За полгода долг ведь вернулся? Или нет? Или я не верну долг, пока он не скажет – хватит?

– Не будь эгоисткой. После работы поедем ко мне, – Вадим пошел в сторону ванной.

Или ему просто хорошо со мной? Нет, такого не бывает. Такие мужчины не созданы для моногамии. Я всего лишь одна из. Пока не надоем, и меня не выкинут, как нашкодившую собачку. А нам с сестрой до сих пор нужна защита.

– Кто бы говорил, – бурчу я. – И вообще, мы до сих трахаемся, потому что оба эгоисты. Им вообще хорошо вместе.

Банальная фраза. Он все равно не отпустит. И я это знаю.

– Согласен, – Вадим вышел из ванной, вытирая руки полотенцем.

Мой взгляд опустился ниже его пояса, откуда выпирал внушительный бугор.

– Вечером, Софья, – Вадим проследил за мной взглядом. Как же он умеет сдерживаться? Как? Будь я на его месте – уже разорвала бы себя надвое от желания.

Как мы докатились до такого? Что ж. Начнем по порядку.

Глава 1

– У тебя все получится, Сонечка, – ласково говорит моя начальница. – Вадим Сергеевич хоть и требовательный, но справедливый человек.

Я нервно усмехаюсь, поправляя юбку. Боюсь выглядеть непрезентабельно.

Все дело в том, что наш босс, владелец фирмы – Вадим Сергеевич Зимнев – ищет себе помощника. Зарплата бешеная, но вместе с этим и обязанностей до утра. Еще и ненормированный график. Даже удивительно, что его нынешняя помощница умудрилась забеременеть.

Мне нужны деньги, и это будет отличный шанс их заработать, а заодно себя проверить. Зарплата – бешеная, конкуренция тоже. Меня не спасает даже то, что за меня поручилась начальница бухгалтерского отдела. Вердикт Зимнева был один – пусть идет на собеседование на равных.

Я сижу в приемной возле кабинета высшего начальства, ожидая своей очереди на собеседование.

Если все получится, то я буду сидеть вон за тем столом на месте симпатичной и беременной блондинки – Светы. Помимо меня в приемной еще пять человек сидит, а в коридоре еще десять.

Взгляд так и падает на огромный живот Светы. Вот зачем я пришла? Это же декретная должность. Три года – и все. А что если Света захочет выйти сразу после родов, и получится, что всего на две недели?

Я нервно тереблю серую юбку, пытаясь сосредоточиться. Оделась как серая мышка. Белая блузка, застегнутая под шею, серый пиджак и юбка до колен.

Думала, что буду слишком откровенной. Тем более это мой единственный нормальный костюм, но по сравнению с красотками, которые здесь собрались, я выгляжу скромной монашкой.

Рядом сидят две силиконовые куклы с удушающим ароматом духов, парень в строгом костюме, пялящийся в телефон, и девочка с розовыми прядями в светлых волосах. Вот она как раз больше всего выбивалась из офисного стиля, одетая в драные джинсы и ярко-розовую рубашку. Казалось, что она просто с улицы зашла на собеседование. Что ж, минус один кандидат на должность. Вряд ли Зимнев такую возьмет.

Ох, вряд ли он и меня возьмет. У меня же из выдающегося только троечка. Зато свое, натуральное. И вообще, для должности помощника нужны мозги, коммуникабельность, пунктуальность и так далее. Все это у меня есть. Даже порой полное отсутствие скромности.

Света потягивается и хватается за живот. С недовольным лицом смотрит на нашу компанию. Ее взгляд задерживается на мне.

Мы знаем друг друга, но никогда не общались. Просто здороваемся ежедневно, когда она едет на шестой этаж, а я плетусь в кабинет на третьем.

– О, Соня, – она встает, поддерживая живот. – Я в туалет сбегаю. Присмотри тут, пожалуйста. Там Вадим Сергеевич еще собеседует кандидатку, а я себя чувствую так, будто мой мочевой пузырь сейчас разорвет.

– Да, конечно, – отвечаю я, поднимаясь и чувствуя на себе убийственные взгляды присутствующих.

Я направляюсь к столу Светы, пока она ускоряется к выходу из приемной, снося всех на своем пути.

Силиконовые куклы с каким-то превосходством смотрят на меня, парень кидает настороженный взгляд, а разноцветная девушка достает телефон в желтом чехле с киской и втыкает в него. Вот точно ее не возьмут. Она вообще на вид студентка, а Зимневу не стажерка нужна, а профессионал.

Я нервно стучу пальцами по столешнице, мысленно уговаривая себя, что все хорошо, и молясь, чтоб не зазвонил телефон. Но все становится хуже в тот момент, когда открывается дверь в кабинет босса.

Кажется, в приемной становится нечем дышать, потому что оттуда выходит он. Наш Вадим Сергеевич Зимнев – высокий, мускулистый мужчина с прямыми чертами лица. Его зеленые глаза с каким-то холодом сканируют помещение и застывают на мне.

Вслед за ним из кабинета выходит пергидрольная блондинка с еле застегнутой блузкой на груди.

– До свидания, – елейно говорит она, а для меня ее голос звучит как карканье.

Я даже кожей ощущаю, как он смотрит на меня, медленно переводя взгляд на тех, кто сидит позади меня.

Все-таки на рабочем месте Светы нет. В ее компьютере что-то открыто, а какая-то незнакомка сидит на столе.

– Я – Соня, – улыбаюсь я. – Из бухгалтерии.

Голос дрожит, я чувствую волнение и неуверенность. Я никогда не сталкивалась с начальством так близко. Всегда как-то издалека, буквально несколько раз видела, как он приезжал на своем автомобиле на работу. Даже так он мне казался каким-то атлантом, сошедшим на нашу землю. Нереально красивый мужчина.

– А где Светлана? – хрипло спрашивает он, вызывая дрожь в моем теле.

Нельзя же так реагировать на малознакомого человека. Да, он мой работодатель, но когда меня принимали на работу, то делалось это исключительно через кадровый отдел. Здесь же своего помощника и правую руку наш босс ищет сам.

– Отошла в туалет, – я стараюсь скрыть волнение, но руки все равно предательски подрагивают.

Это все из-за собеседования. Нет, ничего такого, что я уже сижу на месте его секретаря.

Он медленно обводит меня взглядом и тут же отворачивается как от назойливой мухи.

– Кто следующий? – спрашивает мужчина, глядя на оставшихся.

Я уж хочу вызваться, но Света еще в туалете. Нельзя же оставлять ее рабочее место без присмотра. Вон ее сумка лежит, и кошелек торчит.

– Я, – пискляво отзывается девушка в разноцветной одежде.

Она резво подскакивает и направляется к Зимневу. Тот не сводит с нее убийственно-холодного взгляда, скользящего по ее внешнему виду. Кажется, что он сейчас выгонит ее, но его лицо остаётся беспристрастным и непроницаемым, когда он впускает ее в кабинет.

Они сидят там довольно долго, а я даже не знаю, что и думать. И где Света? Неужели у беременных там ниагарский водопад?

Дверь в кабинет босса вновь открывается. Девушка с розовыми прядями довольно вываливается оттуда, сверкая белыми зубами. Вадим Сергеевич тоже выходит. Хмуро смотрит на оставшихся кандидатов и заявляет:

– Собеседование окончено, можете быть свободны.

Мне хочется дернуться в его сторону и попытаться пройти собеседование, но я тушуюсь под его взглядом.

Первым приемную покидает парень. Две силиконши все еще сидят, перекидывая ногу на ногу, пытаясь привлечь самца. Вот только их действия никак на него не влияют, и они тоже ретируются, не забыв хмыкнуть на меня. А я-то что? Мне тоже шанса не дали.

– Вы что-то не поняли? – слышу холодный голос в свой адрес.

– Света еще не вернулась, – тут же отвечаю я, не в силах смотреть в его глаза, а потому пялюсь на его кадык, а если опустить глаза ниже, то можно увидеть сквозь белую рубашку его торс.

Даже сквозь ткань видны его рельефные кубики. А если опустить взгляд еще ниже – туда, где под пряжкой ремня скрывается… Так, смотрим в глаза боссу.

– Я закрою приемную, благодарю за понимание, – отвечает он, показывая на дверь.

Для этого ему приходится выставить руку вперед, а мне – в очередной раз насладиться видом его мускулистых плеч. Классное у него тело, видно, что не гнушается ходить в качалку. Во рту пересохло, когда я представила, как он мог бы носить женщину на руках. Даже не меня, а какую-то абстрактную женщину. Вряд ли такой мужчина, как мой босс, посмотрит на меня чуть внимательнее, чем на пыль под его ботинками.

И все же, когда я выхожу из приемной, ощущаю его буравящий взгляд мне в спину.

Глава 2

Не получить эту работу не стало для меня трагедией или чем-либо еще. Лишь на душе слегка обидно.

В нашем тяжелом мире девушке приходится много работать, чтобы хоть как-то себя содержать. Порой я ловила себя на мысли, что хотела бы стать как те, которые зарабатывают собственной красотой. Ладно, там тоже надо работать, только участвуют все части тела.

Да, я тоже отношусь к тем людям, к которым жизнь повернулась не передом, а задом.

Мать умерла, когда моей младшей сестре было десять, а мне пятнадцать. У отца обнаружили порок сердца, грозивший ему инфарктом в любой момент. Тогда он работал на заводе инженером, но вскоре ему пришлось уйти с работы и стать сторожем на ближайшей стоянке.

Мне еще повезло, я успела поступить на бюджет в институт, получить образование. Еще тогда я начала работать.

Хуже всего стало, когда моя сестра поступила в институт. Поначалу ей тоже удалось попасть на бюджетное место, но дальше она связалась с сомнительной компанией, а потом и вовсе умудрилась залететь. Ее беременность мы обнаружили, когда было поздно. Пришлось ей брать академотпуск, а нам затягивать пояса.

Папа хотел вернуться на завод, но я не разрешила. Сказала, что потяну нас четверых, а он пусть лучше ходит и сидит в той каптерке, и то хоть небольшая копеечка в семейный бюджет, и нервов меньше, чем на заводе.

В общем, мне очень повезло, что я устроилась бухгалтером в компанию Зимнева – «Зэд корпорейшн», занимающейся недвижимостью. Строительство по всему миру. Огромная, солидная компания с филиалами по всему миру.

Это та часть моей жизни, которую смело можно назвать удачной. Хорошая работа, до офиса полтора часа в пробках, зарплата средняя, но для четверых – ощущение, что нет ее.

А вот личная жизнь… Вроде рожала сестра, а матерью-одиночкой чувствовала себя я. Даже не мамой, а папой. Я же деньги домой приношу. Мужчины в моей жизни, когда слышали, что я живу в одной квартире с ребенком, либо ретировались, либо предлагали встречаться для несерьезных отношений. А мне такое точно не надо было. Боялись, наверное, что я их заставлю содержать свою семью.

Я уже давно перестала мечтать про принца на белом мерседесе. Теперь хоть бы рыцаря из метро.

Эх, мечты, мечты.

Я почти опаздываю на работу с утра, только потому, что мой племянник нацелился оставить приятное напоминание на моей любимой кофте. И все же испачкал ее, кинув в нее кашу, а все остальное в стирке. Хорошо хоть сестру попросила постирать и развесить вещи.

Пришлось надеть самую свежую кофту из моего арсенала – ярко-фиолетовую с огромным вырезом на груди. Еще и слегка подстреленную, так что виднеется полоска кожи на животе. Это вчера я была монашкой, а сегодня просто гламурная фурия бухгалтерии. Теперь у меня только штаны вписываются в дресс-код.

Захожу в офис, нацеливаюсь на свое место и замечаю, что там уже сидят.

– Соня, Вадим Сергеевич срочно вызывает тебя к себе. Ты что так поздно пришла? – бежит мне навстречу начальница. – Пришлось выдумывать, что ты просто отошла в туалет. Давай бегом к нему.

Я снимаю куртку, вешаю ее на крючок и мимолетом смотрю на ту самую девушку с розовыми прядями. Неприятное чувство колет меня. Неужели она на мое место пришла? Но ведь мне никто не говорил, что я уволена.

– Это что на тебе? – взмахивает руками начальница. – Сонечка, где твоя одежда? Вадим Сергеевич прибьет тебя, если увидит в таком виде. Ты же знаешь, что в нашем офисе утверждён строгий дресс-код.

– Я помню, но что, этот Вадим Сергеевич в бухгалтерию, что ли, заходит? Мне племянник заляпал кашей нормальную блузку, а все остальное в стирке, – отвечаю.

Хмм, а та розововолосая тоже одета нормально – в застегнутом пиджаке, из-под которого виднеется белая блузка.

Вот так наденешь что-то не то – и сразу окажешься нужна в том месте, куда в таком виде не выйти.

– Так, – начальница стягивает свой безразмерный пиджак, который на меня-то налазит, но висит как мешок.

– Да что происходит?

– Что-что? Светочку вчера в роддом отвезли.

Пара булавок – и пиджак уже притален, скрывает мою троечку, которую выдает фиолетовая кофточка.

– Давай, моя хорошая, все у тебя получится, – говорит мне вдогонку начальница.

Эх, хорошая она женщина, понимающая.

На дрожащих ногах поднимаюсь в кабинет босса. В приемной сам Зимнев со своим до дрожи пугающим взглядом. Я его смело мистер холодильник могу называть за то, как он смотрит на меня.

– Софья? – спрашивает мужчина, пока я пытаюсь поправить нереально огромный пиджак.

– Да, – киваю ему, ежась от холодного мужского взгляда.

Он бегло осматривает меня и вновь смотрит в глаза. До дрожи, до мурашек по всему телу, будто меня сейчас препарировать будут.

– Итак, из всех кандидатов я выбрал вас, – начинает Зимнев. – Работа с ненормированным графиком, будьте готовы, что я вызову вас даже в выходной. Ваша задача: составлять график моего рабочего дня, если потребуется – организовывать перелеты, гостиницы и так далее. Я искал на работу человека, который сможет выезжать за границу. У вас есть паспорт?

Я молча киваю. Загранник делала еще давно, когда ездила на учебу в Европу. Срок еще не вышел. Конечно, плохо, что придется с ним выезжать. Просто когда у тебя дома больной отец и сестра мать-одиночка, то особо не поездишь. Но ради такой зарплаты я согласна на все. Ну, почти на все. Хотя предложи он мне спать с ним на рабочем месте, я бы залепила ему пощечину и гордо вышла бы из кабинета. На биржу труда. Что-то мне кажется, что мое место уже заняла та розововолосая.

Еще надо будет прикупить офисной одежды…

– Эй, Метельская, слышно меня? – Зимнев щелкнул пальцами.

– Да-да, без проблем.

– Чудесно, тогда возьмете у Светы в столе пропуск в фитнес-зал.

И тут я подвисаю, а переспрашивать стыдно. Что-то я слишком задумалась насчет того, что мой начальник будет приставать ко мне.

– И обновите свой гардероб. Бабушкины пиджаки не под стать помощнице начальника, – говорит он, обводя меня взглядом.

Я густо краснею.

– Хорошо, со следующей зарплаты обязательно закуплюсь, – ляпаю я.

Вижу, как ледяной взгляд становится еще холодней.

Ну, точно холодильник.

– А почему я? – мямлю, глядя, как он жестом приказывает мне присаживаться за ее стол.

– Мне нет смысла обучать человека, который в первый раз нашу компанию увидел.

– Благодарю за доверие, – вновь улыбаюсь, но тут же улыбка сходит под его взглядом.

Сажусь на место. Передо мной вспыхивает экран монитора, а я утопаю в приятном аромате дорогих мужских духов.

Его рука опускается на мышку, а я не могу отвести взгляда от его красивых и длинных пальцев, на запястье, скрытом манжетой рубашки и рукавом пиджака, видны крупные вены.

– Итак, это наша база. Вам она известна. Вот здесь, – он тыкает в экран.

Я сосредотачиваюсь на том, что передо мной, а не на мужчине, стоящем позади.

Мелькают таблицы, сводки и всякое такое. Я расслабляюсь, вникая в суть работы. Зимнев показывает, как пользоваться коммутатором, как ставить и снимать его с паузы, предоставляет список внутренних телефонов.

– Дальше сама, – говорит он, отстраняясь. – И сними этот пиджак. У него удушливый запах. Сегодня дам карту – сходишь в магазин, купишь новые вещи.

–Я лучше в нем посижу, – отвечаю, но вижу такой взгляд, от которого хочется снять не только пиджак.

Да что со мной не так? Это всего лишь начальник. Он – мужчина. Симпатичный и красивый, но он мне зарплату платит!

– Нет, ты лицо компании. Мое лицо перед клиентами. Снимай.

Глава 3

Его взгляд проникает мне под кожу, воспламеняя кровь. Не могу сопротивляться, не могу отказать.

Я встаю и отстегиваю вначале булавку. Затем расстегиваю пуговицы. На секунду пальцы замирают над последней пуговицей.

Мельком смотрю на босса, застывшего на месте как статуя. Мне жутко неловко и неудобно. Даже не знаю, за что больше – за то, что я в чужом пиджаке, или за то, что так позорюсь перед начальником. Но кто мне доктор? Я должна была позаботиться о своей одежде перед работой.

Ладно, мне же сказали снять.

По оголенной полоске живота прошелся холодок, когда я стянула пиджак и откинула его на кресло.

Зимнев хмыкает, а я смотрю на него. Его взгляд скользит по мне. Задерживается в районе груди. И не будь на мне поролонового лифчика, то он бы увидел напрягшиеся соски.

Ох, мать. Пора найти себе мужика. Пусть хоть для здоровья.

Тяну кофточку вниз, но она лишь больше натягивается на груди.

– Так дело не пойдет, – говорит мужчина, качая головой из стороны в сторону. – Вы же знаете, что такое дресс-код в компании?

– Знаю, просто все мои нормальные вещи в стирке, ребенок их испачкал…– пытаюсь объясниться, но мужчина жестом показывает мне остановиться.

Его взгляд не предвещает ничего хорошего, а шестеренки в моей голове начинают крутиться с удвоенной силой. Он же меня сейчас уволит, если я что-то не сделаю.

– Вот смотрите, – я сажусь на место и придвигаюсь к столу. – Видите, ничего не видно.

– В дверь заходит клиент, просит у вас налить чай или кофе, вы так же будете сидеть?

Я поникла.

– Можно еще вот так пиджак накинуть, – завязываю огромный пиджак на талии, но вижу, что мужчина вновь качает головой из стороны в сторону.

– Ладно, – вскакиваю. – Я в магазин тогда.

– София! – рявкает босс, когда я уже касаюсь дверной ручки. – Рабочий день в разгаре. В обед сходите.

Мне слышится, или он что-то про наказание сказал?

Я втыкаю в компьютер, пытаясь разобраться хоть в чем-то. Даже страх немного берет из-за того, что я ничего не понимаю.

Вот в маркетинге мне-то больше понятно, чем в обязанностях помощницы босса.

Чувствую себя идиоткой, позарившейся на хорошую зарплату.

Только выбора у меня особо не было. Мамы нет – умерла, когда Насте – младшей сестре – было десять лет. Младшая сестра с годовалым ребенком, умудрившаяся забеременеть в восемнадцать лет. У моего отца тяжелая болезнь сердца, которая может бахнуть в любой момент. Так что все заботы семьи на моих плечах.

Я совершила огромную ошибку, что ушла с насиженного места на должность, в которой уже час как ничего не понимаю. Единственное, в чем я разобралась – как пользоваться кофемашиной.

Глава 4

Ровно в одиннадцать дверь в кабинет босса открылась. Я чуть на месте не подпрыгнула.

– Я за кофе, – говорит начальник, проходя мимо меня.

Я вновь ощущаю приятный аромат его парфюма, обволакивающего меня. На нем черное пальто с блестящими черными пуговицами, на шее серый в черную полоску шарф, а из карманов торчат перчатки. Пальто он еще не успел застегнуть.

– А кофемашина? – смотрю на автомат в углу.

– Терпеть не могу кофе оттуда, – хмурится он.

– Так давайте я схожу, – поднимаюсь из-за стола.

Его взгляд скользит к моему декольте, а затем к оголенному участку кожи. Я вновь краснею, как школьница перед своим первым поцелуем.

– Нет, – коротко кидает он, глядя холодным взглядом мне в глаза. – Займитесь работой.

Тут я хотела спросить, а чем именно, но промолчала. Я же профессионал! Сама же хотела эту работу.

Пожалуй, есть иногда в начальниках некая ревность, что что-то делает новенький, а не прошлый секретарь.

Он вернулся через полчаса с огромным стаканчиком с надписью «Ономаре». Ого, это весьма недешевый ресторан.

На стол упала шоколадка, а я подняла глаза, встречаясь с его взглядом. Мужчина хмурится, а я не понимаю, что не так.

– Спасибо, – шепчу, накрывая ладонью сладость.

Вдруг отберет. Обалдеть, это же из того же ресторана!

Ох, а босс, наверное, думает, что делает это недоразумение на месте помощницы с огромным животом?

Шоколадку он, естественно, не стал забирать и отправился в свой кабинет.

Я вновь уткнулась в монитор, пытаясь найти хоть какие-то документы. Может, ему там на подпись что-то надо? О, или вот расписание.

Так-так, на завтра назначена встреча с клиентом…

– Софья! – послышался чуть ли не львиный рев из кабинета начальства.

Я подскакиваю на месте, аж стул падает.

Врываюсь в его кабинет, готовясь кинуться грудью на любую амбразуру, которую мне только предложат, но вместо этого застываю на месте.

Его кабинет огромный с минимумом мебели, и я не сразу нахожу начальника, потому что его стол стоит в дальнем углу. Как он до меня докричался – чудо или мощные связки.

Возле стены огромный диван рядом со столом начальства, а справа от входа в кабинет еще одна дверь.

Ехидно думаю, что туда он отправляет нерадивых сотрудников, которые не справляются с работой.

На негнущихся ногах иду к нему, всеми фибрами души предвидя нехилую взбучку. Потому что на меня смотрят так, будто я виновата в глобальном потеплении.

– Софья, объясните, пожалуйста, – цедит начальник, – почему у вас отключен рабочий телефон?

Я густо краснею, кажется, даже мои темные волосы – и те приобрели помидорный цвет.

– Разве отключен? – недоуменно спрашиваю я.

На это босс снимает свою трубку и набирает что-то на своем телефоне. Слышатся короткие гудки в такт моему быстро бьющемуся сердцу. А я еще больше не могла косячить сегодня?

Мысленно так и хочется пристукнуть себя. Только сначала спрятаться где-то, а затем пристукнуть. Просто на меня так смотрят, что глобальное потепление – лишь малая часть того, в чем я виновата.

– Извините, – шепчу я.

– Софья, скажите честно. Вам эта работа не нужна? – мужчина откидывается на кресле, глядя на меня.

– Нужна, – отвечаю.

– Не вижу энтузиазма. Телефон отключен, вы уже полдня просто сидите, про ваш внешний вид я и вовсе молчу, – говорит он. – Если вы что-то не понимаете, вы должны меня спросить. Или мне за вами бегать? Я понимаю, что я требовательный начальник, но я не до такой степени самодур, чтобы не объяснить человеку элементарных вещей.

– Извините, – вновь шепчу, ощущая, как в глазах собираются слезы.

– Мне не нужны ваши извинения, мне нужен сотрудник, который будет выполнять мои требования и условия. Давайте так. Вы подумайте до конца рабочего дня – нужна ли вам работа, и потом придете ко мне. Так и скажете – извините, Вадим Сергеевич, я перед вами пришла трясти сиськами и совершенно не готова работать.

Он действительно сказал сиськи? Хуже всего то, что он принимает меня за ту, кем я вовсе не являюсь.

– Любовница на работе мне не нужна, – твердо говорит он.

– Да я нет, – качаю головой из стороны в сторону. – Да не претендую я на ваш стручок.

Почему сразу мужики думают про горизонтальную плоскость? Я-то понимаю, что на него женщины должны вешаться, как воробьи на ветки, но не до такой же степени.

В его глазах вспыхивает едва заметный огонек, а до меня доходит то, что я только что ляпнула. Нет, ну столько краснеть непозволительно для здоровья!

– То есть…. Я готова работать, – говорю мертвым голосом, успокаивая дрожь, поднимающуюся в глубине. – Я сюда устраивалась ради работы. Мне не нужно для этого еще полдня думать. Причины моего перевода в ваши помощницы – мое личное дело. По поводу своего внешнего вида – я могу лишь принести извинения. Сегодня так вышло.

Напротив его стола стоит стул. Я грациозно подхожу к нему и сажусь.

– Я готова выслушать ваши поручения, – смотрю в его глаза, пока его взгляд вновь скользит по моему лицу, опускаясь к декольте.

Хочется закрыться, хотя чего стесняться? Ну, родилась я с грудью, что поделать?

– Хорошо. Даю вам последний шанс, – он вновь переводит взгляд с моей троечки.

Как ни крути, а привлекает его моя грудь. Все же надо будет одеваться на работу поскромнее.

– Две недели для того, чтобы стать для меня незаменимой помощницей, – отвечает он. – Иначе я вас уволю без права восстановления даже на вашу предыдущую должность.

Я замираю на месте, ощущая липкий страх, сковывающий тело. А если я не справлюсь? Вон сегодня столько ошибок допустила, что на полгода вперед хватит.

– Я согласна, – я нервно улыбаюсь ему.

Не могу отступить.

Глава 5

Только перешагиваю порог приемной, и все напряжение отступает. Где-то в мозгу всплывает информация о том, что нельзя увольнять человека просто так даже с прошлой должности, но кто я такая, чтобы спорить с Зимневым. Не в моем жизненном положении отстаивать права с работой. Надо просто молча выполнять свои обязанности. И обязательно спрашивать его, что делать.

Во время обеда успеваю сбегать на ближайший рынок, где очень недовольно расстаюсь с остатком зарплаты, купив несколько белых блузок. У них едва просвечиваемая ткань, и даже на груди не натягиваются. Специально взяла на размер больше. Скрепя сердце купила еще один пиджак, понимая, что до зарплаты семья будет питаться макаронами, кашей и благодарностями.

Жду не дождусь, когда племянник начнет кушать нормальную еду, и не надо будет закупаться детским питанием. Хотя я еще жду тот момент, когда он будет на горшок ходить, и памперсы не понадобятся.

Обед я, естественно, пропустила. Поэтому стремглав бегу с булкой в зубах к офису. Шестой этаж, и я влетаю в туалет, чтобы переодеться. Вот только я не одна такая желающая после обеда посетить уборную. Пока сотрудницы выстраиваются в очередь, я понимаю, что это не самая лучшая идея, а потому иду в приемную.

Из кабинета шефа не доносится ни звука, а потому я смело могу надеть кофточку тут. Благо, успела закрыть дверь в приемную. Вдруг кто зайдет? После моей взбучки начальники отделов так и повалили к боссу на преклонение.

Ух, как меня это бесит. Дресс-код этот. Хотя сама виновата, что позволила племяннику себя испачкать.

– Дресс-код не подходит, – завожусь я, раскладывая на столе две блузки.

Ладно, надену эту с серебряными пуговицами. Вторую спрячу в ящик. Будет запасной на всякий пожарный. Поворачиваюсь лицом к стене, позади меня мой рабочий стол. Снимаю свою фиолетовую кофту, небрежно отбрасывая ее на кресло.

– Та нормальные у меня сиськи, – утверждаю я самой себе, поправляя лифчик.

Надеваю блузку, застегивая пуговицы.

Мой телефон звонит, я с раздражением оборачиваюсь, слегка наклоняюсь с наполовину застегнутой блузкой.

Вижу на экране телефон сестры. Подождет. И тут ощущаю, что я-то совсем не одна. Медленно поднимаю голову, встречаясь взглядом с боссом. Нервно сглатываю, понимая, что теперь-то ему обзор на мои верхние девяносто прекрасно виден.

Пуговица на груди слегка застревает – дырка для нее маловата. Капец, придется расширять. Телефон разрывается.

Я вновь заливаюсь румянцем. Пальцы начинают лихорадочно перебирать пуговицы, пытаясь застегнуть блузку. Вижу взгляд зеленых глаз, застывший на моей груди.

– Я блузку купила, – говорю хриплым голосом.

Что за день-то сегодня такой? То кофточка фиолетовая, то босс меня видит в незастёгнутой блузке. Но самое страшное, что меня безумно заводит вся эта ситуация. Странное и глупое ощущение вспыхивает в районе груди, а внизу живота становится тяжело. Он смотрит на меня в таком виде.

Почему мне нравится то, как он на меня смотрит? Медленно обводя взглядом мое лицо, задерживаясь на губах. И главное молча. Вообще, неразговорчивый мужчина просто на вес золота.

Я продолжаю застегивать блузку, не сводя глаз с босса. В какой-то момент понимаю, что реально ошиблась с пуговицами, придется перезастегивать.

Выпрямляюсь, когда он делает шаг вперед.

– Рад, что вы вернулись с обеда. Вот, возьмите документы. Вызовите курьера и отправьте по адресам. В компьютере должны быть, – на стол падает огромная папка. – Разберетесь? Света назвала файл «адреса для рассылок».

– Да, конечно, – радостно сообщаю я, немного прокашлявшись.

– Отлично, я на обед, – голос босса немного поменялся, стал более грубым.

– Приятного аппетита.

– Благодарю, – отвечает он и выходит из приемной.

Он выходит из кабинета, а я в очередной раз за день позволяю себе выдохнуть. Нет, с таким боссом точно инфаркт заработаю. И это только первый рабочий день. Что же будет дальше?

Набираю Настю – младшую сестру.

– Привет, Сонь, – говорит она бодрым голосом.

– Привет, Насть, – отвечаю я. – Я работаю. Ты что-то хотела?

– Слушай, купишь ребенку смеси?

– Насть, ты вчера детские получила, – напоминаю ей.

– Я потратила. Там такое платье было в ЦУМе, – восторженно говорит сестра.

У меня аж глазик задергался.

– Слушай, мне тоже пришлось потратиться. Ты должна была ребенку купить смеси.

– Ну, Сооонь. Тебе что, жалко на племянника? Тем более, у тебя зарплата скоро.

– Неделя, Настя, до зарплаты.

– Ой, ну я перепутала, когда тебе ее там дают. Блин, Соня, прости. Ну, все равно, тебе что – жалко?

– Мне не жалко, мне жалко, что его мать платья покупает, пока ребенку кушать нечего.

– Ой, ну че ты завелась, – слышу голос Насти. – Ладно, растяну остатки смеси. Вот не думала, что ты такая…

Я отключаю телефон. Лезу в кошелек, пересчитывая последние деньги. Если я начну ходить на работу пешком, то денег вполне хватит купить племяннику на неделю.

Нет, я прекрасно понимаю, что сестра на мне ездит с вот такими моментами, но не смогу я допустить, чтоб мой племянник сидел в говне и соплях голодный. Уже давно перестала рассчитывать, что сестра снизойдет с детских купить что-то ему, а не себе. Хотя ему она покупает какую-то одежку через интернет. Про алименты я молчу. Там лучше и не пробовать выбивать.

Откидываюсь на кресле. Видимо, придется брать кредит. Вот что с моей сестрой не так? Уже и разговаривали с ней, объясняли, что ребенок теперь самое важное в ее жизни, а она нет – тратит деньги на шмотье, а не на еду ребенку.

Злости порой не хватает.

Остаток дня проходит в спокойствии. Я очень аккуратно разбираю почту, наклеивая нужные адреса на конверты. Затем все отдаю курьеру. М-да, это не так интересно, как набирать таблицы, сводить данные и счета в бухгалтерии. Зато тут платят больше. Только этим и успокаиваю себя.

После обеда звонки так и сыплются. Я еле успеваю все записывать. То клиенты, то начальники отделов. Кого-то Зимнев разрешает переводить на себя, кого-то деликатно посылать.

Из кабинета мы с Зимневым уходим вместе.

Я втыкаю в онйлан-банкинг, пробуя подобрать нормальный кредитный лимит. Чтоб и возвращать понемногу, и чтоб на неделю хватило.

Надеюсь, что зарплату дадут вовремя, без задержек. Прикидываю, есть ли праздники в эти дни – вроде нет, тогда отлично.

Вот уже рядом с лифтом, протягиваю руку к кнопке, чувствуя, что касаюсь ее не только я. Перевожу взгляд на босса, вижу его зеленые глаза, которые в один момент потемнели. Это все из-за света, так уговариваю себя. Крылья его носа хищно вздымаются, когда он втягивает воздух, а мой взгляд скользит к его губам. На его лице виднеется едва отросшая щетина, по которой мне хочется провести рукой. Ощутить – она будет колоться или щекотать?

Мы стоим непозволительно долго.

Он убирает свою руку, а я жму на кнопку.

Створки лифта раздвигаются, и мы заходим внутрь. Как-то все молча. Мы с девочками из бухгалтерии только и делали, что общались постоянно.

Я вновь опускаю взгляд в телефон, выбирая лимит кредита. Ох, чувствую, пожалею я об этом. И я не о кредите, а об этой работе. Нас двое в лифте, а я ощущаю ту ауру, витающую в воздухе, исходящую от босса. А еще мне до безумия хочется вдыхать его аромат.

На секунду я представляю, как лифт застревает, мы остаемся одни с начальником. И он… как вызовет службу спасения. М-да, я реалист. Я и начальник – вообще две разные вселенные. Единственное, куда он смотрит – это моя грудь.

Я схожу с ума уже. Пора завести себе мужика.

Глава 6

Каждый раз, когда я возвращаюсь из офиса, я ощущаю, как попадаю из супер-люкса в суперэконом. Это ощущение наступает тогда, когда я попадаю на улицу, где я живу.

Вот возле офиса стоят красивые машины модных марок. Один из этих автомобилей принадлежит моему боссу. В какой-то момент мне по-настоящему захотелось, чтобы он меня подвез. Вот только такой, как он, не живет в трущобах, там как раз обитают такие, как я.

Я кутаюсь в куртку, наблюдая, как водитель Зимнева открывает дверцу его автомобиля. Машина отъезжает, а следом еще одна. Видимо, охрана.

Эх, пойду я в свой подземный лимузин.

Буду получать чуть больше зарплату – обязательно дверь в квартиру поменяю – наша-то уже обветшала, и ощущение, что держится на честном слове, хотя папа говорит, что такая послужит ещё и нашим внукам.

В коридоре меня уже встречают отец и сестра с племянником на руках.

– Купила? – сходу задает вопрос сестра.

– Да что ты к сестре пристала? – выходит вперед папа и забирает у меня сумки.

Он слегка шаркает ногами при ходьбе, а у меня сердце кровью обливается. Когда-то крепкий как кремень мужчина превратился в старика, который еле-еле ходит.

– Да, купила смеси и торт, – отвечаю я, снимая куртку.

– По какому поводу торт? – недоуменно спрашивает сестра.

Ребенок на ее руках довольно тянет ко мне ручки.

– Привет, маленький, – говорю я, чмокая племянника в пухлую щечку.

Боже, он такая радость, особенно, когда не будит посреди ночи.

– Сонь, ты же в фиолетовой кофте уходила с утра, – недоверчиво рассматривает меня сестра.

– Тетя повышение на работе получила, – говорю я.

– Что, небось, главным бухгалтером стала? – слышу голос папы из кухни.

– Круче – помощницей босса, – отвечаю, умалчивая про две недели испытательного срока.

Мне так сегодня хочется побыть счастливой, хоть на минутку забыть о том, что я чуть сегодня не провалилась.

Настины глаза вспыхивают неподдельным интересом.

– На зарплате хоть скажется? – спрашивает она.

– Да, Насть, но не на тебя и ребенка. Нам нужно что-то с квартирой делать. Ремонт и все такое.

– Какой ремонт с грудничком? – деланно возмущается сестра.

– Да какое это повышение! – встревает отец. – Дочка, ты чего? Бухгалтерия – это все. Ты же могла там стать начальником. Случись чего, ушла бы на другую фирму и работала бы там бухгалтером. Что тебе с того секретарства? Бумажки перекладывать да с начальником-мудаком, желающим тебе под юбку залезть, общаться?

Я усмехаюсь тому, что как раз это последнее, что мой босс сделает со мной. Он же меня по этой причине чуть не уволил в первый же день.

– Пап, все, хватит. Там зарплата больше, чем у бухгалтера. Мы ремонт сможем сделать, – я обвожу руками нашу обшарпанную прихожую.

– Вот у меня на заводе тоже такая была, – продолжает отец. – Потом наш начальник по пьяни рассказывал, как и в каких позах он ее.

– Папа, – я готова взвыть. – Наш офис – не твой завод. Никто там ко мне не пристает.

– А зря. Ты у меня девка видная, давно замуж пора. Но только пусть не начальник. Знаем мы этих кобелей доморощенных.

– Ага, – буркаю я в ответ, направляясь в ванну.

Вадим Сергеевич – кобель. Я нервно усмехаюсь себе в зеркало, вспоминая его темный взгляд, когда он увидел меня в полузастегнутой блузке и когда коснулся моей руки возле лифта.

Боже, нашла, о чем думать. И все же я покраснела от этих воспоминаний. Нет, все. Буду держаться от босса как можно дальше.

– Значит так, дочка, – начинает папа. – Проси своего начальника вернуться в бухгалтерию. Зачем тебе та должность его секретутки?

– Папа, – возмущаюсь я, нарезая торт.

– Что папа? Вон на заводе, что я говорил, тоже была секретутка. Перед начальником сиськи свои выставляла, а он женатый мужик. В итоге что? Заделал ей ребенка и все. Даже алименты не платит.

– Да не будет ко мне начальник приставать. Тем более на мое место уже взяли девочку, – говорю я, накладывая куски на тарелки.

В кухне повисла тишина. Папа скрещивает руки на груди, глядя настороженно на меня.

– Слушай, так может, этот твой начальник хочет тебе под юбку залезть, потому и поставил такие условия?

– Боже, пап. Что у тебя к юбке все сводится? – я закатываю глаза.

– Да потому что вот, – он показывает на насупившуюся Настю. – Принесла в подоле.

– Пап, – буркает сестра, но не спорит.

Я на нее вообще не смотрю. Про телефонный разговор я помню, но на эту тему мы пообщаемся, когда она уложит Егорку спать.

– Так, Соня, я поговорю с начальником завода – он мой друг, пойдешь туда бухгалтером. И я не буду волноваться, что ты поздно домой возвращаешься.

– Зато я буду ходить пешком по нашему району, – вставляю я, откусывая кусок торта.

– Я тебя встречать буду с работы, – говорит отец.

– Папа, хватит. На твоем заводе столько не платят, как там.

– Да что там платят в твоем «Зад корпорейшн», – выдает отец.

– «Зэд корпорейшн», – поправляю его. – Все, я решила. Работаю там.

Вспоминаю про абонемент в фитнес-зал, про который мне говорил Зимнев. Нет, туда я тем более ходить не буду. Мне в восемь часов вечера страшно ходить, а что будет, если я еще после зала буду? Нет, нет. Я не настолько рисковая.

– Я завтра поговорю с начальником, – бескомпромиссно вставляет отец, а я переглядываюсь с Настей.

Та и вовсе пожимает плечами.

– Так пусть Настя и идет туда.

– Эй, у меня ребенок, и я не доучилась, – возмущается она.

– Отстань от сестры. Родила сына – пусть воспитывает, – чуть не рявкает отец.

Мы тут же замолкаем, доедая торт.

После десерта Настя идет укладывать Егорку. С квартирой нам повезло – огромная трехкомнатная. Сестра с племянником в одной, я в другой, а папа в третьей. Стены тонкие – слышимость шикарная. Когда Егорка просыпается посреди ночи – не спит никто. Очень хочу сделать ремонт и поставить шумоизоляцию, но все как-то никак. Еще и сестра выкидывает такие фортеля с детскими деньгами. И главное – не в первый раз, а я устала. Просто устала тащить на себе семью, еще и вместо поддержки получать фырканье, что помощница босса обязательно должна с ним спать.

На завод меня отправят. Ага, сейчас. Бегаю, каблуками сверкаю. Я не просто так стараюсь вырваться отсюда. Вот реально, если б не беременность сестры, то копила бы на квартиру в новострое.

Я иду в душ, а когда выхожу, заглядываю в детскую, подзывая сестру к себе.

Она смотрит на меня, как нашкодивший котенок. В ее руках черная ткань.

– Давай, я тебе платье покажу, – виновато говорит она, разворачивая в руках черное платье на бретельках.

Прибить ее хочу, вот только ребенку нужна мать, а папа нас обеих любит.

– Это платье не стоило детских, – шиплю на сестру, а сама не могу отвести взгляд от вещицы.

Мою фигуру оно точно будет облегать, а еще тут вырез как раз под мою грудь.

– Сонь, ну извини, я его когда увидела – как отшибло, – оправдывается сестра, а в глазах стоят слезы. – Оно мне так понравилось. Хочешь, возьми его себе.

Она протягивает мне платье, а по щекам текут слезы. Мне даже жаль ее становится, но от этой безалаберности просто выворачивает.

– Насть, честно. Мы с тобой говорили об этом не раз. Сегодня я влезла в кредит ради Егорки.

– Сонь… – пытается сказать сестра, но я ее останавливаю.

– Это в последний раз такое. Давай свою карточку, – я протягиваю руку. – Хватит. Мне надоело. Не умеешь тратить на сына, значит, она у меня будет.

– Ты пароль не знаешь, – глухо говорит сестра.

– Мне не нужен пароль. Я буду тратить на еду ребенку свои деньги, но ты детские не тронешь до тех пор, пока он хоть немного не подрастет.

– Сонь, ну честно, это в последний раз, – хнычет сестра, но я стою с протянутой рукой как на паперти в ожидании карточки.

Настя еще минуту с мольбой смотрит на меня, а затем уходит в комнату и возвращается с карточкой.

Надеюсь, у нее хватит ума не тащиться с паспортом в отделение банка. Мы расходимся по комнатам.

Сон не идет, и я залезаю в соцсети. Листаю ленту, лайкая и рассматривая смешные картинки. А затем закусываю губу и ввожу в поисковике Зимнев Вадим.

На удивление, я нахожу своего босса довольно быстро. Почти сто тысяч подписчиков и всего сто друзей. Даже удивительно. Не преодолев любопытство, лезу в его страницу.

Вадим Зимнев – тридцать два года, не женат. Работа – «Зэд корпорейшн».

На меня сразу вываливается куча фотографий начальника в костюме. И всего одна с его оголенным торсом. У меня сразу текут слюнки. Правда, не только у меня, но и у почти двух тысяч комментаторш. Перелистываю эту фотку и чуть не дергаюсь от холодного взгляда зеленых глаз. Он смотрит на меня так, что мне становится не по себе. На фотографии его лица меньше всего лайков и просмотров, но то, как он смотрит… Будто говорит:

«Я видел твою грудь, Метельская. Нечего было ею светить».

У-ух. Пожалуй, эта станет моей самой любимой фоткой.

Глава 7

Это была ужасная идея – смотреть фотки начальника в соцсетях. Мы сидим в конференц-зале бок о бок. Его колено то и дело касается меня.

Рядом лежит диктофон, фиксирующий все, что происходит, а я записываю лишь некоторые пункты совещания.

Сегодня день совещаний: то с начальниками отделов, то еще крупные клиенты должны прийти. Которых Зимнев ведет.

Единственное, что меня подбодрило – то, как мне улыбнулась начальница моего отдела.

Совещание началось, я включаю запись и откидываюсь на стуле. Сидеть и слушать начальников надо будет где-то час, я уточняла. Где-то час вот так сидеть рядом с Зимневым.

Ох, это все его торс, по которому мне хотелось провести пальцами, и не только ими. Не стоит забывать, что одно мое поползновение – и здравствуй, завод. Я даже пуговицы на блузке застегнула все. Правда, кто бы искоренил мои фантазии 18+ о моем боссе.

Зимнев очень уверен в себе. Его взгляд подавляет почти всех в зале. Начальники со страхом смотрят на него, когда он объясняет основные правила продвижения компания. Строительство будет идти еще в одной стране, и сейчас важно не потерять строящиеся здания. Чтоб все было без задержек и качественно.

Я нервно краснею, когда ощущаю его руку на спинке моего стула. Зимнев просто поднимается, чтобы подойти к стенду и продемонстрировать показатели, а у меня ощущение, что все смотрят только на меня.

Все-таки в бухгалтерии было лучше. Сидишь в кабинете, тебя никто не видит и не слышит. И тем более начальство не говорит всякое.

Так, надо записать то, что говорит босс. Ох, даже в телефон не залезть, не посмотреть видосики смешные. Хотя какие видосики? Я должна стать для Зимнева незаменимым помощником, чтоб ему и в голову не пришло меня увольнять.

– Софья, запишите показатели, – командует Зимнев, когда к стенду выходит начальник маркетингового отдела.

Мужчина начинает свое предложение, а я записываю. В какой-то момент ручка перестает писать, но я же хорошая помощница, поэтому тянусь за второй, которая находится в моей сумочке.

Непишущая ручка падает на пол. Я наклоняюсь за ней, но не могу нащупать. Немного поворачиваюсь и залезаю под стол. Ручка укатилась далеко. Но что может остановить Соню? Правильно – ничего. Дотягиваюсь до нее как можно быстрее и начинаю подниматься. Хочу ухватиться за свой стул, но вместо этого моя рука нащупывает мужскую ногу. Точнее, крупную коленку. Я на секунду замираю, понимая, что коснулась начальника. И главное, как дотянулась?

Радовало, что столы в конференц-зале непрозрачные. Мы и вовсе сидим отдельно напротив стендов, а начальники отделов по бокам от нас.

И там, где мы сидим, никто не заметил моего подстольного маневра. Точнее, они увидели, что я наклонилась за ручкой, но то, что моя рука коснулась ноги босса – нет. Я резко выравниваюсь, виновато глядя на него. Зимнев не смотрит на меня, целиком и полностью сосредоточившись на том, что на стенде.

Но это длится недолго. Я ощущаю его взгляд на себе, пока дозаписываю то, что пропустила. Что-то я слишком мнительная стала. Ну, не уволит он меня из-за того, что я его коленку потрогала.

Пару раз сбиваюсь на цифрах, потому что горю. Только бы остальные не смотрели на нас. Стыдно до ужаса. Я же профессионал, а профессионал всегда должен выглядеть невозмутимо. Даже если он битый час разглядывал торс босса на фотках.

Я же в соцсетях могу похвастаться модными в свое время губами уточкой на фоне ковра. Даже фоток в купальнике нет. Да и стал бы Зимнев искать мои фотки в сети?

Совещание заканчивается, а мы спешим на встречу с клиентами в одном дорогом ресторане – «Авизионе».

Я почему-то думала, что моя работа будет целиком и полностью в офисе, что я больше секретарь, а не помощница, но у Зимнева на этот счет было свое мнение.

Мы выходим из здания офиса.

– Софья, ты не забыла блокнот? – спрашивает Зимнев, когда мы уже спустились на первый этаж.

– С собой, – показываю на свою сумку.

– Отлично. Сегодня важные клиенты. Ты как всегда слушаешь, важное записываешь.

– На диктофон? – уточняю я.

– Нет, так записывай, что они хотят, какие предложения. Выкупить этаж они хотят или несколько. Жилые им нужны помещения или нежилые. Все поняла? – спрашивает он, открывая дверцу своей дорогой машины.

Я чуть не пищу от радости. Вот это мне повезло прокатиться на такой.

– Да, я все поняла, – отвечаю ему, осторожно садясь в салон.

Ужас, боюсь, как бы не поцарапать тут ничего.

– Здравствуйте, – здороваюсь с водителем – молодой парень лет тридцати с темным ежиком волос на голове.

Тот кивает мне и улыбается. Я отодвигаюсь еще в сторону, и рядом садиться Зимнев. Удобные здесь сиденья – гладкие, мягкие.

До ресторана два часа дороги. Это если на метро, а если на машине, то, может, час. «Авизион» находится возле моря и является одним из самых дорогих ресторанов.

Я смотрю в окно, наблюдая за мелькающими домами. Мимолетом глянула на босса, втыкающего в телефон. Боже, какие у него красивые длинные пальцы. Было б у меня больше смелости, не было б сестры с маленьким ребенком, то я бы уже объездила своего босса.

Точнее, начала б с того, что облизала его указательный палец, предварительно забравшись к нему на колени. Хотелось, чтоб он сжал меня в своих объятьях, поцеловал своими жесткими губами, провел рукой по груди, освобождая её из плена лифчика.

Машина ревёт, а я чуть ли не вслух стону от того, что у меня уже внизу живота потоп. И было бы на кого. Зимнев даже не смотрит в мою сторону, кроме того, что принеси-подай-запиши-расскажи.

Так, пора себя спускать с небес на землю.

– Что будет на встрече? – перебарываю я свою стеснительность.

– Надо будет предложить клиенту пару проектов. Это я беру на себя, – мужчина показывает на огромную папку, лежащую между нами.

Я так думала о чем-то своем, что не заметила ее.

– Твою задачу я объяснил, – говорит он, задерживая на мне взгляд, скользящий от моих глаз к губам.

Я нервно ежусь от того, как он смотрит на меня. Оценивающе, что ли?

Все ниже смотрят его глаза, даже на мои коленки, которые я тут же увожу в правую сторону. Мужчина хмыкает, но не произносит ни слова.

И тут до меня доходит. Мы едем на встречу с клиентами. Я лихорадочно отыскиваю зеркальце в сумке. Осматриваю себя – глаза горят, на губах почти стерлась помада.

Вроде машина едет ровно – смогу подравнять макияж.

Достаю из сумки сначала тушь. Подкрашиваю ресницы на одном глазу. Машина резко поворачивает. Я едва успеваю спрятать кисточку. Мы вновь едем по прямой. Подкрашиваю ресницы на другом глазу на этот раз без инцидентов.

А что? Зимнев еще не видел моего мастерства в метро. Правда, там я успеваю накраситься до того, как туда зайдут люди.

Я достаю помаду.

– Это необязательно, – слышу хриплый голос Зимнева, когда подношу к губам тюбик.

Вопросительно смотрю на него, и в этот момент машину резко заносит. Водитель сильно матерится, а босс, сгруппировавшись, дергает меня на себя.

Машина поворачивается вокруг своей оси за каких-то пару секунд. Нас прижимает к дверце со стороны Зимнева, а у меня перед глазами летит вся жизнь.

Я зажмуриваюсь. Он прижимает меня к себе, удерживая одной рукой за грудь, а другой за талию. Первая моя мысль – не сильно ли он ударился. Он же принял на себя все. Даже мой вес.

Чувствую, что дышит. Вопрос – не сломала ли я ему ничего.

Открываю глаза. Сжимаю в руках половину помады. Сумка где-то в ногах. Тяжело дышу. Мужское тело подо мной тоже. В поясницу что-то упирается. Думаю, что это телефон Зимнева. Мы живы, это самое главное. Остальное неважно.

– В следующий раз пристегиваемся, – выдает Зимнев, а его подбородок опускается на мою макушку.

Он тяжело дышит, опаляя дыханием.

– С вами все хорошо? – шепчу я, обмякая в его руках.

– Да, – отвечает он. – Вы мне только немного ногу отдавили. Сами как?

– Вроде нормально, – отвечаю, не в силах сесть нормально.

Нравится, как он держит меня.

– Вадим Сергеевич, вы в порядке? – спрашивает водитель. – Сейчас я выйду, посмотрю, кто там нас так занес.

Я вообще не понимаю, каким чудом он вообще меня схватил.

– Софья, можете вернуться на место, – говорит Зимнев, убирая руку с моей груди.

Глава 8

Я медленно поднимаюсь, пытаясь угомонить дрожь в ногах и руках. Сажусь на свое место, поправляя куртку и волосы. Перевожу взгляд на Зимнева и густо краснею. Моя помада успела отпечататься на его шее и на белой рубашке, выглядывающей из-под куртки. Мужчина слегка приподнялся, и кусок помады выкатился из-под куртки.

– Вот жо…же как не повезло, – протянула я.

– Вы не ушиблись? – уточняет Зимнев, вновь глядя на меня.

– Да, все в порядке, вы смягчили удар, – отвечаю. – А вы сами?

– Все в порядке. Пока оставайтесь тут, – говорит он и выходит из машины.

Я хаотично ищу в сумке влажные салфетки. Ужас, ужас. Он же весь в помаде.

Нашла пачку.

– Софья, – Зимнев заглядывает в салон. – Наберите Климшина – скажите, что я перенесу встречу, попал в ДТП.

Он протягивает мне свой разблокированный телефон. Мы вновь соприкасаемся пальцами. Меня будто бьет едва заметным током в месте нашего соприкосновения.

– Хорошо, – хриплю я, беря его телефон.

Нахожу в списках Климшина, пока Зимнев возвращается к водителю.

Я даже не успела спросить имя того Климшина, а уже слышу в телефоне бархатный мужской голос:

– Да, Вадим, что ты хотел?

– Здравствуйте, э-э-э, это его секретарь. Меня зовут Софья. Вадим Сергеевич попал в аварию и просит перенести встречу, – тараторю я.

Между нами виснет тишина, а мне до сих пор страшно. В ушах все еще стоит скрежет и жуткий удар машины о машину.

– С ним все в порядке? – наконец произносит Климшин.

– Да, все хорошо, мы не пострадали, – отвечаю я. – Можно будет перенести встречу?

– Вы тоже с ним? – уточняет мужчина.

– Да. Вроде как мы не особо пострадали. От лица «Зэд корпорейшн» хотим принести свои извинения за отмену встречи по независящим от нас обстоятельствам.

Климшин подвисает. По ту сторону трубки слышатся какие-то голоса и звенящие приборы. Ужас, он же, скорее всего, уже в «Авизионе», а мы не приедем.

– Конечно, раз такое дело. Давайте перенесём на вечер пятницы, встреча там же – в «Авизионе».

– Одну минуту, – отвечаю я, залезая в ежедневник.

Пролистываю записи. У Зимнева очень плотный график.

– А вы кто Вадиму? – уточняет мужчина.

– Секретарь, – повторяю я.

– Ох, у вас такой красивый голос. Вы вместо Светы?

– Да, – автоматом отвечаю я.

Пятница у Зимнева в принципе не особо занята. Можно выделить время.

– Только не говорите, что вам пятьдесят лет. В жизни не поверю, что Зимнев взял на работу сотрудницу в таком возрасте.

– Двадцать семь, – отвечаю я. – Итак, в пятницу вам на какое время подойдет?

– О, давайте на пять часов вечера.

– Спасибо, я записала, – отвечаю я, вписывая имя Климшина.

Надеюсь, босс меня туда не потащит.

– И я вас благодарю. У вас очень приятный голос. До пятницы, – отключается собеседник.

Я потираю виски и прячу ежедневник в сумку.

Благо мы столкнулись с машиной в переулке, а не на трассе. Повреждения не очень серьёзные – помятый бампер и разбитая фара.

Выхожу из машины, вижу Зимнева в компании водителя и какой-то нафуфыренной блондинки. Вот знаете, никогда не думала, что у меня возникнут такие ассоциации, но мы как две соперницы окидываем друг друга взглядом. И пусть у нее одежда от известных брендов, но и мое ля’рынок не хуже. Подумаешь, что у нее коротенькая меховая шубка, а у меня куртка из кожзама. И сапоги не на каблуках, а на удобной платформе. Тоже мне. Не было бы так холодно, то думаю, мы бы еще своим декольте померялись бы. Нет, а что? Подумаешь, что я из бедного района, но за себя и свою внешность постоять могу. Это вообще приходит с возрастом такое себялюбие, когда не важен ценник на одежде, а важно то, как ты за собой ухаживаешь.

Ее взгляд застывает на моих губах, она прищуривается и переводит взгляд на шею Зимнева, где алеет отпечаток моей помады.

Я ехидно улыбаюсь от того, что успела пометить мужика, и с легким наслаждением смотрю на нее. То-то же. Я первая была. Неважно, в чем и при каких обстоятельствах.

– Софья! – рявкает Зимнев, повернувшись ко мне.

– Да, Вадим Сергеевич, – я чуть не пищу. – Климшина записала на пятницу на пять часов вечера в «Авизион».

Глаза блондинки вспыхивают неподдельным интересом.

– Отлично, телефон, Софья, – он протягивает руку, а я отдаю его телефон.

– И все же я хочу разъехаться полюбовно, – томно шепчет блондинка Зимневу, но тут же тушуется под его холодным взглядом.

– Мы оформим протокол, как следует, – отвечает тот.

– Ох, это совсем необязательно, – на лице блондинки появляется карикатурное смятение, а губы вытягиваются трубочкой. – Я готова хоть сейчас отплатить за повреждения.

Я закатываю глаза. Боже, ну что за дешевое порно. Эй, а почему Зимнев так заинтересованно на нее смотрит? Мы так не договаривались!

Вообще-то он может смотреть на кого угодно, и даже на меня. Только мне нельзя смотреть на него. Я же профессионал.

– Мы можем встретиться чуть позже, – продолжает блондинка.

– Софья, – устало выдыхает босс. – Посмотрите в списке моих дел, есть ли там свободное время?

– Одну минуту, – я подхватываю игру «не достаться какой-то блондинке», начатую боссом.

Открываю ежедневник, перелистываю его. Рабочее время все забито. Так что…

– Извините, – вклиниваюсь я. – У моего начальника на сегодня уже все запланировано. И на завтра тоже. Я могу вас записать на конец месяца. Следующего.

Боже, я это сделала. Сказала и сделала. Нервно сжимаюсь, глядя на Зимнева, который едва заметно кивает мне. Блондинка деланно морщится, надувая губы. К нам подъезжает очередная иномарка.

– Вадим Сергеевич, – из нее выходит бойкий мужичок средних лет – Юрий Павлович, наш юрист. – Ваша машина прибыла, а я улажу все вопросы.

– Благодарю, если понадобится моя помощь, наберете, – отвечает Зимнев. – Софья, за мной.

Он кивает мне на новую машину. Блондинка посылает мне разряды ненависти в спину, пока я сажусь вперед. Больше не сяду назад. Даже ремень безопасности застегнула.

На удивление, Зимнев садится на водительское место.

– Водитель отвезет машину в ремонт, – отвечает на мое недоумение.

– А-а, – только и могу протянуть.

– Говори адрес, – продолжает Зимнев, а я вновь залипаю на его пальцы на руле. Какие же они у него длинные.

– Какой? – после затянувшейся паузы спрашиваю я.

– Домашний. Отвезу тебя домой, и на сегодня хватит.

– Кузнечная, восемь, – шепчу я.

Зимнев набирает в навигаторе адрес и ставит прибор на панель, мягко трогается, и мы уезжаем с места аварии. Всем остальным займется наш юрист. И пусть ему дует губы трубочкой блондиночка-уточка.

В «Авизионе» мы тоже должны были быть вечером, а затем поехать по домам. Я предупредила своих, что сегодня задержусь. Папа брякнул про начальника и мою юбку, а вот Настя спокойно отнеслась.

Мне было стыдно, что босс увидит, где я живу, но не отказалась от того, что он подвезет прямо к дому. В конце концов, не домой же он поднимется. Вот только стыдно стало, что помимо общей картины и обшарпанности района как раз возле подъезда сидели типы сомнительной наружности.

Они пристально уставились на меня, когда я вышла из машины Зимнева и направилась к подъезду. На вид им было лет двадцать. Молодые парни с бутылками пива в руках.

Один из них с темными волосами и вполне приятной внешностью подмигнул мне, отчего мои ноги буквально унесли меня ко входу.

Я обернулась к боссу. Тот не уехал, продолжая стоять на месте. Машина заведена, фары горят.

Я смело вошла в дом и начала подниматься. Услышала рев машины и спокойно выдохнула. Все хорошо.

Глава 9

– Я вот думаю, что ты такого сказала Климшину, что он у меня с телефона не слазит, все названивает и названивает, – говорит Зимнев, глядя на меня проницательными зелеными глазами.

Я краснею под его взглядом. Сама бы помнила, что я тому наговорила. Но дело не в этом. В эту пятницу моя сестра попросила меня посидеть вечером с Егоркой. Я ее предупреждала, что задержусь на работе, но слезливое лицо сестры растопило мое грубое порой сердце.

Потому я решилась отпроситься у Зимнева на сегодня. Что мне тащиться на те сделки?

– Ничего особенного, – улыбаюсь я. – Вадим Сергеевич, а можно я не поеду в «Авизион»?

На меня недоуменно смотрят.

Я нервно сжимаю руки, стараясь не паниковать.

– Софья, вы мне там нужны, – отвечает он. – Я очень хочу продать этот проект Климшину. Он очень важный клиент. Его основное условие, чтобы вы присутствовали.

Я нервно вздыхаю. Ладно, надо так надо.

– А с вами все в порядке было после аварии? – спрашиваю у него.

Мужчина недоуменно смотрит на меня, хмурится, а мне хочется провести пальцем по складке на его лбу, выравнивая ее.

– Да, нечего волноваться. Я все так же твой начальник, – отвечает он, откидываясь в кресле.

Выхожу из его кабинета. Все-таки не такой уж начальник и холодильник. Есть в нем человеческое.

Набираю Настю.

– Насть, я сегодня задержусь, – говорю ей в трубку.

– Сонь, ты же обещала, – говорит она.

– Насть, я на работе. У начальника сегодня важная встреча, я должна на ней присутствовать. Единственное, что могу обещать, как только она закончится – я сразу домой.

– Блин, еще и папа в смене, – бурчит она. – Ладно, развлекайся. Я завтра схожу с подругами.

Фух, я отключаюсь. «Авизион» так «Авизион».

До ресторана мы доезжаем без проблем. Никаких аварий и блондинок.

Климшин оказывается красивым мужчиной лет сорока. Он ожидает нас за столиком возле окна.

– А, Вадим, – он поднимается нам навстречу. – Рад встрече!

Смотрит на меня, обводя взглядом.

– Вы так же прекрасны, как и ваш голос, – говорит он мне, а затем берет руку и целует тыльную сторону. – Очень рад вас видеть.

Я немного краснею под его взглядом, а Зимнев слегка кашляет.

– Присаживайтесь, – Климшин показывает на места.

Зимнев, как истинный джентльмен, пропускает меня к окну.

Красиво тут. На окнах рассада из зеленых цветов. На клетчатой скатерти стоят деревянные подставки с резьбой для салфеток. Масло в небольшой баночке и перечница.

К нам подходит официантка и кладет меню на стол, которое Зимнев тут же отодвигает в сторону.

– Воды, пожалуйста, – говорит он.

– И вина бутылочку, – заказывает Климшин. – С такой прекрасной дамой грех не выпить.

Он вновь смотрит на меня, гипнотизируя взглядом.

– Будете что-то заказывать? – говорит Климшин, обнажая белые зубы. – Или присоединитесь к нам?

Я вновь краснею.

– Я не буду вина, и Софья тоже не будет, – отвечает босс, смыкая пальцы в замок.

– Сок яблочный, спасибо, – прошу у официантки.

Рука тянется к меню. Я пролистываю его. Останавливаюсь на вкладке напитков – и тут же хочется передумать. Стаканчик сока стоит столько, за сколько я могу купить два литра в магазине.

Надо было как Зимнев заказать воды.

– Вадим, ну что ты так? Думал, мы посидим. Тем более, такая компания.

– Мы здесь по делу, – осаждает его мой босс.

– Он всегда такой зануда, – подмигивает мне Климшин. – Как он вам не надоел?

– Да я всего неделю работаю, – отвечаю я, но на меня так смотрят зелеными глазами, что тут же откидываюсь на стуле.

– А что с предыдущей помощницей? – улыбается клиент.

– Родила ребенка, – отвечает Зимнев.

– Вот как. Рад, что ты так быстро нашел замену, – Климшин вновь улыбается, а мне его улыбка кажется какой-то уж слишком хитрой.

То, как он смотрит. Ему не нравится, что Зимнев отказывается от выпивки. Или это уже я себе что-то напридумывала?

Официантка приносит наш заказ, расставляя напитки на столе. Также она принесла три бокала и разлила вино.

– Спасибо, Светочка, – вальяжно говорит Климшин. – Мы позовем, если что-то еще захотим заказать. Кстати, я очень советую стейк. Совсем недавно выписал себе нового шеф-повара. Готовит – пальчики оближешь.

Мои глаза тут же округляются. То есть Климшин – владелец «Авизиона»? Ничего себе. Он замечает мой взгляд. Вновь улыбается одними лишь уголками губ.

– Конечно, – официантка дежурно улыбается и отходит от нас.

– Давай приступим к делу, – начинает Зимнев, не обратив на нее внимание.

Мужчина достает папку с проектами и раскладывает на столе.

Зимнев настоящий профессионал. Это ощущается в манере подачи, в том, как он уверено рассказывает про проекты. В какой-то момент Климшин пытается и меня завлечь, но я отмалчиваюсь, а Зимнев говорит, что я пока только набираюсь опыта, так что не время мне рассказывать.

У меня впервые в жизни такой начальник, за которым как за каменной стеной. С ним нет ощущения, что я должна лужей стелиться, но сделать работу. Ее наоборот хотелось делать, чтобы не подставить его.

Климшин доволен предложенным проектом, и мужчины пожимают друг другу руки.

– И все же, давай выпьем за столь удачную сделку, – говорит Климшин, поднимая бокал.

Я беру свой сок, но клиент настойчиво пододвигает ко мне бокал с вином.

– Я не пью, – вежливо отказываюсь.

На столе появляется еда. Зимнев все же решился попробовать предложенный стейк. Как сказал Климшин:

«Ты мне предлагаешь новый ресторан, а я тебе предлагаю стейк. Давай не будем отказываться от взаимовыгодных предложений».

Что-то было в этих словах.

Также и мне заказали салат, хотя я отнекивалась всеми силами. Все же зарплату еще не дали, и нет у меня таких денег. И я не настолько смелая, чтобы просить в долг у Зимнева, или настолько?

Я склоняюсь к боссу, пока Климшин отвлекается на телефон и отходит от стола.

– Вадим Сергеевич. У меня денег нет. Можно у вас занять до зарплаты?

Брови босса чуть ли не на лоб лезут от моей наглости. Но зеленые глаза так и продолжают сверлить меня.

– Софья, я заплачу, – отвечает он. – Можете еще десерт заказать.

И говорит так спокойно и естественно. Хотя с его машинами ужин в таком ресторане – ничего не стоит.

– Спасибо, – отвечаю я с радостью и кровожадно набрасываюсь с вилкой на салат.

Слышу, как Зимнев хмыкает.

– Вадим, Софья, мы просто обязаны выпить, – Климшин возвращается к столу.

Я тоже соглашаюсь с его словами под тяжелый вздох начальства. Будь что будет, как говорится, когда начальство платит.

Глава 10

Свое сознание смело можно делить на до выпивки и после выпивки. Я не сдержалась. В конце концов, когда я в последний раз расслаблялась? Да, в незнакомой компании с двумя мужчинами, но все же. Один из них мой босс, который меня уволит, если полезет мне под юбку. Точнее, если я перед ним эту юбку подниму. Ох, как там правильно соблазняют мужчин?

Впрочем, это неважно.

Я делаю глоток приятного вина, разгоняющего кровь по венам. Приятный вкус ласкает небо, когда я делаю второй. Для меня пить вино – то же самое, что сладкую воду. Оно приятное.

Я чувствую себя прекрасно. В голове ни фейерверка до тех пор, пока я не захотела в туалет.

Зимнев галантно пропускает меня, а я понимаю, что меня ведет. Делаю вдох и выдох и стараюсь идти прямо, насколько это возможно.

– Извините, – улыбаюсь я официантке.

А я не сильно глупо ей улыбаюсь? Может, вообще не надо было улыбаться?

– Не подскажете, где здесь дамская комната? – помимо улыбки я еще и моргаю, как заведенная.

У-у, в последний раз пью алкоголь, честное слово.

– Да, конечно, – официантка показывает мне дорогу, а я как тот ледокол пытаюсь пройти ровно там, где мои ноги подкашиваются.

Нет, если все сделки моего босса будут такие, то надо будет придумывать, как от них отмазываться.

Уже в самой уборной плескаю себе в лицо холодной воды. Смотрю на себя в зеркало. Глаза косятся, щеки пылают. Ага, водичка сладкая. Ох.

И голова начинает кружиться. Закрываю глаза, вспоминая, что лучше этого не делать в подпитии. Прислоняюсь лбом к холодному стеклу, ощущая облегчение. Да, так хорошо. Но пора возвращаться. Обратно я возвращаюсь уже без особо вращающихся вертолетиков в голове. Даже ноги ровно идут.

На миг застываю, потому что за столом никого. Я даже осмотрелась, а там точно мы сидели? Хотя вот стоят наши бокалы, и даже проект лежит на столе. Я нервно сглатываю. Нет, ну мы так не договаривались.

Может, не возвращаться на место? Благо я с сумкой пошла в уборную. И на такси есть немного денег. Вот только Зимнев не поймет, если увидит, что его помощница сбежала. Не могут же владелец ресторана и бизнесмен с миллионными заработками оставить на бедную секретаршу счет за столик. Возможно, они просто вышли.

У меня и так перед глазами чуть ли не вся жизнь проплывает.

– Вам чем-то помочь? – рядом со мной вновь оказывается безликая официантка.

– Нет, все в порядке, – отвечаю я, гипнотизируя столик.

– Софья? – хриплый голос Вадима Сергеевича врезается в мое сознание.

– Вадим, – оборачиваюсь, встречаясь с его взглядом зеленых глаз.

Груз прям спадает с моих плеч. А я смотрю в его глаза, которые темнеют в один момент. Кажется, что все люди в ресторане исчезают, и остаемся только мы. Аромат его парфюма врезается в ноздри.

– Сергеевич, – заканчиваю я.

Сердце бьется сильнее, а я вновь краснею. И алкоголь здесь ни при чем.

– Все в порядке? – уточняет мужчина.

– Да, – отвечаю я, улыбаясь ему. – Я вас потеряла.

Неловко показываю на стол. Мои глаза, кажется, сильно расширяются, и я тут же отворачиваюсь от него. Почему-то чувствую себя нелепой обезьянкой. В трезвом состоянии я никогда не думаю о том, как я выгляжу со стороны. А тут прям каждое движение, каждый жест анализирую со скоростью света. Причем не в самую положительную для себя сторону.

Как в замедленной съемке рука Зимнева приближается ко мне. Я уж было хочу возмутиться, когда она достает до груди, но он всего лишь застегивает пуговицы, которые расстегнулись, когда я была в туалете.

Жар проходит по телу от эпицентра возгорания с того места, где он меня коснулся. В горле пересохло, а язык засох. Даже сказать «спасибо» не могу.

Вновь смотрю в его зеленые глаза, которые упираются только на мою грудь, и отшатываюсь. Я хочу своего босса.

Эта мысль бьется в моей голове похлеще выпитого вина.

Шатающейся походкой направляюсь к столику. И тут же на мою талию ложится мужская рука. Кровь разгоняется по венам от места прикосновения.

– Кажется, кто-то перепил, – спокойно сообщает Зимнев, увлекая меня за собой.

– Все в порядке, – улыбаюсь я, вновь задумываясь, а не сильно ли это натужно выглядит.

– Главное, что нам удалось продать проект, и клиент доволен, но налегать на вино все же не стоило, – говорит Зимнев, будто отчитывает меня.

– Я чуть-чуть, – показываю ему, сколько я выпила с того бокала, но босс лишь качает головой из стороны в сторону.

– А вы прекрасно смотритесь вдвоем, – слышится голос Климшина позади нас.

Боже, как хочется в этот момент куда-то спрятать лицо. Зимнев-то продолжает держать за талию.

– Мы как раз возвращались на место, – отвечает холодно Зимнев, игнорируя Климшина.

– Да, конечно. Мое вино прекрасно для приятного вечера вне стен моего ресторана, – продолжает клиент, равняясь со мной.

Я упорно смотрю на наш столик, а затем делаю шаг, ощущая, как рука Зимнева соскальзывает с моей талии.

Еще несколько шагов, и я сажусь на удобный стул. У-у, нельзя мне пить, но рука тянется допить и заесть выпитое. Я доела салат и выпила воды, пока мужчины общались неподалеку от столика.

Вот и хорошо. Климшин доволен, Зимнев тоже. Вижу, как они пожимают друг другу руки. Вот и здорово.

Только меня пугает реакция моего тела на Зимнева. С появлением Егорки в нашем доме столько взвалилось на мои плечи, что ужас. Можно сказать, что проблемы сестры не мои проблемы. Но, наверное, это и есть семья, когда каждый поддерживает другого. Да, она родила ребенка так рано. Без работы, без образования. Всякое бывает. Но помимо этого – дома всегда ждет ужин, квартира чистая, даже контейнер на завтра собирается. С другой стороны – мужчин, которые мне встречались, отпугивало, что у сестры ребенок.

Вот был у меня года два назад парень. Мы с ним встречались, все было хорошо, но когда сестра родила, и я стала уделять много внимания сестре, то его чувства остыли. Помню, как он поставил мне ультиматум – или он, или сестра. Говорил, что я должна жить для себя, что должна быть с ним и строить с ним семью, а моя глупая сестра сама виновата, что ноги раздвигала. Естественно, что после этого мы расстались.

И больше в моей жизни мужчины не появлялись. Пыталась познакомиться, но всё, что они предлагали – давай просто для здоровья. Что тебе, раз ты с сестрой нянчишься. Никакой толком личной жизни. Мужчинам подавай все свое внимание, а то, что есть семья и обязательства – побоку. При этом они никак не участвовали в этой части моей жизни. И как только на горизонте моей жизни появлялись мужчины, желающие от меня свободных отношений, так сразу я пропадала с радара их жизни.

Я хочу семью. С мужем, ребенком, или несколькими. И хочу, чтобы мужчина принимал меня такой, какая я есть. Я же вроде не уродина, работящая, готовить умею, хоть иногда и лень. Но все же.

На глаза наворачиваются слезы.

– Нам пора, – Зимнев подходит к столу, пока я протираю основание бокала пальцами.

Хмм, основание. Если б это была не стекляшка, а нечто живое… Ох, Метельская, не о том мысли!

Хотелось допить, но хватит мне. И так на начальника готова запрыгнуть.

– Благодарю, – шепчу, отводя взгляд от босса и Климшина, хитровато улыбающегося нам.

Босс помогает надеть куртку, придерживая, пока я пытаюсь попасть руками в рукава. На секунду ощущаю его касание к себе и вновь краснею. УХ, уж это воздержание. Два года не было мужика, и вот как реагирую. Нет-нет, от принципов не отступлюсь.

Глава 11

Мы идем с Зимневым к его машине. Прохладный воздух отрезвляет голову, но жар, родившийся внизу живота, не так-то просто охладить. Даже мысль о том, что если я запрыгну на босса, то меня уволят, ничуть не облегчает дело.

Дверца машины хлопает. Я откидываюсь на спинку и закрываю глаза, чувствуя вертолетики по всему телу.

Благо его водитель молчаливый мужчина лет сорока. Он никогда вопросов не задает и почти всегда молчит. Кроме тех моментов, когда спрашивает, куда отвезти босса. Симпатичный, только один недостаток – золотое кольцо на пальце.

Вот интересно, Зимнев же молодой, богатый. Почему не женат? Или он из этих? Ага, если бы был из этих, то так бы на мой третий размер не смотрел.

Приоткрываю глаза. Зимнева в машине нет. Сквозь тонированное стекло вижу какую-то девушку, подошедшую к нему. Брюнетка мило улыбается Зимневу и что-то говорит ему. Я не вижу, говорит он с ней или нет – мужчина стоит ко мне спиной.

Девушка делает шаг к нему, чуть ли не прижимаясь. Кладет руку на его плечо, но Зимнев смахивает ее, как назойливую муху. И в тот же момент поворачивается к машине.

Я вновь откидываюсь на сидение, мол, это не я. Ничего не видела, ничего не слышала.

Рядом прогибается сидение. Я чувствую приятный аромат мужского парфюма. Тень накрывает меня, а дыхание учащается.

Чувствую, как его рука скользит куда-то рядом со мной. Сердце нервно вздрагивает и замирает. Неужели это произойдет? Так, если ко мне будет приставать начальник, то я не сдержусь. А если он ко мне пристанет, то я ему напомню, что никакого интима на работе. Да-да, именно так я и сделаю.

Ох, нет, лучше пусть сожмет меня в своих крепких руках.

Слышу свистящий звук. Дергаюсь, когда меня что-то фиксирует. Слышится щелчок.

Открываю глаза. Посреди талии виднеется ремень безопасности, а Зимнев рядом застегивает свой.

– Костя, на Кузнечную, – говорит водителю.

Он же всего лишь застегнул ремень. Метельская, успокойся. Точнее, Метельской больше не наливать.

– Чудесное завершение дня, – говорю боссу и опускаю глаза на ремень безопасности, пересекающийся в районе груди. – Спасибо.

– И вам спасибо, – ухмыляется довольный Зимнев.

Наши взгляды встречаются. Его темнеющий и мой ожидающий. Приоткрываю слегка губы, не сводя с него глаз. Машина резко дергается. Ремень натягивается, врезаясь в тело.

– Поаккуратней, Кость, – говорит начальник.

– Извините, сейчас выедем на дорогу, легче будет.

Я вновь закрываю глаза и нервно сглатываю. Ненормально так испытывать желание к боссу. Красивый мужик, но и все. Я даже его характера не знаю. Точнее, знаю, что он такой закрытый и весь такой холодный.

Кладу руку на сидение, понимая, что коснулась не только кожи салона, но и его руки.

Меня будто прошивает электричество. Я нервно вздрагиваю, но, будучи как в замедленной съемке, руку не убираю. Мне хватает смелости погладить пальцем его мизинец.

У-у, Метельской больше не наливать. Никогда.

Босс не отдёргивает руку. Краем глаза смотрю туда, где лежат моя и его руки. Они так близко.

Боюсь посмотреть на него, хоть и улавливаю, что он смотрит в окно. Сотни мыслей проносится в голове. Особенно больше всего, как дятел, долбит лишь одна – почему он не забирает руку?