Мужик и нефть
Басни
Игнатий Ивановский

Михаил Игнатьевич Ивановский Редактор

© Игнатий Ивановский, 2022

ISBN 978-5-0056-6707-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

О Т И З Д А Т Е Л Ь С Т В А

Русскую басню создали, один за другим, три Ивана: Иван Иванович Хéмницер (1745—1784), Иван Иванович Дмитриев (1760—1837) и Иван Андреевич Крылов (1769—1844).

О них говорили: Дмитриев и Хемницер пишут, а Крылов рассказывает.

Известный петербургский поэт и переводчик Игнатий Михайлович Ивановский (1932—2016) написал около ста басен. Их главное качество – актуальность, а общая цель – восстановление нравственных принципов, во многом разрушенных террором, застоем, перестройками и недобросовестным рынком.

Тетрадь первая
МУЖИК И НЕФТЬ

МУЖИК И НЕФТЬ

Мужик, усердный и толковый,
Колодец выкопать решил.
Копал надежно, не спешил,
Поскольку труд не пустяковый.
Как вдруг из глубины земной
Нефть глянула на свет дневной.

Пришла невиданная сила
И даровая благодать.
Тут Мужика и осенило:
Ведь Нефть-то можно продавать.

Прибытка этакого сроду
Не видывал Мужик,
А там, глядишь, и попривык
К несметному доходу.
Пирует что ни день,
Гуляет по гостям да по базарам.
Как ни впадает в лень,
Всё достается даром.

Но вот нагрянула беда:
Нефть кончилась.
Иссякла навсегда.
Хозяйство Мужика в раззоре,
Дом – сирота,
Кругом лишь нищета
И горе.

– — —

А я совет полезный дам,
Хоть важного и не имею чина:
Покуда кормит даровщина,
Готовься к новым временам.

СОЛДАТ И ВОРОНА

В глуши лесов от мира затаился
Военный склад.
И молодой Солдат
В дозорной будке на посту томился,
Скучал, позевывал. Как вдруг
Ворона возле будки села
И говорит: «Послушай, друг,
Какое дело.

Похоже, скоро грянет гром,
Закроют склад без всякой подготовки,
Поскольку в нем
Одни лишь устаревшие винтовки».

Солдат в ответ: «Ты, может, и права,
Ненужных складов по стране немало,
Но убери десятка два,
И сократится должность генерала.
Ты генерала не порочь,
Он хламом укрепляет оборону.
А ну, лети отсюда прочь!»
И в лес прогнал Ворону.

– — —
Погожим днем и я бы рад
Грибы пособирать в соседней роще,
Да там такой же склад.
Я место поищу попроще.

КОПЫТЦЕ

Однажды Смерть в деревню забрела.
Народ ей приглянулся,
Но он в работу так втянулся,
Что Смерть его осилить не смогла.
И Кузнецу она сказала
«Ты труженик, каких на свете мало,
Так я тебе подарок принесла.
Дарю волшебное Копытце,
А в нем вино.
Пей, угощай, – не кончится оно,
Хоть всей деревней можете напиться».

И вот гуляет слух,
Что в кузне можно выпить даром.
Несет от кузни перегаром,
Крепчает винный дух.
Кто лег ничком, кто еле ходит.
Спивается народ.
А Смерть вокруг деревни бродит
И часа ждет.

Крестьяне так бы и пропали,
Да спас деревню умный Пес.
Он в жаркий день, когда все спали,
Копытце прочь унес.

– — —

Вы лишний раз себя проверьте
На щедром пикнике:
А не Копытце ли в руке,
Подарок Смерти.

РУЛЬ И КОЛЕСА

Колеса грязные машины грузовой
Рулю сказали: «Горе нам с тобой.
Мы столько верст перемололи
И столько знали ливней и порош,
А ты сидишь в тепле и в холе
И знай команды подаешь».

Руль отвечал: «Сплошная нервотрепка —
Дорожная езда.
То яма на пути, то пробка,
А ездить надо мудро и не робко,
Не то беда.
Мотор ревет натужно,
Но вы – опора для него,
И нам не страшно ничего,
Пока работаем мы дружно.
И вот
Не замедляем ход,
Напрасно время не теряем,
Поскольку рулевой расчет
Колесным ходом проверяем».

Тут лужа встретилась изрядной глубины,
Подобие речного плеса,
Но, работящи и дружны,
Ее проехали Колеса.

– — —

Без власти мы сползли бы под откос,
Но пусть и власть величием не бредит:
Руль без Колес
Недалеко уедет.

СОКРОВИЩЕ

Какой-то Государь, борясь со скверной,
Имея множество идей,
Решил составить список достоверный
Хороших, праведных людей.
Решил попробовать их в деле,
Дать им простор,
Но те, кто возле власти руки грели,
Тревожно загудели,
Как некий хор:

«Что ж нам, от праведных излишка
Теперь пропасть?
Они придут во власть —
Нам крышка».
И мутная преступная волна
Пошла по списку.
Большому риску
Достойные подверглись имена.

Тот будто бы в случайной перепалке
Смертельный получил ушиб,
Тот на охоте вдруг погиб,
А этот сгинул на рыбалке.
И начались аварии машин,
Сердечные припадки,
И праведник скончался не один
От непонятной лихорадки.

Когда же вовсе начали стрелять,
Сам Государь сказал сердито:
«Пусть остается нынешняя знать,
Не будем праведников подставлять,
Безвестность – им защита».

– — —

Коль список праведников я найду,
Подальше спрячу от худого сброда.
Они – сокровище народа.
Сокровища хранят не на виду.

БОГАЧ И БОЛОТО

Богач лопатой греб рубли.
Построить дачу всё была охота,
И хоть свободной не было земли,
Ему за взятку отвели
Большой кусок Болота.
И вот Богач, усевшись в мерседес,
Приехал на Болото, в лес.

Лесной рассеяв полумрак,
Захлюпало Болото, закряхтело
И Богачу сказало так:
«Худое ты задумал дело.
Ты хочешь осушить меня,
Но станет лес сухим, как порох.
Вот-вот сгорит от первого огня,
Опасен каждый шорох.
Пожар лесной – угроза для людей,
Оставь в покое лес-то,
А даче будущей своей
Найди другое место».

Богач привык рубить сплеча
И не менял привычки.
Болото осушил, пропала мошкара,
Пришла свирепая жара,
И лес сгорел от первой спички,
А с ним и дача Богача.

– — —

Того, кто действует нахрапом,
Могу советом одолжить:
Не жди, пока дадут по лапам,
И не учи природу жить.

ХОЗЯИН И ГОСТЬ

В одном селе рабочих рук не стало,
Вся молодежь сбежала в города.
И чтобы не было развала,
Село южан позвало
Для общего труда.
Чужой язык, чужие нравы
Южане привезли,
Трудились тяжело, не для забавы
От родины вдали.

Но вот кружок свирепый подобрался
Из прибывших верзил.
Один особенно старался,
Ругался и грозил.
На общей сходке, в полном зале
Потребовал герой,
Чтобы крестьянки лица закрывали
Чадрой.
Мол, и мужчин переоденем,
Аллах велик,
А там отменим
И русский ваш язык.

Село узнало вкус обновок,
Кинжалов и ножей.
Настало время потасовок
И грабежей.
Пришлось вмешаться власти
И потихоньку, без затей
Домой спровадить дорогих гостей
Во избежание напасти.

– — —

Злость порождает злость.
Отпор суровый не случаен.
Но если скромен и приветлив Гость,
Приветлив будет и Хозяин.

ТЫЛ

Какой-то Князь удельный
Ждал нападенья что ни год
И пожелал от Воевод
Ответ услышать дельный —
Чего войскам недостает.

Сказали Воеводы: «Есть у нас
Мечей, щитов большой запас,
Есть мужество и сила,
Но говорили мы не раз,
Что прочного нет тыла.
А воин должен знать,
Что дети, и жена, и мать
Не под кустом живут, а в доме,
И не придется спать им на соломе
И голодать.

А кто деяньям ратным
Всю жизнь захочет посвятить,
Тому бы надо хорошо платить:
От голода семью не защитить
Трудом бесплатным».

Но Князь сказал: «Так издавна ведется,
Что всё решается мечом.
А тыл тут ни при чем,
И нечего заботиться о нем.
Тыл обойдется».

– — —

История нам говорит,
И случаев таких немало,
Что Князь сражался, был разбит,
И виноват не меч, не щит:
Тыл войска был забыт,
А войско без него не устояло.

ЛЕС И ЧЕРНОЗЕМ

Однажды важные чины
В просторном зале
Неторопливо обсуждали
Потребности страны.
Все соглашались: час неровен,
Наступит кризис, грянет гром,
И надо закупить за рубежом
Побольше хлеба и добротных бревен.

Вдруг свет погас,
И окна распахнулись враз,
И словно небо раскололось
Заговорил могучий голос:
«Я – Лес. Сибирский Лес.
Мои богатства необъятны.
Века, века я жду чудес,
Но вас, людей, как будто водит бес,
И пропадает даром Лес бесплатный».

Закрылись окна, вспыхнул свет,
Но сдвигов и поныне нет,
Чиновники все так же заседают
И зарубежные покупки обсуждают,
Привычный путь спасения от бед.

– — —

Я знаю: под рязанским небом
Вот так же пропадает Чернозем.
Своим бы завалились хлебом,
А мы чужой везем.

МОСТ

В селе на выборы народ сзывали,
Царила суета,
А жители всё так же горевали,
Что через речку нет моста.
В день выборов и пиво завозили,
И семгу бочками грузили,
Играла музыка чуть свет,
И власть являлась в новой силе.
Моста же нет.

В сторонке, за сараем,
Старик вел тихий разговор:
«Не тех, ребята, выбираем.
Тот – взяточник, а этот – вор.
Вон Федька – до того уж грешен,
Наворовался всласть,
Но хорошо язык подвешен.
Глядишь – он снова наша власть.

А Ванька не шумит и не стращает,
И с виду прост,
Но если он пообещает,
То будь уверен – будет мост.
Найдет и деньги, и машины,
И лучших плотников в работу позовет.
Не будет маяться народ,
В объезд пускаясь длинный».

– — —

Голосовать и я готов
За тех, кто держит слово.
Оно – надежная основа
Для будущих мостов.

ВНУТРИ И СНАРУЖИ

Какой-то ревностный Властитель
Свершил немало дел
И обновить столицу захотел,
Державных предков древнюю обитель.

Он архитекторам велел придти
И рассмотрел их планы:
Полгорода снести,
Везде построить небоскребы-великаны
И разбросать повсюду на пути
Висячие сады и рестораны.
А рассмотрев, свой план велел подать.
Над ним как будто вечность ворожила.
Кольцом столицу окружила
Лугов и рощ живая благодать.

Сказал Властитель: «Модные изыски
Я убираю за зеленое кольцо.
Столица сохранит, как в древнем списке,
Свой облик и лицо.
А кто хотя бы камень стронет с места
Внутри кольца,
Не избежит ареста
И скорого бесславного конца».

– — —

У нашего народа
Путь не из легких, что ни говори.
Пускай снаружи правит мода,
Была бы суть внутри.

НЕ НАВСЕГДА

В мир заповедного лесного края,
Где звери жили, бед не зная,
Пришла напасть:
Сплотилась волчья стая
И захватила власть.

Отныне вволю волки пировали,
Жирели на глазах они,
А звери о свободе тосковали
И в страхе проводили дни,
Терпели молча притесненье
И деток приводили на съеденье.

Запуганная Лань, едва жива,
Однажды плакала, жить больше не хотела,
Но тут премудрая Сова
На землю с дерева слетела
И ей сказала: «Много знала я невзгод.
Не плачь. Беда пройдет».

Так и случилось. Волки, в полной силе,
Добычу меж собой не поделили,
Передрались из-за кусков,
А там и Люди вышли на облаву,
Стрельбу устроили на славу
И уложили множество Волков.

– — —

Читатель, если горе и нужда
Тебе на плечи ляжет,
Пусть память во время подскажет,
Что самая тяжелая беда
Не навсегда.

Тетрадь вторая
ЧАСЫ

ФОНАРЬ

Фонарь на пыльном чердаке
В углу валялся.
С самим собой, накоротке,
Он рассуждал и удивлялся:

«Забыли люди про меня,
А ведь Фонарь-то я волшебный.
Как раз для нынешнего дня
Мой свет целебный.
Куда я посвечу,
Видны преступные повадки.
С чиновным вором не шучу
И принародно уличу
Во взятке.
Пока он строил пышный особняк
В поселке дачном,
Я посветил во тьму его бумаг,
И стало темное прозрачным».

Но тут как будто грянул гром
И потянуло дымом,
И охватило дом
Огнем неумолимым.

– — —

Должно быть дом поджег злодей,
Ему без преступлений не живется.
А у людей
Фонарь мой Совестью зовется.

ЧАСЫ

За справками толпа стояла.
Томилось три десятка душ,
И очередь к тому ж
Хотя и двигалась, но мало.
А на стене
Часы неслышный труд творили
И будто бы во сне
Заговорили:

«Премного видели мы бед,
По горло хватит,
Но хуже нет,
Когда чужое время тратят.
Чиновник на людей наводит страх,
Велит собрать бесчисленные справки.
Петляй по городу в трамвайной давке
И стой в очередях.

По всей стране, от края и до края,
От января до декабря
Народ теряет время зря,
Бесценный клад задаром отдавая.
Пора бы возместить
И день, и час, зазря пропавший.
За время должен заплатить
Его укравший.
Заставил лишний раз придти —
Плати».

– — —

Когда же догадается Россия,
Что время – деньги, да еще какие!

ДЕНЬГИ

Мать Сына провожала в дальний путь.
«Не забывай, сынок, о Маме,
Поосторожней будь
И не гоняйся за деньгами».

Сын Матери не забывал,
Писал ей письма, улучив минутку,
А осторожен не бывал,
Гонялся за деньгами не на шутку.
Достиг заоблачных высот,
Глубин достиг бездонных.
Глядишь, а речь уже идет
О миллионах.

Дела большие Сын вершил,
Себе же брал лишь малые крупицы.
Науке он помочь спешил
И содержал приюты и больницы.
Наслушавшись о Сыне новостей,
Мать головой качала:
«А я-то берегла детей,
Им денег в руки не давала».

– — —

Больным и нищим повезло,
Теперь судьба их не обидит.
Кто говорит, что деньги – зло,
Тот в них добра не видит.

СПРАВЕДЛИВЫЕ СТАРИКИ

В районную газету присылали
Немало писем из далеких деревень.
А как газетчикам понять из дальней дали,
Что люди написали, —
Святую правду или дребедень?

Но есть по деревням немало
Суровых справедливых стариков.
И вот редакция водиться с ними стала
И письма проверяла
Посредством дружеских звонков.

Звонили на конюшню,
А конюх ждал звонка.
Газетчик – вроде свояка:
Приедет, угостит наверняка,
И конюх шел послушно
Звать к телефону старика.

«Здорово, Митрич!» «А, здорово».
«Совет твой нужен, не сочти за труд.
Тут есть письмо Василия Круглова,
Вовсю ругает бригадира, Иванова».
«Кто пишет? Васька? Первый плут».

– — —

Вот нам бы стариков суровых
На место взяточников густопсовых.
Старик – он совестью силен,
Его не запугаешь и не купишь,
Любой неправде он
Покажет кукиш.

ВОРОН И ВОРОНЕНОК

На крыше голой

Сидел однажды Ворон, глядя вниз,

И Вороненок, что-то невеселый,

С ним рядом опустился на карниз.

«Послушай, дедушка, – сказал он тихо, —

Уж не сошел ли город наш с ума?

Кругом неразбериха,

И строят лихо

Какие-то зловещие дома.

По моде чужестранной

Тот – как пузырь, а этот – как игла.

Быть может, архитектор окаянный

Не знает ремесла?»

И Ворон отвечал устало:

«Заказчика-то надо изловить,

Проектом сумасбродным удивить,

Какого прежде не бывало.

Стареет быстро новизна,

И новый ветер может дунуть.

Цель архитектора одна:

Покуда не сменились времена,

Соперников коварных переплюнуть.

Но время – лучший суд

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.