Лина Павлова
Дыхание солнца

Пролог

Закира раздраженно выдохнула.

Опять опаздывали.

Коронация должна была завершиться ровно полчаса назад, но Закира до сих пор еще не вошла в тронный зал, чтобы принести клятву верности новому Султану. По традиции высшие чины клялись последними, пропуская вперед себя мелких чиновников и купцов, и теперь Закира даже не могла покинуть небольшую комнату, где все они – начиная от посла Северных Царств и заканчивая самим Великим Визирем Доганом, ждали своей очереди.

Она на секунду прикрыла глаза, легко постукивая пальцами по гарде сабли, весящей в ножнах на поясе. В конце концов, Закира – единственный человек в Империи, способный обеспечить наследнику безопасность. Она должна быть рядом с ним. К сожалению, здесь традиции – почти закон.

Закира открыла глаза и оттянула в сторону воротник расшитого золотом кафтана. Парадное одеяние казалось Закире жутко неудобным – ткань была тяжелая и плотная. Кафтан мешал свободно передвигаться. К тому же, прохлада постепенно покидала стены дворца – солнце уже пару часов как было в зените.

– Еще немного и я подумаю, будто вся эта ненависть в твоих глазах предназначается лично мне, – раздался насмешливый голос прямо над ухом.

Бальта Закире не нравился – он был слишком уж шумным. Говорил много, и вечно не о том. Она до сих пор не могла взять в голову, как тому удалось стать Визирем. Да и не просто Визирем, а правой рукой самого Догана.

– Не нужно, Бальта. Иди со своими шутками к кому-нибудь другому.

– Полчаса, – не обратив на ее ответ никакого внимания, страдальчески протянул тот, – с ума сойти, да? Они собрались сварить всех нас прямо здесь.

Закира поджала губы.

– Новому Султану – новый двор.

Бальта слишком громко расхохотался и хлопнул Закиру по плечу. От такого панибратского жеста к горлу подкатило отвращение.

– Не думал, что ты умеешь шутить, Закира, – весело сказал Бальта.

Та шагнула в сторону и поймала на себе внимательный взгляд Великого Визиря. Глаза у него были голубые, ясные, и холодные. Когда Доган смотрел, казалось, он видит насквозь – каждую плохую мысль, каждую затею. Врать ему бесполезно, прятаться – тоже.

– Что думает Великий Визирь? – спросила Закира у Бальты. – Не стоит ли проверить тронный зал?

Тот ослепительно улыбнулся.

– Великий Визирь уверен, что все в порядке. Обычная задержка.

Закиру смутила эта улыбка. Бальта всегда улыбался, но сейчас что-то было не так. Она видела.

– Все в порядке?

– Закира, милая, сама знаешь, великие дела требуют великого терпения, – мурлыкнул в ответ тот. – Будешь перечить Великому Визирю?

Являться в тронный зал во время коронации вне своей очереди никуда не годится, это Закира хорошо знала. Тем более, если Великий Визирь против – Бальта четко выразил его волю только что.

– Следует позвать слуг, и… – велела было Закира, но тот перебил ее.

– Не стоит. Представь, какой там сейчас бардак творится. Это ведь коронация.

Предчувствие было нехорошим, а своим предчувствиям Закира обычно доверяла. Правда, что может случиться плохого, она не знала – стража выставлена, никому постороннему во дворец не попасть, а городские гуляния начнутся не раньше, чем спадет дневной зной.

– Бальта, что происходит? – напряженно спросила она и потянулась было к двери, ведущей в коридор, но Визирь цепко ухватил ее за руку.

– Закира, что же это с тобой такое? – ласково спросил он. – Хочешь нарушить традиции? Явиться на коронацию раньше положенного?

– Бальта, – угрожающе протянула та.

Конечно, ей следовало бы быть рядом с Султаном. Закира отлично чувствует опасность и великолепно владеет саблей – она одна стоит целого отряда дворцовой стражи, пусть и подобранной лично Великим Визирем. Не нужно было даже думать о том, чтобы в очередной раз дать традициям все испортить.

– Опоздание – не новость, верно? И пока еще даже не преступление.

Ощущение беды усилилось, стало острым, мешающим расслабиться, и Закира отойдя от Бальты, толкнула тяжелую деревянную дверь. От тронного зала комнату отделял только небольшой коридор, через полумрак которого можно было разглядеть росписи на колоннах тронного зала.

Рука потянулась к сабле на поясе.

Кровь. Кровь на мозаичном полу – вот что еще можно было разглядеть отсюда.

Закира кинулась через коридор, больше не теряя времени. Но она явно уже давным-давно опоздала.

Рядом с огромным троном лежали люди, и Закира опытным взглядом видела, что все они мертвы. Свет, проникающий из полупрозрачного купола тронного зала, дробился в драгоценных камнях и высвечивал бледные, неживые лица. Накидки, подбитые мехом, золотая вышивка, дорогие остроносые туфли, которые всегда казались Закире совершенно глупыми, – здесь не было стражи. Только торговцы и мелкие чиновники.

Закира так сильно сжала руку на эфесе сабли, что пальцы побелели.

– Стража! – крикнула она. – Какого черта!

Закира прищурилась. В огромном зале звук ее голоса разнесся по стенам и раздробился эхом в высоких арочных сводах дворца. Здесь каждое слово – как гром, и Закира не смогла бы не услышать криков и звуков борьбы. А, значит, вариантов не много.

Позади кто-то присвистнул, и Закира обернулась – резко, по-звериному, не убирая руки с оружия.

– Нам так повезло, – произнес Бальта, вслед за ней заходя в тронный зал, – что среди этих людей нет нашего великого Султана.

И он улыбнулся. Бальта стоял, усмехаясь, и полы его кафтана лежали на полу, испачканного кровью. Позади хлопали двери, кто-то кричал и звал на помощь, но Закира видела только эту тяжелую, красную ткань, касающуюся такого же красного от крови пола.

– Это ничто иное как благословение Господа, верно?

– Стража! – еще раз крикнула Закира, со звоном вытягивая саблю из ножен.

Бальта не носил с собой оружия – он был чиновником, а не военным, но страха в его глазах Закира все равно не видела. Позади раздался звук распахивающихся дверей и топот множества ног, и она, не оборачиваясь, велела:

– Перекрыть все входы и выходы из дворца, – Закира подняла саблю так, что кончик клинка оказался почти у носа Визиря. – Запереть ворота. Никого не выпускать. Приготовить зачарованные клинки. И если хоть кто-нибудь посмеет покинуть дворец, я лично отрублю ему голову.

– Зачарованные клинки, госпожа? – усмехнулся Бальта. – Устроите охоту не демонов? Действительно – даже сам Великий Визирь вряд ли провернул бы все так ловко, и…

– С тобой я разберусь позже, Бальта, – перебила Закира, опасно махнув саблей вблизи его шеи. – С тобой и охраной Великого Визиря, которая самовольно покинула свой пост.

– Конечно, – легко согласился тот. – Это ведь твоя работа.

Времени разбираться с ним не было, поэтому Закира опустила клинок и последним, что она запомнила, прежде чем присоединиться к страже, был Великий Визирь. Он стоял в другой стороне тронного зала, сложив руки на груди, и его цепкий неприятный взгляд был устремлен на Закиру.

Часть 1

Глава 1

Жара наступала со всех сторон. Вокруг кричали, переговаривались, смеялись, слышался звон монет и чужой хохот. Толпа начиналась от самых дворцовых ворот – отсюда Алиша могла увидеть за светлыми стенами полукруглые купола и высокие, тонкие башни, утопающие в полупрозрачной дымке – это беспощадное солнце выпаривало влагу из земли. В Южной Империи туман висел почти всегда.

Алиша сильнее сжала ладонь Мерта в своей и выдохнула. С каждым шагом страх становился все сильнее. Жара отбирала силы и заставляя кровь бежать быстрее, разнося яд по всему телу.

– Тихо, тихо, – прошептал над ухом Мерт и закинул руку Алиши себе на плечо, – у нас еще есть время. Мы успеем.

Вдвоем с ним, они, наверное, смотрелись странно – высокая, светловолосая Алиша, с тонкими, северными чертами лица – в ней все выдавало иностранку, и Мерт – худой, гибкий, с привыкшей к местному солнцу загорелой кожей. Он даже темные волосы собирал по местной моде – в тонкую косу почти на затылке.

Мерта часто принимали за разбойника из Пустынь – Алиша думала, что все дело во взгляде его зеленых, раскосых глаз. Смотрел Мерт всегда с вызовом и каким-то безумным азартом. Но если бы он улыбнулся чуть шире, или закатал длинные рукава рубашки, то выдал бы себя с головой – Мерт не был разбойником из Пустынь. Он был демоном из Квартала слез.

А прятать клыки и когти среди толпы людей, прямо под носом у Тайной жандармерии – не самая лучшая идея.

Туман в голове разрастался, мешал думать. В глазах рябило от солнца, разноцветных тканей и блеска драгоценных камней – местные их обжали.

– Сколько?

Мерт сочувственно глянул на Алишу, и та раздраженно выдохнула сквозь зубы.

Она пересекла само Лазурное море, славившееся своими штормами, приехала на другой конец света, смогла попасть во дворец к Султану и договориться джиннами из Квартала слез. И все это окончится парой капель зелья и сочувствующим взглядом демона?… Ну уж вряд ли.

– Мерт!

– Минут десять от силы.

Иностранка и парень, в котором, если присмотреться, легко узнать демона, здесь, среди разноцветной толпы, вряд ли сейчас привлекут чье-то внимание – через пару часов солнце поднимется к своему зениту и торговцы, чьи палатки раскинулись до самых дворцовых ворот, примутся собирать свои товары. Кому какое дело до странной парочки? Успеть бы сторговаться подешевле.

– Мы успеем, – пытаясь утешить Алишу, добавил Мерт. – Мы должны успеть.

Алиша выдохнула, и дворец вдалеке, там, где иссякал поток людей, дрогнул, будто мираж, грозя вот-вот рассыпаться в зыбкой дымке. Это действовал яд, Алиша знала.

– Только не закрывай глаза, – голос Мерта звучал испуганно. – Не смей, слышишь? Заснешь и уже не вспомнишь ничего.

Слабость казалась невыносимой, но Алиша была слишком упрямой, чтобы поддаться ей – в конце концов, ледяной ветер на окраинах Северных Царств не хуже высушивающего все на своем пути Соргийского солнца учит не сдаваться.

Они выскользнули из толпы в крошечный проулок между двумя низкими домами. Поудобней перехватив Алишу, Мерт потянул ее к крыльцу одного из кафе с забавным навесом из разноцветной ткани. Рукав скатился с руки демона, обнажая когтистую руку.

– Айла, я уверен, тот, кто это сделал не шел за нами. В толпе никому не проследить, твои друзья в безопасности.

– А ты? – спросила Алиша, глядя на его когти. – В безопасности?

Мерт поморщился, натягивая рукав рубашки ниже, и толкнул дверь, помогая Алише зайти внутрь. Раздался звон колокольчиков.

– Бахт! Быстрее, дурной мальчишка!

Посетителей было совсем немного – из десяти столов оказались заняты только четыре. Через небольшие окна почти под самым потолком с трудом пробирался солнечный свет, и приятный полумрак вместе запахом кофе, которым тут, казалось, пропиталось вообще все, немного привел Алишу в чувство.

Сидящие на низких диванчиках люди теперь смотрели только на них. Точнее, на Мерта.

– Мерт, – зашептала Алиша ему на ухо. – Мерт, клыки, они…

– Плевать, – бросил тот, но она видела, что демон нервничает. Взгляды посетителей были далеки от дружелюбных – демонов в столице не жаловали. Так близко ко дворцу обычно приходили только джинны, и то, только лишь потому что умели хорошо скрываться.

Рядом раздалось недовольное ворчание и с лестницы спустился Бахт. Он с трудом умещался в узком проходе – Бахт был полноват, и, очевидно, Соргийские домики с их крошечными коридорами и местные проулки шириной не больше трех локтей совершенно ему не подходили. К тому же, Бахт обжал надевать на себя как можно больше и как можно богаче – и это делало его передвижение еще более неуклюжим.

Бахт, чуть не запнувшись об один из ковров на полу, ошарашенно замер, уставившись на Мерта.

– Ты привела сюда этого… Этого… – он махнул руками, здорово приложился локтем о стену и зашипел, прижимая руку к себе.

– Дьявол! – рыкнул Мерт, утягивая Алишу из зала вверх, по лестнице, на жилой этаж. – Не время для этих предрассудков!

Ступеньки здесь были слишком высокие, и Алиша с трудом переставляла ноги. Лишь благодаря Мерту ей удавалось не скатиться вниз, прямо под ноги удивленным посетителям кафе.

– Дьявол? – возмутился Бахт. – Да как ты смеешь ругаться в кафе у моей матушки!

Он на секунду остановился и презрительно добавил:

– Чертов демон.

Лестница натужно заскрипела под его шагами. Мерт обернулся к Бахту и ощерился, показывая белые клыки.

– Оставь эти речи для Квартала слез, – не выдержал он. – Моим друзьям понравится твоя храбрость.

Бахт покраснел. Он краснел, когда злился, когда боялся и когда радовался – то есть, почти всегда.

– Принеси мою сумку! – велела Алиша, собираясь с силами. – Быстро!

Руки дрожали.

Бахт бросился было помогать Мерту поднимать Алишу на второй этаж, но тот оттолкнул его, не отказав себе в удовольствие когтями опасно натянуть тонкую ткань кафтана. Втроем на лестнице стало тесно – Алиша прислонилась щекой к шершавой стене и всего на секунду прикрыла глаза. Ей на пару мгновений показалось, будто бы запах кофе сменился на отвратительно сладкий запах эфирных масел, а вслед за этим перед глазами появилась знакомая картинка – лицо, которое меняет свои очертания, не в силах принять единственную форму. Чужая ругань, звон монет, и белый дым, постепенно окрашивающийся в черный, и скрывающий в себе все вокруг.

– …Времени – пять минут! – рыкнул Мерт. – Тащи сумку!

Бахт помедлил всего секунду. Только бросил напоследок, перед тем, как кинуться на второй этаж:

– Зря ты притащила сюда эту тварь.

Алиша расслышала тихое рычание, зарождавшиеся где-то в груди Мерта, и с трудом отогнала от себя наваждение.

– Тихо, – попросила она. – Не сейчас.

Он поджал губы и проводил Бахта ненавидящим взглядом. Мерт не был вспыльчив – да, он любил колкие фразочки, и шутки его порой казались обидными, но не больше. В последнее время все менялось слишком стремительно. И, казалось, последняя капля – будь то очередной донос в Тайную жандармерию, или просто испуганный крик от случайного прохожего – и Мерт сорвется. И от его безобидных колкостей ничего не останется.

Они поднялись на второй этаж, и Алиша покачнулась, хватаясь за голову.

– Не закрывай глаза! – испуганно воскликнул Мерт, буквально затаскивая ее в одну из комнат – кто здесь жил, Бахт или его матушка Амаль, которой принадлежало кафе, Алиша не знала. Комнатка была маленькая, и окна тут тоже находились под самым потолком.

Алиша не привыкла к таким окнам. На Севере солнце было редкостью, а здесь оно заставляло прятаться по крошечным домикам с такими же крошечными комнатками и узкими лестницами, на которых и двоим не разминуться.

– Что это?

Она с трудом сфокусировала взгляд на Бахте.

– Тебе ли не плевать? – огрызнулся Мерт, усаживая Алишу на кровать. – Станешь слушать «эту тварь», золотой мальчик?

– Мерт!

– Мерт, не смейте тратить мое время на ссоры, – Алише хотелось, чтобы прозвучало сердито, но вышло до отвратительного жалко.

– Наим, – нехотя ответил тот, отбирая у Бахта уже порядком потрепанную холщовую сумку Алиши. – Зелье памяти.

Он принялся высыпать содержимое сумки на ковер, в спешке перебирая все флаконы, какие смог найти.

– Она что – все забудет?… – Бахт неуклюже махнул руками. – Совсем все?… И меня?…

– О, это будет благословением свыше, – огрызнулся Мерт.

– Чертов демон.

– Наим – демоническое зелье. Оно не подходит людям, и, если не поторопиться, Айла забудет всю жизнь, черт возьми. Совсем все. Где же…

В глазах потемнело, и Алиша повалилась на кровать, не в силах больше сдерживать безумную слабость.

– Не дай ей уснуть! – раздался голос Мерта.

– Айла, не спать! Слышишь? – испуганно зашептал Бахт. – Только не смей умереть в кафе у моей матушки!

– Она не умрет, кретин.

– Мерт!

– Нашел!

Раздался звон стекла, чужие ругательства, и Алиша закрыла глаза, чувствуя, что падает куда-то в бездонную черную пропасть. Вернулся запах эфирного масла, и больше никуда не пропадал – от него тошнота подкатывала к горлу.

Она почувствовала, как губ коснулось что-то прохладное, но темнота все же успела взять свое. Алиша провалилась в нее, будто в черный омут – тихо, без единого всплеска. Где-то на краю сознания мелькнул белый дым – мелькнул, и сразу окрасился в черный.

– …такие тайны слишком тяжелы, чтобы хранить их долго, – раздался знакомый шепот где-то совсем рядом. – У вашего народа есть фраза: «Легче всего секреты несет тот, чье сердце скованно льдом». Север. Вы никогда не смыслили в поэзии…

Алиша нахмурилась, пытаясь разобрать чужие слова – но и их тоже прятал в себе черный дым. Вместе с ним приходила тишина – оглушительная, неправильная. Будто все звуки украли, а вместо них теперь – темнота.

Казалось, прошло всего пару секунд, но, когда Алиша вновь открыла глаза, Мерт и Бахт уже сидели рядом на кровати в напряженном ожидании.

– Жива, – выдохнул Бахт, и стер со лба пот. – Господь всемогущий!

– Она и не должна была умереть, кретин, – тут же среагировал Мерт. – Потеря памяти – не смерть, понимаешь? Особенно, когда терять нечего. Но это я не про Айлу.

– Отправляйся в Бездну, чертов демон! – не выдержал Бахт. – Чтоб я еще хоть раз в жизни пустил тебя на порог своего дома!

Алиша застонала, хватаясь за голову.

– В день, когда вы перестанете ссориться, небеса разверзнуться, – прохрипела она.

Мерт глянул на нее с тревогой.

– Айла? – спросил он, когда Алиша с трудом приподнялась на локтях. – Что ты помнишь?

Она зажмурилась на пару секунд. Запах эфирного масла пропал, вместо него вернулся запах кофе. И еще чего-то – кажется, на кухне внизу что-то сгорело.

Черный дым. Он забрал в себя все – все воспоминания. Алиша помнила, как сменялись светлые домики местных, с развешенными повсюду цветными тканями, на покосившиеся крыши Квартала слез. Помнила узкий проулок, тень от навесов, которые здесь спасали от жары, – единственный верный путь к месту, где живут демоны. А дальше – черный дым. Темнота.

Не осталось звуков, не осталось видений – только ощущения. Видимо, это то, что Наим был забрать не в силах.

Остался сладкий запах масел – это им всегда пахнет в Квартале Слез. Из-за зелий, которые готовят демоны. Чувство шершавой стены под рукой – песок и глина, никакого камня, как в Северных Царствах. И дым – прохладный, влажный, не тот, который забрал в себя память Алиши, а совсем другой.

– Я помню Квартал слез, – неуверенно ответила Алиша. – И Серхата.

Дым. Там где дым – там всегда Серхат.

– Ох, с ума сойти, – простонал Мерт, хватаясь за голову. – Я не успел.

– Еще бы ты успел! – тут же вставил Бахт. – Ты же ее и не хотел спасать, да? Признавайся, демон, ты просто хотел, чтобы она все забыла! Сам же и напоил ее зельем!

– Признавайся, золотой мальчик, на что обменял свой мозг и способность здраво мыслить? – язвительно ответил Мерт. – На эти алмазные туфельки?…

– Да ты… – Бахт покраснел, и неловко спрятал свои ноги в полы кафтана – остроносая обувь и правда выглядела дорого. – Да я…

– Ну хватит! – вмешалась Алиша. – Я все помню.

Она тряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями. Слабость постепенно отступала, и ее место занимал гнев.

Наим. Что такого знала Алиша, чтобы травить ее зельем?… И кто вдруг решил, что имеет право решать – что ей помнить, а что – нет?… Алиша привыкла сама распоряжаться своей жизнью.

– Кто тебя отравил? – спросил Мерт, заглядывая ей в глаза.

– Кто?… – Алиша сжала ткань рубашки.

– Ты же и отравил! – не преминул вставить Бахт. – Я вызову жандармов прямо сейчас и тебе, наконец, отрубят твою никчемную голову!

Мерт подскочил, и Бахт испуганно метнулся от него в сторону. Еще бы – у Мерта были клыки и когти. Он не мог колдовать, как джинны, и не мог превращать воздух в настоящий огонь, как ифриты, но порой и обычных когтей стоит опасаться.

– Меня там не было! – прорычал Мерт, и, уже глядя на Алишу, добавил:

– Айла, клянусь, это не я. Ты говоришь – там был Серхат, но я из низших, а он – джинн. Нас не посвящают в их дела, я не мог ничего знать.

– Из низших, – фыркнул Бахт.

– Айла, позволь мне его убить.

– Нет, Мерт, мы так конфликты не решаем, – возразила та, пытаясь собрать все в единую картину.

– Кто-то обнес лавку, – ответил Мерт. – Я прибежал, как только понял, что кто-то выкрал Наим. Мы встретились уже на улице – ты и этого не помнишь?…

Алиша схватилась руками за голову.

– Обнес лавку? – переспросил Бахт. – Как ты вообще понял, что Айлу отравили?…

– Запах, – ответил Мерт. – Ты его не чувствуешь, потому что испортил себе обоняние своими специями, но я Наим ни с чем не спутаю.

– Грязные инсинуации! – тут же возмутился Бахт. – Мое обоняние в порядке. Да и как можно обокрасть джина? Он сам и…

– Это не мог быть Серхат! – воскликнул Мерт. – Серхат – джин, он дал слово!

– Слово? – все-таки не выдержала Алиша. – Чего стоят его слова?

И она болезненно поморщилась.

На Севере говорили, джинны исполняют желания, и Алиша все никак не могла понять, почему же их так не любят жители Империи. Теперь все встало на свои места – если джинны и исполняли желания, то только свои.

– Вот именно, – вставил Бахт. – Он же демон!

Алиша и Мерт уставились на него такими взглядами, что он смутился и опять покраснел.

– Да ладно вам…

– Серхат поклялся! – тут же вновь взялся за свое Мерт.

Алиша тоже вскочила с кровати.

– Серхат и ложь – синонимы.

Мерт бессильно всплеснул руками, и Бахт шарахнулся в сторону, с ужасом глядя на его когти.

– Серхат знает, что ты приехала сюда с Севера только ради него. Он… Ему нет смысла лишаться того, кем можно так удачно манипулировать.

– Я так и знал, что все этим и закончится! – не выдержал Бахт и принялся мерить комнату шагами, больше не обращая внимания на когти Мерта. – Да кто вообще придумал эти глупые сказки про джиннов? Никаких желаний, черт возьми. С ума сойти – приехать сюда с самого Севера, и ради чего? Ради джина?

Алиша обиженно поджала губы. Она не любила признавать свои ошибки. А еще больше не любила только безвыходные ситуации – а раз твой единственный шанс – джин с другой стороны света, ситуация явно не из приятных.

– Все демоны – хитрые, самовлюбленные, и… – продолжил было Бахт, но договорить не успел. Мерт неожиданно метнулся к нему – двигался демон легко и быстро, и Бахт явно не мог соревноваться с ним в скорости. Он успел только охнуть, и тут же оказался прижатым к стене.

– Ты можешь продолжать, – Мерт ощерился, показывая клыки, и разом стал похож на мелкого хищника. – Я же из низших. Тебе ничего не угрожает.

Ткань кафтана Бахта, расшитая золотом, опасно затрещала.

– А ну хватит! – Алиша резко поднялась, и тут же пошатнулась, хватаясь за стену. – Разошлись, оба!

Мерт обернулся к ней, и в глазах у демона не было злости – скорей, отчаяние. Он устал – Алиша могла понять. Теперь единственным местом, где могли находиться демоны, стал Квартал слез – да и надолго ли? Вся Соргия – от дворца до границы с Пустынями после похищения Султана стала слишком опасной для демонов. Тем более, для низших – у них хуже всех выходило прятаться. Их ловили, тащили в подвалы дворца, и это больше не было предосторожностью – это было настоящей охотой. Соргия – дом Мерта, и вряд ли кому-то понравится прятаться по углам в своем собственном доме, то и дело выслушивая чужие насмешки и упреки.

– Бахт, какого черта? – Алиша тряхнула головой, прогоняя черных мушек перед глазами. – Зачем ты это делаешь?

– Да я не… – тот судорожно сглотнул. – Мерт, ты… Ай, Дьявол тебя побери!

Мерт отошел от него в сторону, и хмыкнул, прокручивая в пальцах крупный камень, который только что спорол с кафтана Бахта острыми когтями.

– Да ты!… – Бахт задохнулся от гнева, в отчаянии разглаживая золотые нити. – Мерт, ты… Кафтан…

Демон обернулся к нему, явно с намерением дослушать, но больше Бахт рисковать не хотел. Он только кинул на него злобный взгляд, схватил со стола газету и принялся раздражённо ей обмахиваться, явно нервничая.

– Лучше бы оставалась во дворце, – пробурчал он себе под нос. – И не совалась бы к демонам. Был же шанс!

– Во дворце? – хмыкнул Мерт, разглядывая камень в руках. – Да в Квартале слез безопаснее, чем во дворце.

– Да, а во дворце есть Серхат? – огрызнулся Бахт. Перепалка грозила начаться вновь. – Мерзкий, хитрый, подлый…

– Если ты сумел очаровать местную танцовщицу, это не значит, что дворец для всех – безопасное место.

– Да я не… – Бахт неловко почесал затылок. – Да ты опять за свое!

– Все, хватит! – взмолилась Алиша, усаживаясь обратно на кровать – слабость все еще мешала свободно передвигаться.

Кто ее отравил?… Она узнает. Что угодно сделает, но узнает. Алиша терпеть не могла тайны.

– Богиня, зачем же я в это влез… – Мерт схватил за голову.

– Имей совесть! – возмутился Бахт и бросил свою газету на кровать рядом с Алишей. – Айла – твой друг.

– Мне отрубят голову, – пробурчал Мерт, медленно сползая на пол. – Нет, сначала мне отрубят руки. А потом голову. Вдруг тот, кто отравил Айлу – важнее Серхата?…

Алиша глянула на заголовок статьи в газете.

«Пропавший Султан».

Она нахмурилась.

«…из надёжных источников, стало известно, что наследник почившего недавно Султана, будущий Султан Анпу Амер, был похищен прямо из дворца во время коронации. Сообщается также, что жертвами похитителей стали несколько купцов, в это время приносивших клятву верности Султану…»

– Что? – заметил ее интерес Бахт. – И это забыла? Как можно было забыть похищение Султана!

– Начнется война с Северными Царствами – вспомнит, – меланхолично отозвался Мерт, и сунул камушек, который оторвал от одежды Бахта в карман.

– Мерт! – задохнулся от ужаса тот. – Как можно! У тебя нет ни совести, ни такта!

– Да, зато есть мозг, – Мерт ткнул в Бахта когтистым пальцем. – И, если цена за него – совесть, то я согласен на такой обмен.

Алиша принялась шарить по карманам штанов, не отрывая взгляда от статьи, пока рука не наткнулась на клочок бумаги. Это была газетная вырезка.

«…тайная жандармерия совместно с городской полицией. Недавно начальник таможенной гильдии Орхан Кая подтвердил информацию о том, что на границу Соргии и Скиоса отправлены дополнительные патрули. В порту Мирдая задержаны несколько судов Северных Царств, предположительно…»

Продолжение статьи, которую Алиша держала у себя в руках. Только эта была вся исписана и порядком помята.

Бахт и Мерт замолчали, разом прекратив свою перепалку, и оба уставились на газетную вырезку.

– Это просто статья. Таких газет по городу – тысячи, не каждый день срывают церемонии коронации, – наконец, произнес Мерт.

Алиша подняла на него взгляд, и Мерт оттянул воротник рубашки в сторону, будто бы на пару секунд ему стало трудно дышать.

– Я знаю, но…

– И демоны не причастны к похищению Султана, – перебил он.

В этот раз Бахт, наученный горьким опытом, решил тактично промолчать. Только с грустью провел рукой по пустой выемке в вышивке кафтана, где раньше был камушек, украденный Мертом.

Алиша нахмурилась. Вновь сунула руку в карман и достала еще один листок – в этот раз клочок самой обычной бумаги. Почерк явно Алиши – на южном языке она писала не очень хорошо – каждая буковка была введена старательно, но все еще слишком криво. Список имен.

Это были не просто люди: каждый из них занимал не последний пост во дворце. Здесь даже числилась Закира – начальница Тайной жандармерии собственной персоной, и ее главный помощник, известный всему городу – Яман. Все имена были перечеркнуты, кроме одного.

– Бальта, – прочитал Бахт вслух. – Правая рука Великого Визиря?

– Почерк – жуть, – прокомментировал Мерт.

– Чувство такта – жуть.

– Тебе явно стало лучше, – ничуть не обиделся демон.

– Достаточно для того, чтобы найти того идиота, который решил, что травить меня Наимом – отличная идея.

Мерт переглянулся с Алишей.

– Кто бы это не сделал, – криво улыбнулся тот, показывая клыки. – Вышло до отвратительного вовремя.

– Подождите, – Бахт замахал руками. – Вы хотите сказать, что Алиша ошивалась в Квартале слез из-за похищения Султана?

– Да я понятия не имею, что случилось, сказал же, – раздраженно выдохнул Мерт. – Джинны не очень любят низших демонов.

– Не только джинны, – не преминул вставить Бахт.

– Пошел к черту.

– Я и так с ним.

Алиша уже хотела было вмешаться, но тут раздался стук в дверь, и оба спорщика разом замолчали.

– Эй, Бахт, – крикнул кто-то, – там, внизу, жандармы. Тебя спрашивают. Я не могу с ними долго, у меня и так уже все сгорело.

Это был единственный случай в памяти Алиши, когда Бахт не покраснел, а побледнел. Они вместе уставились на Мерта, и тот испуганно замер посреди комнаты.

– Это конец, – прошипел Бахт. – Я укрываю демона. Меня убьют, точно убьют. Господь, это все посетители. Они видели его клыки и когти, черт подери, почему же нельзя быть хоть чуточку скрытнее?…

– С чего ты взял, что это из-за Мерта? – прошипела в ответ Алиша, хватая демона за руку. – Рядом с дворцом полно жандармов, а это, черт возьми, кафе.

– Да от него за версту разит этой сладкой дрянью, – все так же тихо продолжил Бахт.

– Дрянь здесь только одна! – тоже шепотом огрызнулся Мерт. Необходимость соблюдать тишину никак не могла помешать этим двоим ругаться.

– Бахт! – в дверь еще раз постучали. – Ты тут?

– Да! – крикнул тот. – Скажи им, я сейчас спущусь.

Бахт обернулся к Алише.

– Это конец, – одними губами произнес он. – Меня казнят. Три раза.

– Нельзя казнить три раза, кретин, – фыркнул Мерт, но Алиша видела, что он сам нервничает. – Тебе одного будет вполне достаточно.

– Попроси жандармов продемонстрировать, когда попадешь в дворцовые подвалы.

Мерт замолчал, и Алиша с ужасом поняла, что он напуган. Впервые в жизни она видела страх вместо обычной бравады и азарта.

– Все будет в порядке, – Алиша сильнее сжала ладонь Мерта. – Бахт, живо иди к жандармам, задержи их!

– Жандармов? – в ужасе переспросил тот. – Задержать?

– Я не на что не намекаю, – ответил Мерт. – Но, если ты не хочешь, чтобы на один демонический труп в кафе Амали стало больше, придется что-то делать.

– Труп в кафе у матушки, – Бахт схватился за сердце. – Айла, молю, выведи его отсюда. Я сделаю что угодно.

Он страдальчески вздохнул, и произнес, обращаясь куда-то к потолку.

– Господь, что насчет хотя бы одного дня без демонов, зелий и догонялок с жандармами?…

– Это же Южная Империя, Бахт, – вздохнула Алиша. – Я здесь не так давно, но одно знаю точно – у вас так не принято.

Глава 2

Двое дворцовых стражников на входе проводили его взглядами, но даже не посмели остановить – слишком хорошо Бальту знали при дворе. Он много улыбался – почти всегда, и рубил головы все с этой же улыбкой. Не в прямом смысле, конечно – сам Бальта не притрагивался к оружию.

Он откинул полы длинного кофтана из красного шелка и толкнул тяжелую дверь. Прямо в кабинете Великого Визиря тоже караулила дворцовая стража – они теперь везде следовали за ним. Бальте на ум приходило дурацкое сравнение с опасным преступником – да и вряд ли он был так уж далек от истины. Но в этот раз дело было совсем в другом. Великий Визирь теперь временно исполнял обязанности Султана – он просто не мог остаться без сопровождения.

Рабочий кабинет Догана был просторным, и почти пустым – в нем находился лишь стол, пара стульев, да наполовину заполненный книгами высокий шкаф под самый потолок. Доган не хранил здесь личных вещей. Не доверял. Людям, самому дворцу – на самом деле, Великий Визирь не доверял вообще никому, поэтому и сумел к своему титулу получить приставку «Великий». Визирей много, Великий – всего один.

В полупустом кабинете без проблем умещались и двое стражников со своими длинными саблями – где во дворце такими размахнуться?… И сам Великий Визирь. Он сидел за столом, глядя на Бальту, и медленно постукивал пальцами по столешнице. Свет, попадающий из длинных, но узких окон, играл на его перстнях и разбивался бликами по стенам.

Доган чем-то напоминал хищную птицу – может быть, из-за носа с горбинкой или острых, будто из камня выточенных черт лица. Невысокий, крепко сложенный, с загорелой кожей – Доган не был похож на обычных аристократов. Он не следовал местной моде: волосы стриг коротко, и не считал нужным прятаться от палящего солнца. Единственное, что выдавало в нем человека, облеченного властью – взгляд неожиданно ярких голубых глаз. Колючий, внимательный – одного этого взгляда было вполне достаточно, чтобы почувствовать себя так, будто все твои секреты только что выложили Догану в подробностях.

– Пусть солнце освещает вам путь, Великий Визирь, – Бальта склонил голову, украдкой глянув на стражников.

Доган в ответ слегка поклонился, на пару секунд отводя тяжелый взгляд от Бальты.

– А ночь не скроет ваших врагов, Бальта, – ответил он, и сразу перешел к делу:

– Вы ведь прекрасно осведомлены о том, что сейчас происходит во дворце, верно?

– Конечно, – послушно ответил Бальта. – И молю бога, чтобы Султан вернулся к нам живым и невредимым. Стране нужен верный правитель.

Доган только коротко кивнул. Все слова Бальты были насквозь фальшивыми, он это прекрасно понимал. Но не понимали стражники у двери. Да и дворец – не то место, где можно быть откровенным.

– Но к чему эти вопросы? Вы знаете – к поискам подключилась Тайная жандармерия. Им помогает городская полиция, и, к тому же, Великий Визирь, я не разу не видел, чтобы Закира терпела поражение. Она – лучшая.

Доган качнул головой. Говорил он всегда немного, предпочитая молчать, а его улыбки Бальта не видел никогда в жизни. При дворе любили болтать, что Великий Визирь и вовсе не умеет улыбаться.

– Я ни капли не сомневаюсь в Закире, – наконец, произнес Доган, подбирая слова. – Но, думаю, нам следовало бы ей помочь, верно?… Мы ведь все хотим возвращения Султана.

Бальта поймал заинтересованный взгляд одного из стражников на входе.

Дворец полнится слухами. Охрана на коронации, исчезнувшая в один миг, полностью подчинялась Великому Визирю, а тот, в свою очередь, занял Султанский трон на время отсутствия правителя. Сможет Доган прибрать к своим рукам власть окончательно, или нет – этого никто не знал. Все сходились лишь в одном: похищение Султана – вина Великого Визиря. И Бальты. Закира ловила по городу демонов, но он знал: каждый раз, в подвалах дворца, она спрашивает их про Догана. Закира не верит в то, что демоны сами вдруг решились схватить Султана, они – лишь исполнители.

И она, безусловно, права.

Теперь Доган, вместо того, чтобы выгнать стражу прочь из личного кабинета, устраивает этот спектакль: они вместе с Бальтой помогают Закире. Они не причастны к похищению. Они хотят вернуть Султана домой, даже если последнее откровенная ложь. Пусть стража теперь шепчется об этом.

– Как мы можем ей помочь?

– Я знаю, у вас много знакомых, – начал Доган, но Бальта уже понял, к чему тот ведет. – И некоторые из них любят навещать Квартал слез.

– Упрекаете меня в связях с демонами? – тут же спросил он. – Все это лишь слухи.

Доган потер подбородок, и его губы дрогнули в ухмылке.

– Никаких упреков. Я лишь предлагаю вам попробовать.

– Попробовать?

– Закира действует радикально. Ее средство – сила, но сила – не единственное, что у нас есть.

– И что же у нас есть?

– Например, ваши связи. Не обязательно бросать каждого демона в дворцовые пыточные – на это у нас еще много времени. Но, пока ситуация не стала критической, с ними, например, можно поговорить.

– Демоны хитры и упрямы. С ними не выйдет диалога.

– А вы? – хмыкнул Доган. – Вы не хитры и не упрямы, Бальта?

Тот ничего не ответил. Только растянул губы в очередной улыбке.

Бальте не нужно было смотреть на лица, чтобы почувствовать – теперь уже заинтересованы оба стражника. Такая просьба почти подставляет Бальту, раскрывая его связи с демонами. Великий Визирь будто говорит: «Это вовсе не пустые слова. Я хочу помочь, и Султан для меня важнее Визиря».

– Ваш ответ?

– Ладно, – после недолгой паузы произнес Бальта. – Я попробую. Навещу старых друзей, но не могу ничего обещать, Великий Визирь.

Тот кивнул и шевельнул пальцами, будто пытаясь ухватить что-то в воздухе. Свет заиграл на золотых перстнях.

– В таком случае, отправляйтесь сейчас, – сказал Доган. – Не стоит терять время. Я буду ждать новостей, Бальта.

– День короток только зимой, – хмыкнул тот, вежливо кланяясь. – А в Южной Империи всегда лето. Я успею.

И отвернулся, собираясь уходить. Взметнулась над полом красная ткань кафтана, и Бальта успел поймать еще один заинтересованный взгляд стражника у дверей. Пусть теперь расскажет всем, что Великий Визирь готов на многое, чтобы найти виновных.

***

Со стороны зала уже слышалось множество голосов и стук каблуков полусопог, которые обычно носили бойцы тайной жандармерии. Этот звук Алиша ни с чем не спутает – во дворце всегда много жандармов. Она выучила его наизусть.

– Вниз, – тихо велела она, почти сталкивая Мерта к лестнице, ведущей к черному ходу. Эта была еще меньше, чем та, которая вела из кафе на второй этаж, и еще круче – ступеньки тут были высокими, и Мерт чуть не покатился вниз, вовремя успев ухватиться за стену когтями.

– Слушайте, передайте госпоже Закире, что…

Алиша резко обернулась, успела поймать испуганный взгляд Бахта на другом конце коридора, и тут же проскользнула вслед за Мертом на лестницу.

– Закира?… – прошептал он. – Бахт что-то сказал про Закиру?

На этой лестнице царил полумрак, и Алише трудно было разглядеть лицо демона.

– Ерунда, Мерт, – сказала она, подталкивая его. – Давай уже выведем тебя отсюда.

Алиша с трудом протиснула мимо Мерта, сжимая в руках связку ключей, которую ей дал Бахт.

– Какое счастье, что золотой мальчик решил не сдавать меня, – недовольно пробурчал демон, и его голос все больше и больше начинал походить на шипение – когда демон был напуган или зол, с ним такое бывало. – С ума сойти, пожалел «тварь». Как будто бы мне нужна его жалость!

– Мерт! – шикнула Алиша, и принялась греметь ключами, пытаясь открыть дверь черного хода. От пыли вокруг хотелось чихать – на этой лестнице явно давно никто не появлялся.

– Мерт? – возмутился тот. – Как будто бы это я здесь страдаю неуважением к другим существам. Бахт – туп, как пробка, согласись.

– Но он тебя не сдал.

Мерт не нашел, что на это ответить.

В этот момент дверь поддалась, и Алиша аккуратно выглянула на улицу. На нее сразу обрушились полуденная жара и яркий, солнечный свет. Она зажмурилась, пытаясь привыкнуть к нему, а, когда открыла глаза, первым, что увидела, был абсолютно черный конь – будто бы темное, беззвездное небо. Грива животного оказалась заплетена в причудливые косички, и из-под упряжи, сверкающей на солнце, блестели такие же черные, умные глаза. Конь стоял совсем рядом с запасным выходом и его под уздцы держал молодой парень. Судя по забавной белой форме – из городской полиции.

– О, нет, – раздался сзади тихий голос Мерта, выглянувшего вслед за Алишей за дверь. – Нет-нет-нет. Не может быть.

Коня звали Мрак – это почти всем было известно. Во всей Соргии такой имелся только один – специально привезенный из Северных Царств в подарок для одного единственного человека.

Вороной Закиры.

Алиша аккуратно прикрыла за собой дверь.

– Здесь Закира? – в ужасе спросил Мерт, разом теряя все остатки самообладания. – Сама Закира? Не просто жандармы – тут их начальница!

– Что она здесь делает?! – с таким же отчаянием прошептала Алиша. – Она разве не должна сидеть во дворце и управлять оттуда своими жандармами?

– Ох, богиня, – простонал тот. – Закира никогда так не делает.

– Что здесь происходит? Кафе Бахта – это ведь просто кафе? Да?

Мерт сорвал с волос тонкую бечёвку, которой подвязывал их в косу и принялся нервно крутить в руках. Волосы тут же распылись по плечам.

– Те люди могли вызвать городскую полицию, – руки у Мерта дрожали. – А они сейчас работают вместе с жандармами. Рядом дворец, их тут полно. Ты понимаешь, сейчас в центр не сунется никто из демонов, даже джинны, наверное – они ведь не такие глупые, как я!

Он со всей силы дернул веревку в руках.

– Нас всех обвиняют в похищении Султана, а я, кретин, полез в это кафе! Я, может, единственный демон здесь, Айла, я…

– Тихо! – велела та и отобрала бечевку из рук демона, боясь, что тот порвет ее своими когтями.

Мерт не был трусом, но из оружия у него имелись только когти и клыки – острые, конечно, но совсем небольшие. Он не мог строить иллюзии как джинны или создавать огненные смерчи как ифриты. Алиша уже отлично разобралась в местных правилах, пусть и провела в Южной Империи от силы месяц: городскую полицию опасаться не стоит. Оружием они толком пользоваться не умеют, а бегать по такой жаре – то еще испытание. Но Тайная жандармерия – другое дело. А о пыточных подвалах дворца ходили такие слухи, что холодок проскальзывал по спине даже в такую жару.

Но Алиша давно научилась убегать. Врать, притворяться. Это там, в Северных Царствах, она впала бы в панику при виде жандармов, но не сейчас. Уже – нет.

– У нас два выхода – сунуться к главному входу, прямо в руки к жандармам и Закире, или попытаться пройти здесь.

– Есть третий. Переждать внутри – неужели ты думаешь, что сюда кто-нибудь сунется?… – слова Мерта звучали неубедительно. Он сам совершенно не верил в то, что говорил.

– Это жандармы, Мерт, – выделяя каждое слово, произнесла Алиша. – Закира ведь не приходит просто так, и по ее приказу здесь перевернут все. Нас найдут. Тебя найдут.

Мерт судорожно сглотнул.

– Нельзя сидеть на одном месте.

– Что делать? Полицейский не просто так там стоит – он ведь караулит черный ход.

Алиша думала не очень долго.

– Руки в карманы, – велела она, доставая из холщовой сумки платок. – И не показывай клыки – этот олух из городской полиции, он даже ничего не поймет.

Мерт невесело усмехнулся, глядя, как Алиша накидывает платок на голову. Светлые волосы под ним, может, и спрячешь, но бледную кожу и лицо, совершенно не похожее на лица местных – вряд ли. А Алиша прожила тут достаточно, чтобы знать, как много внимания привлекают в Южной Империи иностранцы.

– В какой момент ты стала самоуверенней чем я?…

Алиша взяла демона за руку.

– Говорить буду я, – сказала она, не обратив внимание на слова Мерта.

– Смеешься? Да твой акцент…

– Мерт! – перебила его Алиша. – Хочешь посветить своими клыками? Вперед.

– Ладно, – после недолгой паузы ответил тот, послушно выходя вместе с Алишей под палящее солнце. – Но, если когда-нибудь ты станешь самоуверенней Серхата, это точно будет конец.

Алиша захлопнула дверь, и, стараясь не спешить, прошла вдоль небольшого переулка, куда выводил запасной ход. Если завернуть за угол можно выйти прямо к разноцветному навесу кафе, а едва заметный проход между двумя плотно стоящими домами приведет к небольшим дворикам. Оттуда легко ускользнуть подальше от дворца. Вот только чтобы пройти к нему придется миновать полицейского и Мрака, тревожно стригущего ушами.

– Эй вы, двое, – заметил их полицейский, и устало вытер со лба пот. – Подойдите-ка сюда.

Алиша сильнее сжала руку Мерта.

– Что-то не… – начала было она, но в этот момент конь встрепенулся. Звякнула упряжь, Мерт замер и попятился назад, утягивая вместе с собой и Алишу.

– Мерт?

Раздалось ржание, и конь, вырвав повод из рук у полицейского, вскинул передние копыта.

– Да чтоб тебя! – возмутился тот, пытаясь справиться с Мраком, и глянул на Алишу с Мертом. Последняя неуверенно улыбнулась, не рискуя подходить ближе к взбесившемуся Мраку.

– Вот черт, – тихо сказал Мерт, почти не разжимая губ.

Конь не успокаивался – он глядел одним глазом на демона и беспокойно ржал, взбивая копытом пыль с дороги.

– Да подойдите уже сюда, – недовольно велел полицейский. – Пусть солнце светит вам, или как там говорится… Глупый конь, черт тебя побери!

В этот момент со стороны главного входа в кафе раздался знакомый голос, и сердце Алиши, казалось, рухнуло куда-то вниз, к смешным остроносым туфлям.

– Пусть солнце освещает вам путь.

Закира не носила формы. Сколько Алиша помнила, она всегда была одета в простую рубашку, шаровары, оканчивающиеся чуть ниже колен и сапоги из мягкой кожи – в таких даже в жару удобно. То как Закира держалась – будто бы внутри стальной стержень, как ловко запрыгивала в седло и как дралась – Алише довелось это видеть всего один раз – все выдавало в ней бойца. Закира вычислит в Мерте демона за пару секунд – Алиша была уверена.

– Так говорят, – холодно добавила Закира, подходя ближе к полицейскому, и беря под уздцы тут же успокоившегося Мрака. Ее длинные волосы, собранные в высокий хвост, по цвету напоминали гриву коня – черные, как ночь. И глаза – тоже.

– Я оставила тебе Мрака не затем, чтобы ты доводил коня до истерики.

За спиной у Закиры стояли несколько человек. Все – из Тайной жандармерии. С саблями на поясах и выправкой настоящих бойцов – жандармов можно было узнать и без их формы.

– Ох, не стоило, я бы справился, – тут же смутился полицейский. – Прошу прощения, госпож…

Та вскинула руку, показывая, что абсолютно равнодушна к его извинениям, и перевела взгляд темных глаз на Алишу с Мертом.

– Что происходит?

Думать было некогда, нужно было действовать. За короткое мгновенье, прежде чем в глазах у Закиры появилось понимание, Алиша успела дернуть Мерта за руку и быстро шепнуть на ухо:

– Бежим!

Мерта долго просить было не нужно – он тут же сорвался с места, кидаясь в противоположную от Закиры и жандармов сторону.

– Привести их! – раздался ее звонкий голос за спиной.

Они с Мертом остановились всего на секунду перед выходом из переулка – дальше начиналась шумная торговая улица, по которой они сюда пришли.

– Стоять! Вы нарушаете закон!

Мерт с Алишой переглянулись и кинулись прямиком в разноцветную толпу. Алиша выпустила руку демона, нырнув под навес одного из ларьков, и они тут же потеряли друг друга из вида.

– Эй, смотри куда бежишь! – недовольно пробасил торговец, когда Алиша чуть не перевернула кувшин со специями. – А ну!

Алиша увернулась от тяжело руки торговца, пытавшегося ухватить ее за воротник рубашки, и, проскользнув мимо лавки с фруктами, выскочила с другой стороны улицы. Обернулась всего на секунду, чтобы заметить черный бок коня там, у переулка, где находилось кафе, и тут же бросилась между двумя плотно стоящими домами. Протиснулась в чей-то небольшой дворик, с натянутыми сверху полотнами ткани, прячущими пару скамеек и столов от солнца.

– Именем Тайной… – Алиша резко обернулась – вслед за ней через проулок прошли двое жандармов, отрезая путь к отступлению.

Алиша огляделась и кинулась к невысокой стене с другой стороны двора – ловко оттолкнулась от стоящей рядом скамейки и, больно оцарапав колени о стену, забралась наверх, случайно оборвав одно из полотен ткани.

– Стоять! – позади раздался звон вытягиваемых из ножен сабель, но Алиша уже спрыгнула с другой стороны, спугнув играющих тут детей. Ей вовсе не хотелось попасть в руки жандармам – да, пусть Алиша и не демон, но страх перед Закирой, казалось, затмевал все. Алиша провела много дней при дворе в качестве переводчицы, и она прекрасно знала, какой может быть начальница Тайной жандармерии. Особенно, когда речь касается Султана. Преданная и опасная – вряд ли Закира поверит ее лжи о том, что Алиша бежала от нее просто так. Похищение Султана довело все в Соргии до абсурда – кажется, в подвалах дворца скоро не останется места.

Алиша, не обращая внимания на детей, кинулась в очередной проулок и дернула первую попавшуюся дверь. Та с натужным скрипом отворилась, и Алиша проскользнула внутрь, попав в крошечный коридор чьего-то дома. Дверь захлопнулась, и она прислонилась к ней щекой, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.

В коридоре было прохладно и царил полумрак. Алише не удалось разглядеть никого в комнате сразу за коридором, только сверху, оттуда, куда уходила узкая лестница с высокими ступенями, доносились чужие голоса. Здесь жили люди – это было видно по обуви, аккуратно расставленной вдоль стены и шкафам, наполненными книгами. А еще по оружию – тяжелым ятаганам, висящим на дальней стене.

Врываться в чужой дом – идея отвратительная. Но другой не было. Повезло, что дверь оказалась открыта – местная жара легко может довести до обморока, тем более, если бежать. Так от жандармов точно не избавиться.

Алиша медленно присела на корточки и стянула платок, тяжело дыша. Вытерла со лба пот и принялась разглядывать штаны, которые она порвала неудачным прыжком на стену.

Успели ли жандармы увидеть ее светлые волосы?… Запомнили ли, что девушка, сбежавшая от них – иностранка?… Если да, то вряд ли соваться ко дворцу – хорошая идея. Иностранцев в Соргии не много, тем более теперь, когда из-за похищения Султана закрывают границы с близлежащими городами – порта в Соргии нет, иностранцем в город можно попасть лишь из соседнего Мирдая.

Алиша тяжело вздохнула. Найти краску для волос?… Но здесь она будет стоить целое состояние. Или обратиться к демонам за помощью? Ведь сейчас, кажется, единственное место, где нет жандармов – это Квартал слез. Но ей и там теперь не безопасно. Да и было ли когда-нибудь?…

Уехать из Соргии, пока не поздно? И остаться ни с чем? Ну уж нет.

Алиша хмыкнула. Она почти разговорила Серхата. Ей нужно ее желание, это – единственный выход. Алише нельзя сдаваться, иначе…

– Привет.

Она испуганно вздрогнула, и в ужасе уставилась на мальчика лет двенадцати, стоящего на пороге коридора. Тот был одет в длинную белую рубашку, и на фоне светлой ткани его кожа казалась еще более загорелой. Мальчик смотрел на Алишу без страха, с любопытством.

– Пусть солнце освещает вам путь, – немного подумав, деловито выдал он, и Алиша приложила палец к губам, все так же сидя на корточках. Мальчик нахмурился и запустил руку в выгоревшие на солнце волосы, приводя их в абсолютный беспорядок.

– Мама говорит, всегда нужно здороваться.

Алиша нервно усмехнулась.

– И ночь не скроет ваших врагов, – прошептала она в ответ.

– Ты кто? – мальчик прищурился, силясь разглядеть ее в полумраке. – Ты – Йонса, да?

Алиша понятия не имела, кто такая Йонса, но на всякий случай кивнула. Если прислушаться, можно было услышать, как жандармы бродят в проулке, звеня саблями. Просто патруль? Или те двое поняли, что Алиша не выходила на другую сторону улицы? Ей иногда казалось, что преступников жандармы находят по запаху, не иначе.

– Ты не Йонса, – возмутился мальчик, и у Алиши от страха по спине пробежал неприятный холодок. – Я знаю Йонсу. Кто ты?…

Он задумался на мгновенье, и Алиша судорожно сглотнула, ожидая худшего. Сейчас точно поднимет крик, и ей придется бежать прямо в лапы к жандармам. Но мальчик открыл рот, будто бы очень сильно удивился, и прошептал:

– Ты демон, да?

– Нет, – не выдержала Алиша. – Какой же из меня демон?

Она вытянула вперед руку, растопырив пальцы.

– У меня ведь и когтей нет.

Мальчик внимательно рассмотрел ее, и задумчиво подтвердил:

– Нет.

– Где твои родители?

Тот молча указал пальцем на лестницу.

– Позвать маму?

– Нет-нет, – в ужасе замахала руками Алиша.

Мальчик пожал плечами и продолжил разглядывать ее. Она понимала, что его так сильно удивило – светлые волосы и серые глаза. Серые, почти как осенний снег. Так говорила матушка.

– Меня зовут Неби. А тебя? Ты ведь не Йонса?

Алиша придвинулась ближе к двери, пытаясь услышать жандармов.

– Алиша, – сказала она, и тут же замолчала.

Наверное, зелье все еще путало мысли. Или жара – Алиша не знала. Называть свое настоящее имя было опасно – его могли узнать демоны, а Алиша постоянно пропадала в Квартале слез. Пусть Мерту и было все равно на ее имя, но вот демоны посильней не преминули бы воспользоваться таким знанием. Для них это – ключ к разуму. Ключ ко всему. Говорить им свое имя было сравни самоубийству, и Алиша привыкла называться здесь Айлой. Так, казалось, намного безопасней.

Оставалось только надеется, что она никогда больше не встретит любопытного мальчика, и он не сможет никому рассказать ее имя.

Неби нахмурился.

– Алиша? Алиша – странное имя.

Та хмыкнула.

– Я знаю, кто ты, – добавил Неби.

Алиша склонила голову, ожидая ответа. Она немного успокоилось – было непохоже, чтобы мальчик собирался звать родителей.

– Ты – Дух. И ты пришла в наш дом, чтобы украсть тепло.

Алиша удивленно распахнула глаза.

Она давно не слышала про Духов. В Северных Царствах говорили, что они живут в горах, тех, что западнее Жемчужного Града. В Духов верили на Севере, а в Южной Империи Алиша и слова о них не слышала. Только о демонах – джиннах, ифритах, но никогда о далеких северных Духах. Да и к чему это? Они не показывались людям, в отличии от демонов. Сложно верить в то, что не видишь.

– Откуда ты знаешь о Духах? – разом забыв о жандармах и погоне, спросила Алиша.

– Мне Йонса говорила. Ты похожа на Духа, я сразу узнал.

– Кто такая Йонса?

– Она приносит нам книги, – ответил Неби. – Из дворца. И сладости. Я люблю книги и сладости.

Он подумал и добавил:

– Особенно сладости.

Алиша поднялась и нащупала ручку у двери. Взгляд опять метнулся к стене, на которой висели тяжелые ятаганы – громоздкие, с длинными, загнутыми лезвиями. Только сейчас Алиша заметила драгоценные камни, ненавязчиво вставленные в гарду – оружие было дорогим. Очень дорогим.

Куда она влезла?…

– Так ты будешь красть наша тепло? – уточнил Неби.

– А ты хочешь?

– Нет.

Алиша пожала плечами.

– Тогда не буду.

Неби еще немного озадаченно помолчал, а потом на всякий случай сказал:

– Спасибо.

– Пожалуйста, – не сдержала смешка Алиша. – Пока, Неби. Передавай привет Йонсе.

– Пока, Дух, – серьезно ответил тот. – Я тогда не буду говорить маме, что ты хотела украсть наше тепло.

– Договорились, – усмехнулась Алиша и выскользнула обратно в переулок, аккуратно прикрыв за собой дверь. Жандармов нигде не было, и даже детей, играющих в соседнем дворе, и след простыл. Алиша вновь накинула платок на голову, и устало вздохнула.

Неби своими словами о Духах, сам того не ожидая, вернул непрошенные воспоминания. Алиша скучала – и по снегу, и по ледяному ветру. И даже по слякоти, которая наступала летом, тоже скучала.

Маленькая деревушка на самом окраине, холодное, вечно беспокойное море и рыбацкие сети, которые выкладывали сушиться на земле. Алиша никогда не думала, что по всему этому можно так скучать – это ведь даже не Жемчужный Град с его высокими шпилями дворцов, каменными домами и мощеными дорожками. Обычная деревня – серая, дождливая. Вовсе не столица.

Камин, отсыревшие дрова. Полумрак комнаты и болезненное, тяжелое дыхание сестры. Часы на полке, которые в тишине тикали слишком громко. Алиша ненавидела эти часы – они каждой секундой напоминали ей, что времени у сестры все меньше и меньше.

Алиша тряхнула головой, отгоняя картинки из прошлого, и пошла вдоль проулка. Не время для плохих воспоминаний. В Соргии почти не бывает дождя, и ветер не тот, северный, ледяной, а жаркий, прямиком из Пустынь. И сейчас Алиша здесь, в Южной Империи, на другом конце света. Жалеть о прошлом – ерунда, и Алиша никогда не жалела. Она все исправит, она сможет. Нужно только держаться за настоящее.

И для начала – найти Мерта.

Глава 3

В Квартал слез вела одна единственная дорога. Мерт говорил, что демоны, пару десятков лет назад сообразив, что настроения в Южной Империи меняются явно не в ту сторону, решили огородить себя от любопытных глаз. Теперь многочисленные улочки, которые могли вывести к Кварталу слез, обрывались все до единой где-то по середине – то заканчивались тупиком, то выводили незадачливого путника обратно, к самому началу. Джины не скупились на колдовство, и, в конце концов, остался только этот переулок – светлые стены, исписанные незнакомыми Алише символами, и песок под ногами. Его сюда приносило ветром из Пустынь – Квартал слез находился на самом краю города, дальше, за низкими толстыми стенами – только бесконечные барханы.

Когда Алиша пришла сюда впервые, она выбрала неверный путь, и раз за разом оказывалась у небольшого чахлого кустика, растущего у кого-то под окнами – он почему-то запомнился больше всего. Пришлось потратить еще пару недель, чтобы найти того, кто сможет провести ее к демонам. Но джины явно не прогадали, защитив себя от чужого внимания – пусть люди и не владели магией, но их жестокость и неприязнь всего чужого со временем стали представлять угрозу. У южан было оружие и время, а еще – нежелание жить бок о бок с теми, кому под силу убить человека, даже не прикоснувшись к нему.

Алиша огляделась – прошла вдоль всего переулка, по привычке прикоснулась рукой к странным письменам на стене – Мерт говорил, это старый язык Южной Империи.

У Квартала слез никого не было. В отличие от всей Соргии, здесь почти всегда царила тишина. Демоны не любили толпу и крики.

– Айла!

Она обернулась и выдохнула, увидев запыхавшегося Мерта.

– Гляди, – он остановился перед ней и закатал рукав рубашки, показывая глубокую царапину, начинавшуюся у кисти и заканчивающуюся у самого локтя. – Кто бы знал, что сабли такие длинные.

– Жандармы?

– Да, мы… – Мерт поморщился. – Немного повздорили. Теперь я из Квартала слез – ни ногой.

– И мне, кажется, ко дворцу путь заказан, – тяжело вздохнула Алиша. – Здесь все будто с ума сошли.

– Да, ты приехала в Соргию очень не вовремя, – согласился Мерт. – Раньше на пару лет, и…

Он замолчал и встряхнул головой.

– Мерт?

Тот глянул за спину Алише, туда, где начинались невысокие домики Квартала слез, и протянул:

– Солнце начинает садиться.

Она тоже посмотрела в ту сторону – солнце и правда медленно клонилось к закату. Но ветер все еще оставался таким же горячим – он дул прямиком из Пустынь, а в Пустынях даже ночью было жарко.

– Глянем закат со стены?

– Мерт, – вздохнула Алиша, и тот опять поморщился.

– Я к тому что здесь не всегда было так, – он махнул рукой, и Алиша не поняла, что именно Мерт имел ввиду – толи Квартал слез, толи всю Южную Империю в целом. – Никто и не думал, что нужно будет прятаться.

Звучало путанно, и Алиша озадаченно потерла лоб.

– И Султан этот, – горестно добавил Мерт. – Да плевать нам на него. В трактирах шепчутся, что в портах обыскивают суда Северных Царств, и знаешь, что? Вряд ли они бросают каждого встречного моряка в подвалы. И разбойники из Пустынь – попробуй только к ним сунься.

Алиша попыталась было взять его за руку, но Мерт только качнул головой.

– Я будто виноват, что таким родился, – буркнул он напоследок, и тут оба они вздрогнули, услышав стук копыт совсем неподалеку. Алиша почувствовала, как сердце вновь рухнуло куда-то в пятки, и, судя по тому, как побледнел Мерт, ощущал он примерно тоже самое.

Они одновременно обернулись, пятясь назад. В голове у Алиши образ черного коня Закиры сменялся паническими мыслями о том, что раз уж жандармы добрались до Квартала слез – бежать больше некуда.

– Богиня, – со странной смесью непонимания и облегчения в голосе протянул Мерт, на всякий случай медленно пятясь подальше от всадника. – Какого черта?…

Алиша осталась на месте. С этим гостем она была знакома отлично – и не то чтобы очень этому радовалась. Высокий, худощавый, с подвижным лицом и почти такими же темными, как у Закиры, глазами. Черные, чуть вьющиеся волосы и знакомая насмешливая улыбка.

– Здравствуй, Айла.

Бальта соскочил с коня и отдёрнул воротник красного кафтана. Этот цвет ему удивительно шел – толи из-за светлой, не такой темной, как у Мерта, кожи, толи из-за того, что буквально кричал, предупреждая всех вокруг: «Опасность!».

– И что привело Визиря в такие трущобы? – со смешком спросила Алиша, стараясь не выдать своего удивления. Бальте нельзя было показывать свои эмоции – он цеплялся за них, а потом тянул все больше и больше. Реагировал даже не мимолетную слабость и превращал любую царапину в кровоточащую рану.

Алиша достаточно времени провела вместе с ним во дворце. К сожалению.

– Предчувствие, милая Айла, – улыбнулся Бальта, беря коня под уздцы. – Что-то подсказывало мне, что моя недавняя знакомая, так удачно влезшая в дела демонов, найдется прямо в Квартале слез. Сердце, может?

Алиша, не сдержавшись, фыркнула.

– Или сведения о том, как Тайная жандармерия сегодня спугнула у самого дворца демона и иностранку? – предположил Мерт.

Бальта перевел насмешливый взгляд на демона.

– Все никак не избавишься от своего питомца.

Алиша ухватила Мерта за руку прежде, чем тот успел броситься к Бальте. Он ощерился, показывая клыки, и когти больно оцарапали Алише ладонь.

Визирь весело усмехнулся.

– Зачем ты приехал? В Квартале слез людей из дворца не жалуют, – сказала Алиша, все так же держа Мерта за руку.

– Поэтому я и искал тебя.

Бальта глянул на разъярённого Мерта.

– И я думаю, нам стоит поговорить без свидетелей.

– О, Визирь имеет в виду питомца? – огрызнулся демон. – Вы редко бываете в Квартале слез, уважаемый Бальта. Неужто думаете, вас слышим только мы с Айлой?…

Визирь наградил его долгим внимательным взглядом, и Алиша усмехнулась. Бальта не знал всех местных правил. В Квартале слез, в отличие от Султанского дворца, они с ним были на равных. Почти на равных.

– Конечно, я могу уйти, – тряхнул головой Мерт, видимо, пытаясь избавиться от злости. – Но местные жители не любят чиновников из дворца. Интересно, как скоро вас отсюда выкинут?…

Бальта сложил руки на груди. Опять усмехнулся.

– Я понял, демон, – сказал он. – Можешь приберечь свои колкости на потом. Кажется, это твое единственное оружие – не стоит тратить понапрасну.

Мерт скривился. Бальта возвращал любое слово, любую шутки или оскорбление. Задеть его казалось невозможным. Но он знал, когда следует остановиться.

– Мне нужна помощь, – произнес Бальта, не обращая больше на Мерта внимание. – Твоя помощь, Айла. Я заплачу, сколько скажешь.

Алиша хмыкнула.

Не то чтобы Бальта редко просил о помощи. Он вообще мог делать что угодно – к своему счастью и несчастью других у Бальты не имелось никаких моральных принципов. Иногда он, правда, даже исполнял свои обещания, но только когда ему это было выгодно.

– Я польщена, – она шутливо поклонилась. – Сам Визирь просит моей помощи.

– Не стоит язвить.

– …Вот только мне не нужны деньги, – проигнорировав его слова, сказала Алиша. – И помогать дворцу – увы, мне не на руку.

Бальта помолчал пару секунд, будто о чем-то раздумывая, а потом произнес:

– Может, тебе нужно кое-что другое. Я многое могу предложить.

– Визирь, вы разве не слышали?… – начал было Мерт, но Алиша перебила его:

– Что именно?

Бальта в очередной раз расплылся в улыбке. Он нащупал чужую слабость.

– Я много чего знаю, Айла. Например, что именно ты искала в дворцовой библиотеке. К слову, тебе ведь говорили – туда нет доступа даже у некоторых Визирей. Напомнить, что ты была всего лишь переводчицей?…

– Бальта, – раздраженно перебила Алиша. – Ближе к делу.

Глаза у Визиря нехорошо блеснули.

– Лекари в Северном Царстве никуда не годятся, раз ты решила пересечь море в поисках помощи?… Я слышал, многие приезжают в Жемчужный Град только ради вашей медицины, а ты сделала все совершенно иначе.

На секунду в переулке повисла тишина. Алиша даже боялась дышать – она была уверена, что никто во дворце Султана не знает, зачем на самом деле она приехала в Южную Империю. Им всем, казалось, не до нее – в конце концов, Алиша была всего лишь переводчицей. Обычным человеком, тенью за спиной посла Северных Царств. Походы в библиотеку, поддельные пропуска, беседы с дворцовыми лекарями – Алиша надеялась, что все это останется в тайне. Посол уехал пару дней назад, а она сама растворилась в большой и шумной столице, но Бальта помнит. Он все помнит.

– Я не понимаю, о чем ты.

Бальта коротко рассмеялся, и конь рядом фыркнул, будто поддерживая веселье Визиря.

– Во дворце и у стен есть уши. И глаза, Айла, глаза тоже есть. Сначала книги о лекарстве, потом – о истории Южной Империи. А затем – о джинах. Ох, милая Айла, я видел, таких как ты. Неужто думаешь, что ты особенная?… Надо очень сильно отчаяться, чтобы добраться до другого конца света, ради призрачной надежды разговорить джина.

Алиша судорожно сглотнула.

– Бальта…

– Я имел честь пообщаться с послом Северных Царств, – перебил тот. – И он поведал мне о невиданной болезни, которая убивает людей на побережье. Где-то – ах, позволь вспомнить – где-то с Востока от Жемчужного Града. Мол, ловить рыбу скоро станет некому. Жаль, верно?

Мерт сжал руку Алиши, видимо, пытаясь приободрить, но та смотрела только на Визиря. На его самоуверенную ухмылку и темные глаза. Такие темные, что зрачок почти сливался по цвету с радужкой.

– Для кого ты ищешь лекарство, Айла? – вкрадчиво спросил Бальта. – Желание – для кого оно?

– Мне кажется, это не ваше дело, Визирь, – вместо Алиши ответил Мерт. – Вы пришли просить о помощи, а не задавать вопросы.

Алиша встряхнула головой, избавляясь о непрошенных мыслей. Бальта наградил ее еще одним насмешливым взглядом, будто разрешая ей оставить этот крошечный кусочек мозаики в тайне, и медленно кивнул.

– Ты уже поняла, Айла, как трудно выпросить желание у джина. Но я кое-что изучил – сведений о странной болезни мало, но они есть. Как и лекарство.

У Алиши перехватило дыхание.

Бальта мог врать. Он делал это непринужденно, легко, и уличить его во лжи почти никто не мог. И Визирь прямо сейчас наверняка врал, потому что сколько бы Алиша не читала местных книг и не говорила с джиннами, ясно было одно – ее сестре не поможет ничего, кроме колдовства.

Но если…

– Лекарство? – голос дрогнул.

– Айла, он врет, – нервно сказал Мерт. – Он всегда врет.

Бальта деланно-удивленно вскинул брови.

– Пусть Айла решит сама. Помощь – в обмен на сведения о лекарстве.

Алиша раздосадовано покачала головой.

– Бальта, черт тебя побери, ты же врешь, – вздохнула она. – Лекарства нет. Если бы было, в Жемчужном Граде об этом бы знали.

Тот не стал ничего доказывать, только скучающим жестом потрепал коня по темной гриве.

– Правда твоя, Айла.

Повисла тишина.

Алиша увидела, как неуловимо поменялось выражение лица Визиря – в насмешливом взгляде появилась уже знакомая ей уверенность, а в улыбке – что-то хищное. Неприятное. Бальта смог разбередить старую рану, и вот он – крючок, с которого Алиша уже не сорвется.

Как бы она не убеждала себя, что Визирь врет, надежда была сильнее. И Бальта это отлично знал. А еще знал, что времени у Алиши – всего ничего. Слишком мало, чтобы пытаться понять, правда это или нет.

Визирь не носил с собой оружия, потому что ему это казалось совершенно бесполезным. У Бальты были слова. И информация. Этого каждый раз оказывалось достаточно.

– Что ты хочешь взамен? – наконец, спросила Алиша. – Какая помощь тебе нужна?

– Айла, нет! – тут же воскликнул Мерт, случайно опять задев ее когтями. – Он врет!

– Ай, черт, – та сбросила его руку, разглядывая царапины на ладони. – Черт.

Алиша чувствовала себя вымотанной и разбитой. Чувствовала, что не успевает, что все вокруг – против нее. Такое бывало, когда среди бесконечных поисков лекарства выдавалась свободная минутка. Когда никто не поил ее Наимом и не вынимал сабли из ножен – тогда возвращалось ощущение, что время не просто идет – оно бежит. Те самые часы на полке – тик-так – и вот уже у сестры больше нет этих секунд.

Время – это время отбирали у нее долгий путь в Соргию, споры с Бальтой, дворцовые интриги, и все это злило. Ужасно злило, буквально выводило из себя. Дурацкие подножки на пути к цели.

– Прости, – стушевался Мерт. – Дай глянуть.

– Не надо, – раздраженно ответила Алиша. – Все в порядке.

Бальта прицыкнул языком.

– Надежда, демон, она такая.

– Айла, пожалуйста.

Та недовольно поджала губы.

Она прекрасно знала, почему Мерт против сделки с Бальтой – любой был бы против. Но демон не осознает, что на кону – да, он говорит, что понимает, но это не так. Он просто не может понять, черт возьми.

– Говори быстрей. Пока не передумала.

– Богиня! – Мерт резко отвернулся, стараясь сдержать себя в руках, но Алиша все равно услышала, как он сорвался на шипение.

– Найди демонов, которые украли Султана.

Повисла короткая пауза. Мерт замер, так и не оборачиваясь к Бальте, а Алиша нервно хмыкнула.

– Зовите лекарей, Визирь сошел с ума, – ошарашено пробурчал себе под нос демон. – У нас при дворе служит чокнутый.

– Еще пара таких шуток – и лекарей звать придется не мне, – ласково откликнулся Бальта.

Алиша сразу вспомнила о списке имен, в котором не зачеркнутым оставалось только имя Бальты – в пылу погони она и думать забыла об этом.

– Айла, это абсурд, – констатировал Мерт. – Нашла бы ему лучше вместо Султана хорошего лекаря, а?

Бальта усмехнулся, и в этой усмешке проскользнуло что-то нехорошее. Угрожающее. Мерт сразу замолчал, хотя поводов для шуток у него явно было хоть отбавляй.

– Неужели звучит так странно? Я хочу помочь Закире, вот и все.

– Ты ненавидишь Закиру.

– Милая Айла, я ненавижу не только Закиру. Это вовсе не проблема, – ответил тот. – Я считаю, жестокость по отношению к демонам – это лишнее. К силе стоит прибегать, когда не остается ничего другого.

Мерт фыркнул.

– О да.

– Я хочу лишь поговорить, – не обратив на него внимания, продолжил Визирь. – Проблема султанского двора в том, что все мы разорвали даже минимальные связи с Кварталом слез, и просто не можем говорить. Жандармы не станут нежничать с демонами, а демоны не подпустят к себе никого из дворца. Мы в тупике, Айла. Нам нужен посредник.

Та ответила после недолгой паузы, старательно подбирая слова:

– После исчезновения Султана Великий Визирь занял его пост.

– Верно.

– Ты – правая рука Великого Визиря. Правая рука правителя.

– Вам выгодно похищение Султана, – свел все попытки Алиши сказать тоже самое только не так грубо Мерт. – Зачем искать его?

– Ох, обвиняете меня в заговоре? – развеселился Бальта. – Выдать вам двоим жетоны Тайной жандармерии?…

– Богиня, да все уже знают – вы с Великим Визирем организовали это покушение! – не выдержал Мерт. – Он подговорил охрану сбежать, а наемники выполнили все за вас. К чему все это, черт возьми?

Демон недовольно шаркнул ногой по земле, подбрасывая в воздух песок.

– Чертов дворец! Клубок змей, не иначе.

– Следи за языком, демон, – холодно откликнулся Бальта. – Ты начинаешь утомлять.

Тот ощерился.

– И что сделаете, Визирь? Объявите на меня охоту? Так вы опоздали.

– Нет, – спокойно ответил Бальта. – Охотой пусть занимается Закира. А я не связан моральными принципами. Думаю, наемники с удовольствием согласятся принести твою голову за круглую сумму.

Мерт хотел было ответить, но его перебила Алиша – она знала, что слова Бальты – не простая бравада.

– Достаточно.

Во дворце она часто с ним общалась, и многое поняла. При первой встрече Бальта всегда казался лучше, чем другие Визири – не перебарщивал с излишней роскошью в одежде, говорил правильные вещи и всегда выглядел дружелюбно. Но от дружелюбия в Бальте – совсем ничего, да и то, что на самом деле у него на уме, Визирь никогда не озвучивал. Он просто умел притворятся. Вот и все.

– В этом проблема, Айла, – поморщился Бальта. – Мы не причастны к похищению Султана. Поэтому я – один из первых в очереди за головой преступников.

Он хмыкнул.

– Иначе лишусь своей.

Алиша внимательно вгляделась в его лицо. Бальта выглядел спокойным – слишком спокойным для того, кто находится в опасности. Врал ли он?… Она не знала. И что означал список, найденный в кармане – тоже. Возможно, Алиша нашла виновника, тогда, прежде чем потерять память, а, может, она приходила в Квартал слез вовсе не за этим.

Смущало одно – все в похищении Султана указывало на Великого Визиря. Алиша знала о паре дел, которые проворачивал Бальта, и сомневалась в том, что тот организовал бы похищение так уж плохо. Чтобы все указывало на него – да Бальта никогда в жизни не совершил бы столько ошибок подряд.

– Закира всерьёз собралась отправить меня на плаху, – добавил он. – И что-то мне подсказывает, что в этот раз у нее есть неплохие шансы.

– Сердце, может? – не преминул вставить Мерт.

Во взгляде Бальты впервые проскользнуло раздражение.

– Да или нет, Айла? Лекарство в обмен на информацию от демонов.

– С чего ты взял, что я смогу что-то узнать?…

– О, не притворяйся. Ты вовсе не безобидна, Айла. Твоего упорства хватит и на то, чтобы самолично привести Султана ко двору.

– У тебя разве нет других «посредников»?

– Есть, – Бальта довольно улыбнулся. – Но это ведь совсем не твое дело, кого из них я выбрал, верно?

Алиша раздосадовано вздохнула. Не скажет. Он удивительно много говорил, умудряясь на самом деле не произнести ни одного важного слова.

Сделки с Бальтой – идея отвратительная. Демоны, Визири, Султан – да ей плевать на эти дворцовые интриги. Но если есть хотя бы малейший шанс найти лекарство – Алиша его не упустит.

– С чего вы вообще решили, что за всем этим стоят демоны?…

– Айла, – тяжело вздохнул Мерт, сдаваясь. – Ты пожалеешь об этом.

– Охрана Великого Визиря – лучшие из лучших. И эти лучшие из лучших пропали в один момент, без единого крика. Закира велела готовить зачарованные клинки, а у нее нюх на магических тварей, уж поверь.

– Тварей? – переспросил Мерт.

– «Нюх»? Смешно, – пожала плечами Алиша. – Зачем тогда обыскивать суды Северных Царств?…

– Мы подозреваем всех, Айла, вот зачем. Ты, наверное, не понимаешь всей серьезности ситуации – пропал Султан, единственный наследник трона. Скоро начнутся рейды на границу с Пустынями – разбойников ждет та же участь, что и демонов.

Алиша глянула на Мерта. Тот поджал губы. Она понимала, что его задело в этот раз.

«Та же участь»? Вряд ли хоть кто-то в Соргии сможет похвастаться таким.

Когда Алиша отправлялась в Южную Империю, думала, что тут все по-другому – в конце концов, Духам на Севере по осени выкладывали фрукты на крошечных алтарях. Про них рассказывали сказки, а здесь демонов бросали в подвалы дворца.

Все это было так нечестно. И прятки от людей, и закрытый Квартал, и необходимость скрывать клыки и когти, но Алиша не разрешала себе об этом думать. Соргия – не ее дом, и не ей здесь устанавливать правила.

– Султана найдут, – закончил Бальта. – Любой ценой.

– Ладно, – она тряхнула головой. – Я попробую. Но лекарство…

– Да-да, – отмахнулся Визирь, поправляя поводья. – Поговори с демонами. Увидимся в трактире у Малек завтра на рассвете и все обсудим. Информация в обмен на информацию.

И он ловко запрыгнул в седло. Конь встрепенулся и встревоженно заржал.

– Господин Визирь не желает навестить Квартал слез? – ядовито поинтересовался Мерт. – Демоны умеют быть дружелюбными.

– Не сомневаюсь, – криво ухмыльнулся Бальта, разворачивая коня. – Но меня ждут дела, уж простите. Расследовать похищение Султана – даже не моя обязанность.

Из-под копыт коня полетел песок, а Мерт усмехнулся и бросил вслед Визирю:

– Боится? Бальта – и боится?…

Как только всадник скрылся из вида, Алиша присела на корточки, хватаясь за голову руками. Усталость от погони и жары разом навалилась на нее – а еще, кажется, яд и вправду оказался слишком сильным для человека – иногда мир вокруг начинал плыть, так и грозя рассыпаться на кусочки и утянуть Алишу в темноту.

– Здесь все знают его имя, – пробурчала она под нос, разглядывая свои ботинки. – И ненавидят.

– Его не только здесь ненавидят.

Мерт присел рядом. Когтем прочертил странный узор на песке, похожий на один из тех, что украшали стены.

– Бальта, – пожала плечами Алиша, будто бы одно только это имя могло все объяснить.

Они немного посидели так вдвоем, разглядывая следы от ботинок на песке, и слушая, как ветер завывает в узком переулке. В Квартале слез было на удивление тихо – сложно даже представить, что в шумной столице найдется такое место.

– Как бы песчаную бурю не принесло, – наконец, озабоченно произнес Мерт, и, видя, что Алиша не реагирует, вздохнул.

– Слушай, тебе не обязательно соглашаться на его сделку. Серхат поможет, он ведь почти сказал «да».

Алиша подняла на него глаза.

– Он еще не дал ответа. Мне кажется, Серхат будет тянуть вечно. К тому же, одно неверное слово, и я останусь ни с чем, понимаешь?… И потом – я даже не знаю, что случилось здесь до того, как потеряла память. А вдруг это дело рук Серхата?… Вряд ли после такого он скажет мне «да».

– Пойдем и спросим его, в чем проблема?

Она вздохнула.

– Айла, – Мерт положил ей руку на плечо. – Мы найдем лекарство. И того, кто лишил тебя памяти.

– И Султана, – добавила та, устало потирая глаза.

Мерт разочарованно застонал, поднимаясь.

– Ладно, пойдет последним в списке.

– Бонусом.

– Приятным дополнением.

Они переглянулись.

– Я слышала, он та еще заноза, – добавила Алиша, и Мерт поправился:

– Неприятным дополнением.

Алиша поднялась, оттряхнула штаны и выдавила из себя улыбку. На душе было противно. Будто она только что совершила огромную ошибку.

– Звучит как план, – демон попытался было ободряюще хлопнуть ее по плечу, но Алиша увернулась.

– Когти, Мерт!

– Ох, Богиня! Прости!

***

Солнце садилось у нее за спиной, и высокие башни дворца постепенно окрашивались в красный. В центре города начинали зажигать фонари, а улицы заполнялись людьми, вышедшими на прогулку, как только спал дневной зной. Но сюда, к закрытой для обычных людей площади с обратной стороны дворцовых ворот, почти не доносился шум чужих голосов.

Закира не любила закаты. Солнце в Соргии садилось за барханами Пустынь, и весь город вместе с бесконечными песками за низкими стенами на несколько десятков минут окрашивался в красный. Красный напоминал Закире кровь.

Кровь на полу в тронном зале, кровь на каменных плитах дворцовых подвалов, кровь на тренировочной одежде после очередного учебного боя.

Кровь на коврах крошечного домика на окраинах Соргии.

Закира поморщилась, гоня прочь воспоминания, и спрыгнула с коня. Потрепала его по черной гриве – Мрак недовольно фыркнул, но все же позволил конюху взять себя под уздцы. Своенравный конь – чего только стоило его объездить. Но Мрак Закире нравился. Наверное, потому что слушался только ее, и в этой безграничной преданности они с ним были похожи.

Центральные ворота дворца, с высоким арочным сводом и длинной колоннадой, растянувшейся почти по всему периметру, уже были закрыты, и Закира, нырнув в одну из арок, прошла в небольшой внутренний дворик – таких по всему султанскому дворцу было раскидано немало. Отсюда можно было попасть прямиком в центральное крыло, а оттуда до кабинета Закиры – рукой подать.

Вокруг царила тишина. Было слышно, как стучат каблуки сапог о плиты пола. В это время многие уже завершали свою работу во дворце, но только не Закира.

Она прошла мимо крошечного пруда в самом центре двора и замерла, услышав за спиной чужие шаги.

– Как же так, Закира? Сегодня ни одного демона?…

Она обернулась и недовольно поджала губы, увидев Бальту. Закира устала – день был полон жары и неудач, а впереди еще ждала ненавистная бумажная работа, которая норовила затянуться до поздней ночи. Общение с Визирем не входило в планы.

– Пусть солнце освещает вам путь, – произнес Бальта, поклонившись, и Закира внимательно оглядела его. Отсюда она слышала знакомое фырканье лошади и тихий разговор конюхов. Мрака уже забрали, стало быть, ведут не его. Уж не коня Бальты ли?…

– Только вернулся?

– Закира, совсем забыла этикет со своими погонями, – деланно сочувствующе произнес Бальта. – Подсказать? И пусть ночь не…

– Бальта, где ты был? – раздраженно перебила его Закира, подходя ближе, и по привычке кладя руку на гарду сабли.

– Вышел на прогулку, – небрежно бросил он. – Хотел в свете заходящего солнца глянуть на устроенный тобой геноцид. Зрелище – потрясающее, клянусь. Крики демонов, звон сабель благородных жандармов. Попробуй как-нибудь.

Он сделал вид, что задумался.

– Ах, забыл. У тебя и твоих жандармов совсем нет времени на созерцание прекрасного – демоны в подвалах сами себя ведь пытать не будут, верно?

Какое ей дело до демонов?… Закире нужно найти Султана. Она здесь для этого, а не для того, чтобы жалеть колдовских тварей. Была бы ее воля, от Квартала слез бы уже ничего не осталось – Закире совершенно плевать на тех, кто там живет. У нее есть цель. У нее есть обязанности. Она, в конце концов, действует в рамках закона. И упреки Бальты звучат смешно, потому что Закира отлично знает, как именно тот занял свой пост.

– Я смотрю, геноцид тебе по душе, – холодно ответила она, не собираясь вестись на провокации Визиря.

– Конечно, – горячо согласился Бальта. – А еще пытки, драки и кровавые расправы. Я ведь монстр.

И он хитро улыбнулся.

Сердце неприятно кольнуло, но Закира проигнорировала это ощущение.

– Да, Бальта, – совершенно не поддерживая его веселья, ответила она. – Ты – монстр.

– Так, может, бросите меня в подвал?…– легкомысленно отмахнулся Визирь.

– Бальта, – раздраженно произнесла Закира, в пару шагов оказываясь рядом с ним. – Не тебе меня осуждать. Я делаю свою работу, а чем занимаешься ты, мне совершенно не ясно.

Тот улыбнулся и тоже сделал шаг ей на встречу. Бальта был не многим выше Закиры, но это не помешало ему наклониться к ней, будто он разговаривает с ребенком, и доверительно произнести:

– Занимаюсь тем же. Разгребаю последствия ваших необдуманных и грубых действий. Например, пытаюсь договориться с начальником таможенной гильдии о пропуске дипломатов за границу Соргии, чтобы сгладить конфликт с Северными Царствами. Прежде чем отправлять жандармов обыскивать суды другого государства и задерживать их в порту без всяких объяснений, ты могла, например, посоветоваться с… Ну не знаю…

Бальта сделал вид, что размышляет.

– … С кем-нибудь? Да любой придворный мальчишка сказал бы тебе, что эта идея просто отвратительная. Не говоря уже о том, что прежде всего ты должна была получить согласие от всех пяти Визирей, включая Догана.

Закира фыркнула.

– Но ты ведь знала, что никто в здравом уме не согласится, и решила взять все в свои руки. Заставить бы тебя теперь общаться с послами Северных Царств, клятвенно заверяя их, что это было ошибкой и недоразумением.

– Так ты не ошивался в Квартале слез? И не пытался в очередной раз пообщаться с мерзкими тварями?

– Господь, какое потрясающее неприятие диалога.

– С ними нельзя говорить, – неожиданно зло, даже для самой себя, бросила Закира. – Никакого диалога. Как бы ты не владел словом, демоны тебя переиграют. Только сила.

– Так вы ведь и не пробовали, – многозначительно ухмыльнулся Бальта.

– Не смей. Даже ты с ними не справишься.

– Мне кажется, – тот шевельнул пальцами, словно пытаясь ухватить мысль. – Кажется, будто уважаемая Закира поддается своим эмоциям и темным тайнам прошлого.

– Ситуация из ряда вон, – ответила та, пытаясь не выдать той ярости, которая разрывала ее изнутри. – Это не конфуз на приеме посла другой страны, и не двусмысленное заявление правителя. Пропал Султан, и, если ты считаешь, что его можно вернуть твоим умением заговаривать людям зубы – ты ошибаешься.

Бальта откровенно издевался. Он любовался злостью Закиры, наслаждаясь тем, что закон и статус защищают его лучше любых доспехов.

– Сила, Закира, все ваши сабли и ятаганы – кто вы без вашего оружия? Просто кучка придворных дураков, привыкших во всем полагаться на клинки и угрозы. Мне теперь решать ваши проблемы. И какого же черта мне запрещен выезд за пределы столицы, скажи на милость?…

Закира ядовито улыбнулась.

– Ты разве не такой, Бальта? – вкрадчиво произнесла она. – Пусть и не умеешь фехтовать, но разве яд – это не оружие?… Ты чудовище, потому что только чудовище могло без малейших сомнений убить всю свою семью. Не тебе меня судить. И ты не покинешь Соргии, пока я не найду Султана, клянусь.

Она заметила, как в глазах у Визиря проскользнуло что-то, так сильно непохожее на его привычную насмешливость, и хмыкнула. Да, пусть Закира и не умеет так ловко заговаривать зубы, но и у нее есть информация.

– Я – начальница Тайной жандармерии, Бальта. Неужели думал, что я об этом не узнаю?…

Но тот уже взял себя в руки.

– Что ты, – улыбнулся он. – Я надеялся. Пытки демонов, убийство семьи – посмотри, как много нас объединяет.

Бальта по-отчески положил Закире руку на плечо.

– Темное прошлое, парочка скелетов в шкафу и все такое. Мы с тобой, Закира, оба монстры, разница лишь в том…

Он вновь наклонился к ней ближе, и продолжил уже тише:

– …что я это признаю, а ты – нет.

Закира одним движением сбросила его руку со своего плеча, с трудом удержавшись, чтобы не вытянуть саблю из ножен, и Бальта расхохотался. Она не любила чужие прикосновения, не любила все путанное и двусмысленное, не любила дворцовые интриги. Не любила Бальту. И не любила то, что тот говорил.

– До свидания, Закира, – бросил Визирь, проходя мимо. – Удачи в расследовании.

– Отправляйся к Дьяволу, Бальта, – ответила та, на секунду прикрывая глаза, чтобы успокоиться.

Он не прав, он чертовски не прав. Закира здесь – справедливость. Она помогает дворцу, она помогает стране. Да, пусть ее методы и грубы, но ситуация все оправдывает. Служба Султану для Закиры – вся ее жизнь, в отличие от Бальты, которого интересует только власть.

Она еще раз глянула на высокие башни дворца, и обернулась к красному солнцу, клонящемуся к закату. Схватилась за голову, пытаясь выкинуть дурацкие мысли из головы.

Красный. Красный как кафтан Бальты. Как одна из мозаик в тронном зале. Как пески на окраинах Пустынь. Красный, красный как кровь.

Закира тряхнула головой.

Ну уж нет – она никому не позволит встать у нее на пути. Будь то Бальта или демоны. Закира-то знает: сила – вот залог победы. Действовать нужно быстро и безжалостно – жизнь научила ее, что только так и можно добиться своих целей.

Никакой пощады, никаких размышлений о правильности поступка, никаких мук совести.

Закире нужно найти Султана.

И она его найдет.

Глава 4

Если верить Мерту, раньше здесь не было почти ничего, кроме плотно стоящих к друг другу низких домиков – никаких рынков и магазинов. Сейчас в Квартале слез можно было купить почти все. Иногда сюда приходили только за тем, чтобы достать парочку редких трав или шелка, которые продавали разбойники – торговцы из Соргии не могли позволить себе общения с варварами из Пустынь, а демонам такие условности уже давным-давно были чужды.

«Хуже не будет, – бодро заявлял Мерт на любое возмущение Алиши. – Какая разница – бросят нас в подвал за связи с разбойниками, или, например… Ну, просто так?…»

Теперь Квартал слез жил своей собственной жизнью, все больше и больше отличавшейся от жизни столицы. Здесь, с наступлением темноты, вместо фонарей на улицах зажигали факела в массивных темных подставках, а прилавки с товарами всегда выставлялись только внутри домов. Никто не говорил уже ставшее привычным Алише «Пусть солнце освещает вам путь» – эта фраза будто бы пришла к людям прямиком из дворца, а демоны не хотели иметь ничего общего с Султаном и его приспешниками.

К людям обитатели Квартала слез относились с опаской. Алиша то и дело ловила на себе настороженные взгляды, и нервно поправляла платок на голове. К вечеру демонов на улицах становилось все больше – Квартал слез жил ночью, не отличаясь особой любовью к жаре. Сейчас, когда солнце только начинало опускаться за горизонт, светлые стены домов и неулыбчивые лица прохожих – все вокруг приобретало красный оттенок. В Соргии закаты были кровавыми – и местные их только так и назвали.

– Не переживай, – легкомысленно протянул Мерт. – Тебя ведь не пытались убить, верно? Просто стерли память.

– Это чертовски успокаивает, – нервно откликнулась Алиша, с тревогой вглядываясь в лица проходящих мимо демонов.

– Я к чему – тот, кто сделал это, провернул все без шума. Никто не станет кидаться на тебя прямо на глазах у других, он ведь не…

Мерт замолчал – они дошли до нужного дома. Узкие окна, навес над крыльцом – похожий на тот, что был над кафе матушки Бахта, только внутри, за полуоткрытой дверью – темнота. У крыльца стоял, облокотившись спиной о стену, Сефу – с ним Алиша встречалась всего пару раз. В свете закатного солнца его кожа казалась будто сделанной из меди, а карие глаза – почти желтыми.

– Здравствуй, Сефу, – поздоровался Мерт. – Серхат у себя в лавке?…

Тот тряхнул головой и волосы упали ему на глаза. Темные, но порядком выгоревшие на солнце пряди, то и дело лезли Сефу в лицо, и на его месте Алиша уже бы давным-давно подстриглась. Но Сефу отличало его удивительное равнодушие ко всему. И к собственному дискомфорту тоже. Да и к нему – в первую очередь.

– А Серхат знает, зачем ты тут? – поинтересовался он. – Неугомонный.

– «Привет, Мерт», – пробурчал тот в ответ. – «Я рад тебя видеть, Мерт»…

– Здравствуй, Сефу, – на всякий случай поздоровалась Алиша, и тот наградил ее безразличным взглядом.

Алиша понимала Бахта с его любовью к богатой одежде и дворцу, понимала Мерта, так отчаянно желавшего всего лишь справедливости, она, черт возьми, даже Бальту понимала иногда. Но Сефу – нет, Сефу, казалось, понять было совершенно невозможно.

– Опять людей тащишь.

Это не было оскорблением. Лишь констатацией факта. Все, что говорил Сефу, звучало только так – будто он читает текст с листа, но совершенно без выражения и с такой усталостью в голосе, словно делает это уже раз десятый.

– Нам нужен Серхат, – повторил Мерт, не обращая на последнюю реплику Сефу внимания. – И когда это ты успел устроиться к нему в охрану?

Алиша стояла рядом с ним молча, совершенно не понимая, что нужно говорить.

Уголок губ Сефу дернулся, выдавая его недовольство.

– Мне нужно на что-то жить, – сказал он. – Я вроде как не питаюсь росой и солнечным светом.

– Слава Богине, что не солнечным светом. Так и от обжорства умереть можно, – вставил Мерт, и Алиша с трудом удержалась, чтобы не дать ему подзатыльник – в конце концов, Сефу мог спокойно развернуть их, так и не позволив встретиться с Серхатом. Но тот не среагировал на реплику Мерта.

Обычно демоны старались не появляться в центре города, но Сефу был исключением. Он выступал на дворцовой площади с еще парочкой артистов. Сефу танцевал с огнем, и для этого ему не требовалось совершенно ничего – он был ифритом, а в Соргии говорили, что у ифиртов вместо крови течет пламя. Правда, Алиша думала, что все это из-за излишней склонности к поэзии.

Наверное, не бояться быть пойманным ифриту помогало его потрясающее равнодушие. Но вот что спасало от жандармов, Алиша понятия не имела.

– При всем уважении – сейчас я не полезу почти к самому дворцу. Я хочу еще немного пожить без пыток и подвалов, – сказал Сефу. – Пришлось отложить выступления до лучших времен. Серхат предложил поработать на него.

– У Серхата теперь так много врагов? – тут же заинтересовался Мерт.

– Не знаю, как у Серхата, но у тебя на одного прибавится, если не прекратишь задавать глупые вопросы, – меланхолично откликнулся ифрит. – Что с рукой?

Мерт неосознанно опустил взгляд на царапину, оставленную саблей одного из жандармов. Рана больше не кровоточила, но все еще была очень заметна. Алиша знала, что на Мерте все заживает за пару минут, но и ему нужно было время.

– Это не считается глупым вопросом?

Сефу пожал плечами.

– Отведешь нас к Серхату?

Ифрит оттолкнулся от стены, опять поправил лезущие в глаза волосы и приоткрыл дверь перед Алишей. Выглядел он при этом так, будто оказывает такую огромную услугу, что теперь и Мерт, и Алиша его должники до конца жизни.

– Почему именно Сефу? – недовольно прошептала она Мерту, оказавшись в темном коридоре. – Черт!

Алиша запнулась о высокий порог и не упала лишь потому, что вовремя успела схватится за стену.

– Потому что я – ифрит, – откликнулся Сефу, прекрасно расслышав ее слова, и та стыдливо замолчала.

– Прости.

Мерт хихикнул.

– Говорят, ифриты – лучшие бойцы, – его, очевидно, развеселила неудача Алиши. – Поэтому все так и стремятся заполучить их в охрану. Правда, не уверен – может врут?…

– Потом можешь сам проверить, – равнодушно ответил Сефу и захлопнул за ними дверь.

Они втроем оказались в кромешной темноте. Алиша замешкалась, не понимая, куда идти дальше – она всегда путалась в доме Серхата с его бесконечными узкими коридорами и лестницами. Где-то здесь, на первом этаже, должна была находится лавка – Серхат торговал зельями, но куда именно идти, Алиша не знала.

Раздался щелчок и в темноте она увидела, как по коже Сефу пробежали искорки. На кончиках его пальцев заплясал огонек, позволяя Алише разглядеть узкий коридор. Блеснули глаза ифрита, и ей на секунду показалось, что они в правду желтые.

– За мной, – бросил Сефу.

Они миновали коридор, но вместо того, чтобы вывести Мерта с Алишой к лавке с зельями, где они обычно и разговаривали с Серхатом, Сефу толкнул дверь, ведущую в небольшой внутренний дворик. Такие тут часто встречались – глухой, со всех сторон закрытый стенами жилых домов. Внутри стояла парочка плетеных стульев и столиков – когда спадала жара, отсюда можно было смотреть на небо. Правда, особого смысла в этом занятии Алиша не видела – небо в Южной Империи везде было беззвездным. Двор освещался парой факелов, установленных в выемках в стенах, но горело только три из них – демоны хорошо видели в темноте. В отличие от Алиши. Скоро солнце окончательно спрячется за горизонт, и она совсем ничего не различит в такой привычной для демонов ночи.

Посреди двора росло дерево – высокое, почти совсем без листьев, оно казалось не живым. Легкий туман, который по пятам следовал за Серхатом, в этот раз было почти не видно, но Алиша чувствовала его прохладу вокруг, вместе с запахом сладких масел. Рядом с джином это запах становился почти невыносимым – слишком приторным.

– Серхат, тут гости, – бросил Сефу. Одним движением сжал руку в кулак, спрятав огонек, и многозначительно добавил:

– Опять.

Серхат стоял у дерева, разглядывая что-то на ладони. В отличие от Мерта, подвязывавшего волосы самой обычной бечёвкой, Серхат собирал длинные пряди в хвост с помощью черной ленты.

Рядом на столике лежала пара мешочков с травами – кажется, джин в этот раз решил поработать здесь.

Алиша и Мерт замерли в паре шагов от него, не решаясь говорить. Серхат поднял на них взгляд, а Алиша успела разглядеть на его ладони лепестки неизвестного ей цветка.

– Добрый вечер.

Смотреть на него было неприятно – в прямом смысле. Лицо джина постоянно менялось, принимало новые формы, и, казалось, взгляд соскальзывает с него, не в силах зацепиться за что-то одно. На вопрос «как выглядит Серхат?» вряд ли у кого-нибудь получилось бы ответить. Единственное, что Алиша могла сказать точно – глаза у Серхата черные. На самом деле черные – ни зрачка, ни радужки, сплошная темнота. Иногда Алише удавалось поймать его взгляд сквозь бесконечно сменяющие друг друга лица и образы, и тогда по коже пробегал противный холодок – настолько этот взгляд был не похож на человеческий. Вряд ли Серхат специально прятал свое лицо – он, скорей, просто не считал нужным останавливаться на одном единственном образе. В дворцовых книжках писали, что джины созданы из эфира, и из всех демонов они больше всех не похожи на людей.

– Давно не виделись, – с насмешкой добавил Серхат. – Что случилось на этот раз?

Он взял один из мешочков, лежащих на столе, и потянул за веревочки, развязывая его. Рукава кафтана из легкой ткани скатились вниз, обнажая белые руки джина, так не похожие на руки местных жителей.

– Здравствуй, – настороженно ответила Алиша, не зная, как начать разговор.

«Привет, я потеряла память?…»

Или, может: «Эй, а это не ты меня отравил?…»

Ну или на крайний случай: «Не расскажешь, кто из демонов вытащил дико важную султанскую задницу из дворца? А то тут одному Визирю грозит казнь – хотя оно, может, даже и к лучшему».

– Что с рукой? – поинтересовался джин, переведя взгляд пугающих черных глаз на Мерта.

– Упал.

– След от сабли, – вместо него ответил Сефу, стоящий у входа во внутренний двор. – Если учитывать ловкость нашего непутевого друга и глубину пореза – скорей всего, из тех длинных, которые таскают с собой жандармы.

Алиша удивленно уставилась на него.

– Что?

Сефу развел руками, а Мерт разочарованно фыркнул.

– Ну и к чему тогда были эти вопросы?

– Я пытался быть вежливым. Поддержать разговор и все такое.

– Больше не пытайся.

– Ладно.

– Играли в догонялки с жандармами? – поинтересовался Серхат. – Рискну предположить, все дело в том, что кто-то слишком плохо прячет клыки и когти.

Мерт возмущенно взмахнул руками.

– А какого черта я вообще должен их прятать?…

– Мерт! – шикнула на него Алиша, но Серхат только улыбнулся. Улыбался он жутко – будто тысячи улыбок разных людей проскальзывали в один миг на его лице. Иногда джин принимал единый облик, но случалось это крайне редко. Ему было все равно, как он выглядит.

– Зачем пришли?

Серхат ссыпал лепестки в мешочек. Алиша, будто зачарованная, проследила за его движением.

– Кто-то отравил Айлу.

– Отравил? Чем?

– Серхат, не притворяйся, – тряхнула головой та. – Наимом. Тем Наимом, который украли у тебя из лавки.

Тот поднял на нее взгляд и от этого взгляда по спине пробежался неприятный холодок.

– Ты себя слышишь, Айла? – спокойно спросил джин. – Украли? У меня из лавки?

Она на секунду стушевалась. И правда – кто вообще смог бы ограбить настоящего джина? Кто рискнул бы это сделать?…

– Нет, – неожиданно произнес Мерт. – Нет, Айла права. Кто-то обнес твою лавку, Серхат. Иначе зачем бы тебе нанимать Сефу, верно?

Серхат хмыкнул. Одним движением затянул веревку на мешочке с травами.

– Когда ты в последний раз вообще нуждался в охране?

Мерт замолчал, и Алиша вдруг поняла, что тот, кто заставил Серхата нанять ифирита в качестве охраны, пугает ее намного больше, чем сам джинн.

– Серхат, – нервно произнесла она. – Серхат, охрана – серьезно?…

Тот хмыкнул, бросил мешочек с травами на стол, и уселся на один из плетеных стульев. Отвечать джин не торопился, но Алиша уже давно привыкла к его манере общения – иногда могло показаться, что джин тебя и вовсе не слышит, но это было не так. Слышал Серхат все – иногда даже больше, чем нужно, просто не всегда считал нужным отвечать.

Поэтому Мерт с Алишой молча ждали. Заскучавший Сефу принялся играться с огнем на факелах – тушил в одном, и тут же зажигал в другом. Казалось, пламя скачет с факела на факел.

– Тебе стерли память, Айла? – наконец, спросил джин.

Она кивнула.

– Что ты помнишь?

– Тебя, Серхат, и…

«…такие тайны слишком тяжелы, чтобы хранить их слишком долго…»

Алиша замолчала. Фраза возникла в голове будто далекое воспоминание – такое далекое, что ничего, кроме этих слов, и не вспомнить.

Джин опять улыбнулся.

– Прости, Айла, раз уж Наим стер тебе память, обратно ее не вернуть, – размеренно произнес он. – Я ничем не могу помочь.

– Мне не нужно возвращать. Просто скажи, о чем был наш разговор? И…

Она сунула руку в карман и вытащила список имен, в котором не зачеркнутым оставалось только имя Бальты.

– Что это? Серхат, ты же знаешь, верно? Это связано с похищением Султана?

– Меня не интересует похищение Султана.

– Серхат, пожалуйста, – взмолилась Алиша.

Угрожать, просить, обманывать – с джином ничего из этого не работало. Он говорил, что хотел и когда хотел – не больше и не меньше.

– Витрина была разбита, – вмешался Мерт. – Наим стащили прямо оттуда. У тебя из-под носа, Серхат. Стащили, чтобы отравить Айлу, разве ты не хочешь узнать, кто это сделал?… У вас одна цель – найти виновника, так давай поможем друг другу.

Он подумал и тоже добавил:

– Пожалуйста.

Серхат закинул ногу на ногу.

– Я знаю, кто это сделал, – после недолгих раздумий, произнес он. – Кто украл Наим и отравил Алишу. Но, поверьте, Наим из моей лавки – не самая ценная вещь, которую воришка сумел стащить.

– Что? – голос Алиши дрогнул.

Серхат хрипло рассмеялся.

– Айла, не будь я джином, я бы сказал – на тебе висит проклятье. Ты всегда слишком близка к правде, чтобы быть в безопасности, но недостаточно, чтобы собрать мозаику целиком.

– О чем ты? – разочарованно спросила та. – Я что-то узнала, верно? Что-то важное. И раз ты взял в охрану всего одного ифрита, то, выходит, этот вор не так уж и страшен?…

Теперь уже хохотал Мерт. Только в отличие от Серхата – нервно и с явными паническими нотками. Джин же только усмехнулся.

– Уже одно то, что Серхат взял кого-то в охрану явно намекает, что дела не просто плохи, – отсмеявшись произнес Мерт. – А чертовски плохи. Как насчет заказать гроб прямо сейчас?

– Можно и кремацию, – вставил Сефу. – Недорого.

– Что бы я без тебя делал?

Ответа явно не требовалось, но ифрит на всякий случай пояснил:

– Гнил бы в земле. Кормил червей и все такое.

– Меня сейчас вырвет, – предупредила Алиша, и Сефу пожал плечами.

Она вновь посмотрела на джина. Тот скучающе глядел на небо – солнце уже почти скрылось за горизонтом. Алиша тяжело вздохнула, понимая, что он совершенно ничего не намерен им рассказывать. Оставалось только одно – вот только прибегать к этому способу ужасно не хотелось.

– Проси что хочешь, Серхат.

– Нехорошо, – прокомментировал Мерт, – отвратительно.

Серхат перевел взгляд на Алишу, и в его глазах впервые появился интерес.

– С каких пор тебя интересует что-то кроме лекарства? – уточнил он. – Султан, Наим. Тебе ли не плевать?

Алиша могла бы рассказать джину про Бальту и сделку с ним, но ей ужасно не хотелось этого делать. Серхат был хитрым. У него получилось бы вывернуть любую ситуацию себе на пользу, и Алише нужен был запасной план. Не удастся получить лекарство от джина – она получит его от Визиря. И Серхату об этом знать не следует.

– Кто-то стер мне память, – стараясь говорить, как можно уверенней, произнесла Алиша. – И я хочу знать – почему? Откуда этот список, и связан ли с этим Султан? Я просто желаю знать правду, разве этого недостаточно?…

– Недостаточно.

Алиша озадаченно замолчала.

– Желание знать правду – недостаточно, – повторил Серхат. – Ты никогда не хотела знать правду.

– Все меняется, – развела руками она. – Я предлагаю тебе все, что хочешь. Откажешься?…

Джин ненадолго замолчал, а потом молча протянул руку, и Алиша передала ему уже порядком потрепанный список имен. Серхат пробежался по нему глазами и на секунду его лицо дрогнуло, принимая знакомый облик – вот только чей он, Алиша не успела понять.

– Бальта, – задумчиво произнес джин. – Конечно, это Бальта.

– Я думала, что это список тех, кто мог быть причастным к похищению Султана, – начала было Алиша. – Но не зачеркнуто всего одно имя – разве один Бальта мог организовать все это?…

– Да, вполне, – равнодушно откликнулся Серхат. – Но это не он.

Алиша посмотрела на него, с надеждой ожидая, что сейчас джин выдаст все, что знает, но тот опять замолчал.

– Великий Визирь? – предположила она.

– Хотите найти виновного – ищите сами, – ответил Серхат. – Этот список к похищению Султана не имеет никакого отношения.

– Какой тогда в нем смысл? – озадаченно переспросил Мерт. – Там все – сплошь из дворца.

– Дыхание солнца, – Серхат поднялся со стула, и сделал пару шагов к Алише. – Так называется зелье. Все как обычно, травы, несколько часов на приготовление – вот только мой рецепт не полный.

– К чему это?

– Оно мне нужно, – усмехнулся джин. – Зелье. И я не люблю, когда мне что-то мешает, понимаешь?

– Никогда не слышал о таком, – озадаченно произнес Мерт. – Дыхание солнце? Звучит странно.

Факелы по периметру двора вспыхнули один за одним заставив Алишу вздрогнуть. Она обернулась к Сефу, и тот кивнул ей – пламя ифирит зажег специально для нее.

Серхат протянул Алише обратно список. Джин был намного выше ее, и, чтобы смотреть ему в лицо, ей приходилось запрокидывать голову.

– Я не люблю повторять несколько раз, но ты так неудачно потеряла свою память. Что тут поделать? – улыбнулся своей жуткой улыбкой Серхат. – Загадка была такой: перед похищением Султана во дворец пришли двое.

Казалось, даже треск пламени на пару секунд стал тише.

– Двое прибыли до восхода солнца и успели покинуть дворец, пока не начался полуденный зной. Они были одеты странно – люди из дворца так не одеваются. Да и говор у них был вовсе не местный.

– Демоны? – предположила Алиша.

– Ты плохо о нас думаешь, Айла, – покачал головой Серхат. – Да и к тому же, у тех двоих не было клыков и когтей.

– У тебя их тоже нет.

– Да, но даже простые зеваки бы поняли, что перед ними не джины, – ответил тот. – Скорей, они назвали бы их разбойниками из Пустынь.

Алиша окончательно запуталась. Да, разбойники иногда встречались в Соргии, и пусть их было сложно отличить от обычных людей, но во дворец таких бы никто не впустил. Разбойники из Пустынь занимались тем, что грабили караваны, которые шли из Мирдая – одного из торговых городов Соргии, в столицу. От Бахта Алиша слышала, что они уже давным-давно стали повесткой дня во дворце. Со совсем скоро ими должны были заняться всерьез, но похищение Султана спутало все планы.

– Как разбойников могли пустить во дворец? – спросила Алиша.

– Не знаю, Айла, меня там не было, – хитро улыбнулся Серхат. – Итак, двое разбойников входят во дворец. Нам неизвестно, кто они такие, неизвестно, зачем они пришли, но мы знаем, кто находился там помимо них. Кто гостеприимно распахнул перед ними двери и провел пару часов за непринуждённой беседой.

– Хочешь сказать, кто-то из дворца общался с разбойниками из Пустынь? – поняла она. – Серхат, это даже звучит глупо.

– Нет, Айла, – неожиданно серьезно произнес Мерт. – Вовсе не глупо. Султана ищут уже несколько дней – с теми ресурсами, которые есть у Тайной жандармерии и полиции этого времени было достаточно, чтобы прочесать всю Соргию и близлежащие города. Кроме…

– Кроме Квартала слез, – отмахнулась Алиша, и вдруг замерла, поняв, к чему клонит Мерт. – И Пустынь. Квартала слез и Пустынь, и если Султана нет здесь, то он…

– То он может быть давным-давно мертв, – подал голос Сефу.

– Что за странная тяга к смерти? – пробурчал Мерт себе под нос.

– Готовлюсь на будущее.

– Такое себе у тебя будущее.

– Я просто реалист, – Сефу зевнул, демонстрируя свое отношение к этому разговору и Мерту в частности.

– Если Султан и правда в Пустынях, то те двое разбойников, возможно… – Алиша глянула на список в руке. – Нет, постой, ты хочешь сказать, список – это те, с кем они могли общаться во дворце?…

Серхат ничего не ответил. Наверняка ему казалось, что он и так сказал достаточно.

Алиша работала во дворце, она была в силах составить этот список. Вполне возможно, в свой прошлый визит к джину, Алиша вычеркнула тех, кто точно не мог встречаться с разбойниками – кто, например, весь день провел в тренировочном зале или в кабинете за бумажной работой. И остался только один.

– Бальта?

– Это же предсказуемо, не так ли? – джин наклонился ближе к ней. – Знаешь, как Бальта пробился в Визири? У него много связей. Разве удивительно то, что нашлась парочка знакомых разбойников?…

Алиша схватилась за голову.

– Ты сказал, список не имеет отношения к похищению Султана. Значит, и разбойники тоже. Так в чем смысл?…

– В моей награде за то, что помогу вам в очередной раз, – ответил Серхат. – Было у нас с теми милыми ребятами из Пустынь пара разногласий, но это дурацкая предыстория и она совершенно не важна. Важно лишь то, что полный рецепт Дыхания солнца теперь у них. Глупо, да? Они ведь даже не умеют готовить зелья.

– Хочешь, чтобы мы нашли их? – поняла Алиша.

Мерт глянул на Серхата и исправил ее:

– Нет, он хочет, чтобы мы достали ему рецепт Дыхания.

Джин улыбнулся и отошел от нее.

– То есть, нам нужно найти разбойников и каким-то образом выпытать у них рецепт зелья, про которое никто, кроме Серхата, не слышал? – подытожила Алиша.

– Звучит… Вполне, – прокомментировал Сефу, и, когда Алиша с Мертом обернулись к нему добавил:

– Нет, даже не думайте. Я не буду вам помогать. Я, может, и уважаю смерть, но не в таком раннем возрасте.

– Невозможно, – вновь повернувшись к джину, сказал Мерт. – Мы их даже не найдем.

Тот пожал плечами.

– Вы отлично ладите с Бальтой, – многозначительно глянув на Алишу, произнес он. – Заключаете сделки. Знаете, где его найти.

Он сделал вид, что задумался.

– Например, завтра на рассвете.

От этого волосы вставали дыбом – Серхат слово в слово повторял разговор с Визирем. Мерт говорил, что джины слышат и знают все, что происходит в Квартале слез, но привыкнуть к этому казалось невозможным.

– Но я всего лишь предложил, – закончил Серхат.

С каждым шагом, с каждым новым действием и решением на Алишу сыпалось все больше и больше проблем. Она все размышляла над тем, насколько справедливым было одарить такое существо, как Серхат, магической силой. Ей казалось, что колдовство должно служить во благо, но Южная Империя с каждым новым днем разбивала эти глупые ожидания. Алиша думала, что Серхат согласится помочь ее сестре – пусть за деньги, но согласится, но джин ни в чем не нуждался, особенно в деньгах. Ему просто было скучно. До того скучно, что он водил Алишу за нос несколько дней, прежде чем признаться в том, деньги в Квартале слез совсем не так важны, как услуги. Сделки, он сказал – сделки. Но теперь Алиша с каждым шагом оказывалась все дальше и дальше от спасения сестры, и от безысходности хотелось рыдать навзрыд.

Алиша устала от этой чужой страны, от чужого языка и чужих взглядов на мир. Ей хотелось домой, к семье, но единственное, что она могла сделать – пытаться уговорить Серхата помочь. Пытаться, всего лишь пытаться, потому что Алиша даже не представляла, насколько несговорчивым окажется джин.

– Ладно, – с трудом выдавила она из себя. – Ладно. Дыхание солнца. Зелье. Что ты предложишь в замен?…

– Расскажу вам все о похищении Султана, – развел руками джин. – И о том, кто украл Наим из моей лавки. Могу и о нашем прошлом разговоре поведать, но не думаю, что в этом еще есть смысл.

Алиша не отвечала. Она ждала еще одного пункта. Но Серхат только улыбнулся уголком губ, не собираясь продолжать – он прекрасно понимал, чего хочет от него Алиша.

– Серхат, – судорожно сглотнув, сказала она. – Как насчет… Моей сестры?…

– Ты же предлагаешь мне отправиться в другую страну ради незнакомой мне девушки, Айла, – мягко произнес Серхат. – Увы, колдовство нельзя спрятать в стеклянную колбу.

Земля, казалось, ушла из-под ног.

– Зелье можно, – голос Алиши дрогнул.

– Нет такого зелья, которое спасло бы ее.

«Так сделай!» – хотелось крикнуть ей прямо в лицо Серхату, но Алиша только сцепила руки в замок, и опустила взгляд, чтобы не выдать той ярости и отчаяния, которые разрывали ее изнутри.

– Это значит «нет»? – тихо спросила она.

– Это значит – я еще не нашел подходящей сделки, – ответил Серхат. – Когда пойму, что хочу взамен – я уверен, мы договоримся.

В полумраке сумерек пламя факелов освещало лицо джина – и, казалось, сквозь бесконечно сменяющие друг друга образы проступает одна единственная форма. В свете огня кожа Серхата становилась совсем белой, как мрамор – мрамор Алиша видела – в Жемчужном Граде им украшали замки. О чем думает джин, понять было невозможно – его черные глаза, казалось, совсем ничего не выражают.

– У меня больше нет времени ждать, Серхат, – в отчаяние прошептала Алиша.

Повисла тяжелая тишина. Даже Сефу, безразличный обычно ко всему, не рискнул ничего сказать.

– Айла, такое бывает, – произнес джин. – Люди – очень хрупкие. И не только люди. Ты думаешь, я тебя не понимаю?…

Алиша замотала головой и сделала пару шагов назад.

– Нет, Серхат, нет, – произнесла она, стараясь не дать воли эмоциям. – Не понимаешь.

– Ты ошибаешься. Я долго живу. Знаешь, сколько трагедий происходит вокруг? Обернись. Прямо за тобой двое, и каждый из них носит свою беду.

Алиша тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. Глянула на Мерта, и тот недовольно поджал губы.

– Беду?…

– Мы поняли, Серхат, – перебил Мерт. – Зелье в обмен на Султана. Отлично, на этом и закончим.

– Да, атмосферка так себе, – зевнул Сефу. – С вами, ребята, не повеселишься.

– А у тебя шикарное чувство юмора, верно?

Мерт взял Алишу за руку и потянул к выходу.

– Не нравятся шутки про смерть? – Сефу вновь зажег огонек на кончиках пальцев.

– Не очень.

– А мне нравятся, так что слушай молча.

– Серхат! – прежде, чем ифрит захлопнул перед ней дверь, ведущую во внутренний двор, крикнула Алиша. – Серхат, у меня всего неделя!

Но тот ничего не ответил, только наградил Алишу долгим и внимательным взглядом черных глаз. Сефу закрыл дверь, и вокруг вновь воцарилась темнота, нарушаемая лишь светом пламени в руке у ифрита.

Втроем они прошли через коридор в полной тишине, и только когда вновь оказались на улице, Мерт осторожно положил руку Алише не плечо.

– Ох, Айла, – протянул он.

Та сбросила его руку и отвернулась, не желая об этом говорить.

На улице было шумно – изредка откуда-то доносился смех и слышались удивленные возгласы. В лавке напротив незнакомец о чем-то горячо спорил с продавцом. В руках он держал колбу – каждый раз при встряске внутри что-то начинало светиться. Кто-то из проходящих мимо демонов кивнул Сефу, и одним ловким движением запустил в воздух сноп искр, здорово повеселив этим свою спутницу. Следом за этим раздался звон где-то рядом, чужая ругань, а затем – шипение. Видимо, кто-то разбил флакон с зельем.

Сейчас Квартал слез был похож на остальную столицу – такую же шумную и веселую, с огнями, то и дело вспыхивающими то здесь, то там.

Вот только Алише совсем не было до этого дела.

– Джины не исполняют желания, Айла, – произнес ифрит у нее за спиной, но та даже не обернулась в его сторону. – Это опасная сказка. На твоем месте я бы поискал другой вариант.

– Такое себе утешение, – вместо нее ответил Мерт.

– Это не утешение, это совет. Хочешь один для тебя?

– Попробуй.

– Найди нормальную работу и прекрати лазить в центр города.

Мерт фыркнул.

– О да, я подумаю, – с сарказмом протянул он. – Как насчет огнеглотателя? Нормальная работа?

– Ну, можем попробовать сравнить с твоей нынешней, – в тон ему ответил Сефу. – Ах да, у тебя же вроде нет работы?…

– Какая же ты заноза, – выдохнул Мерт.

– «Заноза» звучит гордо, – сказал ифрит. – Эй, Айла.

Та, наконец, обернулась к нему и устало потерла глаза.

– Мы выступаем через пару дней. Рядом со Старым Городом – это далеко от центра. Там безопасно. Денег, конечно, совсем не соберешь, но жандармов не так много.

Та озадаченно хмыкнула. Неужели Сефу ее жалко? Сефу?… Вряд ли. Ифрит даже ругался без эмоций – так, для галочки.

– Это приглашение? – уточнила она.

– Только если придёшь без Мерта.

– Поздно. Я приведу жандармов прямо к началу выступления, – влез тот.

– Тогда придется сдвинуть твою кремацию на более ранний срок.

– Ненавижу тебя, Сефу.

– Плохие эмоции – это тоже эмоции. Я рад, что…

– Терпеть не могу.

– Ладно.

– Буду рад, если тебя поймают жандармы.

– Я понял.

***

Руфь сидела напротив него – холодная, отрешенная, создающая невероятный контраст с шумными демонами в таверне. За соседним столиком раздавался смех и звон бокалов, а Руфь за все время, что они тут находились, не произнесла ни слова. Иногда Алику казалось, что та даже не моргает – просто молча смотрит в пустоту своими серыми, совсем не живыми глазами. Кожа у Руфи была светлая – Алик видел такую только у джинов, а волосы – черными, как уголь. Вся девушка была похожа на куклу. Из тех фарфоровых, которые иногда с Востока везли в Мирдай – она казалась необычайно хрупкой. Худая, с явно выступающими острыми ключицами и резкими, неловкими движением, Руфь совсем не выглядела опасно. Алик был уверен: многие смотрят на нее с сочувствием, наверняка видя в этой белой коже и неловкости болезнь. Но Руфи иногда удавалось напугать даже его, а Алик еще пару лет назад, кажется, совершенно утратил чувство страха. Просто Руфь была другой. Настолько другой, что джины Алику казались роднее, чем она.

Алик еще раз глянул на Руфь и прицыкнул языком.

Таверна была маленькой, шумной, и никто из демонов не обращал ни на Алика, ни на Руфь никакого внимания. Здесь привыкли к странностям. Да, пусть Алик и был человеком, а люди в Квартале слез привлекали внимание, но с первого взгляда на него становилось понятно: он из Пустынь. Загорелая кожа, платок из грубой ткани, небрежно спущенный на плечи – людей из Пустынь можно было легко узнать по тому, как они одевались. Несколько слоев одежды – чтобы спрятать любой открытый участок кожи, и никаких остроносых ботинок из тех, что любили местные модники – попробуй в таких пройтись по пескам. Шелк, который так обожали жители столицы, Алик на дух не переносил – скользкий, тонкий, совершенно не практичный. У тех, кто привык жить в Пустынях, Алик никогда не встречал этой ткани.

Ну, разве что в коробках, которые перетаскивали с ограбленных караванов.

Он отодвинул от себя чашку с кофе – алкоголь Алик терпеть не мог.

– Смотрю на тебя, и аппетит пропадает, – сказал он Руфи. – Улыбнись, ну.

Та глянула на него совершенно равнодушно.

– Мне жарко.

Алик закатил глаза.

– Сними платок.

Руфь была одета почти так же, как и Алик, но мешковатая одежда совершенно ей не подходила – будто болезненную, изломанную кукольную принцессу для забавы нарядили в обноски.

– Нет, ты не понял, – ответила девушка. – Мне здесь жарко.

– В Южной Империи? – переспросил Алик и поморщился. – Господь, говоришь так же коряво, как и пару месяцев назад. Знаешь, почему?

Руфь не ответила. Только продолжала пялится на него своим ничего не выражающем взглядом.

– Потому что ты не с кем не говоришь, – сказал Алик, наклоняясь к ней ближе. – Ни слова, сечешь? Как ты собралась учить язык, Руфь?

– Я не собиралась.

Алик фыркнул и откинулся на спинку стула. Общаться с Руфью – как болтать с камнем.

– Я не буду вечно говорить за тебя, – он сложил руки на груди и глянул в небольшое окошко совсем рядом с их столиком. – Давай, учись, если хочешь остаться тут.

– Я не…

– Я не хочу, я не хочу, – передразнил ее Алик, не в силах больше слушать отрывистые фразы, исковерканные жутким акцентом. – Будто у тебя выбор есть, Руфь. Сама сюда сбежала, так прекращай капризничать и принимай местные правила.

В этот момент он удивленно распахнул глаза, и поддался ближе к окну.

– Да быть не может.

По улице шли двое – девушка и парень. Парень был явно из демонов – клыки, когти, но Алик его не знал. Зато отлично помнил девушку. Светлые волосы, выбивающиеся из-под платка, бледная кожа – иностранка. Алик не мог как следует разглядеть ее лица, но ему и не нужно было – в Соргии иностранцы встречались не так уж и часто. Тем более движения у девушки были резкими, нервными – как Алик и запомнил. Сомнений не оставалось. Это она.

– Слушай, ты не черта не сделала, – раздраженно бросил Алик Руфи и встал из-за стола. – Серьёзно, я тебе говорил, Наим – всего лишь зелье, мне нужно что-то надежнее. Ты просто меня прослушала, да?

Руфь молча смотрела на него.

– Вставай, – зло бросил Алик, хватая ее за руку. – Дьявол, я же тебя просил! Одно заклинание – разве сложно?

– Что происходит? – размеренно спросила Руфь, явно стараясь подобрать слова.

– Девчонка, – Алик дернул ее, и та неловко поднялась вслед за ним. – Та, что в лавке у Серхата – вон она.

И он толкнул Руфь к окну, чтобы она увидела.

– И что? В чем… проблема?

– Она в Квартале слез, – раздраженно пояснил Алик. – Под ручку с каким-то демоном. Вот в чем проблема. И знаешь, откуда они вышли?…

И, не дожидаясь ответа, продолжил:

– В той стороне – лавка Серхата. Они оттуда идут, я клянусь. Я просил – сотри всю память, но она здесь – и что это значит?

– Чт…

– Да она помнит, Руфь! Давай, признайся – тебе было лень. Ты просто не сочла это необходимым, но знаешь, что? Ты слушаешь меня, поняла? Мы не команда. Я говорю, а ты делаешь, не больше и не меньше.

– Может, она тут живет.

Алик нервно расхохотался.

– Она должна была забыть, где живет. Да и ты сама себя слышишь?… Иностранка из дворца, живущая в Квартале слез?… Это бред.

Он потянул Руфь к выходу из таверны.

– Куда мы?

– Исправлять то, что ты наделала, – бросил Алик. – И в этот раз ты будешь слушаться меня. Поняла?

Руфь не ответила, и он остановился.

– Руфь.

– Да, – кивнула та. – Я буду.

– Ты у себя наделала ошибок, так не наделай здесь, черт возьми. Тут ты ничего не понимаешь, поэтому делай, что говорю, и не смей мне мешать.

Руфь опять промолчала, но времени на то, чтобы выпытывать ответ, у Алика не было. Вместе они вышли на улицу, и он успел заметить, как двое завернули за угол одного из домов. Он оглянулся – отсюда отлично был виден дом Серхата, и наткнулся на чужой взгляд.

На крыльце дома стоял молодой парень. Заметив, что Алик на него смотрит, он со скучающим видом раскрыл ладонь, и прямо на коже вспыхнуло пламя. Огонь пробежался выше по руке, потухнув у самого края рукава закатанной рубашки, и незнакомец улыбнулся уголком губ Алику.

Тот усмехнулся.

– Ясно, Серхат, – пробормотал он. – Я понял.

***

Закира прекрасно знала, зачем Доган взывает ее к себе. Она с удовольствием проигнорировала бы просьбу Великого Визиря, сославшись на занятость – ситуация позволяла, но Доган теперь был не просто Великим Визирем. Он был правителем.

– Пусть солнце освещает вам путь, – Закира склонила голову, как того требовали правила.

Кланяться Великому Визирю ей было противно. И Бальта, и Доган – оба заняли свои посты, подставив двух предыдущих Визерей. Искусно сплетя свои интриги – Закира отлично помнила то время. И ей такое претило.

– И ночь не скроет ваших врагов, – кивнул Доган. Он стоял у окна, сложив руки на груди, и явно выглядел озабоченным чем-то.

– В чем дело, Великий Визирь? – спросила Закира, оглядываясь на стражу у дверей. – Мне сказали, это срочно.

Она сделала было шаг к Визирю, но один из стражников неожиданно преградил ей путь. Закира глянула на него, и тот испуганно сглотнул, но не отступил.

– Сдайте оружие, Закира, – велел Доган. – Вы в кабинете у правителя.

– Великий Визирь, при всем уважении… – она с трудом заставила себя замолчать. Еще раз посмотрела на стражника – он не принадлежал Тайной жандармерии, и напрямую не подчинялся Закире. Перевела взгляд на Догана.

– Ладно, – она одним движением отцепила ножны с саблей. – Как скажите, Визирь.

– Великий Визирь.

Закира протянула оружие одному из стражников и, стараясь не поддаваться гневу, повторила:

– Великий Визирь.

Тот кивнул, и Закира наконец прошла в кабинет, стараясь не обращать внимания на стражу. Без своего оружия она чувствовала себя неуютно – мучительно не хватало тяжести сабли на бедре. Наверняка Доган этого и добивался. Иначе вряд ли он стал бы такое требовать – Великий Визирь знал, что Закира никогда не опустится до того, чтобы напасть на него.

Ох, нет, она дождется казни. Этого будет вполне достаточно.

– Речь о судах Северных Царств? – тут же сообразила Закира. – Я уже говорила об этом с Бальтой.

– Не только, – размеренно ответил Доган. – Я понимаю важность вашей работы, Закира. В конце концов, мы надеемся разыскать Султана живым.

«Ты будешь только рад, если он не вернется во дворец», – подумала та, но ничего не сказала. Лишь молча кивнула.

– Разве что… – Доган поморщился. – Методы, Закира. Методы. Я не собираюсь устраивать вам выволочку за историю с судами, но, поймите, отношения с Северными Царствами нам важны. Мы не можем рисковать ими из-за вашего расследования – каким бы важным оно не было. У нас, знаете ли, не лучшее…

Он задумался, подбирая слово:

– Не лучшее взаимопонимание с Царствами.

– Дело идет к войне, – бросила Закира. – Вы это хотели сказать?

Доган хмыкнул.

– Вы слишком прямолинейны.

– А вы излишне сглаживаете углы. Начнется война, Великий Визирь, и без Султана нам ее не выиграть. Вы не поведете войска, ваш авторитет подорван заговором, и…

Закира осеклась. Доган нехорошо прищурился.

– Вы обвиняете меня в похищении Султана?

– Нет, – тихо ответила она. Врать Закира ненавидела. – Я говорила лишь о слухах.

– Занимайтесь своим делом, Закира, и оставьте дипломатические отношения с Северными Царствами Визирям. Поверьте, они знают свое дело. Им, разве что, не стоит больше мешать такими необдуманными решениями.

Она промолчала.

Доган не выглядел уязвленным обвинением в заговоре. Ему, наверное, было не привыкать, но тот взгляд, каким он наградил Закиру, заставил ее сделать шаг назад. Это было угрозой, предупреждением – и без оружия перед Великим Визирем Закира чувствовала себя до отвратительного слабой. Она уже давно отвыкла от этого ощущения.

– Я поняла.

– Это не все, Закира.

Предчувствие было не хорошим.

– В чем дело?

– Меня никогда не волновало ваше прошлое, Закира, – начал Великий Визирь. – У нас, знаете ли, слишком много людей и слишком много трагедий, чтобы обращать на них внимание.

Она неосознанно опустила руку, пытаясь нащупать гарду сабли, но пальцы схватили лишь воздух. Оружие успокаивало – оно давало Закире ощущение силы.

– Не то чтобы я не знал о том, что случилось с вашей семьей, – спокойно продолжил Доган. – Но вы всегда выполняли свои обязательства, и у меня не было причины сомневаться…

Он осекся. Глянул на стражу и жестом выпроводил их из кабинета. Все это – и внезапное молчание, и желание поговорить наедине – было насквозь фальшивым. Великий Визирь делал вид, что заботится о репутации Закиры, но на самом деле он заботился лишь о себе. Потому что Закира уже прекрасна знала, какой будет следующая реплика.

– Я не уверен в том, что вы в состоянии вести это дело.

Она не могла заставить Догана замолчать. Не могла попросить его не ворошить прошлое, не заставлять чувствовать то, что преследовало Закиру всю жизнь – не могла. Поэтому просто стояла, глядя на него, и изо всех сил старалась сдержать совершенно неконтролируемую ярость.

– Позвольте спросить – почему же? – зло произнесла она. – Я давала повод сомневаться в себе?

– Закира, демоны причастны к убийству вашей семьи, – мягко произнес Великий Визирь. – У вас есть право злиться. Но теперь подвалы дворца полны крови. Нам буквально не хватает камер, чтобы содержать всех пленников. Это больше не расследование, Закира. Это охота.

Он наклонился ближе к ней.

– У вас, наконец, появился шанс отомстить. Но мстить всем демонам подряд – глупо.

– Отомстить? – Закира метнулась к Великому Визирю, но вовремя опомнилась. – Великий Визирь, в подвалах дворца – преступники. Все они убийцы, и вы говорите – слишком много трагедий, так, значит, с этим нужно что-то делать. И я знаю, что делать, я!

Внутри разом вскипела ярость, и Закира сделала пару шагов назад от Визиря, чтобы не было искушения броситься на него – просто так, без оружия.

– Не сомневаюсь.

Доган даже не сдвинулся с места – ярость Закиры его не пугала.

– Что вы хотите? – с трудом взяв себя в руки, спросила она. – Кто, кроме меня, найдет Султана?…

– Никто, – как само разумеющееся, ответил Великий Визирь. – Но в ваших силах понять, что это – тупик. В Квартал слез не попасть, а из-за ваших облав демоны перестали появляться в городе. Исполнителей не найти.

Закира выдохнула. Потратила еще пару секунд, чтобы прогнать мешающую ей злость, и размеренно произнесла:

– Ваши предложения?

– Займитесь Пустынями, – сразу же перешел к делу Доган. – Я знаю: ваши информаторы уже сообщили местонахождение лагеря разбойников. Вот только вы, почему-то, не спешите пользоваться этой информацией.

– Мы не располагаем ресурсами. Лагерь в двух днях от города, и я, Великий Визирь – начальница Тайной жандармерии, а не глава кочевников. После такого изматывающего пути у нас не будет эффекта неожиданности, не будет времени, не будет ничего. Это тупик.

Доган ухмыльнулся.

– Это не тупик, Закира, это отговорки. Давайте на чистоту: у вас есть еще один вариант?

И он взглянул ей в глаза. Взгляд Великого Визиря вынести было сложно – он будто выворачивал наизнанку. Ярко голубые глаза, хищные черты лица – все это будто возвращало Закиру в день похищения Султана.

Ее учитель говорил, что единственная слабость Закиры – прошлое. Она совершенно не умеет его отпускать.

– Я хочу попасть в Квартал слез.

Доган вопросительно поднял бровь.

– Ваши жандармы смогли найти путь?… Насколько я знаю, редко кому из людей это удается.

– Нет, – ответила Закира. – Но я найду. Дайте мне пару дней, Великий Визирь, и Квартал слез будет наш.

Тот ненадолго замолчал, раздумывая. Он мог отказать, но тогда это было бы до отвратительного похоже на препятствие расследованию. К тому же, Закира была уверена: исполнители среди демонов. Вряд ли они успели бы уехать из Соргии, границы закрыли почти мгновенно – ослушаться Закиры иногда было смертельно опасно. И кому нужно прятаться в Пустынях, когда можно с комфортом устроиться в Квартале слез, с их рынками и тавернами, зная, что никто из дворца никогда не сможет попасть туда. Закира пыталась, много раз, но ей не удавалось. Демоны великолепно различали жандармов даже под прикрытием.

– Два дня, Великий Визирь, и мы начнем собирать отряды в Пустыни.

Для этого пришлось бы отозвать жандармов из города, а это значит – свобода демонам. В таком случае, лучшие отряды придется отправить к разбойникам, и ситуация в городе выйдет из-под контроля.

– И вы встанете во главе.

Закира раздраженно выдохнула.

– Я не смогу поддерживать нормальную связь со своими отрядами в городе.

– Оставьте это Яману, – хмыкнул Доган. – Он отлично справляется.

Яман был правой рукой Закиры. Она многое могла ему доверить, но только не борьбу с демонами – в Ямане не было той злости, которая необходима Закире. В критический момент он выберет отступить, а это почти никогда не являлось правильным решением.

– Ладно, – наконец, произнесла она. – Два дня. Я поведу отряды.

Доган удовлетворенно кивнул.

Он оставляет город Бальте, вот что он делает – это Закира уже поняла. Отправляет ее как можно дальше, чтобы его щенок смог спокойно болтать с демонами, как он обычно делает, и замести все свои следы. Вернувшись из Пустынь, Закира уже не найдет никаких улик против Бальты, она уверена.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.