Владимир Власов
Дворец Дракона

Дворец Лазурного Дракона
Лунный Восток

Эпиграф

«Эта мудрость Гёте, которую сам он часто утаивал, которая часто казалась ему самому утерянной, ускользнувшей, – уже не мудрость бюргерства, не «буря и натиск», не классицизм или бидермайер, она даже уже не совсем «гётевская», она дышит одним воздухом с мудростью Древней Индии, Китая, Греции, она больше не воля и не интеллект, но благочестие, благоговение, готовность к служению: дао. Каждый истинный поэт несёт в себе искру этой мудрости, без неё не возможно ни искусство, ни религия, и, конечно, она живёт и в самом коротеньком стихотворении Эйхендорфа, но и в творчестве Гёте она иной раз отчеканилась в таких магических словах, какие для неё находятся не у каждого народа и не в каждом столетии. Она выше всякой литературы. Она есть не что иное, как обоготворение жизни, как благоговение перед жизнью, она желает лишь служить ей, и у неё нет никаких притязаний, требований или прав. Это та самая мудрость, о которой предания всех благородных народов знают, что она была во времена великих властителей; но позже властители и их слуги ей изменили, и возвращение к ней есть единственный способ примирить землю с небом.

Мне, который питает особую любовь к сочинениям древних китайцев, сдаётся порой, что эта мудрость и у Гёте носит китайские черты. Поэтому мне радостно знать, что Гёте в самом деле не раз обращался к китайским мотивам и удивительный маленький стихотворный цикл, создание совсем старого Гёте (он относится к 1827 году), озаглавлен «Китайско-немецкие времена года и дня». В наших новых литературах мы находим очень мало свидетельств этой древней мудрости. В Германии она вообще редко выражается в слове, Германия благочестивее, зрелее и мудрее в музыке».

Герман Гессе

Из статьи «Благодарность Гёте»

Посреди ночи я проснулся и, взглянув в окно, увидел большую луну на востоке над горизонтом. Она была такого огромного размера и такая яркая, что мне почудилось, что она не поднимается, а опускается на наш спящий город и вот-вот его раздавит. Я тут же вспомнил этот чудный и даже немного странный сон, который мне только что снился. Я попытался припомнить подробности сна, и перед моими глазами вновь стали возникать картинки сновидения. Я видел во сне Нефритового Императора на Небесах, который официально наградил меня титулом Бессмертного за блестяще мною сданные ему экзамены по философии Дао. Это случилось как раз после того, как я закончил писать свою книгу «Сказание о ясно-фиолетовой дымке».

«Это надо же такому случиться! – подумал я. – Мне удалось сдать во сне экзамены самому Небесному Императору, и я был принят в ряды небожителей! Император разрешил мне совершить путешествие по всем уголкам ночного неба и посетить четыре небесных дворцов: Лазурного Дракона, Чёрной Черепахи, Белого Тигра и Красной Птицы». Затем я встретился с небесной богиней Запада – Золотой Матушкой Сиван-му. После разговора со мной она присвоила мне ещё один титул «Учитель Неслышимого и Невидимого» 希夷先生 «Сии сяньшэн» и пожелала мне набраться приятных впечатлений во время моих странствий по Небесам.

Золотая Матушка перед тем, как распахнуть передо мной звёздное Небо, где жила другая богиня – Матушка Доу-му с её подчинёнными божествами Тай-суй, небесными обитателями более высокого уровня Вселенной, дала мне рекомендательное письмо для Звёздной Матушки, чтобы та позаботилась обо мне и на некоторое время приняла меня на своё попечение. После чего она сказала:

– Для того чтоб подняться на небеса, тебе нужно лучше всего начинать с горизонта. В созвездии Стрельца находится древнее китайское мега-созвездие «Ковш» 斗 (Доу). Это – восьмое созвездие в ряду двадцати восьми созвездий китайской астрономии. Поскольку созвездия обозначают места на небе, где Луна «гостит» каждую ночь, их также называют «Двадцать восемь Лунных стоянок» или «Двадцать восемь Лунных домов», по-китайски: 二十八宿 Эршибасю – то есть «Двадцать восемь Сю». Ковш также является первым созвездием в Северном Дворце – Мега-созвездии Черной Черепахи Сюань-у. От горизонта тебе будет легко запрыгнуть в Южный Ковш, где бы ты мог познакомиться с шестью даосами-звёздами и услышать их наставления об особенностях бессмертия и возможности путешествия по небесам. После этого ты сможешь перебраться в Северный Ковш и пообщаться с матушкой Доу-му, у которой в подчинении находятся все звёзды небосвода. Она могла бы тебе устроить посещение всех её двадцати восьми Лунных Дворцов, где ты узнаешь все тайные секреты Небожителей.

Подумав немного, Золотая матушка Сиван-му спросила меня:

– Чтобы ты не чувствовал себя одиноким в небесных широтах, кого бы ты хотел взять с собой в сопровождение? Я могу дать тебе троих сопровождающих – земных бессмертных. Они могут тебе объяснить все непонятные вещи, с которыми ты можешь встретиться на Небесах. Кого ты желаешь взять с собой?

Я, не думая, тут же ей ответил:

– Я бы не хотел брать с собой даосских мудрецов или философов, потому что теорией я свой ум загрузил достаточно. Мне бы хотелось взять с собой практичных и знающих мир людей, на которых я мог бы положиться, так называемых людей из разряда «савуар дэ вивр», как говорят французы «savoir de vivre», наделённых житейской мудростью. К тому же, они могли бы в путешествии рассказать мне свои истории из их жизни, которые я ещё не знаю. Так, за разговорами, мы бы скрасили наше пребывание в космосе, и я бы познал для себя много полезного. Мне бы подошли такие попутчики как Пу Сунлин, Юань Мэй и Цзи Юнь.

Богиня Сиван-му улыбнулась и сказала:

– Ну, значит, так этому и быть.

Сон был таким явственным, что у меня возникло ощущение, как будто я только-только расстался с богиней Золотой Матушкой Сиван-му. Мне очень хотелось продолжить это сновидение, и я попытался заснуть, но из этого ничего не получилось. Сон мне снился какой-то другой, не такой яркий и интересный. Утром я проснулся и даже не мог вспомнить, что же я видел после встречи с богиней. И тогда я подумал, что мне нужно научиться управлять своими снами. А для этого необходимо почитать старинные трактаты по искусству управления снами. Я порылся в своей библиотеке и нашел несколько трудов древних мудрецов Индии и Китая.

Один из индийских йогов писал: «Медитация – это сосредоточение всего нашего сознания, сердца и ума на абсолютной истине. В медитации главное – это управление дыханием и сосредоточение на точке между бровями. Это помогает расслабить тело и отвлечь ум и чувства от окружающего мира. И тогда легче достичь состояния полной сосредоточенности. Если так полежать несколько минут, то можно заснуть, и во время сна возникает возможность проникнуть в божественные сферы мироздания. Главное в этой медитации – это думать о том, что ты желаешь увидеть. С помощью этого можно управлять своими снами».

Другой китайский мудрец Чжан Фань-шэнь 張三丰 в своём трактате «Песнь о Спящем Драконе» «蟄龍吟» (чжэ лун инь) уже более конкретно говорил о природе управляемого сновидения: «Истинное созерцание всегда происходит лёжа. Прочная основа метода Спящего Духовного Бессмертного заключается в следующем: лежишь и паришь высоко, забывая свои годы. Три сияния опускаются на тебя, и твоя сердечна природа 性 (син) полностью совершенствуется. Энергия 氣 (ци) возвращается к сокровенному отверстию. Вдох за вдохом полагаешься на небесную ответственность. Пребывая в спокойствии и безмятежности, ты совершенствуешь в себе истинный зародыш. Лежащий спящий дракон поднимается и возносится на небо. Сгибая правую руку и положив её в качестве подушке, ты самолично оказываешься на горе Нишань и получаешь удовольствие и радость».

Патриарх Люй-цзу 呂祖 в своём труде «Воспевание метода Спящего Дракона» «詠蟄龍法» (юн чжи лун фа) пишет так: «Лежишь и паришь высоко в горах Чжуннань 終南 (Конечный Юг), свободный от мириад беспокойств и забот – ведь они все пусты. Спящий бессмертный небожитель бесконечно долго лежит в центре белого облака. Душа 魂 Хунь – в сновидении, и ты тайно проникаешь в сокровенное отверстие Инь и Ян. Дыхание глубокое и незаметное, и ты осуществляешь мастерство трансформации. Это – истинный тайный метод, и кто знает, тот понимает, что скрывается в первозданном хаосе 混沌 Хуньдунь.

Однако на меня произвели более сильное впечатление слова мудреца Чэнь Си-и 陳希夷 о его «Методе Спящего Дракона» (чжэ лун фа) «蟄龍法» И вот что он писал:

龍歸元海，陽潛於陰。人曰蟄龍，我卻蟄心。默藏其用，息之深深。白雲高臥，世無知音。

Lóng guī yuán hǎi， yáng qián yú yīn。 Rén yuē zhé lóng， wǒ què zhé xīn。 Mò cáng qí yòng， xī zhī shēn shēn。 Bái yún gāo wò， shì wú zhī yīn.

«Дракон возвращается в Изначальное море, где Ян сокрыт в Инь, люди называют его Спящим Драконом, я же называю его Спящим Сердцем. Но нужно хранить безмолвие об использовании этого метода. Дыхание должно быть глубоким-глубоким, лежать надобно очень высоко, будто на белом облаке, никто кроме меня не понимает этого искусства».

Я понимал это искусство. Для того, чтобы управлять сном, нужно было отринуть от себя своё «я» и превратиться в нечто подвижное и независимое не от чего. Лучше всего для этого подходил образ Дракона, который возвращается в глубины изначального моря своего подсознания. То есть нужно было раствориться в неком первозданном хаосе, где ничто никак не определено, а ещё лучше – объять собой пустоту, которым и является Небо. И это небо лежит очень высоко, но оно находиться в нашем сердце. А это значит, что это сердце нужно увеличить до размеров неба. И чтобы превратиться из дракона в небо, необходимо дышать так глубоко, что дракон, улёгшийся на белом облаке, сам превращается в это облако и смешивается с небом. Вот что означало погрузиться в самого себя до глубины Неба. И там можно было отдаваться любым мечтаниям и иллюзиям. Это и называется «управление снами», когда Небо, олицетворяющее собой Творчество, само творит то, что ему вдумывается. Человек как бы отдаётся на волю Неба, и оно наделяет его особыми знаниями.

В другом своём трактате, в «Поэме о восхвалении мастерства сна» «勵睡詩» (ли шуй ши) мудрец Чэнь Си-и замечает, что обычные люди некогда не уделять должного внимания истинно важным вещам, хотя и придают большое значение сну, давая себе отдых. Во время сна душа Хунь 魂 покидает тело, а дух Шэнь 神 неподвижен и остаётся на одном месте. Но пробуждение обычному человеку не даёт понимания, а его страстные желания сердца становятся ещё сильнее. Можно посмеяться над людьми бренного мира, не осознающими во сне, что это лишь сон и, что он лишь фантазия и иллюзия. Основой Совершенного Человека является отсутствие иллюзий и беспорядочных сновидений. А коренной основой его сновидений – странствия в безграничном пространстве, где он путешествует в мире Бессмертных. Можно сказать, что основной тайной Истинного Человека является отсутствие сна, хотя он и спит. Для него важен не сам сон, а проплывающие облака и ясно-фиолетовая дымка, которая вводит его в другое измерение, благодаря которой он попадает в Новое Небо. И если у человека есть желание осознать сновидение во сне, то вначале ему необходимо познать Сокровенное 玄 (суань).

Для убедительности своих слов, я привожу его текс целиком:

常人無所重，惟睡乃為重。舉世皆為息，魂離神不動。覺來無所知，貪求心愈濃。堪笑塵中人，不知夢是夢。至人本無夢，其夢本遊仙。真人本無睡，睡則浮雲煙。爐裡近為藥，壺中別有天。欲知睡夢裡，人間第一玄。

Сháng rén wú suǒ zhòng， wéi shuì nǎi wéi zhòng。 jǔ shì jiē wéi xī， hún lí shén bù dòng。 Jué lái wú suǒ zhī， tān qiú xīn yù nóng。 Kān xiào chén zhōng rén， bù zhī mèng shì mèng。 Zhì rén běn wú mèng， qí mèng běn yóu xiān。 Zhēn rén běn wú shuì， shuì zé fú yún yān。 Llú lǐ jìn wéi yào， hú zhōng bié yǒu tiān。 Yù zhī shuì mèng lǐ， rén jiān dì yì xuán。

Что же такое Сокровенное? И почему его необходимо познать? Мудрец Чжан Сань-фэнь в своём трактате «Стих старого рыбака» – « 漁父詞 « (ю фу си) раскрывает суть Сокровенного так:

«Спящий Дракон беззвучен и невиден, но в то же время имеет проявления, издавая свой голос, разъясняет, но слышишь его лишь внутри своего сердца. Так как дух Шэнь 神 находиться в безмолвии, а энергия Ци 氣 – безбрежная и таинственная, то Спящий Дракон хоть и спит, но во сне, спя, пробуждается в сфере высшего сознания».

Поистине, великие слова! И их стоит всегда иметь перед глазами, когда мы пытаемся проникнуть в Сокровенное и понять, что это такое.

蟄龍無聲且有聲，聲聲說與內心聽。神默默，氣冥冥，蟄龍雖睡睡還醒。

Zhé lóng wú shēng qiě yǒu shēng， shēng shēng shuō yǔ nèi xīn tīng。 Shén mò mò， qì míng míng， zhé lóng suī shuì shuì hái xǐng。

Мне тоже предстояло стать Рыбаком, чтобы проникнуть в сферу изначального моря своего подсознания, чтобы выловить там Спящего Дракона и поговорить с ним. Поэтому я так жаждал попасть во Дворец Лазурного Дракона, но для этого мне нужно было овладеть мастерством особого сосредоточения для вхождения в это изменённое сознание. И тут опять мне помогли наставления патриарха Чэнь Туаня 陳摶, который во время династии Сун встречался с императором Тай-цзуном, который, впечатлившийся мудростью и мастерством мудреца, пожаловал ему титул «Мастера невидимого и неслышимого» Чэнь Си-и 陳希夷.

Таким же титулом во сне наградил меня Небесный император после успешной сдачи моих экзаменов. «Си-и» 希夷 и есть та Сокровенность, в которую я проник во время сна. Об этом мудреце я уже упоминал выше, когда цитировал его трактат «Поэму о восхвалении мастерства сна». Так вот, тайные наставления Чэнь Си-и гласили: «Все, кто изучает Путь-Дао и совершенствующиеся в понимании Истинного, являются достойными людьми. Тот, кто желает постичь Сокровенное 希夷 (си и), должен овладеть тайным методом мастерства и практиковать его всё время».

Далее шли поэтапные рекомендации о том, что нужно делать, чтобы освоить это мастерство. Я прочитал их внимательно и, выписал на листке бумаги, повестил на стену над моей кроватью рядом с тремя парсунами моих любимых писателей китайского средневековья Пу Сун-лином, Юань Мэйем и Цзи Юнем. Их парсуны я купил накануне в китайской лавке. Они были выполнены литографическим способом на материи в стиле японского какемоно.

Все три парсуны были забавными, так как писатели на них изображались смеющимися. Лицо Пу Сун-лина было морщинистым, но глаза его показались мне умными и одухотворёнными. На головне его была одета коричневая шапочка, похожая на глиняную миску, а из рукава синего халата выглядывал белый манжет нательной рубашки. Левой рукой он подёргивал жиденькую длинную бородку и, казалось, был готов к знакомству и общению. Выглядел он довольно старовато, но производил приятное впечатление живого и общительного человека. Он умер за год до рождения Юань Мэя, когда ему исполнилось семьдесят четыре года.

Юань Мэй был изображён в халате бежевого цвета, в соболиной шапке и в оранжевых тапочках. Он имел холёную внешность, а лицо его было гладким и широким, и весь он казался вполне упитанным добряком, так как глаза его светились доброй насмешкой и умной проницательностью. В левой руке он держал цветок, а правой – проводил по длинной и густой бородке. Всем своим видом он походил на человека, пребывающего в благоденствии и купающегося в роскоши. Сразу же было видно, что он прожил всю свою жизнь счастливо и, живя восемьдесят один год, был доволен собой и всем своим окружением.

На третий парсуне был изображён Цзи Юнь, родившийся на восемь лет позже Юань Мэя, но проживший на один год больше него. Лицо у Цзи Юня было гладкое, но худое, скулы немного выступали над щеками. И в отличие от седовласых Пу Сун-лина и Юань Мэя, его бородка и усы были чёрными. Головного убора на нём не было, но и иметь ему шапочку было незачем, потому что его голова была огромной и круглой, олицетворявшей собой само Небо. Обычно конфуцианцы носили на голове круглый головной убор, олицетворявший Небо. Но вот зато его обувь была чёрная и квадратная и соответствовала Земле. Такую обувь и полагалась носить всем конфуцианцам. На нём был свободный длинный халат серого цвета, из под которого были видны белые штаны. Его левая рука была опущена, а в правой руке он держал свиток. Глаза его были прищурены, как Владимира Ильича Ленина, поэтому возникало впечатление от его образа как о человеке скрытном и загадочном, способным предвидеть будущее и использовать его себе во благо.

Глядя на эти три парсуны, я подумал: «Я были ли они даосами? Ведь Пу Сун-лин был вечным студентом, и даже не доучился до конца, так как с трудом сдал средние экзамены, и поэтому не занимал высоких должностей. Всю жизнь он бедствовал, что давало ему способность мечтать о лучшей жизненной юдоли и писать о студентах, которых посещали по ночам прекрасные феи и дарили им радости и блаженство.

Юань Мэй же был выдающимся учёным и занимал высокие должности. Но он был бабником и любил женское общество, окружая себя всю жизнь красавицами, которых обучал различным искусствам. В возрасте Иисуса Христа он оставил службу и жил в роскошном поместье, радуя себя всеми прелестями жизни.

Цзи Юнь тоже был видным учёным, и до конца своей жизни отдавал всего себя службе. Жил он, также как и Юань Мэй, в роскошном особняке, где собирался весь интеллектуальный и чиновничий свет императорского двора.

Возможно, что Пу Сун-лин и был даосом, так как сама жизнь заставляла его обходиться малым, поэтому его склонностям отвечало учение Дао. К тому же, он жил среди народа, а народ часто отдавал свои предпочтения даосизму, потому что это учение было для него более понятно, чем философия монашеского буддизма и учёный мир конфуцианцев, для которого требовались незаурядные знания для подготовки к экзаменам.

Юань Мэй, наверняка, исповедовал даосизм, наряду с буддизмом и конфуцианством, так как слагал стихи. А стихи требовали особого настроя для возгонки сублимации, которую можно было достичь только через даосскую медитацию.

Цзи Юнь, вероятно, занимался даосизмом потому, что находил в нём отдушину от своих служебных дел, и с помощью даосских практик мог расслабиться и восстанавливать своё здоровье.

Как бы там не было, все эти три талантливейших литератора всю их жизнь писали о том, о чём не писал Конфуций (а Конфуций не писал о духах и необычных происшествиях). Это именно то, что занимало меня всю мою жизнь, и поэтому я выбрал их в сопровождающие для моих небесных странствий, о чём во сне я сказал Золотой Богине Запада Сиван-му».

«Но почему я их выбрал в свои спутники»? Но этот вопрос даже не возникал в моей голове. Я их выбрал, потому что они походили на меня, или точнее сказать, я походил на них. Мы все четверо были единым сообществом, заглянувшим в тонкий мир. Если Конфуций не замечал этого мира, то это – его проблема. Я же не мог игнорировать того, что было очевидно для человека, пытающегося проникнуть в Истину. Я с самого начала моего образования полагал, что существует два мира: мир света и мир темноты. Миром света было наполнено Небо, а мир темноты таился на Земле. Обыденная жизнь человека и есть иньный мир, а его духовная составляющая образуется от янного небесного мира. И путь на Небо пролегает через учение Дао. Это понятно даже ребёнку. Пу Сун-лин, Юань Мэй и Цзи Юнь были для меня даосской Троицей. Ведь для того, чтоб оторваться от убогой земной жизни и погрузить себя в атмосферу счастья, нужно всего лишь прозреть и увидеть чудо. А чудеса в нашей жизни случаются на каждом шагу. Просто мы этого не замечаем. И Пу Сун-лин открыл этот мир чудес, а Мэй Юань и Цзи Мэй его обрисовали, всё уточнили и расставили по своим местам. Даже жизнь учёного они сделали более тонкой, чем он сам, открыв ему Небо, чтобы он восхитился неописуемым очарованием. А небесные знания, полученные им от погружения в тайны этого мира, наполнили его учёность новым содержанием и воскресили самого его к вечной жизни. Он наконец-то понял, что в жизни он сам является подлинным золотом, которое можно извлечь из себя и обогатить им всю свою жизнь. Ведь вся наша жизнь пролетает мгновенно, и человек рано или поздно приближается к смерти, но учение Дао несёт человеку фатальное очарование, когда он подходит к границе своей материальной кончины, и приносит ему исцеление. Он получает пилюлю вечной жизни, и свет озаряет его даже ночью, когда он смотрит на луну и открывает для себя этот тонкий мир, который никогда не исчезает, преобразуясь в звёзды .В тёмной материи Инь он видит надземные сферы, и это приносит ему мир и счастье.

Этой же ночью я решил во сне связаться с моими спутниками, чтобы отправиться с ними в дальние звёздные путешествия. Когда наступила полночь, и стало прибывать янное время, я лёг в постель и при лунном свете стал смотреть на парсуны моих собратьев по духу. В полумраке они казались мне сосудами, наполненными мудростью. Мне нужно было посредством сна проникнуть в Сокровенное 玄 (суань) посредством Неслышимого и Невидимого 希夷 (си и). Мой взгляд остановился на поэтапн6ом списке рекомендаций мастерства управления сновидений. Там говорилось о том, что когда энергия ян начинает возрастать, необходимо сесть ровно, соблюдая правильное положение тела, и постучать зубами тридцать шесть раз. Затем нужно созвать вместе все живущие в моём теле души, животные и разумные, а именно, семь душ 魄 (по) и три души 魂 (хунь). При этом я должен был ослабить пояс пижамы, чтобы одежда не стесняла меня, и лечь на бок. Мне нужно было превратиться в Спящего Дракона, а для этого было желательно оставить в моём теле все земные души 魄 (по), такие как жадность, гнев, страсть, любовь, зависть и прочие, а небесные души 魂 (хунь) ввести в сновидение.

Тут мой взгляд переместился на парсуны трёх моих сопровождающий в небесное путешествие, и мне показалось, что их улыбающиеся лица смотрят на меня с оттенком иронии или даже насмешки. И я сразу же засомневался в себе и своих способностях. А смогу ли я соответствовать их уровню учёности? Ведь европейские учёные по своей начитанности и знаниям и близко не стоят к уровню древних китайских учёных. Хоть я и понимаю их язык, но их знание намного шире и проникновеннее моих. А сама их письменность и речь намного глубже и насыщеннее ясностью в понимании небесных реалий. По своей образованности, мы, европейцы, даже не дотягиваем до их первой ступени сюцай – студентов. Образованность и китайский учёный мир отличается своей замкнутостью и их векторы направлены и иную сторону, чем на Западе. Изучая этот мир, мы всё разделяем на части, думая, что это нам поможет понять то, что происходит в природе. Они же, наоборот, все свои знания собирают вместе, чтобы единым пучком направить в нужное им место и раскрыть внутреннюю сторону предмета. Если у нас все наши знания – в статике, то у них – в движении и динамике. Они знают намного лучше нас, что происходит в мире. Для этого и существует их «Книга перемен» «易经» (И Цзин), которая помогает им чувствовать себя в материальном и духовном мирах как рыба в воде.

Эти рассуждения отвлекали меня от практики сосредоточения. Я не мог сосредоточиться даже тогда, когда это было необходимо. А секретная формула практики управления снами состояла по инструкции в том, что нужно прикрыть глаза и углубиться в своё сознание. Для этого необходимо было проделать такие манипуляции со своим телом: представить, что язык во рту уже стал красным драконом. И головкой этого дракона нужно коснуться верхнего нёба, свести ноги вместе так, чтобы одна нога слегка была согнута, а другая – вытянута. А пальцы ног как будто цепляли что-то в пустоте. Благодаря этим действиям, энергии Инь и Ян возвращаются к истинному отверстию и внешние Солнце и Луна соединяют вместе свой свет.

И в этот момент я почувствовал, что две противоположные энергии вливаются в меня: одна была очень тёплая, а другая – прохладная. Тёплая волна меня поддерживала снизу, а прохладная, подобно ветру, поднимала ввысь. Думая об этом, я как бы превращался в дракона и взмывал над Землёй в Небо, где в пустоте мне нужно было опять перегруппироваться, чтобы улечься на облако. Для этого левая рука сформировала тайное положение кисти, именуемое «меч» и накрыла «Дверь жизни», а правая рука, тоже подобно мечу, согнулась в локте и легла мне под голову, подобно подушке. Глаза и нос расположились напротив «Дверей жизни». Я сжал зубы, открыл «Небесные врата» и закрыл «Двери жизни». Мои глаза и сердце были обращены внутрь. Вода триграммы 坎 (кань) и Огонь триграммы 離 (ли) соединились. Мои внутренние Солнце и Луна объединились в чистую сущность. Я весь как бы обособился от внешнего мира и стал независимым сгустком энергии. И в тот же момент мир для меня изменился. Я просто почувствовал себя живым существом, я мог быть человеком, но и мог стать оленем и наблюдать за циркуляцией своей энергии 氣 (Ци), или журавлём, взращивая свой зародыш, как и черепахой, останавливающей своё дыхание. Я мог вдыхать и выдыхать десять тысяч раз в сутки, перемещая свою энергию 氣 Ци на пятьдесят вёрст, которая соответствует вечности и откликается любому творению Земли и Неба. Посредством своего дыхания, я был способен приблизиться к Изначальному Духу 元神 Юань Шэнь, так как уже знал нахождение сокровенного прохода – Таинственных Врат. Я мог даже пройти через них, используя размышления и духовные качества 神 Духа Шэнь и поменять свою телесную форму. Я мог превратиться в японского барсука 狸 Тануки или китайского лиса 狐 Ху.

Пу Сун-лин знал сущность Лиса и его необыкновенные качества, поэтому считал его выше обыкновенного человека. Пу Сун-лин много знал о природе человека, наблюдая за его жизнью как бы изнутри. Он проник во многие секреты мироздания и написал много интересных рассказов о необычных явлениях, которые в наше время в своей суете люди даже не замечают, потому что не погружаются в самих себя и не придаются медитации. Об этом же писали в своих книгах Юань Мэй и Цзи Юань. И чтобы достичь такого состояния, надо-то, всего-навсего, отрешиться от бренного мира и изменить своё сознание, отдаться медитации, или, как я, войти в управляемое сновидение. Это же так просто! Чего ещё легче! Когда находишься в таком состоянии, то внутренняя субстанция-тело уже не проявляет функцию. И вот тогда тело содержит в себе высококачественную 精 Цзин – жизненную сущность. И тогда не только изменится само тело, но и сама сущность проявится во внешнем сиянии. Это и есть самый важный момент в жизни, когда из ничего вдруг получается что-то совершенное и высокое. Используя внутренне и внешнее, можно сформировать из них один единый сгусток – это и есть мастерство вступление на путь Дао. Когда, продвигаясь так, подходишь к этому моменту, шесть воров естественно сами собой исчезают, а пять стихий таким же образом собираются. Периоды огня натуральным образом регулируются, и в то же время производится истинная субстанция, напоминающая жидкость, которая очищает и взращивает корень жизни. Как говорится в древнем трактате: «Сокровенная Женственность постигается одномоментно, в один глоток. Во сне пьешь вино жизни. Тщательно используй это с утра до вечера и всё время. И истинный Ян никогда не будет потерян».

Я подумал, что эти три моих учителя: Пу Сун-лин, Юань Мэй и Цзи Юнь не только пили эту жидкость, но и купались в озёрах этой самой Сокровенной Женственности, заполняя себя до краёв энергией Ян. Я думаю, что они всегда грезили и жили снами, а, проснувшись и оказываясь в мире обыденных вещей, записывали свой очередной рассказ, как бы реализуя своё «мастерство сна»: протирали глаза, прислушиваясь к стуку своего радостного сердца, и чувствовали, как по их телу растекается лёгкая и приятная волна блаженства. Во всяком случае, для Пу Сун-лина это было настоявшей отрадой в его непростой жизни, наполненной «сиротливой досадой».

Но мне, чтобы сравняться с ними, необходимо было, независимо от того, что бы я ни делал, сосредоточиться на собирании и накоплении моей энергии 氣 Ци и сгущении и кристаллизации духа 神 Шэнь. Может быть, пройдя через чреду подобных медитаций, я приближусь к высокому уровню познания моих сопровождающих в наших небесных путешествиях.

Я подозревал, что в этой святой Троице моих учителей Пу Сун-лин являлся духом 神 Шэнь, Юянь Мэй – энергией 氣 Ци, а Цзи Юнь – жизненной сущностью 精 Цзин. Ведь так оно и есть! Пу Сун-лин, написав своё произведение «Рассказы Ляо Чжао о чудесах», как бы открыл глаза людям на то, что помимо реального мира существуют ещё мир, скрытый от их глаз. И этот мир более реален, чем тот, что нас окружает. Великий мастер рассказа, как дух, вошёл в сознание людей и заставил их присматриваться ко всему необычному, на что они раньше закрывали глаза и не ничему не хотели верить.

Юань Мэй как бы взял на себя роль энергии 氣 Ци. Он провёл точный водораздел между двумя мирами, между миром вечным и скоротечным, между миром горним и дольним. Он так и назвал свои произведения «О чём не писал Конфуций". И наша реальность уже была им узаконена и превратилась в энергетический поток двух миров: Мира Инь и Мира Ян, которые постоянно переплетались и перемешивались. Поэтому установились сношения видимого мира с невидимым при посредстве бесов, оборотней, лисиц и сновидений. Два мира соединились в единый мир физический и духовный.

Цзи Юнь, привнеся во всё это разделение свой вклад самой жизненной сущности 精 Цзин человека, определил, что в каждом из нас есть земное, так и небесное основание, которое также можно назвать началом, которое часто входит в противостояние в виде борьбы добра со злом. Поэтому так важно пестовать свою Сердечную природу 性 Син, находя «Великое в малом» и выращивая ростки доброты даже там, где их затруднительно вырастить.

И эта триада Шэнь, Ци и Цзин вполне естественна в человеке, как и во всей окружающей нас природе, где два мира взаимодействуют, порождая свои проявления. Как говорят даосы: «Когда дух 神 Шэнь установлен и стабилизирован, то энергия 氣 Ци устойчива и уравновешена. Когда энергия Ци устойчива и уравновешена, то жизненная сущность 精 Цзин укрепляется. Когда жизненная сущность 精 Цзин укрепляется – тело становится сильным. Когда дух 神 Шэнь стабилизирован и собран, то больше нет беспорядочных мыслей, и когда энергия 氣 Ци устойчива и уравновешена, то дыхание прекращается и останавливается. Когда жизненная сущность 精 Цзин укрепляется, то больше нет похотливых желаний».

Ведь если мы внимательно будем наблюдать за природой, как это делали в своих книгах Пу Сун-лин, Юань Мэй и Цзи Юнь, то мы заметим, что даже в нашем теле три изначальных (Цзин, Ци и Шэнь) сливаются воедино и восемь чудесных каналов возвращаются к своему истоку. Семь сокровищ избавляются от омрачений мирской суеты и больше не рассеиваются, кровь трансформируется и обогащается, таким образом, достигается долголетие и бессмертие. И всё, что вступает в живительную фазу развития, проходят этот путь, обретая жизненную силу. Даже наше духовное состояние подчиняется этому природному закону. Ведь суть истинного совершенствования заключается в том, чтобы Син 性 (Сердечная Природа) обрела спокойствие и безмятежность, и тогда сама душа и все ее проявления успокаиваются. Если же сердце, как и наше сознание, будут взволнованы, то наш дух будет истощаться. Если Дух 神 Шэнь находится в движении, то энергия Ци 氣 рассеивается, а если энергия Ци рассеивается, то сама жизненная сущность 精 Цзин истощается и исчерпывается. Если жизненная сущность 精 Цзин истощается и исчерпывается, то тело постепенно увядает, а когда тело увядает, то через некоторое время наступает смерть.

Это хорошо понимали эти великие писатели и мудрецы. Они считали, что вся жизнь и смерть обычных людей не более чем сновидение и иллюзия. Когда же дело касается совершенного человека, то все обстоит иначе. Совершенный человек чист и непорочен, чистота и непорочность не обладает иллюзией. Даже если имеются сновидения, то они ясные и истинные, а не беспорядочные сны, которые нам иногда снятся с чувственными влечениями и желаниями. Поэтому сердце и сознание Совершенного человека стабильно и открыто для восприятия, а дух 神 Шэнь неизменно чист и глубоко проникновенен. Он не приходит и не уходит, не рождается и не умирает. Каким же образом, при наличии этого состояния возможно перевоплощение!?

В наше суетное время об этом и говорить не приходится, поэтому все люди неразумны и подвержены ложным желаниям и страстям, которые никогда не прекращаются, и лишь все больше разгораются, их сердца и сознание подвергается воздействию мириадам мирских вещей и, тем самым, всё больше загрязняется. Их Дух 神 Шэнь даже одно мгновение не находится в спокойствии и умиротворении, так как утомленный и неясный днём и ночью он пребывает в фантазиях-мечтах.

Я и сам до этого после пробуждения погружался в пустые фантазии, а когда спал, предавался пустым мечтам. И сейчас я понимаю, что если я продолжу жить так дальше, то даже на смертном одре, когда смерть уже будет рядом, страсти и желания продолжат меня запутывать, не останавливаясь ни на мгновение. Разве могу я не торопиться вступить на Истинный путь, дабы не быть вовлеченным в иные формы жизни? Ведь такие же испытания при жизни проходили и Пу Сун-лином, и Юань Мэйем, и Цзи Юньем, но они нашли в себе внутренние силы, чтобы стать на Истинный путь и оставили свои свидетельства об этом в своих книгах. Они стали земными Бессмертными, а не переродились какими-либо червями, зверушками или животными. Ведь по буддийским канонам так можно подвергаться бесконечному процессу перерождения и перевоплощения, и не будет возможности вырваться из него. И с безначального времени и поныне Син 性 Сердечная Природа будет только уходить и истощаться. Поэтому, недаром, буддийские каноны говорят: «Когда привязанность разорвана и искоренена, то жизнь и смерть также перестают существовать».

Вот я живу уже долгое время на этом свете, и что же я вижу вокруг себя? Миллионам людей нашего времени лишь страсть, желания, алчность и гнев доставляет удовольствие. Разве они не понимают, что их удовольствие и радость является причиной их страдания?! Подобно ночным мотылькам, что устремляются к свету лампы, как мухи, летящие на горячий суп. Мотыльки и мухи не осознают, что сами наносят себе вред. Поэтому, сейчас все люди разграбляют все сущее, что есть в мире, уничтожая природу вокруг себя. А те вещи, которые они создают, разоряют и губят самого человека, поскольку все люди следуют лишь за своим ложным идеями, желаниями и страстями, считая, что своим мирским умом и сердцем достигли высокой степени развития. Но это совсем не так. Чтобы стать по-настоящему Совершенным человеком, стоит овладеть своими умом и сердцем, контролировать их, в не идти по мёртвому высохшему руслу человеческой глупости, ведущей к катастрофе. Необходимо обратить свой взор на духовный мир, который полноводной рекой протекает вокруг нас, чтобы стать пловцом в этой реке. И тогда сразу же все начнут распознавать злых и добрых духов, поймут, что такое счастье, ведь только добрые духи посылают людям счастье. Блаженными и бессмертными они являются в наш мир, чтобы показать его ничтожество. Небо посылает их в мир, чтобы насмеяться над глупцом и почтить учёного. Кудесники, волхвы, порицатели, фокусники являются к нам, чтобы, устроить мираж, показать новые стороны нашей жизни. И об этом пишут мои учителя-рассказчики. Ведь и мне самому можно стать таким же бессмертным и фокусником. Нужно только понять, что, овладевая сердцем и контролируя ум, наш дух 神 Шэнь обретает свой Истинный дом и становится в нём хозяином. Поэтому для тех, кто культивирует и изучает Учение Дао, самым главным являются Три Сокровища – природная сущность 精 Цзин, энергия 氣 Ци и Дух 神 Шэнь. Дух Шэнь является господином, энергия Ци – министром, а жизненная сущность Цзин – народом. А посему когда пять воров, то есть пять органов чувств вторгаются и грабят нашу жизненную сущность 精 Цзин и наш дух 神 Шэнь, то есть наше тепло и сознание, которые являются нашей маленькой страной, то всё повергается в хаос, становясь спутанным и слабым. Когда же пять воров уничтожены, то в стране наступает благоденствие и спокойствие. Когда народ спокоен, то возможно длительное правление без принуждения. Поэтому самое главное – это контролировать себя. А когда человек себя не контролирует, то в грядущем его поджидает злой рок. Как говорится в древних книгах: «Горе злому грешнику в подземном царстве». Ведь судьба – это общий закон, в котором тонут все: и люди, и бесы, и другие духи и тонкие сущности. Человеку остаётся только сопротивляться злым духам, чтобы исправить свою судьбу. И прежде всего, необходимо вовне преодолеть злых духов, а внутри успокоить и очистить Истинную Сердечную Природу 性 Син. Для этого необходимо переплавить жизненную сущность Цзин 精 для питания Прежде-небесной Ци 前天氣 (цзянь тянь ци), а затем переплавить Прежде-небесную энергию Ци для питания духа 神 Шэнь, и потом уже совершенствовать дух Шэнь для возвращения его в Пустоту. Это подобно тому, как все вещи возвращаются к трём, три возвращается к двум, два к одному, а одно возвращается к пустоте, как сказано в «Книге перемен» (И Цзин). Также и Путь, ведущий к бессмертию и святости, заключается в следовании вспять. Поэтому он неизменный, непостижимо чудесный и существует вечно.

Необходимо помнить, что судьба отпускает обычному человеку лишь некоторую долю счастья, и как не развивай её, дальше положенного предела не разовьёшь, – о чём говорит в своих рассказах Пу Сун-лин. Но человек, занимающийся самоусовершенствованием, способен изменить свою судьбу. Здесь нужно понимать следующее: в то время, как все живые существа, находящиеся в бренном мире, движутся в противоположном направлении. В повседневности дух Шэнь превращается в Прежде-небесную Ци, а Прежде-небесная Ци превращается в жизненную сущность Цзин. Далее жизненная сущность 精 Цзин превращается в телесную форму, и уже телесная форма становится жизнью. Суть всего этого превращения состоит в том, что один рождает два, два рождает три, три рождает тьму вещей. А это являет собой прямое следование, как путь обычного человека, где присутствуют рождение и смерть. Их жизнь и смерть – всё это находиться в уме, который полон желаний. Когда же человек освобождается от желаний, то он как бы рвёт эту нить, выходя из чреды перерождений, и возвращается к своему вечному существованию, заранее предопределённому ему Небом. Поэтому в будущем его не страшит злая судьба, так как свою судьбу он создаёт сам. Он как бы уклоняется от сетей судьбы, проплывая мимо опасных мест, встречающихся на его пути. Его путь, чем дальше он продвигается вперёд, тем дальше отодвигается назад от какой-либо кончины, и перед ним как бы постоянно возникает гексаграмма «Ещё не конец» 未濟 (вэй цзи), состоящая из триграмм Воды 坎 кань и Огня 離 ли с полной неуместностью черт. Она как бы завершает круг развития гексаграмм одного цикла и из самой внутренней своей неустойчивости даёт начало новому циклу, рождая первую гексаграмму нового цикла «Небо» 乾 (цянь) «Творчество», состоящую из одних янных черт.

Человек начинает новую жизнь, превращаясь в святого Бессмертного. А что касается тех, кто стремиться стать святым Бессмертным, то такой человек имеет бесстрастное сердце и сознание, которое ничем не порабощено. Его сердце 心 Синь напоминает Дракона, взращивающего жемчужину, или курицу, высиживающую яйца, или навозного жука, формирующего свой шарик. Такие святые похожи на земляные роющие осы, которые вскармливают своих детей, или на устрицы, лелеющие жемчужину, подобную яркой луне. Они – словно зайцы, ухаживающие за потомством, или черепахи, отбрасывающая тень, или носороги, смотрящие на искры.

Когда к ним приходит мастерство, то это подобно как молодые всходы зерна собирают росу, как тыква выпускает плодоножку. И это является проявлением правильного использования Духа 神 Шэнь. Ведь дух Шэнь является матерью энергии 氣 Ци, а жизненная сущность 精 Цзин – это ребёнок энергии Ци. Так дух Шэнь и энергия Ци питают друг друга, а жизненная сущность 精 Цзин сама возвращается к истоку, кристаллизуясь, вследствие всего этого, и становится неразрушимой, как будто младенец появляется у отца с матерью.

Древняя мудрость говорит, что «изначально любой человек похож на пустой сосуд. С самого детства он начинает учиться. Со временем он становится начитанным и учёным человеком, как бы наполняя свой сосуд знаниями и мудростью. Такой человек может создать своё земное счастье, и удел этого счастья отчасти будет прописан судьбой, а отчасти будет зависеть от своей собственной личности. Только так он сможет принять от счастья только то, что в состоянии хранить. И, большей частью, этим являются знания, которые тля не изъест и вор не украдёт. Поэтому он, как сосуд, вберёт в себя и выдержит только то, что ему положено. Счастье же, как нечто незаслуженное и немыслимое, может вывести из человеческих ограниченностей только человека особого, с неограниченно великим духом. Мелкий же человек пройдёт мимо счастья, упустит его, даже не заметив, что оно к нему приходило. Поэтому судьба не может погубить настоящего человека, который способен распоряжаться собой так, как ему нужно, и в этом ему помогает его обретённое искусство жизни, которое французы называют «савуар де вивр» – житейская мудрость.

Даосская искусность заключается в сохранении и оберегания Духа Шэнь 神 в сущностном глубинном центре – в середине сердца 心 Синь. Только когда две 氣 Ци (Инь и Ян – Вода 坎 Кань и Огонь 離 Ли) собираются и соединяются во взаимной симпатии в Желтом Дворе – киноварном поле. И три цветка, жизненная сущность 精 Цзин, энергия 氣 Ци и дух 神 Шэнь, сплавляются в Единое в изначальном отверстии, тогда бессмертный зародыш совершает своё формирование. Затем Истинный дух 神 Шэнь сбрасывает оболочку и освобождается, рождаясь и выходя за пределы рождения и смерти, колеса перевоплощений. Это и есть превосходное постижение Дао.

Когда человек в течение должного времени медленно дышит, подобно черепахи, то создаётся его бессмертный эликсир, тело становится лёгким, а сердце и сознание одухотворённым. Перед ним открывается восемь врат сверху, семь отверстий и пространство между бровями образуют одни врата. И он способен воспарить ввысь и проникнуть в сферу невидимого и неслышимого, что мне и удалось сделать после моих долгих медитаций во время написания моего труда «Сказание о ясно-фиолетовой дымке».

Да, я добился многого, сумел обрести несгибаемую волю и намерение обладать одухотворённостью. Когда культивируешь самосовершенствование, то очень важно не лениться, и тогда твои действия будут искусны, а результат чудесным. То, что получилось у меня, может получиться у каждого человека. Поэтому и говорится: «Если усилия неправильны, то мастерство невозможно обрести». Я знаю, что среди тех, кто культивирует совершенствование есть образованные люди и прилагающие большие усилия, но ещё не получившие истинного наставления, в результате чего они забывают свои основы, уделяя внимание второстепенному. Такая невежественная практика превращает занятие «пестование жизни» в пустое времяпровождение, и не приносит никакого результата. В их случае, упорствуя, они погружаются в ложную пустоту, либо погрязают в иллюзии внешних форм. Они напоминают собой глупую кошку, сидящую у пустой норы и надеющуюся поймать мышь, которой там нет. Всё это сказано в древних книгах ещё тысячи лет назад.

Все древние мудрецы искусно владели тайными методами Мастерства сна и знали этот превосходных Небесный Механизм, позволяющий путешествовать по небесам. Ему можно поучиться, но для этого следует найти истинных учителей, владеющих практикой прямой сущностной передачи от сердца к сердцу. Ведь Истину невозможно обрести, имея эгоистические желания, или с помощью собственных догадок и измышлений.

И я нашёл таких учителей в лице Пу Сун-лина, Юань Мэя и Цзи Юня. Но для восприятия их притч необходимо вначале очистить свои сердца от скверны и поверить в добро, которое делает нас всех гуманными».

Так рассуждая и глядя на парсуны моих любимых учителей, я заснул и опять увидел чудный сон моего путешествия к Звёздным Небесам.

Моё путешествие по Звёздным Небесам.

Эпиграф

«Однако в каждом литературном произведении присутствует та тайна, скрытая под поверхностью, безымянная многозначительность, которую новейшая психология именует «сверхдетерминированностью символов». Без того, чтобы хоть раз распознать её в её бесконечной полноте и неисчерпаемости смысла, будешь лишь узко воспринимать любого писателя и мыслителя, будешь принимать за целое лишь часть его, будешь верить толкованиям, которые едва ли захватывают поверхность».

Герман Гессе

Из статьи «О чтении книг»

После встречи с Золотой Матушкой передо мной распахнулось звёздное Небо, где были свои небесные обитатели более высокого уровня Вселенной. Главными среди них были Матушка Доу-му и её подчинённые божества Тай суй.

Когда я поднялся к Звёздным Небесам в глубокий космос, то сразу же предстал перед Богиней Вселенной – Алмазной матушкой Доу-му, олицетворяющей собой всю тёмную материю Великого Океана Инь. Матушка Доу-му 斗母, или Матушка Ковша, издревле являлась Божеством и имела свои небесные дворцы на звездах Северного Ковша – Большой Медведицы и Южного Ковша, который находился возле горизонта в созвездии Стрельца, поэтому она так и звалась Доу-му 斗母 «Мать Ковшов». Она предстала передо мной очаровательной женщиной, хотя в древних книгах её и описывали, как некое чудовище. Говорили, что, якобы, у неё было восемь рук, в которых она держит солнце и луну, лук со стрелами, копье, колокол, печать, а две другие руки сложены в жест, который назывался по-китайски «шоуинь», что соответствует санскритскому – «мудра», жесту сострадания. Её лук со стрелами и копье символизирует её власть над болезнями и страданием, колокол – означал сострадание, а печать – власть над смертью. Жест сострадания говорит о возможности помогать страждущим и исцелять недуги. Солнце и Луна означает, что она является матерью всех небесных тел, в понимании обычного человека. А для даоса это ещё значит и то, что если желаешь обрести здоровье, счастье и долголетие, то необходимо не только культивировать сострадание, но ещё и уравновешивать силы инь, при помощи Луны, и ян, при помощи Солнца, в своем теле. Необходимо также соотносить внутренние силы Солнца и Луны с внешними Солнцем и Луной, которые не просто были светилами на Небе, но и изначальными силами мироздания. Кроме этого, нужно ещё в себе и соединять, сплавляя, эти две противоположности, чтобы мог образоваться звёздный эликсир Бессмертия.

Так как Доу-му управляет движением звезд, что неизбежно влияет на циркуляцию внутренней энергии ци, то к ней даосы всегда обращались за помощью в практике, когда работали со звездами и созвездиями, чтобы она уменьшала их негативное влияние и увеличила положительное. Доу-му издревле почитали как целительницу и покровительницу врачей, а также как богиню, дарующую и помогающую обрести великое снадобье – эликсир бессмертия. День Доу-му отмечали всегда девятого дня девятого лунного месяца, что являлось частью ритуальной церемонии в честь Божеств Звезд Большой Медведицы. В подчинении Доу-му всегда находились божества Тайсуй Син Цзюн 太歲星君, которых на небе издавна было шестьдесят. Эти божества были связаны с китайским календарем, который был составлен из шестидесятилетнего набора сочетающихся двенадцати животных, проявленных каждый в пяти стихиях. В древности полагалось, что каждому году, в который рождался человек, соответствовал знак, а именно одно из божеств Тайсуй 太歲, который покровительствовал ему, встречаясь с ним один раз в шестьдесят лет. Евреи эту встречу называли юбилеем. Человеку мог встретиться с покровительствующим ему божеством во второй раз только через шестьдесят лет, когда ему исполнялось уже сто двадцать лет. Если человек вёл праведную жизнь и старался продлить свою жизненность, то его божество ходатайствовало перед Нефритовым Императором о продлении его жизни ещё на шестьдесят лет до новой встречи с ним. Так человек мог встречаться со своим божество десять, а порой и двадцать раз подряд, продляя свою жизнь на шестьсот или тысячу двести лет, пока не умирал.

Если же даос практиковал ритуально-алхимические методы связанные с богиней Доу-му, то имел прямое отношение с ней, и его личный бог Тайсуй 太歲, был уже обязан продлять его жизнь по велению богини, поскольку она контролировала всех Тайсуй, когда с ним обреталась гармония и внутреннее соответствие, именно она уже сама регулировала жизнь человека.

Я понимал, что мне нужно было достичь горизонта ночного неба и перескочить на небо. Перед этим я несколько дней наблюдал за ночным небом, всматриваясь в созвездия и наблюдая за движением Луны. Прочитав «Трактат о скрытных тайнах перемещения созвездий» даоса Лю Чжун-ши, я понял, что все месячные двадцать восемь Лунных стоянок делятся на четыре группы по семь в каждой. Каждая группа, состоящая из семи созвездий-Сю, условно занимает четверть окружности небосвода и составляет, таким образом, четыре «Мега-созвездия» называемого «Двором». Всего на Небе расположено четыре Дворца: восточный, северный, западный и южный. Ширина таких Мега-созвездий, как и Лунных стоянок, неодинакова, поскольку звезды распределены на небосводе неравномерно, но это не имеет никакого значения. Названия этих Дворцов стали символами сторон света: это – Лазурный Дракон цан лун на Востоке, Черная Черепаха или Черный воин сюань у на Севере, Белый Тигр бай ху на Западе и Красная Птица чжу цюэ на Юге. Они и составляют «Четырёх Небесных животных» или «Четыре символа» си сянь 四象, являясь физической защитой жилища слева, справа, сзади и спереди как формы ландшафта или соседних строений, как бы стремясь повторить на Земле стабильные как на Небе идеальные условия для жизни. Каждое из Мега-созвездий состоит из семи Лунных стоянок. Они являются как бы частями тела животных, таких как Рог Дракона, Шея Дракона, Сердце Дракона, Голова Черепахи – Созвездие Ковш, Голова Тигра – Созвездие Клюв, Голова Феникса – Созвездие Колодец. Однако, каждая из Лунных стоянок имеет и собственное название. В каждом сезоне в ночном небе можно наблюдать полностью только одно из этих Мега-созвездий.

В древние времена в дни солнцестояний и равноденствий центральное созвездие каждого из четырех божеств занимало центр южного неба. Например, в день летнего солнцестояния высшей точки в сумерках достигала центральная звезда Сердца Дракона, Звезда Огня. Несмотря на то, что в каждой четверти неба, в Мега-созвездиях Дракона, Черепахи, Тигра и Птицы можно видеть по семь созвездий, количество звезд в каждом из них разное. Восточные семь созвездий имеют тридцать две звезды, южные семь созвездий – шестьдесят четыре звезды, западные семь созвездий – пятьдесят одну звезду, а в состав северных семи созвездий входят тридцать пять звезд, всего в общей сложности за год проходят по небосводу сто восемьдесят две звезды.

В ночь моего отправления в путешествие шёл восьмой день по лунному календарю, когда Луна вступала во дворец Ковша, и я при помощи медитации смог перескочить на Созвездие Ковш, где и увидел небесный дворец Матушки Доу-му, и был принят ею.

Я знал, что в созвездие Ковша входят семь звезд, обозначающиеся научными именами: Мю, Лямбда, Фи, Сигма, Тау и Кси Стрельца, но в китайском названии они имели свои имена: Тянь Фу Сы Мин Син Цзюнь 天府司命星君 – Звезда небесной судьбы и питания жизни; Тянь Сян Сы Лу Син Цзюнь 天相司祿星君 – Звезда небесного гадания и питания телесной формы; Тянь Тун И Сюань Син Цзюнь 天同益算星君 – Звезда подсчёта преимуществ и питание дыхания; Тянь Шу Ду Э Син Цзюнь 天樞度厄星君 – Звезда небесного разворота и питание сердца; Тянь Лян Янь Шоу Син Цзюнь 天梁延壽星君 – Звезда небесного долголетия; Тянь Цзи Шан Шэн Син Цзюнь 天機上生星君 – Звезда небесного механизма. Стихиями созвездия Ковш были знак Дерева, День вторник, планета Юпитер и животное Единорог. В древнем трактате это созвездие называлось «Головой черепахи», поскольку оно стояло первым в Зимнем Дворце Черной Черепахи. По форме оно напоминает Большую Медведицу, точнее, семь главных ее звезд, которую китайцы тоже называли «Ковшом». Во избежание путаницы восьмое созвездие китайцы стали называть Нань Доу, то есть «Южный Ковш», а название Бэй Доу «Северный Ковш» закрепилось за Большой Медведицей.

Так что Звёздная Матушка Доу-му находилась в эту ночь во дворце Нань-доу – Южного Ковша, где и приняла меня. Увидев меня перед собой, она сказала:

– Ну что, дружок, тебе всё же удалось подняться на небеса. Вот и осуществилась твоя давняя мечта попутешествовать среди звёзд! Раньше ты, наверное, не так представлял себе звёздное небо? Ты, как учёный, поддавался, наверное, всяким заблуждением насчёт устройства Вселенной. Каких глупостей вы только не придумывали на земле, создавая разные свои глупые науки, такие как астрономия, астрология, астрофизика, где выстраивали свои бредовые гипотезы, такие как «Теория большого взрыва» и прочие несуразицы. А здесь для вас оказало всё проще простого. Древние мудрецы это понимали и поэтому не особо заморачивались всякими безумными идеями. Кроме меня все здесь разговаривают шёпотом, но этот шёпот можно услышать на расстоянии сотен световых лет, если имеешь обострённых слух. Так что ты можешь пообщаться со звёздами и набраться у них ума-разума.

– Но здесь же нет атмосферы,– удивился я, – как может звук шёпота распространяться в вакууме, в безвоздушном пространстве?!

Услышав мои слова, Звёздная матушка рассмеялась, сказав:

– Тёмная материя инь обладает пятым измерением – некой дополнительной гравитацией, которая своим проникновением объемлет весь мир, благодаря чему шёпот распространяется мгновенно, не то, что свет. Тот, кто способен слушать звёздное неба, может напитаться мудростью и познать все небесные тайны и секреты. Попробуй это сделать, и ты обретешь в себе Совершенные Знания.

После разговора с ней я так и сделал. Поэтому во время купания в Южном Ковше я услышал шёпот шести звёзд о секретах мироздания: о питании жизни, питании телесной формы, питании дыхания, питании сердца, питании долгожительства, которые наделили меня такими знаниями, что я поистине стал Совершенномудрым. Шесть Владык звёзд Южного ковша поведали мне сокровенные наставления по продлению жизненности в вечности. Я и раньше знал, что Шесть Владык Звезд Южного Ковша 南斗六星君 (Нань-доу лю син цзюнь) могут даровать благоденствие и процветание или же лишить их. Поскольку Юг связан с активной стихией Огня, то Шесть Владык обычно сообщают те приказы Нефритового Императора о наказаниях или поощрениях, которые осуществляются немедленно. От этих Шести Владык, я получил тайные наставления, позволяющие мне продлеваться в вечности:

Я вслушивался в шёпот звёзд, и они мне говорили тайны о том, что скрыто в глубине Вселенной, и что роднит нас со звёздами мироздания. Я обратил внимание на Первую звезду Южного Ковша Тянь Фу Сы Мин Син Цзюнь 天府司命星君 – Звезду Небесной Судьбы, отвечающую за питание жизни. И вот что она мне прошептала:

– Небо всему в мире посылает жизнь, но каждому существу жизнь нужно сохранять и осторожно поддерживать её во все времена. В древнем «Истинном каноне трех первоначал» говорится, что человек и вещи имеют разные формы, а жизнь получают только одну. Душа-хунь 魂, объединяющая в себе три бессмертных души, связанная с дыханием, получает её на Небесах. А душа-по 魄, состоящая из семи смертных душ, связанная с телом, получает её на Земле. В отсутствии формы, в отсутствии образа приходит из пустоты, то есть семя отца и кровь матери соединяются, и тем самым из отсутствия получается наличие. За триста дней завершается образование зародыша, и когда дыхания становится достаточно, тогда происходит рождение. Таким образом, из отсутствия получается наличие. Тот, кто не совершенствуется в питании жизни, тот из наличия возвращается в отсутствие. Как только появляются дыхание и кровь, тогда дух и дыхание снова соединяются в детях, а когда кровь и дыхание приходят в упадок и разрушаются, тогда имеющиеся души 魂 (хунь) и 魄 (по) опять возвращаются на Небо и в Землю, соответственно. Таким образом, осуществляется возникновение и уничтожение в процессе жизни. Уничтожение останавливает жизнь, дыхание прерывается, дух рассеивается, и жизни больше нет. Совершенствующийся человек, благородный муж, всегда стремится жить, однако если не знает питания жизни, тогда равняется на Небо и Землю, а за основу принимает солнце и луну. Инь прекращается, Ян рождается, и тогда постоянно происходит порождение рождения. Небо и Земля именно поэтому способны продлевать и длить. Душа-пo уходит, душа-хунь приходит. Приход и уход не останавливаются, постоянно происходить движение потоков прошлого и будущего, Неба и Земли, проходящих через человека. Солнце и луна потому и способны продлевать и длить. Зная это, ты питаешь дыхание и не ослабеваешь, питаешь телесную форму и не чахнешь, осуществляя питание и внутреннего, и внешнего без ошибок. Таким образом, ты способен продлевать и длить так же, как Небо и Земля, солнце и луна. В «Записях Западных гор» говорится: «И в древности в настоящее время мудрецы и умельцы, обсуждая законы питания жизни, считали, что суть теории питания жизни заключается не в уменьшении». Ещё говорится: «Уменьшай корысть, ограничивай желания. Если уменьшаешь корысть и ограничиваешь желания, тем самым питаешь сердце». Ещё говорится о прекращении мыслей и забвении механизма. Если прекращаешь мысли и забываешь механизм, то тем самым можешь питать дух. Ещё говорится о необходимости меры в пище и питье. Если в принятии пищи и питья соблюдаешь меру, то тем самым можешь питать форму. Ещё говорится об умеренности в трудах и стараниях. Если есть умеренность в трудах и стараниях, то тем самым можешь питать беспорядок, то есть наводить порядок. Ещё говорится о вхождении в чистоту и выходе из грязи. Если входишь в чистоту и выходишь из грязи, то тем самым можешь питать дыхание. Ещё говорится о прекращении невоздержанности и воздержании от разврата. Если прекращаешь невоздержанность и воздерживаешься от разврата, то тем самым можешь питать семя. Путь питания жизни заключается, однако, не в этом. Есть в жизни тончайшее. Совершенствующийся в питании от тончайшего идет к проявленному. Есть в жизни малое. Совершенствующийся в питании от малого идет к большому. В периоды расцвета питаешь и берёшь из этого. В периоды упадка питаешь, восполняя это. К примеру, весной питают селезенку, осенью питают печень, летом питают легкие, зимой питают сердце. То есть питают ослабленное усилением по сезону одного из пяти элементов. Так, зимой максимально усиливается вода, которая существует в оппозиции огню, а огонь соотносится с сердцем, следовательно, нужно питать сердце, которое в человеческом организме представляет огонь. Питая форму, развивают огонь. Взращивая пилюлю, концентрируют дыхание. Таким образом, в течение года смотрят по месяцам, чтобы не утратить Путь питания жизни. Весной и летом питают ян, так как истинное дыхание следует большому небесному циклу. Суть этого заключается в контакте печени и сердца, так как печень и сердце являются местами, из которых поднимается дыхание. Осенью и зимой питают инь, и тем самым следуют большому небесному циклу истинного дыхания. Суть этого заключается в контакте легких и почек, так как легкие и почки являются местами, в которые опускаются жидкости. Таков Путь развития и продвижения инь и ян, в котором не теряется питание жизни. Дыхание почек рождается в час под знаком цзы двенадцатеричного цикла, знак иньного цикла земных ветвей, соответствующий стихии воды и зимнему солнцестоянию, то есть один ян рождается между двумя инь – триграмма воды 坎 кань. В это время следует очистить сердце, успокоить мысли, закрыть глаза, выпрямить тело и представить, что огненное колесо начинает движение в киноварное поле 丹田 (даньтянь). Таков метод порождения и питания дыхания почек. Что касается дыхания печени, то оно рождается в час под знаком мао двенадцатеричного цикла, то есть один инь рождается под двумя ян – триграмма Ветер 巽 сюнь, соответствующая дереву и ветру. В этот час следует сесть, уединившись, закрыть глаза, войти в состояние, когда входит много, а выходит мало, и, представив себе деву и отрока внутри желтой комнаты, дать рождение младенцу. Таков метод порождения и питания этого ян. Что касается дыхания сердца, то оно рождается в час под знаком у двенадцатеричного цикла. В это время один Инь рождается между двух Ян – триграмма Огня 離 ли, соответствующая огню, знак у соответствует стихии огня. И если ты в этот час забыл о речах, остановив поток мыслей, рот у тебя наполняется, и ты глотаешь жидкость, посылая ее в сердце, так что дыхание не рассеивается. Следует представлять себе, как дракон и тигр сплелись в языках пламени и бросились в расположенный внизу золотой треножник. Таков метод порождения и питания дыхания киноварного поля. Что касается дыхания легких, то оно рождается в час под знаком ю двенадцатеричного цикла, то есть один инь рождается над двумя ян – триграмма 兌 дуй, соответствующая металлу, ю – знак металла. В этот час следует, закрыв глаза, сделать темным свое сердце и представить, что в брюшной полости в районе окончания ребер в треножнике горит огонь. Это огонь самадхи, который горит, не прекращаясь. Если же возникло состояние самадхи, это значит, что настало время рождения и питания этого инь. Так что в течение трехсот дней завершается образование зародыш, и происходит рождение истинного дыхания. Если питать это истинное дыхание, тогда в результате его упражнения-очищения родится дух. Пять дыханий возвращаются в первоначало, а три цветка концентрируются в области макушки. За пятьсот дней рождается янный дух. Если питать этот янный дух, тогда в результате упражнения-очищения происходит соединение с Путём. Таким образом, после рождения телесной формы, если её питать, можно породить истинное дыхание. Если после рождения дыхания питать его, тогда рождается дхармакая, одно из трех тел Будды. За пределами тела есть другое тело. Выходя за рамки обыденности, входишь в сферу совершенной мудрости. В этом и заключается полная суть Пути питания жизни.

Вторая звезда Южного Ковша Тянь Сян Сы Лу Син Цзюнь 天相司祿星君- Звезда небесного гадания и питание телесной формы мне шёпотом поведала:

– Древние мудрецы знали, что в мире всё взаимосвязано и предопределено. В «Волшебной книге нефритового цветка» говорится, что матерью духа является дыхание. Убежищем дыхания является телесная форма. Упражняя дыхание, образуют дух. Упражняя телесную форму, образуют дыхание. Когда янный дух еще не сконцентрирован, тогда три цветка не могут войти в область Ни-вань, верхнее киноварное поле, которое даосы называют ещё «глиняной пилюлей». Когда истинное дыхание еще не возвратилось в первоначало, тогда пять цветов не могут породить киноварные врата, при помощи которых достигается бессмертия. В отсутствии формы все смешано и переплетено, а дух и дыхание неотделимы друг от друга. Небо и Земля потому являются великими, что они обязательно выражаются в образах легкого и чистого, тяжелого и грязного. Солнце и Луна потому и светят, что им трудно уйти за пределы формы, выражаемой в округлости и ясности, в ущербности и тьме. Накопляя ян, порождают дух, и наверху это выражается в виде звезд и созвездий на Небе. Накопляя инь, порождают форму, и внизу это выражается в том, что на Земле собираются почвы и камни. Из воды поднимается дыхание, и получается дождь, собираются облака. Из дыхания облаков опускается вода, и получаются туманы, выпадают росы. Мириады образов рождаются множествами, и они не могут не иметь формы. Рождение же человека происходит в результате скопления божественной сущности, как некого знака, соответствующего иньной ипостаси духа-шэнь 神 в организме. Завершение формы связано с воплощением Пути. Если же не знать приемов питания телесной формы, тогда запасы семени и души-пo 魄 будут рассеяны и истрачены, в результате чего в пустоте сохранится только иньная оболочка, и человек, даже не дойдя до смерти, будет подобен сухому дереву. А когда дыхание его совсем прервется, от него останется лишь кучка праха. Так разве можно не уделять большого внимания Пути питания телесной формы?! В «Записях Западных гор» говорится, что совершенствующийся в питании телесной формы во время среднего месяца лета и среднего месяца зимы удаляется в уединенное помещение. Он избегает дыхания большого холода и большой жары, таким образом, он прячет свою кожу и плоть, чтобы избежать избыточного воздействия данных факторов. Предупреждая холод, надеваешь одежду, чтобы одежды не было сразу много. Предупреждая жару, снимаешь с себя одежду, чтобы сразу ее не стало слишком мало. Если долго работаешь, следует успокоиться и отдохнуть, чтобы защитить те места, на которые выпадает максимальное напряжение. Если в течение долгого времени напрягаешься, тогда следует делать движения дао-инь, с тем чтобы привести в движение дыхание, которое застоялось. Движения Дао-инь. – это одна из техник самосовершенствования, даосская гимнастика, заключающаяся в растягивании мышц и сухожилий, сопровождающемся специальным дыханием. Когда жарко, не следует подвергаться воздействию ветра. Если на тебя воздействует ветер, тогда охраняющая субстанция ин-ци закрывается, а питающая субстанция вэй-ци связывается, сгущается. Эти два подвида энергии – охраняющая субстанция и питающая субстанция – связанны с кровью и собственно дыханием, функции которых описываются в их названиях. Летом не следует спать во влажном месте, так как если это происходит, тогда дыхание рассеивается, а кровь сгущается. Зимой не следует допускать, чтоб было слишком жарко, так как в результате произойдет опустошение ян в почках, а весной и летом возникнут явления онемения и слабости, связанные с печенью и сердцем. Летом не следует допускать, чтобы было слишком прохладно, так как в результате перикард – двустенная сумка, окружающая сердце и его крупные сосуды, подвергнется воздействию поверхностного холода, а осенью и зимой будешь страдать от глубинных застоев циркуляции, связанных с легкими и почками. Если ты очень голоден, то нельзя сразу наедаться досыта, так как в этом случае обильная еда вредит духу. Если же ты слишком голоден, то это вредит желудку. Нельзя сразу много пить, если страдаешь от жажды. Если много пить, то повредишь дыхание. Если сильная жажда, то это вредит крови. Мыть голову следует один раз в десять дней, а тело нужно мыть один раз в пять дней. Ведь за пять дней пять дыханий совершают полный круг своей циркуляции. И если произвести омовение тела, тогда охранительная и питающая субстанции будут двигаться легко и свободно. Декада – это время полного цикла десяти цифр, а так как истинное дыхание находится в мозгу, то в результате соблюдения этих сроков мытья головы уши и глаза станут чуткими и ясными. Если совершать омовение тела слишком часто, тогда кровь будет сгущаться, а дыхание рассеиваться, и, несмотря на то, что тело будет выглядеть ухоженным и лоснящимся, через определенное время дыхание будет повреждено. Ведь односторонний паралич возникает потому, что дыхание не способно преодолевать кровь, а дух не владеет телесной формой. Если слишком часто мыть голову, тогда дыхание будет застаиваться в верхней части организма, в результате чего, будет нарушаться мозговая циркуляция. В этом случае в теле будет возникать ощущение тяжести и усталости. Если это происходит в течение долгого времени, тогда каналы и меридианы системы цзин-ло не смогут легко проводить дыхание. Каналы и меридианы системы цзин-ло – это система двенадцати основных и двадцати пяти вспомогательных каналов организма, по которым происходит циркуляция дыхания. Потому предки посредством ян питали ян, и в результате ян не расходовался и не рассеивался. Они посредством инь упражняли, закаливали ян, и в результате ян не был ущербным и слабым. Например, в течение года весной и летом даосы питают ян, а осенью и зимой – инь. В этом случае берут инь, чтобы питать ян, а посредством ян рассеивают инь. В течение одного дня до полудня упражняют «Небесные черты» 乾卦 Цянь-гуа посредством дыхания. Сначала происходит упражнение формы, а потом кристаллизация Золота и выплавление Пилюли бессмертия. После полудня упражняют «Земные черты» 坤卦 Кунь-гуа посредством снадобья – подготовительных практик для плавки золота. Когда есть снадобье, тогда концентрируют дыхание, выплавляя пилюлю. В отсутствие же пилюли собирают огонь и нагревают море, иными словами, выполняют 气海 цихай или море дыхания, соответствующее нижнему Киноварному полю. Все это делается при помощи истинного ян, который проявляется и применяется в твоём теле. Если же ты не способен владеть своим телом, собирать в нем лучшее, тогда ты не сможешь питать форму. Посредством истинного дыхания следует наводить порядок в организме. Истинное дыхание способно уничтожить иньные чары в организме. Люди, проповедующие Путь, имеют широкие взгляды и многосторонние знания. Однако, утомленные излишними трудами и потерями, они не знают, что на этом пути инь и ян являются главными и направляющими первоначалами. Истинный инь и истинный ян создают зародыш, который концентрируется в Киноварное поле. Затем истинный инь выступает как дыхание, а истинный ян образует форму. За пределами тела есть другое тело. Выходя за рамки обыденности, войдешь в сферу совершенной мудрости.

Третья звезда Южного Ковша Тянь Тун И Сюань Син Цзюнь 天同益算星君 – Звезда подсчёта преимуществ, отвечающей за питание дыхания мне сказал следующее:

– Ещё древние мудрецы знали, что в мире везде царят ритм и порядок, и всё везде делается размеренно и в своё время. Из этого и родилось Всемирное Дыхание всей живой Субстанции во Вселенной. Когда-то в «Тайной книге Высшего владыки» говорилось, о том, что Небо и Земля посредством чистого и грязного создают материю. Но если не будет дыхания, то нечем будет привести в движение энергии инь и ян. Солнце и Луна посредством света и тьмы разделяют формы. Но если не будет дыхания, тогда нечем будет соединить души-хунь 魂 и души-по 魄. Как говорится в «Дао дэ цзине»: в живых существах для этого применяются трубки и меха, есть закон вдоха и выдоха, но все это приводится в движение посредством дыхания. Птица вздымается вверх, но управляется все дыханием, и потому она способна двигаться в пустоте, как по тверди. Рыба прыгает в воде, но все определяется дыханием, и потому она способна плыть в воде так, будто её нет. Все растения вянут или гибнут к зиме, лишь сосна и кипарис постоянно остаются цветущими, так как дыхание у них сильно. Все животные когда-то гибнут и исчезают, и только черепаха и журавль не увядают, так как умеют следовать дыханию. Телесная форма – это убежище, в котором пребывает дыхание. А дыхание – это оберег, который защищает телесную форму. Этот оберег является иньной ипостасью 卦 знака-гуа, то есть триграммы. Если стремишься контролировать форму, пребывая в мире, сначала нужно воспитывать свое дыхание. Оно – предельно великое и предельно напряженное, без остатка заполняет пространство между Небом и Землей. Дыхание накапливает духовность и божественность. Оно странствует за пределами мирских ветров и пыли. Совершенствующийся в питании жизни питает свою телесную форму. Совершенствующийся в питании телесной формы питает своё дыхание. В «Записях Западных гор» говорится, что во все времена мужи, питающие дыхание, могли подвергнуться болезни и умереть, но это только потому, что они не знали правильного Пути. Некогда мужи, владеющие своей волей, посредством обета молчания осуществляли питание дыхания. Это была лишь защита дыхания. Те же, которые из-за невежества упускали и эту практику, осуществляли вхождение в чистоту и выход из грязи, считая это питанием дыхания. А это являлось лишь сменой дыхания. Те, которые делали это с ошибками из-за формальности и невежества, приходили к тому, что их дыхание рассеивалось, дух становился безумным, а истинная божественность иссякала с каждым днем, так что, в конце концов, им было не на что больше опереться. Пустота формальности заключалась в том, что в киноварном поле больше не было драгоценной субстанции. И утомляющий себя упражнениями человек, в конечном счете, не был способен контролировать выдох и вдох. Если много входит, а мало выходит, тогда могут возникнуть серьезные болезни. Не следует заблуждаться, думая, что именно так осуществляется практика зародышевого дыхания. Это – один из аспектов даосских техник, проявляющийся в специальных способах дыхания, когда в процессе вдоха и выдоха практически нет движения воздуха. Можно также, конечно, глотать наверху и давить внизу, собирая дыхание, однако будет ошибкой считать, что это и есть циркуляция киновари. Путь движется тонкой ниточкой на грани существования, применяя его, не натягивай, о чём также сказано в «Дао дэ цзине». Будь послушен движению дыхания и гармонизируй дух. Каждый дыхательный цикл должен быть под контролем. Когда ты удерживаешь, не позволяя выходить наружу, тем самым закрываешь дыхание и упражняешь телесную форму. Когда ты взглатываешь раз за разом, подбираясь с обеих сторон по бокам, то метод заключается в глотании с дыханием. А это и есть искусство орошения организма через набор дыхания и выделение воды из него. Когда ты садишься прямо, вытягиваясь телом вверх, тогда дыхание наполняет все четыре конечности, в результате чего в кровеносных сосудах улучшается проходимость, а охранительная и питающая субстанции начинают двигаться легко и свободно. Это техника распространения дыхания и разогрева тела. Но это не является питанием дыхания. Путь питания дыхания заключается в том, чтобы питать его, пока ты здоров, и тогда не будет дряхлости. Если питать его во времена слабости, тогда оно не будет рассеиваться. Так, например, в древности осуществляли практику знака-гуа «Начальная трудность» 屯 (чжун), символизирующего начало рождения ян, который находится в состоянии сжатия и не может распрямиться. Таким образом, обращались к этому знаку-гуа, на рассвете воспитывая возможность расцвета дыхания. В древности также осуществляли практику знака-гуа «Незрелость» 蒙 (мэн), который символизирует расположение одного ян среди группы инь, когда есть только тьма, и нет света. Потому на закате брали в качестве символа знак-гуа «Незрелость», с тем, чтобы помогать янному сознанию. При этом нужно полное расслабление и отрешённая раскрепощённость. Когда не хватает ума, тогда напрягают мысли, и от этого вред. Когда недостает силы, тогда напрягаются в движениях, а от этого вред. Скорбь и печаль, тоска и уныние вредят. Когда радость и расположение чрезмерны, от это приносит вред. Если в тебе беспрестанно возникают желания – это приносит вред. Если слишком привязываешься к чему-то – это вредит. Если слишком долго болтаешь, много шутишь и смеешься, теряешь время на сон и отдых. Натягиваешь лук и стреляешь из арбалета, пьянствуешь без меры до рвоты, объевшись, тут же ложишься спать, бегаешь так, что сбиваешь дыхание, всхлипываешь и рыдаешь, тогда инь и ян теряют связь. В результате этого накапливаются недуги, ведущие тебя к кончине. И тебя ждёт ранняя гибель. Потому совершенствующийся в искусстве питания пребывает в состоянии безвкусной пресности и отсутствия стремлений. Это и есть то идеальное состояние, в котором все выходящее из тебя не окрашивается причастностью, эмоциональностью, привязанностью личности к жизни. Обычно Даос живёт в сфере безмолвного покоя, а в себе стремится к разреженности и рассеянности. О разреженности и рассеянности говорится в «Дао-дэ цзина» так: «Смотри на него, не видя. Имя этому рассеяние. Слушай его, не слыша. Имя этому разрежённость». Зимой начинает рождаться ян. Ко времени после весеннего равноденствия ян достигает расцвета, а инь рассеивается. В этот период следует поберечься, чтобы избыток инь не проник в живот и не возникли болезни, связанные с холодом. Летом начинает рождаться инь, а ко времени после осеннего равноденствия инь достигает расцвета, а ян рассеивается. В это время следует поберечься, чтобы избыток ян не проник в живот, и в результате не возникли болезни, связанные с жаром. Не следует смотреть на мертвых, чтобы дыхание смерти не вошло в контакт с дыханием жизни. Не следует приближаться к грязным местам, чтобы грязное дыхание не вошло в контакт с истинным дыханием. Когда истинное дыхание ещё не достигло максимальной силы, не опустошай и потому утром постоянно наполняй свой рот. Когда же истинное дыхание собирается прекратиться, не наполняй и вечером всегда отнимай избыток пищи у своего рта. Таким образом, регулирование дыхания, гармонизация дыхания, распространение дыхания, глотание дыхания, накопление дыхания, приведение в движение дыхания, сохранение дыхания, вращение дыхания – все это не выходят за пределы Пути питания дыхания. Ведь дыхание подобно тончайшей нити. Коснешься ее, и порвется. Дыхание подобно дымку. Попытаешься ухватить – рассеется. Если не сможешь его питать, не сохранишь Путь телесной формы. Если не помогает питание дыхания, тогда принимают лекарство. Если не помогает прием лекарств, тогда занимаются упражнением дыхания. Собирают дыхание, возвращаясь в первоначало, и таким образом создают Золотую пилюлю. Выплавляют её и покидают телесную оболочку, уходя в сферу бессмертия, становясь одним из ее обитателей. Перед тем как выплавлять, собирают. А перед тем как собирать, сначала питают.

Четвёртая Звезда Южного ковша Тянь Шу Ду Э Син Цзюнь 天樞度厄星君 – Звезда Небесного Разворота, питающая сердце, мне сообщила:

– В древности земные мудрецы уже давно постигли все небесные тайны. В «Каноне постижения Тайны» говорится о том, что для человека телесная форма – это жилище, а хозяином является сердце. Когда существует хозяин в государстве, тогда есть разделение на государя и слуг. Когда есть хозяин в семье, это выражается в ритуальности отношений между отцом и детьми. Тело отражает в себе семью и государство. И как только происходит импульс движения дыхания сердца, тут же всё дыхание в организме следует этому движению. Из пяти стихий ему соответствует огонь, это сильное янное семя, ориентирование на юг. Из созвездий ему соответствует Инхо. Дух оно получает от Красной птицы. По форме оно представляет собой три свисающих листа. По цвету оно подобно багряному лотосу. В ясности духа оно – как водное пространство. В изменениях и трансформациях оно не измеряемо. Смешивает и соединяет в себе Инь и Ян. В большом оно охватывает Небо и Землю, в малом входит внутрь кончика осенней паутинки. Если ты его контролируешь, тогда оно неподвижно. В распущенности оно становится безумным. В чистоте и покое рождается Путь. В грязи и неугомонности гибнет дух. Только так можно пребывать в безмятежности покоя. Следует обрести его постоянство, и вечно хранить состояние отсутствия осуществления. Тогда организм твой расцветет. Ограничивая неугомонность, контролируя мысли, можно стать Совершенномудрым. Отказываясь от стремления к совершенной мудрости, не обращая внимания на мысли, можно стать лишь безумцем. И в древности, и в настоящее время совершенные мужи питали его посредством ограничения желаний, стараясь быть предельно искренними. И тем самым приходили к истинной прозрачности истока, в результате чего божественный свет сам разгорался в их Киноварной башне, где достигалась цель в процессе практики. И если ты не совершаешь дел и не впадаешь в заблуждение из-за вещей, тогда сможешь преодолеть обыденное сознание и войти в сферу Совершенной мудрости. А ещё в «Записях Западных гор» говорится о том, что получение жизни при следовании Пути определяется; как природа. Ещё нужно знать, что судьба человека определяется при принятии телесной формы от Единости мира, где преодолевается нераздельность и обретается целостность мира. Ведь мир представляется обычному человеку разнородным и дробным только в его несовершенном зеркале сознания. А то, посредством чего люди взаимодействуют с вещами-сущностями, определяется как сердце. То, посредством чего сердце осуществляет психическую деятельность, называется сознание. То, посредством чего сознание приводит в движение мысли, называется устремлением воли. Когда в делах ничего не упускают, то это определяется как познание. Когда определяют мириады вещей как циклы, то это именуется размышлением. То, что приводит в движение и контролирует тело, определяется как душа-хунь 魂. То, что посредством покоя сдерживает тело, называется душой-по 魄. То, что течет и движется в костях и плоти, определяется как кровь. То, что охраняет телесную форму и питает дыхание, определяется как семя. Когда дыхание чистое и движется быстро, оно определяется как охранительная субстанция. Когда дыхание грязно и движется медленно, оно определяется как питающая субстанция. То, что объединяет в себе все сто костей, определяется как организм. То, где проявляется все множество образов, определяется как телесная форма. То, что бесформенно, но имеет структуру, определяется как материя. То, в чем может быть скопирован облик телесной формы, определяется как плоть. То, что подразделяется на малое и большое, определяется как тело. То, что не подвержено сдерживающему влиянию множества мыслей, определяется как дух. То, что бесстрастно изменяется и трансформируется, определяется как божественность. То, посредством чего дыхание приходит и входит в организм, называется жизнь. То, посредством чего дыхание выходит из телесной формы, называется смерть. Поэтому люди на Земле всегда вдыхают в себя жизнь, а выдыхают смерть. То, что проницает всю жизнь, определяется как Путь. Путь – это наличие при отсутствии телесной формы, это отсутствие при наличии семени. Оно непостижимо в своих изменениях и трансформациях, оно проницает духом все множество живых существ. Люди истины, бессмертные святые высшего уровня, учат людей совершенствоваться на Пути. Это значит, что необходимо исправлять собой и совершенствовать своё сердце. А если они говорят о том, что нужно совершенствовать сердце, это значит, что следует исправлять и совершенствовать свой Путь. Путь нельзя увидеть, и только сердце можно проникнуть в него. Сердце не может быть постоянным, и только посредством Пути можно контролировать, удерживать его. Опустошая сердце, изгоняешь его полноту. Будь в состоянии отсутствия сердца, устраняя его наличие. Если успокаиваешь сердце, тогда не допускаешь движений. Если смиряешь сердце, тогда не допускаешь опасностей. Если достигаешь постоянного покоя в сердце, тогда не возникнет беспорядка. Если достигаешь прямоты в сердце, тогда не возникнет отклонений. Если достигнешь чистоты в сердце, тогда не будет грязи. Если достигнешь прозрачности в сердце, тогда не будет мути. И если вышеназванные состояния уже имеются, тогда даже если их устранять, сердце уже не вернется в то состояние, которое было до этого. Если сердце ровное, тогда нет в нём ни высокого, ни низкого. Если сердце ясное, тогда нет в нём ни тьмы, ни мрака. Для того чтобы добиться устойчивости этих состояний, следует уменьшать количество мыслей, уменьшать количество надежд, уменьшать количество желаний, уменьшать количество ситуаций, меньше говорить, меньше смеяться, меньше печалиться, меньше радоваться, меньше благоволить, меньше гневаться, меньше любить, меньше ненавидеть. Таким образом, ты достигнешь состояния, в котором божественный свет не нарушается, а дух и дыхание не выходят из-под контроля. Только тогда ты сможешь практиковать Путь и сохранять свою жизнь. А если ты не знаешь этого, тогда ты много думаешь, изнуряя дух. Ты много надеешься, развеивая устремления своей воли. Ты умножаешь желания, расходуя дыхание. Ты умножаешь ситуации, изнуряя телесную форму. Ты умножаешь речи, ослабляя дыхание. Ты много смеешься, нанося вред внутренним органам. Ты много печалишься, в результате чего сгущается кровь. Ты много радуешься, переполняясь мыслями. Ты бываешь слишком расположен к чему-то, и потому совершаешь ошибки. Ты слишком гневаешься, из-за чего сто пульсов твоего тела становятся неровными. Ты слишком любишь что-то, становясь глупым и неразумным. Ты слишком ненавидишь что-то, а потому чахнешь в отсутствии безмятежности. Во всех этих случаях твой источник перестает быть чистым, гармоничное дыхание расходуется и растрачивается само собой, в результате чего ты не можешь стать долгожителем. Причина же всего этого заключается в том, что ты перестаешь питать сердце. В древности такое состояние образно характеризовали как беспокойное состояние дикой обезьяны и считали, что это хуже, чем нападение воров и бандитов.

Тут я стал прислушивается к шёпоту Пятой звезды Южного Ковша – Звезды Небесного долголетия Тянь Лян Янь Шоу Син Цзюнь 天梁延壽星君, которая высказала мне небесную тайну продления жизни. Она говорила мне:

– На земле мудрецы уже знают все секреты небесных тайн. Они уже тогда знали, что Вселенная дышит также как и человек, и дыхание Вселенной передаётся человеку. Ещё в древности в «Достоверных записях о Трех уровнях чистоты» говорилось о том, что истинный Инь и истинный Ян – это два дыхания отца и матери человека. Из них посредством семени и крови создается зародыш. Развитие зародыша завершается, дыхания становится достаточно, и тогда создается телесная форма. Накапливается божественная душа, происходящая из Пути, дух и дыхание соединяются друг с другом, в результате чего достигается состояние устойчивого долгожительства. Великое долгожительство составляет период в двенадцать тысяч лет и заключается в сохранении первородной целостности во всем. В этом случае, хотя человек и может исчезнуть, но его Путь не исчезает. Средний период долгожительства человека составляет тысячу двести лет. В этом случае сохраняется телесная форма и контролируется мирская жизнь. Тогда сохраняется и Путь, и тело. Низший период долгожительства составляет сто двадцать лет. Если ты знаешь, как совершенствоваться и упражняться, тогда ты способен спокойно и радостно продлевать свои годы. Если же ты не знаешь, как совершенствоваться и упражняться, тогда ты мечешься, теряешься и растрачиваешь силы, рассеивая свой дух. Ведь многие не обладают даже тем, что есть в них, а уж во внешних связях следует быть тем более осторожными. Из-за неведения они растрачивают отпущенные им Небом свои года и дни. А ещё в «Записях Западных гор» говорится о том, что иногда, зная принципы питания жизни, не знают методов совершенствования действий и из-за этого не могут достичь долгой жизни. Иногда, зная секреты совершенствования и упражнения, не знают пути питания долгожительства, и потому их практики совершенствования не приносят результата. Поэтому в процессе питания долгожительства основная суть заключается в том, чтобы выполнять заповеди и запреты, предотвращая беды. Действуя, не следует слишком много говорить, чтобы дух не рассеялся, а дыхание не повредилось. Когда спишь, нельзя широко открывать рот, чтобы дыхание не терялось, так как духу может быть причинен ущерб. Если забираешься на вершины, стоишь над бездной, душа Хунь 魂 может улететь. Если радуешься убийству, наблюдая битву, то дыхание связывается. Если печалишься о смерти и расспрашиваешь о болезнях, то дух радости сам собой рассеивается. Если спишь во влажных местах и подвергаешься воздействию ветра, то истинное дыхание день ото дня становится слабее. Нельзя входить в заброшенные храмы и в молельни с дурной славой, так как в результате будет напуган дух. Не следует забавляться с дикими птицами и диковинными зверями, так как дух будет встревожен. Нельзя мочиться, глядя на одно из трех светил, так как это может повредить твоему долгожительству. Если слишком много благодеяний выпадет на твою долю, это может сократить срок твоей жизни. Если пьешь и пируешь рядом с изображениями святых, твоя душа Хунь 魂 не будет спокойна. Если ложишься спать рядом с могилами, то твои семя и дух могут рассеяться. Не следует отдыхать под слишком большими и сухими деревьями, с тем, чтобы девять иньных дыханий не вступили в контакт с янным духом. Не следует переправляться через глубокую воду и большие водоемы, с тем, чтобы холод не попал в организм и не подавил истинное дыхание. Если гуляешь на природе, не следует ломать никаких растений, с тем чтобы не навлечь злых духов, которые могут проникнуть в твоё жилище. Не следует есть плоды не по сезону с тем, чтобы патогенное дыхание не попадало в твой организм. Не следует без особой нужды произносить как необдуманные слова и напыщенные речи, чтобы не уменьшить срок своей жизни. Нельзя без повода слишком часто предаваться пьянству и чревоугодию, так как ты растрачиваешь блага, отпущенные тебе на всю жизнь. Если не оправдываешь милости и забываешь долг, накличешь беду. Если, презирая богатство, разрушаешь что-то, то и у самого никогда не будет благосостояния. Нельзя слишком далеко уходить в горы, так как иначе будет несчастье. Нельзя слишком сильно любить красивые вещи, так как подобная любовь не принесет тебе счастья. Если вредишь людям, разрушаешь что-то, на обиду отвечаешь обидой, завидуешь талантливым и способным, на зло отвечаешь злом, распространяешь пустые сплетни, не слушаешь наставлений, пренебрегаешь друзьями, не уважаешь наставников, то во всех этих случаях ты обязательно нанесешь себе урон. Даже если обретаешь истинные секретные методы, но при этом встречаешься с неправильными людьми, не сможешь приблизиться к великому Пути. Если сначала ты совершаешь эти поступки, разрушая свое долгожительство, то даже если потом ты делаешь благую работу, все равно не сможешь достичь быстрого успеха. Все, совершенствующиеся в питании долгожительства посредством методов, исправляют свое внутреннее, а посредством разумных принципов – свое внешнее. Когда они исправляют свое внутреннее, тогда запечатывают внутри семя, питают дыхание, успокаивают душу-хунь, очищают дух. Соединение духа и телесной формы – это великая тайна, и когда она разгадывается, то количество отпущенных лет сравняется со сроками Неба и Земли. Упражняй дух, соединяясь с Путем. Выходи за рамки обыденности, входи в сферу совершенной мудрости. Достигая результатов в своем внешнем мире, тебе следует помогать бедным, облегчать положение страждущих. В семье нужно проявлять родственную любовь, в государстве нужно быть верноподданным. Нужно слушать старших и любить тех, кто ниже тебя. Страдания не могут принести пользы. Если ты торопишься, то не будет тебе отдыха. Сердце твое всегда должно быть готово к помощи. Не разделяй мир на других и себя. Если только станешь следовать Пути, руководствуясь вышесказанным, тут же встретишь многих достигших Пути людей, и к тебе придут истинные знания. Только так ты сможешь достичь высшего просветления

– Но как же тогда устроен сам небесный механизм? – задался я вопросом.

На что мне шёпотом ответило из глубокого космоса Шестое Светило – Звезда Небесного Механизма 天機上生星君 Тянь Цзи Шан Шэн Син Цзюнь:

– Космос дышит так же, как и человек. Всё, что живёт в этом мире, не может не дышать. Это дыхание и есть движение. Из этого дыхания преобразуются разные сущности, обретая формы, рождается энергия, трансформируясь в живую субстанцию, именуемую дух. В Даосской традиции выделяют Три Драгоценности 三宝 (сань бао), которые необходимо «защищать» и «вскармливать». Глубокое понимание Трех Сокровищ играет очень важную роль, поскольку они, являются началом любого творения в пустоте, именно поэтому используются даосами как в самых начальных методах постижения Дао, так и в практике внутренней алхимии. Называются эти драгоценности 精 Цзин, 氣 Ци и 神 Шэнь. Как может показаться тебе ни странным, но они имеют прямое отношение к формированию звёзд и человека. Ведь человек напрямую связан с этими звёздами, которые ты видишь в небе. Сколько ты видишь звёзд на небе, столько находится человек на земле. Каждая небесная звезда через эти Три Драгоценности связана с одним человеком проживающем на земле. В зависимости от того, сколько на Небе звёзд, столько же на земле и людей. Звезда рождается из такого же семя 精 Цзин, как и человек. Эта Цзин вечная и неуничтожимая, и человек равнозначен звезде, ибо одно преобразуется в другое. Цзин 精 – можно перевести как «семя» или «сущность». На вашем языке учёных можно сказать, что это есть особая субстанция или разновидность энергии, которая несет в себе информацию о строении и определенных характеристиках физического тела человека. В вашем плотном физическом мире 精 Цзин очень тесно связана с ДНК, РНК, гормональными функциями организма, и в частности, с воспроизводящей системой, а также со стволовыми клетками. Можно сказать, что Цзин – сущностная энергия физического тела, получаемая напрямую от той звезды, с которой человек на протяжении всей жизни имеет невидимую связь. Ибо, возносясь на Небо, он становится этой звездой, а по истечению определённого времени вновь рождается на земле. Цзин бывает двух видов: Изначальная Цзин – 原精 Юань Цзин и обычная Цзин. Изначальную Прежде-небесную Цзин мы получаем от родителей при зачатии. После рождения человека, она, в основном, хранится в нижнем киноварном поле 丹田 (дяньтяне) и в почках, но она всегда присутствует во всем теле, а также связана и проявлена во всех железах. Человек имеет ограниченное количество Юань Цзин, и от того, как он её расходует, зависит его физическое здоровье, и, как следствие – длительность жизни. Потеря изначальной энергии Цзин происходит во время сильных потрясений, при употреблении наркотических веществ, если человек ведет чрезмерную половую жизнь, а также она просто используется организмом для обеспечения жизнедеятельности. Практикуя методы внутренней алхимии, можно восстановить изначальный запас Юань Цзин и устранить те нарушения в организме, которые были вызваны ее нехваткой. Под обычной Цзин подразумевают ту, которую мы получаем извне, которую еще называют После-небесной. Источником данного вида энергии в большей степени являются продукты питания, которые мы потребляем, и, в меньшей степени – воздух. Можно сказать, что Цзин 精 – это энергия, что проявляет себя в виде физической материи и это именно она отвечает за физическое тело и определяет, будет ли человек худым или толстым, цвет его глаз, волос и т.п. Цзин может быть как «мертвой» так и «живой». «Живость» Цзин определяется наличием в ней жизненной силы 氣 Ци. Поэтому, когда говорят о правильном питании, везде рекомендуют есть «живую пищу» в которой еще содержится 氣 Ци, дабы получить максимальную пользу от нее. Человеческое тело может функционировать лишь при наличии двух видов Цзин, как обычной, так и изначальной. Но, так как После-небесная Цзин имеет неограниченный источник пополнения (еда, воздух), чего не скажешь о Прежде-небесной Цзин, в практике внутренней алхимии основное внимание уделяют Изначальной Цзин, и, употребляя термин 精 «Цзин», как правило, имеют в виду именно 原精 Юань Цзин. Когда говорят о методах регулирования жизненной сущности 精 Цзин, то, на начальном уровне, могут подразумевать как раз работу с физическим телом, которое проявляет собой Цзин. В данном случае, работа с телом означает, что оно должно быть в таком состоянии, при котором возможна глубокая внутренняя работа с энергией 氣 Ци и духом 神 Шэнь. А это означает, что оно должно быть здоровым, гибким, раскрепощенным, обладать способностью к расслаблению и правильному дыханию. Жизненная сущность 精 Цзин связана крепкими узами с энергией 氣 Ци. И так как время это протекание одной энергии в другую, то Ци и Цзин тесно связаны со временем. Ци 氣 – это второе Сокровище. Под энергией 氣 Ци люди понимают жизненную энергию. Это и есть Жизненная сила, циркулирующая в теле, благодаря которой функционируют все органы и системы организма. Это именно та сила, которая заставляет двигаться кровь и биться сердце. Ци, как и Цзин, бывает двух видов: Прежде-небесная и После-небесная. Как и в случае с Юань Цзин, 原氣 Юань Ци мы получаем от родителей, будучи в утробе матери. Ключевой момент в развитии Юань Ци происходит когда сперматозоид и яйцеклетка сливаются в одно целое, что, по сути, является сплавление Инь и Ян. Таким образом, зарождается новая жизнь, и Изначальная Ци 原氣 начинает расти. Изначальную Ци называют еще Прежде-небесной потому, что мы её получаем до того как увидим Небо. После рождения, механизм, который способствовал росту и увеличению количества Юань Ци угасает и лет до четырнадцати полностью останавливается. Когда же Прежде-небесная Ци заканчивается, человек умирает. Ци Последующего неба или После-небесную энергию мы начинаем получать, когда сделаем первый вдох и, тем самым, активизируем меридиан легких. То есть это тот вид энергии, который мы получаем через дыхание и питание вместе с жизненной сущностью 精 Цзин. В теле возможно преобразование Цзин в Ци как самопроизвольное, так и специальное, в ходе практики. В последнем случае оно происходит в нижнем киноварном поле 丹田 (дяньтяне), поэтому его считают одним из центров, в котором хранится Изначальная Ци. Но за повышение качества и развитие Ци отвечает среднее киноварное поле 丹田 (даньтянь), поэтому на определенном уровне практики, Ци поднимают в средний котел, чтобы продолжить совершенствование в выплавлении. После-небесная Ци вместе с Юань Ци обеспечивает весь организм жизненной силой. В теле человека существует много видов Ци, но, в общем, их можно свести к двум. Первый – защитная Ци – Вэй Ци 卫气 (вэй ци), которая охраняет тело от негативного воздействия окружающей среды. Вэй Ци выделяется через поры кожи, и ее движение в теле не связано с энергетическими каналами. Второй – Ин Ци 营气 (инци), что означает «питающая (управляющая) энергия». Ее функция заключается в обеспечении органов и систем организма необходимыми видами энергии. Эта же энергия осуществляет функцию управления и контроля над физическими процессами.

Если же говорить об энергии 氣 Ци, в более широком смысле, то следует уяснить, что именно энергия является связующим звеном между человеком и Природой, между физическим и духовным миром. В этом случае Ци следует рассматривать, исходя из ее конкретного содержания, поэтому выделяют три уровня или три качественных характеристики этой энергии: первый уровень – природная Ци. Она бесформенна и не имеет определенного пути движения. С помощью «небесного глаза» 天目 (тянь му) можно увидеть, что эта энергия подобна светящемуся туману. Иногда природную Ци можно видеть и обычным зрением, если ее концентрация достаточно высока при исполнении даосских практик. Второй уровень Ци – это преобразование света. Этот вид Ци имеет более высокую плотность, чем природная Ци, и с помощью «третьего глаза» воспринимается как световой поток определенного цвета. Восприятию обычным зрением энергия света недоступна. Третий уровень – высшая 氣 Ци предстаёт в виде ясно-фиолетовой дымки. Об этом уровне энергии говорить сложнее всего, так как она наиболее «тонкая» и трудная в понимании. Скажем лишь, что методы овладения этой энергией есть великая тайна Даосской внутренней алхимии, а секрет достижения уровня Истинного Бессмертного заключается именно в использовании высшей Ци для трансформации тела и сознания. Когда образуется эта дымка, то с её помощью можно путешествовать во времени и пространстве не только духовно, но и телесно. В ясно-фиолетовой дымке ясно проступает дух 神 Шэнь, обретая свою телесность в тонком мире. Дух Шэнь 神 – является третьим Сокровищем. Его можно воспринимать как «Душу» или «Дух». Именно дух 神 Шэнь делает нас разумными, мыслящими, способными к самосовершенствованию существами. Дух Шэнь 神, как и предыдущие сокровища, имеет два аспекта: Изначальный дух 元神 – Юань Шэнь и Познающий дух 识神 – Ши Шэнь. Изначальный дух есть наша Истинная божественная природа, Познающий же дух формируется после нашего рождения под воздействием окружающего мира, где играют главную роль воспитание, окружение и, национальная культура. Следует отметить, что Изначальный и Познающий духи тесно связаны друг с другом и находятся в постоянном взаимодействии. В даосизме особое внимание уделяют постижению Изначального духа, так как именно он содержит всеобъемлющее знание, в отличие от Познающего духа, знания которого ограничены лишь данным воплощением. Находится Познающий дух 识神 Ши Шэнь в сердце, домом же Изначального духа является верхнее киноварное поле 丹田 (даньтянь), находящееся в области переносицы. Сам по себе Познающий дух дополнительно разделяют на души Хунь 魂 и По 魄. Можно привести их краткое определение: Души По соотносятся с иньской стороной Ши Шэнь, то есть то, что способствует притягиванию нас к Земле, именно они влекут нас к потаканию низменным желаниям и страстям. Это так называемая, наша животная, примитивная часть. Поскольку они занимают семь частей сознания Познающего духа из десяти, человеку намного легче деградировать, чем духовно развиваться. Согласно даосской традиции Души По «живут» в легких. В свою очередь Души Хунь – светлая и разумная часть нашего сознания Познающего духа и занимают три части из десяти, и «живут» в печени. Одной из целей внутренней алхимии есть обуздание и переплавление Душ По и развитие Душ Хунь. И только тогда мы можем обеспечить себе хороший фундамент для работы с Юань Шэнь 原神 – Изначальным духом. Души Хунь и По это составные части Познающего духа, который появляется в нашем теле при рождении. После смерти физического тела, Юань Шэнь и Ши Шэнь, объединенные вместе, отправляются в другой мир к своим первоначальным звёздам в зависимости от кармы и продолжают существовать до тех пор, пока не придет время воплотиться в теле. Когда же происходит воплощение, то Ши Шэнь «стирается» – душа Хунь растворяется в Небе, а душа По в Земле, а после воплощения формируется новый Познающий дух. От Познающего духа, после его «утилизации», остаются кармические наработки и склонности, которые переходят с Изначальным духом в новое тело. Одной из целей практики внутренней алхимии является сплавление Познающего и Изначального духа, что происходит в состоянии глубокого Покоя и использованием Изначальной Ци и особых внутренних трансформаций. Очищение Ши Шэнь является важной составной частью успеха в даосской практике. Ши Шэнь в ходе медитации обращается обратно внутрь, как это было до рождения, и погружения в состояние глубокого покоя, то есть достижение «чистого листа» без активности, омрачений и обуславливания, начинает постигать Изначальный Дух, который по своей природе совершенен. Этот процесс постижения называется встречей Ши Шэнь и Юань Шэнь. Даос как бы возвращает то состояние, которое было у него до рождения. Таким образом, происходит сплавление чистой индивидуальности в человеческом проявлении с изначальным, которое не имеет конкретной формы, являясь звездой и истоком его сущности. Именно поэтому Мастера достигшие Бессмертия и Просветления не являются клонами друг друга, хотя они полностью одинаковы с позиции Изначальной Природы Изначального Духа той звезды, от которой ведут своё происхождение. Поэтому они проявляют себя по-разному в манере разговора, в подаче информации, в своих типичных действиях и поступках, так как это проявление связано именно с Ши Шэнь, иными словами, с их индивидуальной человеческой особенностью. Эта идея была также выражена и в диаграммах Вэнь Вана и Фу Си. Ведь разница между ними лишь в расположении триграмм, а не в том, что в одной есть что-то такое, чего нет в другой. Это как раз и означает, что нужно изменить состояние имеющегося в Познающем и Изначальном Духе, а не уничтожить что-то из них. Если говорить о соотношении Трех Сокровищ, то дух Шэнь 神 среди них занимает господствующее положение, хотя при практике уделяют внимание регулированию и совершенствованию всех Трех Драгоценностей. Под регулированием жизненной сущности 精 Цзин понимают работу с физическим телом, то есть строгое соблюдение правильного положения при выполнении жизненных правил. Под регулированием энергии 氣 Ци подразумевается приведение в равновесие энергии, ее совершенствование и повышения качества на самом простом уровне, правильное дыхание. При регулировании духа 神 Шэнь важно, чтобы не было посторонних мыслей, а также, чтобы Познающий дух был очищен от омрачений и невежества. Фаза регулирования является необходимым условием для правильной практики и предпосылкой успеха в освоении искусства внутренней алхимии. Лишь после того, как фаза регулирования завершена, можно приступать к фазе совершенствования и выплавления Трёх Сокровищ. С такими же этапами подготовки мы встречаемся и в обыденной жизни, – например, любой музыкальный инструмент нужно сначала настроить, отрегулировать, и лишь потом играть на нем, иначе музыка не будет гармоничной. Фаза совершенствования и выплавления Трёх Сокровищ и есть «внутренняя алхимия», где выделяют несколько ключевых моментов: закладывания фундамента, которые подготавливают человека к практикам внутренней алхимии. Во-первых, необходимо восполнение изначальной Цзин и преобразование ее в Ци; во-вторых, – совершенствование Юань Ци, использование ее для питания и усиления духа 神 Шэнь; в-третьих, – «пробуждении» и постижении изначального Шэнь и погружение его в состояние глубокого покоя, в пустоту для познания Истины; и в-четвёртых, – сокрушение всех ограничений для полного постижения Дао.

Выслушав наставления всех шести звёзд Южного Ковша, я переместился в сферу Северного Ковша, который европейцы называют созвездие Большой Медведицы, где познакомился с девятью ангелами-хранителями и помощниками в земных делах.

Семь звёздных владык Северного Ковша встретили меня приветливо как даоса выдержавшего небесные экзамены и ставшего Бессмертным. Семь Звездных Владык Северного Ковша 北斗七星君 Бэй-доу Ци Син Ван– это Божества, что обитают на звездах Большой Медведицы Северного Ковша и определяют предназначение людей живущих на Земле. Древние даосы считали, что все люди рождаются под доминированием, зависимостью и покровительством одной из этих Звезд. В первый и пятнадцатый день каждого лунного месяца, а также первые семь дней девятого лунного месяца Божества этих звезд спускаются на землю, дабы собрать всю информацию о людях, их проступках: злодеяниях и добродетелях, чтобы доложить ее Нефритовому Императору Юй Ди. Когда же эта информация попадает к Юй Ди, то он в соответствии с ней принимает решения о наказаниях или поощрениях и издает соответствующие указание. Даосы говорят о том, что сбор информации о людях происходит постоянно, а во время сошествия Семи Владык, они лишь сообщают приговор Юй Ди. Так или иначе, жизнь человека зависит от донесений Нефритовому Императору информации о нём и его действиях, а раз это так, и это напрямую зависит от действий Семи Звездных Владык Северного Ковша, то их также почитают как Божества здоровья и долголетия. Из-за того, что Север связан с пассивной стихией Воды, то семь Владык обычно сообщают те приказы Нефритового Императора о наказаниях или поощрениях, которые должны быть растянуты во времени. Звёздные Владыки также следят за достижениями людей в тех областях, которые выбрали люди для своей деятельности и, и помогают им в осуществлении задуманных благих целей, если человек не ленится и старается добиться определённых успехов в своих делах, таких как насыщением знанием, совершения открытий, получение своего достойного статуса, обретения своего стиля в работе, а также в стремлении упорядочивания своей жизни, в овладение стратегии и тактикой своего успеха, как и в достижении превосходства в своих делах. В этом ему помогают ещё двое Владык-хранителей, один из которых доставляет человека на небеса во время его сублимации, и другой спускает его на землю помогая, запечатлеть полученный им на небесах дар в его работе. Поскольку семь Звездных Владык Северного Ковша во время сошествия с Небес сопровождают Левый и Правый Хранители, то всех их вместе называют «Девять Владык Северного Ковша». И имена всех этих Владык следующие: Владыка Тань Лан 貪狼 – Владыка всепожирающего волка, ответственного за обретение знаний; Владыка Цзюй Мэнь 巨門 – Страж Гигантских Врат, раскрывающий небесный секрет любого мастерства; Владыка Лу Цунь 祿存 – Владыка Утверждение роли, дающий определённый статус и помогающий самоутверждению; Владыка Вэнь Цюй 文曲 – Владыка образовательных стилей, наделяющий талантами в избранной области труда; Владыка Лянь Чжэнь 廉貞 – Владыка Неутомимого упорядочивания, приучающий труженика к постояному труду и дисциплине; Владыка У Цюй 武曲 – Владыка боевого духа, отвечающий за уверенность в разработке тактики и стратегии своего ремесла; Владыка По Цзюнь 破軍 – Владыка Разрушения Армий, дарующий успех в работе при завершении дела, и ещё двое помощников: Владыка Хранитель-помощник Цзо Фу – 左輔 – Владыка Левого вспоможения, отвечающий за вдохновение, или, как говорят поэты, за возгонку сублимации и Владыка Хранитель-помощник Ю Би 右弼 Владыка Правого управления, помогающий осуществить задуманные дела.

На небесах я узнал, что через этих помощников обычный человек в плотном мире совершает свою связь с небесами, так или иначе, становясь даосом, так как встаёт на путь даоса в достижении своих целей. Поэтому Практикующий даос, почитая Семь Звездных Владык Северного Ковша и Шесть Владык Звезд Южного Ковша, должен понимать, что многое в его жизни зависит от его поступков и действий. А посему он должен постоянно помнить о необходимости культивации добродетельных качеств, искоренения своих пороков, о не совершении злодеяний и помощи всем страждущим. Ведь Владыки Звезд действуют безупречно, и от них невозможно что-то укрыть или подкупить, а потому воздаяние неизбежно свершится. И если будет совершено много недостойных поступков, то рано или поздно Нефритовый Император, разобрав это дело, издаст указ о лишении здоровья и процветания, Владыки Звезд без колебаний сообщат его, и он будет воплощён в жизнь Тремя Чиновниками 三官 Сань Гуань – Чиновниками Небес, Земли и Воды, и спрятаться будет негде. Чиновники Небес 天官 (Тянь Гуань), Земли 地官 (Ди Гуань) и Воды 水官 (Шуй Гуань) – являются Божествами, что управляют всеми природными силами Неба, Земли и Воды, а также приводят в действие указы Нефритового Императора относительно людей, будь то наказания или поощрения. Чиновник Неба может даровать процветание человечеству, народу или группе людей или же, например, послать засуху. Чиновник Земли – прощает проступки и злодеяния, а может вызвать и землетрясение. Чиновник Воды – может избавить от различных несчастий или же вызвать наводнение или любое несчастье, где задействована вода. Три чиновника, общаясь с людьми, обычно предстают вместе, в чиновничьих нарядах и с дощечками для записей в руках. Поскольку Сань Гуань 三官 также управляют годовым циклом, то поэтому праздники, посвященные им, отмечаются следующим образом: Чиновник Небес управляет Началом сезона, его день празднуют пятнадцатого число первого лунного месяца. Праздник Фонарей является частью этого праздника. Чиновник Земли управляет Серединой сезона, и его праздник отмечается пятнадцатого число седьмого лунного месяца. Чиновник Воды управляет Окончанием сезона и его праздник – пятнадцатого числа десятого лунного месяца.

На небесах мне сказали, что есть ещё одно страшное божество, с которым обычные люди не могут избежать встречи. Я тоже отказался от встречи с ним, опасаясь за свою жизнь. Это был Владыко Смерти 大一天尊 – Тай И Тянь цзунь. Тай И Тянь Цзунь (Небесный достопочтимый Великого Единого) – одно из верховных Божеств, что находится в подчинении у Нефритового Императора и обитает на Пурпурной звезде – 紫薇 Цзывэй. По описанию свидетелей, Тай И восседает на девятиглавом льве, в левой руке у него сосуд со сладкой росой, а в правой – нефритовый меч. Тай И Тянь Цзунь является Правителем мира мертвых и символизирует сострадание, поскольку он следит за тем, чтобы умершие души не стали заблудшими духами и призраками, а после того как отправятся в загробный мир, смогли быстрее вынести необходимый для них урок и перевоплотиться вновь. Существует особый «Праздник всех душ», в котором почитание Тай И Тянь Цзунь играет важную роль. День Тай И Тянь Цзуня отмечается в одиннадцатый день десятого лунного месяца.

Так я совершил моё первое путешествие по Звёздным Небесам, где познакомился с устройством всей небесной механики. Вернувшись к Звёздной Матушке Доу-му, я поблагодарил её за предоставленную возможность и заметил:

– Я думал, что совершу это путешествие в компании моих трёх учителей-литераторов, которые уже давно отбыли в мир иной, но почему-то их здесь не оказалось.

Услышав это замечание, Звёздная Матушка Доу-му рассмеялась и с некоторой долей иронии сказала:

– За твои особые услуги и удивительные успехи в освоении учения Дао ты был послан Нефритовым Императором в далёкий космос, чтобы ознакомиться с небесной механикой. По этим местам путешествуют только звёздные даосы, а твои сопровождающие, к сожалению, такими не являются. Когда ты будешь путешествовать по Лунным Дворцам, они к тебе присоединятся. Земные даосы могут летать только по лунной орбите, так как луна не является звездой, а всего лишь иньный спутник Земли.

Так я впервые побывал в далёком звёздном пространстве и, благодаря шёпоту звёзд, углубил свои познания Дао-Пути. Потом я отправлялся в другие путешествия по всем Лунным дворцам Вселенной, общаясь с Бессмертными и земными даосами, расширяя свои знания в местах лунных стоянок уже в сопровождении моих учителей Пу Сун-лина, Юаня Мэя и Цзи Юня.

Моё путешествие по Лунным Небесам

Эпиграф

«Ибо сон – это дыра, сквозь которую ты можешь увидеть содержимое собственной души, а сие содержимое – это мир, не больше и не меньше, чем целый мир, весь мир от рождения твоего до настоящей минуты, от Гомера до Генриха Манна, от Японии до Гибралтара, от Сириуса до Земли, от Красной Шапочки до Бергсона. И так же как твоя попытка передать свой сон относится к миру, объятому твоим сном, так и произведение автора относится к тому, что он хотел сказать».

Герман Гессе

Из статьи «О чтении книг»

Настала другая ночь, и я опять решил отправиться в путешествие по ночным созвездиям. С наступлением полночи, когда началось янное время, я зажёг свечи и курительные палочки перед парсунами моих трёх учителей Пу Сун-лина 蒲松齡, Юянь Мэйя 袁枚 и Цзи Юня 紀 昀. После того как я совершил ритуал вхождение в изменённое сознание для управляемого сна и проникся состоянием 希夷 (си-и) Сокровенного, когда слышишь Неслышимое и видишь Невидимое, то тут же услышал старческий голос, рассказывающий притчу:

«Однажды я встретился с одним обычным человеком по имени Сань Лю-ши, который любил полакомиться галлюциногенными грибами «личи», вызывавшими видения. Он говорил мне так: «Стоит мне попробовать этот гриб, как я тут же оказываюсь на поляне среди гор, покрытых лесами, и начинаю слышать чудесную мелодию, льющуюся с небес, и весь мир преображается перед моими глазами. Как только начинают звучать эти мелодии, то разные сущности собираются вокруг меня, прилетая отовсюду. Здесь и быки, и бесы, и змеи, и боги, и у всех них имеются свои вкусы и своя музыка, свои танцы и свои песни. Я слышал, что такое бывает не только со мной; многие люди их видят тоже и даже творят себе из них кумиров, соответственно своему вкусу. И всё это происходит от недостатка тепла и света, потому что такие оргии случаются с приходом сил Инь в сумерках или глубокой ночью по время листопада, когда сосновые иглы опадают на землю, когда свет осеннего светлячка уже гаснет, и злые духи стремятся обрести славу своим ясно-фиолетовым свечением и диким хохотом. Но их слава – как пыль, поднятая дико несущейся лошадью. Перед моими глазами происходят такие истории, что и подумать страшно о том, что такое может вытворяться. Жаль, что я не грамотный, и не могу их записать на бумаге, а то бы у меня получились великолепные свитки с моими рассказами, которые я мог бы переписывать и продавать, рассылая разным людям, имеющим интерес к таким вещам. Это принесло бы мне пользу, известность и богатство. Я бы зарабатывал много денег. Ведь в мире таких чудес много, мы даже не можем вообразить, что происходит в природе. Наш мир большой, и в нём случается много чудного и никому неизвестного. Конечно же, есть люди, которым нравится собирать такие истории, и они считают их самой большой драгоценностью, оценивая их дороже золота и редких камней. И это – в порядке вещей. Ведь много людей не выходит за пределы нашего мира, и даже не знают, что находится за его границами. А там происходят такие странные вещи, от которых волосы на голове могут встать дыбом. Вы только представьте себе страну летающих голов. Люди, слушающие такие истории, стают маньяками, и чем ужаснее слышат какой-нибудь рассказ, тем делаются счастливее, рассказывая их доверчивым дурачкам, которые верят во всё мистическое. Но есть и очень уважаемые и порядочные отцы, которые слушают такие истории и не считают это для себя унизительным. Однако, действительность может быть намного необычнее всяких рассказов и побасенок. Так я слышал, что есть три живых камня, которые разговаривают и высказывают глубокие мысли, подобно мудрецам. Говорят, что когда-то на эти камни снизошло свыше озарение за их прежние дела. До того, как превратиться в камни, они были людьми и достаточно добросердечными. Один мой знакомый как-то рассказал мне, что он тоже поел этих грибов и уснул под сосной. А во сне к нему явился сам Гаутама и указал ему на одну сосну, от которой исходило сияние. Гаутама казался больным и немощным, он приблизился к сосне, достал из-за пазухи какую-то мазь и стал втирать её в ствол дерева, Пока он её втирал, то и сам излечился и обрёл силу, после чего удалился. Когда мой знакомый проснулся, то увидел возле сосны новорожденного ребёнка мужского пола. Он отнёс его в храм, где его приняли монахи, но когда он вырос, то не остался в храме, а женился. У него появлялись дети, но в молодом возрасте они все были болезненны и, достигая зрелого возраста, умирали. А, может быть, возле сосны родился не ребёнок, а плод воли черни…»

Всё это рассказывал мне Сань Лю-ши, и мне казалось, что он ел эти грибы от безысходности, потому что любые его желания проникнуть в неизведанное натыкались на стену, которую он не мог преодолеть. Он был холоден как монах в то время, когда его двери были пустынны, и вял как чаша, когда кисть и тушь были уже отработаны. Каждый раз, когда я вспоминаю о нём, я чешу голову, я думаю: "Неужели человек, стоящий перед стеной, действительно мой предшественник»? В чём же причина его неудачи? Может быть, он упустил время и не выучился грамоте? А может быть, причина – совсем в другом. Я думаю, что первопричина упущения ещё не принесла плодов в человеческом раю; но ветер унес её, и она стала цветком рода. Как можно утверждать, что в шести путях нет причины? Ночь мерцает, лампы тусклые, а дело холодное и подозрительное. Собирание за пазуху исписанных листов бумаги – самонадеянное продолжение записи преступного мира; плавающая белая кисть – это просто книга одиночества и гнева. Печально мне об этом говорить, но я должен сказать! Мне очень жаль! Воробей, поражённый морозом, не имеет тепла в своих собственных объятиях; а насекомым, висящим при свете луны, тепло в их объятиях. Те, кто знает меня, находятся среди зеленых лесов и тёмных зарослей»!

Слушая этот старческий голос, я подумал, что он может принадлежать только Пу Сун-лину 蒲松齡, написавшему свои знаменитые «Рассказы Ляо Чжая о чудесах» «聊斋志异» (ляо чжай чжи и). Но тут в разговор вступил ещё один голос, произнеся такую фразу:

– Начитанные и образованные люди считают своим долгом заниматься литературой и создавать свои опусы, но не каждый литератор способен написать произведение, которое могло бы привлечь внимание многих читателей. Так или иначе, но многие стараются в своих трудах выразить какую-то истину. А Истина всегда одна и та же, поэтому, чтобы к ней приблизиться, литераторы, склонные к размышлениям, вольно или невольно крадут мысли друг у друга, только изредка добавляя к ним свои оттенки. Так они выступают в роли комментаторов какой-либо общепринятой истины. Я считаю, что писать стихи труднее, чем историю или философские опусы, которые развиваются на принципе общеизвестных фактов. Для этого нужны три вещи: талант, образование и знания. Но чтобы писать стихи нужно ещё одно – и самое важное, чувства. Потому что чувства способствуют проявлению нашей собственной необычности, ведь мы все такие непохожие друг на друга и в глубине своей души не всегда согласны с теми истинами, которые нам навязываются извне. К тому же, у нас у всех имеется свой жизненный опыт и взгляд на мир, и в душе мы, проникая своим собственным сознанием в познание мира, выводим свои собственные истины, которые часто не совпадает с общепринятыми мнениями о тех или иных вещах. И это я считаю самым ценным в познании. Поэтому, наверное, мы все трое, писали наши истории не по принципу общеизвестных фактов, а выискивали необычные случаи, которые не поддавались пониманию человеческому разуму. Вероятно, это и было объяснением нашего успеха в литературе, когда наши истории и привлекали внимание большинства читателей.

По этим словам я понял, что говорит не кто иной, как Юань Мэй 袁枚, написавший свои «Новые записи Ци Се» 新齊諧 (Синь Ци Се) или «О чём не говорил Конфуций» «子不語» (Цзы бу юй).

И тут я услышал третий голос, который, наверняка, принадлежал Цзи Юню 紀 昀, написавшему своё знаменитое произведение «Заметки из хижины Великое в малом» (閱 微草堂筆記):

– В мире есть много всего необъяснимого и удивительного, о чём люди рассказывая друг другу, одно преувеличивают, другое преуменьшают. Увы, люди видят всё по-разному, слышат всё по-разному и передаёт тоже всё по-разному. Кто-то это всё записывает и отставляет для передачи другим поколениям. Я тоже записывал такие истории, а потом кто-то эти истории переписывал или пересказывал другим, Но пересказывая их, он не знал того, что знал я, и как оно произошло на самом деле. Правда, я тоже записывал случаи, происходившими с другими людьми, основываясь на том, что я слышал, и рассказываемое мною иногда бывает выдумкой, иногда правдой, а иногда пустой болтовнёй; другому человеку известно, как всё происходило, а мне нет. В этом и кроется вся суть достоверности или недостоверности рассказа. Но как есть всё на самом деле в мире тонком, знают только духи, отошедшие в другой мир. Вот и мы стали духами, и сейчас мы знаем, где правда, а где ложь, потому что на небесах известно всё и о прошлом, и о настоящем, и о будущем. Здесь всё это не от кого скрывать. А у живущих на земле людей – другая задача. Ведь началось это всё не в наше время, так было и в древности. Главное у них – не утратить честность, хоть немного сохранить способность к нравственным оценкам и предостережениям, не путать правильного с ложным, не таить в сердце обиду, не поддаваться самообольщению, не изображать то, что нарушает принятый порядок, и тогда они могут рассчитывать на то, что не окажутся выброшенными из рядов благородных мужей.

На эти слова Пу Сун-лин ответил:

– Хотя мы сейчас и являемся духами, но собраны здесь Золотой Матушкой Си Ван-му по велению Нефритового Императора для сопровождения по Лунным дворцам какого-то писаку, который уже при жизни возомнил себя Бессмертным. Правда, он удачно сдал экзамены на Бессмертие самому Нефритовому Императору и получил разрешение посетить звёздные Небеса. Он и попросил разрешения у Золотой Матушки Запада дать ему в сопровождение нас, как будто, мы сможем его просветить на предмет небесных тайн и провести по всем четырем Лунным Дворцам. Какая дерзость! Будто нам больше здесь заниматься нечем!

– Да уж мне эти земные выскочки, – поддержал его слова Юань Мэй, – ещё при жизни они хотят проникнуть туда, куда не ступала нога живого человека. И всё это случается от их чрезмерного любопытства.

– Любопытство свойственно всем живым людям, – согласился с ним Цзи Юнь, – но как ему удалось отличиться на этом экзамене – вот что интересно! Духи, которые присутствовали на этих экзаменах, говорят, что он произвёл хорошее впечатление на Нефритового Императора своим стихосложением. Мы все умеем слагать стихи. Неплохо бы нам организовать с ним соревнование в этом виде искусства, тогда мы и убедимся в его способностях сочинять стихи. Но меня удивляет сам факт, как он попал на экзамены к самому Нефритовому Императору.

– Всё это делается очень просто, – заметил Пу Сун-лин, – когда-то я уже написал один такой рассказ « О сдачи экзаменов на должность городского бога».

1. О сдачи экзаменов на должность бога города

«Дед моего шурина по имени Сун-гун был сюцаем в этом округе. Однажды, когда он был болен и прикован к постели, он увидел, как к нему подошел маленький чиновник с поручением и лошадью с белой чёлкой на лбу и сказал ему: «Вы приглашены для сдачи экзамена». Сун-гун осведомился у него: «Экзаменатор еще не приехал, так почему я сейчас должен сдавать экзамен?». Но пришедший чиновник ничего не сказал, а лишь призвал Сун-гуна отправиться с ним. И Сун-гуну ничего не оставалось, как сесть на коня и последовать за ним.

Путешествие было очень неблизким, и когда он прибыл в какой-то город, то оказалось, что это столица какого-то царя. В мгновение ока он вошел с этим человеком в царский дворец и увидел, что дворец великолепен и утопает в роскоши. В главном зале сидела дюжина чиновников, ни одного из которых он не узнал, кроме бога Гуан-ди, которого он сразу же признал, так как его изваяние видел в храме. Снаружи зала, под карнизом, стояли два стола с двумя сиденьями, за которыми уже сидел один экзаменующийся студент, поэтому Сун-гун сел рядом с ним. На столе лежали кисть и бумага.

Через некоторое время были розданы вопросы теста, и на первый взгляд на них было восемь слов: «Один человек и два человека, с сердцем и без ума» (一人二人，有心无心.) Через некоторое время они закончили свои сочинения и представили их суду. В сочинении Сун-гуна были такие строки: «Если у тебя есть сердце для добра, ты не будешь вознагражден за добро; если у тебя нет сердца для зла, ты не будешь наказан за зло» – (有心为善，虽善不赏;无心为恶，虽恶不罚.) Боги передавали его сочинение по кругу, читали и восхваляли его. Затем они вызвали в зал Сун-гуна. Экзаменатор отдал приказ: «В Хэнани не хватает городских богов, а вы очень компетентны». Когда Сун-гун услышал это, его осенило, что он должен покинуть землю и вознестись на небо. Тогда он склонил голову до земли и воскликнул: «Боги несправедливо полюбили меня и попросили стать городским богом, поэтому я не смею сопротивляться. Только в моей семье есть старая мать, которой больше семидесяти лет, и некому о ней позаботиться, поэтому я прошу Великого Бога позволить мне дождаться её смерти, прежде чем я отправлюсь на свой пост». Прямо перед ним сидел человек, похожий на Императора, и попросил принести для проверки книгу жизни матери Сун-гуна. Чиновник с бородой взял в руки книгу, просмотрел её и сообщил: «Осталось еще девять лет жизни его матушке». Все боги колебались, не в силах принять решение, но бог Гуань-ди сказал: «Давайте сначала попросим Чжан Шэна действовать в течение девяти лет!». Затем он сказал Сун-гуну: «Я должен был попросить тебя сразу же вступить в должность, но, учитывая твоё сыновнее благочестие, я дам тебе девятилетний отпуск и позову тебя обратно по истечению этого времени». Затем бог Гуан-ди сказал несколько слов ободрения сюцаю, и оба кандидата, склонив головы, покинули храм.

Когда оба кандидата склонили головы и покинули в храм, второй ученый, держа за руку Сун-гуна, был отправлен в деревню на пост городского бога, где представился уроженцем уезда Чаншань по фамилии Чжан и написал прощальное стихотворение Сун-гуну. Оригинальный текст забыт, но я помню только строки «С цветами и вином весна всегда рядом, без свечей и ламп ночь светла». (有花有酒春常在，无烛无灯夜自明). Затем Сун-гун сел на коня и вернулся домой с этим прощальным стихотворением.

Когда он вернулся домой, то, словно очнулся ото сна, но к тому времени он был мертв уже три дня. Его мать услышала стон в гробу и открыла крышку, чтобы увидеть, что он проснулся, она помогла ему выбраться, и он пролежал там полдня, прежде чем смог говорить. Позже она отправилась в уезд Чаншань и узнала, что в тот день действительно умер ученый по фамилии Чжан.

Через девять лет мать Сун-гуна все-таки умерла. Позаботившись о похоронах, Сун-гун принял ванну, надел новую одежду, вошел в дом и умер.

Семья его тестя жила в западных воротах города. Однажды он вдруг увидел, как Сун-гун на большой лошади с красным оттенком и множеством повозок и лошадей подъехал к его дому, чтобы засвидетельствовать своё почтение. Семья была поражена и не знала, что он стал богом. Они поспешили в дом Сун-гуна и узнали, что Сун-гун умер».

Когда Пу Сун-лин закончил свой рассказ, я подумал, что и мне нужно как-то проявить себя в этой действительности, чтобы представиться известным рассказчикам, потому что без этого действия они меня не видели, и могли наговорить обо мне, чёрт знает, что ещё. Я напряг зрение и только в это время заметил в полутьме, что три литератора сидят на поляне в отблеске ясно-фиолетового сияния. Они тоже меня заметили, так как обратили на меня своё внимание. И чтобы побороть неловкость первых минут, я сам представился им:

– Я рад вас видеть, – молвили мои уста, – я – тот живой человек, которому вы назначены небесными силами в сопровождение во время путешествий по лунным созвездиям. Прошу вас, любить и жаловать.

Они посмотрели на меня с такими же улыбками, с какими были изображены на своих парсунах.

Я им поклонился, они тоже кивнули мне головами в знак приветствия, и я сел рядом с ними.

– Так что же, – сказал я, стараясь за улыбкой скрыть своё смущение, – давайте отправимся в путешествие.

– А мы уже находимся в путешествии, – иронично заметил Пу Сун-лин.

– Как?! – изумился я. – Мы сидим здесь, на поляне, и путешествуем?

Все трое кивнули мне головами.

– Но я думал, что мы будем путешествовать по небу, – выразил я своё несогласие.

– А мы и путешествуем по небу, – ответили они.

– Но мы в данный момент находимся на земле, – не сдавался я, – как же мы можем двигаться по небу, когда трогаемся с землеи

– Но земля-то движется по небу, – заметил Цзи Юнь, – а это значит, что и мы путешествуем по бескрайним звёздным просторам вместе с луной и солнцем.

Внутренне я с ним не мог не согласиться. Он был прав, все мы, люди, живущие на земле, вместе с землёй совершали космическое путешествие по Вселенной, но, всё же, это было не то, к чему я приготовился после встречи с Золотой Матушкой Запада – богиней Сиван-му. Я подумал, что Небо всё же отличается от Земли тем, что они друг с другом не соприкасаются. И я опять, набравшись смелости, обратился к моим троим спутникам-учителям:

Я спросил их:

– И всё же, когда же мы отправимся в наше настоящее путешествие по звездным пространствам?

– Мы уже находимся в этом путешествии, – ответил на этот раз Юань Мэй, – разве вы не видите, что над нами звёздный потолок этого созвездия, мы уже очутились на очередной звёздной стоянке, так как уже попали в этот Лунном Дворце, и наш экипаж – это наша земля.

– Ну, а как же действительность? Ведь она остаётся прежней, что и была несколько минут назад, когда я зажигал свечи и ароматические палочки, ничего ведь после этого не изменилось.

– Это вам только кажется, – сказал мудрец,– действительность может мгновенно меняться от изменения её содержания. А содержание меняется от того, как человек зрением и слухом пронизывает данную действительность и попадает в реминисцентный всплеск Прежне-небесной энергии, которая вливается в данную действительность из прошлого времени. В одной лунной стоянке бывают тысячи реминисцентных всплесков, какой всплеск человек выбирает, ту действительность и получает. Ведь реальность – это понятие весьма относительное. Здесь и сейчас могут случаться разные события одновременно. На что-то человек настраивается своим сознанием, а что-то пропускает мимо себя. Здесь – небо, а значит, пустота, а в пустоте сокрыты и прошлое, и настоящее, и будущее.

Я ничего не сказал ему на эти слова, но про себя подумал:

«Если наш земной шар крутится в одну сторону, то звёздное небо раскручивается – в другую. А это значит, что будущее возвращается в прошлое, как закрученная спиралью проволока раскручивается и выпрямляется. Но там, где она была закручена, остался след её кручения, как торсионное поле, которое уже является вечным следом этого кручения. Так происходит с тонкой материей, когда случается какое-то событие, то оно остаётся навечно в памяти Единого информационного поля. А потом возникает всплеск реминисценции, и это событие опять проявляется в действительности в свою полную силу. Вся наша жизнь и наша действительность сотканы из таких всплесков; следы прошлого постоянно возвращаются в нашу жизнь и заставляют нас переживать снова и снова те событии, которые свершались в далёком прошлом времени. Поэтому мы постоянно перерождаемся, чтобы вновь и вновь пройти тот путь, который когда-то уже проходили, но не сохранили его в своей памяти».

Я огляделся по сторонам, ночное фиолетовое свечение оставляло тени от предметов, находящихся по сторонам. В основном, это были деревья и кустарники. Я сидел с моими учителями посреди поляны, и над нами раскинулось огромное звёздное небо. Луны на небе не было, так как она только зарождалась, и это всегда считалось самым мистическим временем, когда в новолуние происходят разные чудеса. И тут я понял, что в данный момент я олицетворяю собой центр мира, потому что вокруг меня восемь символов складывались в абсолютное природное совершенство мира: напротив моего правого колена, возвышалась Гора, обозначенная триграммой 艮 гэнь, которая приводило моё тело к спокойствию и отдыху. Сбоку меня где-то в горах гремел гром, и сверкала молния, обозначенная триграммой 震 чжэнь, вызывавшие во мне некое чувство страха и тревоги, но вместе с этим, настраивающие меня на моё внутренне пробуждение и обретение хладнокровия. За моим правым плечом дул ветер, отражаемый триграммой 巽 сюнь, возвращающий мне чувство постоянства, а также проникновения повсюду в движении со смирением. Над моей головой я чувствовало отблеск огня, хотя самого огня не было, а было только его отражение в образе луны. Но всю равно это был холодный огонь, несущий в своём обличие жар, выраженный триграммой 離 (ли) – «Сияние», постоянный блеск солнечного света даже в ночи, что наполняло меня мудростью и уверенностью в себе. За левым плечом открывался далёкий горизонт слияния неба с землёй, где земля была тёмной в ожидании рассвета, И эта земля, выраженная триграммой 坤 кунь, сосредотачивая в себе всю энергию инь, подготавливала меня к исполнению высшей воли небесного творчества. С левого бока располагалось отражающееся в лучах луны озеро, обозначенное триграммой 兌 дуй, изгоняющее из меня всякое беспокойство и приводя меня в состояние открытости и внутренней радости. Потому что над этим озером простиралось звёздное небо, обозначенное триграммой неба 乾 (цянь) – «Творчество», наделяя меня надеждой на исполнение любой моей мечты, и давая мне силы трудиться самозабвенно для достижения моей цели. И наконец, под моими ногами, внизу горы, протекала стремительная река, неся свои воды в озеро, и эта вода, обозначенная триграммой воды 坎 кань, олицетворяла саму мою жизнь, наполненную опасностями и неизвестностью, но дающую мне возможность бороться и побеждать, выходя сильным из любых испытаний. Здесь в этом месте я имел все составляющие знаки ощущаемой реальности нахождения меня в мире. Моя душа и мой дух одновременно пребывали в спокойствии и смятении, что давало мне чувство сопричастности со всеми явлениями, происходящими во Вселенной, где я пребывал вечно и навсегда. А передо мной сидели самые уважаемые мной мудрецы, которые знали весь мир и могли поделиться со мной его секретами. Возможно, что они уже не имели своих тел, но их души были живы и соприкасались со мной. И для меня этого было достаточно, чтобы радоваться встречи с ними. Наконец, то я лично убедился, благодаря встречи с ними, что любая пустота может иметь своё содержание, ещё не проявленное, но уже беременное ею. И я, как дух, являлся тоже пустотой, и мог бы назвать себя «Пустотой, Обнимающей Пустоту» 抱朴朴- Бао-пу Пу. Но в данном случае, в этом созвездии я был как «Дракон, Обнимающий Пустоту» 抱朴龍 – Бао-пу Лун. А своих собеседников мог бы назвать Бао-пу Шэнь 抱朴神 – Пу Сун-лина (Дух, обнимающий Пустоту), Бао-пу Ци 抱朴氣 – Юань Мэя (Энергия, обнимающая Пустоту) и Бао-пу Цзин 抱朴精 – Цзи Юня (Жизненная сущность, обнимающая Пустоту). Все мы составляли общий единый дух в этой Пустоте, но в отличие от них я мог вернуться в своё тело, которое осталось в моей постели, они же этого сделать не могли, так как в их могилах остались лишь их кости. Но в данный момент, «здесь и сейчас», в этом пустотном пространстве сна их Дух, их Энергия и их Жизненная Сущность, оставшаяся в литературе, обнимали мою пустоту, которую я хотел зарядить новым содержанием, раскрыв через них все небесные тайны.

Эта мысль глубоко засела у меня в голове, и позже я спросил своих учителей о том, помнят ли они свои посмертные имена. Потому что они, умерев, перестали быть людьми и стали духами, а, по древней традиции в Китае, всем умершим людям присваиваются новые имена. Учителя ответили мне, что свои посмертные имена они уже давно забыли. И тогда я предложил им взять те имена, которые я им придумал сам. Они, рассмеявшись над моим предложением, сказали, что то, что заботит людей на земле, на небесах не имеет для умерших никакого значения. Духам уже всё равно, чем они занимались на земле и какой свой след там оставили. Если мне хочется их так называть, я могу это делать. И после этого я стал их называть выдуманными мной имена, однако, разделяя прожитые ими годы на земле – под своими именами, и время, проведённое на небесах, – под выдуманными мной именами. Я это сделал для того, чтобы быть корректным по отношению к той памяти, которая осталась о них на земле среди живых людей.

Пауза в нашем разговоре затянулась, и я должен быть что-то сказать, чтобы поддержать наш разговор.

Отвечая на утверждение Пу Сун-лина о том, что «в реальности одновременно случаются разные события, и что человек на что-то настраивается, а на что-то не обращает внимания», я сказал:

– Если человек наделён особым даром – всё видеть и всё слышать вокруг себя, то он в состоянии вникать в любые события, которые происходят рядом с ним и в другом измерении. Даосы это и называют 希夷 (си и) – «видеть Невидимое и слышать Неслышимое». А Золотая Матушка Сиван-му после встречи со мной присвоила мне титул «Учитель Неслышимого и Невидимого» 希夷先生 «Сии сяньшэн». Благодаря этому дару, я и вышел на встречу с вами и в моей новой реальности даже могу общаться с вами, слыша и видя вас.

Услышав эти слова, Пу Сун-лин опять рассмеялся и сказал:

– Но это также может быть признаком болезни. Ведь воображение и реальность в человеческой жизни – это разные вещи. Когда человек поддаётся иллюзиям, то его жизнь может превратиться в безумие.

И он рассказал один из своих рассказов о «Человеке в ухе» 耳中人 (эр чжун жэнь).

2. Человек в ухе

«Тан Цзинь-юань был ученым уезда. Он верил в искусство Цигун и практиковал его каждый день, зимой и летом. Прозанимавшись несколько месяцев, он почувствовал, что что-то приобрёл. Однажды, когда он сидел, скрестив ноги, то услышал в своих ушах очень тоненький голосок, похожий на крик мухи: «Можно мне посмотреть?» – (可以见矣)? Как только он открыл глаза, он больше не слышал его. Он снова закрыл глаза, отдышался и прислушался, и снова услышал шум бормотания. Он подумал: «Это может быть результатом достижения успеха в моей тренировки». И он был втайне счастлив.

С тех пор он каждый день садился и слушал, думая и ожидая, что когда он снова услышит голос, он должен сказать «да» и открыть глаза, чтобы увидеть, что это было. Однажды он снова услышал этот тоненький голосок: «Можно тебя увидеть»? И он прошептал: «Я вижу это». Вскоре он почувствовал шорох в ушах, как будто что-то выползало наружу. Медленно он открыл глаза, чтобы подглядеть, и, конечно, увидел маленького человечка, высотой более трех дюймов, с отвратительным и уродливым лицом, как ночной горшок, крутящегося на земле. Он был втайне поражен и подумал: «Какого чёрта, посмотрим, что будет дальше, во мне что-то изменилось». Пока он наблюдал, то услышал, как кто-то из соседей пришел взять что-то взаймы и окликнул его. Когда маленький человечек услышал это, он в панике заметался по дому, словно мышь, которая не может найти свою норку. Тан Цзинь-юань также чувствовал себя в бреду, как будто он потерял свою душу и не знал, куда делся маленький человек. Затем он стал безумным, плакал и кричал. Потребовалось шесть месяцев, чтобы его семья вылечила его лекарствами, так постепенно он выздоровел».

Закончив свой рассказ, Пу Сун-лин спросил меня:

– Ну что вы об это скажете?

– Всё очень просто, – ответил я, нисколько не смутившись, – человек не должен в своём сознание смешивать несовместимые вещи, и, вместе с тем, ему не следует отстраняться от тех необычных явлений, которые случаются в его жизни. В этом случае, человек верил в искусство Цигун и практиковал его. А, как я знаю, Цигун – это метод оздоровления, применявшийся в древнем Китае для укрепления организма и устранения болезней. Цель этого метода заключается в том, чтобы направлять энергию 氣 Ци в своё тело, чтобы сделать её гармоничной, а само тело – мягким и гибким. На практике это означает сгибание и разгибание, вдох и выдох, чтобы заставить кровь быстрее течь. Чжуан-цзы говорил: «Дуй и дыши, выдыхай старое и питай новое, уподобляй своё дыхание полёту птицы, чтобы обрести долголетие». Это также хорошая практика для даоса, взращивающего в себе золотой эликсир бессмертия, который преобразуется в бессмертный зародыш. Об этом говорит даосская алхимия, где человеческое тело сравнивается с котлом, а жизненная сущность 精 Цзин и энергия 氣 Ци – с лекарством, которое сжигается вместе с духом 神 Шэнь, так что Сущность 精 Цзин, Энергия 氣 Ци и Дух 神 Шэнь сгущается в «святой плод». Тан Цзинь-юань, придерживающийся пути здоровья, который должен приносить пользу здоровью, был сведен с ума так называемым злодеем в ухе. Но как же так случилось? Первое, что можно сказать, это – тот человек, что был в ухе, есть иллюзия, абстракция или то, чего не существует. Тан Цзинь-юань не посвятил себя своей практике целиком, и хотя он закрывал глаза в манере предельной концентрации, он часто слышал внешние отвлекающие звуки. Странно, что его результаты не являются «слабыми». Даже после месяцев и месяцев практики он все равно ничего не добился. Как говорится, «ленивый монах произносит сутру ртом, а не сердцем». Главная причина, по которой Тан Цзинь-юань испугался до смерти, заключалась в том, что он отвлекся, и у него появились галлюцинации, то есть «человек в ушах»". На самом деле, «человеком в ушах»» был он сам. Это то, что люди часто называют «сойти с рельсов». К тому же, одного стремления к быстрому овладению мастерством недостаточно. Когда появилась галлюцинация, ему казалось, что ему всё ещё везло: «Я думал, что эликсир бессмертия будет готов, и я был так счастлив, что слышал об этом каждый раз, когда садился медитировать». Медитация Тань Цзинь-юаня была не на высоте, и он по-прежнему обманывал себя и других, считая абсурдное чудесным. Он, рано или поздно, всё равно сошёл бы с ума. Мне кажется, что самый большой враг человека – это он сам. Только те, кто предан своему делу, смогут достичь своей цели. В природе не существует такого «человека в ухе», как у Тан Цзинь-юаня, которого полностью пугает другое «я», не сконцентрированное на тренировках. Возможно, это и есть истинная причина его безумия.

– Ну, хорошо, – сказал Пу Сун-лин, – со слухом мы разобрались, а как быть со зрением? Ведь и зрение может обманывать человека. Я расскажу вам другой рассказ о студенте с учёной степенью «сюцай». Его тоже подвело зрение. И вы мне скажите, чем ваше Сокровенное мастерство 希夷 (си-и) – «видеть Невидимое и слышать Неслышимое» отличаете от того, что происходило с героями этих рассказов.

И он рассказал такую историю:

3. Рассказ о студенте с учёной степенью сюцая

«Фань Дун, ученый сюцай, был хорошо известен в Чанъани, но он проявлял себя легкомысленным человеком, не соблюдавшим манеры. Всякий раз, встречая женщину на окраине города, он грубо следовал за ней по пятам.

За день до праздника Цинмин он случайно оказался на окраине города и увидел небольшую карету с кисейными занавесками и вышитыми портьерами, а за ней ехали несколько служанок. Одна из служанок сидела верхом на пони, и у нее было красивое лицо. Фань Дун заглянул вперед и увидел, что за чуть раздвинутой занавеской в карете сидит девушка лет пятнадцати-шестнадцати, её наружность была настолько красива, что он никогда не видел ничего прекраснее прежде. Глаза Фань Дуна были ослеплены этой красотой, а разум затуманен, поэтому он следовал за повозкой несколько миль. Вдруг он услышал, как женщина в паланкине позвала свою служанку и сказала: «Опустите мою занавеску. Откуда взялся такой высокомерный ученый, который так бесцеремонно разглядывает меня»? Служанка опустила занавес, сердито оглянулась на Фань Дуна и сказала: «Это – невеста седьмого сына городского главы Фу-жуна возвращается в дом своего жениха, а не деревенская женщина, которая случайно позволила ученому заглянуть в её покои». Сказав это, она схватила горсть грязи с дороги и бросила её в сторону Фань Дуна.

Фань Дун прищурился, но потом был не в силах открыть глаза, и только оттирал грязь руками, чтобы посмотреть. Но карета с девушкой была уже далеко. Он вернулся домой в ужасе и смятении, постоянно чувствуя дискомфорт в глазах. Он попросил кого-то из домашних омыть ему веки и все увидели, что на его глазах образовалась плёнка. По мере того, как ночь продолжалась, ему становилось все хуже и хуже, а слезы текли по его лицу. Белая пленка постепенно увеличивалась в размерах и через несколько дней стала толщиной с медную монету. На правой стороне глаза образовалось плотное, спиралевидное помутнение, его лечили различными лекарствами, но безрезультатно. В тот момент Фань Дун очень раскаивался и сожалел, что поступил неправильно. Когда он услышал, что буддийская Сутра Света может устранять бедствия, то, взял её, попросил кого-нибудь научить его декламировать её. Сначала он раздражался, когда читал сутру, но со временем постепенно привык к ней. Ему ничего не оставалось делать, как сидеть со скрещенными ногами утром и вечером, крутить четки и читать текст наизусть. Он продолжал в том же духе в течение года, не имея больше никаких отвлекающих мыслей. Вдруг он услышал голос, похожий на маленькую муху в левом глазу: «Он черный, как лак, это невыносимо». Голос в правом глазу сказал: «Мы можем пойти и немного поиграть вместе, чтобы избавиться от этой слепоты». Постепенно Фань Дун почувствовал ерзание и зуд в обеих ноздрях, как будто что-то выползало изнутри. Через некоторое время голоса вернулись и снова прошли через ноздри в глаза. Там они поделились своими впечатлениями. Один из них сказал: «Я уже давно не могу смотреть на павильон в саду, а эта жемчужная орхидея скоро умрет».

В жизни Фан Донг любил орхидеи, и многие из них были посажены в саду, он сам ходил туда, чтобы поливать их водой, но с тех пор, как он потерял зрение, он долгое время не справлялся о них. Услышав это, он спросил свою жену: «Почему орхидеи стали настолько сухими, что погибают»? Его жена спросила Фань Дуна, откуда он это узнал, и он рассказал ей правду. Тогда жена пошла в сад и увидела, что орхидеи завяли. Она была поражена и тихонько спряталась в доме, чтобы посмотреть, что происходит. Она увидела, как из носа Фань Дуна вышел маленький человечек, размером с фасолину, повернулся и, выйдя за дверь, удалялся всё дальше и дальше. А потом она уже не могла его видеть. Мгновение спустя два маленьких человечка вернулись со скрещенными руками и влетели в лицо Фань Дуна, словно пчелы и муравьи, возвращающиеся в своё гнездо. Так продолжалось два или три дня.

Фань Дун снова услышал, как маленький человечек в его левом глазу сказал: «Этот туннель изогнут, и входить и выходить из него очень неудобно, так что мы могли бы с таким же успехом открыть еще одну собственную дверь». Маленький человечек из правого глаза сказал: «Стены моей пещеры здесь слишком толстые, поэтому нелегко открывать дверь». Тот, что слева, сказал: «Дай мне попробовать, если я смогу открыть её, мы оба сможем жить вместе». Затем Фань Дун почувствовал неясную боль в левой глазнице, похожую на царапину. Через некоторое время он открыл глаза и вдруг очень четко увидел стол, стулья и другие предметы в комнате. Фань Дун с радостью рассказал об этом своей жене. При ближайшем рассмотрении его жена увидела, что небольшой слой жировой мембраны в его левом глазу прорвался через маленькое отверстие, обнажив блестящее черное глазное яблоко, размером всего в половину перцового зерна. За ночь непрозрачность исчезла. При ближайшем рассмотрении оказалось, что учеников было двое. Густая непрозрачность правого глаза оставалась прежней, и стало ясно, что два зрачка теперь живут в одной глазнице. Хотя Фань Дун был слеп на один глаз, но он мог видеть более ясно, чем раньше, когда у него было два глаза. С тех пор он стал более дисциплинированным в своем поведении, и жители деревни хвалили его за образцовый моральный облик.

Приставание к девушкам с непристойностями часто осуждается духами и богами.

Так, один ученый в деревне, когда он шел с двумя друзьями, увидел, как перед ними появилась молодая женщина на осле. Он игриво сказал: «Вот красавица!». Оглянувшись на двух своих друзей, он сказал: «Догоним её!». Трое мужчин с улыбкой последовали за ним. Когда они догнали друга, увязавшегося за женщиной, то увидели, что это была его невестка. Пристыженные, они больше ничего не сказали и сделали вид, что не знают ни его, ни женщину. Учёный же смутился и, заикаясь, сказал им: «Это невестка моего старшего сына!». Каждый из друзей хмыкнул и остановился. Забавно, как легковерные люди часто выставляют себя дураками! Что касается того, что глаза были заколдованы и ослеплены, то это, возможно, ещё одна трагическая расплата со стороны призраков и богов».

Однако юноша только начал жить и совершал ошибки, и как могли демоны и боги, какими бы порочными они ни были, не позволить другим исправиться! (然而年轻人刚刚开始生活，犯了错误，鬼神纵然凶恶，又何尝不允许别人改过自新呢)!

Поведав эту истории, Пу Сун-лин сказал:

– Человек обладает неисчерпаемыми возможностями и даже может творить чудеса, но он способен их применить только тогда, когда это используется во благо добра, когда же он использует их из корыстных побуждений, то тут же Небеса лишают его этих возможностей. Даже в своём воображение человек не может представить себе, насколько он зависит от воли Небес. Тонкий мир всегда контролирует человека. Он определяет его судьбу. Как небесам нужно, так они и поступают со всеми живущими на земле людьми. Дело в том, что после смерти на небеса попадают только достойные и добронравные люди. Используя возможности тонкого мира. Они могут контролировать близких им людей, оставшихся на земле и вмешиваться в их жизнь. Через них и осуществляется связь между Небом и Землёй.

Его слова поддержал Цзи Юнь, рассказав о духе женщины, упрекающем виновника её смерти:

4. Дух женщины упрекает виновника её смерти

«Как-то мой дядя Ан-гун, практикующий вегетарианство, сказал: «Конфуцианские начётчики всегда говорят, что призраков не существует. Я не видел призраков, но сам слышал их слова».

Когда в городке Юн-чжэн проходил экзамен, он возвращался после него и решил остановиться у реки Белый овраг. Три комнаты дома были заняты Юем в западной части дома и одним бывшим ученым расположился в восточной комнате. Мы обменивались вопросами и разговаривали по вечерам за вином. Юй как-то сказал мне: "У меня есть друг, его семья очень бедна, но он всегда даёт взаймы деньги и зерно нуждающимся. Одного человека пригласили жить с ними, и он стал все больше и больше восхвалять своего хозяина. Затем он сам стал хозяином дома, забрал все дела его семьи в свои руки, создавая сплетни и выдавливая хозяина из дома, практически сделав его дом своим. А теперь ему собираются доверить должность в ямыне Шаньдуна». Когда он это говорил, мы отдыхали с ним вместе, и за окном раздался всхлип, и через некоторое время он заговорил вдруг не своим голосом: «Вы всё ещё обвиняете людей в недобросовестности? У вас у самого была женщина в вашем доме. Когда вы увидел её, подметающей пыль на крыльце у двери, вы спросили, кто она и можно ли у неё остановиться. Она вам сказала, что не замужем и что она была обузой для своих родителей. Её родители были поражены эпидемией и умерли раньше меня, а других родственников не было; но вы завладели их домом, забрали их имущество и похоронили их в простых гробах без всяких церемоний, как мертвых слуг. И вот когда моя жена пришла ко мне со своим гробом в могилу, она вошла ко мне и стала осуждать меня и хотела совсем изгнать меня вон, говоря мне: «Он завладел нашим домом, заставил готовить ему еду, издевался надо мной, называл меня по прозвищу и принуждал меня приседать на землю, чтобы получать удары плёткой по спине. Когда он начал приставать ко мне, я отказалась ему отдаться, и он избил меня так сильно, что я умерла прямо там на месте. Когда я испустила дух, меня даже не положили в ивовый гроб, ни дали бумажных денег, а сняли с меня одежду и похоронили в могиле в одних брюках, завернутой в ковер». Я воззвал к богам, а теперь пришёл забрать у вас то, что мне принадлежит! А вы по-прежнему обвиняете людей в беспринципности»! Этот голос был таким громким и печальным, что его услышали мальчики и слуги. После этого я уехал и не знаю, что случилось потом. Все эти причины и следствия ясны и мной задокументированы, но мне интересно, что бы сказал тот начётчик, увидев это всё своими глазами»? – (因果分明，了然有據，但不知講學家見之，又作何遁詞耳).

()?

Рассказав эту историю, Цзи Юнь заметил:

– Я думаю, что не только воображение, но и сама реальность подтверждает живущим на земле людям наличие тонкого мира, простирающегося на небесах, который не только влияет на жизнь людей, но и распоряжается их жизнями.

С его утверждением согласился Пу Сун-лин, добавив от себя:

– Люди на земле порой сталкиваются с самыми невероятными чудесами, в которые почти невозможно поверить, если самому не пройти через них. Поэтому нельзя сказать точно, что проявляется в реальности, а что рисует людское воображение. К примеру, в своё время я написал один рассказ, который наглядно демонстрирует правдивость, только что высказанных вами слов.

И он поведал свой очередной рассказ:

5. Расписная фресками стена

Мэн Лун-тан, уроженец Цзянси, жил в столице вместе с Чжу Цзю-жэнем. Как-то они случайно зашли в один монастырь и увидели, что залы и монастырские помещения не очень просторны, и что там временно проживает только старый монах, который путешествовал по всему миру. Когда старый монах увидел, что у него гости, он поправил свою одежду и вышел поприветствовать их, проведя их по храму. В главном зале находится статуя Чжи-гуна, руки и ноги которого имели форму птичьих когтей. Фрески на двух стенах были столь изысканны, что фигуры на них будто оживали. На восточной стене было нарисовано много небесных дев, разбрасывающих цветы, а посреди них находилась молодая улыбающаяся девушка с распущенными волосами и с цветком в руке. Её вишневый ротик выглядел так, будто она собирается что-то сказать, а глаза были такими, будто вот-вот увлажнятся и заблестят. Чжу долго смотрел на неё, и был так тронут до глубины души, что сразу же погрузился в мысли о ней и невольно в неё влюбился.

Вдруг в какое-то мгновение он почувствовал, что его тело парит, как будто он плывёт на облаках, которые приблизились к фреске. Он вновь видел залы и павильоны, но это была уже не земная сцена. Один старый монах проповедовал Дхарму со своего места в окружении многих монахов, слушавших его. Среди них стоял и Чжу Цзю-жэнь. Вскоре после этого показалось, что кто-то тайно держит его за лацканы халата. Когда он оглянулся, то увидел, что это была та молодая девушка с копной волос, которая, улыбаясь, удалялась. Он немедленно последовал за ней. Пройдя через извилистую ограду, девушка вошла в небольшую комнату, и Чжу остановился на пороге, не решаясь идти дальше. Девушка оглянулась, подняла цветок в руке и издалека поприветствовала его, и только после этого Жу последовала за ним внутрь. Когда он увидел, что в доме тишина и никого нет, он полез обнимать девицу, которая не слишком сопротивлялась, и он стал с ней целоваться. Вскоре девица закрыла дверь и вышла, сказав ему, чтобы он не кашлял и не шумел. Ночью она пришла снова. Через два дня после этого её подруги, узнав о случившемся, вместе обследовали деву, подшучивая над ней: "Сколько дней ребенку в твоем чреве, или ты хочешь всё еще казаться девственницей?" Одна из подруг принесла ей заколку и серьги и убеждала ее изменить девичью прическу на женскую. Но молодой девушке было слишком стыдно говорить обо всём этом. Одна из ее спутниц сказала: «Сестры, давайте не будем оставаться здесь слишком долго, из-за опасения вызвать неудовольствие у бога». Компаньонки рассмеялись и ушли. Чжу посмотрел на девушку, её волосы в форме облака были убраны в высокий пучок, а заколка в виде феникса низко свисала в пучке, и это было ещё красивее, чем когда волосы были опущены. Видя, что вокруг никого нет, он стал обниматься с девушкой, мускусный аромат орхидей проникал в его сердце, и они вдвоем предались моментам радости.

Вдруг он услышал сильный стук кожаных сапог, сопровождаемый грохотом ключей и замков. Вслед за этим послышался шум и споры. Девушка проснулась, выглянула вместе с Чжу Цзю-женем и увидела бога в золотых доспехах, с черным, как краска, лицом, держащего в руке веревочные петли с большим молотком, а вокруг него было много женщин. Бог в золотых доспехах спросил: «Все ли вы прибыли»? Женщины ответили: «Да, все прибыли». Он добавил: «Если есть какие-то скрывающиеся смертные из нижнего мира, вы должны немедленно разоблачить их и не дожидаться моего осуждения»! Все женщины в унисон сказали: «Нет». Бог в золотых доспехах обернулся и свирепо огляделся вокруг, как горный орел, словно хотел провести обыск. Девушка так испугалась, что её лицо стало пепельным от страха, она запаниковала и сказала Жу: «Скорее прячься под кровать». Она сама открыла маленькую дверь в стене и поспешно скрылась, а господин Чжу лежал под кроватью, не решаясь выйти из комнаты. Вскоре послышался звук кожаных сапог, которые входили в комнату и снова выходили. Через некоторое время шум толпы утих, и волнение Чжу немного улеглось. Однако за дверью всегда были люди, которые приходили и уходили, разговаривали и смеялись. Он долго лежал, чувствуя, что в ушах звенит, как стрекот цикады, а глаза горят так, что он едва мог терпеть. Но он молча слушал и ждал возвращения девы, забыв о том, откуда он пришёл.

В это время в зале находился Мэн Лун-тан, и когда он увидел, что Чжу Цзю-жень исчез, он удивленно спросил старого монаха о нём. Старый монах улыбнулся и сказал: «Он пошел слушать проповедь учения Будды». Мэн Лун-тан спросил: «Где это»? Старый монах ответил: «Недалеко». Через некоторое время старый монах ткнул пальцем в стену и воскликнул: «Мастер Чжу так долго скитался, почему он не вернулся?». Тут же Мэн Лун-тан увидел, как на фреске появился портрет мастера Чжу, и замер с оттопыренными ушами, как будто услышал его голос. Старый монах снова воскликнул: "Твой странствующий спутник уже давно ждет тебя". Затем Жу слетела со стены и стоял в оцепенении, уставившись на стену. Мэн Лун-тан был поражен и немедленно спросил его, где он был. Оказалось, что Чжу просто лежал под кроватью, когда услышал громкий стук в стену, и вышел из комнаты, чтобы посмотреть. Девушка на фреске была уже с высоким пучком и больше не распускала волосы. Другой монах тоже был поражен и спросил его, в чём дело. Старый монах улыбнулся и сказал: «Иллюзии рождаются в сердце, как может простой бедный монах решить их»?! Всем было непонятно, что произошло на самом деле. Но старый монах только пожимал плечами и говорил с улыбкой: «Как монах может решить это? Старый монах и есть старый монах». Друзья сразу же встали, чтобы попрощаться, спустились по ступенькам, и вышли из храма.

Разные мудрецы говорили: «Видения создаются людьми, и тот, кто понимает это, является человеком добродетельным. Когда у человека похотливый ум, то, рано или поздно, возникает состояние внутреннего омерзения; когда у человека оскверненный ум, часто возникает состояние ужаса. Когда Бодхисаттва просвещает тупых и непросветленных, возникает тысяча иллюзий, но все они являются результатом заблуждения человеческого разума. Жаль, что они не вняли словам Бодхисаттвы и не стали просветленными.

А ещё разные историки говорят:

«异史氏说：幻象由人所产生，说这话的象是一个有道之人。人有淫心，于是产生了轻慢之境;人有污秽之心，于是产生了恐怖之境。菩萨点化愚钝未开蒙之人，千种幻象并起，其实都是人的心在那里妄动啊。菩萨教人心切，可惜他们没有听从菩萨的话而大彻大悟，披散头发遁入深山».

«Иллюзии рождаются из жизни", – это, своего рода, даосское изречение. Когда у человека похотливый ум, он рождается в оскверненном состоянии; когда у человека оскверненный ум, он рождается в ужасном состоянии. Бодхисаттва – это тот, кто просвещает невежд и создает тысячу иллюзий, все они автоматически возникают в уме. Жаль, что старик не просветился от этих слов и не ушёл в горы».

Если ты поймёшь суть сказанного, то поймёшь и Истину.

Поведав это рассказ, мой учитель – 抱朴神 Бао-пу Шэнь (Дух, Обнимающий Пустоту) спросил меня:

– Как вы объясните этот случай?

Немного подумав, я ответил:

– Кроме того, что я – даос, я ещё являюсь и учёный западного толка, поэтому склонен опираться на логику, которую вы на Востоке не признаёте. Я считаю, что воображение и реальность отличается друг от друга, но, в своё время, ещё немецкий философ Эдмонд Гуссерль, изучая «жизненный мир» (Lebenswelt), придавал особое значение «совокупности очевидностей» и «кругу уверенностей», которые порождают у человека доверие к каким-то фактам и феноменам природы. Но есть глубокая пропасть между познанием мира и сознанием человека, которую никому не удаётся преодолеть, потому что в жизни человека происходят такие события, которым он не может найти объяснения, так как тонкий мир почти не соприкасается с его физическим миром. Поэтому Гуссерль вкладывает в основу познания самое существенное разграничение, предполагающее резкое отделение идеального от реального. Я знаю, что на Востоке этого не происходит, так как там весть мир восточными мудрецами гармонично соединён воедино. Но я не могу никак преодолеть мои сомнения, когда сталкиваюсь с необъяснимыми явлениями на Востоке, и мне трудно разобраться в том, что кажется, и что есть на самом деле. Здесь я открыл такой «поток феноменов», что от «усмотрения сущностей» у меня, как говорят у нас, «крышу сносит». Мне кажется, что Восток перенаселён всякими невидимыми таинственными сущностями. И рассматривая феномены, я не могу составить для себя структуру общего феноменального единства. В моей голове ничего не укладывается, а всё растекается как вода, потому что всё здесь многообразно, индивидуально и случайно.

Услышав эти слова Дух, Обнимающий Пустоту – 抱朴神 Бао-пу Шэнь рассмеялся и сказал:

– По этому случаю расскажу вам ещё одну историю.

И он рассказал историю об «изливающейся воде»:

6. Изливающаяся вода

«В Лайяне жил достойный муж по имени Сун Ю-шу, который, когда был чиновником министерства Цао, снимал дом, который пустовал. Однажды ночью две служанки спали в главном доме, прислуживая матери господина Суна, когда услышали во дворе пыхтящий звук, похожий на то, как портной распыляет воду на одежду. Мать господина Суна призвала двух служанок встать и велела им проделать небольшое отверстие в бумаге на окне и выглянуть наружу. Они увидели во дворе старую женщину, очень маленького роста, сгорбленную, с белоснежными, как метла, волосами, зажатыми в пучок длиной в два фута, которая шла по двору; кланяясь до земли, как идущий журавль, разбрызгивая на ходу воду изо рта. Она продолжала идти, не останавливаясь и ни на что не обращая внимания, и брызги летели во все стороны. Служанка была так поражена, что поспешила вернуться и рассказать матери. Мать тоже встала в изумлении и попросила двух служанок помочь ей подойти к окну, чтобы посмотреть. Старуха вдруг подошла к окну и брызнула изо рта водой прямо в прорванную дыру на оконной бумаге, разбрызганная вода потекла по оконной раме.

На рассвете семья подошла к главному пристрою дому и постучала в дверь, но никто не ответил, и домочадцы испугались. Когда они открыли дверь и вошли в дом, то увидели мать Суна и двух служанок мертвыми на полу. Когда слуга прикоснулся к ним, то обнаружил, что одна из служанок еще тёплая, поэтому помогли ей подняться и напоили водой. Когда господин Сун услышал эту новость, он был потрясен. Он спросил у служанки, куда исчезла старуха, так показала, и он приказал своим домочадцам копать в том месте. Когда те докопали до глубины более трех футов, то постепенно обнаружил белые волосы. Когда они продолжили копать дальше вниз, то обнаружилось само тело, точно такое же, каким его видела служанка, с лицом, пухлым, как у живого человека. Господин Сун приказал своей семье разбить её, и после того, как были раздроблены плоть и кости, обнаружилось, что вся плоть и кожа были заполнены водой». – (令击之，骨肉皆烂，皮内尽清水).

– Вот-вот, – воскликнул я, когда дослушал до конца эту историю, – вскоре и я так же буду состоять из такой воды, которая переполняет мой мозг. И всё же иногда мне кажется, что стоит только отгородиться от тонкого мира, и можно оказаться в безопасности. Нужно просто не замечать никаких бесов, лис, оживших трупов и прочей нечисти. Поэтому западные философы и пытаются создать систему взглядом на мироздания, чтобы ни одна непонятная сущность не проскользнула через её сети.

Все трое моих учителей-наставников, услышав такое заявление, рассмеялись. А Пу Сун-лин уверенно сказал:

– Этого не получится. К сожалению, люди при жизни не могут отгородиться от тонкого мира, так как после смерти обязательно в него попадают.

И он рассказал ещё одну историю о «превращении трупа»:

7. Превращение трупа

Старик из уезда Янсинь жил в Цайдяне, столице уезда. Его деревня находилась в пяти или шести милях от окружного города. У отца и сына была небольшая придорожная лавка и постоялый двор для размещения проезжающих мимо купцов. Несколько караванов приезжали и уезжали продавать свои товары и часто останавливались в этой лавке. Однажды на закате дня четверо из них пришли, чтобы переночевать, но постоялый двор был уже полон. Они решили, что идти больше некуда, и настояли на том, чтобы остаться. Старик подумал немного и придумал, где остановиться, но боялся, что гости будут недовольны. Гости сказали: «Подойдет любая лачуга, не беспокойтесь с поиском». – (随便一间小屋都行，不敢挑拣). В то время невестка старика только что умерла, и ее тело покоилось в маленькой хижине. Старик перешел через дорогу и привёл своих гостей в этот маленький домик.

Когда они вошли в дом, то увидели тусклую масляную лампу на столе, вывешенное покрывало за столом и бумажное одеяло, накрывавшее мертвеца. Гости, осмотрев это жильё, нашли, что оно состоит из большой койки в маленькой комнатушке отдыха. Все четверо так устали от путешествия, что сразу же заснули, едва положив головы на подушки. Только один из них все еще оставался неспокойным, и вдруг он услышал звук на кровати и, открыв глаза, увидел, что свет был ярким, и он мог ясно видеть всё, что происходило. Труп поднял одеяло и встал, затем выбрался из кровати и медленно вошел в их комнату. Женский труп с бледно-золотистым лицом и обвязанным вокруг лба шелком-сырцом подошел к передней части койки, наклонился и трижды дунул на каждого из них. Гость был так напуган, что боялся пошевелиться, поэтому тайком накрыл голову одеялом, не смея даже дышать, и молча слушал. Через некоторое время труп подошел и дунул на него три раза, так же как он дул на других. Когда он понял, что труп вышел из комнаты, услышав звук бумажной занавески, то выглянул и увидел труп, лежащий там, где он был ранее. Гость был слишком напуган, чтобы издать хоть звук, поэтому тайком толкнул ногой остальных троих, но они не сдвинулись с места. Больше он ничего не мог сделать, поэтому подумал, что нужно тихо одеться и сбежать. Как раз когда он встал, чтобы взять свою одежду, снова раздался звук «чоп-чоп». Гость быстро убрал голову под одеяло и почувствовал, как женское тело снова приблизилось и несколько раз подуло на него, прежде чем уйти. Через некоторое время он услышал стук крышки гроба и понял, что труп снова лежит. Затем он медленно нащупал под одеялом свою одежду, быстро вскочил и выбежал из комнаты босым без обуви. В этот же момент женский труп тоже встал, как бы преследуя его. К тому времени, когда мёртвая женщина встала из гроба, гость открыл дверь и выбежал наружу, за ним последовал женский труп.

Купец бежал и кричал, но никто в деревне его не услышал. Он хотел постучать в дверь лавочника, но побоялся, что труп успеет его догнать, поэтому бежал так быстро, как только мог, по дороге, ведущей к окружному центру. Когда он достиг восточного пригорода, то увидел храм и услышал стука деревянной рыбы, вывешенной перед входом в храм, для оповещения монахов. Рыба качалась от дуновенья ветра. Купец резко постучал в дверь храма. Но монах, к его удивлению, посчитал ситуацию необычной, и отказался открыть дверь вовремя, чтобы впустить его. Когда он обернулся, труп женщины, преследуя его, находился всего в шаге от него. Гость испугался ещё больше. За воротами храма рос большой тополь, окружность которого составляла четыре или пять шагов в обхвате, поэтому он использовал его, чтобы загородить свое тело. Когда труп женщины появился справа, он уклонился влево, а когда она появилась слева, он уклонился вправо, чем еще больше разозлил её. К этому времени обе стороны очень устали. Гость тоже запыхался и укрылся за деревом. Вдруг труп вытянулся и протянул руки через дерево, чтобы поймать торговца. Клиент сразу же испугался и упал. Женский труп не смог поймать мужчину и замер, держась за дерево.

Монах долго прислушивался, но когда он больше не услышал никакого движения за пределами храма, он медленно вышел из дверей храма. Увидев лежащего на земле гостя, он подумал, что тот мертв, но когда пощупал его сердце, то оно еще немного билось. Поэтому монах отнёс его в храм, где провёл с ним всю ночь, прежде чем тот проснулся. Ему дали немного супа и спросили, в чем дело. Гость рассказал ему всю историю. К этому времени зазвонил колокол храма, и уже наступил рассвет. Когда монах вышел посмотреть на дерево, он увидел женское тело, стоявшее в застывшем состоянии. Монах был в ужасе и немедленно сообщил о случившемся в магистрат. Сам мировой судья пришел осмотреть труп и попросил слуг потянуть руки трупа, но они крепко застряли на месте и не могли быть вытащены. При ближайшем рассмотрении оказалось, что четыре пальца левой и правой рук трупа глубоко вцепились в дерево, подобно стальным крюкам, и даже ногти вошли в древесину. Тело женщины не удавалось оттащить от дерева, сколько человек не попыталось это сделать. Когда же его оттащили, то на дереве остались следы, куда были вставлены ногти. Они походили на дыры. Градоначальник приказал навести справки о лавке старика, только там он узнал, что тело женщины исчезло, а остальные три покупателя, которые там оставались, мертвы, и все люди говорили об этом происшествии. Служащий рассказал старику о причине его прихода, и старик, последовав за ними в храм, увёз тело женщины обратно.

Гость заплакал и сказал градоначальнику: «Мы выехали вчетвером, а теперь я возвращаюсь один, как мне заставить горожан поверить мне»?. Градоначальник написал ему подтверждающее письмо и дал немного денег, чтобы тот смог вернуться домой».

Выслушав этот рассказ, я спросил у Духа, Объемлющего Пустоту:

– Если обитатели тонкого мира такие агрессивные, то, как же от них спасаться?

И он ответил мне:

– Самое ужасное для человека – это переход из одного мира в другой, когда жизнь ещё борется со смертью, но смерть уже побеждает жизнь. В такое время всё в теле человека меняется, семь земных душ 魄 по расстаются с тремя небесными духами 魂 хунь. И человек ещё не знает, за какими душами он должен следовать – за земными – под землю или за небесными – в небо. Поэтому труп, привязанный к земным душам, не желая умирать, хочет подзарядиться энергией живого человека, потому как энергия ян его покидает, а энергия инь сгущается. Он рад заимствовать недостающую энергию любыми путями, даже путём убийства другого человека. Он ещё не мертвец, но уже и не жилец на белом свете. Поэтому его душа меняется, он стаёт опасным для живых людей. При жизни всем людям стоит всегда сторониться трупов и мертвецов. Самое благоприятное для агрессии трупа – это ночное время, так как все силы инь в нём мобилизуются. Со звоном буддийского колокола, извещающего рассвет, эти силы оставляют умирающего, и он становится бессильным. Так что связь между живыми и мёртвыми обрывается именно в такие ночные часы сразу же после смерти. Потом, когда умирающий уже становится полностью мёртвым, он оказывается в другом мире и в другой стихии и уже более спокойно оценивает свой положение и меняет своё отношение к оставшимся в живых. Когда мертвый человек обживается в своём новом мире, он даже может помогать чем-то живым людям.

Тут вступил в разговор Цзи Юнь 紀 昀 – «Жизненная Сущность, Объемлющая Пустоту» – 抱朴精, сделав своё замечание:

– Не только живые люди могут рассчитывать на поддержку мёртвых. Иногда мёртвые требуют от живых защиты на том свете.

И он рассказал свой случай «о покойнице, просящей мужа перевести её гроб в другой храм, так как её преследует бес.

8. Просьба покойницы перезахоронить её

Лян Хуан-тан рассказал, что его жена, путешествовавшая по востоку Гуандуна, умерла и была отправлена в своём гробу в горный храм. Ночью ему приснилось, что женщина сказала ему : «В храме обитают могущественные призраки, и боги Гарана не могут их контролировать. У всех тех, кто отправляет свои гробы к монахам и к их общежитиям, мужчины и женщины будут осквернены. Я изо всех сил пыталась сопротивляться, но не смогла избежать этого».

Проснувшись и вспомнив о сне, он возжег благовония и сказал ей: «Мне приснился такой плохой сон, неужели я заснул весной, когда всё так неустойчиво? Является ли он правдивым или результатом моей мысли? А может быть, ты действительно явилась ко мне в образе духа? Если ты превратилась в дух, то приди и скажи мне об этом через три ночи». Сон повторялся снова и снова. Он, помолившись в храме, рассказал всё городскому богу. В течение нескольких дней не было никаких известий. Однажды ночью пришла сновидица и сказала: «Если тяжба будет улажена, то боги гор и боги святилищ будут осуждены за то, что не соблюдали дисциплину. Поэтому городской бог колебался и не мог справиться с ним. Если вы сможете снова выдвинуть ультиматум, сказав, что поедете в Цзянси и обратитесь к высшим божествам Чжэн-и и Чжэнь-чжэню, тогда городской бог просто будет обязан с этим разобраться».

Как она сказала, так он и поступил, составив ультиматум по все форме и отослав его. Через несколько дней к нему во сне опять явилась жена и сказала: «Вчера городской бог вызвал меня и сказал: "Этот призрак уже жил в той комнате, но это ты вторглась к нему, а не он приютил тебя. Мужчина и женщина живут вместе в одной комнате, их слуги и служанки приходят и уходят, и их могут заподозрить в том, что они находятся вместе в одном помещении. Ты бы не жаловался без причины. Зачем тебе упорствовать в прелюбодеянии и зарабатывать себе имя безбрачия? Лучше сделать что-то, чем не сделать ничего, и лучше сделать большое дело, чем сделать малое. Я снова думаю: если все можно уладить, зачем мне бороться с богами, что приведёт к несчастным случаям? Вы можете убраться оттуда. Если городские боги не хотят разбираться с этим вопросом, то почему вы хотите обратиться к Владыке Небес за посредничеством»? Потом, подумав, он сказал: «Хотя Небесный Владыка не управляет подземным миром, когда есть жалоба, он может передать её Богу, и тогда другие боги не смогут остановить её. Городские боги также боятся провоцировать несчастные случаи и наживать неприятности, поэтому они стараются облегчить жизнь всем существам». В конце своей речи она торжественно удалилась.

Муж перенес гроб в другое место и больше о нём не вспоминал. Если этот призрак сможет спасти себя, тогда нет необходимости просить больше, и вопрос может быть решён. Но что тогда делает бог города, как бог, отвечающий за свою епархию? Разве он не мудр, и не праведен? Ведь если вы не будете лечить свои нарывы, то со временем они превратятся в большую беду. Так если вы умны, то не умны ли вы и наполовину»? – (併所謂聰明者，毋乃亦通蔽各半乎)?

После этого разговора слово взял Мэй Юань 袁枚, названный мной «Энергией, Объемлющей Пустоту» – 抱朴氣 Бао-пу Ци, обратившись ко мне:

– Вы собрались в небесное путешествие, чтобы утвердиться в своём статусе Бессмертного. И я думаю, что вам необходимо послушать такие рассказы, которые помогли бы вам, вернувшись, творить людям добро.

Я согласился с ним. И он поведал мне свой рассказ «о бессмертном даосе, помогающем людям обуздать наводнение».

9. Бессмертный даос помогает людям обуздать наводнение

Как-то долго шёл дождь, и желтая река Хуанхэ разливалась и наполняла город Хуайцин водой. Когда река уже затопила весь город, то градоначальник и его подчиненные поднялись на высокий холм за городом, чтобы увидеть уровень воды, высота которой достигала уже нескольких шагов.

Вдруг градоначальник увидел человека в желтой одежде и шапке, который подплыл к ним на лодке и спросил: «Если хотите, чтобы вода ушла, попросите меня». – (汝等欲使水退，須當問我). Градоначальник сказал: «Если ты хочешь заставить воду отступить, ты должен спросить моего разрешения, я ведь градоначальник». Человек в жёлтой шапке сказал ему: "Вы можете бросить в воду таблетку из вестибюля дворца Хуайцин, и вода отступит». И он протянул ему несколько таблеток. Тогда вельможа спросил его фамилию, и тот ответил: (我姓黃) – «Моя фамилия Хуан». Закончив говорить, он вошёл в лодку. Градоначальник бросил одну таблетку в воду, и вода стала сразу же стекать вниз вместе с удаляющейся лодкой. Градоначальник был в растерянности, и тут один из членов семьи по фамилии Чэн сказал: «Я умею плавать и хотел бы доплыть до вестибюля дворца Хуайцин». Градоначальник был рад послать его и попросил надеть ему на голову тыкву и положить в нее учётную книгу и письмо своему заместителю. Тот поплыл к офису и увидел двух стариков, плачущих на здании. Один из них был заместителем градоначальника. Получив письмо с объяснением и прилагаемой к нему таблеткой, он обрадовался и бросил её в воду, которая сразу же начала отступать.

Когда вода совсем отошла с улиц, градоначальник посетил жителей одной деревни и спросил: «Где-то здесь находится храм генерала Хуана? Я думаю, что благодаря ему, город Хуайцин не очень пострадал от этого бедствия. Он заставил нас бросить таблетку в воду, и вода отошло от города. Я полагаю, что он уже встречался с такой бедой раньше».

Ему показали, где находится храм, и он пошел в храм и увидел статую. Облик статуи был таким же, каким он знал его ещё в свои молодые года, и походил на человека в жёлтой одежде и шапке. Принеся статуе жертвоприношения, градоначальник вернулся в свой родной город».

Так я познакомился во сне с тремя известными писателями, с которыми и намеревался отправиться в путешествие по Лунным Дворцам созвездий.

Дворец Лазурного Дракона

Перед тем как отправиться по всем двадцати восьми стоянкам четырёх Лунных Дворцов 月宫 (юэ гуань), мои учителя-сопровождающие – литераторы Бао-пу Шэнь (Дух, Охватывающий Пустоту), Бао-пу Ци (Энергия, Охватывающая Пустоту) и Бао-пу Цзин (Жизненная Сущность, охватывающая Пустоту) объяснили мне, что Дворец Лазурного Дракона, представляющий собой стихию «Дерево», является самым первым весенним Лунным Дворцом, в котором живут семь созвездий: Рог 角 (цзяо), Шея 亢 (кан), Основание-Корень 氐 (ди), Помещение-Дом 房 (фан), Сердце 心 (синь), Хвост 尾 (вэй) и Корзина-Сито 箕 (цзи).

Каждым созвездием заведует определённый небесный зверь: Водяной Дракон 蛟 (цзяо), Небесный дракон 龙 (лун), Барсук 獾 (хэ), Заяц 兔 (ту), Лиса 狐 (ху), Тигр 虎 (ху) и Леопард 豹 (бао).

Мои учителя также сказали мне, что при посещении лунных стоянок лунные звери будут устраивать в нашу честь званый пир, на котором каждый из нас должен, в знак признательности, рассказать свою жизненную историю или сочинить стихи.

Каждый такой Лунный Дворец 月宫 (юэ гуань) занимает четверть неба и соответствует одному сезону на земле, поэтому желательно придерживаться на пиру той атмосферы, которая будет царить согласно времени. Этими лунными дворцами заведуют четыре небесных животных, являющиеся символами сторон света, – четыре символа 四象 (си сянь). На Востоке живёт Лазурный Дракон 藏伦 (цан лун), на Севере – Чёрная Черепаха 黑龟 (бэй гуй), которую называют ещё Чёрным Сокровенным Воином 黑玄武 (бэй сюянь у). На Западе обитает Белый Тигр 白虎 (бай ху), а на Юге – Красная Птица 红鸟 (хун няо). В пути ещё нам может встретиться Феникс 鳯凰 (фэн хуан).

Услышав это, я в ужасе воскликнул:

– Это что же получается?! При каждой встречи с ними я должен рассказывать свою историю или сочинять стих? Но, сколько же всего будет небесный животных на небе?

Китайские учителя-рассказчики рассмеялись и сказали:

– Давайте посчитаем!

Пу Сун-лин молвил:

– После Лунного дворца Лазоревого Дракона, нам предстоит побывать во Дворце Чёрной Черепахи, чья стихия Вода. Там тоже семь созвездий: Ковш (斗, доу) – Олень-единорог (鹿, лу); Бык (牛, ню); Ткачиха-Дева (女, нюй) – Летучая мышь (蝠, фу); Пустота (虛, сюй) – Крыса (鼠, шу); Опасность, Яма (危, вэй) – Ласточка (янь); Палата (室, ши) – Кабан (猪, чжу); Стена (壁, би) – Дикобраз (豪猪, хаочжу).

Юань Мэй к этому списку добавил ещё:

– Потом мы посетим Дворец Белого Тигра, чей символ Металл, где живут тоже семь созвездий с их охранниками: Ноги, Бедра (奎, куй) – Волк (狼, лан); Холм, Барсук (婁, лоу) – Собака (狗. гоу); Желудок (胃, вэй) – Фазан (鸡, цзи); Плеяды (昴, мао) – Петух (鸡,цзи); Сачок, Сеть (畢 (毕), би) – Ворон (乌,у); Черепаха (龟, гуй), Клюв (嘴, цзуй) – Обезьяна (猴, хоу); Орион, Собрание (参, шэнь) – Человекообразная обезьяна (巨猿, цзююань).

И этот список довершил Цзи Юнь, сказав:

– И в конце мы посетим Южный Дворец Красной Птицы с символом Огонь, где здравствуют в созвездиях: Колодец (井, цзин) – Тапир (貘, мо); Демон (鬼, гуй) – Овца-Баран (羊, ян); Ива (柳, лю) – Кабарга (麝香鹿, шэсянлу); Звезда-Птица (星, син) – Конь (马, ма); Лук-Лист (張, чжан) – Олень (鹿, ,лу); Крылья (翼, и) – Змея (蛇, шэ); Повозка, Телега (軫, чжэнь) – Червяк (阴虫, иньчун).

В уме я подсчитал, и у меня вышло двадцать восемь небесных животных, и я в страхе произнёс:

– Выходит, что я должен всем им рассказать двадцать восемь своих историй? Но откуда же я их возьму? А можно мне их не рассказывать?

– Это будет не вежливо, – заметил Пу Сун-лин, – вы этим самым нарушите небесный этикет, что карается немедленной смертью. Но должен вас разочаровать, так как нужно будет рассказать не двадцать восемь историй, а на много больше.

– И сколько же? – спросил я его с опасением.

– Дело в том, что в каждом из созвездия живет по несколько звёзд, и нужно уважить каждую, рассказав ей по одному рассказу, или сочинив по одному стиху.

Я пришёл в полное отчаянье, воскликнув:

– Так значит нужно рассказать столько историй, сколько звёзд на небе?!

– Совершенно верно! – молвил Пу Сун-лин и рассмеялся.

– Ну, это же физически невозможно! – запротестовал я.

– Зачем же вы отправились в такое путешествие, не подготовившись? – иронично спросил меня мудрец. – А уж если взялся за гуж, не говори, что не дюж.

Я уже раскаивался, что отправился в это путешествие, и думал, как мне выпутаться из этой ситуации, сохранив свою жизнь.

Видя моё угнетённое состояние, на помощь мне пришёл Юань Мэй

и выразил свою точку зрения:

– Смертные люди должны уважать Небеса и находящиеся в них звёзды. Ведь каждая звезда решает чью-то человеческую судьбу на земле. Тот, кто изучает Учение Ветра и Воды – фэн-шуй 风水学 (фэн-шуй-сюе), знает насколько важно разбираться в расположении всех звёзд на небе и функциях небесных животных-символов, физически защищающих жилища людей на земле слева, справа, сзади и спереди. Благодаря им создаются формы и идеальные ландшафты в гармонии с соседними строениями. Ведь люди, благодаря им, научились создавать идеальные условия для своей жизни в своём стремлении повторить на Земле ту стабильность, которая существует на Небе. Поэтому желательно бы вам во время путешествия хотя бы для них сочинить по какой-нибудь поэме и представить её на их суд как благодарность за их благожелательное отношение к вам во время вашего визита при покидании их Лунных Дворцов. К тому же, вам не обязательно, сочинять стихи и рассказы каждой звезде. Несмотря на то, что в каждой четверти неба, в мега-созвездиях Дракона, Черепахи, Тигра и Птицы вы видите по семь созвездий, количество звезд в каждом из них неодинаковое. Восточные семь созвездий имеют тридцать две звезды, южные семь созвездий – шестьдесят четыре звезды, западные семь созвездий – пятьдесят одну звезду, а в состав северных семи созвездий входят тридцать пять звезд, всего в общей сложности за год вы наблюдаете сто восемьдесят две звезды, следующие определенной орбите, называемой «эклиптика». Поэтому следует только им уделить внимание во время вашего путешествия.

– Но это всё равно очень много! – взволнованно воскликнул я. – Сто восемьдесят два и двадцать восемь составляет двести десять рассказов. Как же мне их придумать в столь короткий срок?!

Чтобы меня успокоить в разговор вступил Цзи Юнь, сказав следующее:

– Чтобы сократить число ваших рассказов и стихов, попробуйте одну историю рассказать вначале, а другую – в конце пребывания в Лунном Дворце. Ведь каждое из мега-созвездий состоит из семи Лунных стоянок. Это как бы части тела одного животных (например, Рог Дракона, Шея Дракона, Сердце Дракона, Голова Черепахи (Ковш), Голова Тигра (Клюв), Голова Феникса (Колодец). Поэтому ваши рассказы будут восприниматься как начальное приветствие и прощальное выражение благодарности. Ведь каждая из Лунных стоянок имеет и собственное название. В каждом сезоне в ночном небе можно наблюдать полностью только одно из этих мега-созвездий. В древние времена в дни солнцестояний и равноденствий центральное созвездие каждого из четырех божеств занимало центр южного неба. Например, в день летнего солнцестояния высшей точки в сумерках достигала центральная звезда Сердце Дракона, Звезда Огня. Тогда вам придётся рассказать всего восемь историй или стихосложений. Так как считается, что каждое последнее созвездие относится к стихии Земли с её покровителем Взмывающим Змеем 生蛇 (шэн шэ). То и ему нужно уделить внимание, рассказав хотя бы небольшую историю. И так, как начальной точкой отсчета в данной системе всегда считается созвездие Рог 角 (цзяо) – Цзяо – (рог Дракона), в рамках западного зодиака это соответствует созвездию Девы. Это первое созвездие цикла, оно всегда выпадает на четверг. Помните, двадцать восемь созвездий-Сю следуют друг за другом против часовой стрелки и распределяются по четырём Дворцам таким образом: Дворец Лазурного Дракона, Обитель Чёрной Черепахи, Логово Белого Тигра и Гнездо Красной Птицы. В системе выбора благоприятных дат двадцати восьми Созвездий предсказатели считают, что каждый из дней соответствует тому или иному созвездию, которое несет определенные качества дня. Поскольку энергии каждого дня представлены одним созвездием, получается двадцати-восьмидневный цикл. Есть также двадцати-восьмилетний цикл, в котором отдельным годам тоже соответствуют свои созвездия этой группы. И так, дайте отправимся в путешествие, не теряя времени, так как Луна не стоит на одном месте.

И мы отправились в наше путешествие, войдя в Дворец Лазурного Дракона.

Первая лунная ночь под созвездием Рог Дракона

Так мы очутились в первом созвездии – Созвездии «Рог» 角 (цяо) двадцати восьми созвездий китайской астрономии. В этом созвездии располагалась Луна, останавливаясь на первую свою «стоянку», в своём Восточном Дворце Лазурного Дракона 藏伦 (цан лун). Вокруг меня ничто не поменялось. Остались на тех же местах лесная поляна, гора за моим правым плечом, открывающийся слева ночной горизонт, освещённый лунными светом, озеро, поодаль – сверкающее своей поверхностью, а чуть справа от меня текла горная река в пропасть подомной, впадающая в видимое впереди озеро. И над нами раскинулось ясное звёздное небо, где ярко горели две яркие звезды Спика и Дзета – звезды созвездия Девы. Мне показалось, что тончайший серп нарождающейся луны, зависший над горизонтом, улыбнулся мне и подмигнул своим единственным глазом.

– Ну что мы будем делать? – спросил меня Пу Сун-ли, олицетворяющий собой Духа, Обнимающий Пустоту 抱朴神 Бао-пу Шэнь, – Здесь вы вступаете в права Лазурного Дракона 藏伦 (цан лун), поэтому обретаете в этом дворце имя 抱朴龍 Бао-пу Луна. По небесным законам, вы в этом созвездии становитесь на одну ночь хозяином, а хозяин Водяной Дракон (цзяо) превращается в вашего гостя. Здесь вы увидитесь с двумя звёздами, которые уже ждут с вами встречи.

– Но чтобы быть хозяином, я должен что-либо знать об этом Дворце, – заметил я и попросил моих учителей, – вы меня не просветите?

– Во-первых, – молвил Юань Мэй, олицетворяющий собой Энергию, Обнимающую Пустоту 抱朴氣 Бао-пу Ци, – общее прорицательное значение созвездия Рога 角 (цяо) – благоприятное. Стихия этого созвездия – Дерево, день – четверг, планета – Юпитер, а животное – Гладкий Водяной Дракон. Сейчас он спрятался в том озере, чтобы вам не мешать, и зорко наблюдает за вами. Ведь вы, замещая его, должны положительно влиять на всех людей, живущих на земле, ибо Рог 角 (цяо) – это и есть рог весеннего Лазурного Дракона. Его появление над горизонтом китайцы традиционно считают началом весны. Согласно легенде, когда появилось созвездие Рога 角 Цзяо, начали размножаться животные и цвести растения. Поэтому это созвездие покровительствует всякому росту, созиданию, рождению потомства и сельскому хозяйству. Оно пророчит добрые вести, прирост благосостояния и удорожание имущества.

– Хочу добавить, – вставил своё слово в разговор Цзи Юнь, олицетворяющий собой Жизненную Сущность, Обнимающую Пустоту 抱朴精 Бао-пу Цзин, – дни, находящиеся под влиянием этого созвездия, идеально подходят для начала строительных работ, покупки земли, начала путешествия, закладки фундамента, заключения брака и свадебных церемоний. Считается, что все, вступающие в брак в день 角 Цзяо, приобретут важное положение в обществе и «приблизятся к сердцу Государства». Для похорон же этот день – неблагоприятный, ибо «в семье три года будут бедствия и болезни». В день Цзяо нельзя даже посещать кладбище. Цзяо весной предвещает благоприятные дожди и ветры, а зимой – дождливые ночи, за которыми следует похолодание. Гений этого созвездия обладает способностью обездвиживать своим взглядом змей. В этот день также свадебные обряды и путешествия – к счастью. Поэтому можно и нужно одевать новые одежды, ставить опоры, устанавливать врата, менять место жительства, кроить одежду. Всё это – к счастью, а погребение и захоронение в этот день – к несчастью. Человеку, родившемуся в этот день, достигнув совершеннолетия, придется много потрудиться на жену и детей, но в зрелом возрасте его ждет исполнение желаний.

В это время, пока он говорил, из лесной чащи вышел на поляну, однорогий олень и остановился недалеко от нас.

– Что это за животное? – спросил я учителей, указывая на него.

– Это и есть хранитель этого дворца Небесный Олень 天鹿 (тяньлу), – молвил Бао-пу Шэнь, – которому мы в знак признательности и должны рассказать наши истории.

Услышав эти слов, Небесный Олень подошёл ближе к нам и кивнул головой. Мы все четверо ему поклонились и Пу Сун-лин начал свой рассказ, такими словами:

– Мне приятно в этих горах встретить однорогого оленя, который охраняет эту местность в это время, потому что часто можно встретить призраков в таких горах. Есть такое поверье: «Там, где появляется олень, исчезают злые духи». В народе издревле считалось, что в горах водится горное чудовище 魈 (xiāo, 消), которое известно ещё как 山臊 (шань сао -позор горы). Об этом чудовище в книге «Чжэнцзытун» говорится, что горный дух имеет форму маленького ребенка, одна нога которого направлена назад. Он превращается в разные чудовища и любит по ночам пугать путников, хоть и называется эльфом. Гэ Хун в своей книге «Баопу цзы» «抱朴子» (Мудрец, обнимающий пустоту) иероглиф «魈» заменил на иероглиф «臊» (сао – соль). И в "Книге веков Цзинчу" и "Книге божественных различий" Дунфан Шу также сделал такую замену. В фольклоре Шаньдуна демон считается злым духом, и есть много упоминаний о зажигании петард во время Праздника весны, чтобы отогнать демонов. Например, в уезде Шаньхэ в первый месяц Нового года запускают пять ночных петард, чтобы отогнать этот дух, который в народе его называют обезьяной-мандрилой. Когда-то я под таким названием и написал свой рассказ.

И он поведал нам свою историю:

10. Мандрил

«Сунь Тайбай однажды рассказал историю о своем прадеде Сунь Гуне, который учился в монастыре Лю-гоу на Южной Горе и возвращался в монастырь через десять дней своего отъезда. Когда он открыл дверь в свою комнату, то увидел, что письменный стол покрыт пылью, а окна затянуты паутиной. Только ночью он, приведя всё в порядок, чувствовал себя и помещение достаточно свежими, чтобы отдохнуть и расслабиться. Поэтому он расстелил постель, сменил подстилку и закрыл дверь, чтобы уснуть.

В окно светила луна, и он долго лежал на лежанке, ворочаясь, не засыпая и прислушиваясь, всё ли стихло. Вдруг он услышал свист ветра и стук двери. Пока он думал об этом, ветер постепенно приближался к дому, и через мгновение дверь была распахнута. Прежде, чем он понял, что происходит, шум ветра проник в дом и сопровождался стуком сапог, приближающихся к двери спальни. В этот момент его сердце сжалось от страха. Дверь мгновенно распахнулась, и он увидел большое привидение, склонившее свое тело перед кроватью. Его голова почти касалась балки, лицо было цвета кожи старого ворона, глаза моргали, оглядывая комнату во всех направлениях. Оно открыло рот, как большой тазик, где зубы были редкими и длиной более трех дюймов. Затем приведение закричало так, что от крика сотрясались стены дома.

Сунь Гун был в ужасе и подумал про себя, что он не сможет убежать из этого маленького домика, поэтому он должен обороняться. Он достал меч из-под подушки и ударил призрака, попав ему прямо в живот со звуком, похожим на удар камня. Призрак был в ярости и протянул свои когти, чтобы схватить его. Сунь Гун немедленно отпрянул назад, но призрак успел схватить одеяло, и схватив его, и в гневе побежал прочь. Сунь Гун упал на землю вместе с одеялом и зарыдал от страха. Все члены семьи пришли с факелами и увидели, что дверь, как и раньше, была закрыта, поэтому им пришлось открыть окно и влезть в комнату. Увидев, в каком состоянии находится е Сунь Гун, все были удивлены. Его отнесли на кровать, прежде чем он рассказал им, что произошло до них. Потребовался совместный осмотр, чтобы увидеть, что одеяло попало в щель двери между спальней и коридором. Открыв дверь и осмотрев её с помощью фонаря, они увидели, что на одеяле остались следы когтей, размером с большой совок для мусора, а пять когтистых пальцев проткнули то место, к чему они прикасались. Сунь Гун дождался рассвета и не решился больше там оставаться, взял свой чемодан с книгами и отправился домой. Когда он позже спросил монахов в храме, случалось ли что-либо необычное после него, они сказали, что ничего необычного больше не происходило». (后来再问寺里的和尚，他们说再没有异常事情发生).

Пу Сун-лин закончил свой рассказ и посмотрел на Небесного Оленя, тот кивнул головой и остался стоять недалеко от нас. Пу Сун-лин посмотрел на меня, и я понял, что настал мой черёд рассказывать, но мне в голову не приходила ни одна история. Я в замешательстве потупил взор. И тогда Пу Сун-ли опять заговорил:

– А вот ещё одна история о встрече с призраком, когда другой человек укусил призрака, чтобы от него защититься.

И он рассказал эту историю:

11. Укус призрака

Шэнь Линь-шэн как-то рассказал мне: Его друг, некий старик Вэн, дремал летом, когда в тумане он увидел, как женщина подняла занавеску и вошла в дом, с белой тканью, обернутой вокруг головы, одетая в траурную одежду, и направилась во внутренние покои. Старик подумал, что это может быть соседская женщина, которая ищет его жену. Но потом он решил: «Зачем ей нужно приходить в чужой дом в траурной одежде?! (缞崔服麻裙) – Ведь это была траурная одежда, которую использовали те, кто скорбел в течение трех лет. Юбка была сделана из конопляной ткани. Пока он размышлял, женщина вышла из внутренних покоев и приблизилась к нему. Присмотревшись, он увидел, что женщине выглядела около тридцати лет, ее лицо было желтым и распухшим, брови были раздвинуты, и смотрелась она ужасно. Женщина заколебалась и подошла к кровати старика. Старик притворился спящим, чтобы посмотреть, что будет происходить дальше.

Вскоре после этого, женщина подняла свое платье и прыгнула на кровать, прижав старика к своему животу, который, по его ощущениям, весил несколько пудов. Хотя он всё понимал и пытался поднять руки, но они были будто связаны. Он хотел поднять ноги, но они были слишком слабы, чтобы двигаться. Старик пришёл в такое отчаяние, что хотел крикнуть о помощи, но не мог этого сделать. Язык не ворочался у него во рту. Затем женщина использовала свой нос и рот, чтобы обнюхать его лицо, его щеки, нос, брови и лоб. Старик почувствовал, что её рот холоден как лед, и этот холод проник в его кости. Торопясь, он попытался укусить её, когда она дотянулась до его щеки. И старику повезло, воспользовавшись ситуацией, он сильно укусил её за скулу, вонзив зубы в её плоть. Женщина почувствовала боль и хотела вырваться, одновременно борясь и плача. Но чем сильнее старик кусал, тем больше крови текло по её щеке и пропитывало подушку.

Когда они боролись, он услышал голос своей жены во дворе и закричал: «Призрак»! Как только он ослабил хватку, женщина отлетела в сторону. Его жена вбежала в дом и ничего не увидела, только посмеялась над ним и сказала, что ему приснился дурной сон. Старик подробно рассказал о странном инциденте и заявил, что у него есть доказательство – кровь на подушке, что подтверждает его слова. Они оба посмотрели и увидели, что откуда-то действительно что-то просачивается, похожее на воду, смачивая подушку и коврик. Когда они опустились на колени и принюхались, запах был рыбный. Старику стало настолько отвратительно, что его вырвало, и через несколько дней во рту все еще оставалось это зловоние.

Пу Сун-лин закончил свой рассказ и опять посмотрел в мою сторону, но я так увлёкся этим рассказом. Что совсем забыл о том, что и я должен рассказать свою историю. Мне опять пришлось смущённо опустить глаза и пожать плечами. Небесный Олень стоял рядом с нами и тоже ждал. Пу Сун-лину пришлось рассказывать в третий раз. И он рассказал историю о ловле лисы, сопроводив её такими словами:

– Но в мире нечисти существуют не только призраки, но и лисы, которые могут приставать к человеку.

12. Ловля лисы

«Сунь Лао Вэн, дядя моего свекра Сунь Цинфу, всегда был очень мужественным. Однажды, когда он прилег отдохнуть, ему показалось, что кто-то забрался в его постель, а затем он почувствовал, что его тело раскачивается, как будто он едет на облаках. Ему пришла в голову мысль: а не попался ли он в кошмарный сон духа лисы. Он прищурился, тихонько стал подглядывать и увидел, как что-то размером с кошку, с желтой шерстью и зеленым ртом, медленно ползет от его ног по его телу вверх. Это нечто, похожее на кошку, кралось тихонько, как будто боялось разбудить старика. Через мгновение она эта тварь прижалась к телу старика, рядом с его онемевшими ногами, которыми он едва мог двигать. Когда она только-только достигла живота, старик вдруг сел и, с силой сведя ладони вместе, поймал её, обхватив обеими руками. Она завыла в тревоге, но не смогла вырваться.

Старик поспешно позвал жену, связал лису веревкой за талию и, затянув веревку с двух концов, сказал с улыбкой: «Я слышал, что ты хорошо умеешь менять своё обличие, поэтому сегодня я здесь хочу понаблюдать за тобой и увидеть, как ты будешь выкручиваться».(听说你善于变化，今 天我在这里盯着你，看你怎么个变法).

Пока он говорил, живот лисы вдруг сжался, как тонкая трубка, и она почти сорвала веревку, чтобы убежать. Старик испугался и поспешно затянул веревку. Но лиса снова раздулась и стала толстой, как бочка, и её уже нельзя было задушить. Но как только она выдохнула, то снова уменьшилась.

Опасаясь, что лиса убежит, старик велел жене принести оружие, чтобы убить её. Старушка в панике огляделась вокруг, но не знала, куда положила нож. Старик кивнул головой влево и показал, где он оставил нож. Когда жена вернулась с ножом, то в его руке остался только пустой веревочный силок, похожий на кольцо, а лиса исчезла».

Пу Сун-лин закончил свой рассказ и посмотрел на меня, но и в этот раз я не решился рассказать что-нибудь интересное, так как все истории вылетели из моего головы. Я покачал головой, и ему пришлось вспоминать свои рассказы, благо, что в его запасе имелось их множество. На этот раз он рассказал историю «о призраке, живущем среди гречихи».

13. Призрак, живущий в гречихе.

В уезде Чаншань жил старик по фамилии Ань, который по своей природе был крестьянином. Однажды осенью, когда созрела посаженная им гречиха, он срезал её и сложил на краю поля. Так как в соседней деревне были воры, Ань приказал своим арендаторам увезти гречиху с поля на телеге при свете луны. После того как арендаторы, погрузив телегу, отогнали её, он остался сторожить не вывезенный урожай и лег на землю с копьем под головой, немного отдохнуть с закрытыми глазами.

Вдруг он услышал, как кто-то идет по корням гречихи, скрипит и гогочет. Он подумал, что это может быть вор, а когда поднял голову, то увидел перед собой огромного призрак в несколько сажень ростом с рыжими волосами и грязной бородой. Испугавшись, старик Ань вскочил и ударил его копьем. Призрак вскрикнул, как раскат грома, и исчез. (鬼大叫一声，如打雷一般，随即不见了). Боясь, что призрак вернётся, он поднял копье и пошел обратно в деревню. На полпути к деревне он встретил арендаторов, рассказал им, что произошло с ним только что, и предупредил, чтобы они не возвращались. Мужчины не были в этом уверены.

На следующий день, когда гречиха сушилась на поле, они вдруг услышали шум в воздухе. Ань был в ужасе и закричал: «Призраки идут»! Он крикнул и побежал, а группа последовала за ним. Через некоторое время, когда ничего не произошло, они вернулись толпой. Старик приказал группе приготовить луки и стрелы и ждать этих призраков. Через день призрак появился снова, и группа выпустила стрелы наугад, и призраки были отпугнуты. После этого их не появлялся в течение двух или трёх дней.

Когда гречиха была высушена и убрана в амбар, на поле оставалась солома. Старик приказал своим жильцам собрать её и сложить в скирды и стога, а сам забрался с ногами на вершину стога. Когда высота стогов достигла нескольких футов, он вдруг посмотрел поверх стогов вдаль и закричал: «Призраки идут»! Пока группа искала лук и стрелы, один призрак уже добрался до старика, тот упал на кучу, призрак погрыз ему лоб и ушел. Чуть позже все подошли к куче, чтобы посмотреть и увидели, что у старика был отгрызен кусок плоти со лба размером с ладонь. Старик лежал без сознания, его отнесли домой, где он вскоре умер. Никто так и не узнал, что это было за чудовище.

Когда Пу Сун-лин закончил свой рассказ, Небесный Олень вдруг, повернув голову в мою сторону, спросил:

– А почему наш самый главный гость не рассказывает свои истории?

От неожиданности я оторопел, так как не предполагал, что обыкновенный по виду олень способен говорить человеческим голосом. Раньше я вообще не подозревал, что животные способны как-то членораздельно произносить звуки, вкладывая в них определённую семантику, иными словами, наделяя звуки определённым смыслом, имеющим значение. Это было для меня шоком, но, всё же, взяв себя в руки, я сказал:

– То, что вы говорите, – это самое большое потрясение в моей жизни, – я никогда не видел и не слышал говорящих оленей. По сравнению с этим явлением, все другие чудеса о бесах, феях, лисах и прочей нечисти не только бледнеют, но и предстают передо мной сейчас обыденными вещами. Раньше я думал, что среди животных самые умные – это собаки, которые живут рядом с человеком и ежедневно общаются с ним, и поэтому способны в какой-то мере понимать его речь, Но чтобы собака сама заговорила – такого я даже в мыслях не мог допустить. И тут я увидел вас, говорящего оленя.

– Вы считаете, что только человек обладает способностью ментального общения? – с сарказмом спросил меня Небесный Олень.

– Да, я так считал до настоящего момента! – воскликнул я. – Раньше у меня возникали подозрения, что и птицы могут говорить, так как их пение весьма напоминает нашу речь, Но одно дело – звуки, а другое дело – слова, когда эти самые звуки насыщаются символами, знаками, несущими определённый смысл. Правда слова, сами по себе, тоже ничего не значат, но в сочетании меж собой они порождают нечто, что именуется речью, имеющую в себе сакральное значение понимания того, что происходит в мире. Слова как бы связывают все смыслы воедино, порождая некую картину реальности самой жизни, где есть и покой и движение и разные оттенки всего происходящего, то есть того, что видится и слышится в природе. И это чудо порождает в нас чувство причастности к природе и ко всему, что происходит вокруг нас. Надо же быть такому – увидеть говорящего оленя! Если я кому-то из нормальных людей расскажу это, то мне не поверят. И в самом деле, чудес хватает в этом мире!

– Совершенно верно, – поддержал меня Юань Мэй, – весь этот мир неописуем словами. Как бы много вы не говорили о какой-нибудь вещи, о каком-то событии, качестве или о чём угодно, вы не сможете сказать всего об этом. Поэтому и порождаются такие разные мысли у всех в голове, так как любое понятие не может фиксировать всё богатство содержания отражаемого в нём предмета.

И это говорила мне Энергия, объемлющая Пустоту. В то время как Дух Объемлющий Пустоту, высказал свою точку зрения:

– Человеку только кажется, что он – единственное существо, способное овладеть инструментом мышления, в то время как вся сама природа наделена этим необходимым ей механизмом, позволяющим ей решать любые возникающие проблемы и приводить мир к гармонии. И именно эта природа наделяет всех порожденных ею существ этим даром, чтобы они жили и как-то взаимодействовали друг с другом в мире. А так как в мире не существует тождества, то всё, что в нём есть, необычно уже по своей природе, поэтому не стоит удивляться никаким чудесам.

Это высказывание поддержала и Жизненная Сущность, Объемлющая Пустоту, выразив своё мнение:

– Несмотря на то, что в мире нет полного тождества, и всё же, независимо от этого происходит отождествление, которое и привязано к механизму слов, позволяющих находить в друг друге нечто общее, связывающие эти сущности, хотя и эти отождествления сразу же обнаруживают в себе различия, способные порождать разные уровни абстракций. И эти абстракции, возникая и распадаясь, заполняют собой эту Пустоту, которая и является миром. Можно сказать, что в мире существует определённый смысл, а можно и сказать, что никакого смысла ни в чём нет. И обе эти точки зрения будут правдивы, потому что мир живёт сам по себе, собирая определённые конструкции, и затем, разрушает их, чтобы потом построить новые. Природа как бы играет в свою собственную игру. А чудеса всегда останутся чудесами, где бы они ни происходили, и какими бы они не были.

И он рассказал историю чудес, происходящих на праздновании одного Дня рождения.

14. Чудеса, происходящие на Дне рождения

«В двадцать восьмой день пятого лунного месяца в год 戊寅 (У-Инь), когда господину 吳林塘 У Линь Тану было за пятьдесят, он жил во дворце «Великое Спокойствие» 太平 Тайпин. Я отправился туда, чтобы отпраздновать его День рождения. Ему было около шестидесяти лет, он говорил с южным акцентом и изъяснялся весьма элегантно. Гостям были предложены изысканные кушанья, отличное вино и курительные трубки с табаком четырёх видов. Когда закончилась трапеза, и к концу подходило чаепитие, к гостям вышел маг и сказал: «Могу я вам предложить для вашего удовольствие моё искусство управления журавлями»? (為君添鶴算，可乎)? Гости с охотой дали согласие посмотреть представление. Маг открыл рот и выпустил изо рта двух небольших журавлей, которые разлетелись по углам зала. Затем он снова открыл рот и выдохнул из себя большой круг дыма размером с блюдо, через который стали пролетать журавли. Они кружились, пролетая через круг взад и вперёд, как иглы через натянутые с тканью пяльцы. Затем всё это превратилось в дымку, поднялось к потолку зала и рассеялось. Я с роду не видел ничего подобного. После этого вышел его ученик и сказал: «Я не так хорош, как мой мастер, но могу перед вами разыграть небольшую музыкальную пьесу».(吾技不如師，為君小作劇可乎). Он набрал в лёгкие как можно больше воздуха и выдохнул его. И сразу же над гостями, сидящими за столами, появилось облако, в котором образовался небольшой дворец с лестницей и перилами, изящными колонами и резными окнами. Вокруг дворца был разбит цветочный сад, в котором на глазах у всех вырастали и распускались чудные цветы. Откуда-то возникала приятная музыка, завораживающая сердце. Ученик сказал: «Это – сказочный морской Дворец Дракона, который всем раздаёт богатства». И в этот момент все гости ощутили в своих руках золотые монеты». Они настолько было поражены, что и описать эту сцену было невозможно. Я видел собственными глазами, как журавли пролетали через круг, и как в одно мгновение цветы распускались. Я бы не поверил в такие вещи, если бы их не видел. (如此事非余目睹，亦終不信也).

Когда Цзи Юнь закончил рассказывать свою историю, Юань Мэй сказал:

– Чудеса могут возникать не только под воздействием силы воли человека. Любое живое существо на земле обладает достаточной энергией, чтобы преображаться и противостоять внешним опасностям. Но в состязании живых существ и человека чаще всего побеждает мудрец, накопивший в себе знания, которые помогают ему одерживать победу.

И он рассказал историю о человеке, умевшем ловить змей с помощью магии:

15. Человек, способный ловить змей с помощью магии

«Чжан Янь Цяо из Цзянъиня как-то рассказал мне такую историю: «Однажды в местности расплодилось множество змей, от который не было спасения. Тогда в столицу приехал гость с юга, обладающий магической силой и утверждавший, что может заговаривать змей. Хозяин, пригласивший его, хотел посмотреть, как он это делает, но долгое время тот не соглашался приступить к заклинаниям, и хозяин снова и снова уговаривал его сделать это, как можно быстрее. Сначала гость приказал бамбуковым рабочим срезать сто бамбуковых палок длиной около трех аршинов и распилить их концы в виде конусов, как для стрел. Когда пришло время, хозяина и его гость пригласили людей связать бамбуковые палки пеньковой веревкой и отправиться в храм Каменного Будды на Западной Горе 西山石佛廟. На платформе для распиливания камня хозяин дома и его гость развязывали бамбуковые палки, освободив их от верёвки, и вошли в храм.

Тогда же и поднялся ветер, а в траве послышался шум, и клубки сплетающихся змей появились повсюду в большом количестве. Они были то маленькие, то большие, катались и кружились вокруг, переливались разными цветами и походили на большие цветы. Люди были поражены тем, чего раньше никогда не видели. Наконец появилась Чёрная Змея, не очень большая, с телом, блестящим, как лак, и, подняв голову, смотрела на гостя. Гость внезапно изменил в лице и крикнул: «Я не боюсь тебя! Исчезни»! Он тут же написал на бумаге талисман и сжёг его на жертвеннике. Все змеи разбежались, но Чёрная Змея не ушла. Она высунула язык, открыв свой рот, словно в гневе. Гость, одетый в волосяной плащ и босой, произнес заклинание, и сам высунул язык и плюнул в неё кровавой слюной. После этого Чёрная Змея уползла. Гость сказал толпе: «Можете возвращаться домой, так как эта змея приползала состязаться со мной». Он приказал толпе вновь связать бамбуковые палки веревками и привязать их к спине каменного Будды, а несколько бамбуковых палок оставить возле него, что они и сделали. Он ещё раз призвал их отправиться домой, сказав всем: «Вы можете вернуться завтра. Эта змея ещё раз приползёт, чтобы сразиться мной. Я не могу уйти отсюда, ибо это нанесёт вред моему магическому искусству. Мне нужно заняться медитацией и набраться энергии Ци для сражения с ней. Оставьте меня здесь одного». Весь народ разошёлся по домам.

Когда люди вернулись к храму на следующий день, то расспросили монахов храма и узнали, что ночью по небу поплыли тяжёлые дождевые облака, гонимые сильным ветром, змеи поднимались в воздух, открывая рты, и набрасывались друг на друга, будто хотели друг друга проглотить. Гость же сидел перед храмом в глубокой медитации, собирая внутри себя энергию Ци. Как только он наполнялся энергией, то тут же бросал бамбуковую палку в змею, которая попадала ей точно в живот, и змея испускала дух. Так было уничтожено в воздухе множество змей, и каждый раз с гибелью очередной змеи, сила Чёрной Змеи уменьшалась. Когда была убита последняя змея, то Чёрная змея рухнула на землю и умерла. Ветер и дождь тут же прекратились». (蛇斃於地，風雨亦息).

Выслушав все эту историю, Небесный Олень, кивнул головой о знак признательности за рассказы литераторов, и опять обратился ко мне с вопросом:

– Вы тоже думаете, что человек – это самое совершенное существо в природе по своей ментальности?

– Не знаю, – проговорил я неуверенно, пожав плечами. – Дело в том, что я не могу сравнить языки животных с нашей человеческой речью. Но я полагаю, что любое существо способно к само-рефлективности. Ведь многие существа, помимо человека, живут в этом мире вполне разумно. А принцип само-рефлективность состоит в том, что мыслящее существо, а я уверен, что все живые существа склонны к размышлениям, мыслящее существо обладает самосознание, что подразумевает обладание неким языком коммуникации. А раз так, то в этом языке должен быть язык о вещах, который развивается до языка в языке, чтобы воздействовать на язык и совершенствовать его. Но на этом развитие языка не останавливается, так как мыслящее существо, при помощи языка, способно воздействовать на мир, а далее – воздействовать на своё воздействие и на воздействие высшего порядка и так далее до бесконечности. Так рефлексия переходит от чувства к стремлению доминировать: управлять собой и окружающим миром. Поэтому в мире происходит постоянная борьба рефлексий и стремлений к доминированию. И этот факт доказывают только что рассказанные моими учителями истории.

– Значит, вы допускаете, что человеком могут управлять более совершенные существа? – опять спросил меня Небесный Олень.

– Я не только это допускаю, но и уверен в этом, – ответил я увлечённо,– иначе бы люди не строили храмов и не поклонялись высшим сущностям. К сожалению, человек не знает, какова природа окружающей нас действительности, состоит ли мир из материи или из ощущений. Именно поэтому так важна для всех живых существ семантика – так называемое смысловое значение символов и слов, обозначающих ту или иную вещь. Ведь любое птичье чириканье можно воспринимать как смысловой семантический ряд звуковой коммуникации. Ведь можно создать такой ряд, сделав его световым и тактильным, и всё это станет языками мира, и чтобы понимать эти языки, необходимо проникнуть в их основы. А основами всего этого построения в живом мире являются две составляющие: перципиент и индуктор. Это – как материя и сознание, тело и душа, пространство и время. Ведь нет пространства без времени, нет материи без сознания и нет тела без души. Но могут быть душа без тела, сознание без материи и время без пространства. В этом и заключается парадокс нашей действительности, из которого рождаются все чудеса. И эти чудом является феноменология, то, что порождается миром и не управляется ни одним из известных нам законом физического мира.

Услышав эти слова, Небесный Олень удовлетворённо кивнул мне головой и сказал:

– Добро пожаловать в звёздное пространство, заполненное всем тем, о чём вы говорите: Вечным временем, Всемирным Сознанием и Нетленным Духом, питающим мириады бессмертных душ.

Он поклонился нам и, топнув ногой, умчался в чащу леса. А перед нами появился небольшой ажурный столик с кувшинчиками небесного эликсира и блюдо со спелыми персиками из сада Бессмертного Источника.

Над нами простиралось бескрайнее звёздное Небо.

Звезда Спика (Альфа из созвездия Девы)

Когда Священный Олень удалился в рощу, мы вчетвером приступили к небесной трапезе, попивая эликсирное вино из кувшинчиков, сделанных из тыковок-горлянок, и лакомились персиками из сада Бессмертного источника. Над нашими головами на небосводе ярко горели две звезды созвездия Девы: Спика (Альфа) и Дзета.

Бао-пу Шэн, глядя на эти звезды, спросил:

– Вы знаете, почему истинные поэты обычно сочиняют свои стихи под звёздами?

Бао-пу Цзин рассмеялся и сказал:

– Не трудно догадаться. Звёзды помогают поэтам сочинять стихи.

Бао-пу Ци поддержал их, заметив:

– Это означает, что под каждой звездой рождается один человек, также как и каждая звезда рождает одного поэта.

Цзи Юнь глубокомысленно заметил:

– Звёзды обычно говорят о чувствах и о любви, человеческой, потому что под звёздами расцветает любовь и зарождается новая жизнь. Они способствуют сближению душ и дарят человеку нечто такое, что остаётся с ним на всю жизнь. Поэтому я хочу рассказать одну историю для подтверждения моих слов.

И он рассказал историю о поэте Чжу Цзине:

16. Звездный поэт

«Чжу Цзин родился в одной достойной семье поздним сыном в первый год правления императора Цяньлуна. Не успев многому научиться, он смог сочинить восемь стихотворений. Когда его перевели в деревню в Бию, он начал понемногу изучать поэзию, но еще не знал пути к древнему письменному языку. Когда я прибыл в армию на Западе, я оставил свой поэтический клуб и увлёкся двумя другими поэтическими школами в Цзинлине, поэты которых писали свои стихи под звёздами. Там я и познакомился с Чжу Цзином, а позже последовал за ним в Тайань, где увидел копию книги Пу Сун-лина «Ляочжай чжии» «聊齋志異» до того, как книга была издана. Книга ещё не была опубликована, и некоторые его стихи по ошибке включили в неё при её издании, а потом уже ничего невозможно было исправить. А вскоре в боях он попал в засаду и был убит. Его стихи и сочинения были переданы не только Сунь Шу-тину, но и другим для хранения, а позже попали в руки его отца, но всё же затерялись и совсем пропали. А всё остальное, что не было собрано, куда-то делось. Так его стихи растворились в неизвестности или в изданиях других поэтов, потому что не были вовремя собраны и включены в альманах для публикации. Так он и остался звёздным поэтом, сочинявшим свои стихи под звёздами и для звёзд. Я часто, вспоминая его, представлю его одинокую фигуру, мёрзнущую у костра, с устремлённым взглядом к звёздам, и сочиняющим свои стихи для звёзд, которые, к сожалению, так и не стали достоянием человечества».

Закончив этот рассказ, Бао-пу Цзин сказал:

– Так давайте в честь его памяти тоже уподобимся звёздным поэтам и сочиним стихи, посвящённые звёздам.

– Тогда сегодня нам предстоит между собой устроить турнир по стихосложению, – сказал Бао-пу Шэнь, – при общении со звёздами это просто необходимо. Я думаю, что стихи, даже не услышанные человечеством, всё равно стают большой ценностью, потому что их слышат духи и окружающие нас одухотворённые вещи. В этом мире ничто не исчезает и не пропадает, так как звёзды всё запоминают и, впоследствии, всё это возвращают людям, передавая им в минуты их вдохновения всё то, что было сохранено ими во Вселенной. Но прежде, чем начать наш турнир по стихосложению, давайте обратим наш взгляд на землю и постараемся разглядеть те тайны, которые скрываются в кажущихся нам неодухотворённых предметах и вещах, и чтобы привлечь внимание звёзд, расскажем по одной такой истории. Первым начну я.

И он рассказал историю о домашних демонах.

17. Домашние демоны

«Ли Гун из уезда Чаншань, племянник Ли Да Си-ку, имел в своем доме демонические явления. Однажды Ли Гун увидел в зале длинную скамью, телесно-красного цвета, очень тонкую и влажную. Он подошел и потрогал её, потому что не видел такой вещи раньше. После прикосновения его руки скамья прогнулась и стала такой же мягкой, как телесная плоть. Ли Гун испугался и отскочил он неё в сторону. Отбегая, он оглянулся и увидел, что тварь передвигается на всех четырех ножка и постепенно растворяется в стене. В другой раз, Ли Гун заметил на стене тонкий белый деревянный посох, очень гладкий и чистый. Когда он подошел и потрогал его рукой, деревянный посох упал, изогнувшись, как змея, и вошёл в стену, где его через мгновение не было уже видно.

В семнадцатом году эпохи правления императора Канси ученый Ван Цзюнь-шэн преподавал в доме Ли Гуна. Однажды в сумерках, зажегши лампу, господин Ванг лежал в постели, не снимая обуви. Вдруг он увидел, как маленький человечек, не более трех дюймов ростом, вошел через дверь, немного повертелся в разные стороны и снова вышел. Через некоторое время маленький человек принес две маленькие табуретки и поставил их посреди комнаты. Это были маленькие игрушечные табуретки, как будто сделанные из соломы для детей. Через мгновение двое маленьких мужчин внесли гроб, длиной всего четыре дюйма, и поставили его на два маленьких табурета. Не успели закончиться приготовления, как вошла другая женщина с несколькими служанками и слугами, такими же маленькими, как и другие человечки. Женщина была одета в траурную одежду, её талия была перевязана пеньковой веревкой, голова была обернута белой тканью, а рот она прикрывала рукавом, тихо плакала и что-то шептала, звук её голоса напоминал жужжание большой мухи. Господин Ван долго подглядывал и так испугался, что его кости стали холодными, как иней. Он пытался закричать и убежать, но не смог этого сделать, и вместо этого, забился под кровать и дрожал, будучи не в силах встать. Когда люди в павильоне, наконец, услышали его крики и бросились посмотреть, что происходит, все маленькие люди и предметы в доме внезапно исчезли. (当馆里的人们听到喊叫声急忙跑来看时，屋里的小人和小物全都忽然不见了).

После этого Юань Мэй рассказал свою историю «о стебле золотого лотоса».

18. Ветвь золотого лавра

Один богатый человек, услышав о добродетели старого монаха в храме, пригласил его к себе домой и предложил ему комнату для поклонения, где стояли подставки для курительных палочек и горелки для благовоний, сделанные из золота.

Однажды монах медитировал в своей тихой комнате, как вдруг увидел разноцветное облако и почувствовал странные ароматы, наполняющие комнату, и две нимфы пришли с постаментом из цветков лотоса и сказали: «Мы пришла поприветствовать тебя по приказу Будды на Западе, чтобы ты присоединился к нам и отправился в страну Благодати». Монах побоялся идти с ними, потому что считал, что у него ещё мало заслуг. Нимфы неоднократно убеждали его, но он отказывался, и они, исчерпав все средства убеждения, сказали ему: «Если ты не пойдёшь с нами, то не сможешь вернуться к своей судьбе».

Монах извинился и, взяв из вазы веточку лавра, протянул им перед их уходом. На следующий день в доме хозяина родился осленок, который упал на землю и тут же умер. Слуги разрезали его и нашли в желудке ветвь золотого ладана. (明日，主人家產一驢，墮地而死，奴僕輩剖食之，腸中有金香一枝，驚白主人，僧不知也，即主人亦不知金香桂為供奉和尚之物).

Монах был настолько потрясен, что рассказал хозяину, что произошло накануне смерти его ослёнка. А когда он заглянул в вазу, то увидел, что там не хватает ветки лавра. Тогда он сказал своему хозяину, что накануне его приветствовал сам цветок лотоса.

После этого рассказа мы, устремив свои взгляд к звёздам, сочинили свои звёздные стихи.

Бао-пу Шэнь 抱朴神 (Дух, обнимающий пустоту):

Любовь прекрасна, ведь она, подобная искусству,

Жизнь превращает в радость своим благостным деяньем,

Рождая жизнь, дух обновляется и с новым чувством,

Всю душу заполняет нашу новым содержаньем.

Глаза из глубин сердца светят отблеском лучистым,

А тело наше и душа стают прекрасным храмом,

Мир открывается нам в обновленье своём чистом,

И друг наш в образе нам видится, прекрасном самым.

Бао-пу Ци 抱朴氣 (Энергия, обнимающая Пустоту):

Когда мы в медитации умом своим сольёмся

С умом друзей в общении, то наше пониманье

Границы мира расширяет до переживанья

Всего прекрасного, где мы навечно остаёмся.

И жизнь вновь расцветает как при согреванье вешнем,

И мы уже не ищем от всего уединенья,

И радость мы находим и во внутреннем и внешнем,

И одиночество становится объединеньем.

Бао-пу Цзин, 抱朴精 (Сущность, обнимающая Пустоту):

Но всё равно мы одиноки в глубине душевной,

Ведь смутное внутри нас глубоко ещё таится,

И не всегда способны мы душой своей открыться,

Хоть близок нам порой какой-либо мотив, напевный.

Но мы во всём улавливаем некое страданье,

И мы не можем в него всё-таки не окунуться,

В то смутное, что вызывает в нас узнать желанье,

Что – этот? Мы с собой лицом к лицу можем столкнуться.

Бао-пу Пу 抱朴朴 (Пустота, обнимающая Пустоту):

Но нам доступен всё же мир, и внутренний и внешний,

Когда мы гибки, то и мир становится текучем,

Границы рушатся. Потусторонний мир и здешний

Между собой сливаются в объятии, могучем.

И между мёртвыми, живыми нет уж разделенья,

Дух всех объединяет через высшее сознанье,

Нет скорби, и нет радости, а есть лишь созерцанье.

Далёких звёзд, что посылают нам благоволенье.

Когда мы прочитали наши стихи, то над нашей поляной произошла вспышки, и мы увидели, как на некоторое время звезда первой величины Спика (Альфа из созвездия Девы) зависла в небе, приблизившись к нам из глубин космоса, и мы услышали её шёпот: «Стихи великолепны»! И после этого она моментально отдалилась.

Звезда Дзета созвездия Девы

Мы выпили еще раз по одному кувшинчику, закусив персиками, и Пу Сун-лин сказал:

– Прекрасное вино и вкусные персики! Небесные пиры всегда отличались своей изысканностью и отменным вкусом.

И тут, вероятно, из-за того, что вино ударило мне в голову, я вдруг допустил непростительную оплошность, сказав с бухты-барахты:

– Вот бы попробовать ещё рыбки из того озера или этой реки, что течёт внизу с этой горы. Наверняка, и рыба здесь отменного вкуса.

Пу Сун-ли улыбнулся и сказал:

– На небесах рыбу не едят. Все плотоядные существа живут на земле, из духов лишь бесы питаются рыбой. А вы знаете историю о Ван Лю-лане (王六郎)?

Я ему ответил, что такую историю я не слышал, и тогда Пу Сун-лин поведал мне следующее:

19. История о Ван Лю-лане, пьющем вино

«На севере уезда Цзычуань жил человек по имени Сюй, который зарабатывал на жизнь ловлей рыбы. Каждый вечер он приносил вино к реке и пил его во время рыбалки. Перед тем как выпить, он всегда наливал чашку и молился: «Утонувшие в реке призраки, пожалуйста, приходите и выпейте со мной»! (河中的溺鬼，请来喝酒吧)! Это вошло в привычку. Другие часто ловили очень мало рыбы, но он каждый день налавливал полные корзины. Однажды вечером Сюй просто пил в одиночестве, когда увидел, что к нему приближается молодой парень и ходит возле него. Сюй попросил его выпить с ним, юноша не отказался, и присоединился к нему. Так они выпили вместе несколько чарок и разговорились. Юноша встал и, поклонившись, предложил: «Я поплыву вниз по течению и пригоню тебе рыбу». (我到下游为你赶鱼). Он сказал и уплыл вниз по течению. Через несколько минут молодой человек вернулся и крикнул: «Большая стая рыб приближается»! (大群鱼来了)! Конечно, послышался звук множества рыб, заглатывающих наживку. Затем Сюй закинул сеть и поймал в одну сеть дюжину крупных рыб, длиной в аршин. Он был счастлив и горячо поблагодарил молодого человека. Когда юноша хотел уйти, Сюй предложил ему рыбу, но тот не захотел её взять и сказал: «Я много раз пил ваше хорошее вино. Как же я могу отблагодарить вас за такую милость?! Если вас не затруднит, я буду часто навещать вас». Сюй сказал: «Как вы можете говорить "много раз", когда мы встречались всего одну ночь? Я был бы очень рад, если бы вы пришли и помогли мне, но как я могу отплатить вам за вашу доброту?». Тогда он спросил молодого человека, как его зовут. Молодой человек сказал: "Меня зовут Ван, и у меня нет имени, поэтому при встрече зовите меня Ван Лю-лан». (我姓王，没有名字，你见面就叫我王六郎吧). Сказав это, он попрощался и ушел. На следующий день Сюй продал рыбу и купил ещё вина. В тот вечер, когда Сюй пришел к реке, Лю-лан уже ждал его, и они опять выпивали вместе. Выпив несколько чарок, Лю-лан ещё пригнал много рыбы для Сюя.

Прошло полгода. Однажды Лю-лан неожиданно сказал Сюю: «Мы с вами давно знакомы, но скоро, к сожалению, расстанемся. И мне от этого очень грустно». Сюй удивилась и спросила его, почему они должны расстаться. И тот сказал: «Теперь, когда нам предстоит расставание, я скажу вам всю правду: на самом деле я – призрак, но я живу в реке уже много лет, потому что выпил слишком много вина еще до своего рождения. В прошлом вы ловили больше рыбы, чем другие, потому что я помогал вам тайно пригонять её, в награду за вино. Завтра мое время истекает, и кто-то придёт мне на смену, а я рожусь на земле». Когда Сюй услышал эти слова, то сначала очень испугался, но, проведя много времени вместе с ним, он уже привык к нему и не боялся его, как призрака, а скорее огорчился. Он налил полный кубок вина и, держа его в руке, говорил: «Лю-лан, я пью за вас! Надеюсь, вы не будете грустить, когда выпьете этот кубок. Печально, что мы больше никогда не увидимся, но я должен поздравить вас с избавлением от этой беды. Не грустите, и будьте счастливы»! Они продолжали пить. Сюй спросил Лю-лана: «Кто же придёт заменить вас?". Тот ответил: «Мой друг, завтра вы можешь подождать у реки в тени, и всё увидите сами». Услышав крик деревенского петуха, они прослезились и попрощались.

На следующий день Сюй наблюдал за рекой из кустов, ожидая то, что должно произойти. В полдень женщина, несущая ребенка, упала в воду, когда дошла до реки. Ребенка бросила на берег, и он закричал, дрыгая ручками и ножками. Женщина проплыла несколько раз вверх и вниз, затем поднялась на берег реки, села на землю и немного отдохнула, после чего взяла ребенка и ушла. Когда Сюй увидел, как женщина упала в воду, ему нестерпимо захотелось спасти её, но когда он подумал, что она – подстава для перерождения Лю-лана, то это охладило его стремление помочь ей. Когда он увидел, что женщина не утонула, то заподозрил, что слова Лю-лана были абсурдными.

В тот вечер Сюй опять пришёл на то же место ловить рыбу, а Лю-лан был уже там и сказал: «Теперь, когда мы снова вместе, мы можем пока забыть о нашем расставании». Сюй спросил друга о том, что произошло днём, и Лю-лан ответил: «Женщина должна была занять моё место, но я пожалел ребенка на её руках и не смог вынести того, что ради меня одного пострадали бы жизни двух людей. Поэтому я решил отказаться от этой возможности, но я не знаю, когда появится другая замена моей смерти. Возможно, поэтому нам ещё не суждено расстаться». Сюй облегчённо вздохнул и сказал: «Такая доброта в твоем сердце всегда может тронуть Нефритового Императора». (你这种仁慈之心，总可感动玉帝的).

С тех пор они вдвоем продолжали пить и ловить рыбу. Через несколько дней Лю-лан снова пришел попрощаться с Сюем, который подумал, что появилась другая замена Лю-лану. И тот сказал: «Нет, моя доброта действительно тронула Нефритового Императора, и я был принят на службу в качестве Бога Земли в городе Ву уезда Чжаоюань. Завтра я уезжаю на свою новую службу, чтобы принять должность. Поэтому, если вы не забудете о нашей дружбе, то, не обращая внимания на долгую дорогу, поезжайте в Чжаоюань, чтобы повидаться со мной». Сюй поздравил его и сказал: «Я очень рад, что вы стали богом благодаря своему правильному поведению. Но между человеком и богом – огромное расстояние, даже если я не боюсь этого расстояния, как я смогу встретиться с вами?". Лю-лан ответил: «Просто приезжайте и не волнуйтесь». И они расстались.

Когда Сюй вернулся домой и начал собрать свои вещи, чтобы отправиться на восток в Чжаоюань, его жена, узнав об этом, рассмеялась и сказала: «Боюсь, я бы не смогла говорить с глиняным идолом, даже если бы у меня была такая возможность». Сюй не стал слушать её и отправился в Чжаоюань. Расспросив местных жителей, он узнал, что город под названием Ву действительно существует. Когда он нашел город, то остановился в гостинице и спросил у хозяина, где находится Святилище Земли. Хозяин удивился и спросил: «Ваша фамилия Сюй?» (客人莫非姓许)? Сюй ответил: «Да, но откуда вы знаете?». Владелец гостиницы снова спросил: «Вы и есть тот гость из Цзычуани»?. Сюй ответил: «Да, но откуда вам это известно»? Владелец гостиницы не ответил и быстро вышел. Деревенские жители пришли посмотреть на Сюя, как на некую диковинку. Сюй был поражен ещё больше. Они сказали ему: «Несколько ночей назад нам всем приснился сон, в котором Божий человек пришел к нам и сказал, что человек по имени Сюй из Цзычуани придёт в это место, и мы должны оказать ему и поддержку и хорошо принять. Поэтому мы ждали вас здесь долгое время». Сюй был весьма удивлен, а потом отправился в храм Святилище Земли, чтобы поклониться Лю-лану и помолиться. Во время поклонения он сказал: «С тех пор, как я расстался с вами, я вспоминал об этом во сне, поэтому я проделал весь этот путь сюда, чтобы присутствовать на встрече с моим давним другом. Я очень благодарен вам за то, что вы рассказали жителям деревни обо мне, явившись к ним в их снах. Мне стыдно, что у меня нет подарка, но у меня есть маленький кубок вина, специально принесённый мной для вас. И если вы не возражаете, я выпью за вас, как мы уже с вами делали много раз когда-то у реки». После молитвы он сжег несколько бумажных денег. Через несколько мгновений за троном божества поднялся вихрь и долго кружился, прежде чем рассеяться.

Этой ночью Сю приснилось, что Лю-лан пришел в храм, одетый совсем не так, как раньше. Он сказал: «Я рад и печален, что вы проделали такой путь, чтобы увидеть меня. Но сейчас я не могу встретиться с вами из-за своих обязанностей, и я далеко от вас так же, как гора от реки. Жители деревни преподнесли мне скромный подарок в знак благодарности для моего старого друга. Когда вы вернетесь, я приду проводить вас». Сюй пробыл там несколько дней и решил вернуться домой, но все были достаточно любезны и просили его остаться ещё, с утра до вечера, по очереди, сопровождая его повсюду. Когда Сюй наконец решил отправиться в путь, жители деревни соревновались в том, чтобы принести ему как можно больше подарков, обогащая его нарядами и добром. В течение дня подарки наполнили его сумку, а мужчины, женщины и дети собрались, чтобы проводить его из деревни. Вдруг поднялся вихрь и преследовал за Сюем и сопровождал его более десяти миль. Сюй снова поклонился вихрю и сказал: «Лю-лан, береги себя, не провожай меня дальше. У вас любящее и доброжелательное сердце, поэтому вы, естественно, сможете принести пользу людям своей деревни». Вихрь долго висел в воздухе, прежде чем улететь. Жители деревни также вернулись домой с печалью после расставания. Когда Сюй приехал домой, его семья зажила богаче, чем прежде, и он перестал рыбачить. Позже, когда его встречали люди из Чжаоюаня, то расспрашивали земле, где он побывал, и говорили, что он стал таким известным, что о нём будут слагать легенды. Его, и в самом деле, все знали в округе.

Многие говорили, что Ван Лю-лан является богом среди зеленых облаков. И он не отрёкся от своих друзей, ранее пребывавших в бедности, поэтому все его за это почитали. В деревне Сюя жил один человек, пытавшийся разбогатеть, но ему никак не удавалось это сделать. Его семья всегда была бедной. Услышав об этом случае, когда его бедный знакомый стал богатым и известным человеком, решил сам попытать счастья. Он задумал отправиться к тому же богу и попросить его, чтобы тот позаботился о нём. Собрав необходимые вещи в дорогу и сев в телегу, запряжённую конём, он проехал тысячи ли, но вскоре вернулся разочарованным; так как потратил все свои деньги, и чтобы возвратиться домой, продал коня и приехал на осле. Его брат, обладающий остроумием, высмеивая его, сочинил песню под названием «Луна» – «月令», где были такие слова: «这个月，哥哥回来了，貂皮帽子也解下来了，车马伞盖也没有张开来，马也变成驴了，靴子这才没了声音».

«Луна ему путь освещала – дальнюю дорогу,

Когда вернулся, встретили его в деревне нашей:

Вместо коня – осёл, шляпа была бедней немного,

А стоптанные сапоги его просили каши».

Когда Пу Сун–лин закончил свой рассказ, Юань Мэй высказал своё мнение:

– Это хорошо, что он вернулся из своего путешествия целым и невредимым. Иногда стремление к обогащению кончаются плачевно. Духи на небесах обычно помогают добрым или отчаявшимся людям. И я знаю один такой случай.

И он рассказал о бедняке, собиравшемся покончить с собой, которого сверхъестественные силы превратили в мышь, ворующую всякое добро.

20. Человек, превратившийся в мышь

Когда Ван прибыл в Чанша для сбора налогов, Чэнь, служащий-казначей, устроился в гостинице и поместил налоговую казну в своей спальне. В ту ночь, когда он, положив подушку на постель, так устал, что не смог заснуть, пролежав на боку более трёх часов, вдруг услышал громкий звук, как будто кто-то прогрызал пыльную балку на потолке. Он отдёрнул занавесь над кроватью, чтобы осмотреться, и увидел дыру в крыше, размером с миску, и заметил, как что-то падает на пол сверху. И ту он увидел большую крысу в двух шагах от себя, которая ходила по комнате. Казначей был в ужасе и обыскал свою кровать и подушку в поисках предмета для удара, но не смог его найти. Увидев на подушке коробку с печатями, он поднял её и бросил в крысу. Коробка ударилась о крысу и разбилась. Крыса упала на землю, и с неё вмиг слетела её кожа, а под ней оказался голый человек. Казначей ужаснулся и закричал, прибежали солдаты, которые охраняли казну, и арестовали этого человека. Когда его допрашивали, то он не смог ответить ни на один вопрос. И сборщик налогов Ван собирался приговорить его к смертной казни на публичном месте.

Тогда человек рассказал о себе: «Я был беден в детстве, поэтому с трудом выживал, и собирался утопиться в реке. Но тут я встретил человека, который спросил меня, зачем я собираюсь умереть. Я рассказал ему причину, и он посоветовал мне не умирать, сказав: «Я накормлю и одену тебя». Он привел меня в свой дом, достал мешок и сказал, чтобы я засунул в него руку. Там оказались шкуры, которые были связаны в рулоны и уложены в ряд. Он повесил на меня талисман и научил заклинаниям для поклонения Большой Медведице. Это заклинание я произнёс двадцать четыре раза. Затем он положил моё тело на землю, и я превратился в крысу. Он дал мне небольшую сумку для ношения на теле, в которую я должен был прятать украденные деньги. Когда я приходил домой и произносит заклинание, то сразу же освобождался от его шкуры и снова принимал человеческий облик. (到家誦咒，皮即解脫，復為人形).

Сборщик налогов спросил: «Неужели ты никогда не раскрывался перед тем, как попался сегодня»? Он ответил: «Эта техника настолько совершенна и божественна, что её невозможно победить. Помню, десять лет назад, когда я увидел деревянную вывеску одной лавки с кучей денег в ней, мне захотелось её обокрасть. Я пришел туда в виде мыши и оказался на столе. Кошка набросилась на меня и стала рвать шерсть на моей шее. Я поспешно произнёс заклинание, чтобы освободиться от шерсти и попытался убежать. У меня всё получилось, и я понял, что человек, у которого я учился, был хорошим учителем, но его техника была утончённее моей, и если он хотел что-то трансформировать, он мог сделать это по своему желанию, не прибегая к помощи кожи и шерсти. Я вспомнил своих соучеников, с которыми я учился у того учителя, а они предупреждали меня, чтобы я не занимался этим делом. Вначале я так и поступал. Прошло три года с тех пор, как я изменил свое решение. У меня сейчас пять сыновей, двое из которых уже получили образование и повышение, а один даже очень преуспел в своей карьере. Но я не нажил достаточно денег для содержания всей моей семьи, и, узнав, что государственные налоги очень высокие, решил украсть половину, чтобы возместить убытки и рассчитаться с долгами.

Сборщик налогов взял шкуры, которые сбросил тот человек, и приказал проверить их заклинанием, но те шкуры были слишком малы для человека, поэтому он отправил его в префектуру для повторного допроса, и дело было там улажено до его отъезда».

Когда я до конца дослушал рассказ Юань Мэя, о человеке, превращавшемся в мышь, я спросил моих учителей:

– Неужели, и в самом деле, человек может обладать такими неординарными способностями? Я понимаю, что всякое явление окружающего нас мир уникально, поэтому оно должно быть обозначено каким-то специфическим указателем, отличающих его от других явлений данного вида. Ведь собака не есть просто собака, а нечто единичное, что характеризует её как именно эту собаку, а не другую.

Юань Мэй, услышав мои слова, рассмеялся и сказал:

– Да, вы совершенно верно изволили заметить. И собака может быть не собакой, а чем-то другим.

– Как это? – удивился я.

– Всё просто, ответил он, – у всех людей есть определённая склонность выискивать что-нибудь необычно. На этой страсти и расцветает так называемая торговля чудесами.

И в подтверждение своих смол он рассказал о поющей собаке.

21. Поющая собака

В городе Чаньша имелась собака, которую держали двое мужчин. Эта собака была немного больше обычных собак, с двумя передними пальцами, более длинными, чем у собаки, и когтями, и задними лапами, как у медведя. У неё был хвост, но маленький, а уши и нос выглядели как у человека, а не как у собаки. Но всё её тело обросло собачьей шерстью. Она говорила на человеческом языке и пела различные песенки, и это всегда происходило во время представлений. Толпа была настолько впечатлена, что за песню, которая звучала изо рта собаки, давали много денег.

Когда уездный судья Цзин Гун встретил её по дороге, он приказал своему слуге привести её к себе домой, а дома, он показал её жене, и та сказала, что хочет иметь у себя эту собаку. Судья решил сделать ей этот щедрый подарок

Когда собака уже была в его доме, то судья попросил собаку пройти во внутренний двор, чтобы допросить её. Он спросил собаку: «Ты человек? Если ты – человек, то, как же ты стал собакой»? И собака ему ответила: «Я не знаю, кто я – человек или собака». Тогда он допросил фокусника, который был вместе с собакой. И тот сказал: « Я с ней был вместе, но я не знаю, человек она или собака. Мне её продал торговец». Судья допросил и торговца и тот поведал: «Я выношу эту собаку днём для представления на рынок, и кладу её в корзину, когда возвращаюсь ночью. Однажды мне предложили её, когда шёл дождь. Я выходил к реке и двое в лодке её достали из корзины. Ещё я видел, как те двое мужчин распаковывали ящик, в котором находилось десять человек с деревянными глазами, руками и ногами, которые могли двигаться сами».

Судья дал распоряжение, и этих двоих изловили и доставили ему на допрос. Вначале они от всего отпирались, но под пытками сознались, что производили эксперименты. Сначала кожу собаки разлагали лекарством, чтобы она вся отвалилась, потом шерсть собаки сжигали на костре, превращая её в золу. Потом эту золу вместе с лекарством прикладывали к обожженному телу трёхлетнего ребёнка. Постепенно язвы на его теле заживали и боли успокаивались, принимая лекарство внутрь. Затем тело ребёнка превращалось в собачье тело, обрастало волосами, появлялся хвост, как у собаки. Этот метод позволяет из десяти детей выжить одному. Но если хоть из одного человеческого тела получалась собака, то это приносило им прибыль на всю жизнь. Один преступник признался: «Я не знаю, сколько детей мы убили, чтобы сделать эту собаку». (不知殺小兒無限，乃成此犬). Судья спросил другого допрашиваемого преступника: «А какая польза от деревянного человека»? И тот сказал: «Если у тебя будет сын, пусть он выберет себе деревянного человека, калеку, слепого или человека с ампутированной конечностью, пусть он будет похож на нищего и просит денег, чтобы набить свой карман». Когда стража обыскала у преступника лодку, то нашла там содранную кожу старика, распоротую со спины, и наполненную травой. Судья спросил: «Зачем это»? И тот сказал: «Это – кожа старика, которому было больше девяностого лет. Такую кожу нелегко достать. Если вы достанете её и высушите до лоскутков, то сможете использовать её как лекарство. Если вы будете играть с этим телом, набитым травой, то душа человека придёт служить вам. Я искал эту кожу десятилетиями, но нашёл только недавно. Кожица слишком влажная, чтобы из неё можно было сделать лоскутки, но вскоре она высохнет и раскроется. Я понимаю, что совершал преступления. Но это – моя судьба! Я желаю только быстрой смерти». Обоих преступников привели в город, судили и казнили за преступления, а их собаку уморили голодом».

Рассказав эту историю, Юань Мэй заметил:

– Ради изобретения чуда, люди творят страшные вещи. Но Небо их наказывает за эти преступления, потому что природа привыкла сама творить чудеса, которые неподвластны разуму простого человека.

– Да, – поддержал его Цзи Юнь, – некоторые вещи человек даже не может объяснить себе.

И он рассказал историю одного врача, который столкнулся с таким чудом, направляясь ночью к своему больному.

22. История о ночном гиганте

Хань Шэн из Тайаня, которого звали Минь-ци, был сыном старинной семьи и занимался медициной. Однажды, когда он ехал ночью к дому больного, то увидел недалеко от себя гиганта, ростом более десяти саженей. Он был настолько смел, что взмахнул уздечкой и проехал мимо, а когда оказался в двух шагах от него, взмахнул хлыстом и ударил его. Гигант уменьшился до трех-четырех футов, у него были короткие волосы и очень уродливый вид, а его губы и рот открывались и закрывались со скрежещущим звуком. Тогда он слез с коня и погнал его кнутом, тот шел медленно, ковыляя по земле, весьма смущенный. Когда он уменьшился до аршина, то его голова была огромной, как урна, и казалось, что он не может её нести. Он едва не падал. Врач шёл по дороге, подгоняя его, но когда дошел до дома больного, то существо это исчезло. Потом он говорил всем: «Я не знаю, что в этом было такого странного. (不知何怪也). Эту историю рассказал мне Фань Жу-тин из Веньяна.

После этого рассказа мы, устремив свои взгляд к звёздам, сочинили свои звёздные стихи.

Бао-пу Шэнь 抱朴神 (Дух, обнимающий пустоту):

В миру любая тайна скрыта от проникновенья,

Любой секрет энергии внутри себя таится,

Рожденье силы происходит чрез преодоленье

Препятствий, что к свободе, так желаемой, стремится.

И вещи все проникнуты энергией летучей,

Открытье тайн есть снятие мифического флёра

Со всех вещей путём божественного разговора

Со всеми духами, что обступают мир наш кучей.

Бао-пу Ци 抱朴氣 (Энергия, обнимающая Пустоту):

И этому способствует оккультная наука,

Что повышает в мир, другой, вхожденья вероятность,

И ту возможность обрести небесного там друга,

Общенье составляет с кем там высшую приятность.

Где разговор энергией нам душу наполняет,

И повышает дружба с ним в нас жизненную сущность,

Что в повседневную вдруг превращается насущность,

И узость взгляда нашего на мир весь расширяет.

Бао-пу Цзин, 抱朴精 (Сущность, обнимающая Пустоту):

И дух наш в Пустоте становится так всеобъёмным,

Который во все тайны и миры все проникает,

И наша страсть горит в них интересом, неуёмным,

И мы желаем знать, что небеса от нас скрывают.

Ведь Пустота Вселенной всей заполнена тем знаньем,

Что мы, познав его, способны вечно сохраниться,

Через него вы высшим обладаем пониманьем

Всего, что было раньше и что в будущем случится.

Бао-пу Пу 抱朴朴 (Пустота, обнимающая Пустоту):

И, проникая в Пустоту, мы открываем Врата,

Запретные, где новые миры от нас таятся,

Где ждёт за все наши труды нас высшая награда,

Где можем мы со всеми заблужденьями расстаться,

И сами станем все после вхождения богами,

Познаем мы в своём стремленье эту Бесконечность

Где время и пространство будет находиться с нами

Всю нашу бесконечную жизнь. Так мы вступим в Вечность!

После того, как мы продекламировали наши стихи, одновременно появились и Небесный Олень, и звезда Дзета созвездия Девы, зависшая между его рогами.

Звезда Дзета сказал нам:

– Прекрасные стихи! Я получила истинное удовольствие от общения с вами.

А Небесный Олень молвил:

– Перед вами открыты Горные Врата. Через них вы можете проникнуть в горний мир и общаться со всеми животными. Вы будете понимать их язык и подружитесь с ними. Добро пожаловать в наши горы!

– А сколько таких дверей? – спросил я его, не удержавшись.

И Небесный Олень ответил мне:

– Таких врат восемь. Если они перед вами откроются, вы попадёте в восемь миров. Обычно после Горных Врат 艮门 (каньмынь), где находятся небесные животные, открываются Громовые Врата 震门 (чжэньмынь), где живут боги. И если вы научитесь понимать их язык, то сможете с ними общаться и узнавать о своём будущем. Затем могут открыться Ветреные Врата 巽门 (сюньмынь), ведущие в мир духов. Это – своего рода духовный мир, в который люди попадают ещё при жизни. За Огненными Вратами 離门 (лимынь) находится звёздный мир со звёздами, с которыми вы уже общаетесь. Следующие идут Земные Врата 坤门 (куньмынь), в которые вы вошли после вашего рождения. Это и есть человеческий дольний мир. Существуют также и Озёрные Врата 兌门 (дуймэнь), где на удалённых островах живут Бессмертные. Ещё есть Небесные Врата 乾门 (цяньмынь), в которые люди переходят сразу же после своей смерти. И последние – это Водяные Врата 坎门 (каньмэнь) – врата зарождения любой жизни. Перед человеком могут открыться любые врата, если он пожелает попасть в другие миры. Но не стоит в этих мира пребывать долго, потому что можно там затеряться и уже не вернуться назад. Лучше всего для человека подходят Земные Врата, потому что за этими вратами находится его дом. Если даже он не попадёт на Небеса, он всё равно останется на Земле, войдя в подземный мир. Поэтому, люди, цените ваш Земной мир!

После этого напутствия мы поблагодарили Небесного Оленя и расстались с ним.

На этом первая ночь моих сновидений закончилась. Весь этот день я ждал следующей ночи, чтоб продолжить моё лунное путешествие, потому что то, что я увидел днём, проснувшись, потрясло меня до глубины души. Весь мир вокруг меня изменился с появление лучей солнечного света, потому что Небесный Олень открыл передо мной Горные Врата 艮门 (каньмынь), и я вошёл в мир зверей и животных.

День после Первой лунной ночи под созвездием Рог

Как только я открыл глаза, всё предстало передо мной в каком-то ином чудном свете, хотя ничего в мире и не изменилось, и всё вокруг меня оставалось по-прежнему, но всё же, что то произошло и со мной и с тем, что меня окружало. И началось это с того момента, как ко мне постучалась моя соседка Татьяна. Я открыл двери и ужаснулся, на пороге стояла человекообразная симпатичная обезьянка, которую в китайцы называют (巨猿, цзююань). Она говорила голосом Татьяны:

– Так ты проспишь всё, лежебока, Тебе же нужно вставать и идти в университет.

Она разделась, юркнула ко мне в постель и обняла меня. И только после этого заметила весящие на стене три парсуны китайских литераторов. Указав взглядом на них, она спросила меня:

– Кто эти такие несимпатичные старички? И почему ты повесил их над своей кроватью?

Я сказал:

– Это самые великие мыслители древности. Когда-то они открыли заново для всех людей и для меня, в особенности, этот мир, указав на его второе дно, на то, что скрывается за его оболочкой, через которую проникает отблеск потустороннего мира. А также они рассказали, что иногда в наш мир проникают тени того скрытого мира, которые большинство обычных людей не желают замечать. Потусторонний мир раскрывается перед нами только ночью и, преимущественно, во снах, но можно с ним столкнуться и в дневное время, правда, это случается не часто. Вот об этих моментах и писали эти старички-писатели.

И я назвал их имена. Татьяна заметила:

– Кажется, я читала одного из них – Пу Сун-лина, который писал о лисах и призраках. О других писателях я ничего не слышала.

– Абсолютно верно, – сказал я, – Пу Сун-лин открыл людям новое виденье этого мира. Кстати, кое-что он писал и о женщинах, говоря, что в любой женщине скрыты два образа: образ доброй феи и злой себялюбивой лисы.

– Неужели эти образы скрыты и во мне? – спросила она, смеясь.

– Никто из женщин не составляет исключения,– заметил я, – всё зависит от того, думает ли она только о себе, или заботится также о других людях.

– Но как же мне о себе не думать!? – воскликнула, улыбаясь, Татьяна. – Если о себе не заботиться, то никто из мужчин не обратит на женщину внимания. Мы этим и берём мужчину, влюбляя его в себя. Ведь ты же на меня обратил внимание, хотя мне дорого стоило, чтобы этого добиться. Наверное, ты всё же находишь меня хорошенькой. Не так ли?

В моих объятиях, она уже не выглядела человекообразной обезьянкой, но всё же, что-то от неё в Татьяне сохранилась.

Я поцеловал её в губы, и мы занялись любовью. После этого она убежала к себе, а я встал и начал приводить себя в порядок, чтобы отправиться в университет. Татьяна была студенткой в моём университете, но мы никогда туда не отправлялись вместе, так как мне приходилось держаться установленных в нашем учебном заведении правил, запрещающих преподавателям вступать в интимные отношения со своими студентками.

Быстро позавтракав, я оделся, как подобает учёному, и вышел из дома. И тут меня поразила неожиданно возникшая реальность: На улице не было людей. Она вся была заполнена животными и зверями. И все они говорили друг с другом или сами с собой. Мимо меня проходили козлы, свиньи, собаки, коровы, овцы и прочие домашние животные. Но среди них также попадались и звери: волки, медведи, кабаны, тигры и даже львы. Все они вели себя смирно и не нападали друг на друга. Я шёл к остановке трамвая возле церкви, где уже собрались разные животные, чтобы куда-то ехать. По-видимому, они, как и я, направлялись на работу или по делам службы.

После встречи с Татьяной, которая мне представились как человекообразная обезьянка, я уже ничему не удивлялся, так как помнил, что Небесный Олень открыл мне Горные Врата 艮门 (каньмынь), через которые я, вероятно, прошёл и увидел весь наш животно-звериный мир во всём своём обличии и естестве. Я даже не предполагал, что действительность может показаться такой необыкновенной.

«Боже! – воскликнул я про себя. – Какой чудный твой мир»!

И ещё я подумал: «Но почему все люди превратились в животных и зверей? Неужели это произошло со мной, когда я прошёл через эти Горные Врата»? Я вспомнил, что гексаграмма «сосредоточенность» 四艮 (си гэнь), состоящая из двух триграмм Горы 艮 гэнь, изображена как пара триграмм с одной сплошной чертой верху и двумя прерывающимися чертами внизу. Получалось, как будто одна Гора нагромождается на другую Гору. А это происходит от переосмысления нашей действительности, призывает нас к тишине, погружению в свой внутренний мир, сдержанности и размышлениям. Чем животные отличаются от людей? Да тем, что они мудрее человека, они молчат и не говорят, но мыслят и очень хорошо понимают, что происходит во внешней среде, поэтому, взаимодействуя с ней, её не разрушают. Животные и звери ищут одиночества, в то время как люди стремятся к скученности. Только в одиночестве можно придаться размышлениям, погружаясь в тишину, быть сдержанным и упорядочить свой внутренний мир. От удвоения Горы в гексаграмма 艮 (гэнь) происходит удвоение спокойствия и неподвижности, и от этого у людей открывается третий глаз между бровями – «глаз мудрости». Сама эта гексаграмма рекомендует людям уходить с базарной площади и создавать свой внутренний мир, способный к дальнейшему развитию. Когда очень много народа вокруг, то не всегда легко достичь медитативного состояния, к которому нас призывает Гора. Достичь душевного спокойствия очень трудно, и для этого требуются огромная настойчивость и самодисциплина. Истинная медитация требует как внутреннего, так и внешнего спокойствия, которое можно обрести только благодаря терпеливому успокоению наших тревог и внутреннего диалога с самим собой. Вероятно, поэтому, все люди, превратившиеся в зверей и животных, говорят сами с собой, не раскрывая рта. Это – их мысли вырываются наружу, которые я могу слышать, и, наверняка, их мысли намного мудрее, чем слова их озвученной речи, так как они, по мере увеличения их спокойствия, способны воспринимать мир более отчетливо и объективно. Их глаза уже не затуманены самообольщением и чрезмерно поверхностно-субъективным отношением к происходящему. Но вот «Книга перемен» (И цзин) не считает такое спокойствие конечной целью деятельности человека. Подобно всем состояниям жизни человека гексаграмма 四艮 (си гэнь), рассматривает это явление как одно из многих переходных состояний, через которое человек входит в состояние спокойствия и можем обрести мудрость и пищу для духа, А это – именно то, что требуются для благополучного и спокойного прохождения через все жизненные обстоятельства. Такой медитации в нашем суетном мирке можно предаваться только в церкви.

Я посмотрел на голубые купола и золотые кресты церкви и подумал: «И всё же, в этом мироустройстве существует свой определённый порядок, как говорил Фома Аквинский, доказывая пять доказательств существования Бога. Прежде всего, должен быть какой-то Перводвигатель, чтобы запустить весь этот сложный механизм в действие, иначе как бы это всё пришло в движение?! И это есть первое доказательство существования Высших Сил. Вторым доказательством является то, что всё происходящее состоит из причинно-следственных связей, и должна быть первоначальная причина, из которой возникли все другие причины и следствия. Даже в моём случае, если бы я не повесил на стене парсуны китайских литераторов, не ввёл себя в состояние изменённого сознания и не встретил Небесного Оленя, то передо мной не открылись бы Горные Врата. И я не увидел бы мир в таком свете, в котором в данный момент он предстаёт передо мной. Это, как раз, и является третьим доказательством проявления божественных сил, когда случайные вещи требуют наличие абсолютно необходимой причины. Поэтому-то наш мир такой разнообразный, и все мы так не похожи друг на друга, потому что среди нас существует степени совершенства, а раз так, то должно существовать Абсолютное Совершенство, которым, вероятно, и является Бог. И, наконец, пятое доказательство существования Вседержителя – это то, что весь этот сложный механизм мироздания нуждается в постоянном руководстве и управлении, что может осуществляться только при наличии организующей движущий мир силы. И эта сила всё мешает и перемешивает вокруг себя. Она разбрасывает сети своих законов, в которые попадают все живые существа. Она ведёт отбор, отделяет хороших существ от плохих. Хорошим существам это сила создаёт условия для дальнейшего развития, а плохие существа уничтожает. Но также можно сказать, что эта сила устраивает для всех живущих на земле испытания, как бы проверяя у них способность выживания и приспособления к новым условиям. И, наконец, она определяет судьбу каждого субъекта в мире, продлевая его жизнь или укорачивая.

В это время и я заметил, как ко мне приблизился самый настоящий Водяной Дракон и сказал голосом моего соседа снизу:

– Приветствую вас! Едёте на лекцию? А у меня сегодня тоже семинар с моими студентами, поэтому я и вышел на два часа пораньше, чтобы подготовиться к нему. Вчера не хватило времени из-за вечеринки – мы отметили день рождения одного приятеля.

Мой сосед, как и я, преподавал в университете физику и математику, и мы иногда с ним встречались, предаваясь умозрительным дискуссиям на разные научные и философские темы. Я подумал: «Если он является драконом, то и я, вероятно, обладаю таким же обличием, так как, по-видимому, все учёные, принадлежащие к научному миру, становятся драконами. И ещё я подумал, что в Китае быть учёным намного труднее, чем сделаться им в нашей стране. Там главное отличие учёных от остальных людей заключалось в овладении письменностью, которая имеет, согласно «Словарю Канси», сорок шесть тысяч иероглифов, в то время как нашим людям, чтобы стать грамотными, нужно знать всего тридцать три знака. Но чтобы овладеть таким большим числом иероглифов, необходимо причитать множество литературы, что намного повышает уровень образованности восточного учёного в отличие от западного. Восточные учёные, прежде всего, являются мудрецами. Они как бы просачиваются в иной пласт ментальности, где каждая мелочь, каждая чёрточка скрывает в себе дополнительную возможность проникновения в вещь, благодаря уникальному рисунку каждого знака. Поэтом, по моему суждению, быть учёным, обладающим ещё и китайской грамотой, означало всегда восхождение на совершенно новый уровень развития, что позволяло более существенное проникновение в любую истину и тайну, которые скрывает окружающий мир. А я, как раз, принадлежу к этому разряду учёных, хотя не перед кем не афиширую своё превосходство над другими.

Я заметил:

– Раненько мы с вами сегодня выбрались из дома. Никого ещё нет из нашего дома на остановке.

– Да что вы такое говорите?! – рассмеялся Дракон. – Разве вы не видите шофёра – водителя такси, который так превосходно играет в шахматы, что я ещё ни разу не выиграл у него ни одной партии.

И он показал мне на Барсука, стоящего у столба с большой холщёвой сумкой.

Я тоже несколько раз играл во дворе с ним в шахматы, и каждый раз проигрывал.

– А та женщина-продавщица, которая живёт рядом вами? Вы что же, и её тоже не заметили. Говорят, что она отличная гадательница и предсказывает будущее. Её муж умер три года назад, а она так и не смогла его спасти. Её дочь учится в нашем университете, и, наверное, даже бывает на ваших лекциях.

И он показал на Лису, сидящую на скамейке остановки. Это была мать Татьяны, которую я хорошо знал и часто с ней разговаривал.

– А тот врач, что работает в городской клинике хирургом. Он как-то мне делал операцию. Прекрасный врач!

Он указал взглядом на Леопарда, стоящего у обочины дороги и увлечённо читающего утреннюю газету.

– А вот там говорит с кем-то мастер автосалона, правда он из другого подъезда нашего дома. Странно, что он ждёт трамвая. Обычно он ездит на своей машине. Говорят, что он хороший боксёр, и часто выступает на городских соревнованиях. Но я как-то к боксу равнодушен.

И я увидел Зайца в спортивном костюме, который о чём-то спорил с подвыпившим Гусем.

– Вы говорите, что никого нет из наших соседей, да здесь уже половина нашего дома собралась. А вон ещё идёт и полицейский из соседнего подъезда, который служит в городском управе министерства внутренних дел.

Тигр переходил улицу, направляясь к остановке.

«И почему я никого из них не узнаю, – промелькнуло в моей голове, – вот что значит, пройти через Горные Врата».

Подошёл трамвай, все засуетились, садясь в него. Пока мы с Драконом ехали в трамвае и разговаривали о делах в университете, то окружающие люди постепенно обретали свой человеческий облик и уже не казались мне животными, птицами и зверями. Возможно, это происходило от того, что я, во время разговора, всё больше погружался в атмосферу человеческого бытия, и очарование Горных Врат проходило.

Когда же мы прибыли в Университет, то я был разочарован, ожидая встретить там других драконов, но вместо них там встретил Оленя-Единорога, который, мне даже жестом не намекнул, что мы с ним уже встречались в моём сне. Кроме него там были Бык, Летучая мышь, Крыса, Ласточка, Кабан и Дикобраз. Все они вели на кафедре физмата разные предметы и не очень желали углубляться со мной в метафизические разговоры. Они предпочитали лить воду в своих речах по общепринятым лекалам материалистической точки зрения, и не отвлекались на всякие заумности.

Но вот среди студентов я нашёл своих единомышленников. После моей лекции я проводил с ними семинар, где присутствовали, кроме Татьяны с её убийственно железной логикой, и её друзья: Волк, Пёс, Фазан, Петух, Ворон, Черепаха и Гиббон.

Когда речь зашла о ряде логических проблем, связанных с интерпретацией используемых в физике математических формализмов, с выяснением смысла физических понятий, студент, похожий на Гиббона, заявил:

– В вашей лекции мы обнаруживаем, что классические понятия, которые до этого принимались без сомнения, не соответствуют новой ситуации, и это вызывает в наших умах потрясение, а в сердцах возникает критическое отношение ко всей нашей концептуальной структуре.

– Вот именно! – воскликнул я воодушевлённо. – Не так прост мир, как мы его представляли раньше. Возьмите, к примеру, Эйнштейна при его определении основных понятий специальной теории относительности, и сразу станет видно, что большинство понятий классической физики характеризуют свойства вещей так, что действительный смысл их лежит в совокупности экспериментальных операций, точнее, в совокупности операций измерения. Так само понятие «длинна» становится понятием относительным, так как её приходится устанавливать при осуществлении определённых физических операций. А что такое математический континуум, как не сугубо умственная формулировка. Можно сказать, что каждое множество операций эквивалентно понятию только множественности операций. В связи с этим, такие понятия классической физики, как «абсолютное время» или «абсолютная одновременность» лишены смысла. А это значит, что если в мире что-то происходит, то оно одновременно происходит и не происходит.

Студенты посмотрели на меня удивлённо.

– Из этого всего можно допустить, – продолжал говорить я, – что вместе с нашим миром, есть и параллельный мир, который живёт по своим законам, и где физические операции в нашем времени только относительно можно приписать тому или иному событию как предикат абсолютного времени.

– Но тогда, – заметил Волк, – можно прийти к выводу, что понятия могут быть определены только в рамках актуального эксперимента и теряют смысл тех областей действительности, с которыми мы ещё не имеем экспериментального контакта.

– Совершенно верно! – обрадованно воскликнул я. – Поэтому мы не можем высказывать каких-либо утверждений в отношении этих областей. И если мы такие утверждения всё-таки делаем, то должны их рассматривать в качестве условной экстраполяции, всю сомнительность которой следует отчётливо осознавать, и которая может быть оправдана лишь будущими экспериментами и личным опытом.

Сказав эти слова, я мысленно сделал ссылку на возможность невероятного, что и произошло со мной прошедшей ночью, когда мне удалось попасть в прошлое и встретиться одновременно с тремя поэтами, жившими в разное время.

Под влиянием своего энтузиазма я спросил своих студентов:

– А как вы полагаете? Согласно теории относительности считается, что два разных события обладают таким свойством в отношении времени их существования, что одно событие происходит либо раньше другого, либо позже, либо одновременно с другим. Казалось бы, что такое утверждение является простым описанием поведения вещей, данных в опыте. Однако сам опыт, на описание которого претендовало данное утверждение, был весьма ограничен. Когда же рамки опыта были раздвинуты, и когда в поле исследования попали тела, передвигающиеся с большими скоростями, была обнаружена несостоятельность понятия одновременности, использовавшегося классической физики. А сейчас представьте, что существует несколько сфер времени, где время течёт с разными скоростями, и эти сферы вдруг объединяются в единое целое. Тогда прошлое может стать будущим. А будущее – прошлым, и настоящее имеет право присутствовать и в будущем-прошлом и в прошлом-будущем. Поэтому, попадая в такое единое целое, мы способны переживать все те моменты, присущие разным эпохам, претендующим на одновременность.

–Это значит, что мы способны попасть и в будущее и в прошлое? – спросил меня Пёс.

– Именно так! – с уверенностью заявил я.

– Но как же тогда попасть в это единое целое? – с явным сомнением спросила меня Черепаха. – Ведь такое состояние единого целого похоже на состояние сна.

– Совершенно верно, – ответил я, – на начальном периоде это может быть состоянием управляемого сна. Ведь только наше сознание способно перемещаться из одной сферы в другую, настраиваясь на соответствующий частотный диапазон. Мы живём одновременно в разных мирах, имеющих свои разные частотные параметры. Засыпая в одном мире, мы просыпаемся в другом. При длительной тренировке можно настраивать своё сознание на перемещение во времени и пространстве таким способом, что в этих пространствах и временах мы сможем создавать своё телесное присутствие и заполнять их собой, переливая туда своё сознание. Такими путешествиями занимались древние индийские йоги и китайские даосы. Представьте, что вы попадаете в незнакомый мир, где всё вам неизвестно, но со временем вы ко всему привыкаете, и он становится вам знакомым. Более того, вы находите ряд схожестей с тем миром, из которого вы прибыли, и вы начинаете понимать, что мир целостен и одинаков.

– Но как же быть с тем миром, который вы оставили, – просил меня с опасением Петух,

– В тот мир, который вы оставили, вы всё равно рано или поздно вернётесь, – сказал я убеждённо, – более того, ваши знания о другом мире, обогатят тот мир, который вы покинули, именно на этой почве и происходит поступательный процесс прогресса и обновления. В мире ничто не пропадает даром, всё восстанавливается и возрождается. Человек узнаёт все свои будущие тайны из прошлого. В мире нет ничего нового, всё определено и предопределено, расставлено по местам и взвешено. Поэтому Истина всегда остаётся Истиной.

– Но истина бывает разная, – возразил мне Фазан.

– И это – правда, – сказал я, – в каждой сфере есть своя правда, но есть и высшая Истина, которая вмещает в себя эти частичные правды, так как целое включает в себя всё частное.

– И эта Истина есть время? – сделал своё предположение Ворон.

– А вот с этим я не могу не согласиться, – молвил я, радуясь тому, что все мои студенты обладают проникновенным умом.

С ними мне было намного легче, чем с моими коллегами-преподавателями. Во время наших семинаров в таких дискуссиях мы понимали друг друга с полуслова. Я поймал себя на мысли, что, даже пройдя через Горные Врата и получив новый взгляд на вещи, я, общаясь с новыми формами, находил то же самое милое моему сердце содержание. Я узнавал в людях их иные стороны. И если вначале они мне казались чуждыми, то при глубоком исследовании я видел те же основы, на которых утверждалась ранее возникшая действительность. Люди преставали быть животными и зверьми и обретали свой истинный человеческий облик, наваждение как бы улетучивалось, и новый мир, а может быть, и я с ним, просто выходил из тех же врат, в которые входил ранее.

И ещё, говоря со своими учениками, я поймал себя на мысли, что о подобных вещах я не смог бы говорить в своих снах с моими друзьями-литераторами. Ибо все их речи проистекали из единых цельных основ, и не дробились на какие-то самостоятельные абстрактные вещи, которые постепенно загоняли само мышление в тупик и не раскрывали ничего кроме иллюзии некого абстрактного понимания чего-то несуществующего в природе. А это лишний раз доказывало изъяны нашего времени, когда само наше мышление съезжало с пути здравого смысла.

Я понял, что мои студенты допускали наличие потустороннего мира, и мне захотелось узнать, так же ли думают преподаватели. После семинара я вошёл в преподавательскую комнату нашей кафедры, где собрались уже все мои коллеги и как бы ненароком начал разговор по интересующей меня теме.

Я спросил, что они думают о потустороннем мире. Бык, услышав мой вопрос, рассмеялся и задал сам мне вопрос:

– А вы верите в наличие такого мира?

Я пожал плечами и сказал, что наверняка я этого не знаю, но допускаю мысль, что в нашем мире не всё так просто.

Летучая Мышь тут же поддержала меня, заявив, что она ходит в церковь, и начала это делать после смерти её мужа. Ей показалось, что её муж перешёл в другое качество и продолжает жить в другом пространстве. И так как она очень любила его, то иногда во время сна или в состоянии забытья продолжает всё ещё общаться с ним.

Она также сказала:

– Мы все в нашей жизни мечемся между эмпиризмом и рационализмом, но в первую очередь мы доверяем свои чувствам, иными словам нашему сердцу, а потом уже разуму.

На это ей Бык тут же возразил:

– Я могу допустить, что при эмпиризме, когда знания приобретаются опытом через чувственные ощущения, возникает некоторая картина мира, но она весьма поверхностна, так как это – первая стадии познания, А потому запускается наш рационализм, и опыт вытесняется более общим познанием, порождая понятия и теории. Нельзя познавать мир всегда через одни свои чувственные ощущения, потому что логически последовательно проведённая точка зрения эмпиризма неизбежно ведёт к феноменализму, а вместе с ним к субъективизму и даже к солипсизму. На мир нужно смотреть шире.

– Как сказать! – заметил Кабан. – В солипсизме, когда опираешься на признанное собственное индивидуалистическое сознание, как единственное и, несомненно, реальное, то понимаешь лучше окружающий мир, с которым мы взаимодействуем только через наши чувства. Может быть, такого реального мира, как все его считают, и не существует на самом деле. В одной очень умной книге «Природа физической теории» продвинутый автор говорит: «Очевидно, я никогда не смогу выскочить из самого себя; непосредственный опыт включает только вещи в моём сознании – разного рода чувственные впечатления и различные результаты работы моего мозга и ничего больше. В конечном итоге, наука является только моей частной наукой, искусство – моим личным искусством, а религия – моей личной религией! И если хорошо подумать, то это именно так и есть. Ведь о мире мы знаем только то, что даёт нам наш непосредственный опыт».

– Но так можно договориться до того, – возразил ему Бык, – что этот мир родился вместе с вами, и вся Вселенная возникла вместе с вашим личным рождением, и то, что мы делаем сейчас, – и есть весь мир.

– А разве это не так? – с улыбкой спросил его Кабан.

– Если вы серьёзно стоите на таких позициях, то я вас сочувствую, – сказал Бык, – чтобы познать мир, нужно свои умственные способности настраивать на развитие таких познавательных качеств как анализ и синтез. Но, даже занимаясь анализом всей поступающей информации, никто никогда не может быть уверен в окончательности собственного анализа, и должен готов быть к дальнейшей ревизии по мере расширения опыта и по мере того, как он видит больше деталей и начинает понимать значимость тех деталей, которые раньше казались не имеющими значения.

– Но экстенсивный анализ может разрушиться сам себя, – возразила ему Крыса, – так как мы пришли бы к простому описанию отдельных событий, которые никогда не повторяются и не похожи друг на друга.

– В таком случае, – заметила Ласточка, – человечество владеет только двумя видами умственных операций. Это – вербальная операция во время владения своего речевого аппарата, что можно делать даже в уме, не открывая рта. И ещё есть рисовальная операция, когда используют карандаш и бумагу или компьютер, выражающейся в манипуляции с символами: буквами, цифрами, иероглифами, при задействии математики или логики

– Но этого вполне достаточно, чтобы познать мир и проникнуть в его тайны, – сказал Бык, – главное, что удалось человеку в познании, это -осмыслить познаваемый объект как «вещь саму в себе». И в этом осознании человек выступает в качестве объекта, реального тела, включённого в общую объективную взаимосвязь и взаимодействия с другими физическими телами.

– А с нефизическими телами? – спросил я его. – Ведь вы не отрицаете, что существует, помимо «толстого» физического мира, ещё и «тонкий» духовный мир, в который мы все переходим после нашей смерти?

– Это не доказано никакими физическими экспериментами, – возразил мне Бык.

– Но человек не должен полагаться всегда на физические эксперименты, – пришёл мне на выручку мой сосед снизу Гладкий Водяной Дракон, – иначе он не выйдет за границы физического мира.

– И как же он это сделает? – спросил его с сарказмом Бык.

– А ведь в развитом знании, – продолжал говорить Гладкий Дракон, – познающий субъект как бы раздваивается: он ставит себя в «третью позицию» по отношению к себе и объекту и объясняет ту или иную «субъективную точку зрения» определённой проекцией объекта на субъект. Причём, это объяснение даётся в терминах объективной системы отношений реальности как «вещи самой в себе». А это уже шаг в абстрактную сферу, за которой следует сфера духовная, в которой и скрывается потусторонний мир. Человек как бы выскакивает из себя самого и вторгается в оную сферу, и если он способен слышать неслышимое и видеть невидимое, то он способен проникнуть туда, куда не может попасть обыкновенный человек.

– Совершенно верно! – заметил Небесный Олень. – В этом мире не существует «невозможности», так как любой человек может выскочить за свои рамки в осознании того обстоятельства, что объективное знание необходимо предполагает высокий уровень самосознания человека. И это самосознание состоит в выходе его за свои собственные границы в изучении себя как бы со стороны в качестве объекта.

– Значит, – сказал Дикобраз, – нужно учитывать тенденцию развитого познания. А для этого необходимо искать такие переходы от одной системы познанных отношений реальности к другой системе. И даже можно попробовать её преобразования или адаптированы к своей системе. Это дало бы возможность сформулировать некоторые неизменные (инвариантные) отношения и как бы всеобщие для обеих систем, действующие во всех известных нам системах законы.

– Этого не получится! – категорично сказал Небесный Олень. – В разных системах бывают разные свои законы. Как вы можете законы физического дольнего мира транспортировать в горний тонкий духовный мир, который подчиняется только своим собственным законам?

Прока мы говорили, преподаватели, кроме Дракона и Небесного Оленя, как бы теряли свои звериные и животные обличия, обретая узнаваемый мной их человеческий облик. Из этого я понял, что Дракон и Небесный Олень стоят на более высокой ступени своего духовного развития, чем все остальные.

Вечером, когда я решил выйти во двор, то на лестнице столкнулся с матерью Татьяны, которая предстала передо мной в образе Лисы. Я поздоровался с ней, и она сказала мне с неким неудовольствием:

– Ты мог поздороваться со мной ещё утром на трамвайной остановке, но ты этого не сделал.

– Я вас просто не узнал, – сказал я оправдываясь.

– Удивительно, – заметила она, – мы с тобой живём уже столько времени, можно сказать, вместе, ты спишь с моей дочерью, и вдруг ты меня не узнал. Что же такое произошло?

– Ничего не произошло, – сказал я, – уверяю вас.

– Последнее время ты очень изменился, – произнесла она, – может быть, ты меня стесняешься? Я работаю продавщицей, но пойми, что это я делаю не от хорошей жизни. После смерти мужа мне приходится зарабатывать на жизнь самой, чтобы поставить дочь на ноги. Но у меня есть два высших образования, хоть меня и называют ведьмой, но я ею не являюсь. Да, я могу предсказывать будущее, но это потому, что я – просто умная женщина, и способна, сопоставляя многие вещи, видеть причины и следствия в их будущем развитии. Это может делать каждый человек, имеющий определённые знания.

– Уверяю вас, – сказал я, – я вас не стесняюсь. Напротив, я рад, что у Татьяны такая умная мама.

Лиса улыбнулась и сказала:

– Значит, дело – в другом. Я знаю, что в будущем вы с моей дочерью будете вместе, и я стану твоей тёщей. Я это вижу внутренним зрением. И поэтому меня очень волнует всё, что происходит с тобой. Я знаю, что ты увлекаешься синологией и используешь медитативные практики даосов. Это, конечно, тебе не повредит, но стоит ли отрываться от родных корней, погружаюсь с головой в китайскую религию.

– Я не рассматриваю даосизм в качестве религии, – заметил я, – она интересует меня как философия.

– Тебе, соприкасаясь с ней, неплохо было бы почаще ходить в нашу церковь. Восточная мудрость хороша, но русский человек должен идти русским путём, и иметь в сердце русского Бога.

– Я крещён в христианской вере, – сказал я, – и не собираюсь менять свою религию. А то, что я объявляю себя даосом, то это происходит потому, что я считаю этот путь более близким к Богу, чем другие пути. Я читал библию на китайском языке, и там чёрным по белому написано, что вначале было не Слово, а Путь-Дао. Христианские богословы, переводя Священное Писание на китайский язык, употребили именно это слово.

Лиса рассмеялась и сказала:

– Всякое явление окружающего нас мира уникально. Поэтому оно должно быть обозначено специальным цифровым указателем, чтобы можно было отличать его от всех других явлений данного класса. К примеру, ты, как человек в единичном исполнении, не есть просто человек, а являешь собой некуюй личностью, которая может быть и Драконом и Небесным Оленем, и даже Червем.

Услышав это, я внутренне содрогнулся, и подумал: «Неужели она, и в самом деле, может проникать в мысли других людей. А, может быть, она настолько продвинутая, что способна отрицать общее и сводить реальность к совокупности единичных предметов, к потоку отдельных событий. Но это уже близко к средневековому номинализму, который считал отдельное чувственно воспринимаемой телесной вещью. Вероятно, поэтому у номиналистов так сильно была развита интуиция».

И тут я решил признаться ей в том, почему я увлёкся даосизмом. Я сказал:

– Вы же знаете, что есть такая теория непознаваемости мира, которая меня обескураживает настолько, что я готов отказаться от всякой учёной деятельности. И чтобы как-то преодолеть этот барьер, я и ударился в гностицизм – «обладание знанием», желая поставить личное духовное знание (гнозис) выше ортодоксальных учений , традиций и авторитетов традиционных религиозных институтов. И добиться этого мне помог именно даосизм. Я сам для себя создал свою религию, вернее сказать, свою философию, потому что любую религию я отвергаю, как учение, не имеющее пути дальнейшего развития.

– Вот оно что?! – рассмеялась Лиса, услышав моё откровение. – А я думаю, что любое учение можно развивать, домысливая то, что кажется вначале непонятным. Агностики, полагающие, что мир непознаваем, рисовали в своём воображение слишком простую картину мира. Они полагали, что невозможно найти полное структурное соответствие между языком и действительностью, и поэтому, с их точки зрения, от этого и невозможно объективное познание. А раз так, полагали они, то и не существует в природе вообще объективной истины. Но что такое Истина? При тщательном изучении её и приближение к её сути, Истина может оказаться абстракцией. Истина – это такая же пустота, как и окружающий нас мир, потому что, создавая Истину (а мы, занимаясь её поиском, её и создаём), мы сами наполняем её своим содержанием. Вот и всё. При глубоком изучении любой проблемы, она становится очень простой, потому что в своих рассуждениях мы всегда отрываемся от природы и погружаемся в абстракцию. Поэтому советую тебе смотреть на мир проще, и не забивать свою голову всякими заумностями.

Мы с ней расстались, и я вышел во двор немного ошарашенной её речью.

В нашем дворе обычно собиралась за шахматными досками мужская часть постояльцев наших квартир, так было и сегодня, и я заметил, что все, собравшиеся мужчины имели животное обличие. Барсук играл с Тигром, остальные звери сидели по обе стороны стола на скамейках и следили за шахматной доской, где разыгрывалась баталия между двумя армиями. Тигр явно проигрывал Барсуку. Я знал, что жители нашего дома принимали активное участие в этих турнирах, чтобы улучшить своё мастерство в этой интеллектуальной игре.

– Ну как так?! – возмущался Тигр. – Почему я всегда проигрываю? Я же в своё время изучал в академии стратегию и тактику, и прекрасно ориентируюсь в законах ведения войны, А ту, куда ни схожу, везде попадаю в ловушку или в невыгодное положение.

Будучи полицейским, он тяжело переживал свои поражения.

Барсук, переставляя коня на доске, глубокомысленно заметил:

– В бою главное не теория, а практика, потому что в ходе боя возникают миллионы ситуаций и случайностей, к которым нужно быть готовым и предвидеть дальнейшее развитие боя. Каждый человек в битве вырабатывает свой стиль борьбы. Могу поделиться моими знаниями. В них нет никакой тайны.

– Прошу вас, сделайте это, – попросил его Тигр.

– Всё очень просто, – молвил Барсук, задумчиво, – я слышу голоса фигур противника, которые раскрывают мне все секреты их военачальника.

– Как это? – удивился Тигр. – Разве существует такой шахматный язык, которым могут говорить фигуры?

– Конечно же, существует, – убеждённо ответил Барсук, – вы полагаете, что язык есть только у людей?

Тигр пожал плечами и ничего не сказал.

– Всё очень просто, – не дождавшись ответа, стал говорить Барсук, – ведь язык дан всем существам в мире, не только для познания этого мира, но ещё и для общения друг с другом.

Эти слова показались мне знакомыми, и я тут же вспомнил мой сон с моими учителями-рассказчиками.

– Ведь язык – это набор семантических знаков, – продолжал говорить Барсук, ожидая хода Тигра, – это – такие образования, имеющие смысл и что-то означающие.

– Я знаю, что такое семантика, – прервал его Тигр, внутренне раздражаясь.

– Так вот, – говорил Барсук, не обращая внимания на его слова, – семантические знаки можно видеть во всём, что нас окружает. Природа говорит с нами тоже языком семантики. И небо, и земля, и деревья, и вода, и огонь способны нам сказать многое, если мы их понимаем. Гром, ветер, озёра – всё это говорящие стихии. И они порождают многое вокруг себя, что тоже способно войти с нами в контакт, чтобы рассказать нам о том, что происходит в мире, о том, что было в прошлом, и что будет в будущем. Если кто это научится понимать, тот везде будет входить в гармонию с тем, что происходит. Также и на поле сражения: все эти фигурки руководствуются приказами, которые поступают из центра. По тому, как они ведут себя на поле боя, можно судить о том, кто ими управляет, и что можно ожидать от него в любую минуту. Во всех действиях есть скрытая логика, которую можно разгадать, если внимательно присматриваться к ходу развития каких-то событий.

– Но если у каждого есть своя логика, – вмешался в разговор хирург Леопард, наблюдавший за шахматной доской, – то как её понимать? Ведь эта логика может скрывать в себе такие сюрпризы, которые могут раскрыться неожиданно.

– Ничего неожиданного не бывает, – заметил Барсук, – также как и не бывает необыкновенного. Когда смысловые знаки проявляются, то всё, что происходит, можно предположить заранее. Правда, существует принцип неполноты. Когда какое-то понятие обладает множеством свойств, тогда труднее определить, что оно означает, но, занимая определённое место в потоке других явлений, оно выдаёт себя и становится до примитивности понятным. Нужно лишь особое проникновение в смысл потока всех этих явлений.

– Этому нас не учили в академии, – признался Тигр.

– Этому легко научиться, – убеждал его Барсук, – для того, чтобы понять смысл любого знака, необходимо сконцентрироваться на его про-позиционной функции. Потому что все знаки, указывающие на развитие событий, выстраиваются всегда в определённую позицию, чтобы осуществить задуманную ситуацию, и если разгадать эту ситуацию, понимая истинность и ложность намерений, то можно без особого труда обыграть противника. Знаки сами по себе ничего не значат, но в купе с другими знаками, открывают истинный смысл своего появления. Мы как бы в уме срисовываем карту определённой территории, которая заполняет мозг противника. Через шахматы можно узнать человека, понять его мысли, познакомиться с его внутренним миром, характером и его устремлениями. Но это ещё не победа над ним. Секрет победы заключён в не-тождественности.

– Это как так? – воскликнул боксёр Заяц, тоже наблюдавший эту игру.

– Это очень просто! – сказал Барсук. – Противник делает ходы и ждёт от вас ответные ходы. Он предполагает, что вы можете предпринять в игре. И чтобы его победить, нужно сделать то, чего он не ожидает. Это и есть не-тождественность.

– Но как её достичь? – спросил Тигр

И Барсук ответил:

– Один мудрец сказал: «Практически мы живём в мире, где не-тождественность является таким же абсолютно всеобщим явлением, как сила тяжести, и таким образом всякая идентификация обречена на то, чтобы в той или иной степени быть ложной оценкой». А это значит, что вы вводите противника в заблуждение, когда делаете ход, который он от вас ожидает, так за этим ходом, следует другой ход начинающий его тотальный разгром. Такой ход нужно готовить заранее, создавая всеми действиями благоприятные условия на доске для осуществления этого хода. Вы как бы открываете врата в совсем другое измерение, где, мысля нестандартно, создаёте чудесную ситуацию в вашу пользу. Когда вы достигнете такого мастерства, то уже не будет равных вам игроков в шахматах.

Через несколько ходов Тигр проиграл партию, и я понял, что именно из-за таких бесед у Барсука никогда не будет отбоя от желающих сыграть с ним партию в шахматы.

И ещё я заметил, что в ходе игры, все окружающие игроки постепенно утрачивали звериное обличие, принимая свой человеческий вид, и только один Барсук оставался в своём облике, что характеризовало его как выдающуюся личность.

Не дождавшись своей очереди сыграть с Барсуком, я решил прогуляться по вечернему городу и, неожиданно для себя, очутился возле церкви, недалеко от остановки, где я каждое утро садился в трамвай, чтобы отправляться в университет на работу.

В церкви шла служба, и я робко протиснулся в церковные врата, чтобы затеряться среди молящихся прихожан. Мне хотелось со стороны понаблюдать за людьми, которые не казались мне здесь зверями. Они как бы отстранились от своей внутренней само-идентичности и, слившись в едином хоре, представляли собой некую общность, отринув от себя всё своё личное. Возможно, в таком состоянии они поднялись над своей обыденностью, чтобы достичь своего самого высшего состояния сознания, очутившись в сфере божественного, где не-тождественность устранила противоречие между их «словесным миром» молитв с миром «реальных вещей» для них, и, в конечном счёте, разрушила непознаваемость вещей и явлений окружающего их мира.

Присмотревшись к прихожанам, я обнаружил среди них Летучую Мышь с нашей кафедры. Дождавшись окончания службы, я подошёл к ней. Увидев меня, она обрадовалась и спросила:

– Вы тоже ходите в церковь?

– Нет, – пришлось ответить мне, – я попал сюда случайно.

– И что вас сюда привело? – спросила она, улыбнувшись.

– Не знаю, – сказал я – может быть, принцип само-рефлективности. Помните, о чём мы говорили сегодня в университете? Идеальная карта территории должна включать карту самой себя, если карта является частью территории. А в этом случае, она должна включать в себя карту карты самой себя и так далее до бесконечности. Может быть, для того, чтобы познать мир, следует воздействовать на мир, затем воздействовать на своё воздействие и так тоже до бесконечности. Ведь человек – существо сложное именно потому, что он слишком подвержен само-рефлективности. Мы всегда думаем о том, о чём не думают звери, поэтому им легче жить, чем нам. А это происходит от того, что мы, благодаря нашему рассудку, слишком отстраняемся от окружающего мира, а, благодаря чувствам, слишком погружаемся в него с головой. Мы окружаем себя «глупыми символами» и разными «метафизическими проблемами», и, в конечном итоге, даже не представляем, какова природа окружающей нас действительности. Не знаем, из чего состоит мир: из материи или наших ощущений. А каков наш язык, на котором мы преподаём разные науки нашим студентам – феноменальный или физический? Мы насыщаем его для удобства системой символов для логических построений, и этим самым выхолащиваем из него всё живое. Ведь рациональность и чувственность практически несовместимы, а мы отождествляем реальность с чувственными данными. Один восточный мудрец сказал: «Язык далёк от того, чтобы, чтобы быть просто «выражением мыслей». Он, на самом деле, определяет характер реальности». Благодаря своему воображению, мы создаём всякие «научные глупости», начиная от атома и электрона и кончая Вселенной. Даже Вселенную мы считаем результатом соединения наблюдающего и наблюдаемого. Наш язык уже давно разъединяет то, что соединено – делит неделимое на дискретные сущности: разделяет материю и сознание, тело и душу, пространство и время. Но ведь нет пространства без времени, материи без сознания , а тела без души.

Летучая Мышь слушала меня и кивала головой, не возражая и не соглашаясь. Так я проводил её до остановки трамвая. Расставаясь со мной, она вдруг сказала:

– А вы знаете, когда я бываю в церкви, мне кажется, что я встречаюсь со своим умершим мужем. Ещё мне кажется, что пространство без времени существует, как и сознание – без материи, и душа – без тела.

Когда ушёл трамвай, увозя её с собой, я подумал: «А, может быть, она права»?

В глубокой задумчивости я вернулся домой.

Вторая лунная ночь под созвездием Шея Дракона

Во вторую лунную ночь под созвездием Шея Дракона я также вошёл в состояние изменённого сознания через медитацию управляемого сна и опять очутился на поля среди горного леса под звёздным небом, где сияло созвездие Шея Дракона 亢 (кан), состоящее из четырёх ярких звёзд. Самыми яркими были звёзды Лямда и Мю созвездия Девы. Я уже знал, что общее прорицательное значение созвездия неблагоприятное. Стихией созвездия 亢 (кан) Шея является Металл, день – пятница, планета – Венера, а животное – дракон.

В китайском лунном календаре я прочитал, что созвездие 亢 (кан) – является шеей Лазурного Дракона, второе созвездие, показавшееся из-за горизонта весной, это китайское новогоднее созвездие. Оно покровительствует суду и наказанию, а также освобождению из заключения. Вместе с тем, оно считается созвездием болезней, поэтому начинать курс терапии в этот день не рекомендуется. День 亢 Кан также неблагоприятен для семейных собраний, свадьбы, строительства, похорон, коммерческих сделок, денежных вложений и начинания больших дел, в частности строительных работ. В народе говорят: «Если в это день строят большой дом, он обрушится, а хозяин потеряет свою власть». Древние воины знали, что такой день неблагоприятен для проведения сражений и говорили так: «Если в день Шеи Дракона выставить войско перед противником, то это равно что выпустить овцу навстречу стае волков». В такой день нельзя заключать браки и совершать погребальные обряды. Человек, получивший продвижение по службе в день под знаком созвездия Шея, в конце концов, потеряет этот пост. В Японии до сих пор бытует идиома «куби-о киру» (рубить шею) – увольнение. Но день под этим созвездие покровительствует занятию различными алхимическими практиками, что равнозначно стремлению постичь неизведанное.

Раньше считалось, что если первый день весны начинается под созвездием 亢 (кан), то весь год будут сильные штормы и ураганы. А если это созвездие попадает на первый день лета, будет сильная жара. Когда же под этим созвездием начинается осень, то во время уборки урожая будет стоять сырая, дождливая погода, а на первый день зимы, то будут пыльные бури и частые снежные вьюги. Под этим созвездием свадебные обряды, посевы, приобретение волов и лошадей – к счастью. Строительство комнат – к несчастью. Человек, родившийся под Шеей Дракона, будет иметь мало успеха в карьере и жаловании, а к старости несчастий прибавится ещё больше. Однако, если человек будет вести рачительную жизнь, то сумеет стяжать основы мира и гармонии, и в старости пребудет в почете.

Всё это я уже знал, когда появился на поляне перед моими литературными учителями Пу Сун-лином, Юань Мэйем и Цзи Юнем. Я поклонился им, сел рядом с ними и не удержался, чтобы не похвастаться:

– Мне удалось уже достичь такого совершенства, что я без особого напряжение могу попадать каждую ночь на эти небеса для встречи с вами.

Пу Сун-лин рассмеялся, услышав мои слова и сказал:

– Фокусники тоже легко могут проникать на небеса, так что это не является высшим достижением совершенства.

И он рассказа историю о краже персика из сада богини Золотой Матушки Сиван-му:

23. Кража персика из божественного сада

«Когда я был ребенком, я однажды поехал в префектуру Цзинань сдавать экзамен, который совпал с китайским Новым годом. Это был старый обычай, согласно которому за день до китайского Нового года деловые люди из всех слоев общества города несли разноцветные знамёна и гирлянды и шли к правительственному дому, чтобы отпраздновать Праздник весны. Я последовал за своими друзьями туда, чтобы посмотреть на веселье.

В тот день было много посетителей, и люди окружили здание как стеной. В зале сидели четыре чиновника, все в красных одеждах, лицом друг к другу. Я был слишком мал, чтобы понять, что за чиновники находятся в зале. Я слышал только шум людей, оглушительные барабаны и музыку. Вдруг к сцене подошел мужчина, который вел за собой ребенка с покрытой плащом головой и нёс какой-то груз, и, казалось, что-то говорил, но толпа была настолько шумной, что я не мог расслышать, что он сказал ему. Затем судья, одетый в черное платье, послал к ним слугу с предложением показать представление. Мужчина согласился и уже собирался выступать, когда судья снова спросил его: «Что будет за фокус»? Несколько мгновений мужчины в зале совещались друг с другом, а потом увидели, как один из распорядителей спустился к сцене и спросил, какие фокусы он может показать. Человек ответил: «Я могу менять времена года живых существ и выращивать всевозможные вещи». Распорядитель вернулся в зал, чтобы доложить начальству о программе фокусника, затем снова спустился и сказал, что ему велели сказать, чтобы тот совершил акт выращивания персиков.

Фокусник кивнул в знак согласия, снял одежду, положил её на бамбуковый ящик и, нарочно сделав недовольное лицо, сказал: «Чиновники действительно ничего не понимают, ведь лёд еще не растаял, куда же мне идти за персиками? Если я не пойду, я боюсь, что рассержу чиновников». Его сын сказал: «Отец, ты обещал это сделать, как ты можешь отказаться»? Фокусник немного подумал и сказал: «Я все тщательно обдумал, но сейчас ранняя весна, снег и лёд ещё не растаяли, так где же мне найти персики? Только в персиковом саду богини-матушки Запада Сиван-му, где времена года похожи на весну, и там могут быть персики. Но чтобы получить их, нужно отправиться на небеса и украсть их там». Сын воскликнул: «Вот как! А можем ли мы подняться на небо, как будто там есть ступени»? Фокусник ответил: «Я знаю путь туда». Решившись, он открыл бамбуковый сундук и достал из него моток веревки длиной в несколько сот шагов. Конец верёвки он завязал узлом и подбросил её вверх, и верёвка зависла в воздухе, как будто её что-то там держало. Постепенно он разматывал верёвку из мотка, и она поднималась все выше и выше и, почти достигнув облаков, кончилась. В этот момент он подозвал к себе своего сына и сказал: «Поднимайся, сын мой, я слишком устал, к тому же, я стар и неуклюж, чтобы подняться туда, поэтому ты можешь взобраться по ней вместо меня». Затем он отдал конец веревки сыну, сказав: «Держись за эту веревку, ты сможешь подняться».

Сын взял веревку и выглядел очень смущенным, жалуясь: «Отец действительно старомоден, прося меня подняться на высоту в десять тысяч шагов с такой тонкой веревкой. Если бы веревка оборвалась посередине, я бы разбился, разлетелся на куски». (阿翁亦大愦愦! 如此一线之绳，欲我附之，以登万仞之高天。倘中道断绝，骸骨何存矣)! Отец сказал назидательно и серьезно: «Я уже дал обещание, и мне уже поздно сожалеть о нём, поэтому я прошу тебя, сын мой, не посрами меня. Не бойся трудностей; если ты сможешь украсть персик, то непременно будешь вознагражден сотней золотых, и тогда я обязательно подарю тебе прекрасную невесту». Сыну не оставалось ничего другого, как тянуть веревку руками и подниматься всё выше и выше вверх плавными движениями, его ноги двигались вверх вместе с руками, как у паука, ползущего по паутине, и постепенно он скрылся в облаках, исчезнув из виду. Через некоторое время с неба упал персик размером с миску. Фокусник был так счастлив, что схватил персик в руки и предложил его судье. Чиновники в зале долго смотрели на него и не могли понять, настоящий он или нет. В этот момент верёвка внезапно упала с неба, и фокусник в панике закричал: «О нет! Кто-то на небе перерезал веревку, как же мой сын сможет спуститься»? Чуть позже упало ещё что-то, и когда он поднял и рассмотрел, это была голова его сына. Он держал голову своего сына и плакал: «Это, должно быть, случилось из-за персика, он украл, а сторож обнаружил это; и моему сыну конец». Пока он рыдал, с неба упала ещё и одна нога, а через несколько мгновений конечности и туловище падали одно за другим.

Фокусник очень огорчился, поднял их всех по одному и положил в коробку, затем накрыл её крышкой и сказал: «Это мой единственный сын, и он путешествует со мной каждый день. Теперь, повинуясь строгому приказу чиновника, не ожидал, что такая трагедия произойдёт. Мне придётся отнести всё это домой и похоронить». После этих слов, он пошел в зал, встал на колени и взмолился: «Моего сына убили за кражу персиков! Если вы сжалитесь надо мной, пожалуйста, дайте мне немного денег, чтобы я мог собрать кости моего сына. В будущем я отплачу за доброту чиновников даже после своей смерти».

Чиновники в зале были потрясены, и каждый достал много серебряных денег, чтобы наградить его. Он взял деньги, спрятал их в пояс и, обмотав его вокруг талии, спустился к сцене, хлопнул рукой по коробке и вскричал: «"Баба-эр, выходи скорее и поблагодари наших светлостей за награду, когда ещё дождешься такой щедрой оплаты»?! (八八儿，不出谢赏，将何待)?! Вдруг ребенок высунул голову из коробки, потом вышел из неё и поклонился в сторону зала. С первого же взгляда было видно, что, это был его сын.

Поскольку этот трюк был настолько удивительным, что я до сих пор с восхищением вспоминаю его. Позже я слышал, как люди говорили, что знающие учение Белого Лотоса способны выполнять этот трюк, произнося это заклинание. Я подумал, что это могут быть их потомки, верно»? (后闻白莲教能为此术，意此其苗裔耶)?

Когда Пу Сун-ли закончил свой рассказ, Юань Мэй заметил:

– Фокусники и маги всегда стараются найти в чудесах источник заработка или возможность использовать их с пользой для себя, проявляя личную корысть. Но обычно их чудеса являются техническими уловками и ничего не имеют общего с истинными чудесами. Мне известны два приёма их колдовства.

И он рассказал о даосском монахе, который дурачил людей с помощью своей возлюбленной, выдавая её за Небесную Деву, которая может творить чудеса.

24. Два приёма колдовства

«Один конфуцианец из Цзяньиня учился в Маошане и обладал способами колдовства, которые могли вводить женщину в транс, лишать её сознания и даже убивать. Он использовал черепаховый панцирь и писал на нём заклинание, и когда кто-то ложился на него ночью, то видел молодую женщину, приходящую к нему. Эта женщина не произносила ни слова, и с ней можно было совершать половой акт. Женщина как бы находилась в состоянии транса, и ничем не отличалась от обычной женщины, совершвшей с мужчиной соитие, но при этом не произносила ни слова. Когда она уходила, то всегда завязывала свою юбку узлом. Говорили, что она являлась живым духом какой-либо женщины, которого вызывал этот учёный маг. (據言此乃所召之生魂也).

В уезде Лу был даосский священник, который хорошо умеет изображать небесных дев, и если кто-то просил его об этом, он говорил, что тому нужно приготовить платье, юбку, заколки и колье, но всё это должно быть очень ценным и красивым для того, чтобы соблазнить небесную деву, облачая её в эти наряды. И ещё он говорил, что одежда в небесных дворцах отличается особой изящностью, несравнимой с земными женскими платьями и украшениями.

Для встречи с небесными девами священник проводил обряд очищения комнаты и отгораживал её от посторонних глаз, затем развешивал в ней талисманы и писал на стенах заговоры и заклинания. Мужчины совершали с небесными девами в такой комнате половой акты, ничем не отличающийся от земного секса, но при этом они не должны были разговаривать и смеяться.

Обычно это происходило в начале нового года. Сначала убранная комната была пуста, затем входил даос и читал заклинание, и тут же появлялась небесная богиня с цветами и фруктами, а её тело источало божественный аромат. Между мужчиной и бессмертной женщиной начиналось соитие. И мужчинам нравилось соприкасаться с божественным существом из другого мира. На это они денег не жалели, покупали ей самые изысканные платья и украшения, которые даос потом забирал себе, ничего никому не оставляя, пока те занимались сексом. Даос был худым и без бороды, в темноте он наряжался в эти наряды, и утром, во время сна мужчины, женщина выпроваживалась из спальни, а сам он в нарядах при пробуждении мужчины каким-то таинственным образом исчезал. Обычно это были богатые и могущественные мужчины. Обретая навыки небесной любви, они не жалели потраченных на это удовольствие богатств.

Потом все рассказывали, что когда даос приходил перед рассветом, он писал новый талисман, и небесная дева возвращалась на небеса. Все говорили, что этот даосский священник был сказочно богатым человеком и не стеснялся тратить свои деньги.

Позже стало известно, что это было обычным делом для проституток. Даосский священник был сильным и ловким, он связывал обнаженную женщину в своих объятиях и набрасывал на неё свой халат. Падая в обморок, проститутка теряла сознания, он же, не выпуская её из своих объятий, надевал подаренную ей одежду, и сам притворялся небесной девушкой. Его возлюбленная Цзян Сяо помогала ему, выносить связанных проституток из спальни, чтобы они не могли претендовать на даримую им одежду.

После смерти даоса всё это обнаружилось, и было предано гласности». (蓋死後其徒言於人云).

Прослушав эту историю, Цзи Юнь сказал:

– Я совершенно согласен с вами, что чудеса, творимые человеком, не являются чудесами, так как в них всегда кроется обман, поэтому их можно просто называть фокусами. Но есть вещи, которые фокусами не назовёшь, потому что, когда случаются такие чудеса, в них кроме человека присутствует ещё некая божественная сила, которую человек может использовать, но не является её полным обладателем. Я знаю один такой случай, о котором и хочу рассказать:

25. Волшебный сад с невидимым хозяином

«Старик Хуа Инь жил к востоку от города Пинлин и к западу от моста Сороки во дворце с беседкой, водой и камнями, и у него было много диковинных цветов. Когда он умер, это место никто не тронул, потому что там стали происходить удивительные вещи. Со временем его имя забылось, и его стали называть Цветочный Тень Старого Человека 花隱老人 Хуа Инь Лао-жэнь.

Впрочем, никто не знал, кто он, и не помнил его настоящего имени. Когда кто-то заходил в этот сад, то слышал голос хозяина, хотя хозяина нигде не было видно. Обычно он не встречался с людьми, но когда они приходили посмотреть на цветы, он их не принимал. В какой-то миг возникало фиолетовое свечение, и он как бы проступал из потустороннего мира, просачиваясь в мир живых людей, ходил с плоской макушкой и не перестал показывать рукой или говорить, боясь, что никто не узнает его и не увидит его. Но чаще всего его никто и не видел, а слышали лишь его голос.

В его саду не было ни одного пустого места, всё было засажено редкими растениями, кустами и деревья, а разнообразие ароматов было таким, что кружилась голова. Цветов было бесконечное множество; орхидеи, хризантемы, розы, тюльпаны и прочие, а бамбук, в частности, являлся самым экзотическим в мире. У орхидей имелись красные лепестки вперемежку с синими тычинками; у хризантем красовались чернильно-фиолетовые и зеленые узоры на белом фоне лепестков. А что касается бамбука, то там росло его много сортов: был и чистый красный бамбук, и нефритовый бамбук совершенно белого цвета, кроме этого, были ещё и квадратный, пятнистый, пурпурный и сто-суставчатый бамбук – все они казались непривычными для глаза, и о них повсюду говорили. (又有丹竹純赤，玉竹純白；其他若方若斑若紫若百節，雖非目所習見，尚為耳所習聞也). И всё это великолепие сада было на слуху, народ их считал самыми примечательными диковинках их города».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.