Вика Никонова
Аргон

Пролог.

– Хэй, Торранс, налей-ка мне ещё один стаканчик!

– А, может, лучше уже вышвырнуть тебя отсюда?

Зычный прокуренный голос бармена заставил Теллу вздрогнуть, но она всё равно упорно била по стойке.

– Ты чего такой злой? С клиентами, вообще-то, так не разговаривают.

Аквамариновые глаза были направлены на периодически мигающую неоновую вывеску "Грэг".

– Да какая ты клиентка? Издеваешься надо мной, Морган? Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Хватит на сегодня выпивки.

Раздался последний удар, и девушка слезла с высокого стула. Чуть покачнувшись, небрежно отмахнулась.

– Ну и ладно.

Грэг устало вздохнул. Подруга надоела ему до боли в животе. Отчего-то именно справа.

Светло-сиреневого цвета шевелюра в последний раз мелькнула у двери и скрылась в ночной темноте. Торранс обернулся и взглянул на светящееся нежно-голубыми тонами своё имя.

«И чего она на него уставилась?».

Мужчина взял тряпку, протёр небольшой слой пыли с ламп и улыбнулся. Ему нравился его бар, в отличии от пристрастия Теллы к спиртному.

А ведь всё из-за этого подонка, что сейчас, скорее всего, находился в обществе очередной легкодоступной девицы. Грэг стал массажировать веки. Разом навалилась усталость.

***

– Сдохнуть проще, ей богу.

Лёгкий ночной ветер растрепал волосы. Одна короткая прядь на носу, другая во рту. Телла плюнула и уставилась на слюну стеклянным взглядом. Та медленно текла, смешиваясь с грязью асфальта.

«Прямо как я».

Резко подняв голову, Морган увидела усеянное звёздами небо. Только через минуту промелькнула мысль, что их как-то многовато. У неё двоилось в глазах.

«А ведь раньше мы смотрели на звёзды вместе, да, Леон?».

Стелла растёрла слюну ботинком и, пошатываясь, побрела под тускло светящими фонарями в следующий бар.

Первая.

– Послушай, я перезвоню позже. У меня дела, Шер. Всё, давай, пока.

Телла раздражённо бросила мобильник обратно на пружинистый диван. Телефон ненадолго подпрыгнул, потом приземлился обратно.

Голова раскалывалась. Глаза опухли. Изо рта несло чем-то кислым.

После очередной попойки сначала у Грэга, а потом ещё где-то в трёх-четырёх левых барах, Морган хотела сдохнуть. Не умереть, а именно сдохнуть.

Вздохнув, Телла встала и пошла умыться. Смыть с себя всю прошлую ночь и снова отправиться покорять Сиэтл – второе после сдохнуть желание.

Сиреневые волосы были в полном беспорядке, что можно сказать и о самой жизни девушки. У неё всегда и везде царствовал беспорядок. Он душил, но жить с ним было приятно. Из-за недостатка кислорода в крови, наверно.

Холодная вода освежала, дарила бодрость. То, что сейчас было жизненно необходимо, скорее всего, не спасло бы её от похмелья, но как минимум избавило бы от навязчивых и тошнотворных мыслей о Шервуде.

Слишком слащавый парень, которому повезло прийти в жизнь Теллы в самый подходящий для него момент. Тогда, когда она была сломлена, растоптана и унижена. А теперь от него никак не получалось избавиться. Морган казалось, что Шер уйдёт от неё лишь в одном случае – если умрёт. Сдохнет.

Нет, он был хорошим. Даже чересчур. Не его вина в том, что Стелла любила другого.

Сварив себе латте, девушка села за круглый бежевый стол. Посередине стоял милый кактус, об который она всё время укалывалась, но духу не хватало убрать. Слишком милый.

Телефон, который Телла взяла с собой, чтобы полистать ленту инстаграма, разразился песней "Die Die My Darling". Морган закатила глаза и приняла вызов.

– Что опять?

– Мы не договорили. Где ты вчера была? – раздался тенор, который сегодня она уже слышала.

– У Грэга.

– Выйди, я жду у подъезда.

Шервуд сбросил, Телла хмыкнула. Возмущённый тон совсем ему не шёл. Томпсону бы в хоре петь, а не ссориться.

Но всё-таки девушка надела пальто, закинула в рот мятную жвачку и вышла из квартиры. Какая-то нелепая жалость к нему заставляла снова и снова брать трубку, идти на встречу и оправдываться, делать вид, что не всё равно.

«Сама виновата. Не надо было с горяча начинать отношения».

Телла заметила Шервуда. Блондинистые волосы развевались на холодном ветру, а руки он засунул в карманы серого бомбера.

– Я говорил с Грэгом. Он сказал, что ты ушла от него в десять.

Встав рядом, парень бросил на Морган укоризненный взгляд.

– И что? – невозмутимо ответила девушка. Её не очень волновала эта избитая ситуация. Не в первый раз она пила ночь напролёт и потом выслушивала нотации от Шера.

– Ты не пришла домой в десять! Где, чёрт возьми, ты была? У него?

Теперь спокойное состояние Теллы как рукой сняло. При его упоминании сносило крышу, мозг протестовал, и всем нутром хотелось кого-нибудь избить. Нелепая детская ревность выбешивала.

– Сколько можно приплетать его, а? Я просто бухала! Мне не пятнадцать, имею право. Ещё хоть слово по этому поводу, и ты меня никогда, понял, никогда больше не увидишь!

От такого напора Шервуд отступил. Стелла молилась – пусть скажет ещё что-нибудь. Тогда будет причина расстаться.

– Я просто волновался.

На этих словах лицо Томпсона сделалось таким виноватым, что девушке стало тошно от себя. В конце концов, его ревность не беспочвенная. Если бы только могла, Телла и вправду была бы с ним. Но она не изменяла Шервуду физически, и совесть её чиста. Ну, практически.

– Забей, от пары стаканчиков ещё никто не умирал.

Стелла решила пойти на мировую. Зря, наверно, но если взболтнёт чего лишнего – его проблемы. Она всё сказала.

– Сходим куда-нибудь вечером?

Шер почесал кончик прямого носа и вопросительно глянул на девушку.

Та не горела желанием идти на свидание с Томпсоном, но так было правильнее. Во-первых, изредка стоило выбираться куда-нибудь кроме баров, во-вторых, Телла чувствовала себя виноватой перед парнем.

– О'кей. Забери меня в семь.

– Замётано.

Он потянулся обнять Теллу на прощание. В его руках было тепло, но в груди девушки абсолютно ничего не щемило, бабочки в животе не порхали, только мозг автоматически отдал команду обнять в ответ. Морган услышала, как Шервуд облегчённо выдохнул.

«Какая же я лицемерка, Господи».

Вторая.

Стелла в чёрных бойфрендах, в водолазке цвета хаки, которая выгодно подчёркивала её грудь, и с маленькой сумкой через плечо смотрела в панорамное окно. Там, за окном, спешили куда-то люди, медленно опускалось солнце, попутно окрашивая небо в тёмно-оранжевые тона. Этот город никогда не засыпал. Плевать он хотел на то, что буквально через час наступит ночь. Живём здесь и сейчас, как будто учил Сиэтл. И Телла училась, пускай ни одному из её друзей это не нравилось. Главное – он бы одобрил. Она знала, что жить ради одного человека не правильно, но поделать с собой ничего не могла.

– О чём задумалась?

Шервуд подпирал подбородок. Сначала его взгляд упал на свисающий сиреневый локон, потом скользнул по алым губам.

– Просто любовалась видом. Когда, говоришь, принесут заказ? Уже двадцать минут ждём.

Он пожал плечами. После недолгого молчания, Телла заговорила:

– Как учёба?

Всё-таки тишина её тяготила. Девушка не любила эти многозначительные паузы, пугающие своей основополагающей пустотой. Кто бы что ни говорил, молчание не укрепляло отношения, а наоборот разбивало их вдребезги. По крайней мере, ей так казалось.

– Нормально. Скоро стану лучшим архитектором страны. У тебя как с работой? Поступать не надумала?

– Ты же знаешь, денег нет. А на работе ничего нового.

К их столику наконец-то подошла официантка.

– Извините, что заставила вас так долго ждать, – мило улыбнулась она в надежде, что чаевые ей всё-таки оставят.

Она поставила две кружки: одну с чаем, другую с кофе. Телла подвинула к себе латте, а Шер взял в руки мятный зелёный чай.

Официантка удалилась, а Томпсон сделал аккуратный глоток и спросил:

– Кто вообще пьёт кофе в девять часов вечера?

– Тот, кто не собирается спать ночью.

Телла прикусила губу, когда поняла, что сболтнула лишнего. Сейчас начнётся расспрос и расстрел в случае неправильного ответа.

– И что ты собираешься делать ночью?

Шервуд был ужасно предсказуем. Задавая явно интересующий его вопрос, неправдоподобно зевнул. Он делал вид, что доверяет. Делал вид, что всё равно. Косил под Стеллу. Это было так очевидно, что ей хотелось рассмеяться.

– Смотреть сериалы. Не хочешь присоединиться?

– Нет, не получится, извини. Мне завтра к первой.

Конечно, Телла знала ответ, иначе стала бы она рисковать своим весьма эстетичным планом напиться в одиночку. Да, послушный и правильный мальчик всегда оправдывал возложенные на него надежды. Кроме, правда что, одной – бросить её.

– Жалко.

Морган не хотела смотреть в карие глаза парня, поэтому решила изучить само помещение. Пастельные цвета, приглушённое освещение и книжные полки, стоящие вдоль стен, делали кафе уютным и родным, как бы банально это не звучало. Рядом с их столиком притаился маленький фикус. На его листочках лежал слой пыли, но это не отторгало, а напротив придавало большей чувственности общей картине.

– Стелла…

Девушка слишком резко повернулась, отчего хрустнула шея. Телла скривилась от неприятного жжения.

– Да?

– Ты сказала, чтобы я не поднимал эту тему, но… Почему ты начала пить? Я действительно переживаю.

Морган не знала, что ответить.

«Может, честно сказать, мол любимый бросил, вытрал об меня ноги и хлопнул дверью, а я до сих пор не могу забыть? Боюсь, ты не поймёшь, Шер. Ведь тебя на самом деле жалеть нужно, а не меня».

– Жизнь одна, так почему бы не провести её на полную? И да, я имела ввиду не говорить про Лео.

Телла как обычно соврала. Ложь вошла в список неотъемлемых вещей, без которых жизнь либо не имела смысла, либо была чертовски сложной.

– Разве? Извини, не так понял. – Томпсон почесал кончик носа, раздумывая над ответом. – Но ты же сокращаешь себе сроки, в чём смысл? Наполни её другими классными моментами.

Морган фыркнула. Девушке не нравилось, когда кто-то читал ей нотации. Наверное, потому, что в них была своя доля правды.

– Я сама разберусь со своей жизнью, о'кей? Это только моё дело и мой выбор. Ты либо принимаешь меня такой, либо наши пути расходятся.

Солнце незаметно, как нашкодивший ребёнок, убежало за горизонт. Небо потемнело, стало сине-фиолетовым, загорались фонари, но люди так и продолжали мчаться в неизвестность.

Шер вздохнул. Он не понимал Теллу, но почему-то был влюблён. Ему нравились её стойкий характер, острый ум, какая-то волшебная тайна, которую та берегла от посторонних взоров. Только если бы Шервуд копнул глубже, всмотрелся в детали, то осознал бы – это всё показное. Розовая пелена застелила взгляд, скрывая пороки и заставляя молча преклоняться перед идеализированной девушкой.

– Стелла, ну пойми же наконец, эти пьянки не закончатся хорошо. Поступи куда-нибудь, хочешь, я помогу? Мне не сложно. Я всего лишь хочу, чтобы ты была счастлива.

Морган встала, достала купюру и бросила её на стол. Ей надоело, нервы сдали.

– Откуда ты знаешь, что сделает меня счастливой, а? Может, мне нравится жить так. Кто дал тебе право решать за меня?

Парень молча отвёл взгляд. Он часто уступал ей, и этот раз не стал исключением. В конце концов, доводы Теллы всегда становились истинно верными.

– То-то же.

Она развернулась и выбежала из тёплого и уютного кафе на холодную улицу.

Третья.

Начался дождь.

Телла шла по улицам ночного Сиэтла и дрожала от холода. Волосы слиплись, кофта промокла. От приятного вечера и здорового настроения не осталось и следа.

Руки она засунула в карманы, сумка при каждом шаге ударялась об бедро.

«Что я делаю не так? Ну, за что мне всё это? Только быть обрызганной машиной для полного счастья не хватает».

По дороге мчались дорогие автомобили, и Телла предусмотрительно отошла подальше.

После поворота стала видна многоэтажка, которую девушка последние два года своей жизни называла домом, и где её ждали чудесные, терпеливые бутылки с мартини, вином и прочей дрянью. До всего Телла жила там вместе с ним, а после он оставил квартиру ей. Сама любезность и милосердие.

Морган ускорила шаг. Тяжёлые Мартинсы разбрызгивали уже успевшие образоваться лужи.

«Слишком много всего: мыслей, поступков, лицемерия, пустоты, бездушности и жестокости. Как избавиться от этого? Никак, чёрт, никак».

Смотря лишь вперёд, на заветное убежище, Телла упустила из виду дорогу. Целая стая брызг холодной и грязной воды окатила её с ног до головы.

Девушка остановилась. Из аквамариновых глаз брызнули слёзы, которые нельзя было заметить из-за множества дождинок, стекавших по бледному лицу.

Она почувствовала, как мощными и наглыми шагами к ней приближалась истерика. Лёгкие сжало, сердце стало биться в тысячу и один раз быстрее. Телле показалось, что всё – смерть пришла за ней. Но, к сожалению, это была всего лишь иллюзия.

Ей хотелось кричать, драть глотку, избить кого-нибудь, обмануть, напиться, изнасиловать, украсть, убить. В первую очередь – себя.

– Как же надоело, – вырвался слабый стон, и Стелла упала на колени. Прямо в месиво грязи и воды.

Она сидела так минут пять. Ни один прохожий не остановился, не подал руку помощи. На её остановке вышло одно абсолютное безразличие. Одна сплошная ненависть.

Телла захлёбывалась в слезах, тонула в своём горе. Конечно, дело было не в идиоте-водителе. Дело было только в нём.

Всё то, что она пыталась заглушить алкоголем, вырвалось наружу. Нужен был лишь толчок, и трубу прорвало. Все воздвигнутые наспех стены канули в Лету.

– Теллур, солнце моё, вставай.

Приятный, заставляющий забыться баритон раздался где-то надо мной.

– Я принёс тебе латте из соседней кофейни.

Глаза распахнулись, и я увидела острые скулы, бледную кожу, губы, так часто ласкающие меня, и выпирающие ключицы. Каждый сантиметр его идеального тела хотелось расцеловать. Я улыбнулась.

– Одно кодовое слово и ты уже не спишь.

– Конечно, какой дурак откажется от кофе в постель?

– Точно не ты.

Он поставил латте на прикроватную тумбочку и лёг рядом. От него пахло гелем для душа и сигаретами. Я даже знала какими: Кэмел, его любимые.

– Леон, скажи, где ты был всю ночь?

Парень смотрел на меня своими изумрудными глазами, такими вязкими и липкими, что хотелось утонуть в них.

– Прости, солнце, не могу удержаться.

Его губы накрыли мои, язык настойчиво проник внутрь. Меня как будто ударило током, а весь воздух вокруг нас наэлектризовался. Я знала, что сейчас произойдет, и совершенно не была против. Отдаться ему – высшая награда, которая только может быть. Все ненужные для него мысли мигом вылетели из головы, уступая место наслаждению.

Телла поднялась с колен. Истерика понемногу отступала, но её отголоски до сих пор звучали на просторах подсознания. До дома оставалось совсем немного, нужно было пройти всего несколько метров.

Но Морган не двигалась, застыла, словно многовековое дерево на британском заднем дворе.

Джинсы стали сырыми и грязными, что не удивительно. Волосы, как будто склеенные, скрывали омертвевшее лицо. Тушь потекла, помада смазалась. Сейчас она выглядела как зомби, только-только выбравшийся из-под земли.

Телла не знала, что делать. Ну, точнее знала – надо идти домой. Но смысл? Кто или что ждёт её там? Ненавистная пустота и парящая в воздухе пыль?

Дрожащими руками открыла сумку и, недолго покопавшись, вынула оттуда пачку сигарет вместе с зажигалкой. Телле пришлось крутить колёсико четыре раза – пальцы не слушались. Только на пятый вспыхнул слабый огонёк.

После пары глубоких затяжек девушка смогла более-менее успокоиться. Ломающие все разумные доводы о правильности её поступков флэшбеки ушли на задний план. Остался лишь Кэмел в руках да успевшее стать матово-чёрным небо.

Растоптав окурок, Стелла развернулась и пошла в обратном направлении. Эстетично выпить в одиночестве этой ночью не получится.

***

Пока шла, успела позвонить Грэгу.

– Слушай, я вся в дерьме и топаю к тебе в бар. Ты дома или на работе?

Удивление мужчины можно было распознать даже через телефон.

– В баре, конечно. Что случилось?

Телла нахмурилась от боли. Разбитые коленки дали о себе знать. Синяки обеспечены.

– Потом расскажу. Скоро буду.

– Эй…

Он что-то хотел ответить, поняла Телла, когда уже нажала на красную кнопку.

«Неважно. Через десять минут буду там».

Отчего-то Морган совсем не волновало то, как она выглядела сейчас. А ведь в баре должно быть много народу. Воскресенье, вечер и множество пьяных в стельку малолеток.

Стеклянная дверь отворилась, обнажая все секреты посетителей. В нос ударил запах пота и пива. Телле понравилось.

– Ты не шутила про дерьмо, да?

Стелла быстро пробежала сквозь толпу, словно ниндзя, и встала у стойки.  Грэг мельком посмотрел на неё и продолжил делать «Голубую лагуну».

– Какой примитив. Кто-то это до сих пор заказывает?

– Как видишь. Кстати, не советую оборачиваться.

Внутри Теллы разгорелся опасный интерес. Мозг сразу накидал парочку вариантов людей, про которых Грэг сказал бы «не оборачивайся». Их всего два. И узнать, кто именно, – ей было жизненно необходимо.

Четвёртая.

– Это он?

Мужчина вздохнул, поставил коктейль на стойку, почесал каштановую бороду и сказал:

– Можешь на складе переодеться.

Телла благодарно кивнула и быстро пошла в сторону склада. Она уже окончательно убедилась в том, что её предположение верно.

Небольшое помещение с полками, заставленными бесчисленными коробками с алкоголем на любой вкус. Если пройти чуть дальше, обнаружится деревянный шкаф. Его-то Морган и открыла. Внутри валялись фартуки с эмблемой "Грэг" и куча худи владельца. Телла выбрала одно из самых чистых и натянула его поверх водолазки. Толстовка была чёрная, с рисунком разбитого сердца слева.

– Не знала, что Торранс такой романтик, – хмыкнула девушка.

Однако колени так и остались в грязи. Стелла начала перебирать вещи, вдруг какие-нибудь шорты захудалые завалялись или джинсы.

Ни джинсов, ни шорт она не нашла.

Телла посмотрела на зеркало, висевшее на внутренней стороне дверцы шкафа. Стёрла разводы туши до сих пор влажными пальцами, снова подкрасила губы алой помадой, которую достала из сумки.

Из зеркала на неё смотрела такая же уставшая, но хотя бы уже не слишком страшная девушка.

В нос вновь ударил кислый запах пива, как только Телла вышла обратно. Видимо, Грэг включил музыку. Играл расслабляющий джаз.

– Теперь хоть на человека похожа. Может, расскажешь, что случилось?

Но слова Торранса пролетели мимо ушей. Морган смотрела на Леона.

Он сидел у окна, спиной к ней. На нём был чёрный свитер, а в руке Лео держал стакан, похоже, с пивом.

По коже девушки пробежали мурашки.

«Вот он, сидит прямо передо мной. Даже не верится. Как же я его давно не видела».

– Алло, Телла. Ты же не станешь к нему подходить, я надеюсь?

Она потресла головой, убрала прядь за ухо, повернулась к другу и села на синий барный стул.

– Сделай мне шот.

– Хватит игнорировать мои вопросы.

– Я выпью и всё расскажу, – отстранённо бросила Стелла, думая только о сидевшем рядом парне.

Грэг закатил карие глаза, но всё-таки начал готовить шот. Телла же рассматривала свои обгрызенные ногти и украдкой поглядывала на Леона. Теперь он печатал что-то в телефоне.

Когда Торранс закончил, Стелла схватила рюмку и осушила её одним глотком. Жидкость обожгла горло, девушка сморщилась, а Грэг уже приготовился внимательно слушать. Новых клиентов, как назло, не было.

– Короче, я ходила на свидание с Шером. Он стал давить на меня из-за пьянок, и я психанула, ушла. Пошёл дождь, меня обрызгала машина. Потом началась истерика или паническая атака, хрен его разберёт, и я упала на колени. Сидела так, пока не успокоилась. Решила пойти к тебе, потому что одна оставаться в четырёх стенах не хочу.

– Сходи к психологу, Морган. Алкоголь не поможет справиться с болью.

– В каком смысле?

– Ты серьёзно думаешь, что я не понимаю, с чего начались твои запои?

Телла отвела взгляд. На все вопросы она отвечала, что ей это нравится. Даже самому близкому другу. Но, похоже, настала пора раскрыть все карты.

– Я… Не знаю. Я не алкоголичка. У меня нет зависимости, как у отца. Захочу и перестану. Но неужели я выгляжу так плохо и жалко?

– Судя по количеству оставленных в кассе твоих денег, то да. Просто расскажи. Не важно – мне или психологу, хватит всё копить в себе. И до алкоголизма тебе явно осталось совсем чуть-чуть.

– Да ты сам как чёртов психолог, Торранс.

Девушка улыбнулась, положила голову на ладони. От друга веяло надёжностью, но где-то сзади притаился чёрт-искуситель. Лишь мысль о том, что он так близко, сводила с ума. Вдруг обернётся, заметит, подслушает? Меньше всего Телле хотелось, чтобы Леон услышал о её проблемах. У неё всё хорошо, она совсем не раздавлена.

– Поговорим об этом позже? – Морган кивнула в сторону Лео. – Как насчёт того, чтобы пойти ко мне сегодня? Одна я там не выдержу, но нельзя же всю ночь торчать на улице.

– О'кей, давай. Закрываюсь в час. Ты будешь ждать здесь?

Стелла снова оглянулась и поняла, что парень ушёл. Она не знала, радоваться этому или огорчаться. Сердце подсказывало пойти за ним, мозг – остаться здесь.

– Налей мне ещё один, и я пойду, прогуляюсь.

Грэг тоже заметил уход Леона, вздохнул и принялся кудесничать над новой порцией алкоголя.

– Только не смей к нему подходить, – сказал мужчина, не отрываясь от смешивания ингредиентов. – Не наступай на те же грабли, дорогуша. И нахрена ты вообще тогда приходила?

– Ради твоих шотов готова душу продать, – пробормотала она.

Широкие брови сошлись у переносицы. Телла думала о другом.

«Он ведь не заметил меня? Или избегает? Так хочу снова почувствовать его ладонь на своей щеке. Но я сильная. Сильная?».

– Грэг, скажи честно, я… – прошептала девушка, но в последний момент остановилась.

– Да? – друг поставил перед ней новый шот.

– Я смогу когда-нибудь его забыть?

Торранс молчал дольше, чем следовало. Собраться с духом и выложить Морган всю правду было бы прекрасно. Может, хотя бы это протрезвит её.

– Когда-нибудь.

Он соврал. Не смог сказать, о чём думал. Телла обидится. Её сердце и так слишком чувствительно, и, кто знает, что случится после его слов. Грэг не хотел стать очередным мудаком, причинившим ей боль и ставшим виноватым в бедственном состоянии рассудка девушки.

– Спасибо.

Вторая по счёту рюмка оказалась в желудке, и Морган встала. В глазах потемнело, она похлопала по щекам. Когда взор прояснился, посмотрела на Грэга и выдавила из себя улыбку.

– Жду дома через час.

– Замётано, – усмехнулся Торранс, но только девушка вышла, улыбка тут же сошла на нет.

Мерцала неоновая вывеска, то освещая, то вновь погружая в темноту задумчивое лицо. Тихо играл джаз, за окном тарабанил проклятый дождь. В помещение сидела пара мужчин, которые пили абсент и неспешно переговаривались. Молодёжь, напившись, ушла зажигать в клубы. Грэг завидовал этим полным надежды молодым парням и девушкам, ещё не успевшим разочароваться в жизни.

Пятая.

На улице до сих пор шёл дождь. Ездили машины, сверкал зажжённый свет в окнах многоэтажек.

Телла уже решила, куда пойдёт. Парк неподалёку, где они и познакомились два года назад.

«Какая же банальщина, конечно. Как мы могли встретиться в таком захудалом и романтичном месте? Точно ли это наша история?».

Она завернула за угол бара, как рядом раздался безумно знакомый, пьянящий без вина баритон.

– Ну, привет, Теллур.

Морган запаниковала, не смогла повернуть голову и увидеть то, что, казалось бы, так жаждала встретить. Воплощение жизни и смерти, любви и ненависти, счастья и боли. Его.

– Даже не взглянешь?

Лишь через несколько секунд она смогла повернуться. Как будто у неё была заторможенная реакция, импульсы не поступали в мозг, и команда не шла в другие части тела. Алкоголь ли это или она настолько деградировала, что совсем не соображала рядом с ним?

– Чего тебе?

Он курил. Тлеющая сигарета, зажатая между указательным и средним пальцем, разносила запах дыма и чего-то неприятного. Телла решила, что это запах свободы.

– Это ты за мной подглядывала. Я должен спросить тебя об этом.

Всё-таки видел. Вспоминая все наставления друга, Телла прокашлялась и сказала:

– Мне ничего от тебя не надо.

Леон усмехнулся, поднял сигарету к бледным, кораллового цвета губам и затянулся.

– Врёшь.

– Что ты хочешь услышать?

– Скажи, что скучаешь и ждёшь. Скажи правду.

Телла засмеялась. Чёрта с два он когда-либо это услышит из её уст!

Она не настолько опустилась. Ещё есть пределы, дно не пробито. Если я скажу ему такое, подумала Морган, то сразу выпущу пулю в рот. Такой тряпке и жить не стоит.

– Ну и самовлюблённый же ты. У меня всё хорошо и, вообще-то, парень есть. Это ты какого-то хрена припёрся к Грэгу.

Парень выпустил клубочек дыма. Он ненадолго застыл в воздухе и через пару мгновений развязался, растаял. Дождь не попадал на сигарету, Леон стоял под навесом. Телла же продолжала мокнуть.

– Если у тебя всё так хорошо, то почему бухаешь ночью? Пришла вся в каком-то дерьме. Неужели теперь это норма для тебя? – Стелла молчала, как воды в рот набрала, и с каждым новым словом бывшего закипала больше и больше, как и желание показать силу своей ладони его щеке. – Кстати, парень – это же тот самый Шервуд, да? Который глазел на тебя дома у Кэрри?

– Да.

Телла выдохнула слово. И оно, подобно дыму, застыло в смеси азота, кислорода, криптона, неона и аргона.

– Ну, такое. На пай-мальчиков потянуло, Теллур? Не ожидал.

Проведя рукой по сырым волосам, девушка посмотрела на небо. Тучи уже расходились, дождь ослабевал, в некоторых местах виднелись звёзды. Просигналил мчащийся спорткар, кто-то ударился об её плечо, когда проходил мимо. Телла не знала, как правильно поступить. Простой уйти? Плюнуть в лицо наглому, но одновременно с тем любимому человеку? Или, как он и предложил, сказать правду? Она чувствовала, что силы сопротивляться его влиянию ещё есть. Но Телла была уверена, что так или иначе они когда-нибудь пропадут.

– Не твоё дело.

– Надо было ещё тогда набить ему морду. Зариться на чужое – моветон, как по мне. Согласна, солнце?

Как же хотелось закричать, завыть по волчьи. От его голоса по телу пробегал табун мурашек, от его слов она злилась и вместе с тем таяла. Неопределённость, словно яд, сжигала изнутри, поэтому Морган её ненавидела. Как искусно Леон сводил девушку с ума, не давая допустить и мысли, что она угодила в ловушку.

– Я уже не твоя, – бросила Телла, но голос дрогнул. И после этого добавила шёпотом, стараясь, чтобы не услышал: – Физически.

Леон Бэйли сделал неожиданный резкий шаг в её сторону и змеиным движением провёл ребром ладони по пухлой щеке. В пальцах остался лишь фильтр, но и он чуть обжёг кожу, когда задел.

– Физически, говоришь… Морально-то ты так и осталась со мной, сама признала. Приятно слышать, что ты не досталась придурку Томпсону целиком.

– А я-то полагала, что для тебя как раз важна физическая сторона вопроса.

– Ох, солнце, только не с тобой.

Его изумрудные глаза блестели, внушая Телле, что всё сказанное – чистейшая правда. Он гипнотизировал, усыплял бдительность. И, в конце концов, Морган сдалась. Поверила. Понадеялась. Плюнула на свою гордость, как когда-то на асфальт, и смешала её с грязью. Стелла снова играла по его правилам. Или она даже не переставала?

Шестая.

– Может, уйдём уже отсюда? Я промокла.

Его прикосновения плавили чувствительную кожу, по которой уже давно бегали мурашки.

– На самом деле мне пора, Теллур.

Бейли убрал руку, выбросил сигарету, и Стелла тихо вздохнула. Она не знала, когда сможет ощутить манящие касания снова. И сможет ли вообще ещё хоть раз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.