КальмиЯ
Павел Кириллов

© Павел Кириллов, 2022

ISBN 978-5-0056-6818-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1.F

– Сука, заебали выебываться нахуй. – встряхнув член, я застегнул ширинку штанов. В нос ударил приятный дым Винстон Икстайл. Последнюю тяжку надо взять по полной. —Бля, Винстон охуенен.

– Говно противное. Лучшеб Кента взял. – докуривая стрельнувшую у меня сигу, сказал Колян. Вот пидор, жалуется на сиги, но все равно стреляет. Хотя ладно, братанам можно.

– Пошел нахуй. – сказал я, но сам понимаю, что винстон реально дерьмовый. Но мать только его курит, так что, пока свои деньги не появятся, буду тырить эти. Ну а что, должен публично признать, что курю говно?

– Слышал, еще камеры здесь ставить будут.

– Ну я и говорю – выебываются. Ебанные преподы. В толчке не кури, за школой не кури. Ебанутые ебанашки.

– Пошли, перемена заканчивается уже. Пиздеть потом буду, еще родаков в шк вызовут.

Когда мы зашли в класс, училки еще не было. Можно и развлечься чем-нибудь. И тут я увидел пиздюка. Пиздец забавный чел. Всегда можно с ним поиграть, а он и не сделает ничего.

– Ебать, тебе что, весело? – я взял у него из рук маленький Хуайвей. – Че тут у тебя? Игры? Сука, ребенок мелкий. Когда уже повзрослеешь? – я херею с таких – четырнадцать лет, а они все в игры играют. Ну это его проблемы и проблемы родителей, что долбаеба воспитали. Еще и прыщи на лице торчат. А вот если бы телок ебал, давно прошли. Да и сам он дрыщ-дрыщом. – Лан, на телефон свой.

Я бы дал ему. Но это не интересно. Как только он протянул свои клешни к техе, я тут же кинул ее Коляну.

– Че ты, думал я тебе дам? Не заслужил.

Ну так этот шкент попытался отобрать его у Коляна. Но тот ловко перекинул телефон мне. Вот это рофл. Я как начну угорать с мелкого. Мы перекидываем телефон с братаном, а пиздюк в прыжке пытается его поймать. Я вообще с трудом ловлю телефон, потому что от смеха живот сводит. Я ржу, Колян ржет, класс угорает. Вот это я понимаю – повеселиться.

А потом зашла училка. Блять, весь кайф обломала. Как начнет орать на нас, что мы херней маемся. Ну да, кто из нас еще херней мается. Тем более звонок на урок был уже, так что это она опаздывает.

– На, не ной. Зато спортом позанимался. – отдаю я телефон обратно парню. Смотрит так, будто я чего сделал с ним такого. Бесят такие долбаебы.

А потом опять скукота. Ебануться. Сорок пять минут сидеть, слушать понос препода.

– Григорий, покажи-ка мне свою тетрадь?

– Вот она, Марь Санна – показываю ей я тетрадь. Которую только что взял у Димаса сзади. Бля, как смешно, я не могу. Училка и заткнулась. А хули она скажет? Тетрадь то я ей показал.

Димас стучит по плечу, прося вернуть тетрадь. Сука, дебил. Я кидаю ему обратно. Как будто она нужна мне. Былаб нужна, я б свою взял. Какой сейчас урок вообще? Матика?

Бля, пиздец скучно. Я попросил у Димаса двойной листок. Такую шутку придумал, что обосраться. Хорошо, что пацан еще не возмущался. Я беру этот двойной листок, схаркиваю туда побольше слюней с соплями, чтоб тягучие прям были и зелени много чтоб. Пока училка не видит, на кортонах пробегаю до Сашка – того пиздюка, и клею ему на спину это произведение. Я еле обратно добежал. Сижу за партой и ору в голос. И класс орет. Потому что гениальность шутки понимает. А Сашок даже еще не понял, что у него на спине. Это вообще видеть надо. Он медленно так листок со спины отрывает и видит тянущуюся соплю. Как горячий сыр у пиццы. Он аж вздрогнул. Я не сдерживаюсь и со стула прям на пол падаю и ржу. Ну это ебануться. У него такое ебало было. Бля-я-я. Какой пизде-е-е-ц. Он будто сейчас расплачется. Я не могу, так смешно.

А училка еще и орать на него начала. Какой жёсткий подъеб.

Аха-ха…

Сука-а-а-а. Как смешно…

Ха-ха-ха… Пацаны с класса умирают со смеху. А училка на Сашку орет.

Ебать, она его выгоняет. За то, что он херней занимается. А он молчит. Хуесос.

Я… ХаХа…

Не… ХаХа..

Могу… ХухХа

Я уже дышать от смеха не могу. Этот пидор шмотки в рюкзак скинул и из класса выбежал. Прямо выбежал так.

Училка пытается успокоить класс, а он не успокаивается.

Она еще и меня выгоняет. Да, ебать, вообще похуй.

Смеясь, просто беру портфель и выхожу из класса. Все равно пустой. Ну и домой пойду, делать тут нехуй.

***

Кидаю пустую сумку на свою кровать. Надо бы перекусить что-нибудь. А в холодильнике… ничего. Мда. Пиздец. Домой пришла, а пожрать ничего не купила. Хлопаю дверью холодильника и иду в ее комнату.

– Слышишь? Ты поесть покупала что-нибудь? – тряся плечо, бужу я мать. Ну а че она спит, когда в доме даже еды нет.

– Ммм… я только пришла с работы, отстань.

– Ну ты могла элементарные вещи сделать. Кто из нас деньги зарабатывает? Или че мне, с голоду подыхать?

– Ну в сумке возьми. Там кошелек. Только все не бери. – Так и не открыв глаза, кидает мать и обратно уходит в сон.

Ну и сколько у нее лежит там? Две штуки всего? Пиздец. Беру все и кладу кошелек обратно в сумку. Еще заработает. Раньше надо было думать, куда на работу идти и с кем рожать, чтобы одной не воспитывать.

***

Жду около своего подъезда Коляна. Дома делать мне нечего. Комп не мощный, так что даже поиграть не в чего. Так обычно и гуляю с ним. Вот и он как раз.

Покупаем в Горилке по три бутылки пива «Жигули», по пачке сиг Кэмэл и пару пачек чипсов. Деньги у меня, поэтому я угощаю. Идем мы так, кайфуем, пока этот дебил не решил задать ебанный вопрос:

– Как твоя мать себя чувствует?

– Не твое, нахуй, дело!

Схуяли это вообще ему интересно, что у меня в жизни? Нет бы дальше обсуждать телок.

О, впереди еще парни знакомые.

– Смотри вон, Колян, кого встретили. Эу! Ребзя, чего там скучаете, го с нами!

Чем больше народу, тем веселее. Тем более, что я угощаю. Сука, как я хочу трахнуть ту суку. Я бы только и делал, что бухал, трахался и пиздил долбаебов. Без долбаебов жизнь была бы лучше.

2.A

Ну-ну. Опять дрыщей в команду девчонок кинули. Я даже не знаю, есть ли смысл Даше выбирать оставшихся двух. Лучше бы они на скамье запасных посидели. Вместе с тем придурком Алексеевым Гришей.

– Ир, как думаешь, Сашу или Артема?

Ну да, спрашивает мое мнение, чтобы в случае проигрыша свалить вину на мой выбор, а не на свой. А еще капитан команды.

– Сашу. Он хотя бы перекидывает мяч через сетку.

Хотя сама в своем выборе не уверена. Вроде через раз перекидывал волейбольную сетку. Но это только то, что сама видела. Надеюсь, не подведет.

У нас обычно ставят по два урока физкультуры, и на последнем нам разрешают поиграть во что-нибудь. Сегодня вот волейбол. Пол урока играли мальчишки, теперь мы с девчонками и разбросанными к нам в команды неумехи. Есть еще группа постоянно отлынивающих, но на них обычно никто внимания не обращает. Они на скамейке запасных сидят и в телефонах залипают. Ну некоторые, как Алексеев и его друг – Сыраев, мешают всем играть. Не знаю, с чего преподы вообще выносят их?

После свистка тренера, означавшим начало партии, наша команда подала первый мяч. Полет через сетку и первое очко в нашу пользу. А затем еще три. Тем школьный матч и отличается от профессионального – никто толком и играть не умеет. Умеешь подавать через сетку – считай победил уже. Даша – наш капитан, уже получила таким образом четыре очка.

Но на пятую подачу мяч удачно, а скорее случайно, отбили соперники. Два паса и очко в их пользу. Потому что блокировать кат шот, сильный удар по мячу вдоль сетки, никто даже не пытался. Мало ли, еще руки отобьют.

Смена позиций команды соперников по часовой и их подача. Но их мяч врезается в сетку и очко в нашу сторону.

Смена позиций и теперь подает Пыршаков Саша. Надеюсь, она хотя бы через сетку перекинет.

Свисток… Замах… Удар… И… потолок. Мы проиграли еще одно очко. Ну и лох.

Счет 5 – 2. Пятая минута игры.

Восьмая минута игры – счет 10—5.

Похоже, Алексееву стало слишком скучно. Он начал харкаться в пробегающих мимо него девчонок. А, нет. И в парней тоже. Забавно. Попал на Пыршакова. Теперь он орет на Алексеева. Тренер орет на обоих. Пыршакова возвращают в игру. Класс. Теперь у него на штанине харчок размазанный.

Пятнадцатая минута игра – счет 14 – 9.

Мальчишки толкаются на лавке от скуки. Училка вышла куда-то и контролировать это никто не собирается. А еще у нас каждая из девчонок орет друг на друга и матом покрывает. Вот это я понимаю – сыгранная команда. Хотя чего орут – я не понимаю. Разрыв то по очкам большой.

Двадцатая минута игры – счет 28—27.

Вот уж не думала, что придется бороться за каждый мяч. Уроки идут по сорок пять минут и второй сет мы уже не сыграем точно. Хотя это было больше похоже на игру инвалидов. Н-да, не знаю кто хуже – Пыршаков или наши девчонки. Этот хоть пытался за мячом бегать и ловить.

Наша подача. И время подачи Пыршакова. Похоже, опять минус очко.

Свист от Даши… Удар от Саши… И… да ладно. Мяч перелетел.

Но команда отбивает обратно за сетку. Да, правильно, все стоим. Зачем же нам за мячом бежать?

– Ира, твою мать, что ты опять стоишь?!

Нихренасе. Капитан опять голос подал. Да пошла она. Мне вообще все равно – выиграем или проиграем.

Но тут мимо меня пролетает Саша и от блока отбивает мяч в воздух.

Ничесе. Такого от него не ожидала.

Маша бьет хаммером, сильным ударом, по мячу. Но его опять возвращают на наше поле. С чего это игра стала такой тяжелой? Ну этот уже никто не ловит. Стоят и орут друг на друга.

Вика что, понтуется? Что за чикен уинг? Перед кем она приемом хвастается?

Надо же, отбила!

Даша бежит и съемом отправляет мяч в пол на стороне противников.

Счет 29—27. Мы выиграли. Надо же.

Девчонки орут и дает друг другу пять. Да и я сама рада.

Пыршаков тоже тянет свою культяпку. Как бы не так. Не достоин он с нами возиться. Я игнорирую его. Остальные подруги тоже. Вика хотела было дать, но, увидев, что никто этого не делал, тоже опустила руку. Забавно. Хотя, чего он еще ожидал? Лох – это путь по жизни.

Как же я хочу, чтобы такие вымерли уже. Ну не можешь ты расти нормально – нехрен тебе делать среди нормальных людей.

***

Как раз конец урока уже подошел. Класс идет в раздевалку. Парни в свою, мы в свою. Но вот прикол, что они разделены стеной, которая до потолка то и не доходит. Кто так придумал – извращенец. Либо это место изначально не было раздевалкой. Иначе я не понимаю, зачем оставлять целую пустую линию под потолком? Ладно хоть, что она высоко и долезть до нее практически не реально. Но вот слышимость отличная.

– …гуру видела. Он прям как в Элите. Такая грудь с прессом, что хоть на обои телефона ставь.

– И учиться еще как. Я бы с ним рядом села.

– Ух, что надумала. А Егора видели? Такой красавчик. И уже, как я слышала, связи наращивает.

– Да это его родители мутят. – вмешиваюсь я в обсуждение парней подругами.

– Ну и какая разница? Все равно на будущее уже фундамент нифиговый.

– А давайте их на совместный матч пригласим в волейбол? Чисто девочки против мальчиков. На желание какое-нибудь. Или еще что. Как идея?

Хах. Забавно. А это реально интересное предложение от Даши. Тем более, с желанием и я могу чего или даже кого себе то выбрать. Будет весело. Ну, только надо своих позвать. А лохушек нам не нужно. А то нас неправильно мальчики поймут. Мы же играть по-взрослому будем настроены.

Что за… Слышу звуки кряхтения.

– Тсс. – призываю к тишине я девчонок.

Не сразу, но они тоже замечают странные звуки. Бум, хлоп, тыщ? Что еще за хрень происходит за перегородкой?

– ЕСТЬ!

Мы почти синхронно поднимаем взгляд наверх. А там Волков Вова. Висит на перегородке. Как… как он туда забрался? Неужели они там друг другу на плечи вставали, чтобы пирамидкой добраться до нас? Там же метра четыре…

– ИИИИИИИИИИ

Запоздалый женский визг раздается на всю раздевалку. Я хоть успела чуть надеть на себя. А кое-кто еще в трусиках стоит. Кто-то поспешно пытается натянуть майку. А Вика вообще не стесняется. Как бы Маша не заревновала.

Оп, один кроссовок попадает в лицо парня. Слышно, как на той стороне вся горка обрушилась. Это Машка так метко в парня запустила?

Но это был не первый кроссовок. Штуки три там точно лежат.

– Ну сами напросились. Если хотите забрать кроссовки, то придется самими сюда идти. Мы вас ждем. – слышно с той стороны перегородки.

– Фу, там вами воняет. Еще чего. Не дождетесь. – смело отвечает Даша.

– Ну ладно. Тогда мы сами к вам выдвигаемся.

– НЕЕЕЕЕЕТ! – почти синхронно вскликивают девчонки.

Я сама рвусь к двери и держу ручку, что бы ее не открыли, пока остальные переодеваются. Да мне все равно на остальных. Еще ко мне в раздевалку озабоченные парни не заходили.

Кроссовки залетают через перегородку обратно. Первый, второй, четвертый. Надо-же. Все-таки четыре штуки успели кинуть. И еще что-то перелетает. Это что?

– ИИИИИИИИ!

Опять женский визг…

– ИИИИИИ! – присоединяюсь я к визгу. Это же грязные трусы. Фу, фу, фу, какая мерзость.

А стой стороны смех слышно. Хотя… похоже, там почти никого не осталось. А. Я поняла чье это.

– Алексеев, ты совсем дебил что ли? – опережает с мыслями меня Маша.

Из перегородки опять слышно только смех. Ну естественно это Гриша Алексеев. Только этот даун мог додуматься до этого. Вика не придумала ничего лучше, чем кинуть их обратно. И опять смех. Да прям заливной. И с чего он там со своими дружбаном так угорают?

3.T

Дети – цветы жизни. Да уж. Скорее сорняки. Орут, носятся, ломают на переменах все подряд, на уроках вообще не следят за предметом. Зачем я вообще пошла в учителя? Думала, буду воспитывать детей, они будут меня слушать и обучаться жизни, буду лелеять, секретничать с подружками, раскрывать женские тайны мальчикам, связей для жизни будущей наберусь. А получается, что вокруг одни неучи и неандертальцы.

Даже не знаю, что лучше – старшие или младшие классы. Вроде у старших мозгов должно быть поболя, да так они перечат направо и налево, спорят, прогуливают уроки.

А английский у нас в школе только у старших классов преподается. И ради этого я учила иностранный? Ради каких-то двадцати тысяч? Что бы жить от зарплаты до зарплаты, постоянно ограничивать себя во всем, а на работе только нервы тратить?

Звонок прозвенел десять минут назад. А сейчас в класс зайдешь, так на доске опять фигня какая-нибудь написана, пол будет оплёван, да и что-нибудь еще придумают. Э-эх.

Что я собственно и ожидала. На доске член нарисован. Что еще они сделали? Ну да, на стенде с английским алфавитом повесили мат на английском. Оригинально. Господи, какие же дети мрази. Почему они такие конченные?

– Stand up! Good morning, children! – несмотря ни на что говорю уже приевшуюся фразу, ожидая ответной реакции.

– Good morning, professor!

– Hail Hitler!

Какого хрена я услышала в классе?

– Замолчали все! Кто сейчас это сказал? Кто из вас, мелких пеньков, это сказал, м? – полное молчание. Все замерли и хихикают. -Что, даже мужества признаться нет? Я слышала, что был мужской голос!

И все всё равно молчат. А что еще ожидать?

– Значит, все будут стоять, пока не признаются. Вы вообще понимаете, что вы говорите, где, и кого упоминаете?

И все молчат. Конечно. Сейчас пара минут и начнут болтать друг с другом как ни в чем не бывало.

Да пошли вы все. Пойду в учительской чай попью, в телефоне позалипаю.

***

Через десять минут возвращаюсь в класс.

– Ну что, пока меня не было, вы вспомнили, кто это сказал? Нет? Ну тогда можете домой идти. Я не буду у вас урок вести. Я прихожу в школу не для того, чтобы на вас, необучаемых, время тратить. Я знания должна давать, а вы даже не осознаете то, что говорите. Ни за поступками не следите, ни за словами. Какие из вас люди вырастут?

А что еще делать? Они элементарных вещей не понимают. В их возрасте я этого объяснять не должна. Они все равно не учатся толком. Что есть предмет, что нет его в расписании. Себе время освобожу зато.

– АЛЕКСЕЕВ! Ты вообще в край с ума сошел?

Нет, я вообще не знаю, как на это реагировать. Этот 15-летний долбаёб скрутил тетрадь, еще и не свою, засунул себе в штаны и начал, будто членом, домогаться до Саши Пыршакова. Один из немногих в классе, от которых можно было чего-нибудь ожидать, но тут такие дети, что, мне кажется, его психика когда-нибудь сломается. Да кому в школе не похер на это?

Алексееву вообще все равно. Я ору, а он как издевался над парнем, так и продолжает. Для него это все шутка. Я смотрю в глаза Саши и вижу просьбу. Просьбу сделать что-нибудь.

А что я сделаю? Тут на кого руку не подними, лишний раз не крикни, так прибегут мамки и начнут кудахтать: «Ко-ко-ко, да как вы смеете, мой сын идеальный, это одноклассники уроды, вы некомпетентная учительница, школа не умеет с детьми обращаться, ко-ко-ко».

И никто кроме смеха ничего не сделает. Радуются, что это не с ними.

Я так не могу. Не могу смотреть на эти тупорылые рожи. Плевать на этот класс, тут уже все ясно с ним.

Надо увольняться. Либо репетитором подрабатывать буду по языку, либо уеду в другую страну преподавать. Никаких перспектив здесь.

Зачем вообще терпеть этих детей, тупых руководителей, если можно самой начать зарабатывать? Решено, закончу спокойно месяц и уйду с этой школы.

4.A

Опять в школу. Как я ее ненавижу. А в начальных классах рвался туда. Глупый был. Каждое утро по пол часа идти. Потом еще отсиживаться часов 6—7, слушать умников этих.

– Эй, Вить, есть ручка? – услышал я с парты позади себя.

Отлично. Первый урок и первый дебил. И пяти минут от звонка не прошло. На что он рассчитывал, когда шел сюда? Класс даунов. Хотя, мне кажется, все в школе такие же.

– Да, Дим, конечно.

Я передал ему ручку. Можно забыть о ней. Всегда с собой ношу штуки три. На всякий случай. Если попросят – я дам, конечно. Но вот вероятность её получить обратно – нулевая.

– Сегодня мы проходим…

Бла, бла, бла… давай, читай, что в учебнике написано. Сами то мы читать не умеем. Как вообще таких преподов в школу набирают? Они же просто читают то, что написано в учебниках и пишут оттуда же примеры на доску. Им вообще плевать, заинтересован ученик в предмете или нет. Если только ты не стал отличником. Отличник раз – отличник на всю жизнь. Его будут тянуть. Потому что это гордость школы, это статистика.

– Ты что, в облаках витаешь? Я сказала к доске!

Кто? Я?

– Пыршаков, ты оглох? К доске выходи! – вновь прогремел на весь класс истерический женский крик.

Ху-ух. Я уж подумал меня. Вот Саша бедный парень. Стадо выбрало его как слабое звено. А учителя, как гиены, только потакают этому. Даже сейчас. Удобно вымещать свое недовольство на того, против которого и так все настроены.

Я пригнулся. Потому что почувствовал ауру Алексеева. Ее сложно не почувствовать.

Ручка прилетела в голову Саши. Может она ему и предназначалась? Я уже представил, что как в матрице уклонился.

Стоп, это что, моя ручка? Димас сам отдал или у него отняли?

– Чья это ручка? Алексеев, твоя? – Мария Ивановна начала разбухать как фугу. Она всегда, как злиться начинает, так краснее, пухнет и начинает на всех срываться. Истинный преподаватель.

Нет, блять, Кощея Бессмертного. Ты вообще тупая? Хотя она и так знает, кто кинул. Просто боится. Как и большинство других учителей.

– Нет, как вы могли подумать, Мария Ивановна? Это ручка Миронова.

Еще бы Алексеев не отмазывался как всегда. Мне кажется, ему просто интересно, как далеко он может зайти без последствий. Мне кажется, пока кто-то из парней сам в руки это не возьмет, так и останется на парочку быдлятины в мире больше. Естественно, я с этим разбираться не буду. Меня это чучело никак не касается, так что это меня вполне устраивает.

– Миронов – твоя ручка?

Надо же! Эта тупая сука реально спрашивает меня.

– Да, Мария Ивановна.

Ну по факту – это моя же ручка. Не вижу смысла играть в горячую картошку с этим вопросом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.