Эль`Рау
Бакумар

Пролог: Старая легенда

Из поколения в поколение в одном купеческом роду передавалась необыкновенная история. Она связывала их семью с исчезнувшей княжеской ветвью. А начиналась история с нападения ядовитого гада на беременную супругу князя, властвующего во времена ярлыков и золотоордынской дани.

После укуса змеи княгиня вскоре умерла, успев раньше срока разродиться дочерью. Дитё, прошедшее агонию умирающей матери, выглядело очень слабым. Поэтому имени новорождённой давать не стали, ждали, когда смерть приберёт её. Лишь спустя два года нарекли девочку подходящим именем – Хлада.

С самого рождения юная княжна казалось ни живой, ни мёртвой. Она точно морозный день – тиха, печальна и безразлична к происходящему вокруг. Злые языки говорили, будто её сама смерть пометила. И метку ту можно увидеть в свете полной луны во время самой долгой ночи в году. Князь со старшими детьми старались защитить «больную» дочь, всячески пресекая пересуды. Однако, чем чаще и суровей они наказывали сплетников, тем больше слухов появлялось.

Шло время. Народ не уставал злословить, выдумывая всё новые небылицы. Отец устал бороться и вскоре сам поверил, что Хлада не такая, как другие дети. Тому виной не столько поведение дочери, сколько необычный облик.

Волосы княжны выглядели настолько белыми, что казалось будто они припорошены снегом. А взгляд… Практически выцветшие глаза Хлады пугали людей, напоминая недобрый взор слепой старухи. Ко всему прочему, неимоверная бледность невольно наводило на сравнение с покойниками.

«Вылитая невеста смерти» – перешёптывались люди за спиной княжны.

Так и росла Хлада среди людей, оставаясь в полном одиночестве. Словно волк в собачьей стае. А тут в княжеских землях одна за другой стали случаться напасти. То неурожай, то стычки с соседом, а то болезнь повальная. Глас народа всё чаще стал винить Хладу, видя в ней источник людских бед. Тогда-то князь решил спровадить дочь подальше от родного дома, выдав замуж за чужака-купчишку. Других желающих не нашлось. Слишком силён был страх людей перед «меткой самой смерти». Купчишка тот много странствовал, прежде чем осел с молодой женой в приморском граде. К тому времени княжна народила ему семерых детей, и никто из них не унаследовал материнской наружности.

Старшие сыновья Хлады споро переняли отцовское дело, оставив родителям лишь досмотр за местами в торговом ряду. Дочери-красавицы повыходили замуж и обзавелись своими детьми. Все жили в достатке и счастье. Никто больше не трепал напрасно имя бывшей княжны. Белёсые волосы, бледность и взгляд выцветших глаз постаревшей женщины перестал тревожить людей. Хлада дожила до глубокой старости, успев понянчить не только внуков, но и правнуков.

История «Невесты самой смерти» передавалась из уст в уста, превратившись в легенду. Мало кто уже верил в неё. Однако всё изменилось, когда в семье одного из потомков Хлады произошло необычное событие.

Уже немолодой купец, будучи дважды вдовцом, взял в дом молодую жену. Вскоре она понесла от него ребёнка. Когда подошёл срок разродиться, несчастная оступилась и упала со ступенек. Муж отдал немалую сумму лекарям, чтобы те позаботились о беременной супруге. Так не хотелось ему в третий раз становиться вдовцом. Молодая жена мучилась много часов, отчаянно борясь за жизнь свою и сына. Казалось, смерть отступила, никого не забрав. И только повивальная бабка знала, что в утробе роженицы были близнецы. Один, Борислав, хоть и выглядел слабым и больным, зато живой. Второй – погиб ещё в теле матери. Ему имени давать не стали и от роженицы скрыли смерть второго сына.

Не прошло и двух лет, как народ стал шептаться о Бориславе. Он в полной мере унаследовал облик и нрав Хлады. Внезапно семейная легенда обрела смысл, став доказательством княжеского родства купеческого семейства. Торговые дела пошли в гору. Теперь люди приходили в торговый ряд не только за покупками. Многие попросту глазели на необычного ребёнка, «отмеченного самой смертью».

Из-за слабого здоровья Борислав редко ходил куда-либо в одиночку. Его повсюду сопровождала пожилая нянька и здоровяк-охранник. Ни взрослые, ни дети не осмеливались приблизиться к нему. Лишь однажды Борислав сам подошёл к игравшей на берегу девочке. Отчего-то он не пускал её к воде, ходил рядом как привязанный. Но, заигравшись, дети выбежали на мост. Под их ногами затрещали доски и оба провалились в реку. Нянька с охранником споро вытащили детей на берег. Борислав на три дня слёг с горячкой, а девочка… Девочка утонула, но не в реке. Она упала в колодец, зацепившись за цепь, которая утянула её в воду. Оправившись от болезни, Борислав отправился на берег реки и долго плакал. Ему не рассказывали о смерти подруги. Он и так знал о ней. Как будто смерть сама ему об этом нашептала. Слухи быстро набрали обороты и вот уже к дому купца стянулись люди, желающие знать, как и когда умрут.

Борислав заперся в комнате и больше из неё не выходил. Нянька носила ему еду, забирала бельё постирать, убиралась и прочее. Кроме неё, никого больше он не хотел видеть, прогоняя вон даже родных. Отец жалел младшего сына, но помочь ему ничем не мог. Как-то царь издал указ, наказывающий отрокам отправляться в заморские страны на учёбу. Тогда-то купцу потребовались все его связи и немалые деньги, чтобы отправить младшего сына в другую страну. К счастью, тот не упрямился и покорно собрался в путь.

В заморском камзоле, парике и очках Борислав ничем не отличался от других студентов. За годы учёбы он приобрёл привычку отдаваться чтению каждую свободную минуту. И без того впечатляющий список прочитанных книг постоянно пополнялся какой-нибудь новинкой. Студенчество стало для Борислава золотой порой, полной тихого счастья. Но всему приходит конец. Закончив обучение, ему пришлось вернуться домой.

Молодой врач быстро набрал популярность среди дворянства. Его немногословность, учтивость и неподдельная скромность подкупала даже суровых скептиков. И это, не говоря о его профессиональных навыках. Незамужние женщины, молоденькие вдовы, девицы на выданье все с жадностью смотрели ему вслед. Вот только Борислав как будто не замечал их интереса. Да и браком не интересовался. Если мать или отец заводили разговор о женитьбе, он уклонялся от ответа.

«Младший ребёнок досматривает родителей. Вы моя семья и другой не нужно», – частенько говорил им Борислав, а возражений слушать не хотел. Зато с каждым днём становился всё печальней и молчаливей.

Как-то с утра отправился он к пациенту, а домой не вернулся. Смерть настигла его на ярмарочной площади. Лопнула верёвка в стеллаже с винными бочками, как раз, когда мимо проходил Борислав. Упавшие бочки вмиг похоронили его, не оставив никаких шансов для спасения. Нелепая, бесславная и глупая смерть…

***

Борислав сидел на мостовой. На коленях лежал белый кот с ярко синими полосками. Животное громко мурчало, жамкая штанину передними лапками. Не обращая внимания на мужчину с котом, вокруг него суетился народ.

– Я не признаю поражения! – услышал он разгневанный женский возглас. Звук шёл со стороны тёмных силуэтов. Один из них, казалось, коптил чёрным дымом и пыхал алыми искрами. Другой же, напротив, расползся зыбкой туманной дымкой. Того и гляди совсем исчезнет.

– Ваше право, – спокойно отозвался «силуэт-дымка» и в следующий миг очутился возле Борислава. – Идём?

Белый кот недовольно мяукнул, точно желая отогнать от человека странное создание.

– Кто вы? – спросил Борислав и внезапно осознал, что перед ним стоит сама Смерть.

В то же время «коптящий силуэт» вспыхнул алым пламенем и загудел.

– Я Мара – владычица кошмаров! – раздался всё тот же женский голос прямо из огневища. – Как смеет человек противится мне?

– Простите, – спокойно ответил Борислав, не понимая в чём его вина перед ней.

– Для искупления греха недостаточно слов! – пламенный силуэт Мары перенёсся ближе, оказавшись практически напротив него. – Тебе придётся отслужить мне без малого вечность!

– Возражаю, – вмешалась Смерть. – Наш спор окончен, хоть победителя в нём нет. Он не боится нас обоих. К тому же, на нём метка моего избранника. А значит, ещё при жизни ему назначена судьба стать мрачным жнецом. Ему придётся служить мне, а не вам. По крайней мере, пока его род совсем не пресечётся.

– Нет! Пусть служит нам обоим, – пламя погасло и Мара обрела женские облик.

Борислав смотрел на красивое обнажённое тело и не мог отвести взгляд. Владычица кошмаров оскалилась, показав по-звериному торчащие клыки. Однако это нисколько её не портило.

– Бакумар! – словно раскат грома прозвучал требовательный приказ Мары.

В тот же миг бело-синий кот обернулся огромным тигром-циклопом с львиным хвостом. По всему его телу на синих полосах распахнулись глаза и стали таращиться в разные стороны. Мара скрыла наготу за чёрным дымом, из которого появлялись и гасли дразнящие языки пламени.

Борислав не успел и вскрикнуть, как бело-синий тигр бросился вперёд. Всего мгновение и несостоявшийся мрачный жнец оказался поглощён им. Во мраке пустоты прозвучал голос Мары:

– Этот зверь – вечный спутник людских кошмаров Бакумар. Он пожирает ночные страхи, оставляя взамен отрыжку из непристойных фантазий. После слияния ты, Борислав, станешь един с ним телом, душой и разумом. Вы не расстанетесь до тех пор, пока твой род не пресечётся или тебя не заменит другой человек.

А следом пришло напутствие уже от Смерти:

– Теперь ты лунный жнец и твоя работа – охотится на души, сбежавшие из чистилища. Такие обычно прячутся в человеческих кошмарах. Каких из них вернуть мне в целости, а каких уничтожить на месте – решать тебе. Удачи!

Часть 1. Шаг в пустоту

Славик открыл дверь и вышел к металлической лестнице, ведущей на аэроплощадку главного здания университета. Сразу же включилось автоматическое освещение. А следом развернулся голографический экран службы безопасности. На нём белым по чёрному загорелось предупреждение об опасности находится на площадке в ночное время. Далее появилась убедительная просьба убраться вон с крыши. Славик криво улыбнулся. В голове начался отчёт времени.

«Охрана примчится за пять минут. Не меньше…» – он прочувствовал каждую секунду, что гасли одна за другой, точно искры на ветру.

Не чувствуя ног, Славик «взлетел» наверх по металлической лестнице и сразу по диагонали пробежался до края платформы. Именно в этом месте отсутствовал защитный транспортный барьер, открывая путь к воздушным магистралям. Славик с опаской глянул вниз. Десятки этажей университетского комплекса головокружительно понеслись к земле, словно маня за собой. Он вгляделся в эту пропасть, выискивая границы едва заметной ряби «ловителей». Обычно их ставят по периметру на каждом этаже, растягивая примерно на метр, иногда на два. Любая вещь, выпавшая или выброшенная из окна сразу оказывалась в невидимой ловушке. После чего медленно перемещалась от верхнего «ловителя» к нижнему, пока не оказывалась на земле. На это уходило достаточно времени, чтобы зазевавшийся растяпа-хозяин спокойно спустился на первый этаж и подхватил вещицу до того, как она окончательно упадёт. Чем легче предмет, тем медленней он падал.

«Ловители» защищали не только от случайного мусора, что мог выпасть из окна на головы студентам, но и от аэротранспорта. Они держали его на безопасном расстоянии, сводя к нулю любое столкновение. Кроме того, при экстренной активации охранной системы, поле действия «ловителей» удваивалось. Поэтому у Славика был лишь один шанс обойти такие ограничения. Разбежавшись, он хотел перепрыгнуть зону действия «ловителей» до того, как включиться экстренный режим. Отойдя от края платформы на десять шагов, ему оставалось лишь развернуться и скомандовать себе: «Пошёл!». Так и сделал.

Выкрикнув команду, Славик рванул с места. И тут на самом краю платформы появился белый кот с синими тигриными полосками. Животное неторопливо шагало, не обращая внимания на бегущего в её сторону человека. Славик встал как вкопанный, глупо таращась на живую помеху.

«Что делать? Охрана активировала экстремальную длину «ловителей»? Когда они за мной придут? Сколько у меня времени?» – в панике, он суматошно попытался проанализировать ситуацию. За попытку суицида ему конечно же влетит. А что потом?

Славик глянул на кота, но тот исчез. Кроме того, вокруг наступила такая странная тишина, будто бы весь мир затаил дыхания в ожидании. Чего? Славик ещё раз подошёл к краю платформы. «Ловители» работали в штатном режиме, искажая картинку реальности лёгкой рябью.

– Нелепо, – раздался голос, заставив Славика вздрогнуть от неожиданности.

Рядом очутился мужчина. Он держал на руках бело-синего полосатого кота. Как не пытался Славик разглядеть незнакомца, ничего не получилось. А тут ещё освещение отключилось.

– И почему это мой последний потомок решился на столь позорное убийство? – поинтересовался мужчина, поглаживая злосчастного котика.

– Это моё решение. Я не обязан отчитываться…

– На самом деле, мне всё равно, где и как ты сдохнешь, лишь бы в срок. Но самоубийство не в счёт. Так ты приговоришь себя к вечной поруке, а заодно лишишь меня шанса обрести долгожданную свободу. Поэтому… – она замолк, но тут же продолжил. – Прости за грубость, но я не позволю тебе творить, что вздумается.

– Посмотрим ещё! – Славик пошёл прочь от незнакомца, раздражённо вбивая шаги в покрытие аэроплощадки. Не доходя до металлической лестницы его вдруг осенила внезапная мысль. Он резко развернулся и побежал обратно к краю, убеждённый не останавливаться. Тёмный силуэт распахнул руки, ловя Славика в свои объятия.

«Как странно», – только и успел он подумать, когда вместо человеческого тела схватился за пустоту. Следом удар об экстренно развёрнутый «ловитель» где-то на полпути к земле. Затем ещё и ещё. Скорость падения стремительно сбивалась. Удары стали тише и безболезненней. Вскоре совсем перестали хоть как-то ощущаться. Внизу самоубийцу поджидала охрана университета, а рядом дежурный врач студенческого кампуса.

«Мгновение, прошу, остановись!» – Славик зажмурился, чувствуя, как глаза горят от слёз. Телесная боль смешалась с душевной. Жалость к себе и своей никчёмной жизни захлестнула волнами отчаяния.

– Ничтожество, – услышал он голос бестелесного незнакомца.

«И в самом деле, ничтожество», – согласился с ним Славик. Он вспомнил как после поступления в университет сдружился с сокурсником Генкой Колобовым. Общие интересы, вкусы и взгляды на жизнь сделали их неразлучными вплоть до четвёртого курса.

А там…

На очередном учебном выезде Славик встретил Ленку. Она впервые выехала с группой на практику «в поля». Девушка перевелась из спец. колледжа и попала сразу на второй курс университета. Она выглядела как птенец, выпавший из гнезда. Её сокурсники давно разбились на свои компании и группы по интересам. А ей пока не удалось обрасти друзьями-знакомыми. Поэтому девушка выглядела одинокой и растерянной.

Старшекурсники в свою очередь шефствовали над «младшими», разбивая тех на рабочие группы. Обычно так объединяли студентов, чьи проекты имели схожие аспекты. Ленка влилась в группу Славика и между молодыми людьми сразу возникла взаимная симпатия. После этого учебного выезда неразлучных друзей стало трое.

Генка не выказывал романтического интереса к новой подруге, оставляя общения в приятельски-бытовых рамках. Славик же напротив, не стеснялся бурно выражать свои чувства к Ленке. Казалось, девушке нравилось то, как он за ней ухаживал. Она не отвергала его и охотно проводила время вместе с ним и Генкой. Но вместе с тем, ей удавалось держать Славиком на небольшой дистанции.

Неопределённость в отношениях заставила его нервничать, надумывая мнимых соперников и страшно ревнуя к ним. Генка как мог старался успокоить его. Он терпеливо выслушивал терзания друга и даже делился советами, которые с переменным успехом выручали Славика. Вот только его никак не покидало ощущение будто Ленка отдаляется, ускользая из рук теплым ветерком.

Падая сквозь «ловители», Славик отчётливо вспомнил день, когда Генка предложил взять академический отпуск для прохождения воинской службы. Тогда дружеский совет показался ему весьма удачным.

– Оказавшись на одном курсе, вы сможете больше времени проводить вместе. Парные проекты превратятся в свидания, – сказал тогда Генка. – Все деньги, полученные за службу, ты сможешь потратить на любимую девушку. Побалуешь её. Думаю, ей такое понравится. К тому же отношения на расстоянии заставят её соскучиться по тебе и заодно закалят твои чувства.

Приведённые Генкой доводы выглядели один лучше другого. Славик подал заявку в военкомат, оформил академический отпуск с двухлетней бронью. После чего устроил прощальную вечеринку. Ленка тогда немного перепила и долго плакала. Её несвязная речь, навязчивые объятия и всхлипы зародили множество семян надежды в сердце Славика. Они проросли в убеждённость, что по возвращении всё станет только лучше.

Армейская жизнь мигом пролетела. Не остались незамеченными восемнадцать месяцев физ.подготовки, дополненной целым набором новых для Славика дисциплин. Один лишь лингвистический штурм чего стоил. При нём каждые три месяца сменялся язык боевого интерфейса, превращая знакомые слова в нечто непонятное. Интерактивный помощник гарнитуры военного озвучивал их, иногда с переводом, но чаще без него. Видимо, так тренировалась способность солдата адаптироваться в незнакомых условиях. К окончанию службы Славик получил бесценный опыт общения на шести языках. Качество знаний оставляло желать лучшего. Полученной базы хватало лишь на то, чтобы изъясняться простыми фразами и понимать услышанное в общих чертах. Однако и этого достаточно, чтобы расширить кругозор.

Из обязательных дисциплин Славику понравилась военная история, где мировые события показывались через призму завоеваний. Сравнивались стратегии и тактики армий разных стран. А вот робототехника и военная инженерия вызвали куда меньше интереса. В университете Славик изучал архитектуру ядра мозгового центра андроида. Поэтому простенькие лекции о роботах в ретроспективе военно-технического прогресса показались ему скучными. Ничего принципиально нового он не узнал. В прочем это и не важно.

По возвращению в кампус у Славика ещё оставалось полгода для того, чтобы определить свои дальнейшие шаги. Можно было просто восстановиться на прежнем курсе и продолжить обучение. И так поступала половина вернувшихся из армии. Другие меняли специализацию и переводились на другой факультет или вовсе бросали учёбу. Были те, кто выбирал для себя будущее профессионального военного.

Шесть месяцев с приличной суммой на балансе – непростое время. Не каждый мог удержаться от кутежа, рискуя оказаться в долговом доме на отработке. Что же касалось Славика, то перед ним стояла чёткая цель и ничто другое значения не имело. По крайней мере до сегодняшнего дня.

А что сегодня?

Сегодня с утра Славик пришёл в деканат, чтобы завершить процесс восстановления на курсе. Он ждал, когда ему выдадут айди-карту, без которой на территории университета не попасть даже в собственную комнату. Из-за жары двери в кабинетах стояли приоткрытыми. В зазор Славик увидел Ленку и обрадовался. Тогда-то ему и пришла в голову глупая мысль напугать девушку, когда та будет выходить в коридор. Подкрался к кабинету и затих в ожидании. А оттуда стали долетать обрывки фраз. Их смысл вертелся вокруг академического отпуска по беременности. Славик не хотел верить услышанному. Он продолжал стоять у двери, пытаясь унять обрушившийся на него поток мыслей.

Ленка вышла из кабинета и выглядела очень счастливой. На безымянном пальце подрагивала проекция обручального кольца. А округлившийся живот не оставил Славику простора для сомнений. Его возлюбленная вышла замуж и сейчас готовилась стать мамой. Ей сейчас не до бывших воздыхателей. Не обращая внимание на помрачневшего Славика, Ленка прошла мимо. Но он не смог её так просто отпустить. Ему нужны были ответы.

Инстинктивно Славик схватил Ленку за руку. Она оглянулась и не узнала его. Попыталась вырваться, но его пальцы крепко сдавили запястье бывшей возлюбленной. Ленка бросила гневный взгляд и собралась высказаться, но… Как аквариумная рыбка, она беззвучно двигала губами и пучила глаза. Румянец сошёл с её лица, уступив место внезапной бледности. В этот момент Славика позвали из кабинета и ему пришлось оставить растерянную Ленку одну. Позже, когда он вышел в коридор её там уже не было.

«Сбежала», – подумал тогда Славик и отправился искать Генку. В тот момент он нуждался в дружеской поддержке и совете, как в воздухе. Но на встречу Генка пришёл не один, а с Ленкой. Идентичные друг другу проекции обручальных колец синхронно мерцали на их руках.

Объяснение друга было долгим. Как оказалось, Славик совсем не замечал того, что творилось у него на глазах. Ленка с самого начала заинтересовалась Генкой. Вот только его бирюковатость мешала им сблизиться. А влюблённость Славика из удобной возможности быть рядом с любимым человеком быстро превратилась в заметное препятствие. Но любовь – она как шило, в мешке не утаишь, в душе не спрячешь. Сколько бы Генка ни держался в стороне, ничего не вышло. Хватило одной встречи, одного смелого шага, поцелуя, страстных объятий… Ни Генка, ни Ленка совсем не хотели ранить Славика. Поэтому и придумали идею, отправить его служить. Армия многим разум прочищает. Они надеялись, что там влюблённость сама собой пройдёт. Но ошиблись.

Тогда Славик не смог высказаться. Кое-как выдавил поздравление и ушёл. Затем несколько часов бесцельно бродил по кампусу, «переваривая» слова Генки. Полная ярких красок реальность постепенно стала серой и безжизненной. Добравшись до своего студъюта, Славик упал на кровать и сразу провалился в сон. Проснулся уже в сумерках.

«Нимб жмёт», – Славик почувствовал боль, как если бы голову сдавил невидимый обруч. В груди заныло, словно вместо лёгких там оказались камни, и они давили на рёбра.

Славик открыл окно и, высунувшись из него, жадно вдохнул прохладный воздух. В следующий момент цепочка соскользнула с шеи и попала на «ловитель». Более тяжёлая застёжка потащила вещицу вниз. Славик смотрел как она лениво прошивала один «ловитель» за другим, стремясь поскорее достичь земли. Он не собирался спускаться за порвавшийся цепочкой. Её судьба его совсем не интересовала, как, впрочем, и своя собственная.

В накатившемся душевном порыве Славик выбежал из студъюта и помчался к учебному зданию. Его гнала тревожна мысль о самоубийстве. Отчего-то сейчас он боялся упустить шанс со всем покончить. Притихший страх смерти, придал смелости и азартной жажды свободного полёта. Память тут же подкинула несколько известных фактов, как обойти «ловители».

Уже стоя на аэроплощадке, Славик почувствовал лёгкий укол сомнения. Он пробудил желание жить и страх перед смертью стал стремительно расти. Ещё немного и прыгнуть с крыши не получится.

«Надо торопиться…» – пронеслось в голове Славика за миг до падения на землю.

Сознание померкло, а следом пришёл сон про бело-синего полосатого кота. Почему-то он виделся ему огромным, точно тигр или даже слон. Единственный глаз на его морде презрительно смерил неудавшегося самоубийцу осуждающим взглядом. Следом по всему кошачьему телу открылись мелкие глазёнки. Славику захотел спрятаться от них, но куда? Некуда. Тогда в отчаяние парень закричал. Да так сильно, что ему самому заложило уши, а в висках запульсировала боль.

– Очнулся? – Славик услышал голос бестелесного незнакомца и открыл глаза.

Обстановка вокруг напоминала больничный бокс. На синих простынях полуторной кушетки лежал человек, внешне похожий на Славика. В его ногах спал бело-синий кот. Мурлыканье животного казалось громким в тишине бокса. Славик потянулся, чтобы коснуться кота. Тот предостерегающе рыкнул.

– Бакумар любит охотиться на блуждающие души вроде твоей. Так что не искушай его. Иначе будешь съеден, – произнёс человек на кушетке, голосом бестелесного незнакомца.

– Кто вы такие? И что значит «блуждающая душа вроде твоей»? – Славик догадывался каким может быть ответ, но всё равно хотел услышать его.

– Я жнец. А это, – он указал на кота. – Священный зверь Бакумар, пожирающий ночные кошмары людей. Мне придётся одолжить на время твоё тело, чтобы найти себе приемника. Думаю, у тебя нет возражений. Ты всё равно хотел умереть. Так что побудешь беспокойным духом.

– Кем? – от удивления Славик забыл приличные слова, а ругаться с так называемым жнецом ему не хотелось.

– Немного освоюсь в живом теле и поставлю на тебя охранную печать. А пока сиди тихо, – жнец грозно зыркнул на Славика.

Вопросов у парня в голове зародился целый рой. Вот только задавать их прямо сейчас он не рискнул. Решил сперва проверить правда ли стал духом или нет. Как раз в бокс вошла медсестра и приветливо обратилась к человеку на кушетке: «Раюшкин Борислав. Верно?» Тот кивнул в ответ.

– Вам повезло. Серьёзных травм нет. Так что уже скоро сможете идти домой, – прощебетала она, делая отметки в сканирующим пациента планшете. – Доктор выписал вам направление для прохождения реабилитационного курса. В вашем случае он обязателен.

– Спасибо. Надеюсь, мои раны не помешают занятиям? Мне сейчас многое нужно нагнать, – ответил жнец с лучезарной улыбкой на опухшем лице.

– Не перетруждайтесь, а то заболеете, – медсестра шутливо погрозила пальчиком.

Когда она ушла Славик сел в углу больничного бокса, положив голову на колени. Его старания обратить на себя внимание медсестры привели к нулевому результату. Девушка попросту не видела и не слышала его. Попытка взять медсестру за руку увенчалась спорным успехом. Девушка зябко поёжилась и потёрла место контакта.

1.1. Аля и «Пугало, зомбачка, кровососина»

Аля торопилась на занятия по аркадной архитектуре массивов интерактивных интерфейсов. Она выбрала своей специализацией дизайн городской инфо-среды. Уличные голографические указатели, подсказки, исторические и технические справки, разворачивающиеся при активации, а также много других полезных вещей – в будущем станут для неё каждодневным полем деятельности. И никакого «живого общения». А пока ей приходилось опускать глаза, стараясь ни на какого не смотреть.

На улице избегать людей не так сложно, как в транспорте или в учебной аудитории. Хорошо, что львиная часть занятий проводилась в режиме персонального онлайн-обучения прямо в студъютах. Но была часть предметов из числа социально-адаптивных программ. Именно они требовали группового участия студентов, порой с разных курсов и даже факультетов. Такие массовые проекты в университете пользовались большой популярностью среди учащихся. Народ особенно воодушевлялся рабочими выездами, выдумывая романтический подтекст. Впрочем, Алю всё это не интересовало. Она спешила в аудиторию для масс-лекций, мысленно моля высшие силы об отмене занятия. Но те оказались глухи.

Аля хотела прибежать на полчаса раньше и спокойно занять угловое место в первом ряду. Из-за близости преподавательской трибуны мало кто из учащихся выбирал места в этом ряду. Хотя отсюда отлично виден подиум для трансляций 3D-проекций. Обычно в своём закутке Аля оставалась в одиночестве. Но сегодня всё пошло наперекосяк.

Когда девушка вошла в аудиторию, то автоматически направилась к излюбленному месту. Вот только его уже заняли. Аля увидела парня с выбеленными волосами и расстроилась. Он заметил её и, хмыкнув, приветственно махнул рукой.

«Ещё один проигравший? Надеюсь, его наказание ограничится лишь посиделками на моём месте», – поздоровавшись, Аля заняла сиденье подальше от «белого» парня.

Из боковой части она выдвинула обучающую панель и, после активации приложила айди-карту. На прозрачном экране вспыхнула приветственная надпись. Белые буквы едва читались из-за оптического фильтра в очках Али. Пришлось на время переключить режим с тёмно-красного сумеречного на антибликовый жёлтый.

– Говорят, сегодня будут составлять группы из парочек, – заговорил с ней «белый», усевшись на соседнее месте. – Не против стать моей парой?

Аля старалась не смотреть на него. Она кликнула на кнопку выхода из обучающей панели и молча пересела на освободившееся в углу сиденье.

– Так что? – не унимался «белый».

– Если нужно будет, то преподаватель сам назначит мне партнёра по проекту, – сдержанно ответила Аля и поспешила переключить фильтр визора в режим сумеречного зрения, но не успела.

– А почему не со мной? Эй! Посмотри на меня! – он дерзко сорвал очки и, приподняв лицо Али за подбородок, уставился прямо ей в глаза.

– Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один. Достаточно? – она глядела на «белого» со всей накатившей на неё злостью. Однако гнев мгновенно испарился, как только из-за спины парня показался серый призрак. Девушку сковал страх, да так, что она ни сказать, ни пошевелиться не смогла. Точно вся окаменела.

– Эй… Ты чего? – парень махнул рукой перед её носом. – Привидение увидела? Ты меня вообще видишь? Слышишь?

С руганью он вернул Але очки. В тёмно-красном фильтре призрачные сущности не так бросались в глаза, как в том же жёлтом. А без фильтров просто кишели вокруг.

Усилием воли Аля отогнала сковавший её страх.

– Ты и правда странная, – «белый» посмотрел на неё с жалость. – Бывай!

Он занял место несколькими рядами выше, оставив Алю в покое. Она же тем временем пыталась унять дрожь, которая пробивала её тело словно в лихорадке. Да ещё тошнота подступила, хоть беги. Между тем в аудиторию стали стекаться учащиеся. Они шумно общались, не обращая внимания на Алю. Лишь одна развесёлая компания громко обсуждала её. Она слышала, как они спрашивали «белого» парня:

– Глаза красные? Клыки есть? Рычала? Кусалась?

– Кожа синяя? С прожилками и струпьями?

– Прикасался? Холодная? А трупный запах?

– В глаза смотрел? И как?

– Десять секунд?!

«Уроды. Просто оставьте меня в покое», – Аля старалась отрешиться от реальности. Закрыв глаза, она представила воздушный шар, висящий в пустоте. Понемногу стало лучше. Голоса сокурсников превратились в шелест волн, в котором утонул смысл всех их слов.

Успокоившись, Аля приоткрыла глаза и тут же вскрикнула от неожиданности. Из-за дурацкой выходки «белого» она забыла сменить оптический фильтр. И теперь в пожелтевшей аудитории повсюду слонялись призраки. Они следовали каждый за своей жертвой. И не было ни одного человека, у которого за спиной ничего не торчало, не высовывалось и не мельтешило.

Хуже всего то, что профессор уже занял преподавательскую трибуну, чтобы начать лекцию. Именно прицепившийся к нему призрак так напугал Алю. А всё потому, что он не выглядел расплывчато, как большинство из них. Почти точная копия профессора, отличающаяся от оригинала застывшей гримасой на посиневшем лице и слюнявой пеной в уголке рта. Брр…

– Что случилось? Почему срываете занятие? Как ваша фамилия? – требовательный тон профессора заставил Алю машинально ответить:

– Штиль. Алевтина. Четвёртый курс… – с каждым словом её голос становился всё тише.

– Какой-то уж больно шумный у нас штиль, – сыронизировал лектор и по аудитории разлетелись едкие смешки.

Вот только Але было не до смеха. Она видела, как прицепившейся к профессору призрак стал сливаться с ним. Но рассказать об увиденном не могла, да и не хотела. Всё равно бы никто не поверили.

– Скорая. Человеку плохо, – Аля отправила экстренное сообщение по горячей линии в гаджете. Следом подтвердила запрос на таргетирование геолокации.

А дальше…

Дальше она молча наблюдала за трагично развивающимися событиями. Побледневший профессор упал на колени. Схватившись за грудь, он захрипел, лицо исказилось гримасой боли. Несколько студентов бросились ему на помощь. В аудитории воцарилась атмосфера нарастающей тревоги. Народ загудел, точно улей. Всем хотелось знать, что случилось. Никто из них не обратил внимания на тихие всхлипы и сдержанное рыдание.

Аля никак не могла остановить слёзы, которые катились и катились по её щекам. Зато за их пеленой она не видела, как живой человек становится мёртвым. А потому ещё надеялась на бригаду медиков, хотя в душе прекрасно понимала – не успеют. Ей уже приходилось сталкиваться с чем-то подобным в детстве. Пускай сами воспоминания немного поблёкли, зато в подсознании засела убеждённость неизбежности смерти. Именно тогда, в детстве, обеспокоенные родители отправили Алю в неврологический диспансер.

Она хорошо заполнила медсестру, заботившуюся о ней каждый день. А также её прицепившегося призрака. Молодую добродушную женщину повсюду сопровождала скрюченная фигура. Однажды Аля осмелилась вглядеться в неё и увидела умиротворённое лицо старушки, черты которой повторяли облик медсестры. Понимание, что это лик смерти, как-то само пришло к маленькой Але. Она даже обрадовалась, что понравившуюся медсестру ждёт спокойный конец. Чего нельзя сказать о других людях.

Наглядевшись на «призрачных попутчиков» местных пациентов и персонала, Аля рассказала о своём даре лечащему врачу. Однако тот принял её рассказ за детскую фантазию и как бы в шутку предложил проверить зрение. Позже выяснилось, что Аля ведёт себя менее встревожено при красном сумеречном освещении. А при обычном дневном свете её якобы охватывают пугающие фантазии, порождающие травмирующие галлюцинации. И после всех обследований Але выписали очки со сложным набором фильтров. Родителям же посоветовали вести дневник наблюдений и выявить основные раздражители, чтобы на время исключить их. Так из Алиной повседневной жизни исчезли яркое освещение и живое общение с кем-то кроме семьи.

Впрочем, сейчас всё это не так важно. Став старше, Аля оставила попытки донести до окружающих своё видение мира. Она смирилась со слепотой обывателей и решила сама «ослепнуть». А заодно сменить имидж. Ей надоело быть бледной девчонкой-альбиносом, на которую пялятся зеваки и тыкаю пальцем. В салоне красоты Але по карману оказалась лишь одна услуга: «тонирование волос 3Х». Процедура популярная за стойкий эффект. Волосы перед окрашиванием обрабатывали специальной эмульсией, после чего в несколько этапов наносился цвет. В результате, если мыть голову каждый день, то через сто дней волосы вернуться к первоначальному виду. Правда, перед этим дважды сменят свой цвет. С какого на какой решается до начала процедуры. Аля выбрала черный с жёлтой прядью на чёлке и синий с двумя белыми полосами через всю голову.

Ещё она хотело использовать 3D-линзирование, чтобы скрыть настоящий цвет глаз. Но денег, увы, не хватило. Как не хватило на санширование. А ведь Але ужасно хотелось придать коже золотистый оттенок.

Мечты, мечты…

Вместо новой жизни, Аля получила травлю в лёгкой форме. Сокурсники придумали ей различные прозвища: пугало, зомбачка, кровососина. Даже страшилку сочинили, мол красные глаза за десять секунд могут лишить человека воли или что похуже. А что там «похуже»? Интрига.

В прочем сейчас глупый миф обрёл форму пугающей реальности. Профессор, отчитывающий Алю, внезапно скончался на глазах у студентов. И даже прибывшая бригада медиков ничего не смогла с этим поделать.

Аля почти физически ощутила на себе прикосновения множества глаз. Её считали виновной, а потому презирали и ненавидели. А засевший внутри страх, так и толкал их к действию. Времена тихой травли прошли. Теперь не до глупых шалостей.

Занятие перенесли на другой день. Аля не хотела приходить на него и просила дать отвод от посещения по состоянию здоровья. Но ни куратор, ни университетский медик не пошли ей на встречу. А зря, потому что учащиеся бойкотировали лекцию. Они не хотели делить аудиторию с «кровососиной, зомбачкой, пугалом» и не явились на занятие. Вместо этого всем составом отправились в кибер-кафе, где арендовали один из залов для якобы самообучения. Так студенты, по их мнению, отдали дань уважения покойному профессору.

– Штиль! – окликнула Алю симпатичная девушка-методист. – Извини, ты не могла бы сама подобрать напарника для группового проекта. Уверенна, у тебя найдётся хотя бы один верный друг. Я пришлю тебе по айди список возможных участников.

– Хорошо. Спасибо, – Аля старалась не замечать, как та нервничает в её присутствии. – Можно как-то расширить возможности айди? У меня переполнен чёрный список.

– Я узнаю и напишу. Хорошо? – методистка, не попрощавшись, заспешила прочь по коридору. Аля лишь кивнула ей в спину, за которой следовала немая серая тень.

Положение с каждым днём ухудшалось. Дошло до вмешательства родителей. Они требовали если не отчисления, так полной изоляции «кровососины». Последний вариант вполне устраивал Алю, хотя её мнение никто не стал бы спрашивать. Правда, высказаться ей всё-таки дали. Организовали неофициальную встречу-расследование. Помимо университетского руководства на ней присутствовали и студенты-очевидцы вместе со своими обеспокоенными родителями. Аля тоже пришла не одна, а с отцом.

– Пожалуйста, расскажите ещё раз, почему вы решили вызвать бригаду медиков? – обратился к Але декан факультета.

– Я испугалась, заметив у профессора признаки начинающегося приступа, – в который раз она выдала заготовленную фразу.

– Ты медик что ли? – вмешался в беседу один из студентов.

– Нет. Но я часто бываю в больнице по состоянию здоровья. И нередко вижу, как пациентам становится плохо. И знаю, если сразу не обратиться к персоналу, то потом будет поздно.

– Не понимаю зачем понадобилась эта встреча. В чём вы хотите обвинить мою дочь? – возмутился Алин отец. – Какое преступление она совершила? Вызвала бригаду медиков, чтобы спасти человека. И что?

– Мы никого ни в чём не обвиняем. Просто хотим узнать, что вызвало приступ, приведший к столь трагическим последствиям, – поспешил оправдаться куратор студенческого совета.

– Да она своим криком едва не сорвала лекцию, и профессор её за это отчитал. Поэтому она убила его своим кровавым взглядом! – возмущённо высказалась студенточка и тут же прижалась к сидящему рядом парню. Её наигранный испуг сильно разозлил Алиного отца.

– И это ваши доводы? – возмутился он. – Вы в своём уме?

– Пусть скажет зачем кричала тогда. Всех напугала чёртовым визгом, – похоже никто и не собирался пресекать балаган из выкриков учащихся.

– Потому что вены на лбу профессора вздулись, губы посинели и пот градом скатился по лицу. Он стоял на трибуне и пытался шутить, когда смерть уже встала за его спиной, – эмоционально ответила Аля, теряя самообладание.

– Ты что, видела Смерть своими глазами? – ироничный вопрос со смешком окончательно лишил Алю хладнокровия.

– Кровавыми глазами, – поправила она. – И я знаю, какая смерть ждёт каждого из вас. Хотите расскажу, как это будет?

– Алечка успокойся, – отец погладил её по руке. Его встревоженный взгляд, казалось, молил: «Пожалуйста, остановись! Только не снова. Не нужно больше про смерть и призраков!»

– Почему бы нет?! – зло выдала Аля. – Почему им можно меня кошмарить, а мне нет? Они издеваются надо мной, гнобят, распространяют гадкие слухи, забивают айди разной пакостью. И всё из-за чего? Из-за цвета глаз? Нет уж, вряд ли. Просто им нужен повод, чтобы выплеснуть извращённую потребность в унижении людей. Видимо их так воспитали. Обыкновенные выродки, любимые отпрыски жалких нелюдей и подонков. Чего уставились? Это ваши недоноски всё это устроили. Что, весело измываться над слабой жертвой? Обхохочешься?

– Довольно! – наконец-то декан вмешаться в беседу. Видимо его не устроило то, как всё обернулось.

– Теперь с вас довольно? – Аля пристально посмотрела ему в глаза. – А с меня? С меня когда будет довольно? Мне и дальше терпеть их выходки или вы что-нибудь сделаете?

Она хотела ещё высказаться, но в голове внезапно образовался некий вакуум. Аля поняла, что падает. За миг до потери сознания, она почувствовала сильные руки отца, подхватившие её тело.

Когда Аля пришла в себя инцидент с обеспокоенными родителями был уже исчерпан. Куратору студенческого совета поручили строго пресечь травлю красноглазой студентки. Навешанные на неё прозвища «пугало, зомбачка, кровососина» мгновенно исчезли из студенческого чата.

Казалось бы, всё наладилось. Но так лишь на поверхности. Травля потеряла агрессивно-активную форму, превратившись в холодную войну. Аля прочувствовала это во время группового проекта. Из пяти человек, собиравший материалы к предстоящей презентации, двое оказались её сокурсниками, а трое их друзьями с других факультетов. Ребята дружно саботировали работу. Данные, которые они ей скинули для компиляции ни на что не годились. В итоге Аля всё сделала в одиночку, что не помешало проекту набрать высокий балл. Делить успех с тунеядцами-саботажниками ей совсем не хотелось. Ведь даже проводить презентацию и защиту проекта ей пришлось самой.

Але стояла перед аудиторией в сотню учащихся. Толпа людей, мягко тонула в сером тумане из огромного количества призрачных сущностей. Некоторые из них выглядели чуть отчётливее. Её тошнило от понимания, что каждый яркий силуэт – это чья-то скорая смерть. Она глянула в зал и увидела мутные глаза мертвецов, устремлённые на неё. Страшно и гадко. А так называемые согруппники соизволили явиться лишь в финале, когда оглашались оценки за проекты. После чего вся их честная компания отправилась праздновать в ближайшее кибер-кафе. В то время как Аля осталась сидеть в аудитории, потому что не могла встать.

От страха ли, стресса или перенапряжения её тело охватила ватная слабость. Аля не могла пошевелиться. Словно все силы покинули её. Она закрыла глаза и представила себя идущей по дикому пляжу. Палящее солнце, морской бриз, крики чаек, шум волн и шорох песка под ногами.

«Один, два, три, четыре… – считая шаги, Аля всё дальше уходила от реальности. – Триста тридцать один, триста тридцать два, триста тридцать три!»

1.2. Борислав: «Дух-душитель»

Получив тело потомка, Борислав какое-то время привыкал к ощущению скованности и душноты. Словно оказался в одежде не по размеру. Бакумар же наблюдал за ним с лёгким недовольством. Оно чувствовалось даже на расстоянии. Связь со зверем никуда не делась. Возможно, немного ослабла и только.

Между тем призрачная сущность потомка металась по боксу. Сознание Славика всё ещё барахталось где-то среди воспоминаний. Борислав смиренно ждал его возвращения, для заключения контракта. Какого именно он ещё не решил. Всё зависело от душевного состояния потомка после псевдо-смерти.

Бакумар встрепенулся и, обернувшись котом, улегся на край больничной кушетки. После чего сущность Славика зависла возле него, приняв облик человеческого призрака. Борислав обратился к нему по имени, но тот не ответил. Тогда он попытался снова. Звал до тех пор, пока тот не откликнулся.

– Очнулся? – Борислав вгляделся в растерянное лицо потомка. К счастью, он был в полном порядке. Всего лишь немного страха и здорового скепсиса.

Не теряя времени Борислав постарался вызвать у Славика чувство обречённости. Ведь так куда легче завладеть чужой душой. Потомок колебался. Но сомнения развеялись после посещения медсестры. Девушка не замечала призрачной сущности рядом с собой. Это огорчило Славика, а заодно сделало его более покорным.

Борислав остался довольным намётками контракта душ. С этого момента Славик должен был занять место смертной тени для собственного тела. Это вынужденная мера необходима, чтобы обмануть мрачных жнецов. Иначе натолкнувшись на эдакого «бессмертного», они сразу доложат хозяину. А ссориться со Смертью Борислав не хотел. Ему с лихвой хватало Мары.

Всё потому, что неугомонная владычица кошмаров не смирилась с ничьёй в давнем споре. Каждый раз, когда её что-то гложило или огорчало, она являлась к Бориславу. А в её присутствия Бакумар всегда начинал чудить, что выходило боком для обоих. Ещё бы! Когда священный зверь не в себе, здесь не до охоты на беглецов из Чистилища. Самому бы не пострадать. Мару же веселил хаос, вызванный её присутствием.

Как назло, владычица кошмаров сейчас разгуливала где-то неподалёку. Похожие на гарпий мараморы из её свиты уже несколько ночей кружили над местным кампусом. Если бы не Славик, Борислав и близко не подошёл бы к университету. К счастью, Бакумар вёл себя прилично.

Лежащий в ногах бело-синий кот навострил ушки. Единственный глаз на мордочке приоткрылся. Борислав тоже почувствовал близкое присутствие жнеца, что неудивительно для данного места. Посланники Смерти, как и мараморы вечно ошиваются возле больниц.

Ничего не объясняя Славику, Борислав вогнал тело потомка в глубокий сон. После чего слился с сознанием Бакумара. Кот лениво потянулся и, спрыгнув на пол, принял свой истинный облик.

– Будь здесь. Чтобы не случилось не отходи от тела, – строго проговорил гигантский тигр, голосом Борислава. – И не пытайся вернуться в него. Не выйдет. Зря лишь силы потратишь. А восстанавливать тебе их неоткуда.

– Хорошо. Я понял, – с толикой недовольства ответил Славик.

– Я предупредил, – Борислав не сомневался, что потомок непременно нарушит запрет и попытается захватить тело. Впрочем, опустошение духовных сил пошло бы на пользу упрямому мальчишке. Лишь бы не переусердствовал.

Бакумар нетерпеливо рыкнул и Борислав поспешил окончательно слиться с его телом. Только так священный зверь мог принять облик жнеца для общения с посланниками Смерти. Обновлённое тело покрылось синим узором из вереницы глаз, таращившихся во все стороны. Разглядеть наружность Борислава за всей этой красотой смог бы не всякий. Да это и не важно.

Споро покинув бокс Славика, Бакумар направился к больничной аэроплощадке. Даже в ночное время здесь постоянно курсировал транспорт и сновали люди. Среди рабочей суеты как-то сразу бросились в глаза статичные фигуры мрачных жнецов и, сидящие на корточках, мараморы.

При появлении Бакумара один жнец мгновенно переместился к нему и вежливо кивнул в знак приветствия. Зверь ответил ему тем же.

– Душитель, – с неизменным равнодушием на лице проговорил жнец. – В Чистилище исчезновение заметили около суток назад. Мараморы случайно наткнулись на беглеца возле кампуса. Где он сейчас – неизвестно.

– Понял. Пострадавшие есть? – поинтересовался Бакумар, как только в рабочем планшете отобразились данные «душителя».

– Летальных случаев пока нет. Остальное выясняем, – отрапортовал жнец. Видимо при жизни был военным.

– Не слишком ли здесь много марамор? Что-то ещё случилось? – Бакумар указал на кружащую неподалёку стаю крылатых созданий.

– Это из-за будущего жнеца, поселившегося в университетском кампусе. Сам знаешь, как смертные наводят панику по всяким пустякам. А тут ещё альбинизм, социофобия и много-много мизантропии.

– Ясно. Учту.

Жнец кивнул и растворился в воздухе. Бакумар же помчался к месту встречи выводка Мары со сбежавшим «душителем». Из-за скопления марамор, миазмы страха пропитали там каждую травинку, каждый листочек и камушек в радиусе десяти метров. Это немного усложнило поиски беглеца. Но благодаря слиянию с Бориславом, зверь мог воспользоваться его способностями лунного жнеца. Стоило лишь применить их, как миазмы приняли бордовый оттенок. Теперь они походили на кровавый туман, который стремительно сгущался вокруг Бакумара.

– Хм! Лёгкая закуска, – он сглотнул слюну и принялся пожирать липнущие к нему миазмы страха и кошмаров.

В поредевшем тумане блеснула серебристая нить. Бакумар стал усерднее поглощать оставшиеся миазмы. Ушло не больше двух часов, прежде чем на расчищенной площадке проступила лунная дорожка. Она вела в сторону близлежащего строения, теряясь всего в нескольких метров от него.

Бакумар одним махом преодолел расстояние до границы остатков кровавого тумана, и точно адская гончая помчался по лунному следу. Сознание Борислава, помогло зверю сориентироваться по щедро расставленным городским указателям. Вот и конечный пункт.

Дом в минималистичном стиле унёсся ввысь множеством этажей. Искать беглеца в такой высотке могло бы обернуться проблемой. Но спасло чутьё священного зверя на кошмары. Так что нужную квартиру нашли быстро.

Бакумар выпустил сущность Борислава на свободу, чтобы каждый мог заняться своим делом. Один пожирал кошмары, второй решал судьбу сбежавшего духа. Вместе они промчались по стене высотки до тридцать второго этажа. Пройдя сквозь занавешенное окно, Борислав очутился в спальне молодой женщины. Она как раз спала. Вернее сказать, металась по подушке, сжимая руками край одеяла.

Бакумар уже в облике кота прыгнул ей на грудь и улёгся, подобрав лапки, будто охотился на лицо. На самом деле он ждал, когда Борислав выгонит из сознания жертвы беглого духа. А для этого требовалось время и терпение.

Встав на колени над телом женщины, Борислав склонился к ней и припал губами ко рту. Она сразу притихла. Её пальчики выпустили мятый край одеяла. До этого порывистое дыхание успокоилось, стало ровным, как и положено во врем глубокого сна. А Борислав провалился в подсознание женщины.

Не задерживаясь среди беспорядочно раскиданный образов, он применил навык лунного света. Так найти следы духа, отмеченного Смертью, было совсем просто. Серебристый лучик, точно нить Ариадна, вёл Борислава вперёд. Он следовал за ним до тех пор, пока не наткнулся на дверь с кодовым замком. Потянул за ручку. Заперто. Дёрнул посильнее. Раздался гадкий лязг. Ударил плечом. Дверь рассыпалась в труху. Перешагнув через неё, Борислав очутился в каком-то проулке.

Неприятно моросил дождь. Тянущиеся с двух сторон стены покрывал шершавый лишайник. Над головой Борислава шелестела бумага. Он посмотрел вверх и увидел бумажных птиц разных размеров. Они то кружили, то беспокойно метались, сталкиваясь друг с дружкой. Внезапно раздался женский вопль. Птицы застыли в воздух, а затем вспыхнули огнём, обращаясь в серый пепел. Дождь тут же прибил его к мокрому асфальту, по которому стали расползаться грязевые лужицы.

Шлёп-шлёп. Топ-топ.

Борислав отступил на шаг и наткнулся на стену. Она сплошь была усеяна цветными стеклянными шариками и на ощупь казалось склизкой. Снова вопль. Стена задрожала, роняя радужное украшение. Борислав размахнулся и что есть сил ударил по ней кулаком. Никакого эффекта. Разве что дождь закончился.

Шлёп-шлёп. Приближался звук босых ног, бегущих по лужам. Тот топ. Следом тяжёлая гулкая поступь. Борислав бросил взгляд в другой конец проулка. Там стены сходились вместе, оставляя крохотный зазор, в который разве что руку просунуть можно. Стоило лишь так подумать, как в щели показались длинные пальчики с аккуратным маникюром.

– Помогите, – Борислав услышал шёпот за спиной.

Оглянулся. Там по-прежнему стояла склизкая стена с цветными шариками. Только он отвернулся от неё, как почувствовал проникающий удар в спину. Борислав опустил взгляд себе на грудь и увидел расплывающееся пятно крови.

– Помоги мне, – теперь шёпот звучал совсем близко. Словно не снаружи, а в самой голове.

Борислав сделан несколько шагов прочь от стены. Тут снова пошёл промозглый моросящий дождь. Лужи на асфальте окрасились в алый цвет. Он темнел на глазах, становясь грязным.

Шлёп-шлёп. Пробежали по лужам невидимые ноги, забрызгав стены грязью. Топ-топ. Гулким эхом прозвучали в проулке чьи-то тяжелые шаги. Борислав прошёлся до узкой щели, откуда всё ещё торчали наманикюреные пальчики.

Оглушительный визг раздался совсем близко. Борислав оглянулся на склизкую стену и не увидел её. Лишь мрак остался на том месте, где она стояла.

– Помоги мне поймать, – снова раздался шёпот прямо в голове.

Борислав почувствовал дурноту и слабость. Ноги дрогнули в коленях, и он едва не упал в бордовую лужу, источающую миазмы страха. Пришлось опереться рукой на шершавую от лишайника стену.

Шлёп-шлёп. Из мрака проулка выбежала девушка. Платье на ней насквозь промокло. Длинный подол прилип к ногам, мешая двигаться. Она боязливо озиралась и дрожала всем телом.

Топ-топ. Звук шагов раздался сразу со всех сторон. Но никто не появился. Девушка взвизгнула и бросилась бежать по проулку до тупика.

– Помоги мне поймать её, – в который раз раздался странный шёпот.

Борислав почувствовал, как некто пытается взять его тело под контроль. Он поддался ему. Слабость в конечностях сразу прошла. Ноги налились неимоверной силой и каждый шаг обрушился грохотом на злополучный проулок. Борислав споро оказался за спиной промокшей девушки. Она тщетно пыталась протиснуться в зазор между стен.

Почувствовав человека за спиной, девушка обернулась и вскрикнула от ужаса. Борислав чётко прочёл его в её глазах. Бедняжка заметалась по тупику, шлёпая босыми ногами по мокрому асфальту. Ей некуда было сбежать. Она попалась. Борислав не заметил, как его пальцы сомкнулись на шее беглянки.

– Смотри. Смотри. Смотри… – шептал голос в голове.

Девушка тщетно сопротивлялась. Не щадя маникюра, она царапала руки Борислава. Её полные страха глаза всё больше округлялись. Взгляд затуманивался. Вот уже зрачки поползли вверх, как будто желая спрятаться. Всё это время Борислав чувствовал пульсацию под пальцами.

– Чувствуешь, как бьётся родник её жизни? – шёпот стал громче. Голос говорившего дрогнул. Видимо от волнения.

«Довольно», – решил Борислав и сбросил с себя оковы чужой воли.

Не выпуская из рук шею девушки, он ослабил хватку. Зрачки у жертвы вернулись на место. Она вздохнула и закашляла. Тут же стены в тупике затряслись, сбрасывая слой за слоем побелевший лишайник. Ветер подхватил его и закружил. Дождь обернулся снегопадом.

Девушка упала на колени, обняв себя за плечи. Её трясло от холода и ветра, пробирающего до костей. Ветер стих, представив взору обновлённый проулок. Хотя теперь подобное название стало совсем не к месту.

Со всех сторон уносились ввысь склизкие стены, сплошь покрытые стеклянными шариками. В каждом из них Бориславу мерещился человеческий зрачок. Приглядевшись, он понял, что так и есть. Внутри стекляшек действительно оказались глазные яблоки. Стены двинулись на встречу друг другу. Девушка взвизгнула и, закрыв голову руками, свернулась калачиком. Она что-то бормотала, но Борислав её не слышал.

– Изменщик. Лжец. Предатель, – шёпот превратился в злобное шипение.

Давление чужой воли удвоилось. Настало время дать ему отпор. Борислав активировал лунные силки. Беглый дух, так неосмотрительно влезший в его тело, оказался в ловушке.

– Бакумар! Бакумар! Бакумар! – Борислав воспользовался простеньким заклятием для призыва пожирателя кошмаров. Раньше его знали даже малые дети. В современном мире священного зверя никто не помнил и не почитал. С кошмарами и болезненными наваждениями люди боролись медикаментозно. Кому-то помогало, кому-то нет. Видимо поэтому Бакумар, имеющий некогда сотни тысяч воплощений, стал терять их и слабеть. Если бы не слияние с лунным жнецом, то возможно и этот священный зверь давно бы исчез.

Борислав порой чувствовал меланхолию Бакумара. Он разделял его грусть из-за утраты сил и печаль за обозримый финал существования. Поэтому старался поддерживать традицию народного призыва избавителя от ночных страхов. Он впечатал в подсознание девушки образ огромного белого тигра-защитника с синим полосками. И оставил в обрывке сна слова для его призыва.

А дальше…

Подсознание девушки пропиталось миазмами страха, которые повсюду насадил дух-душитель. Борислав с тревогой глянул на Бакумара и понял, что обычным поглощением дело не обойдётся. Попытка немедленно покинуть сознание спящей женщины тут же провалилась.

«Вот ведь, похотливый котяра!» – только и успел подумать Борислав, как вокруг всё зашевелилось, изменилось, закрутилось.

Исчез проулок с уродливыми стенами и грязным асфальтом. Большая лужа, возле которой лежала девушка и дрожала, обернулась ванной с горячей водой. Поднявшийся от неё пар упёрся в пушистое облако, из которого посыпались лепестки белых роз. Цветочный аромат наполнил воздух.

Промокшая девушка осторожно поднялась и потянулась к прозрачной водице. Прилипшее к телу платье легко соскользнуло на кафельный пол, точно лёгкий шёлк или шифон. Лоснящиеся от грязи и пота, слипшиеся уродливыми сосульками волосы взъерошил игривый ветерок. Он словно подбадривал девушку, подталкивая занять место в ванне. Она боязливо опустила ногу в горячую воду и сразу вздох облегчения сорвался с её уст.

Борислав и моргнуть не успел, как недавняя жертва нападения душителя преобразилась. Он больше не видел в ней нервной дрожи, трясущегося подбородка, слёз и страха в глазах. Девушка мурлыкала под нос весёленький мотивчик и бросала на Борислава кокетливые взгляды.

Стало жарко, как в парной. Горячий воздух превратился в туманную завесу, в которой кружили лепестки цветов. Девушка положила ножку на край ванны, словно приглашая присоединится к купанию.

– Изменщик, лжец, предатель, – проскрипел злобный голосок у самого уха. Пойманный дух бесновался в лунных силках. Ему претила возникшая вокруг атмосфера эротической фантазии.

Бакумар принялся ластиться к голове купальщицы, словно домашний котик. Она в ответ погладила его по широкой морде. Облик священного зверя стал зыбким, точно мираж и вскоре исчез. Вместо него появились безликие призраки. Они окружили купальщицу. Её ленивые прикосновения обратили их в людей.

Полуобнажённые красавцы стали прислуживать ей, ласкать и всячески ублажать. Страсть быстро набрала обороты, превратив сон в настоящую оргию похоти. От которой у Борислава стало перехватывать дыхание.

– Потаскуха, дрянь, извращенка, – дал о себе знать пойманный дух. – Все изменщики, лжецы и предатели. Придушу!

Бориславу надоело слушать его брюзжание, и он поспешно покинул сон. В спальне его застала вполне обыденная картина.

Часть 2. Славный Славик

Только Бакумар и жнец покинули больничный бокс, как Славик тут же попытался вернуться себе живое тело. Он ни на секунду не верил странноватой парочке. А потому не хотел зря терять время. Едва забравшись на больничную кушетку, ему показалось что она его затягивает, точно трясина какая-то. Цепляясь за спящее тело, как за бревно, он с трудом влез на него и перевёл дух.

– Так. И что теперь? Как мне в него влезь-то?

Повертевшись, Славик стал подумывать об искусственном дыхании, медитации и прочей ерунде, что так и лезла в голову. В следующий миг кто-то с силой сбросил его на пол.

– Какого чёрта?! – взъярился он, поднимаясь на ноги.

– Извини брат, меня жнецы ищут, – обратился к нему взъерошенный парнишка лет за двадцать. – Мне им попадаться нельзя. В Чистилище отволокут и разрешения не спросят. А оттуда и до Преисподней недалеко.

Славик только рот открыл и сразу закрыл его. Беглец сиганул на кушетку и в следующем прыжке оказался верхом на спящем теле. Один удар в солнечное сплетение и раскрывшаяся тёмная воронка мгновенно затянула «лохмача» внутрь. Славик хотел было возмутиться. Да только стало не до ругани, когда разбуженное тело рвануло с кушетки пьяной поступью. Врезалось в стену рядом с дверью и, запутавшись в ногах, с грохотом завалилось на пол. От удара взъерошенного парнишку выкинуло из тела. Тут же Славик услышал в коридоре приближающиеся шаги и почувствовал ползущий по спине холодок.

– Жнецы! Беги, брат, а то и тебя схватят, – выдал беглец и рванул сквозь стену в соседний бокс.

В панике Славик стал лупить валявшееся на полу бесчувственное тело. Метил вроде в солнечное сплетение, а попадал куда придётся. Холод усилился. Дверь в больничный бокс приоткрылась, впуская встревоженную медсестру. За ней тенью вошёл мрачного вида человек. Славик испуганно прижался лбом к груди лежащего перед ним тела и сразу потерял сознание.

Перед глазами промелькнули обрывки воспоминаний. Славик не стал за них цепляться, как в прошлый раз. Падая в темноту, он всё ждал, когда очнётся в собственном теле и забудет про жнецов, одноглазых котов и наглых беглецов.

– Смотри-ка очухался. Я уж думал, не выплывет, – жнец в его теле сидел за учебной панелью студъюта. – Предупреждал ведь. И в кого такой непослушный?

– Моё тело. Моя жизнь, – сердито пробухтел Славик.

– Раньше бы думал о своей жизни. А теперь… – жнец как-то досадливо вздохнул. – Теперь, прошу тебя, побудь славным малым и не создавай проблем. А то из-за тебя мне пришлось на несколько дней задержаться в больнице.

– Несколько дней?! – не поверил Славик. – Какое сегодня число? Моё восстановление в универе! Подготовка к семестру…

– Забудь. Всё уже позади, – перебил его жнец. – Ты почти год приходил в себя. Если быть точным, то восемь месяцев, три дня, одиннадцать часов и сорок девять минут.

– И ты всё это время… – Славик оглядел студъют и вполне искренне удивился. – Ты учился вместо меня? И как оно?

– Что именно? – жнец явно не понял вопроса.

– Ну, снова стать живым, учится, общаться с людьми. Получить уникальное имя, – Славику в самом деле стало интересно, как посланник Смерти справился с ролью студента.

– Не такое уж оно и уникальное, хм…, твоё имечко, – жнец скривился в кривой усмешке. – Меня при жизни тоже Бориславом звали. И я, прежде чем погиб от несчастного случая, долгое время учился в академии наук.

– По какой специальности?

– Медицина.

– Врач?

– Да, врач.

– А жнецом как стал?

Борислав по всей видимости не ожидал такого резкого поворота разговора и некоторое время молча смотрел на Славика. Но потом всё-таки ответил.

– Судьба такая. При рождении меня Смерть коснулась. Метку свою оставила. Из-за чего вся жизнь превратилась в некое испытание.

– Тяжело? А что сложнее… – продолжил Славик накидывать вопросы.

– Ты, я вижу, любишь поболтать? – остановил его Борислав.

– А что мне ещё делать? Я ведь умер как никак. Кстати, скажи честно, почему ты выбрал именно моё тело? Потому что я красавчик? Или же на ум и знания позарился?

– Да-а, – протянул Борислав. – Память у тебя как у золотой рыбки. Я ведь ещё на аэроплощадке сказал тебе – ты мой прямой потомок. Притом последний.

– И что? – Славик пожал плечами, не понимая, что тот имел в виду.

– Я смогу обрести покой только когда пресечётся мой род, идущий ещё от княжны Хлады, – стал объяснять Борислав. – Вот только самоубийство в расчёт не берётся. Всех суицидников ждёт тысячелетняя порука в Чистилище. Поэтому я решил вмешаться и спокойно прожить твою жизнь, обеспечив себе спокойный уход в иной мир.

– А я? – отчего-то Славику пришла на ум довольно пугающая перспектива вечно блуждающей души.

– А что ты? – Борислав спокойно смерил его взглядом. – Хочешь в Чистилище на тысячелетнюю подработку отправиться? Думаю, нет. Значит поживёшь пока так. А как срок выйдет, улетишь на перерождение.

– Всё равно странно всё. Даже разговаривать вот так. Словно перед зеркалом стою. Бред какой-то, – Славик немного растерялся. На секунду ему даже показалось, будто жнец посмеивается над ним.

– Если тебе станет легче, то можешь считать меня своим братом-близнецом. Мы же как никак родственники, – с ходу предложил Борислав и Славику такая идея сразу понравилась.

– Забавно. А давай! Скажем, я сбросился с аэроплощадки и умер. И тут внезапно появился брат-близнец, о котором я ничего не знал. Ты нашёл мое тело и спрятал его. Нет, закопал. Нет, сжег! Без разницы… – Славик увлечённо начал сочинять историю своей новой жизни. – Не знаю по какой причине, потом придумаю, но тебе понадобилось скрыть мою смерть. И так! Сейчас начинается самое главное. Мой не упокоенный дух явился к тебе и потребовал исполнить последнюю волю. Скажем, закончить обучение в универе. А дальше, мы заключили сделку, поклявшись кровными узами!

– Отличная задумка. Браво! Бис! Аплодисменты! – Несмотря на восторженные слова, Борислав безэмоционально ударил в ладоши несколько раз. – А теперь приступим к самой сделке, по которой ночами ты будешь следить за своим бывшим телом. Чтобы его ненароком не угнал какой-нибудь взъерошенный бес, сбежавший в самоволку из самой Преисподней.

Славик вспомнил парня, который едва не удрал в его теле, и взбудоражено воскликнул:

– Так, то бес был?! Настоящий?! – видя непонимание на лице Борислава, он пояснил. – Ну, парень, что вдарил по сплетению, а потом не вписался в дверь.

– Какое ещё сплетение?

– Солнечное, – Славик показал на себе то место, в которое ударил недавний вторженец. – Треснул кулаком и его всосало в тело. Оно вскочило и поковыляло. В стену – хрясь!

– Так это не ты постарался? Расшиб голову, вывихнул ногу и выбил сустав в плече, – Борислав стал перечислять все повреждения вплоть прикушенного языка.

– Нет-нет. С чего мне-то себя калечить?

– Бакумар! – позвал Борислав кота. – Слышал? Какой-то бес чуть нам тело не подпортил. Вот бы его найти.

Со спального места, что крепилось практически под потолком, высунулось заспана кошачья морда.

– Возьми его, прогуляй по Чистилищу до границ с Преисподней. А у меня дела. Пришло сообщение от куратора. Нужно будет сходить кое-куда.

Зверь рыкнул и Славику сразу захотелось сбежать куда подальше. Вот только куда и как? Сквозь стену и материальные объекты он пока боялся лезть. А дверь открыть нужна студенческая айди-карта. Впрочем, метания Славика оказались совершенно бесполезными. Бакумар вмиг обернулся огромным тигром и заглотил его, точно мышонка.

Пришлось некоторое время путешествовать в брюхе священного зверя, в котором Славика то и дело посещали назойливые мысли, как ему придётся выбираться из Бакумара. Естественным путём?

Вдруг зверь резко остановился. Славик почувствовал жар и услышал нарастающий птичий гомон. Отчего-то в нём ему стали мерещится людские голоса, женский смех и даже шёпот.

– Бакумар, Бакумар, – чётко расслышал он. – Где ж ты пропадал? Хи!

Нутро священного зверя стремительно нагрелось, превратившись в настоящую парилку для Славика.

«Я умер и стал призраком. Мне теперь не холодно и не жарко», – успокаивал он себя, теряя веру в сказанное, так как жар стал уже невыносим.

«Может это адское пламя Преисподней? В нём сжигают души грешников? Или нет, не сжигают, а жарят на сковородках и варят в котлах», – откуда ни возьмись нагрянули страхи, заставив Славика метаться внутри зверя.

Бакумар, видимо, не выдержал такой дикой пляски и срыгнул. Славик очутился среди множества трёхпалых ног, напоминающих птичьи лапы. Подняв голову, он едва не подавился воздухом от неожиданности. Сверху над ним нависло множество женских грудей разной формы. Торчащие выше лица искажали злобные гримасы. А устремлённые на Славика глаза так и пылали гневным пламенем.

«Сожрут», – испугался он, увидев распахнутые пасти, полные коротких, но острых зубов.

Ничего не понимая, Славик с криком подскочил на месте, в сильном желании вырваться из окружения. Как в плаванье выкинул вперёд руки и тут же наткнулся на пышущую жаром грудь. Ладонь обожгло так, словно её приложили к раскалённой сковороде. Славик с криком отдёрнул руку. Толпа вокруг него громко рассмеялась.

– Понравилось? – ехидно поинтересовалась та, чью грудь только что облапали. – Не останавливайся на начатом. Не беги от любви.

Смех вокруг перешёл в гогот, а после в радостное улюлюканье.

– Я случайно, – оправдался Славик. – Мне нужно идти. Пропустите, пожалуйста.

Теперь он попытался протиснуться бочком. Но чья-то когтистая лапа схватила его за поясницу. Рывок, а следом шорох множества крыльев. Славик оказался высоко над землёй. Он почувствовал себя дичью хищной птицы. Да он такой и являлся.

«В гнездо понесла? Птенцов кормить? – в голове зародились пугающие мысли. – Разорвёт на кусочки и будет пихать понемногу в их прожорливые глотки».

Между тем чудовищная компания окончательно развеселилась. Они перекидывали Славика друг дружке и гоготали. Земля, небо, злобные «женоптицы» – всё смешалось. Одна «курица» зазевалась и не поймала брошенного ей духа. Славик стал падать.

«Это мой шанс!» – он хотел ускорить падение, как видел это в экшн-фильмах. Сложил руки вдоль тела, вытянулся в струнку… И ничего. Нет никакого эффекта ускорения свободного падения. Воздух для Славика оказался слишком плотным, точно вода.

«Приплыли», – с досадой подумал он и тут же его озарила гениальна идея.

Не глядя на стаю «женоптиц», Славик оттолкнулся ногами от воздуха, одновременно разгребая его руками.

– Плыви, плыви, плыви, – подгоняя себя словами, он всё активнее барахтался в стремлении достичь дна, вернее земли.

«Женоптицы» кружили рядом. Они с интересом наблюдали за его потугами. Некоторые даже стали подбадривать выкриками. В общем веселились девчонки, как могли, пока ноги Славика земли не коснулись.

Небо разорвало от радостного гвалта. После чего «женоптицы» принялись пикировать, выпустив вперёд свои трёхпалые конечности. Не желая быть схваченным, Славик стал уклоняться от них, отступая шаг за шагом. Жаль на затылке глаз нет.

Подвернувшийся под ноги камень, уронил Славика на землю. Стая «женоптиц» загоготала над его распластавшимся телом. Одна за другой твари спустились на землю и принялись толкаться, сжимая кольцо вокруг него.

– Девчонки, – обратился к ним Славик. – Дайте передохнуть немного, а то помру.

Что-то в его голове щёлкнуло. Накатила страшная апатия. Ему стало абсолютно всё равно, что с ним сейчас сделают «женоптицы». К удивлению Славика, те ничего не предприняли. Более того они потеряли к нему интерес и довольно споро разлетелись кто куда.

Славик каким-то чудом добрался до университетского кампуса. Напрочь забыв про кодовые замки и панели безопасности, он ввалился в студъют и полез на спальное место. Вот только силёнок забраться на него не хватило. Он свалился на пол и, бормоча под нос проклятия, окончательно вырубился. Когда очнулся, то первым делом захотел покинуть студъют, но не смог.

– Сюда-то я как-то попал без айди-карты, – вслух размышлял Славик, расхаживая по два шага от стены к стене. – И зачем она призраку? Я же сквозь стены должен проходить. Почему не получается?

Он смело проходил сквозь предметы в студъюте, но покинуть его не мог. Будь то дверь, стена или окно – всё становилось непреодолимым препятствием.

– Должно быть есть правило или какая-то хитрость. Надо вспомнить, как я сюда вошёл, – он напряг память, но та выдавала лишь птичий гвалт. – Надо взбодриться. Контрастный душ принять.

Славик без усилий вошёл в кабинку, прямо сквозь её стенку. Захотел повторить проход, а выйти не смог.

– Чёрт! Да как так-то?! – взревел он и стукнул кулаком в дверцу. Та мягко отразила удар, словно сделана не из твёрдого материала, а чего-то плотного, но гибкого.

«Я так с ума сойду», – Славик совсем раскис, оказавшись запертым в тесной душевой кабине.

– В гробу просторней, – буркнул он, глядя на неподдающуюся ему дверцу. А по ту сторону на него смотрели красные бусины чьих-то глаз. Казалось, они налиты кровью и вот-вот лопнут.

«Это ещё кто? Вампир?» – встревожился Славик. Ему хватило встречи с «женоптицами», чтобы с опаской относится ко всему странному и внезапному.

– Ты кто? – от страха он почти шёпотом обратился к существу по ту сторону кабинки.

– А ты? – так же тихо ему ответили.

– Славик, – ничего другого ему в голову не пришло.

– Аля, – ответило существо и подошло ближе. – Зачем забрался ко мне? Убирайся.

– Не могу. Я застрял, – честно признался Славик, мысленно ругая себя за откровенность. Ведь совсем неизвестно, что за тварь там оказалась и что она с ним теперь сделает. Со щелчком открылась дверь душевой кабины.

– Выходи, – скомандовала Аля.

Славик прошмыгнул мимо неё и упёрся в стену. По спине пробежал знакомый холодок. Точно рядом бродил мрачный жнец. И видимо им была та самая Аля. По крайней мере так решил Славик.

– Ты жнец? Да? Я не сбегал. Моё тело ещё не умерло. Поэтому меня нельзя забирать, – протараторил он, стараясь казаться как можно убедительней.

– С чего ты взял, что я жнец? – спросила она, при этом проткнув пальцем ему плечо. Больно не было, только возникло странное колебание. Словно камень в воду бросили.

– Так ты не жнец? Тогда почему так холодом потянуло? Не от тебя? – Славик прислушался к новым ощущениям. – Может рядом кто ходит?

Он невольно поёжился. Встретиться с ещё одним посланником Смерти ему не хотелось. Хватило общения с Бориславом и Бакумаром. Один тело отжал, второй —проглотил, пережевал и выплюнул.

– Так ты призрак или как? – поинтересовалась Аля. – И почему сквозь стены не проходишь? Дефектный?

– Кто это здесь дефектный? Сама-то кто? – взъярился Славик, резко развернувшись к стоящей перед душевой кабиной девушке.

– Человек. Студентка универа. И это мой студъют, – Аля снова ткнула пальцем его в плечо. Только в этот раз гораздо сильнее.

– Эй! Не делай так. Растыкалась. Пальцы лишние есть? – Славик потёр плечо, точно ушиб. – Нормальные люди меня не видят, не слышат и уж тем более не калечат. Так что ты точно не нормальная!

– На себя посмотри! Призрак недоучка. Что ты вообще забыл в моей душевой? Вымыться захотелось? – насела на него Аля.

Вблизи её глаза сверкали, как рубины. Несмотря на грозный крик, взгляд у девушки казался Славику тёплым и совсем не страшным.

«Какая бледная», – заметил он про себя и сразу вспомнил байку, что люди на грани смерти могут видеть не только жнецов смерти, но и призраков.

– Ты больна? Умираешь? Сколько ещё осталось жить? Год? Меньше? Несколько дней? – не задумываясь, выдал Славик.

– Сам ты болен или умираешь! – Огрызнулась она. – Со мной всё в порядке, в отличие от тебя. Говоришь, тело ещё не сдохло? От жнецов прячешься? А ну вали из студъюта и больше мне не попадайся.

Аля толкнула Славика в грудь. Он едва остался в сознании после её удара. Настолько сильно его тряхануло невидимой волной.

2.1. Аля и «Призрак универа"

«Триста тридцать один, триста тридцать два, триста тридцать три!» – Аля остановила счёт шагов по вымышленному пляжу и облегчённо вздохнула. Слабость, взявшая её тело в плен, наконец-то отступила. Правда, ноги успели затечь, и попытка встать закончилась позорным фиаско.

Аля неуклюже упала на колени. Немногие сокурсники, задержавшиеся в аудитории, не стесняясь расхохотались. Подняться помог лишь незнакомый старшекурсник. Призрак за его спиной походил на утопленника. Его образ выглядел весьма ярким, а значит смерть настигнет парня в ближайший месяц. Але захотелось уберечь парня от беды.

– В порядке? Жива? – поинтересовался старшекурсник, явно не понимая, почему другие так враждебны к ней.

– Кому суждено сгореть, тот не утонет. А твой труп принесёт вода. Так что береги себя, – она отряхнула колени и поспешила в свой студъют.

Вечером в студенческом чате появилась история с сегодняшним неловким падением «призрака универа» в аудитории. Все обсуждали старшекурсника, бросившегося Але на помощь и проклятие, которое он от неё получил. Лицемерно жалели, навесив на него ярлык утопленника.

– Совсем нечем заняться, – Але стало обидно за то, как всё обернулось.

Она вспомнила прицепившегося к старшекурснику призрака и настроение окончательно испортилось. Образ утопленника явственно встал перед её мысленным взором. К сожалению, размокший труп – это всего лишь размокший труп. Определить по нему причину смерти для Али не представлялось возможным. На плечи девушки легла тяжёлая печаль.

Аля вспомнила, как впервые увидела призрака в виде скелетированных останков человека. Они болтались в воздухе, окутанные густой тёмно-серой дымкой. Увлечённо разглядывая их, Аля познакомилась с девочкой, старше себя на пять лет. Тогда она не боялась призрачных сущностей так, как сейчас. А Милана, так звали девочку со скелетом за спиной, охотно подружилась с ней.

Забавно и грустно, что счастливое время пролетело незаметно. Пришедшее же за ним несчастье растянулось на долгие годы. Двухлетняя дружба разлетелась на осколки, когда Милана исчезла. На тот момент ей уже исполнилось двенадцать. Служба охраны правопорядка долго искала девочку и ничего не нашли.

Только спустя четыре года совершенно случайно обнаружились скелетированные останки Миланы внутри воздуховода. Когда и как туда попало тело девочки, Аля не смогла узнать. Как и того, что стало причиной смерти. Взрослые посчитали важным скрыть подробности расследования. Боялись травмировать Алю. Она и так тяжело переживала гибель подруги: не могла нормально спать, потеряла аппетит и почти ни с кем не разговаривала.

Аля узнала обо всём спустя полгода, подслушав эмоциональный спор соседей. В нём они припомнили похищение Миланы, её трёхлетнее заточение в качестве рабыни и смерть из-за подпольного аборта. Злодеи завернули труп пленницы в утеплитель и сбросили в вентиляционную шахту. Где останки нашли рабочие дройды, проводившие ремонтные работы. Милану идентифицировали и официально зафиксировали её смерть.

До этого случая Аля считала, что видеть скелета в призрачной сущности – знак долгой жизни. Но трагическая гибель подруги всё перечеркнула. С тех пор Аля начала бояться вглядываться в серые тени, таскающиеся за людьми. Ей стало казаться, будто они наблюдают за ней, провожая пустыми глазами мертвецов. Их взгляды могильными плитами стали давить на неё, не давая свободно жить и дышать. И вот снова.

– Бесполезная способность! Толку от тебя… – Алю тяготило бессилие. Она не понимала зачем высшие силы дали ей возможность видеть призрачные сущности.

Каждый раз, видя в отражении собственный лик смерти, Аля думала о суициде. Желание проверить на прочность узы судьбы латентно преследовало её. И сейчас в очередной раз обострилось.

Взгляд пробежался по студенческому чату. Сплетничая о «призраке универа» народ плавно перешёл к обсуждению некоего Раюшкина. Парень вернулся к учёбе после армейской службы и незадолго до начала семестра сиганул с крыши университета. Сплетники строили догадки от банальной хулиганской выходки, чтобы привлечь внимание к своей персоне, до слезливой истории разбитого сердца. Как стервятники они кружили над несчастным Раюшкиным, то обсирая его, то поклёвывая.

Аля выключила учебную панель и легла на кровать. Закрыв глаза, она представила умытое летним дождиком небо с лёгким росчерком радуги по краям. Заходящее солнце окрасила редкие облака в розовый цвет. А затем пришла ночная темень. Она укрыла день своим чёрным непроглядным покрывалом, расшитым мириадами звёздных бриллиантов. Аля незаметно уснула. На задворках сознания теплилась надежда на новый день.

А пока…

Каждую ночь Алю преследовали кошмары, которые она напрочь забывала по утру. Так было и сейчас. Проснувшись с криком, она тщетно пыталась вспомнить детали сна. Но те ускользали от неё, растворяясь в свете дня.

По айди пришло сообщение куратора об общем сборе факультета в актовом зале. Аля лишь вздохнула и принялась приводить себя в порядок. Студъют при всём своём минимализме имел всё, что нужно для жизни студента, включая персональную душевую кабинку. Правда, просто вымыть руки или умыться в ней, не принимая сам душ, довольно неудобно. Воду в кабинке можно было включить только при закрытой дверце и летела она с потолка, брызгая во все стороны. Хочешь не хочешь, а целиком промокнешь.

Аля вышла из душевой кабинки и застыла на месте. На полу в студъюте лежал незнакомый парень. Он выглядел так, словно только что пробежал стометровку. Парень пытался отдышаться, сжимая рукой рубашку на груди.

«Ещё один засланец? Спор проиграл и ко мне влез?» – Аля подошла к панели на двери, чтобы сообщить в службу безопасности о незаконном проникновении.

– Чёртов котяра, курицы, загнали совсем, – пробормотал парень. – Попались бы он мне при жизни. Оторвал бы всем хвосты и уши.

Аля медленно развернулась к «вторженцу», забыв о вызове охраны. Он уже отдышался и расслабленно лежал с закрытыми глазами, раскинув руки в стороны.

– Пускай попробуют вернуться. Я им покажу…

Парень замолчал и больше не шевелился. Казалось, он уснул. Аля осторожно подкралась к нему и тихонько тронула за плечо. Пальцы прошли сквозь него. Стало зябко.

«Привидение!» – она резко вскочила и отбежала к двери.

По айди так не вовремя прилетело предупреждение, что мероприятие в актовом зале вот-вот начнётся. Аля подхватила сумку и, выскользнув из студъюта, помчалась по коридору. Ноги сами привели её в актовый зал. О том, что там в течение часа происходило, она имело смутное представление. Голова оказалась забита мыслями о «привидении».

Когда мероприятие закончилось, и студенты покинули актовый зал, Аля осталась в одиночестве. Её терзали противоречивые чувства. С одной стороны – она боялась возвращаться в студъют, с другой – ей было ужасно интересно пообщаться с настоящим привидением.

– Эй! Раюшкин! Борислав! Постой! – крик в коридоре привлёк внимание Али. Она вспомнила вчерашние сплетни в студенческом чате и решила взглянуть на новую жертву местных «стервятников».

Выглянув в коридор, Аля увидела огромного белого тигра с яркими синими полосами. Животное било хвостом, который беспрепятственно проходил сквозь предметы и стены. Под его массивной головой стоял молодой человек. Со спины Але не удалось разглядеть лицо Борислава. Зато запомнила цвет волос на затылке. Тёмно-синий. Такой ещё называют «индиго».

Тигр повернул морду и уставился на Алю единственным глазом. Она вздрогнула от тёплого бриза, что пробежал по её коже. Все тревоги разом испарились. В теле образовалась приятная лёгкость, а голову вскружило внезапное чувство эйфории. Аля прислонилась к стене, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Но ничего подобного не произошло.

Странное наваждение сошло на нет, как только Борислав со своим призрачным спутником исчез из коридора. Он ушёл, так и не заметив её присутствия. Она же на автоматизме добралась до студъюта и, переодевшись в мягкую домашнюю кофту, уселась за учебную панель. Пальчики забегали по виртуальной клавиатуре. На экране замелькали строчки алгоритмов пошаговой кодировки, заданной к освоению до следующего промежуточного среза знаний. Вот только смысла в её действия не оказалось.

Она вглядывалась в строчки на экране и не могла их прочесть. Видимо от напряжения, к горлу подступила тошнота. Чтобы избавится от неприятных ощущений Аля решила принять душ. Но стоило ей подойти к душевой, как за мутной стеновой панелью появился силуэт. Затем в дверь кабинки прилетел слабый, но вполне слышимый удар. Следом тихое бормотание. Аля попыталась рассмотреть, кто же снова к ней прокрался и услышало сиплое «Ты кто?». С перепугу она машинально переспросила «А ты?». Ответ оказался таким же чудным, как и сама ситуация.

– Славик, – назвал себя незнакомец.

Аля представилась в ответ и сразу налетела с требованием убираться вон из душевой и студъюта. Славик жалобно проблеет что не может выйти, потому что где-то там чем-то застрял.

«Ага! Конечно! Где там застрять можно? Лишним пальцем в сливном очке?» – подумала она про себя и, распахнув дверь кабинки, скомандовала парню убирался.

Тот выскочил из душевой, и Аля узнала в нём недавнее привидение, развалившееся на полу её студъюта. Отчего-то неприкаянный дух тыкался в стену, как слепой котёнок. Он словно хотел пройти насквозь, но не мог. Из любопытства Аля ткнула пальцем ему в плечо. Он резко развернулся и…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.